Байкал

Антон всегда знал, что когда-то Арсений доведёт его до ручки, сломает его мозг и просто не оставит в голове ничего. А ещё он понимал, что у его мужчины странный кинк на публичность. Погладить ногу под тумбой, пока снимают Новости? Арс тут как тут. Провоцировать во время Громкого Вопроса? Только за. Устраивать прелюдию во время правил Кукол? Мы самые первые. Но самое странное было в том, что Антону это нравилось, такое его чертовски заводило, и он подыгрывал Арсу, распаляя интерес до такого масштаба, что иногда до дома терпеть сил не было. Хотелось коснуться тут же, прогнуть под себя, заставить стонать и слышать просьбы «ещё, Антон, ещё». Как и случилось в Казани. Шёл только первый концерт, даже спокойно, в сравнении с другими выступлениями, контактов между Артонами было не особо много, даже Твиттер не особо взрывался. Антон спокойно сидел в своём кресле, наблюдая за тем, как Арс и Дима играют в Куклах. Даже хихикает, когда какая-то очень сильная женщина поднимает Попова на руки, а это на минуточку 80 килограмм, даже он не всегда способен поднять своего мужчину на руки, а что уж говорить о девушке? Но его внимание привлекает кое-что другое – белье Арсения, а если быть точнее, то его отсутсвие. Антон пытается пару раз моргнуть и прогнать наваждение, но эта пульсирующая мысль не отпускает его сознание. «Арсений без белья. Арсений без белья». Это набатом звучит в Антоновой голове, и даже сидя в кресле во время Опоздания, это его не отпускает. Он смотрит на него снизу вверх, пару раз задерживается взглядом в области паха, но все выглядит обычным, как будто все на месте, и Антону начинает казаться, что ему показалось и он все себе выдумал. Но так же он видит Арсения, как странно блестят его глаза, когда он смотрит на Шастуна, как он заряжен и будто на иголках. Антон еле выдерживает конца концерта, и когда они уходят за кулисы, первое, что он делает – хватает Арса за руку и тащит в тёмную комнатушку, которую они заприметили ещё до концерта, где сосались минут 5 и их никто не потревожил. Арсений не реагирует никак на такие действия, не вырывает свою руку из чужой цепкой хватки, а лишь позволяет вести себя в уже известном ему направлении и странно хмыкает себе под нос. Когда за ними закрывается дверь, Антон прижимает Арса к ней же и смотрит в глаза напротив, будто стараясь найти там все ответы на свои вопросы. Но Арсений молчит, лишь странный блеск во взгляде его выдает и Шастун больше не может себя сдерживать. Он впивается в родные губы с таким напором, что сначала Арс опешивает, но прийдя в себя, начинает ему отвечать с той же силой. Будто струна, которая держала их в руках, рвется и все границы начинают пропадать. Они не в силах оторваться друг от друга, прижимаясь все плотнее. Антон выставил колено между ног Арсения, давая ему возможность толкаться и тереться о него пахом, поскуливая от нетерпения. А Арсению слишком не терпелось: он толкался бедрами, путался в волосах Антона, сквозь прикрытые глаза смотрел на него и встречал такой же смелый взгляд напротив. Решая больше не медлить, ведь совсем скоро их уже начнут искать, Антон опускается на колени перед Арсением и со страхом и предвкушением начинает снимать с него штаны, думая подтвердиться ли его догадка. Но от увиденого у Антона отпадает челюсть, а рот невольно начинает наполняться слюной. Нет, на Арсении есть белье, и Антон оказался неправ, но что это было за белье. Трусами это назвать сложно, просто кружево и пару ниточек, которые сидели достаточно низко, чтобы их заметить, если штаны чуть опустятся, но крепко, чтобы с боку казалось, что все хорошо. – Нравится? – с придыханием спрашивает Арсений, кусая губу и будто действительно переживая за реакцию Антона на этот мини-спектакль. – Блядство, какое же это блядство, Арс, – отвечает Антон, – очень нравится. Он медленно проводит языком по полувставшему члену, не снимая с Арсения белья. Антону хочется его дразнить, играть с ним, поэтому он решает оставить Арса вот так, принести ему удовольствие в этом. Он отодвигает ткань и медленно погружает член в рот, стараясь максимально спрятать зубы. Арс громко охнул, вводя одну руку в волосы Антона и слегка сжимая их. Язык Антона прошёлся по головке члена Арсения, когда Шаст почти выпустил его изо рта. Антон игрался со стволом, делая все, что вздумается. Он водил руками, брал полностью, проходился языком по всей длине, просто едва касался головки, чем заставлял Арсения поскуливать и просить большего. Антон смотрел наверх, хоть это было и сложновато. Но оно точно того стоило. Видеть, как Попов шумно дышит, кусает свои губы и старается быть тише на всякий случай, если кто-то вдруг решит зайти. Одну ногу Арсения Антон уложил бедром на свое плечо, позволяя себе тем самым, целовать и прикусывать внутреннюю сторону бедра Арса. Антон поднимается с колен и разворачивает Арсения к себе спиной, пару раз шлёпая ягодицы, которые смотрятся слишком аппетитно только с тоненькой ниточкой, вместо нормальной ткани. Следы от рук Антона начинают краснеть, и он аккуратно гладит Арсения. Антон раскатывает презерватив по своему члену и одним плавным движением входит на всю длину, они только сегодня утром трахались в номере, поэтому растяжка Арсу не требуется. Сначала это медленные и плавные движения, но со временем Антон набирает темп и втрахивает Арса в дверь, закрывая рот своей рукой, чтобы Попов не сорвался на громкий стон и не привлёк внимание к этой комнатушке. Арсений искренне наслаждается моментом — непонятно будет ли ещё такое — и скулит в ладонь Антона, больно цепляя кожу зубами. Антон срывается первым: толкается еще пару раз, жмурится, прикусывает губу и шумно выдыхает. Спустя пару секунд, не выходя из тела под ним, он начинает движения ладони на чужом члене и наблюдает, как скрывается и появляется снова в его кулаке розовая головка. Арсений кончает, пачкая дверь и руку Антону. Они загнанно дышат, Арсений поворачивается к Антону, и бездумно смотрят на подтеки спермы на своих животах и ладонях. – Я люблю тебя, Арс, – тихо говорит Антон. – Я тебя больше, – отвечает ему Попов и с нежностью целует родные губы.

май 2022 каморка за кулисами, г. Казань