Разделенные

             Светловолосый юноша склонился над потерявшей сознание девушкой. Тьма, которую он так ловко загнал в стены, снова выбралась из щелей. Ее дымчатые щупальца шарили по стенам и мостовой, медленно и вкрадчиво ползли к молодому человеку, и впору было бы крикнуть ему: «Обернись!», но помощь магу не требовалась.       Когда тьма робко коснулась длинной корявой лапой его сапога, юноша лишь досадливо отмахнулся, словно от приставучей собачонки.       - Все в порядке. Я не забираю дозволения выходить на городские улицы, хоть вы и оплошали. Но, кажется, наказание, полученное из рук этой малышки, достаточно напугало вас и без моих усилий. Что? - юноша склонил голову набок, прислушиваясь к едва различимому шелесту. Блондин усмехнулся, отчего его красивое лицо неприятно скривилось. — Нет уж, я не буду ее убивать. Мне же надо понять, как она сумела уничтожить парочку ваших собратьев.       Шепот стал чуть громче, и юноша резко выпрямился, хищно сузив глаза. Он скрестил руки на груди и потер подбородок, не сводя взгляда с девушки. Ее губы чуть приоткрылись, на щеках горели лихорадочные пятна, а тело под дешевым платьем начала сотрясать мелкая дрожь. Но девушка по-прежнему не приходила в себя.       Юноша присел на корточки и нежно отодвинул темные прядки с бледного девичьего лица. Он приблизился к ней и втянул ноздрями воздух. Ощутив то, что искал, удовлетворенно улыбнулся, поднялся на ноги и одним движением подхватил девушку на руки. Тьма всплеснулась в воздух, крича на грани слышимости голосами, которые в иной реальности смогли бы разрезать стекло. Но маг лишь небрежно встряхнул длинными волосами, и тьма отшатнулась, снова отступив от того, кто управлял ею с такой небрежной легкостью.       - Я же сказал: я не буду ее убивать. Во всяком случае, сразу. Ведь дара мага крови у меня еще нет. Судьба привела девчонку прямо ко мне в руки, и было бы глупо не воспользоваться этим подарком.       Юноша направился прочь из переулка. При каждом его шаге хвост золотистых волос покачивался из стороны в сторону, как маятник. За магом тянулся дымный шлейф, но ни намека на огонь не было видно. Редкие прохожие спешили убраться с дороги, опуская глаза и усиленно делая вид, что не замечают его закутанную в сюртук ношу. Взвизгнули тормоза, и возле блондина остановился техномобиль с гладким корпусом. Водитель выбрался со своего сидения и открыл дверь, склонившись в поклоне. Его лицо было спокойно и неподвижно, как маска. Маг кивнул водителю и осторожно устроил на сиденье свою ношу. Затем занял водительское место, захлопнул дверь и огладил рычаг коробки переключения скоростей. По рукояти пробежали зеленоватые молнии, и техномобиль заурчал, как сытый ветт.       - Тебя довезти или сам дойдешь? — юноша выглянул в открытое окно и приветливо улыбнулся водителю, который все так же стоял, склонив голову. Блондин положил локоть на опущенное стекло и поднял лицо к вечернему ветру - теплому и несущему обещание перемен. Он не сразу заметил, что водитель отрицательно мотает головой, знаками показывая, что доберется сам. Юноша не ответил - лишь равнодушно дернул плечом и вдавил педаль в пол, обдавая оставленного позади слугу россыпью мелких камней и выхлопных газов. Возможно, если бы он не был так увлечен мыслями о своей новой знакомой, то заметил бы, как слуга тихонько, с облегчением выдохнул, когда молодой господин не заставил его ехать в одном мобиле с ним.       Маг бросил мобиль в невзрачном переулке, точной копии того тупика, где он столкнулся с темноволосой магессой. Она как раз пришла в себя и села, баюкая левую руку и оглядываясь по сторонам затуманенным взглядом.       - Где это я? — неуверенно произнесла она и коснулась лба. — Кто вы? Зачем вы меня сюда привезли?       - Вы потеряли сознание, сеньора. Не мог же я бросить вас на холодных камнях. К тому же, некие ваши.. . таланты подсказали мне, что лучшим решением будет оградить вас от внимания стражей.       - Какие еще таланты? — Камилла вздрогнула и тут же поморщилась, когда движение отозвалось болью в ушибленном запястье.       - Ваш Дар. Вы же маг крови, сеньора, я прав?       Камилла вздрогнула еще раз, так сильно, что ее зубы клацнули, едва не отхватив кончик языка. Она со страхом смотрела в красивое доброжелательное лицо своего спасителя, борясь с желанием отползти от него как можно дальше. Безмятежные зеленые глаза внушали ей такой ужас, что нутро Камиллы захолодело. На миг ей показалось, что день потемнел, мгновенно обратившись холодными сумерками, и лишь быстро глянув за окно, Камилла убедилась, что ошиблась.       - Это не так. Пожалуйста, отвезите меня домой. Я живу...       - Нет, - отозвался юноша буднично и спокойно, но Камилла сжалась в комок, точно он ее ударил. — Не отвезу.       Камилла замерла на мгновение, а потом бросилась к двери и яростно задергала ручку, в душе уже понимая, что попалась. Она с размаху ударилась плечом в дверь. Руку в месте удара прошило болью, и из глаз девушки брызнули злые слезы. Она мотнула головой, сгоняя с ресниц мешающую влагу, и примерилась ударить снова.       - Ну, полно, - раздался насмешливый голос блондина. Камилла лишь упрямо сжала губы, продолжая биться в дверь и дергать ручку. — Хватит, я сказал, - голос изменился, похолодел, и Камилле вновь показалось, что в машине стало темнее. — Прекрати! — рявкнул белобрысый, и девушку отбросило в дальний угол мягкого, обитого коричневым велюром сиденья. Она замерла, тяжело дыша и сверля обидчика взглядом. Прядь каштановых волос упала ей на глаза, и Камилла небрежно заправила ее за ухо.       Ей казалось, что страшнее уже не будет, но в руках незнакомца, до сих пор не назвавшего своего имени, переливался всеми оттенками красного Носитель Дара. Если до этого момента Камилла еще надеялась как-то открыть дверь и броситься бежать, истошно вопя и призывая на помощь если не констеблей, то хотя бы человеческое любопытство, то при виде короткого черного жезла с красным камнем ее надежды рассыпались прахом.       - Успокоилась? — насмешливо поинтересовался техномаг, и Камилла неохотно кивнула. — Вот и славно. Предпочитаю разговаривать с разумными созданиями, а не с бешеными зверями. Я вообще не понимаю, что на тебя нашло. Я спас тебя. Думаешь, если бы свидетелями твоего колдовства стали констебли, они бы отвезли тебя домой и сдали на руки папе с мамой? Тут на днях поймали одного вашего. Руки отрезали на месте.       - Я не понимаю, о чем вы говорите, - хрипло выдохнула Камилла, усилием воли вернув взбунтовавшийся желудок на место. — Не имею представления ни о каких «наших», ни вот на столечко...       - А я думаю, что ты врешь, - маг сидел, полуобернувшись к Камилле. Одну руку он положил на спинку сиденья, другой поглаживал Носитель Дара, лежащий на его коленях. Маг без стеснения рассматривал девушку, но в его взгляде был лишь научный интерес. Словно Камилла была для него кем-то вроде алхимической крысы или необычного уродца. Или и вовсе...странного растения, у которого можно обрывать листья и отрезать кусочки стебля, чтобы проверить, насколько убойные эликсиры из них получатся.       — Я видел, как ты залечила раны. Непроизвольно, как обычный человек, который пытается гладить синяк, надеясь, что он так скорее пройдет. Тебе даже потеря сознания не помешала.       - Не было такого, - упрямо набычилась Камилла.       - Фиолетовое сияние, на глазах затянувшаяся царапина и кровь, высохшая в порошок, - глядя в глаза Камилле, перечислил маг. Камилла прикусила губу и едва сдержалась, чтобы не вскрикнуть. Если о зажившей ране и высохшей крови мог знать любой, кто имел дело с магией крови, то фиолетовое свечение было ее, Камиллы, особенностью. У всех остальных оно было розоватое.       Так говорила бабушка Мари.       - Что вы со мной сделаете? — прошептала Камилла.       - Ничего плохого. Я всего лишь предлагаю тебе убежище, а взамен...       «Конечно. Всегда есть что-то взамен».       - Взамен ты расскажешь, почему твой дар отличается от других.       - Но я и сама не знаю.       - Что ж. Значит, мы выясним это вместе. Ведь тебе хочется больше знать о своей силе? Кстати, мое имя Улисс дель Корра. Слышала его?       О да, Камилла знала это имя. Его знал весь Тират. Улисс дель Корра. Хозяин Подземного города. И главный соперник Верховного Магикуса в борьбе за власть над Башней Пламени.       Вот только он погиб несколько лет назад.       Улисс выбрался из техномобиля, обогнул его и открыл дверь со стороны Камиллы. Маг протянул спутнице ладонь, но Камилла сделала вид, что не заметила его жеста. Она сидела прямо, сложив руки на коленях и не глядя на Улисса.       - Доминос дель Корра, я прошу вас отвезти меня домой. Мой отец будет беспокоиться. Спасибо вам за помощь, но я должна вернуться к родным и работе. Понимаете, мы живем за счет того, что я зарабатываю, а я и так уже подвела сеньору...       - Замолчи, прошу тебя, - Улисс поморщился, прижимая два пальца к виску. - От твоих просьб у меня начинает болеть голова. Разве ты не уяснила с первого раза мой ответ? Ты не вернешься домой. Смирись и выходи.       Улисс опустил руку и отступил от мобиля, повернувшись к нему спиной, уверенный, что девушка послушается. Камилла сжала пальцы в кулаки, безжалостно сминая ткань платья. Затылок закололо острыми иголочками подступающего приступа, но тут по рукам девушки разлилось мягкое знакомое тепло. Она быстро глянула на руки: под ее пальцами медленно проявлялся невзрачный кинжал. Сквозь его образ на мгновение проступил другой - красный цветок с изумрудно-зелеными листочками, но Камилла не успела вздохнуть, как роза исчезла, оставив только клинок. Камилла стиснула его с такой силой, словно одно его присутствие могло ее спасти. Иголочки из-под кожи пропали. Чувства Камиллы притупились, словно припорошенные серой пылью, а на смену страху пришла уверенность, что она сумеет выбраться из этой неприятной ситуации. Но прямо сейчас ей стоило быть более вежливой с техномагом. Пока еще он ее не тронул и пальцем — только его голос, приятный бархатистый баритон, превращался в осколки льда в те мгновения, когда доминос дель Корра был чем-то недоволен. Но одним только голосом, без магии и заклинаний, даже колдуны убивать не могли.       Камилла спрятала клинок в потайной кармашек юбки и выбралась из техномобиля.       Маг и девушка стояли перед аркой, украшенной изображениями вставших на дыбы львов. Камни источил ветер и иссушило солнце, часть узора рассыпалась, у одного из львов не хватало передней лапы и части морды. Контур арки очерчивал такую непроглядную тьму, что Камилла с недоумением заморгала, до боли вглядываясь в чуть колеблющуюся завесу.       Улисс поднял руку, сложил пальцы щепотью и плавно повел ею сверху вниз. Тьма заволновалась сильнее, словно это и в самом деле была ткань, занавешивающая дверь, затем потянулась за рукой мага, стекаясь в единую бесконечную ленту. А потом Улисс шепнул что-то, и тьма опала клочками грязноватой пены — Камилла едва успела отскочить в сторону, не желая добавлять к и без того изгвазданному платью еще несколько пятен. Она подняла глаза и в который раз за этот день охнула от удивления. Вместо тьмы перед ними расстилался тоннель. Плотно подогнанные камни, образующие пол, влажно блестели, кое-где вода собиралась в небольшие лужицы и казалась осколками стекла, вмурованными в гранит. Стены были выложены теми же камнями, но сухими. На части из них угадывалась вязь рун, но, как Камилла ни старалась, она не смогла узнать ни одного значка.       Улисс поднял Носитель Дара и щелкнул по красному камню в навершии. Тот мгновенно вспыхнул, и коридор озарился тревожным багряным свечением. Кроме них двоих, в проходе не было ни души: ни голоса, ни звука шагов. Тем не менее, заброшенным тоннель не выглядел. Камилла взглянула на мага, и он без слов понял ее вопрос:       - Не парадный вход, конечно. Но он нам и не нужен. Я всегда считал, что новое место — будь то деревня, город или целая страна — лучше всего узнавать изнутри, смешавшись с его обитателями. У тебя есть такая возможность. Идем же.       Улисс снова выглядел обаятельным мальчишкой немногим старше ее самой. Не было ни следа той злости, которую Камилла видела уже дважды, но воспоминания об этих вспышках ярости все еще гоняли по ее коже рой холодных мурашек. Улисс уже шел по тоннелю, а Камилла все не могла заставить себя сделать шаг. Она неуверенно обернулась на прямоугольник выхода, светлеющий за спиной, но насмешливый голос мага разрушил все ее надежды:       - Это односторонний портал. Войти можно — выйти нельзя. Так что не пытайтесь тайком сбежать, дорогая гостья. Я не могу ручаться, что эта попытка не окончится для вас больно.       Камилла в последний раз оглянулась на очертания домов в светлом прямоугольнике, нащупала кинжал в кармашке юбки и глубоко вздохнула. Что ж, сейчас ей не сбежать. Но ее покорность не будет значить, что она отказалась от своих намерений. У Камиллы есть дела поважнее, чем бродить по сырым подземельям: она обязана вернуться домой.       Надо только хорошенько подготовиться к побегу.              

* * *

             В его покоях сияли десятки свечей.       Они занимали все доступные поверхности. Плоские медные подсвечники с изящно изогнутой ручкой удерживали столбики из золотистого воска; в многочисленных чашах мерцали связанные пучками тонкие свечи с примесью алхимических порошков; на исчерченных рунами отрезах ткани, заляпанных застывшими восковыми потеками, ровно горело пламя толстых черных столбиков, взблескивая красным чаще других.       Свечи горели бездымно и беззвучно. Лепесткам, танцующим над тающей сценой, не было дела ни до сквозняков, ни до любопытных пальцев, норовящих ухватить огненную бабочку, пока никто не видит. Если бы свечи не гасли, никто не был бы удивлен — что стоило второму по силе техномагу в Тирате зачаровать обычные восковые палочки, вложив в каждую из них крохотный осколок горячего сердца мира? Но пламя умирало, когда наставал его срок, и тогда слуги обновляли свечи, скользя по комнате безмолвными и безликими тенями. Если же Хозяин замечал в стене мерцающего золота темный провал, гнев его был ужасен, а новые огни загорались над воском с кровавыми отпечатками человеческих ладоней.       Огонь выгонял тьму изо всех уголков, заглядывал в каждую щель и дарил призрачный покой хозяину уединенной комнаты. Но победить темноту он все же был не властен. Она таилась за дверью в многочисленных тоннелях и их ответвлениях, шептала по ночам, касаясь ушей спящего легче перышка, скользила по его влажной коже холодными сухими руками. Тьма всегда была рядом.       Лишь свечи дарили иллюзию одиночества, и ради ее сохранения он готов был на все.       Дрогнула завеса, скрывающая дверь, и сквозь нее прошла женщина. Огонь равнодушно высветил седые волосы, забранные в гладкую прическу, и удобную одежду: мужскую рубашку, штаны, заправленные в высокие сапоги без каблуков, юбку, сзади опускающуюся до земли, а спереди открывающую голенища сапог, и плотно обнимающую крепко сбитое тело жилетку - единственную непрактичную, но изумительно красивую вещь в образе вошедшей. Женщина достала из кармашка жилетки часы на цепочке, щелкнула крышкой, украшенной оскалившейся мордой льва, и взглянула на кружевные стрелки, замершие на цифрах «два» и «четыре». Приподняла тонкую бровь и убрала часы на место, выпрямила спину еще сильнее и застыла, сложив перед собой руки. Ее взгляд равнодушно скользил поверх трепещущих огоньков - она видела их бесчисленное количество раз и не торопилась разубеждать хозяина покоев в их полезности.       Пускай тешит себя иллюзией безопасности. А в нужный момент она загасит все свечи и покажет, что тьма на самом деле никуда и никогда не уходила.       - Долго ты собираешься укоризненно молчать? - раздался мужской голос, и длинные пальцы, унизанные тонкими черными кольцами, качнули бокал с тягучим напитком цвета свежего меда. Кресло, в котором расположился мужчина, стояло спинкой к двери, и гостье была видна лишь его рука и кончик хвоста длинных светлых волос. Она неспешно подошла к креслу. Окинула собеседника изучающим взглядом с головы до ног, потом наклонилась и подняла с пола наполовину опустевшую бутылку.       - Золотое агайское, - прочитала она название виноградника и вопросительно взглянула на собеседника. - Ты что-то отмечаешь?       - Может быть. А может быть, заливаю печаль из-за того, что любимая наставница жестоко меня обманула.       Улисс дель Корра подпер голову раскрытой ладонью и уставился на гостью снизу вверх. Ее маска невозмутимости дала трещину, и улыбка на тонких губах мага стала чуть шире. Но собеседница быстро взяла себя в руки и подняла бесцветные брови:       - И в чем же я тебя обманула?       - Ты умолчала, что магии крови может убивать моих зверушек.       Женщина едва заметно пожала плечами и скрестила руки под грудью.       - Магов крови забирает себе Башня. Шансы, что ты встретишься с ними, настолько ничтожны, что тебе совершенно не стоит бояться кровников.       - А я и не 6оюсь, - Улисс высвободил из пальцев собеседницы бутылку и наполнил бокал. Протянул ей, улыбаясь поверх золотого ободка на хрустальном краешке. - Я восхищен. Тем, что осталось еще в мире магии то, чем я не обладаю. Я привез ее сюда.       - Ее?       - Девушку. Магессу, управляющую кровью. За наше знакомство мне пришлось пожертвовать парочкой теней, но, право, это такая мелочь по сравнению с моим ликованием, когда я понял, что за сила ей подвластна... Башня Пламени как-то умудряется все время оказываться на шаг впереди. Забирает из-под носа самые лакомые кусочки и выжимает их досуха в своих застенках, - Улисс уставился в бокал, а в следующий миг хрусталь жалобно тренькнул и осыпался мелкой крошкой, заливая одежду и кресло смесью сладкого напитка и битого стекла. — Но ее я нашел первым. И она — моя.       Седовласая женщина, растеряв всю невозмутимость, бросилась к магу, на ходу отрывая рукав от своей рубашки и перевязывая его пораненную ладонь.       - Что ты творишь?!       - Ее дар как бутон, - Улисс шептал, не обращая внимания на суету вокруг себя. Он смотрел, как капли крови падают на искрящийся в свете огней хрусталь, и в его голосе звучало вожделение. — Я помогу ему раскрыться... а затем волью в свою силу. Он станет украшением моей коллекции. Ты ведь поможешь мне, Алессия? Как всегда помогала?       Алессия опустилась на корточки, продолжая держать Улисса за перебинтованную руку. Проникновенно взглянула в зеленые глаза и свободной рукой погладила его по голове, как маленького мальчика. Ее голос звучал так же тихо, как и его, когда она заговорила:       - Конечно, я помогу тебе, мой дорогой. Но подумай вот о чем. Что если она - нечто большее?       Морщина прорезала лоб Улисса. Он сдвинул брови, непонимающе глядя на Алессию.       - Помнишь, что я говорила тебе? О Предсказании? Что если эта девочка - твоя Избранная? Что если ты встретился с ней потому, что именно ей суждено пробудить вашу связь, связь Темной Двойки?       - Но... - Улисс растерянно глянул на завесу, скрывающую дверь, как будто Камилла стояла сейчас за нею. - Что же мне делать? Как узнать об этом?       Алессия накрыла своей рукой его руку и прижала к груди. Взгляд она по-прежнему не отводила - и в нем плескалась безграничная любовь и обожание.       - Ты и сам знаешь. Ты уже все делаешь правильно. Ее дару и впрямь нужно помочь раскрыться Если она - та самая, вы объединитесь. А если нет - ты выпьешь ее дар. И станешь еще сильнее. Еще прекраснее. Станешь совершенством.       Улисс, не убирая руку, медленно сполз с кресла и встал коленями прямиком на осколки бокала. Помедлив, свободной рукой обвил Алессию за талию и склонил голову ей на плечо. Его била дрожь. Алессия не оттолкнула его и не обняла в ответ - просто стояла на коленях, как и он, отрешенно глядя поверх головы обнимающего ее мужчины.       - Ты станешь совершенным сосудом, - прошептала она беззвучно.       Позади свечей изгибались в танце бесчисленные тени.