Paradise Regained

«Где она? Где Кэролайн?» Голос Стефана прогремел во дворе. Он был не один. Клаус заметил. Он мог слышать множественные шаги. Значит, с бесполезным двойником и человеком, сделал он вывод. Он ждал, пока они не обнаружили его в гостиной. Он отложил книгу, которую читал, и встал, чтобы приготовить напиток. Сегодня он не смог бы удержаться от того, чтобы не свернуть кому-нибудь шею, если бы ему хотя бы не было чем занять свои руки. «Я думаю, немного поздновато для возмущения», — сухо прокомментировал Клаус, когда они появились в поле зрения. Злобная ухмылка медленно растянулась на его лице. Он услышал, как дыхание бывшего Потрошителя сбилось от ярости и беспокойства. «Что, черт возьми, ты с ней сделал?» Это сказал не Стефан. Клаус посмотрел на Мэтта Донавана, который произнес эти слова. Он шагнул вперед с того места, где он ранее прятался за бывшим Потрошителем. Его ноздри раздулись, и он выглядел так, как будто хотел ударить Клауса. Что ж, это только раззадорило желание последнего подстрекать его дальше. «Она не отвечает на наши сообщения и звонки с утра». «Ага», — удовлетворенно заметил Клаус. Это был идеальный переход, чтобы представить устройство Кэролайн. «Ты имеешь в виду, это?» Он конфисковал его раньше, чтобы непрекращающееся жужжание не разбудило ее от столь необходимого сна. Клаус отчетливо слышал, как квотербек скрипит зубами, и наслаждался этим фактом. «Где она, Клаус? Ты что-то с ней сделал?» На этот раз вопрос задала Елена. Клаус не смог сдержать внезапную вспышку горячего гнева, которая ослепила его. Это была она. Именно из-за своего глупого парня и друга Кэролайн подвергла себя риску. И теперь она осмелилась прийти в его дом и клеветать на него? Обвинить его в проступке? Он собирался возразить, когда его кто-то прервал. «Перестань дразниться, Ник». — сказал голос — голос Ребекки. Она спускалась с Эй—Хоуп, со своим человеческим другом на буксире. Он бросил на нее предупреждающий взгляд. Она не соизволила признать это, еще больше разжигая его гнев. Глаза Клауса обратились к Aes—Хоуп. Черт, Ребекка и ее измененное имя Хоуп, теперь имя Аеса тоже застряло у него на языке. Он пробормотал несколько проклятий про себя и поднялся, чтобы забрать ребенка у Ребекки. Она проснулась и суетилась вокруг. «Итак, где она?» Кто-то спросил. Мэтт. Ах. Клаус совсем забыл о них. Он не ответил на его вопрос, и Ребекка тоже. В то время как банда Мистик Фоллс стояла там разочарованная, воображая, что тишина — это худшее, у молчания Клауса и Ребекки была другая причина. Они услышали шаги, которые новые вампиры или люди не могли услышать — Элайджа — с заднего двора. Неудивительно, что он скоро будет там, чтобы сообщить им о ситуации. Клаус знал, что, вспоминая утренние события, ему будет только труднее удержаться от того, чтобы не вырвать у всех сердца. К счастью, почувствовав присутствие незваных гостей и растущее напряжение, появился Элайджа. Элайджа пристально посмотрел на труппу Мистик Фоллс. Прежде чем кто-либо из них смог заговорить, он сказал: «Я думаю, что в наших садах вас ждет нечто интересное. Ларри покажет тебе путь.» Он кивнул гибриду, стоящему по бокам от него. Клаус увидел, как брови Стефана нахмурились от удивления и беспокойства. Он выглядел так, как будто хотел задать Элайдже вопросы, но сдерживал себя. Мудрый выбор, размышлял Клаус про себя. Элайджа провел большую часть утра, разыскивая Агнес и устанавливая баррикады и заграждения по всему городу. В данный момент с ним шутки плохи. И хотя Элайджа считал, что Клауса не беспокоило, что Агнес украла кости, будьте уверены, Клаус также разослал слухи и нанял ведьм, чтобы найти древнюю ведьму. Но сейчас он хотел быть с Аесой и Кэролайн. Он хотел убедиться, что с ними обоими все в порядке и так и останется. Он и его брат наблюдали, как Ребекка последовала за Ларри с бандой Мистик Фоллс. Любопытно, но не неожиданно, размышлял Клаус про себя. Только через полминуты Клаус понял, что назвал Хоуп ‘Аеса» и не отрекся от нее. Он быстро выругался себе под нос. Когда его брат поднял бровь, он только пожал плечами. «Я не мог найти Агнес», — сказал он. Лицо Клауса дернулось от раздражения. «Не волнуйся, мои люди занимаются этим», — сказал он, пытаясь успокоить нервы своего брата. Тем временем Аеса перестала суетиться, он заметил. Клаус расплылся от гордости. Он почувствовал, как его брат сократил расстояние между ними и заглянул в лицо Аесы. Его лицо не выдавало никаких эмоций для нетренированного глаза, но Клаус знал, что в сердце его брата зреют любопытство и привязанность. «Она все еще довольно маленькая», — глупо сказал Элайджа. Клаус хмыкнул в ответ. «Я думаю, Ребекка сойдется с человеком». «Да, я тоже заметил. Его сердцебиение.» Губы Элайджи скривились в гримасе. Ни один из братьев не одобрил выбор своей сестры, но знал, что она могла поступить намного хуже. «Мисс Форбс все еще…» «Да», — коротко ответил Клаус. Как будто естественно, они оба навострили уши в сторону комнаты, где спала Кэролайн. Они могли слышать не одно, а два сердцебиения. Хейли. Она была с Кэролайн с утра. Клаусу стало интересно, не прячется ли она от Аесы. Он вздохнул. «Я называл Хоуп ‘Аеса». «Я тоже», — ухмыльнулся Элайджа. «Ребекка действительно знает, как выбирать хорошие имена», — прокомментировал он. Клаус закатил глаза, но держал малышку. В воздухе произошла внезапная перемена, когда поведение Элайджи стало серьезным. «Ты знаешь, что я должен сделать, когда она проснется, верно? Ты знаешь, что она сделала?» спросил он, его глаза теперь сверлили Клауса. Он бы съежился, будь он любым меньшим существом, но он был самым могущественным существом на земле, и никакое запугивание на него не подействовало. Он сопротивлялся оскалу зубов и шипению на своего брата. Сохраняя ровный голос, он сказал: «Ты ничего не должен делать. Я позабочусь об этом». «Ты не способен на это, Никлаус. Ты слишком долго позволял своим эмоциям затуманивать разум!» Элайджа зашипел, делая шаг назад и зажимая нос. «Если Майкл узнает о том, что произошло, тогда…» «Я больше, чем кто-либо, знаю серьезность того, что последует. Я уверен, мы оба знаем, что я сталкивался с основной тяжестью гнева и оскорблений наших родителей уже тысячелетие! ” Клаус почувствовал, как гнев пробегает по его телу. Он посмотрел на спящее лицо своей дочери и заставил себя успокоиться. Сначала он должен был ее усыпить. «Отдай ее мне», — сказала Хейли. Двум первоначальным вампирам едва удалось не вздрогнуть от удивления. В пылу спора они не обратили внимания на то, что кто-то вторгся. Им повезло, что это была всего лишь Хейли. Возможно, они не заметили именно потому, что это была Хейли, и она овладела искусством скрывать свое присутствие. Должно быть, она подслушивала их, когда они были на ней. «Она, должно быть, заметила перемену в атмосфере и пришла исправить ситуацию, без сомнения», — размышлял впечатленный Клаус. Он заметил, что поведение Элайджи полностью изменилось, когда его внимание было сосредоточено исключительно на Гибридном Волке. Конечно, влюбленный дурак, Клаус подавил желание ухмыльнуться. Он молча протянул руки и позволил Хейли забрать у него Аесу. «Я подумала, что Аеса, в конце концов, неплохое имя», — сказала она, глядя на Клауса и полностью игнорируя присутствие Элайджи. Последний двинулся к ней, его лицо смягчилось от нежности. «Да, мы были…» — начал Элайджа, но Хейли быстро прервала его. «Ты не должен поднимать руку на Кэролайн», — сказала она спокойным, но стальным голосом. Элайджа остановился как вкопанный, и его лицо окаменело. «Боюсь, я не могу этого сделать». «Если ты это сделаешь, тебе сначала придется пройти через меня», — сказала она, выпрямляясь. На лице Элайджи появилось страдальческое выражение. «Как ты можешь быть с ней после того, что ее друг сделал с тобой? Стефан? Тайлер?» Элайджа спорил, его голос достиг высокого децибела. Клаус увидел, как руки Хейли напряглись вокруг Аесы. Казалось, она боролась с какими-то эмоциями. «Ты не должен прикасаться к ней», — сказала она, ее лицо не выдавало ее решимости. «Если я …» Элайджа не смог закончить предложение, так как Хейли быстро вышла из комнаты. Клаус и его брат могли слышать, что она сейчас в комнате Кэролайн, устраивается в постели, без сомнения, с ребенком на руках. Клаус перевел взгляд на своего брата, который теперь дрожал от гнева. «Ты знаешь, что «всегда и навсегда» не включает ее, Никлаус. Она представляет угрозу для нас «. Клаус сжал челюсти. «Я разберусь с этим, Элайджа», — прорычал он. «Тебе лучше смириться с этим, брат. Или мне придется, — глаза Элайджи сверкнули убийственным оттенком. Клаусу стало страшно. Не для себя, а для Кэролайн. Илия был человеком чести, который никогда не отступал от своего слова. Клаус был уверен, что он найдет способ, если ситуация не будет исправлена. Не сейчас, не сразу, а через год, через десять… Он призывал ведьм, вампиров и оборотней, если это было необходимо, чтобы устранить Кэролайн. Клаус знал, что должен разобраться с ситуацией, прежде чем его брат почувствует себя вынужденным. «Я сделаю», — пообещал он. Они немедленно прекратили разговор, услышав, как банда Мистик Фолл вернулась в дом. Позже глаза Элайджи дали молчаливую клятву. Когда их незваные гости вошли в гостиную, Клаус бросил на них убийственный взгляд. Он увидел, что Деймон Сальваторе и ведьма Бонни присоединились к их рядам. Но Ребекка и человек пропали. Ха. Как и предсказывалось. «Я вижу, воссоединение прошло успешно. Я надеюсь, ты сможешь найти выход? ” «Не раньше, чем мы увидим, где Кэролайн», — сказал Стефан. Клаус в гневе сжал кулак. У него было достаточно забот, его больше не нужно было беспокоить. Он посмотрел на Элайджу за помощью, но его брат не пошевелился. Конечно. Он хотел бы, чтобы Кэролайн была удалена из особняка, куда не могли добраться любопытные глаза Клауса и Хейли. «Я вижу, тебе действительно нужна помощь, чтобы найти выход». Клаус указал на Ларри, который немедленно принял угрожающую позу. «Что ты с ней сделал?» На этот раз Бонни задала глупый вопрос. Почему все предполагали, что он что-то сделает с Кэролайн? Это было чрезвычайно иронично, подумал Клаус. Разве не они послали ее к нему в качестве приманки, зная, что он полностью в ее власти? Его мысли остановились, когда он увидел, как Бонни подняла руки. «Сейчас, сейчас», — сказал он, его голос стал смертельным, — «не торопись». Будь проклят тот факт, что в их команде была ведьма. Клаус пытался завербовать ведьму, чтобы она всегда была на их стороне, но потерпел неудачу. Он предложил им деньги, престиж, власть и славу, но они все еще сопротивлялись его предложениям. Что-то о том, как он убил стольких из них. Но было ли это действительно такой проблемой, когда они также много раз сговаривались убивать вампиров? Поди разберись. «Кэролайн нездорова», — сказал он, слегка пошевелив рукой. Это было сделано для того, чтобы дать Ларри понять, что он должен вызвать подкрепление. К счастью, гибрид, похоже, получил сигнал, потому что Клаус краем глаза увидел, как он вытаскивает свой телефон. Хороший мальчик. «Как нездорово? Мертв?» Спросил Деймон, сердитая ухмылка растянулась на его лице. «Нам действительно нужно бегать по кругу? Просто отдайте нам Кэролайн, и мы избавимся от ваших проблем. ” Он пожал плечами, как будто предложил самое справедливое в мире предложение с безошибочным обоснованием. «Хм», Клаус притворился, что думает, прежде чем сказать: «Нет». Он увидел, как изменилось поведение вампиров и ведьмы. Интересно, что на этот раз миротворцем был Стефан. «Мы не хотим никаких проблем», — сказал слабак. Клаус ухмыльнулся. «Конечно, ты не понимаешь. Ты только что вернул своих друзей. Я уверен, что ты хочешь оставить их в живых еще на некоторое время, прежде чем я отправлю их на этот раз навсегда. ” Он наслаждался выражением тревоги на лице Стефана. Восхитительно. «Ты знаешь, Кэролайн не была бы счастлива узнать, что ты скрываешь ее от нас», — утверждал бывший Потрошитель. Хм. Новая тактика. Храбрый. «Да, но она не в том положении, чтобы спорить». Клаус пожал плечами. Он заметил, что шесть, нет, восемь гибридов стояли в коридоре, а некоторые шли через задний двор. Хорошо. Демонстрация силы, без сомнения, ослабит их решимость. «Не в состоянии — она ранена?» Теперь Стефан нахмурился. «Если мы не сможем забрать ее с собой. Дай мне просто увидеть ее. Только я, хорошо? Больше никто.» Клаус почувствовал, что его раздражение возросло в десять раз. Ему не понравились нотки отчаяния и страха в голосе вампира, ему не понравился намек на собственничество. Ему не понравилось, что вампир даже не пытался скрыть свои намерения, свои чувства. Это было ясно как день. Стефан был влюблен в Кэролайн, и, насколько Клаус мог вспомнить из более раннего разговора с Кэролайн, последняя также питала некоторые чувства. Он знал, что не может позволить себе потерять Кэролайн из-за Стефана. Он не заслуживал Кэролайн, но и Стефан тоже. Он использовал Кэролайн и плохо обращался с ней. Клаус собирался ответить, когда услышал голос своего брата: «Хорошо. Я был бы счастлив сопровождать тебя и только тебя «. Клаусу пришлось подавить желание наброситься на своего брата. Он знал, что Элайджа делает это, чтобы отомстить ему, но это было несправедливо! Нет, это не так! Если бы это была Хейли, Клаус никогда бы — Ну, он предположил, что не сделал бы этого, но все же. Это было несправедливо, что с ним так поступили. Он не сражался, потому что хотел показать единый фронт банде Мистик Фоллс и его гибридам, а также потому, что он доверял Хейли защищать Кэролайн. Клаус в агонии наблюдал, как его брат и Стефан поднимаются наверх. Когда они скрылись из виду, Клаус последовал за ними своим слухом. Теперь они были там, за дверью, и теперь они были там, входя внутрь. Входим. «Войдите», — сказал Клаус. Банда Мистик Фоллс выглядела смущенной словами Древнего Гибрида, но это было только потому, что это было не для них, а для гибридов, которые услышали его команду и теперь входили, к их большому страху. «Не входи». Стефан увидел Хейли, развалившуюся на кровати с ребенком на руках. Она смотрела на своего ребенка, когда просила его не входить. Взгляд Стефана переместился на фигуру, лежащую рядом с ней. Это была Кэролайн. Несмотря на указание Хейли, вид Кэролайн заставил его двигаться вперед, не осознавая. «Я сказала, остановись», — повторила Хейли. Стефан заметил, что ее тон не изменился. За ее словами не было ни гнева, ни эмоций. Только холодная пустота. Это было до тех пор, пока она не подняла глаза, чтобы встретиться со Стефаном, и это заставило его желудок сжаться. В ее глазах был неприкрытый гнев, который заставил Стефана дрогнуть. «Если ты хочешь уйти со всеми своими конечностями, тогда я предлагаю тебе внимательно следовать тому, что я говорю». Небольшая ухмылка появилась на ее губах, когда она заговорила. «Ты хотел увидеть Кэролайн, и теперь ты ее увидел. Я думаю, тебе стоит уйти.» Брови Стефана нахмурились. «Что? Ты не можешь удержать меня от нее! И ты не можешь скрыть ее от нас!» Стефан спорил, его руки сжались в кулаки. Он заметил, что Элайджа напрягся. Он знал, что должен действовать осторожно. «Ты же знаешь, что она этого не хотела». «Ты знаешь, она хотела бы, чтобы я увидел ее должным образом. Она наш друг, черт возьми! Почему тебя это вообще волнует?!» — Спросил Стефан, чувствуя разочарование. При его словах он увидел, как глаза Хейли загорелись от непостижимых эмоций. «Почему меня это волнует? Почему тебя это не волнует?» «Что… о чем ты говоришь? Мы ушли вчера и пришли сегодня, чтобы найти Деймона и Бонни вернувшимися, а Кэролайн без сознания… Что, черт возьми, произошло?» Хейли издевалась над ним, расстраивая его еще больше. «Что случилось? Как вы думаете, что произошло? Кэролайн чуть не убила себя, пытаясь вернуть этих идиотов!» Глаза Стефана расширились от удивления. «Нет», — сказал он, не веря и потрясенный. «Зачем ей делать…» «Это Кэролайн. Это то, что она всегда делала, и это то, чего ты ожидал от нее, всегда. Жертвует собой. Делает ее приманкой, верно? Ничего страшного, если Кэролайн пострадает, пока драгоценная Елена в безопасности. Ничего страшного, если Деймон—» Хейли прервалась и глубоко вздохнула. Она выглядела так, как будто пыталась успокоиться. Ее взгляд переместился со Стефана на ее дочь, и последняя увидела, что лицо гибрида сохранило свое первоначальное спокойствие. Тем временем Стефан пытался осмыслить ее слова. Он чувствовал вину, сидящую в его костях, обвинения Хейли звучали правдиво. Казалось, Кэролайн всегда в конечном итоге приносится в жертву на алтаре… Но если у Кэролайн были проблемы с этим, почему она просто не сказала «нет»? Зачем ей рассказывать Хейли? Стефан нервно облизал губы. «Как у нее дела?» Хейли долго смотрела на него, прежде чем сказала: «Она выздоравливает». Стефан кивнул. Он хотел сделать шаг ближе, но, вспомнив предупреждение Хейли, он остался на месте. Он знал, что будет мгновенно убит волком и Тем, кто стоял на страже позади него. Сейчас все, что он мог сделать, это ждать. Когда Кэролайн проснется, она вернется домой, к нему, к своим друзьям. Стефан был уверен в этом. «Спасибо, что заботишься о ней», — сказал он перед уходом. «Разве ты не собираешься последовать за ним?» Спросила Хейли, когда Стефан ушел. Элайджа все еще стоял в дверях, переводя взгляд с нее на ее дочь. «Ты хочешь подержать ее?» Спросила она, когда Элайджа промолчал. Прошло несколько секунд, прежде чем Элайджа подошел к кровати, где Хейли сидела с Аесой. Он протянул руку, и ребенок легко подошел к нему. Хейли наблюдала, как его лицо осветилось удивлением. Она почувствовала, как ее сердце сжалось. «Я ей нравлюсь», — приосанился Элайджа. Хейли не смогла сдержать легкой улыбки, появившейся на ее лице. «Да, она знает», — сказала она. Элайджа сел перед ней, его взгляд потеплел, его охватила нежность. Хейли почувствовала, как у нее внутри все сжалось. Он собирался сказать что-то ужасное и разрушить то спокойствие, которое они установили между собой. Он собирался сказать что-то ужасное, и она была бы беспомощна перед ним. Но, к ее удивлению, Элайджа только посмотрел. И Хейли поняла, что это все, что ему нужно было сделать. Потому что она знала, что он хотел сказать, и знала, что слова не передадут его эмоций. Поэтому она просто посмотрела в ответ. Она не была уверена, что это она или Элайджа сделал первый шаг, но она нашла свой рот на его губах, и это было не так…отстраняясь. И он тоже. Аеса извивалась и издавала забавные звуки с того места, где она сидела на руках Элайджи. Хейли почувствовала, как кто-то сильно дернул ее за волосы, и была вынуждена отстраниться. Она знала, что это еще не конец. Их проблемы все еще были там, но она также знала, что они доберутся до этого. Медленно. У них было много времени впереди. «Я вижу, Клаус замышляет недоброе», — фыркнула Хейли, когда они услышали, как все гибриды вытесняют банду Мистик Фоллс. «Я думаю, мы должны быть благодарны, что все ушли целыми и невредимыми», — усмехнулся Элайджа. Они знали, что Клаус мог слышать их, но они не могли сдержать хихиканье, сорвавшееся с их губ. Он может появиться в любую секунду. Хейли склонила голову набок, показывая, что внимательно слушает. Она вытянула кулак и сосчитала до трех. Один. Двое. Три. Топот начался, и Клаус оказался перед дверным проемом. «Развлекаетесь за мой счет, я вижу», — проворчал он, направляясь к ним, «это может означать только то, что моя любимая пара снова вместе». Хейли и Элайджа проигнорировали его комментарий. Последний передал ребенка Клаусу и встал, в то время как Хейли решила устроиться поудобнее в постели. «Я рад, что ты не впустил мальчика Сальваторе», — прокомментировал Клаус. Хейли ухмыльнулась отцу своего ребенка. «Я никогда не останавливал его. Только сказал ему о последствиях, которые повлечет за собой такое действие». «Извращенная логика, но милая», — ухмыльнулся Клаус. «Я лучше пойду уложу Аесу в ее кроватку». Хейли кивнула. «Вы видели Ребекку?» спросила она, глядя на братьев. На ее вопрос Клаус пожал плечами. Но Хейли не упустила взгляда, которым обменялись братья. «Что это?» Она потребовала. «Мы думаем, что она, вероятно, развлекается с человеком», — насмешливо сказал Клаус. Ах. С помощью человека… Хм… «Это должно быть интересно», — подумала Хейли про себя. После того, как Ребекка сопроводила банду Мистик Фоллс к Деймону и Бонни, она и Мэтт оставили группу на произвол судьбы. В конце концов, им было о чем поговорить. Они гуляли по территории Майклсонов. «Итак, Деймон и Бонни вернулись», — сказала Ребекка, не в силах больше выносить тишину. «Да», — заметил Мэтт и, как будто вспомнив что-то, сделал паузу на мгновение, прежде чем спросить: «Что случилось с Кэролайн?» Ребекка вздохнула. «Меня там не было, но я слышал, что кое-что наверняка произошло. Возможно, было бы лучше, если бы вы услышали это непосредственно от нее. ” «Если твой брат когда-нибудь позволит нам увидеть ее», — проворчал Мэтт, заставив Ребекку фыркнуть. «Я не уверен, сможет ли мой брат помешать Кэролайн встречаться с тобой». «Да, это правда». И снова наступила тишина. На этот раз молчание нарушил Мэтт. «Кстати, о Кэролайн… Она сказала кое-что, что заставило меня задуматься… о… о нашей ситуации, — пробормотал Мэтт. Ребекка с любопытством посмотрела на него, но не остановилась. «Она сказала, что я… я был эгоистичен в том, как я себя вел, и чего я ожидал от тебя». Если Ребекка и была удивлена, что Кэролайн приняла ее сторону, она этого не показала. Она выглядела так, как будто ждала, когда он закончит говорить свою часть. «И я думаю, что она была права. Я был трусом, потому что … — Мэтт замолчал, чтобы фыркнуть, — ну, из-за многих вещей, которые сейчас не имеют значения. Но я хочу попробовать сейчас, если ты хочешь. Я хотел бы быть с тобой. Если —если я все еще буду с тобой, то есть.» Ребекка остановилась. Заметив, что она остановилась, Мэтт тоже остановился. «Я-я сожалею, что не был достаточно храбр. Но я надеюсь, что смогу загладить свою вину перед тобой «. Ребекка бросила на него болезненный взгляд. Это все, что она хотела услышать от него и даже больше. Но… Это было не то, чего она хотела, больше нет, не так. «Ты…», — тихо начала Ребекка, «тебе едва исполнилось двадцать. Тебе есть ради чего жить, Мэтт.» «И я такой старый». «Это не останавливает Клауса и Кэролайн», «Они на самом деле не вместе, а также, Кэролайн вечна», — парировала Ребекка. «Она… и нет, я не имею в виду, что ты тоже должен стать вампиром. Я имею в виду, что ты должен жить своей жизнью. И я не могу ожидать, что ты будешь тем, кем я хочу или в чем нуждаюсь. Нет, пока ты не выяснишь, что ты за человек, для себя. Ты знаешь, что я прав.» «Я не знаю». «Да, да, ты знаешь», — сказала она. «Я смертный», — снова сказал он. «Да», — повторила Ребекка. «Нет, ты не понимаешь. Я смертен. Итак, разве мы не должны прилагать больше усилий, чтобы проводить больше времени друг с другом? ” Ребекка бросила на него страдальческий взгляд: «Я больше не уверена, что понимаю, что это значит. Быть с кем-то или быть с тобой. За последние несколько месяцев я узнал о себе больше, чем за последние несколько столетий, и я хочу продолжать это делать. Я думаю, ты тоже заслуживаешь возможности узнать, кто ты есть на самом деле.» Мэтт выглядел так, будто собирался возразить, но Ребекка покачала головой. «Тебе не нужно ничего говорить прямо сейчас. Ты прав, Мэтт. В некотором смысле ты. И это означает, что это не конец для нас. Мы скоро встретимся снова. Но не сейчас. На данный момент, это прощание». Ребекка ушла, прежде чем Мэтт смог вымолвить еще хоть слово. Она не была уверена, что смогла бы оставить его, смогла бы противостоять ему. Она знала, что единственное, что ей оставалось сделать, это уйти, прежде чем все, к чему она стремилась, будет потеряно. Это было тяжело, но это был не конец. В этом Ребекка была уверена.