Хроники аска

— Так, а можно мне немного конкретики: на что я смотрю? Фенрис бы и рад был ответить другу на этот вопрос, если бы не тот факт, что сегодня он позвал Хоука к себе домой именно для того, чтобы получить ответ от него. До сего момента эльф искренне считал, что эта дурацкая шутка – дело рук его незадачливого и падкого на похожие выдумки товарища. Нотакой ступор прямому, словно его собственный посох, Хоуку сыграть было точно не под силу. — То есть, ты хочешь мне сказать, что это не твое? — уточнил Фенрис, буквально прожигая взглядом шокированное лицо Гаррета в попытке вытащить из него возможную ложь. — Этот странный портрет? Конечно, нет! Я и рисовать-то не умею… И художников не знаю. Откуда ты вообще его взял? Хоук недоверчиво ткнул пальцем в стоящее у стены полотно. Ничего необычного, холст как холст, только вот… Фенрис тяжело вздохнул, устало помассировав пальцами переносицу. Вот свалилась же проблема с самого утра… — Я его нигде не брал. Когда я утром спустился из комнаты сегодня, то это… чем бы оно ни было, стояло прямо у двери. Я сначала подумал, что это вы с Варриком таким «оригинальным» способом решили поздравить меня с пятилетней годовщиной побега… Стоило Фенрису договорить последнее предложение, как лицо Хоука исказилось в очень странном и недоступном пониманию эльфа выражении, которому Фенрис не мог дать определение уже очень много лет. Он и так до сих пор не был силен в неформальном общении и распознавании чужих эмоций, помимо прямой или скрытой агрессии в свою сторону, а это… Это было что-то между стыдом, отчаянием, надеждой, похотью и какой-то еще эмоцией, которая, возможно, вмещала в себя все предыдущие разом. — А она сегодня?.. — сглотнув, тихо спросил Хоук, заставив Фенриса испустить очередной вымученный вздох. — Забудь, — отрезал он. — Есть проблема посерьезнее. — А с чего ты вообще решил, что это проблема? — Гаррет с интересом оглядывал полотно со всех сторон. — Ну, понравился ты какому-то писаке-художнику, который в Висельнике штаны просиживает. Знаешь, сколько их там таких? Это же не взрывчатка и не яд… Кто угодно мог оставить картину у твоего порога. — Хоук, она была внутри дома. У закрытой на засов двери. — Оу… — Ловушки не сработали. Единственные, кто знает их расположение, – это ты и Варрик. — Вот теперь это проблема, да. Последняя надежда на дурацкую шутку только что раскололась на мелкие кусочки. Фенрис нервно закусил губу, снова несколько раз обойдя картину и осматривая ее вместе с Хоуком. Получить хоть какую-то информацию из полотна не представлялось возможным. Обычный холст, обычная деревянная рамка. Изображение, правда, какое-то очень яркое. Фенрис даже не мог с точностью утверждать, что такие краски можно достать в этом Создателем забытом городе. Его собственное лицо на портрете выглядело отрешенным и… каким-то сильно сглаженным, хотя это можно было списать на «видение» художника. И одежда эта… тоже странная. Он и припомнить не мог, чтобы хоть когда-нибудь носил что-то подобное. Будь это действительно подарком от Хоука или Варрика, ему в тайне, может, даже польстило бы. В зеркале Фенрис обычно наблюдал совсем другое лицо. По его собственным представлениям – намного хуже изображенного. — А ты ее вообще трогал? — спросил вдруг Хоук. — Нет, я же не идиот. Просто осмотрел на предмет очевидной ловушки. — А тут, кстати, что-то есть! Фенрис удивленно заглянул другу через плечо. И действительно, с обратной стороны холста, прямо посередине маленькой булавочкой был прикреплен лист бумаги. Видимо, Фенрис не заметил его сначала, так как картину не переворачивал, а просто аккуратно на ощупь исследовал со всех сторон. Легким движением руки листочек оказался у него в руках. «Когда начнешь больше улыбаться, смогу правильно подогнать под твою мимику. Пока не решилась :). К.» Вздох облегчения скрыть бы у него не получилось при всем желании. Ну, это хотя бы не хитровыдуманная ловушка от Данариуса и его охотников. Впрочем, тут еще поспорить можно, что хуже… С ловушкой, во всяком случае, понятно, что делать. — Что там? — нетерпеливо спросил Хоук. — Ты понял, от кого это? — Понял, — с слабой усмешкой ответил Фенрис, всматриваясь в аккуратно написанные буковки. — Можно не волноваться, это не бомба и не предмет запугивания. Просто кое-кто очень любит дурачиться. Вот ведь глупая женщина, а…