Поломанный

      — Я хочу, чтобы Тэхён вернулся домой.       Утро в семье Кан началось не самым добрым образом. Кан Бин зашел в ванную комнату, пока муж принимал душ, облокотился на стенку, скрестив руки на груди.       — Ты просишь от меня невозможного, — альфа вышел из душевой кабины и начал вытираться полотенцем.       — И что же в этом невозможного? До свадьбы осталась неделя. Разве я не могу провести время со своим ребенком, пока он снова не улетел? — омега пытался держать себя в руках, но мысли о сыне заставили голос дрогнуть.       — Бин, что ты от меня хочешь? Чтобы я поехал за ним, упал на колени и слезно просил вернуться в дом?       — Именно!       — Этому не бывать!       — Я знаю, что ты так и не смог принять его, но я прошу тебя, верни мне моего ребенка. Неделя, Квон. Всего лишь неделя. Я хочу побыть с ним рядом, — на глаза навернулись слезы. — Я плохой родитель, не смог уберечь его. Согласился тогда с тобой, даже не выслушав Техёна. Ты даже не представляешь, что ему пришлось пережить в чужой стране.       — И не хочу этого знать, — отрезал альфа, накидывая на тело махровый халат и проходя мимо мужа в комнату.       Слезы моментально высохли, губы вытянулись в тонкую линию, а ладони сжались в кулак. Бин последовал за мужем, пылая праведным родительским гневом.       — Не заставляй меня прибегать к крайним мерам, — змеёй прошипел омега.       — Ты? К крайним мерам? Не смеши, — Квон фыркнул и расхохотался, но тут же успокоился, увидев серьезное выражение лица мужа.       — Ох, ты даже не представляешь, на что я способен, — улыбнулся омега. — Знаешь, в свое время я позволял тебе манипулировать мной и даже согласился на отлет Тэхена в другую страну, хотя этого не хотел. Теперь, вероятно, пришла моя очередь манипулировать.       Альфа настороженно замер. Он никогда не видел супруга в таком амплуа. Всегда покорный и податливый, а сейчас с улыбкой на лице угрожает. Это как минимум заинтересовывало.       — И что же ты сделаешь?       — Даже и не знаю, — омега наигранно задумался, прошел к кровати и грациозно присел на край. — У меня вечерние посиделки с супругами твоих партнеров и друзей через два дня. Немного переборщил с вином и вот уже случайно болтаю о забавной истории, которая случилась в нашей семье четыре года назад.       Альфа, казалось, побледнел. Для него репутация это самая важная вещь в жизни. Бин надавил на правильную точку. Квон даже восхитился своим мужем в этот момент, и даже не знал, чего хотел больше: придушить или поцеловать за находчивость.       — Неделя, Квон. Дай мне побыть со своим ребенком, — уже нежно улыбнулся омега, будто зная, что муж согласиться.       Кан Квон до сих пор не понимал, как Бин мог его увлечь. После смерти первого мужа он никого не подпускал к себе около семи лет. Одноразовые связи — не более. Но Бин его очаровал сразу же. Его простота завораживала. Омега никогда не скрывал, что в первую очередь разглядел в нем перспективный толстый бумажник. Сразу же сказал, что вдовец и есть сын, не обещал любви до гроба, но всегда оставался верным. Омега никогда не говорил ему слов любви, не просил ни о чем, у него было всего в достатке. Квону было комфортно с ним. И да, он его полюбил.       — Я подумаю, — вздыхает альфа, уходя в гардеробную. ***       Тэхен проснулся рано по будильнику, чтобы выгулять пса. В голове все еще вчерашний вечер. И там отнюдь не танец со сводным братом, а сквер, разговор и поцелуй. Он прикасается пальцами к губам, до сих пор чувствуя нежность чужих губ и холодность металла пирсинга. Губы несмело расползаются в смущенной улыбке. Омега переодевается, наспех умывается и выходит с псом из квартиры.       В сквере брюнет вновь садится на памятную лавочку и ждет неугомонного питомца. Город только-только начал просыпаться. Людей очень мало, а те, кто попадался, те были слишком заняты своими мыслями. Никто не замечал паренька с глупой улыбкой на лице.       Нет, Тэхен не тешит себя ложными надеждами. Ким прекрасно понимает, что уедет отсюда с разбитым сердцем, с новым срывом и раздирающими душу воспоминаниями. И нет, он не влюбился в Чонгука. Просто трудно отпускать человека, который с теплотой и заботой к тебе относится, который дарит безопасность и спокойствие одним своим присутствием, который не вертит у виска, узнав о расстройстве.       Когда улыбка исчезает, появляется грусть. Потому что как бы ни было хорошо вчера, сегодня возвращаешься в реальность. Тэхен тяжело вздыхает, пытаясь отогнать мысли и воспоминания. А их в голове куча. Они сменяют друг друга, как кадры старого фотоаппарата. Все смешалось в голове. Благотворительный вечер, танец с братом, сквер с Чонгуком. И эмоции тоже смешиваются, превращаясь в разномастный калейдоскоп, и медленно перетекают в панику. Парень испуганно вскакивает с лавочки, зовет пса.       К сожалению, для людей с таким расстройством резкая перемена настроения и неожиданная паника из-за мыслей — это нормальное явление. Но к такому сложно привыкнуть. Вот ты сидишь весь такой радостный и счастливый, а вот ты уже мчишь домой с собакой наперегонки, потому что неожиданно запаниковал на абсолютно ровном месте. Только вот Тэхен с вами поспорит. Цепочка в его голове выстроилась, и. при всем раскладе он вернется в Лос-Анджелес разбитым и одиноким. Он останется ни с чем, пока другие обретут счастье в браке.       Брюнет снова почувствовал себя никому ненужным. И это давит внутри. Любому здоровому человеку трудно переносить такое, а человеку с такими проблемами, как у Тэ, который несколько лет борется с этим чувством, вновь осознать это больно.       Тэхен нечасто страдает навязчивыми мыслями. Самая яркая паника была первая, когда он вернулся в Сеул, чтобы встретиться с Бомом, а встретился с отчимом. После возвращения в чужую страну мысли о вечном одиночестве, и что он никому не нужен, так засели в голову, что вызвали длительную депрессию. Эта мысль крутилась сутками в голове, кидая из паники в истерику. Киму в жизни не было так плохо. На второй неделе неудержимого плача и эмоциональных качелей, парни, с которыми он делил комнату в общаге, начали с отвращением на него смотреть. Тогда-то Тэ и понял, что с ним что-то не так. Сам он выкарабкаться из этого не мог, мысли продолжали подавлять его, уничтожать морально. У него не было сил просто дойти до душа, чтобы привести себя в порядок.       Староста потока пришла его навестить к третьей неделе. Застав брюнета без сил, без слез, без эмоций, она нашла просто тело, которое не двигалось и смотрело в потолок. Черные грязные волосы разметались по подушке, под глазами яркие синяки. Ким очень сильно похудел за это время. Именно эта девушка подняла тревогу. Это единственный человек, который помог, помыться, поесть, переодеться, отвела к университетскому психологу.       Психолог особо не помог. Поэтому перешли к тяжелой артиллерии — к психиатру и сильнодействующим антидепрессантам. Специалисты еще тогда удивились, как Тэхен не наложил на себя руки в таком состоянии. А он хотел. Только не было сил дойти до ванны или до аптечки, или до окна. Хотя жили они на втором этаже, вряд ли бы это принесло нужный эффект.       Когда они с Лютером подбежали к квартире, Тэхен уже успокоился. Он ненавидел это состояние и боялся, провалиться в ту бездну, с которой второй раз точно не смог бы выкарабкаться.       Тэхен направился в душ. Его все еще заметно потряхивало, когда он вставал под холодные струи, вызывающие мурашки. Вода — это единственное действенное успокоительное. Она смывает усталость, очищает тело от взглядов и касаний. Она приводит мысли в порядок. Жаль, что не может исцелить душу, собрать разбитое сердце и избавить от фобий.       Ким еще не успел выйти из душа, услышал, как на телефон пришло уведомление. Лоб тут же встретился с холодным кафелем, пока из уст послышался протяжный стон. Брюнет не был популярным, и весь его круг общения начинался и заканчивался на Чимине. Омега не получал сообщения от друзей или знакомых. Его лучшие друзья — это магазины и распродажи, которые частенько присылали ему приветы, писали об акциях и поздравляли с днем рождения. Поэтому брюнет заранее знал, кто сейчас написал. На этот контакт был другой звук, оповещающий, что пора оторвать свой зад и зарабатывать деньги.       Поэтому, как только закончились ванные процедуры, Тэ взял телефон и, не читая, прошел на кухню. Сварил себе ненавистный кофе, взял ноутбук и по-хозяйски расположился в кабинете Чонгука. Удобно сел за хозяйским столом, а пока ноутбук загружался, наконец, прочитал очередное задание.       Киму нравился его работодатель Мистер Стоун. Правда, он видел его всего один раз во время трудоустройства, но мужчина к себе располагал. Единственное, чего Тэ не мог понять, так это его выбор сотрудников. Хотя на это как посмотреть, если бы не его неразборчивость, то у брюнета не было бы работы. У мужчины было очень доброе сердце, и он часто давал шанс неопытным и амбициозным. Но пока эти амбициозные личности набирались опыта, у Кима была работа и деньги.       Омеге нравилось редактировать тексты, и его стиль устраивал как работодателя, так и читателя. Некоторые даже просили дать контакты его социальных сетей, так как люди интересовались им. Но Тэхен наотрез отказывался. Нет, он не был пещерным человеком, и у него имелись личные страницы, но он давно их забросил и пользуется ими только для просмотра развлекательного контента.       Да, сейчас брюнет ведет ужасно скучную жизнь. Хотя раньше был звездой любого вечера. Но времена меняются, как и люди. Сейчас для омеги неважна популярность и количество подписчиков. Сейчас лишь бы нервы не сдавали и голова была ясной. Ким на себе убедился, как быстро меняются человеческие приоритеты.       Тэхен еще работал, когда встал Чимин. Рыжеволосый сразу же нашел друга, так как тот оставил дверь открытой. Чим с опаской наблюдал за псом, который притаился сразу за дверью, когда проходил в кабинет. Пак заметил чашку с нетронутым остывшим кофе на столе, улыбнулся и покачал головой. Ритуал всегда неизменен.       — Как успехи?       — Почти закончил.       — Кушать будешь?       — Через час.       Рыжеволосый кивнул и вышел, все также настороженно смотря на заснувшего пса. И все-таки он боялся собак, даже таких спокойных. ***       Кан Квон хмуро смотрел на закрытую дверь. Что он здесь забыл? Этот вопрос вот уже пять минут крутился в голове. Одно было ясно, мужчина стоит на чужой лестничной клетке не из-за угроз супруга. Хотя репутация семьи для него было всем. Нет. В его действиях чувствовалась вина. Да, он понимал, что виноват перед пасынком, а сделать первый шаг боялся.       Ведь альфа знал, что происходило с парнем за границей. Знал о фобии и расстройстве. Знал, как трудно было ему там одному. Давайте начистоту, не все могут принять чужого ребенка, тем более, если это молодой омега, сумевший охмурить родного сына. Квон понимал, что Тэ в этом не виноват, но ничего не мог с собой поделать. Ему было проще винить его, чем сына, а еще он никогда не имел над Кимом власти, не мог контролировать и потакать. Тэхен с самого первого дня знакомства был своевольным, хотя никогда не грубил и не хамил, но четко проводил черту между ними, ставя мужчину на место.       Альфу всегда выводила из себя сила характера Кима. Когда Квон узнал, что пасынок нуждается в помощи психиатра, то не испытал сочувствия, наоборот, он даже ликовал, что мог сломить его дух. Думал, что омега прибежит к нему и папе за помощью, за деньгами, под их крыло, в конце концов. Но каково же было его удивление, когда поломанный, разбитый никому не нужный, потерянный омега отказывается от его денег, блокирует его карту и начинает работать, содержать себя.       Квон не мог не восхищаться его стойкостью. Несмотря на всю сложившуюся ситуацию, Ким остался сильным и независимым. Очередной раз утер нос отчиму, даже не подозревая об этом. Бом никогда не был таким несгибаемым. Квон с легкостью мог им манипулировать, что даже раздражало. Если честно, ему бы хотелось, чтобы его сын имел характер как у пасынка.       Кан Квон одновременно восхищался молодым омегой и чувствовал вину перед ним. Наверно, поэтому он сейчас стоит напротив закрытой двери и звонит в звонок. Рыжеволосый открыл дверь через пару минут. Его улыбка тут же исчезла, увидев мужчину на пороге.       — Чем могу помочь? — безразлично проговорил он, не впуская альфу внутрь.       — Я хочу поговорить с Тэхеном. — твердо, властно, повелительно.       Пак тут же нахмурился.       — Боюсь, что наши желания не совпадают. Я вот хочу, чтобы вы ушли.       Господин Кан хотел от удивления вскинуть бровь. Ему никогда вот так вот не отказывали в лоб, не скрывая своей неприязни.       — Чим, кто там? — слышится из глубины квартиры, не давая мужчине шанса поставить паренька на место.       — Господин Кан, — не отрывая взгляда от него, проговаривает рыжеволосый.       Проходит пара секунд, и из-за спины появляется удивленное лицо брюнета, за ним семенит пес.       — Мы можем поговорить?       Тэхен хмурится. Подходит ближе, меняется местами с другом, но также не впускает внутрь. Чим отходит на пару шагов, не более.       — Слушаю, — его тоном можно заморозить океан. Квон в очередной раз восхитился его стойкостью.       — Я хотел предложить перемирие и попросить вернуться домой.       — С чего бы это?       — Твой папа скучает по тебе.       — Это должно меня волновать?       — Это грубо с твоей стороны, — хмурится он, не ожидая такой реакции.       — А с вашей?       — Тэхен, послушай. Я знаю, у нас с тобой не сложились отношения, но твой папа действительно по тебе скучает и любит. Он хочет…       — Если бы скучал, то прилетел бы ко мне, когда я слезно просил. А вы хоть раз задумывались, чего хочу я?       Мужчина нахмурился, понимая, что все идет не по его сценарию. Манипуляция с папой не подействовала.       — Хорошо. Чего ты хочешь? — меняет тактику.       — Чтобы меня оставили в покое.       — Хорошо. Я предлагаю тебе сделку. Ты возвращаешься домой на эту неделю, а мы больше никогда тебя не потревожим. Ни на семейные праздники, ни на юбилеи, ни на рождение ребенка Бома, — мужчина заметил, как брюнет вздрогнул на последних словах. — Идет?       — Какая вам с этого выгода?       — Я больше никогда тебя не увижу.       Тэхен хмыкнул, пальцы начали теребить низ футболки.       — Я подумаю, — проговорил он и захлопнул перед носом отчима дверь.       — Что ты будешь делать?       Омеги стояли около порога, переглядываясь друг с другом.       — Думать.       — О чем?       — Кому облегчить жизнь, себе или ему, — Ким хитро улыбнулся и подмигнул.       — Иногда, ты меня пугаешь.       — Иногда, я сам себя боюсь. — Проговорил Тэхен, скрываясь в кабинете. — Буду готов кушать через пятнадцать минут.       — Слушаюсь, мой господин, — крикнул в ответ Чим, улыбаясь. — Вот так и живем, пес. Вот так и живем. — Сказал он рядом сидящему Лютеру. — Чего смотришь, пошли накрывать на стол.