Упрямое Пророчество

— Ты какая-то сегодня особенно печальная, — князь Дар накрыл ладонь жены своей, — расскажешь? Кайса вздрогнула и медленно спрятала руки под стол: — Тебе кажется, со мной всё хорошо. — Милая, мы женаты уже больше полугода, но ты всё так же холодна. Я не требую от тебя любви, но ты могла бы быть поласковее? Я тебе не враг и… — Я никогда не обманывала тебя в этом, Дар. Прости, пока мои чувства не изменились. Я уважаю и ценю тебя как супруга и князя, не требуй от меня большего. — В этом? А в чём обманула? Муж пристально вглядывался в покрасневшее личико молодой княгини, она отвела взгляд и вздрогнула: — Мне холодно. Ты бы не мог подбросить дров в камин? Дар тяжело вдохнул и встал из-за стола. Пока он ворошил угли, Кайса быстро высыпала порошок в его бокал и спрятала руки в широкие рукава богатого халата, бросая опасливые взгляды на мужа, пока он молча не вернулся к столу: — Прости меня! — тихо попросила она. — Мы не виноваты в том, что так сложилась судьба и тебе пришлось женится на мне. Я постараюсь быть внимательнее. Обещаю. Дар поднял её из кресла, нежно прижал к себе и прошептал, целуя в висок: — Кайса, я не жалею об этом. Ты самый прекрасный подарок, который сделала мне жизнь. Я верю, со временем, ты тоже полюбишь меня. Он ласково погладил жену по щеке и наклонился, чтобы поцеловать в губы, но она быстро вывернулась из объятий и взяла в руки бокалы с вином: — Давай выпьем! Муж печально улыбнулся и взял бокал: — За любовь! — сказал он, глядя в красивые глаза жены и залпом выпил, потом протянул руку, чтобы снова обнять её, но пошатнулся и схватился за спинку кресла. В голове шумело, а глаза нещадно слипались, — Душно стало, — прошептал он, падая в кресло. Он тяжело дышал и откинулся на спинку. Последнее, что увидел князь, была улыбка на лице жены.

***

— Ну, где она? Маруд? Солнце только-только начало восходить из-за горизонта, хватаясь за холодный ветер. Отряд в полном составе собрался на лавках арены замка Ур-Бурана и ждал только своего командира. — Ушла с Яниной к гному, купить ей одежду. — Вот чёрт! Бабы в лавке могут пропадать бесконечно, — лениво потянулся Карам, — лучше бы я спал ещё. Эта рогатая бестия вытянула из меня все соки. — Да хватит уже хвастаться, — Аскар пихнул его под рёбра. — Ну, наконец-то, — сказал кто-то из отряда, увидев, как к ним подходят Малика и Янина, крепко обнявшись и хихикая, как обычные подружки. — Прошу прощения за опоздание! — Малика остановилась перед мужчинами, подтолкнув Янину к ним, — сразу к делу тогда. Отбываем послезавтра утром. Сегодня вечером дракон распорядился устроить торжественный ужин в нашу честь, оденьтесь поприличнее. Едем в городок Вар-Ольги, кто не знает, это на границе с землями Агатового. К Ханне обратился за помощью местный князь, его сын с молодой женой ушли на несколько дней в охотничий домик и не вернулись. Тело княгини нашли в лесу, вернее то, что от неё осталось. В доме полный погром, но пусто. Что там могло произойти? Непонятно. Князя удалось найти через несколько недель, бродит по лесу и никого к себе не подпускает. Оборачивался он за всё это время или нет, никто не знает. Дружинники князя пыталось его поймать, но не смогли. С их слов кошколак как-то раздваивается. Не спрашивайте, что это значит. За что купила, за то и продаю. Старый князь просит отловить его, по возможности без ущерба для шкуры и отвезти в лечебницу при магической академии. Он единственный наследник, сами понимаете, как это важно. С нами едет волколак Вилмар. Он под моей защитой, чтобы никто не трогал его, это понятно? — воины недовольно переглянулись, но послушно закивали. — Двигаемся так же, как и сюда, днём максимально быстро, на ночь останавливаемся на постоялых дворах, пока не доберёмся до границы. Дальше через Гар-Кашан к реке Ас-Нимал, ну и по ней уже до места. Недели за две должны добраться. Если погода подфартит, конечно. В отряде недовольно забубнили, услышав, что придётся плыть по реке. Всем была известна нелюбовь кошколаков к большой воде. — Да ладно вам. Там всего-то пару дней на корабле. Мне самой это не нравится, но Ханна торопит. Какие-то вопросы есть ко мне? Воины молча закачали головами, переглядываясь между собой. — Тогда никого не задерживаю. Если только кто-то хочет кости со мной размять, раз мы уж здесь. А то скучно, хоть волколаком вой. — Один на один? — удивился Красноплюй. — Не, так неинтересно. Давайте хоть трое, что-ли. Если сможете прижать меня к земле и продержать хоть минуту, каждому по сто золотых. На всё про всё даю пол часа. Старшие воины сразу отказались, а молодые парни с сомнением переглянулись. — Обещаю, сильно никого не калечить, мне это самой не надо. — Я за, мне сотка не помешает, — решился Карам. — Нам тоже, — присоединились Аскар и Думан, которые почти никогда не расставались, за что их постоянно стебали в отряде, называя сладкой парочкой. — Здорово! — Малика довольно потёрла руки и побежала к шатру, чтобы обернуться. Почти все остались посмотреть, делая между собой небольшие ставки. Янина присела к Маруду, зябко поёживаясь. — А ты чего? Холодно, иди в замок, — предложил колдун. — Хочу посмотреть. Он распахнул подбитый мехом плащ, приглашая её к себе на колени. — Иди сюда, вдвоём теплее, я сам холод терпеть не могу. Девушка смутилась и молча замотала головой, отказываясь. Маруд непонимающе пожал плечами и снова покрепче укутался: — Ну, как хочешь. Она резко вздрогнула от грозного рёва и уставилась на арену, в центре которой Малика ждала нападения, окружённая тремя тиграми. — Думаешь, они смогут удержать её? — спросила Янина. — Нет. Её никто не может удержать. — Согласен, — подтвердил кто-то за их спинами. Маруд обернулся на незнакомого мужчину. — С кем имею честь? — спросил он. — Меня зовут Вилмар, а ты, я знаю, Маруд. Наслышан. Будем знакомы. — Что ты делаешь здесь? — Пришёл к Малике узнать, когда выступаем. Хороша чертовка, нечего сказать! — Вилмар заворожённо наблюдал за золотой тигрицей, легко обходящей выпады. Маруд недовольно нахмурился и отвернулся от него. — Извини, колдун, но я не понимаю, как ты умудрился захомутать такую женщину? Может, поделишься секретом? Если бы я не знал, что на оборотней не действует ваша магия, подумал бы, что ты её очаровал. А вот это было опасно. Да она играет, что-ли с ними? Явная же провокация. — Вилмар расхохотался, глядя, как Малика разбрасывает, как котят, тигров, которые уже практически отмечали свою победу, вцепившись ей в лапы и растягивая в разные стороны. Маруд молчал, недовольно кусая губы. Янина, сочувственно поглядывала на него и оценивающе рассматривала Вилмара. Тигры на арене вновь и вновь безуспешно пытались побороть своего командира. — Нет у них никаких шансов, да, лисёнок? — Вилмар присел на лавку рядом с Яниной. Она кивнула и инстинктивно ближе придвинулась к колдуну. — Да чего ты? Не бойся, — фыркнул мужчина, — Я же договор отдал ей. Ты свободна. Хотя, если вдруг у тебя появится дар, приходи, договоримся, я коллекционирую всякие редкости. Есть у меня такая слабость. Маруд, а со сколькими за раз она дралась? — С пятью. Вилмар довольно покачал головой, не сводя глаз с арены. Троица, похоже, в последний раз пыталась одолеть своего противника. Чёрный тигр, воспользовавшись тем, что два других отвлекли её внимание, вцепился зубами в шипы на загривке и, навалившись всем весом, придавил, наконец, тигрицу к земле. Два других прижали её по бокам и не давали возможность подняться. Вилмар подскочил со своего места и замер в ожидании, но буквально через несколько секунд плюхнулся со смехом обратно. Тигрица со всей силы рванула вперед, отбрасывая двух соперников. Карама она ещё несколько метров протащила на себе, пока резко не остановилась, от чего он отлетел вперёд и с грохотом врезался в ограждения арены, так и оставаясь лежать там. — Время! — закричал Красноплюй. Маруд встал с лавки и потянул Янку за собой на арену. Вилмар со своего места наблюдал, как колдун без страха подошёл к тигрице, которая послушно наклонила огромную рогатую голову, когда он потянул её за ухо и что-то быстро зашептал. Она лизнула его по щеке и в два прыжка пресекла арену, заходя в шатёр для переодевания. «Бред какой-то! Он же полное ничтожество рядом с ней, жалкий колдунишка. Что она в нём нашла?» С этими мыслями Вилмар подходил к шатру, рядом с которым ждали Маруд и Янина. Как только Малика вышла, колдун по-хозяйски притянул её в свои объятия и поцеловал. «Ха! Уже ревнуешь? Правильно делаешь!» — довольно хмыкнул про себя волколак. Подойдя к целующейся парочке, Вилмар тактично покашлял. Малика попыталась отстраниться, но Маруд не позволил. Янка, усмехаясь, отошла подальше, наблюдая, как оборотень в нерешительности топчется рядом. Колдун, наконец, решил, что показательное выступление можно завершать, отпустил Малику, которая как-то совсем размякла и повисла на нём. — Здравствуй, Малика! Извини, что отвлекаю. Я пришёл узнать, когда мы выступаем, — снова попытался привлечь к себе внимание Вилмар. Девушка хихикнула и повернулась к вожаку волколаков, улыбаясь во все зубы, как ни в чём не бывало. — Привет, Вилли. — Мы с Янкой пойдем ко мне, — сказал Маруд. — Приятно было познакомиться, Вилмар. Он чмокнул Малику в нос и гордо удалился, утягивая за собой кицунэ и оставляя их наедине. — Может, мне нужно было у колдуна подробности узнавать? Я, похоже, ошибся. Он в вашем отряде командует? — с издёвкой спросил Вилмар. Довольное выражение лица Малики в одну секунду заменила маска ледяного безразличия: — Вилли, я обещала провести тебя через посты, но не обещала, что ты при этом останешься жив. Советую тебе сто раз подумать, прежде чем что-то сказать в сторону Маруда. Обидишь его — убью и даже оборачиваться для этого не буду. А всем скажу, что отловила тебя при попытке незаконно пересечь границу. Она подошла вплотную, прожигая его взглядом. Если бы Вилмар был сейчас в образе зверя, то прижал уши и поджал хвост. — Прости за глупую шутку. Мне казалось, мы вчера достаточно сблизились, чтобы могли иногда подшучивать друг над другом. — Тебе показалось.

***

— У меня никогда не получится, — Янка в отчаянии упала на колени, упершись руками в пол и повесив рыжую голову. Они с колдуном сидели в его комнате на постоялом дворе, пока остальные развлекались и отдыхали после тяжёлого перехода. Через пару дней им предстояло пересечь границу, что здорово поднимало настроение Маруда, так ему осточертели бесконечные леса Бурана. — Чтобы получилось, нужно снова и снова пробовать. — подбодрил он девушку. — Я понимаю, тебе сложно, да и я сам не до конца осознаю, как тебе помочь. Ваша магия работает по-другому. Уверен, у тебя получится. — Мы уже больше недели топчемся, никакого результата. Я даже светящийся шар не могу создать. У меня, наверное, вообще нет никакой магии, — печально вздохнула кицунэ. — Конечно, есть, иначе как бы ты видела нити, про которые рассказывала? — колдун задумался. — Мне кажется, мы что-то делаем не так. Про вас слишком мало информации. Кстати, а ты не пробовала дотрагиваться до этих нитей? — Нет, конечно. — Почему? — Страшно. — Хм. Слушай, Янина, у нас с тобой нет другого выхода, кроме как экспериментировать, — Маруд спустился с кровати на пол и уселся напротив девушки. — давай, попробуй. А вдруг? Последнее время они практически не расставались. Днём вместе ехали в кибитке, а по вечерам занимались. Колдун был внимателен и добр, обращаясь с ней, как с младшей сестрой, казалось, совсем не замечая, как она краснеет и начинает заикаться каждый раз, как он оказывается слишком близко. Вот и сейчас Янка жутко смутилась, непроизвольно отодвигаясь, но Маруд схватил её за острые коленки и притащил к себе поближе: — Куда ты? Мне кажется, эти нити, про которые ты думаешь, что указывают на любовь, скорее всего, какие-то самые примитивные энергетические потоки. Давай, дотронься! Маруд с интересом наблюдал, как девушка протянула к нему трясущуюся руку с вытянутым пальцем. Её глаза расширились от восторга, на лице засияла счастливая улыбка, но колдун зашипел и поморщился, и она тут же отдёрнула руку. — Чёрт, это было неприятно, — прохрипел он. — Прости, — Янина виновато потупилась и снова отодвинулась. — Что ты почувствовала? — Даже не знаю, как сказать, стало тепло и вокруг всё как-то поплыло, больше я не успела ничего осознать. — Давай еще раз. — Нет, тебе же было больно! — Ерунда, я потерплю. Давай, давай. Это может быть очень интересно. — Но, Маруд… Он снова молча притянул её к себе поближе и закрыл глаза. Янка, кусая губы, рассматривала лицо напротив, потом привычно попросила про себя: «Покажи!» и за спиной колдуна нарисовался образ Малики, к которой тянулась красивая тёмно-синяя нить, что была похожа на воду. Девушке очень захотелось почувствовать, как она журчит между пальцев. Она осторожно погладила канитель, та дёрнулась и стала темнеть. Кицунэ, сама не зная почему, довольно усмехнулась. Она обхватила нить сначала одной ладонью, а затем, осмелев, и второй. Нитка была горячей и как будто пульсировала. Янину наполнило ощущение силы и уверенности в себе. Она удивленно осмотрелась по сторонам и подняла глаза наверх: потолок куда-то пропал, вместо него над головой проплывает широкая разноцветная река состоящая из множества нитей, похожих на ту, что она сейчас держала в своих руках. Янке очень захотелось запустить руки по самые локти в эту реку. Она посмотрела в лицо Маруда, а потом снова на нить. В голове пронеслась шальная мысль, а не попробовать ли разорвать её. Она осторожно потянула руки в разные стороны, осознав, что действительно может это сделать. Кицунэ снова потянула, Маруд тихо застонал, но не открывал глаз. — Ты хорошо подумала? Девочка, не слишком ли ты много берешь на себя? — раздался голос у неё за спиной. Янина вздрогнула и обернулась, на неё с интересом смотрел белый лис с девятью хвостами. — Тебя только не хватало со своими нравоучениями. Ему будет лучше без неё, — упрямо ответила девчонка, ни капли не удивившись его присутствию. — Если ты её разорвешь, он больше не полюбит. Никого и никогда. — Не может быть! Ты врёшь! Убирайся! Лис равнодушно поднял голову к разноцветной реке у них над головами: — Красный — цвет жизни. С этими словами он исчез, а Янка повернулась к Маруду, который странно порывисто дышал и похоже находился в какой-то прострации. — Мааар, — испуганно потянула девушка, при этом не отпуская нить, колдун что-то жалко промычал и завалился на бок. В этот момент в комнату ворвалась Малика, увидев Маруда лежащего на полу и сидящую рядом Янину, протягивающею к нему руки. В ярости от мученического выражения лица возлюбленного она пришла в бешенство и схватив кицунэ за шкирку, откинула её угол. Упав на колени Малика начала трясти колдуна за плечи: — Мар?! Боги помогите! Что тут произошло? Мар, пожалуйста! Янина, какого чёрта? Что ты сделала?! Он не приходил в себя, а Янка в ужасе жалась к стене, обхватив руками коленки и не знала, что отвечать. — Я не знаю, Лика, я не понимаю. Он сам настоял, а я... — пробормотала она. — Нужна помощь, — Малика вскочила и выбежала из комнаты. Кицунэ подняла глаза наверх, где всё еще искрилась река. Медленно поднявшись на трясущихся ногах, она подошла к Маруду, подняла руку и выхватила красную нить, которая послушно обвила её трясущиеся пальцы. Аккуратно потянув, Янка присела и приложила руку с нитью к животу колдуна, которая тут-же распустилась, проникая в его тело множеством кончиков.

***

— Здравствуй, Фаррах! Я не помешаю тебе? — удивительно певучим голоском спросила Избранная Агатового дракона, открывая дверь в его кабинет. — Вы не должны спрашивать меня об этом, госпожа. Воля избранной дракона — закон для всех его подданных, — ответил старик, низко кланяясь. — Чем я могу быть вам полезен? — Фаррах, ты знаешь меня с детства. Прошу, обращайся ко мне, как раньше. Она приблизилась и погладила его по руке. Старик почти всю жизнь провёл в Ур-Тамане. Сразу после академии Теймар забрал его в свой подземный замок, и с тех пор он лишь пару раз выезжал из него. Отец Ла`Рейи был советником дракона, а Фаррах часто бывал в их доме и дружил со всей семьёй. Девушка выросла у него на глазах и была ему как дочь. Своими детьми колдун не обзавелся. Он ласково погладил её по каштановым волнистым волосам, вглядываясь в чёрные, как ночь, глаза, которые не так давно были удивительного небесного цвета. — Что тревожит тебя, дочка? Дракон внезапно улетел? Тебе тоскливо одной? — Он разозлился, — Ла`Рейя нахмурилась и отвернулась, обняв себя за плечи, — Хотя я ни в чём не виновата! Сказал, что вернётся через неделю, тогда мы сможем снова попробовать. — Не расстраивайся, Ла`Рейя. Теймар никогда не отличался терпением, тем более он последний из драконов без наследника. Ты должна понимать, над ним тяготеет пророчество. — Это всё бессмысленно, пока я не пройду обряд, мы все это понимаем. Я живу с ним, как наложница. Подай, принеси, отсоси. Это так унизительно! Я дочь советника Ксаш`Мея. Наш род самый древний в Тамане, — хвост змеелюдки недовольно вырисовывал в воздухе причудливые фигуры. — Никто никогда не посмеет в чём-то обвинить тебя и твой дом. Стать избранной — честь для любого, не смотря на происхождение и вид. А то, что ты благородных кровей, только усиливает шансы на успех... — Но при этом я то и дело ловлю презрительные взгляды. Это невыносимо. Фаррах, прошу, расскажи мне еще раз про обряд, — змеелюдка расположилась в огромном кресле, красиво сложив изумрудный хвост в кольца и скрестив увешенные драгоценными браслетами руки на груди. — Последний обряд Агатовый дракон проводил более пятидесяти лет назад. Змеелюды осторожны и благоразумны, не рискуют просить своего дракона о перерождении. Я считаю, это очень правильно. У вас достаточно внутренней силы, чтобы развивать свои таланты в течении жизни. Хотя, конечно, обряд дарит змеелюду удивительные возможности в познании внутренней силы. Последний перерождённый приобрел мощную телепатию и даже получил дар предвидения. — Есть какая-то статистика? Какой процент выживших? — Среди змеелюдов довольно небольшой, в этом плане оборотни значительно превосходят вас. — С чем это связано? — Ла`Рейя, перерождение — один из самых таинственных и сложных обрядов, проводимых драконами. Точно никто не знает, почему одни выживают, а другие нет. Это никак не связано ни с возрастом, ни с физической или моральной силой. Не так давно Ханна провела обряд с восемнадцатилетней девчонкой, не отличающейся умом и талантами. — Совсем ничего? Я не верю. — Ничего, кроме полного отсутствия инстинкта самосохранения, насколько мне известно. — Возможно, в этом и есть секрет? — ухмыльнулась Ла`Рейя. — Я советую тебе очень хорошо подумать, дочка. — Разве у меня есть выбор, Фаррах? Я уже сказала ему, что согласна. Старик смущенно молчал. — Если я не подарю ему наследника, Теймар просто избавится от меня, чтобы найти другую избранную. Как думаешь, сколько он сможет ещё ждать? — Ты ошибаешься. Дракон очень дорожит тобой. Ла`Рейя фыркнула. — Да, пока у него есть надежда получить от меня ребёнка. Драконы не знают, что такое любовь. Тебе, как никому это известно. Так сколько? — Думаю, год максимум. Скоро родит Ханна, это подстегнёт его нетерпение. Лицо Избранной помрачнело: — Мне очень страшно, Фаррах, — призналась она, — я не хочу умирать. — Ты не умрёшь. Я сделаю всё, что в моих силах. Ты веришь мне? Избранная медленно кивнула.