Лекарство от фантомной боли

Не знаю, сколько мы бы ещё просидели в сквере, если бы не надо было забирать волшебную палочку у Олливандера. До его лавки Малфой просто аппарировал нас, мотивировав, что ему лень идти пешком. Несмотря на мои опасения, у него это вышло легко и непринуждённо. – Что ж, мисс Тейт, вам повезло – проблема всё же была в её стержне, – произнёс Олливандер, передавая мне родную волшебную палочку в неизменном виде. – От средней чешуйки василиска откололся очень маленький кусочек и закупорил трубочку, в которую она свёрнута, как раз посередине палочки. Я его убрал, саму чешуйку, как мог, восстановил. Палочка, по идее, должна работать, но проверить её не могу, так как она не хочет меня слушаться. Поэтому попробуйте сами. Ощущение от вложенной в руку рукояти изменилось. Палочка стала казаться продолжением руки, и теперь я понимала, что не чувствовала её в полной мере. Значит, зря я списывала все проблемы с ней на свою странную болезнь. Наколдовала Люмос, и на кончике тут же зажёгся свет, сосредоточилась, сделала его чуть ярче, а потом погасила, не произнеся Нокс. Потом решила попробовать заклинание сложнее, достала из кармана носовой платок и с лёгкостью преобразовала его в шаль. – Ух ты! Спасибо вам огромное, – я не могла не улыбаться, тогда так Драко был настолько хмур, что его глаза были похожи на грозовые тучи, в которых ещё чуть-чуть и сверкнёт молния. Расплатившись с мистером Олливандером, мы вышли из его лавки и направились к камину. Малфой на этот раз взял меня за руку, переплетя пальцы с моими. – Он женат, – заметила я, поглаживая свою палочку в кармане. – Олливандер? Откуда ты знаешь? – У него кольцо на безымянном пальце. Неужели не заметил? И потом, – увидела Луну, выходящую из книжного магазина, правда, с пустыми руками, и приветливо помахала ей рукой. Она улыбнулась в ответ: – Я просто радовалась, что палочку удалось починить, а не строила глазки хозяину лавки. – Ты догадалась, что я тебя приревновал? Но ты так светилась, так смотрела на этого Генри. – Драко, он, конечно, симпатичный, но ты гораздо лучше, – лицо парня осветила самодовольная улыбка. – Давай поскорее отправимся в Хогвартс. Я устала и мечтаю поскорее сбросить туфли и съесть слона. Малфой согласно кивнул, похоже, ему тоже хотелось поскорее покинуть Косую Аллею. Мы ускорили шаг и даже успели проскочить до того, как у камина образовалась очередь из восьмикурсников, желающих вернуться домой. Едва зайдя в комнату, плюхнулась на кровать и собралась стащить с себя туфли. Странно, они такие удобные, но сегодня ноги в них устали так, словно я надела шпильки. Чары развеялись что ли. Но Драко меня опередил, присел на корточки и медленно стянул с меня туфлю, потом вторую. – Давай разомну? – предложил он, пощекотав мою стопу. Я выразила своё согласие улыбкой и рухнула в кровать, прикрывая глаза и сосредоточившись на ощущениях. Сначала Малфой применил очищающее заклинание и только потом начал разминать мою правую ногу сильными, скользкими от масла пальцами. Было так класно, что я застонала от восторга. До моих ушей донёсся довольный хмык, и парень принялся разминать вторую ногу. Однако вскоре разминающие движения перешли в ласкающие – странная тяга слизеренца к этой части тела так и не прошла. Под эти ласки я едва не уснула, но вслед за ними пошли поцелуи, которые начали подниматься вверх. По телу поползли мурашки предвкушения, и я приоткрыла один глаз и увидела, что на Драко уже нет одежды. Да он волшебник! Я не слышала ни одного подозрительного шороха! – Ну, ты и змеюка! – потянула я. Села и погладила стопой восставшее достоинство парня, словно имела в виду его, а не Малфоя. – Не без этого, – поиграл бровями слизеренец. – Я уже готов, как видишь. А вот ты… – Ты, милый мой, по-моему, всегда готов. – Не без этого, – рассмеявшись, повторил Драко, расстёгивая пуговицы на моей мантии. – Вот только не надо уничтожать мои… – начала я сердито, но не успела договорить, так как меня заткнули поцелуем – парень не желал тратить время на разговоры. Сегодня Малфой не пытался быть нежным. Его ласки были грубоваты, на грани причинения боли, и я не удивлюсь, если окажусь разукрашена его метками с ног до головы. В долгу не осталась и так впивалась ногтями ему в спину, что, кажется, расцарапала до крови. Мой стон, знаменующий пик страсти был заглушен таким агрессивным поцелуем, что моя нижняя губа была искусана и даже пожёвана. Когда мы упали от изнеможения, я снова любовалась Драко так, словно делаю это в первый раз или в последний… Первая фантомная судорога уже ничуть не удивляла, но я всё равно бросила на парня жалобный взгляд. Он всё понял и, сочувственно вздыхая, помог выпить зелье. Потом привычно прижался к моему холодному телу, наслаждаясь этим ощущением. Что ж, в любой ситуации стоит находить свою прелесть. – Вообще-то я хотела поесть, – мой желудок согласно заурчал. Удивительно, но чувство голода впервые пробилось сквозь пелену боли и едва не заглушило её, но тут в дело вступил фантомный нож, ударивший куда-то в район селезёнки. – Ещё пара минут, я схожу покурить и на кухню за едой. Ты ведь не против? – Драко не любил оставлять меня одну во время приступа. – Нет, конечно. Тащи всего и побольше! – Да, моя госпожа! – меня звонко шлёпнули по бедру и поднялись. Одевался Малфой не менее эротично, чем раздевался: – Не смотри на меня так, а то я никуда не пойду. – Мы же уже выяснили, что ты не некрофил, – ухмыльнулась я. – Скоро вернусь, не скучай, – хмыкнул парень, чмокнул меня в губы и скрылся за дверью. Пока он отсутствовал, приступ успел пройти, и я выпила согревающее зелье и немного оклемалась. Вспомнила про бумаги, которые забрала в банке, и решила их просмотреть. Погрузившись в мир цифр и сведения дебета с кредитом, я и не заметила, что времени с ухода Драко прошло много. Только о нём вспомнила, как парень появился на пороге, яростно грохнув дверью. Он положил свёрток с едой на стол, а сам плюхнулся на стул и прикрыл лицо руками. – Грейнджер? – можно было и не спрашивать, но вдруг случилось что-то другое. Малфой едва заметно кивнул. – Сейчас приду в себя. Ты поешь, – его голос звучал глухо и не был похож сам на себя. Но я не могла оставить парня наедине со своими мыслями и переживаниями. Встала, подошла со спины и обняла его за плечи. От Драко исходил терпкий запах табака, перебивая привычный аромат его тела. Видимо, он выкурил не меньше полпачки прежде, чем прийти сюда. Когда тишина в комнате стала оглушительной, парень горько вздохнул: – Пандора, я запутался и, боюсь, даже ты не сможешь мне помочь. Мы снова замолчали, и я так и не посмела на него давить и пытаться выведать, что у него на душе. Однако моя иллюзия, что всё будет хорошо, рассыпалась мелкими осколками. Нет, это не между мной и Драко будет ммм… «долго и счастливо», а между ним и Гермионой. Пора бы уже смириться, я ведь столько раз повторяла про себя, что он не мой мужчина, что моё счастье как бабочка-однодневка, однако глупое сердце не слышало рассудка. И теперь оно тихо ноет от боли и умоляет не отпускать Драко. Но что я могу? На следующий день Малфой снова прятался от Грейнджер и постоянно сбегал курить. Я слышала, как он временами судорожно вздыхал, словно собирался прыгнуть в ледяную воду Чёрного Озера, делала вид, что ничего не замечаю, и старалась казаться невозмутимой. Вот только моего волнения Драко не хватает для полного счастья. Однако ничего не могла с собой поделать и изредка прикасалась к его плечу, желая, чтобы он ощутил хотя бы каплю моей поддержки. В обед меня вызвал к себе директор Снейп, и я шла, недоумевая, что ему от меня понадобилось. На пути к нему столкнулась с Гермионой, которая злорадно ухмыльнулась при виде меня. Надеюсь, она не нашла повода нажаловаться на меня директору, а надеется, что скоро победит, что скоро Драко наконец определиться и возобновит с ней отношения. Только Грейнджер не понимала, что с ней никто и не воевал – её «боевые действия» односторонни. Подавила в себе желание высказать девушке всё, что думаю, и отправилась дальше к кабинету директора. В кабинете никого не оказалось, поэтому в нём царила сонная тишина: бывшие директора мирно дремали каждый в своём портрете, даже феникс на своей жёрдочке спрятал голову под крыло и, кажется, посапывал. Я застыла, задумавшись, можно ли мне присесть в кресло для посетителей без приглашения, но решила не нарушать этикет. Тихо прошлась вдоль ряда портретов, внимательно их рассматривая, раньше у меня такой возможности не было. Удивилась, не обнаружив портрета Дамблдора. Нельзя было сказать, что он куда-то ушёл – отсутствовал даже холст с рамой, последним висел портрет его предшественника, директора Диппета. – Мисс Тейт? – директор Снейп появился бесшумно, и звук его голоса стал для меня неожиданностью: – Прошу прощения, срочно вызвали в класс Зельеварения. Очередной неуч взорвал свой котёл, и пришлось помочь в устранении последствий взрыва. Присаживайтесь, я хочу знать, как у вас дела. Сев в кресло для посетителей, я подробно рассказала о своих приступах, о снижении их числа, а потом рассказала о своей волшебной палочке. О том, что я считала проблемы с заклинанием следствием болезни, а оказалось, что дело было в небольшом дефекте сердцевины. Посетовала, что не подумала об этом раньше. Однако о том, что мы с Малфоем можем пользоваться палочками друг друга, умолчала, мне эта информация показалась личной. – Сэмми, подай чай, пожалуйста, – обратился директор к невидимому домовику и перед нами возникли две фарфоровые пары, сахарница и конфетница с лимонными дольками, при виде которых мужчина скривился и не стал их даже предлагать: – Мисс Тейт, у меня к вам личный вопрос. Может, вы мне расскажите, что происходит с Драко? – Почему бы вам не спросить у него самого? – Он в последнее время меня игнорирует, и я не знаю почему. Я вздохнула. Не хотелось бы ввязываться во всё это сильнее, чем сейчас, однако директор Снейп, похоже, искренне волнуется о своём крестнике. – Зато я знаю причину. Драко застал вас с мисс Грейнджер в весьма пикантной ситуации. – Они ведь расстались? – казалась, в вопросе прозвучала затаённая надежда. – Да. Гермионе очень не понравилась идея о свободных отношениях, которая внезапно взбрела ему в голову. – И вы теперь вместе? – Да, – я выдержала пристальный взгляд директора и улыбнулась: – Право слово, я сама не знаю, что Драко во мне нашёл. Но, увы, этого недостаточно. Вы спрашивали, что происходит? У Драко Малфоя есть одна болезнь. «Гермиона Грейнджер» называется. – Понятно, – Снейп поморщился. – И вы не смогли его вылечить? – Директор, вы сами понимаете, что в таких случаях человек сам себе врач. Другим человеком дыру в сердце не заткнёшь. Да, я отвлекла его на время, но этого слишком мало, чтобы излечиться. – Увы, вы правы, мисс Тейт, – мужчина встал и начал расхаживать по комнате: – К сожалению, человек не всегда понимает, что испытывает. Любовь это или зависимость? А может просто привычка? Или собственническое чувство? Это зачастую видится издалека и то не всегда. Я просто кивнула, соглашаясь. У директора Снейпа было сложное прошлое, и он, возможно, много размышлял на эту тему. Может, и в его сердце кто-то занимает важное место? Хотел бы он избавится от наваждения по ней (или нему)? Или от непрошеных чувств? – Думаю, мне есть о чём поговорить с Драко. Надеюсь, он меня выслушает. Можете передать, что я его жду? – Хорошо, – я поднялась с кресла и, попрощавшись, вышла из кабинета. Направилась прямиком на Астрономическую Башню – Малфой, наверное, опять там курит. Я оказалась права. Драко задумчиво смотрел вдаль и курил. Казалось, он не заметил моего появления, но на самом деле уже вычислил меня по звуку шагов. – Что хотел директор Снейп, Пандора? – его голос был сух, словно парень спрашивал это из вежливости. – Всё как всегда. Я отчиталась о своих приступах и… мы говорили о тебе. – Надо же! Догадался, у кого спросить, в чём дело! Наш директор на самом деле не такой уж всезнающий и… не святой. – Я понимаю, ты злишься, тебе больно от его поступка, но знаешь… – мне не хотелось рассказывать о своей догадке, но почему-то показалось, что это важно: – Думаю тот эпизод, когда ты застал директора и Грейнджер был подстроен. Он знал, что ты придёшь, поэтому нарочно «забыл» поставить нужные заклинания. – Но зачем это ему было нужно? – Не знаю. Спроси у него сам. Кстати, директор Снейп просил передать, что хочет с тобой поговорить. Слизеренец уничтожил окурок, а следом достал и закурил вторую сигарету, наблюдая за моей реакцией. Я медленно подошла к нему и встала рядом. Помолчала, а потом, пересилив себя, продолжила: – Возможно, не упрашивания Грейнджер в стиле «вернись ко мне, я всё прощу», – парень аж вздрогнул от прямого попадания моей догадки в яблочко: – А разговор по душам со своим крёстным поможет тебе принять решение. – Думаешь? – недокуренная сигарета была выброшена и уничтожена в полёте. – Пандора, я так больше не могу, веришь? Вот чего мне не хватает? Далась мне, блядь, эта Грейнджер. Мне кажется, я всё настолько запутал и усложнил, что не выберусь. Пойду, пожалуй. Нам со Снейпом есть, о чём потолковать друг с другом. Я обняла Драко и быстро отпустила, не желая его задерживать. А сама осталась стоять на башне и смотреть вдаль, утихомиривая щемящее от боли сердце. Вот только и разум теперь тоже отказывался верить всем доводам о том, что не надо цепляться за эти отношения. Не удивительно, что после разговора с директором Драко вернулся поздно и задумчивый. Комната моментально превратилась в филиал курилки, и этого я уже вынести не могла. Сначала изничтожила этот запах на парне, а потом и в комнате. Он этого даже не заметил – снова сел на стул, сгорбился и закрыл ладонями лицо. – Я всё понял, – вдруг произнёс слизернец. – Понял и принял. Не смогу без неё, не смотря на всё недоверие, не смотря на всю боль. Но, блядь, как же мне с тобой хорошо. А я хочу туда, где плохо. – Но это значит, что когда-то и там тебе было хорошо, – я подошла и погладила Драко по взъерошенным волосам. – Да, и я надеюсь всё это вернуть, – он медленно выпрямился, убрав руки с лица, и пристально посмотрел мне в глаза: – Мордеред побери, Пандора! Скажи уже, что ты против! Скажи, что не отпустишь меня! – Мои чувства к тебе настолько сильны, что я не смогу этого сделать. Помнишь, я сравнила тебя с ветром? Разве можно его удержать? – Ты права, это невозможно. Я уже всё решил и ничто не повлияет на моё решение. – Вот видишь, – я грустно улыбнулась, чувствуя, как в моё сердце воткнулся нож и начал медленно поворачиваться, причиняя почти невыносимую боль. Теперь это был не смертельный удар моего бывшего – этот удар я нанесла себе сама, отпуская Драко, возможно, навсегда: – Поэтому уходи, если всё решил. – Спасибо, – прошептал он одними губами, вставая. – Спасибо за всё. – Не забывай, пожалуйста, – я держалась из последних сил. – Если тебе что-то не нравится, если тебе некомфортно, ты можешь отказаться. Не надо себя пересиливать. Малфой кивнул и, бросив на меня извиняющийся взгляд, вышел. Как только дверь за ним закрылась, ноги подкосились, и я рухнула на пол, глотая слёзы. Мне больно, очень больно – не ожидала, что будет так. Но как бы сильно я ни любила Драко, как бы ни хотела видеть его рядом, не могла поступить иначе. Это пройдёт, всё пройдёт. Завтра продолжится учёба в Хогвартсе, начнётся подготовка к экзаменам – надеюсь, времени на пустые переживания у меня просто не останется.