Поломанный

      Психотерапевт Тэхена давно говорил, что ему нужно встретиться со своей семьей и начать диалог. Что не нужно закапывать в себе все эмоции, а научиться выражать и высказывать их. Брюнет так глубоко ушел в себя, что организм не выдерживает и пытается бороться сам. И именно отсюда и появились все эти диагнозы и фобии. Как говорит доктор, все проблемы в голове. Разберись в ней, и жить станет легче.       Парень тогда фыркнул и прекратил сеансы. Сейчас он испытывал некий стыд за свое презрение и недоверие. Психотерапевт был прав. Нужно начать разговаривать, высказываться. Ведь приятно ощущать спокойствие и ясность ума вместо безумного тумана в голове.       Тэ солжет, если скажет, что слезы папы принесли ему боль. Нет. Как бы это ужасно ни звучало, но от этой картины по венам растеклась радость. Когда плакал омега в чужой стране, в чужом городе — ему никто не сочувствовал. Когда у него случился первый приступ — никого не было рядом. Когда он стоял под ледяным душем, смывая битый час чужие случайные касания, натирая кожу до красна, никто его не остановил.       Тэхен мог понять мотивы папы. До знакомства с господином Каном они были среднестатистической семьей. Хватало на еду и одежду, не более. После появления альфы, появились и ужины в дорогих ресторанах, украшения, отпуск за границей. Появилась перспектива. Единственное, чего не мог понять парень, как можно было променять родного ребенка на это все.       Ведь не пойди папа на поводу своего второго мужа, Тэ не остался бы один. Да, возможно, они просто бы переехали в скромную квартиру, вернулись в свою старую безденежную жизнь. Но зато вдвоем. Возможно, и Тэхен не приобрел весь этот психиатрический букет.       Омега искренне не понимал, как можно предать и отпустить любимого человека. И это относилось уже не только к папе. Бом. Как он мог, после того, что было между ними, просто стоять в стороне, когда его в слезах выводили из дома? Картина, как он плачет и умоляюще смотрит на любимого человека, который стоит как статуя и только сожаление в глазах, иногда сниться во снах.       За четыре года Тэ не получил ни одного сообщения или звонка, не слышал его голос, смех, не видел его улыбку и до безумия красивые глаза. У него была ломка по нему, он мучился, плакал, выл. Без него. Один. Тэхен мог понять наркоманов, которых ломает, которые готовые на все ради дозы. В первый год он тоже был готов на все.       Однажды омега рискнул. Это случилось после нескольких месяцев проживания в Лос-Анджелесе. Купил билет до Сеула, перелетел через океан. Но каково было его удивление, когда в аэропорту увидел отчима. Альфа отслеживал все его покупки по карте и быстро принял меры.       Тогда-то Тэхен и понял, что ссылки ему не избежать. Ему не дадут нормально жить и просто нужно принять свое положение. И тут-то омега понял, что с принятием у него огромные проблемы. ***       — Твой папа оставил приглашения на благотворительный вечер, — нарушил тишину Чимин. Была глубокая ночь. Они лежали на кровати. Небольшой островок возле окна освещался луной.       Брюнет перевернулся на другой бок, лицом к другу. Тот лежал на спине и смотрел в потолок.       — Развеемся? — спросил Тэхен.       — Уверен? — Чим тоже перевернулся на бок, лицом к брюнету.       — Конечно, нет, — грустная улыбка. — Просто я так устал бояться и прятаться. — Тэ перевернулся на спину. — Сегодня, когда поговорил с папой, знаешь, как будто стало легче. Представляешь, мои пальцы, — парень поднял ладони вверх и покрутил их, — они не начали ничего теребить, голова осталась ясной, без тумана. Это так здорово оставаться в реальности без пугающих мыслей. Может, если я разберусь здесь со всем этим, то стану нормальным.       — Ты и так нормальный, — нахмурился рыжеволосый.       — Не придирайся к словам. Ты ведь меня понял.       Чим кивнул, но этот жест остался незамеченным.       — Будет сложно, но я хочу через это пройти. Тем более, когда ты рядом, не так страшно.       Рыжеволосый улыбнулся, пододвинулся ближе, обвил его ногами, положил руку на талию.       — Давай сделаем это, — проговорил он, утыкаясь лбом в плечо друга.       — Ненавижу, когда ты так делаешь. Ты будто давишь на меня, — пробурчал брюнет, но попытки скинуть конечности друга не предпринял, а в тоне послышалась улыбка.       Организм потихоньку привыкал к часовым поясам. Омеги проснулись до обеда, и началась легкая суета по подготовке к вечеру. Чимин убежал в ближайший банк разменять валюту. В это время Тэхен готовил поздний завтрак.       — Я тут магазин присмотрел, пока бегал, — проговорил рыжеволосый час спустя, когда они сели за стол, — через два дома отсюда. На витрине неплохие костюмы.       — Начнем день со стресса! — воодушевленно воскликнул брюнет.       — Оставь такой настрой до вечера, — хохотнул Чим.       Улица встретила знойным пеклом и недовольными людьми, обливающимися потом. Омеги шли не торопясь, легко лавируя между случайными прохожими, так что эта прогулка не доставила дискомфорт. Конечно, было нервно, но не до потери сознания.       В магазине было прохладно, играла спокойная и тихая музыка. Улыбающаяся девушка-бета консультант подошла только через пару минут, ненавязчиво предложив помощь. Как и всегда, Чимин взял на себя роль переговорщика, и вот уже через полчаса они двинулись в обратном направлении.       Тэ был в приподнятом расположении духа и даже предложил зайти по дороге в кафе — выпить освежающий безалкогольный коктейль. Хотя гнетущее чувство тревоги отчего-то стало понемногу зарождаться в груди. Брюнет боялся.       Знаете, когда пациенту становится лучше, он резко идет на поправку и абсолютно ничего не предвещает беды. Проходит пара дней, все показатели вмиг ухудшаются, и вот уже на мониторе Холтера одна длинная полоска и протяжный писк прибора. Сердце остановилось, а доктор в гробовой тишине озвучивает время смерти.       Почему-то в этот момент, сидя за столиком для двоих и ожидая заказ, в голове брюнета возникла эта картина. Он боялся, что все признаки спокойствия исчезнут, останется убивающая паника, и он не сможет с ней справиться.       — Нервничаешь, — не вопрос, утверждение.       — Да.       Чимин был единственным человеком, перед которым брюнет не боялся говорить о своих слабостях, быть уязвимым. Он всегда говорил о своих чувствах, не тая.       — Я буду рядом. Мы в любой момент сможем уйти.       Тэхен благодарно улыбнулся и отвернулся к окну.       Дома у них оказался нежданный гость. А точнее, хозяин квартиры. Но удивил отнюдь не альфа, а черное пятно, чуть не сбившее с ног омег. Доберман прыгал около хозяина, пытаясь лизнуть лицо. Тэ хохотал, стараясь успокоить питомца, но тот, виляя хвостом, даже и не собирался останавливаться. Поэтому парню пришлось сесть на пол и позволить псу пройтись шершавым языком по лицу.       — Какая мерзость, — пробормотал рыжеволосый, отходя от парочки.       — Извините, что без предупреждения. У меня нет ваших номеров, а этот парень уже два дня не ест и постоянно скулит. Я подумал, что он скучает по хозяину, и не прогадал.       Альфа с улыбкой наблюдал за умилительной картиной. Нужно ли говорить, что не один пес соскучился?       — Я привез все необходимое для этого парня. Надеюсь, вы не будете против еще одного соседа?       — Конечно, нет, — Тэ улыбнулся, вставая с пола.       — Как будто у меня есть выбор, — буркнул Чим, а затем добавил более дружелюбно: — Чай?       — Кофе, если можно без…       — Молока и сахара. Я помню, — улыбнулся рыжеволосый.       Ким скрылся на пару минут в ванной, чтобы умыться. Лютер не отходил от своего хозяина и следовал по пятам. Даже когда парень сел за стол, он верно улегся около у его ног.       — Давно хотел спросить про уши и хвост Лютера, почему не сделал купирование? — спросил Чонгук, располагаясь напротив брюнета.       Прежде чем ответить, омега перевел взгляд на питомца и тепло улыбнулся. Лютер действительно не походил на добермана, которого все привыкли видеть. Хвост был длинный, а уши висели как у спаниеля.       — Я не хотел, чтобы ему было больно. Мне рассказали, что купирование болезненно для собак. Не хотел подгонять его под стандарты красоты, ведь он замечательный такой, какой есть: с этими милыми висящими ушами и длинным хвостом. Собака не выбирает хозяина, не может сказать, что ей не нравится в нем, не может изменить внешность своего человека. Так почему я должен его менять? Для угоды другим? Мне наплевать на чужое мнение. Многие говорили, что Лютер некрасив и нужно сделать купирование. А я люблю его таким. И ничего не собираюсь в нем менять.       Тэхен потрепал питомца за ушком. Пес посмотрел доверчивым взглядом.       В этот момент Чон подвис, наблюдая за этими двумя, а в груди зарождалось восхищение омегой напротив.       — Это достойно уважения, — проговорил альфа. — Лютеру повезло с хозяином.       Омега смущенно улыбнулся, встречаясь с серым взглядом. Тэ отметил, что альфа перестал скрывать свои тату и пирсинг, открыто демонстрировал окружающим, наплевав на чужое мнение. В груди больно кольнуло. Вот бы родители и Бом, в свое время, наплевали бы на всех.       — Я хочу забрать его в Америку. Он и так здесь четыре года без меня жил. Надеюсь, проблем не возникнет с этим, — тряхнул головой Тэ, отгоняя грустные мысли.       — Возникнет! — воскликнул друг.       — Вы подружитесь, — хохотнул брюнет.       Чим посмотрел на черное пятно у ног друга и скептически оглядел пса.       — Сомневаюсь.       Тэ снисходительно покачал головой.       — Так что за благотворительный вечер? — спросил брюнет, снова обращая внимание на альфу. ***       День неумолимо клонился к закату. И чем ближе время подходило к вечеру, тем волнительнее становилось брюнету. Пес будто чувствовал это и постоянно крутился около хозяина, отодвигая Чимина.       — Наглая псина, — бурчал рыжеволосый и отходил.       Новую проблему в виде выгула собаки пришлось решать оперативно. Поблизости не было специализированных парков, поэтому пришлось идти в ближайший сквер, прихватив собой пакетики.       Нужно было видеть лицо Чимина, когда Тэ убирал за своим питомцем. Первый еле подавил рвотный рефлекс, хотя именно он был на приличном расстоянии и не мог ни увидеть, ни почувствовать запах.       — Не подходите ко мне, — вскрикнул рыжеволосый, когда парочка вернулась. — Это самая отвратительная картина, которую я видел.       — Тебе напомнить тот случай, когда ты перепил и проснулся на утро? — вскинул бровь брюнет.       — Окей, это вторая самая отвратительная картина, которую я видел.       Тэхен хохотнул и тут же рванул за собакой. Удивительно, но Лютер действовал успокаивающе. За все время, проведенное с ним на улице, парень ни разу не задумывался о дискомфорте и тревоге.       Их путь до места завершился слишком быстро. Вроде вот только сели в машину, а вот уже стоят на нижних ступеньках перед зданием филармонии.       Тэхен нервничал, но в пределах разумного. Паника пока не наступала. Мимо них прошла парочка, омега вздрогнул. Это сложнее, чем он думал. Безусловно, от одного разговора с папой все фобии не улетучатся, но ему казалось, что будет легче. Ошибся.       — Готов? — послышался участливый голос друга.       — Нет.       — Замечательно. Тогда вперед.       Брюнет нервно хохотнул. Взял Чимина под руку, и они двинули вверх.