Несущие Равновесие: Полукровки.

"Иные люди обладают душой достаточно сильной, чтобы доказать любой ценой свою преданность, а наградой им служит сознание, что они сделали добро обожаемому существу". (Оноре де Бальзак - "Полковник Шабер")       Пролетев над лесом, расположенным вокруг Виктуара, Хель по приказу Евы пошла на первый круг для посадки на дворцовой площади. Она хотела приземлиться как можно тише и незаметнее, так что было принято решение подлететь к ней с восточной стены – жилых домов здесь находилось немного, так что вероятность быть замеченными сводилась к минимуму. Хель вела себя на удивление спокойно, будто прекрасно понимала, что нужно вести себя тихо. Посмотрев вниз и дождавшись идеального момента для посадки, Ева потянула поводья на себя и дракониха начала снижаться. Вскоре ее тяжелое тело приземлилось на каменную площадь и всех находящихся в седле сильно тряхнуло, чуть не подбросив в воздух. Придерживая Вергилия за плечи, девушка убедилась, что его ранам не был нанес дополнительный ущерб и только после этого смогла вздохнуть спокойно. Посмотрев на горящий в окнах дворца свет, Ева невольно улыбнулась. Ей казалось, что прошла целая вечность с тех пор, как она была здесь и прежде ненавистный пейзаж заставил ее ощутить умиротворение и покой.       - Нужно позвать лекарей, чтобы они помогли перенести Вергилия в госпиталь, - тихо сказал Арей и тоже посмотрел на дворец. – Даже не верится, чтобы мы уже здесь…       - Впечатляет, - бодро произнес Кассиэль, оглядываясь вокруг. – Давно мечтал побывать в Виктуаре. Кто бы мог подумать, что моя мечта сбудется так скоро.       - Здесь на удивление тихо, - задумчиво пробормотал Деймос. – В Ворацесе подобное редкость. Очень спокойное место.       Спустившись с Хель на землю, Арей уже собирался идти во дворец, чтобы позвать лекарей, но не успел даже шагу ступить, как парадная дверь вдруг распахнулась и на лестнице появились две знакомые фигуры, при виде которых у Евы задрожало в груди – это были ее родители, о встрече с которыми она грезила во сне и наяву с тех пор, как оказалась в Цинисе. Спрыгнув с драконихи, девушка побежала им навстречу, ощущая, как ее ноги превращаются в вату, а глаза начинают щипать от подступающих слез. Ей понадобилось лишь несколько секунд, чтобы очутиться в руках матери и отца, но они показались ей настоящей вечностью, причиняющей невыносимую боль.       - Моя девочка, моя милая! – воскликнула Вики и крепко сжала ее в объятиях. Нежно погладив мать по волосам и дрожащим плечам, Ева подняла взгляд на отца и увидела в его сияющих даже в темноте глазах такую огромную тоску, что ее сердце невольно сжалось от боли и радости.       - Папа… - с горечью в голосе прошептала она и прикусила нижнюю губу почти до крови, чтобы сдержать слезы. – Я очень сильно скучала.       - Я все еще не верю, что вижу тебя, - стараясь сохранять голос спокойным, тихо произнес Мальбонте, а затем порывисто обнял Вики и Еву, бережно заключив их обеих в свои большие и крепкие объятия. Уткнувшись отцу в грудь, девушка невольно всхлипнула, боясь, что все это может оказаться лишь сном. Почти в отчаянии цепляясь за одежду своих родителей, она задрожала всем телом и слезы, наконец, потекли по ее щекам непрерывным потоком. Они были настоящими, они правда были рядом с ней и крепко прижимали ее к себе… Это не сон.       - Я чувствовала, что сегодня тот самый день, когда вы вернетесь, - утерев рукавом глаза, радостно прошептала Вики, выпустив дочь из рук, а затем, поглядев ей через плечо, тихо ахнула при виде подошедшего к ним Арея, на лице у которого все еще оставались ссадины и небольшие синяки после недавнего боя. Повиснув у него на шее, она разрыдалась пуще прежнего, на что парень лишь улыбнулся и нежно погладил мать по спине. – Так и знала, что легко вы до нас не доберетесь… Своими руками этого червяка задушу!       - Все хорошо, - покачал головой Арей, мягко высвободившись из рук Вики и неуверенно посмотрев на своего приемного отца, который пристально разглядывал его на наличие серьезных ранений. – Я в полном порядке, клянусь. Всего лишь пара царапин.       - Я и не сомневался, что вы будете в порядке, - с гордостью в голосе произнес Мальбонте и, подойдя к Арею, обнял его также трепетно и крепко, как и дочь. Ошеломленный этим, парень на мгновение даже растерялся, совершенно не понимая, что ему делать, но затем все же обнял его в ответ. Это было немного странно для него, ведь ему все еще казалось невероятным, что Мальбонте способен показывать ему что-то помимо строгости. И все же, парень не мог отрицать то, что почувствовал в этот момент – покой и ощущение полного принятия.       - А где… Вергилий? – вдруг спросила Вики и встревоженно поглядела в сторону Хель, ожидая, что ангел в любой момент может спрыгнуть с ее спины. – Где он?       - Он ранен, - как можно спокойнее произнесла Ева, боясь излишне встревожить мать. Это не особо помогло, потому что Вики мгновенно побледнела и рванула к дракону, совершенно забыв о том, насколько это может быть опасно. Заметив приближение перепуганной женщины в положении, Деймос и Кассиэль невольно замерли на месте – они оба прекрасно понимали, кто она такая и теперь не решались даже лишний раз вздохнуть рядом с королевой, так как были наслышаны об ее непредсказуемом нраве из тех слухов, что долетали до их земель.       - Так, а вы кто такие? – сурово обратилась к ним Вики, а затем оглянулась на дочь. – Свои?       - Свои, конечно, - улыбнулась Ева при виде их растерянных лиц. – Это сыновья Джахи. Деймос и Кассиэль.       - Я Деймос, Ваше Величество, - мгновенно отозвался он и склонил перед ней голову. – Для меня большая честь…       - Ясно-понятно, я тебя помню, - нетерпеливо закивала Вики и вновь попыталась рвануть к Хель, но на этот раз путь ей преградил Мальбонте, которому совсем не хотелось, чтобы его беременную жену атаковал дракон.       - Арей, сбегай за лекарями, пожалуйста, - попросил он, обратившись к парню и тот, не теряя времени, рванул в сторону дворца, а затем посмотрел на Деймоса и Кассиэля, которые уже даже не знали, чего им стоит ожидать. Мальбонте выглядел невероятно сурово и одним взглядом своих необычных разноцветных глаз заставлял примерзнуть к месту. И все же, несмотря на такую строгую наружность, на его лице читалась благодарность и даже едва уловимая мягкость. – Спасибо, что сопровождали моих близких в пути. Для меня это очень важно.       - Для нас это честь, Ваше Величество, - скромно отозвался Кассиэль и тоже склонил голову в вежливом поклоне. – Матушка передает вам большой привет.       - Мы в свою очередь передаем ей большую благодарность за то, что она дала приют нашим детям и другу. Надеюсь, она находится в добром здравии?       - Да, у нас скоро будет пополнение. Как, впрочем, и у вас.       - О да, трудно не заметить это, - закатила глаза Вики, указав на свой большой живот, а затем вновь дернулась в сторону дракона, но ее вовремя успел мягко схватить за плечо Мальбонте, не спускавший с жены глаз. – Почему вы его прячете?       - Не стоит тебе на это смотреть, - покачала головой Ева, стараясь выглядеть спокойной, хотя внутри нее все раздирало от боли за Вергилия. – Пусть ему сначала окажут помощь.       - Насколько сильно он ранен? – как можно тише спросил Мальбонте, обеспокоенно посмотрев на дочь.       - Ему порезали крылья. Пришлось… вырвать их, потому что его регенерация не работала, пока мы это не сделали. Сейчас он спит.       - С трудом могу представить, что Вергилия кто-то способен ранить, - пораженно прошептала Вики, нервно стиснув плечи руками. – Как же так вышло?       - Он… защищал меня, - Ева не смогла сдержать тяжелый вдох и с тоской посмотрела на Хель, которая с интересом принюхивалась к окружающим запахам многочисленных растений, посаженных на дворцовой площади. – Он отвлекся на помощь мне и пропустил удар.       Обо всем, что произошло с ними после этого, девушка решила умолчать и пристально посмотрела на Деймоса с Кассиэлем, дав этим понять, что им тоже стоит молчать. Сразу разобравшись, что именно от них требуется, парни лишь коротко переглянулись, не решившись идти против этого безмолвного приказа.       Несколько минут томительного ожидания закончились, когда на площадь вместе с несколькими лекарями вернулся Арей. Не дожидаясь, пока они решатся подойти к дракону, Мальбонте без лишних слов забрался в седло и мягко спрыгнул с него, уже держа на руках Вергилия, завернутого в плед. Благодаря ему раны ангела было трудно разглядеть, так что и так встревоженная Вики избежала нового потрясения, которое было нежелательным в ее положении. Положив Вергилия на носилки, Мальбонте с интересом посмотрел на Хель, которая спокойно дожидалась, пока с нее снимут всю поклажу.       - Это дракон Джахи? – спросил он, обратившись к Деймосу. – Странно. Мне казалось, что герцогиня их недолюбливает.       - Нет, она… принадлежит Асмодею, - чуть помедлив, ответила за него Ева и глаза мужчины тут же заволокло пугающей чернотой. – Отец, дракон здесь не при чем. Она помогла нам добраться сюда. Отпустим ее с миром.       - Ладно, ты права… Пусть летит.       - Ну, что, красавица, - обратилась к Хель девушка, положив руки ей на морду и немного погладив ее по золотой чешуе. – Тебе пора домой. Не думаю, что мы с тобой когда-нибудь увидимся, но я была рада познакомиться.       Добродушно выдохнув Еве в лицо плотную струю пара, дракониха утробно зарычала, выказав ей таким образом свое хорошее отношение. Дождавшись, пока все отойдут в сторону, Хель несколько раз взмахнула крыльями и, неторопливо поднявшись в воздух, устремилась высоко в небо и вскоре скрылась из виду за проплывавшими по нему облаками. Судя по всему, она действительно хорошо знала дорогу до дома и это утешило Еву, которая не хотела, чтобы по ее вине это чудесное создание угодило в беду. Еще немного поглядев на звездное небо, девушка пошла следом за остальными в сторону дворца, все еще не до конца осознавая, что сегодня у нее будет возможность впервые за долгое время выспаться в своей собственной постели.       - Рана тяжелая, но с ним все будет в порядке, - сделал вывод Эрелим, тщательно осмотрев Вергилия, когда его доставили в госпиталь. Ангел продолжал спать даже во время всех манипуляций, что с ним проводил целитель, лишь изредка морщась от боли. – Сейчас ему нужно как следует отдохнуть и набраться сил. Думаю, что завтра его уже можно будет перенести отсюда в комнату, но я все равно понаблюдаю за его состоянием этой ночью.       - Спасибо большое, - поблагодарил Мальбонте, крепко пожав Эрелиму руку. – Мы на вас рассчитываем.       - Нужно показать нашим гостям их комнаты, - тихо произнесла Вики, которая немного успокоилась, услышав вердикт целителя. Поднявшись с кровати, на которой лежал Вергилий, она оглядела стоявших чуть позади нее Деймоса и Кассиэля с ног до головы, будто оценивая их по какому-то тайному критерию. – Вы наверняка ужасно устали. Хотите есть?       - Я предпочитаю просто лечь спать, - покачал головой Кассиэль и протяжно зевнул.       - Но для начала стоит смыть с себя… все это, - неловко произнес Деймос, продемонстрировав перепачканную в крови одежду.       - Тогда следуйте за мной, - скомандовала Вики и направилась в сторону выхода из госпиталя. – Я вас отведу. Как раз познакомлюсь с вами получше.       Вопросительно посмотрев на Еву и получив от нее одобрительный кивок, Кассиэль и Деймос послушно направились следом за Вики, которая явно намеревалась попытаться разузнать у парней всю интересующую ее информацию. Мальбонте ей в этом мешать не собирался, но чутье подсказывало ему, что они будут молчать или отвечать максимально уклончиво. В отличие от жены, он заметил, как Кассиэль, словно хвост, следует за Евой, все время держась чуть позади нее.       - Вам стоит немного отдохнуть, - предложил он, обратившись к дочери и сыну. – Вы наверняка устали.       - Не до отдыха мне сейчас, - покачала девушка головой, стараясь не смотреть в сторону Вергилия слишком часто, чтобы не вызвать у отца подозрения. – Но душ принять стоит.       - Да, пора смыть с себя эту дрянь, - вяло кивнул Арей. Сам он не разделял желание Евы продолжать бодрствовать. Его глаза слипались от накатывающей сонливости, а тело налилось невыносимой тяжестью. – Я, если честно, ужасно хочу спать.       - Тогда ты отправишься в постель, - кивнул Мальбонте, а затем многозначительно посмотрел на Еву. – Я буду ждать в своем кабинете. Заходи без стука.       - Хорошо. Только прошу… Когда мы будем разговаривать, ничего больше от меня не утаивай.       - Обещаю.       Удовлетворенно кивнув, Ева вышла из госпиталя следом за Ареем, оставив Мальбонте размышлять над предстоящим разговором с дочерью, к которому он морально был совсем не готов. Будучи смелым воином, мужчина не боялся битв и ранений, но, когда дело касалось его семьи, он чувствовал себя абсолютно растерянным, а порой и совершенно беспомощным. Сев на кушетку рядом с той, на которой спал Вергилий, Мальбонте спрятал лицо в ладонях и сделал глубокий вдох, морально готовя себя к тому, в чем он никогда не был хорош. Счастье от встречи с дочерью смешалось с иррациональным страхом в очередной раз ее разочаровать.

***

      Медленно шагая по родным коридорам дворца, Ева и Арей ощущали себя абсолютно вымотанными – она морально, а он – физически. Еле передвигая ногами, они добрались сначала до комнаты девушки и остановились напротив двери, совершенно не понимая, что сказать друг другу перед недолгим расставанием. Вся тяжесть их неопределенных отношений навалилась на них и больше не давала вести себя как прежде. Это очень угнетало их обоих, но они ясно осознавали, что обратной дороги больше не было.       - Не давай мне слишком долго спать, - неуверенно произнес Арей, нарушив повисшее между ними неловкое молчание. – Не хочу пропустить все самое интересное.       - Обещаю, что ты будешь сидеть в первом ряду, когда я размажу этого Данталиана по стенке, - ухмыльнулась Ева. – Фигурально выражаясь, конечно. А жаль.       - Действительно, жаль. Но даже этого для начала будет достаточно… О чем вы с Мальбонте будете говорить?       - Ну, для начала обсудим все, что он так долго от нас всех скрывал. Теперь ему незачем врать.       - Я рад, что не буду присутствовать на этом разговоре, - тяжело вздохнул Арей и покосился в сторону темного коридора, по которому ему еще предстояло добираться до своей комнаты. – Если захочешь поговорить после него с кем-то… я всегда готов тебя выслушать.       - Спасибо, - кивнула Ева и неловко уставилась себе под ноги, обняв свои плечи руками. – Иди. Ты и правда выглядишь очень уставшим. Обещаю, что мы поговорим. Обо всем, что… случилось.       - Ясно. Все же, мне не удастся избежать тяжелой беседы… Пусть будет по-твоему.       Больше Арей ничего ей не сказал, да и любые слова в подобный момент оказались бы лишними. Проводив взглядом его удаляющуюся в темноту фигуру, Ева тяжело вздохнула и повернула ручку двери своей комнаты. Оказавшись внутри, она на несколько секунд замерла, оглядывая ее привычное убранство. Лежанка Луны была пуста – видимо, заботу о волчице взял на себя кто-то другой и приводить ее сюда каждый раз оказалось слишком хлопотным делом. Ощутив легкую тоску из-за этого, девушка решила, что не стоит тратить время зря. Быстро стянув с себя пропахшую кровью одежду и бросив ее в корзину для белья, она направилась в ванную комнату, чтобы смыть с себя остатки прошедшего дня. Встав под горячую воду, Ева блаженно прикрыла глаза и заставила себя хотя бы на несколько коротких минут забыть обо всех тревогах и пережитых бедах. Она представила, что все они стекают по ее телу и постепенно исчезают вместе с водой, оставляя после себя лишь приятную пустоту и легкость, в которой она так сильно сейчас нуждалась.       Насухо высушив теплую кожу полотенцем и переодевшись в чистые рубашку и брюки, Ева опустилась на кровать, почувствовав ладонями ее одинокий холод. В комнате стояла идеальная чистота и все ее вещи находились на своих местах, но она все равно ясно ощущала в ней стойкую атмосферу покинутости. Ее не было пару месяцев, но казалось, что прошли годы, а то и десятилетия с тех пор, как девушка в последний раз переступала порог своей спальни. Находиться здесь было немного одиноко. Ева все бы отдала за то, чтобы прямо сейчас отправиться в госпиталь к Вергилию, но она понимала, что отныне им придется вновь скрывать свои отношения. По крайней мере до тех пор, пока она не решится рассказать о них родителям, а точнее отцу. Девушка знала, что мать поддержит ее в любом случае, а вот по поводу него у нее оставались сомнения. Была ли это ее интуиция или банальный страх, но по какой-то причине Ева решила вновь отложить этот разговор до лучших времен. Оправдала она себя тем, что сейчас для этого было совершенно неподходящее время, но настойчивый голос в голове внезапно напомнил ей о тех словах, что сказал Вергилий, когда они оказались на земле после падения с Хель.       - Он ведь предложил мне стать его женой… - удрученно подумала девушка, спрятав лицо в ладонях. – Как я после этого могу продолжать врать? Что же мне делать? Так и не найдя ответов на эти важные вопросы, Ева поднялась с кровати и быстрым шагом направилась прочь из комнаты, ощутив, как стены начали давить на нее со всех сторон. Испытывая огромный стыд за свое вранье, она медленно поплелась по коридору, не совсем понимая, куда вообще идет и зачем. Все ее естество стремилось вернуться к Вергилию, чтобы увидеть его лицо хотя бы на несколько мгновений. Она хотела держать его за руку и быть первой, кого он почувствует, когда очнется, но все это было невозможно из-за ее трусости и малодушия. Мысленно обругав себя последними словами, Ева все же смогла заставить себя собраться – ей не хотелось показывать отцу, что ее что-то тревожит. Тогда он начал бы задавать вопросы, ответить на которые у нее сейчас просто не хватило бы сил.       Преодолев лестничный пролет и пройдя по длинному коридору до нужной двери, девушка на несколько секунд прикрыла глаза, чтобы привести мысли в порядок, а затем легонько толкнула ее вперед и, наконец, оказалась в кабинете отца. Мальбонте сидел за своим письменным столом, держа в руках какие-то документы, но при виде появившейся на пороге дочери, тут же отложил их в сторону и поднялся с места. Ему очень хотелось вновь обнять Еву, чтобы еще раз убедиться, что она действительно здесь, а не где-то далеко от него, но мужчина в последний момент удержал себя от этого – выражение лица девушки показалось ему слишком напряженным и он понял, что сейчас объятия будут лишними. Сперва им нужно было поговорить.       - Садись, - предложил Мальбонте, указав на диван около окна. Ему не хотелось общаться с дочерью через стол, так как это сделало бы их разговор слишком формальным. Дождавшись, пока Ева займет предложенное ей место, он опустился с ней рядом и ненадолго замолчал, пытаясь подобрать правильные слова. – Ты… Мне столько всего хочется у тебя спросить, но я совершенно не понимаю, с чего стоит начать…       - Спроси то, что тебя интересует больше всего, - предложила девушка, которая тоже медлила с началом разговора, как и ее отец.       - Ладно, тогда… Как ты смогла покинуть замок Асмодея?       - Он сам отпустил меня.       - Не понимаю, как это вообще возможно, - задумчиво произнес Мальбонте, а затем в его взгляде появилась та самая темная тень, которую можно было заметить, когда он кого-то в чем-то подозревал. Осторожно взяв Еву за руку, он пристально посмотрел в ее глаза, немного помолчав прежде, чем задать волнующий его вопрос. – Он ведь… ничего не сделал с тобой? Если он хоть пальцем тебя тронул…       - Нет, он ничего со мной не делал, - покачала головой девушка, сообразив, что именно имел ввиду отец. – Он не причинил мне вреда. Хоть я и была в заточении, но обо мне хорошо заботились его слуги. Асмодей… отпустил меня, потому что осознал свою ошибку. Он решил не удерживать меня, потому что я не хотела там находиться.       - Я считал, что он хотел таким образом мне отомстить - забрать самое дорогое, что у меня есть.       - Может быть, отчасти так и было, я не могу об этом судить. Его истинные мотивы оказались немного… странными. Таким образом он хотел уберечь меня.       - Что? Уберечь? Похитив тебя из дома? – сердито переспросил Мальбонте, сжав руку в кулак. – Он окончательно в уме повредился…       - Пап… Мы оба знаем, что мне действительно грозит опасность, - Ева на несколько мгновений прикрыла глаза и сжала руку отца сильнее, цепляясь за нее, как за единственную поддержку в этот момент. – Я знаю об Эоне, и я знаю, почему тебе пришлось пойти на договор с Асмодеем. Он все мне рассказал. Мне важно знать другое… Почему же ты не рассказал мне о ней раньше?       - Я не хотел тебя пугать. Мы с мамой приняли решение держать это в тайне до тех пор, пока не появится необходимость об этом рассказать. Если честно, я надеялся, что этот день никогда не настанет. Я фатально ошибся.       - Ты что-то знаешь об Отшельницах?       - Знаю лишь то, что они промышляют на севере отсюда, - задумчиво произнес Мальбонте, стиснув пальцами переносицу. – Они подозреваются в убийствах бессмертных и жертвоприношениях. Я несколько раз отправлял туда отряды, но они слишком хорошо умеют прятаться.       - Им-то я и нужна, - горько усмехнулась Ева и почувствовала, как рука отца дрогнула в ее ладони. – Они поклоняются одной из ипостасей Эоны, часть которой осталась во мне. Они хотят дать ей физическое тело и для этого им нужна я. Асмодей решил, что мне будет безопаснее в Цинисе под его присмотром… Вот почему он разыграл весь этот спектакль и вынудил меня пойти с ним на сделку. Ему не нужен был Виктуар, а Габриэль с Крисом и подавно.       - Я утрою охрану дворца. Тебе не стоит покидать его, пока мы не выясним, как достать этих Отшельниц. Я соберу отряд, и мы отправимся на север…       - И они снова исчезнут. Судя по всему, их глава уже много лет вынашивает идею с воскрешением Эоны. Так просто до них не добраться. Они наверняка все предусмотрели. Не стоит их недооценивать.       - Хорошо, я тебя понял, я останусь здесь, с тобой, - через силу улыбнулся Мальбонте и коснулся ладонью бледной щеки дочери. – Ты за эти месяцы будто на несколько лет повзрослела… Я столько раз ошибся, и ты пострадала из-за меня. Я хочу загладить вину перед тобой, но не знаю, как это сделать.       - Мне ничего не нужно. Я лишь хочу, чтобы ты был честен со мной и мамой. Лучше бы я все узнала от тебя, а не от Асмодея.       - Почему он тебе все рассказал?       - Мне нужно озвучивать это вслух? – Ева отвела взгляд в сторону, надеясь, что до отца все дойдет и без подробных объяснений. Разумеется, Мальбонте все прекрасно понимал, но ему хотелось услышать от дочери иной ответ, опровергающий его собственные догадки. Потеряв надежду на это, мужчина тяжело вздохнул и вновь стиснул пальцами переносицу. Меньше всего на свете ему хотелось, чтобы кто-то подобный Асмодею испытывал чувства к его драгоценной Крохе. – Он не говорил об этом напрямую, но… все его действия и слова говорили сами за себя.       - Ты ведь… ничего к нему не чувствуешь? – тихо спросил Мальбонте, почувствовав, как у него пересохло во рту. – Умоляю тебя, скажи, что нет.       - Я не испытываю к нему романтических чувств, если ты об этом. Но, пока я была там, я пересмотрела к нему свое отношение. Он на моей стороне, а в нынешней ситуации нам нужны союзники.       - Он не будет нашим союзником. Я не могу этого допустить. Нельзя доверять таким, как он.       - Асмодей дал мне свою сигиллу, - Ева достала спрятанный под одеждой амулет, который подарил ей Асмодей и продемонстрировала ее отцу. – Ты ведь понимаешь, что это значит? Это не просто дар – это практически клятва. Он больше никогда не причинит мне никакого вреда. Этому ты веришь?       - Ты должна знать, что я не в восторге от этого, - покачал головой Мальбонте, с тревогой посмотрев на сигиллу в руках у дочери. – Но в конечном итоге тебе решать, с кем иметь дело. Я не смогу тебя заставить, даже если попытаюсь.       - Все верно. Это большой козырь в рукаве, который мы сможем использовать против Данталиана. Джахи тоже выступит на нашей стороне, если дело дойдет до военного столкновения. Это не просто обещание – мы заключили союз.       - Даже не знаю, что сказать…       - Ну, ты хотя бы мной гордишься? – с надеждой в голосе спросила Ева и прикусила нижнюю губу от волнения. – Хоть… чуточку?       - Нет таких слов, чтобы передать, как сильно я тобой горжусь, - улыбнулся Мальбонте и нежно погладил дочь по волосам. – Ты стала совсем взрослой… Мне грустно и радостно от осознания того, что ты уже не моя маленькая Кроха. Ты больше не нуждаешься в своем старике, как прежде.       - Не дави на жалость. Ты же знаешь, что все совсем не так.       - Мне просто хотелось в этом убедиться.       - Итак… Что мы будем делать дальше? – вернулась Ева к обсуждения насущной темы. – Какой наш следующий шаг?       - Глупо думать, что Данталиан не знает о твоем прибытии, - пожал плечами Мальбонте, вернув голосу серьезный тон. – Он точно в курсе и уже продумывает ходы наперед. Готовься к тому, что он начнет на тебя клеветать. Не забывай, что вы с Габи официально женаты и по твоей же легенде ждете ребенка. Данталиан определенно захочет обратиться к Парламенту, чтобы попытаться добиться признания брака недействительным.       - И когда у него, очевидно, ничего не выйдет, он улетит домой, а потом объявит войну Виктуару. Таков его план?       - Мы предполагаем, что да. Пока тебя не было, мы с твоей мамой, Дино, Робертом и Люцифером разрабатывали несколько вариантов действий на тот случай, если до этого дойдет. Еще пришлось поразмыслить над тем, как уберечь Клео от возможного покушения.       - Где она сейчас? Она в порядке? – встрепенулась Ева, почувствовав, как сердце бешено заколотилось в груди от тревоги. – С ней все в порядке?       - Я не знаю, где она в данный момент. На самом деле никто не знает, - загадочно ответил Мальбонте, заставив девушку еще больше разволноваться. – Не бойся. В этом и смысл. О том, где сейчас Клео, знают лишь трое – Габи, Крис и Силли. Они охраняют ее по очереди в разных местах, о которых известно лишь им. Габи решил таким образом перестраховаться.       - Он просто умница. Это лучший план из возможных. Надеюсь, что скоро я смогу ее увидеть…       - Габи сказал, что она вернется лишь в тот момент, когда Данталиан, его дочери и свита покинут Виктуар. Сегодня не его очередь дежурить, он сейчас во дворце. Можешь разузнать у него подробности. Единственное, что нас интересовало – это как протекает беременность Клео, но об этом знают лишь Вики и Каллисто. При слугах ничего не обсуждается.       - Верное решение, - согласилась Ева. – Сейчас мало кому можно доверять по-настоящему. Мы уже убедились, что даже во дворце не безопасно.       - Я как раз об этом подумал, - с тяжелым вздохом произнес Мальбонте и обеспокоенно посмотрел дочери в глаза. – Возможно, тебе не стоит оставаться во дворце. Мы могли бы найти для тебя надежное место до тех пор, пока я не разберусь с Отшельницами. Арей и Вергилий могли бы отправиться туда с тобой, чтобы защитить. Разумеется, ему сперва нужно оправиться от ран.       - Не знаю, поможет ли это… У них везде могут быть уши и глаза. К тому же, мне не хотелось бы вмешивать их в эту ситуацию. Если я это сделаю, они тоже будут в опасности.       - Ты считаешь, что Арей будет сидеть в стороне, пока тебе кто-то угрожает? Ну, давай, проверь. Ты сама в это веришь?       - Нет, конечно… - невесело усмехнулась Ева и устало потерла глаза пальцами. – Наверное, я просто принимаю желаемое за действительность.       - Ничего, Кроха. Скоро мы разберемся со всеми проблемами и бояться будет нечего, - успокаивающим тоном произнес Мальбонте, но девушка без труда углядела в его глазах едва уловимую тень сомнения. – Нужно управиться с ними до момента, когда твоей маме будет пора рожать. Я не хочу, чтобы ее что-либо волновало в это время.       - Уже совсем скоро. Ты прав, надо позаботиться о том, чтобы нас ничто не отвлекало от нее и малышей. Это значит, что у нас каждый день на счету.       - Сейчас нам остается лишь ждать, что предпримет Данталиан. Я более, чем уверен, что он явится сюда уже утром. Надеюсь, ты к этому готова.       - Я ко всему готова, пап, не переживай об этом, - твердо произнесла Ева и крепко стиснула руку в кулак, чтобы сдержать внутри себя закипающий гнев. – Я понимаю, что мы не можем его уничтожить физически, но… я планирую размазать его хотя бы морально. Он больше не посмеет ставить никому из нас свои условия. Его армия больше не угроза для нас.       - Однажды мы найдем на него управу, - криво улыбнулся Мальбонте, довольный словами дочери. – И на всех тех, кто состоит с ним в сговоре… Но это мы оставим на десерт. Сейчас тебе все же стоит хоть немного отдохнуть. Попробуй поспать. Ты выглядишь измотанной.       - Не уверена, что смог уснуть. Голова кипит от мыслей. Но я все же попробую. Может, если я прилягу, сон сам ко мне придет.       - Правильная мысль. Утром нам будут нужные трезвые головы. Если станет что-то известно по поводу Данталиана, я сразу дам тебе об этом знать.       Обняв отца перед недолгим прощанием, Ева, наконец, почувствовала, что она действительно находится дома. Его уверенный голос, утешающие слова и крепкие руки дали ей ощущение безопасности, в которой она так сильно сейчас нуждалась. Она будто вновь стала той маленькой девочкой, что забиралась к отцу на колени, пока тот разбирал бесконечные бумаги на своем столе. Тогда он был готов бросить все свои дела, чтобы рассказать дочери сказку перед сном или немного поиграть с ней в ее дурацкие детские игры. Но со временем дел становилось только больше, да и Ева уже не стремилась проводить с отцом слишком много времени. Начались первые ссоры, непонимания и бесконечные тайны, которые образовали высокую стену между ними, но сейчас девушка почувствовала, что она, наконец, была готова ее сломать.       Покинув кабинет, Ева медленно поплелась по коридору обратно к себе в комнату. Спать ей все еще не хотелось, но в данный момент заняться было попросту нечем, так что она решила хотя бы разобрать свою походную сумку и отправить вещи в стирку. Только вот добраться до спальни девушка не успела. Услышав чей-то громкий топот на лестнице, она подняла голову и не поверила своим глазам – к ней на всех парах бежала большая белая волчица, в которой Ева с трудом узнала свою Луну. Подбежав к хозяйке, она принялась носиться вокруг нее, отчаянно размахивая своим тяжелым хвостом, который чуть не снес девушку с ног.       - Моя малышка, моя красавица! – радостно воскликнула она и, присев рядом с волчицей на корточки, крепко обняла ее, зарывшись лицом в мягкую белоснежную шерсть. Та смирно опустилась на задние лапы и жалобно заскулила, словно спрашивая у хозяйки: «Где ты была все это время?». – Прости, что так надолго пропала, Луна… Я не хотела тебя оставлять.       - Черт побери, она снова куда-то убежала. Опять придется полночи бегать по дворцу, чтобы ее найти…       - Возможно, она у парадных дверей, как в прошлый раз? Может, ей захотелось побегать на свежем воздухе.       Услышав знакомые голоса, Ева замерла на месте и почувствовала, как сердце забилось быстрее в приятном предвкушении. Выпустив Луну из рук, она поднялась на ноги и увидела, как по лестнице спускаются Габи и Силли, которые даже не догадывались о том, кто ждет их внизу. Продолжая о чем-то тихо переругиваться, они не сразу заметили волчицу и ее хозяйку – по их обеспокоенным и уставшим лицам Ева поняла, что это был далеко не первый раз, когда Луна куда-то сбегала, находясь под их присмотром.       - Что, не можете сладить даже с маленькой собачкой? – с веселой усмешкой поинтересовалась она и оба парня тут же повернули головы в ее сторону, замерев на месте. – Эй, а как же восторженные крики радости?       - Черт возьми, это правда ты! – во все горло крикнул Габи и, одним прыжком преодолев оставшиеся ступеньки, заключил девушку в невероятно крепкие объятия, приподняв ее над полом. Почувствовав, как воздух выходит из легких, и каждая косточка трещит в ее теле, она тоже обняла его в ответ, хотя все внутри нее молило о том, чтобы это прекратилось как можно скорее. – Поверить не могу, вы вернулись!       - Я сначала подумал, что мне показалось, - радостно улыбнулся ей Силли и обхватил их обоих руками, потому что Габи не намеревался так быстро отпускать подругу из удушающих объятий. – А где Арей и Вергилий?       - Арей пошел к себе, он очень устал, - ответила Ева, когда оказалась на свободе и смогла нормально говорить. – Мы нарвались на целую орду демонов, пока добирались сюда. Вергилий… сильно пострадал. Он сейчас в госпитале.       - Это ведь Данталиан их послал, да? Кроме него некому! – рассержено процедил Габи сквозь зубы и до хруста стиснул руки в кулаки. – Чертова мразь! Чтоб его черти разодрали!       - Как он мог осмелиться пойти на это? – ужаснулся Силли и стал внимательно оглядывать Еву с ног до головы в поисках травм. – Тебя не ранили?       - Нет, я в полном порядке благодаря Арею, Вергилию и еще двум сопровождающим. Сыновья Джахи вызвались лететь с нами и их помощь помогла всем уцелеть.       - Хоть это радует, - тяжело вздохнул Габи и потрепал девушку по плечу. – Я так рад, что вы вернулись. Клео будет счастлива встретиться с тобой.       - Не будем обсуждать ее в коридоре, - прошептала Ева, осмотревшись вокруг, будто их могли подслушивать. – Пойдем ко мне в комнату. Я хочу узнать, что здесь происходило, пока меня не было.       - Нет, лучше пойдем ко мне, - покачал головой Силли. – Если ты переживаешь, что здесь даже у стен есть уши, то твоя комната может быть недостаточно безопасна, верно?       - Черт, ты прав… Да, пойдем в твою комнату.       Поманив Луну за собой, девушка пошла следом за Габи и Силли, нервно озираясь по сторонам. Ощущая себя параноиком, она вглядывалась в тени и колонны, будто оттуда на нее в любой момент мог выпрыгнуть очередной подосланный убийца. Успокоилась она лишь оказавшись в спальне, в которой сейчас жили Силли и Крис. Заперев двери на замок и плотно задернув шторы, она устало плюхнулась на небольшой диванчик, в то время как волчица устроилась у ее ног, не желая отходить от хозяйки даже на минуту после столь долгого расставания.       - Я успела обсудить кое-что с отцом, - начала Ева, немного собравшись с мыслями. – Но вы же понимаете, он может что-то не договаривать, чтобы не волновать меня.       - В Виктуаре очень неспокойно, - кивнул Габи, опустившись на край кровати рядом с братом. – Поговаривают, что Данталиан тайком притащил сюда своих союзников, но они притворяются обычными мирными жителями, чтобы не выдать его планы. Я уверен, что это правда. К тому же, они, видимо, следят за мной. Я пару раз замечал подозрительных прохожих, когда выходил в город. Видимо, они пытаются проследить за мной, чтобы найти какой-то компромат или… добраться до Клео.       - Данталиан не идиот, он прекрасно понимает, что я не беременна, - тяжело вздохнула Ева, ощутив, как начинают дрожать ее пальцы. – Вы уверены, что Клео находится в безопасном месте?       - Да, абсолютно. Мы меняем места каждые несколько дней на всякий случай. Охранять ее приходится по очереди – если бы я надолго отлучился, это бы вызвало еще больше подозрений.       - Сейчас очередь Криса, - продолжил Силли, заметив, что брату нелегко говорить об этом. – Только мы трое знаем, где находится Клео.       - И мне не говорите на всякий случай, - попросила Ева, решив, что парни уже были готовы ей об этом рассказать. – Я просто хочу быть уверена, что эта информация никуда не просочится.       - Хорошо, пусть будет так, - согласился с ней Габи и нервно запустил пальцы в волосы. – Она ужасно нервничает. Я боюсь за ее состояние. Беременность протекает нормально, но мне все равно тревожно.       - Сейчас слишком много поводов для стресса, - кивнул Силли, ободряюще приобняв брата за плечи. – Не бойся. Все образуется.       - Мы должны вышвырнуть этого червя из города, - процедила Ева сквозь зубы. – Будь моя воля, я бы отрубила ему голову… Как жаль, что сейчас это невозможно.       - Ненавижу политику именно за это, - скривился Габи, почти до крови прикусив нижнюю губу. – Приходится играть в какие-то непонятные игры, улыбаться тем, кого ненавидишь, отпускать тех, кого убить мало… И все потому, что у него за спиной огромная армия, которая готова его поддержать.       - И нам не нужны новые войны, - обеспокоенно напомнил Силли. – Они вообще никому не нужны кроме тех, кто ищет выгоду от кровопролития. Я даже думать не хочу об этом… Ева, лучше расскажи, что было в Цинисе. Как вам удалось оттуда выбраться?       - Это очень странная история, - медленно произнесла девушка, отведя взгляд в сторону. – Отцу я не могла рассказать о подробностях того, что там происходило. Пришлось говорить кратко, хотя он, наверное, и так все прекрасно понял…       Рассказав друзьям всю правду о том, что ей довелось пережить рядом с Асмодеем, Ева ненадолго замолчала, наблюдая за тем, как меняются лица друзей – злость сменилась шоком, а на место шока пришло удивление, что было совсем неудивительно, ведь ее история местами казалась абсолютно безумной.       - То есть Асмодей… чуть не убил Вергилия, а потом Вергилий чуть не убил его и в итоге это все закончилось тем, что он отпустил тебя? – недоверчиво переспросил Габи, пытаясь сложить всю картину у себя в голове. – У этого демона в самом деле не все в порядке с головой… Ты уверена, что после всего этого ему можно доверять?       - Интуиция подсказывает, что да, - кивнула Ева, но ее уверенность никак не снизила градус сомнения друзей. – Вас никто не заставляет верить ему, но поверьте хотя бы мне. Асмодей больше не представляет для меня угрозы.       - Тебе я доверяю, - пожал плечами Силли, оттаяв первым. – Ты в таких вещах редко ошибаешься. Если помощь Асмодея принесет нам всем пользу, то я готов потерпеть его, если придется.       - В конечном итоге решать только тебе, - рассудил Габи, с тревогой во взгляде посмотрев на подругу. – К тому же, враг моего врага – мой друг. Так ведь говорят, верно? Асмодей и Данталиан на дух друг друга не переносят. В крайнем случае их можно просто стравить и наблюдать за всем со стороны.       - Наблюдать со стороны уже не получится, - с сомнением покачала головой Ева. – Я не знаю, в курсе ли вы, но Виктуар построен в особенном месте даже по меркам Небес. Здесь все в изобилии, почти не бывает холодов, урожай зреет почти круглый год, земли богаты металлами и драгоценными камнями. Это слишком хорошо для одного места, не правда ли?       - Я никогда не задумывался об этом всерьез, - удивленно вскинул брови Силли. – Крису нравится география и порой он говорил, что нам повезло жить здесь – уж больно богатое место… Виктуар снабжает провизией очень много городов и поселений, но это не наносит никакого вреда местной экономике. Некоторые бессмертные живут буквально на голых скалах и при этом не страдают от нехватки ресурсов лишь благодаря Виктуару.       - Правильно, все так, - довольно кивнула Ева, увидев, что ее мысль понята правильно. – Асмодей мне рассказал, что этот город был построен на особой территории. Здесь сконцентрировано много энергии, которая постоянно ее питает. Теперь ясно, к чему я веду? Данталиану наверняка хочется заполучить себе этот лакомый кусочек, вот он и лезет из кожи вон, чтобы найти причину для нападения.       - Пусть ищет сколько влезет, - насмешливо фыркнул Габи, который все это время внимательно слушал объяснения брата и подруги, так как сам в географии был не особо силен. – Если за нами теперь еще две армии, то ему крышка. Хочу увидеть его тухлое лицо, когда он все узнает… Не могу дождаться этого момента.       - Сначала нужно сделать все правильно, чтобы этот момент вообще наступил. Я хочу, чтобы у Клео была возможность вернуться в Виктуар и больше ничего не бояться. Меня тошнит от одной мысли, что эта тварь хочет ей навредить.       - И каков же план? – спросил Силли, чтобы немного отвлечь девушку от тяжелых мыслей. – Ты ведь обсуждала это с отцом, верно?       - Ждем действий от Данталиана, - пожала плечами Ева, которой отчасти было сложно с этим смириться. Ей хотелось действовать прямо здесь и сейчас, но она понимала, что поспешность может только навредить. – Когда он поймет, что ему нечем нас прижать, маска спокойствия спадет с его кислой физиономии и тогда-то мы добьем его соглашениями с Цинисом и Ворацесом.       - А если… он все же решит начать войну? – предположил Габи, взволнованно посмотрев на подругу. – Если все это его не напугает?       - Данталиан никогда в этом не признается, но он боится Асмодея и Джахи. У них обоих есть, что ему предъявить и за что мстить. Герцогиня в тех старых междоусобных войнах потеряла всю свою семью. Тогда она была молода и не имела столько власти, как сейчас. Если у нее появится возможность отомстить, она определенно захочет ею воспользоваться и Данталиан об этом знает. Про Асмодея и говорить нечего – они стали непримиримыми врагами еще до того, как встретились давным-давно на поле боя. Этой пиявке есть чего бояться. На это и будем давить.       - Это вселяет уверенность, - слабо улыбнулся Силли и нервно потер ладони. – Хотя какая-то часть меня везде ищет подвох или слабое место в плане… Просто на всякий случай, чтобы я был морально к этому готов.       - Напугаться заранее, чтобы потом было не так страшно? Да, это мне знакомо, - тоскливо усмехнулась Ева. – Я использую все, что у меня есть. Будем надеяться, что этого хватит.

***

      Следующее утро во дворце прошло в сильном напряжении. Во время завтрака в просторной столовой собрались абсолютно все, но разговоры велись сухие и скомканные, что только усиливало общее состояние тревоги. Ева была рада встретиться с Лилит и Каллисто, но, поглядев на уставшие лица женщин, решила не загружать их банальными беседами. Все, что должно было произойти совсем скоро, касалось напрямую их семьи, а кто угодно от такого давления впадет в мрачное настроение. Люцифер выглядел ничем не лучше – у прежде сиявшего здоровьем мужчины появились сероватые круги под глазами, а в них самих читалась полнейшая апатия. Ева сразу заметила, что он не решался поднять на нее взгляд и ей была очевидна причина его поведения. Каллисто и Лилит выглядели виноватыми каждый раз, когда она с ними заговаривала, а он и вовсе избегал ее всеми возможными способами. Девушка не могла их за это винить, ведь отчасти именно Ливия была виновата в том, что план Асмодея вообще сработал. Ева знала, что ей необходимо встретиться с ней, но лишь после того, как все уляжется – сейчас на подобные разговоры у нее не было ни капли сил.       Кассиэль и Деймос, получив личные комнаты в распоряжение, на завтраке не присутствовали, видимо, посчитав свое появление на нем неуместным. В принципе, так оно и было – помимо Евы, Арея и Вергилия их никто лично не знал. Вики, конечно, успела немного с ними познакомиться, пока показывала им их комнаты, но этого было недостаточно для того, чтобы парни чувствовали себя на новом месте как дома. Деймос в любом случае собирался в скором времени покинуть Виктуар, а вот Кассиэлю еще предстояло обжиться здесь и наладить со всеми контакт. Успев немного его узнать, Ева даже не сомневалась, что эта задача не составит для него никакого труда. Но это все должно было случиться в будущем, а пока все просто ждали, что будет происходить дальше.       Закончив с завтраком, Ева отправилась к себе в комнату, чтобы немного подготовиться. Она чувствовала, что Данталиан не заставит себя долго ждать, так что решила сложить все необходимые ей документы, чтобы они с этого момента были при ней, пока в них оставалась нужда. Лишь один из конвертом девушка пока так и не решилась открыть, потому что знала – это не официальная бумага, а письмо от Асмодея лично для нее. Пару раз она порывалась бросить конверт в камин, но в последнее мгновение что-то ее останавливало, и она возвращалась к себе, продолжая сжимать его в руках, но так и не решаясь заглянуть внутрь. Решив, что лучшей идеей будет пока что спрятать письмо, Ева направилась с ним в гардероб, где для подобных вещиц был выделен потайной ящик в самом дальнем нижнем углу за обувью. Присев на корточки, девушка открыла его и на глаза ей попалась деревянная шкатулка, про которую она из-за всего, что происходило с ней в последнее время, уже успела позабыть. Достав ее, Ева подняла крышку и нашла внутри тот самый серебряный перстень с бирюзой, который ей подарила Гефия от лица всего ковена.       - Тайное имя оберегает от дурного глаза… - вспомнила девушка ее наставление и достала украшение из шкатулки. Прямо под ним она заметила небольшое колечко и, поддев его пальцем, обнаружила потайное одно, а в нем - сложенный в несколько раз небольшой кусочек пергамента и плотный мешочек из темного бархата. Развернув бумагу, Ева с интересом ознакомилась с ее содержимым. – Чтобы обрести тайное имя, нужно дождаться наступления ночи, написать выбранное тобой имя на пергаменте, а затем сжечь его в медной пиале вместе с магическими травами. Таким образом ты обретешь защиту и откроешь себе дорогу к новым силам и знаниям, которые помогут тебе обрести мудрость всех ведьм, что благословили тебя на твоем пути. Твои сестры не по крови, но по духу всегда будут с тобой.       Сложив все обратно в шкатулку, Ева спрятала ее под кроватные подушки. Она намеревалась последовать совету и выбрать себе тайное имя хотя бы для собственного успокоения. Прямо сейчас любая поддержка не могла быть лишней. Как именно действовал этот магический оберег, девушка мало понимала, но у нее не было причин не доверять тем силам, которыми обладают ведьмы. Она уже несколько раз смогла убедиться в том, что они вполне реальны.       Разобравшись с этим, Ева вернулась в гардероб и оглядела свои многочисленные наряды. Для встречи с Данталианом требовался самый лучший из них, и девушка остановила свой выбор на ярко-красном платье в пол с длинными воздушными рукавами. Мама всегда учила ее, что своей одеждой можно сказать даже больше, чем словами и Ева собиралась воспользоваться этим советом по максимуму. Переодевшись и приведя свои волосы в надлежащий порядок, она еще раз посмотрела на себя в зеркало и поняла, что сделала правильный выбор. Если и воевать с кем-то на политическом поле, то это определенно нужно делать со вкусом.       Покинув свою комнату, Ева замерла посередине коридора, не зная, куда ей стоит отправиться в первую очередь. Она очень хотела проведать Вергилия, чтобы убедиться, что он идет на поправку, но вероятность того, что там может быть кто-то из родителей, не давала ей шанса показать свои настоящие чувства. Теперь, когда они вернулись домой, девушка осознала, насколько трудно им будет скрывать их отношения, пока она не созреет для того, чтобы обо всем рассказать матери и отцу. Одна часть нее хотела поведать им о своей первой настоящей любви, а другая тряслась в неведомой тревоге. Она и сама не понимала, почему так боится рассказать им правду. Интуиция это была или банальная трусость? Тяжело вздохнув, Ева все же направилась в лазарет, не желая упускать возможность увидеть Вергилия. Добравшись до нужного места, она немного помедлила, прежде чем зайти и ничуть не удивилась, увидев сидящую на постели ангела мать. Та молчала и просто гладила его по руке, так что девушка сразу поняла, что тот все еще спал. Подав знак кашлем, она подошла к матери и присела по другую сторону от нее.       - Так и знала, что ты заглянешь сюда, - улыбнулась Вики, но как-то неуверенно и немного грустно. – Я не хотела, чтобы Вергилий был здесь совсем один. Когда он спит, то кажется таким… беззащитным, почти как ребенок. Что с ним на самом деле случилось? Те двое негодников мне так ничего и не рассказали.       - Ты про Деймоса и Каса? – предположила Ева и Вики кивнула в ответ. – Наверное, они не хотели тебя тревожить. Их мать тоже в положении, и они понимают, как сложно в такое время справляться со стрессом.       - Меня мало чем можно испугать, милая. Я и не такое видала на своем веку. Рассказывай.       - Напавших на нас было очень много, наверное, около сотни. Хотя, возможно, мне так только показалось из-за того, как быстро все произошло. Я управляла драконом, пока остальные отбивались и защищали меня. Все случилось так внезапно… Один из нападавших чуть не убил меня, но Вергилий подоспел вовремя. Только вот он сам чуть не погиб.       - И теперь ты винишь в этом себя.       - Конечно. Не будь я такой слабой…       - Но ты не слабая, - твердо произнесла Вики, пристально посмотрев дочери в глаза. – В нашей семье таких нет. Ты с самого раннего детства была бойцом. Я уверена, что ты не осталась в стороне, когда Вергилия ранили. Благодаря тебе он здесь, я права?       - Не знаю… Возможно, - уклончиво отозвалась Ева, отведя взгляд в сторону. Она не решалась посмотреть на ангела, потому что знала – мать сразу поймет все по ее глазам, а у нее самой не будет даже сил ей соврать. – Я просто успела его поймать. Это меньшее, что я могла сделать.       - Этого оказалось достаточно. Главное, что вы все живы и добрались сюда. Как жаль, что… все так. Я надеялась, что моя семья обретет покой хотя бы на век. Как оказалось, мы лишь выиграли нам немного времени.       - Мам, что ты имеешь ввиду? Скоро с Данталианом будет покончено. Он отправится обратно в свой Дис, мы найдем всех, кто угрожает городу и…       - Нет, я так не думаю, - упрямо помотала головой Вики. Ева удивленно уставилась на нее – впервые она видела свою мать в таком странном состоянии. Обычно полная оптимизма и веры, теперь она выглядела абсолютно подавленной и смирившейся с мрачным неизбежным будущим. – Я давно ждала, когда это начнется заново. Ждала и никогда не сомневалась. Данталиан, ведьмы… Это лишь верхушка айсберга.       - Ты перенервничала, только и всего. Не бойся, мы со всем справимся.       - Конечно, мы справимся. Только через что нам придется пройти вновь ради этого? Мы с твоим отцом… долго разговаривали накануне вашего появления. Если бы я знала, через что он прошел в одиночку, то начала бы обдумывать все еще раньше.       - Я не понимаю, о чем ты говоришь, - обеспокоенно прошептала Ева и, протянув к матери руку, сжала ее ладонь в своей. – Мама… Прошу, скажи мне.       - Я просила твоего отца… отправить тебя, Арея и наших малышей подальше от Виктуара, когда я рожу, - призналась Вики и ее глаза заблестели в свете тусклых ламп, освещавших лазарет. – Куда угодно, хоть к людям на Землю, хоть на другой конец Небес… Я больше не чувствую безопасности. Я не прощу себя, если вы, мои дети, будете под угрозой, а я даже ничего не попытаюсь предпринять. И Вергилия с собой возьмете. Он будет вас защищать, а вы защитите его. Он для меня как брат и сын в одном лице. Я не могу позволить вам оставаться здесь.       - И ты предлагаешь мне такое? Оставить вас с папой совсем одних?       - Мы с ним привыкли сражаться до последнего, но вам я такой участи не желаю. Ты моя дочь, мое сокровище, а Арей – не оружие и не щит, он для меня такой же ребенок, как и ты, и близнецы… Вергилия я тоже не хочу во все это втягивать. Он достаточно сражался. Ему нужен покой, он достоин обрести мир в своей душе. Никакой больше крови, больше никаких смертей…       - Мама! – почти завопила Ева от ужаса. Голос Вики превратился в тихое бормотание, ее глаза налились кровью, а губы побелели, словно мел. Она явно была в измененном состоянии, похожем на транс, и девушка, впервые заставшая мать в таком виде, испытала леденящий душу страх. – Я не хочу быть далеко от вас. Только не после того, как меня так долго не было рядом! Арей и Вергилий столько всего пережили, чтобы вернуть меня к вам… Неужели это ничего для тебя не значит?       - Значит слишком много. Вот почему я хочу вас всех уберечь. Я уверена, что Вергилий был бы со мной солидарен. Кажется, ты много для него значишь. Он время от времени шепчет твое имя. Зовет тебя.       - Он просто… очень ответственный. Отец ведь попросил его защищать меня. Вот и итог – даже во сне боится разочаровать его.       - Только ли в этом дело? – прищурилась Вики, внимательно вглядевшись в лицо дочери, которая изо всех сил старалась не покраснеть от смущения и не выдать этим себя. – А вдруг он… влюблен в тебя?       - Мам… Что ты такое говоришь? – почти задыхаясь от волнения, выпалила Ева. – Это невозможно.       - Как скажешь. Я просто предположила. Мне всегда было интересно, кто будет той, кому он отдаст свое сердце. Она должна быть по-настоящему особенной, правда?       - Да… Он достоин именно такой. Самой лучшей.       Произнеся эти слова, Ева подумала, что действительно не заслуживает кого-то настолько прекрасного рядом с собой. Вергилий был идеален от макушки до пят. Он воплощал в себе непостижимый идеал, с которым ей довелось встретиться и влюбиться в него без памяти, но была ли она достойна его? К ней вечно притягивались какие-то неприятности, и ангел каждый раз нырял в них с головой, не щадя себя. Что она могла дать ему взамен? По сути, совершенно ничего, хоть Вергилий и говорил, что ему достаточно лишь ее присутствия рядом. Это казалось слишком невероятным, чтобы быть правдой, и Ева каждый раз боялась, что все это окажется сладким сновидением, от которого ей однажды суждено будет проснуться.       Из тревожных размышлений девушку вырвал резкий звук распахнувшихся дверей лазарета – на пороге стоял Роберт, выглядевший как минимум встревоженным, но старавшийся этого не показывать. Вики тут же поднялась с места, сразу догадавшись в чем дело.       - Явился? – коротко спросила она голосом, в котором чувствовалась ледяная сталь. - Да. Его Величество и он сейчас в тронном зале, - кивнул Роберт и посмотрел на Еву. – Вас ждут.       - Приставь стражу ко входу в лазарет, - приказала Вики. – Если кто-то сюда сунется, отвечать будут головой, так и скажи.       - Непременно, Ваше Величество. Я обо всем позабочусь.       - Что думаете? – вклинилась в разговор Ева, обратившись к Роберту. – В каком настроении Данталиан?       - В прекрасном, - скривил губы мужчина. – Поспешите. Он явно что-то задумал.       - Как и я, - усмехнулась девушка и, взяв мать под руку, вышла вместе с ней из лазарета, напоследок быстро глянув на Вергилия и мысленно пообещав ему вернуться при первой же возможности. Будто почувствовав ее даже на расстоянии, ангел нахмурился и провел пальцами по покрывалу, словно ища руку девушки, но, так и не найдя ее, вновь погрузился в глубокий сон.       До тронного зала Вики и Ева шли в напряженном молчании. На самом деле им даже не нужно было ничего говорить, чтобы понять, о чем думает другая – о том, что совсем скоро хотя бы одна проблема в их жизни либо будет решена, либо разрастется до невиданных масштабов. О последнем варианте развития событий Ева сейчас думать не желала, потому что это означало бы, что она заранее настраивается на поражение. Козырей у нее в рукаве было не так много, как хотелось бы, да и Данталиана девушка знала недостаточно хорошо, чтобы раскусить все его слабые стороны во время единственного полноценного разговора, но отчаиваться раньше времени она не собиралась. Теперь, когда Ева вернулась домой и была окружена теми, кого она любила, ее тревога практически сошла на нет. Крепче сжав руку матери в своей и ободряюще посмотрев на нее, девушка коснулась ладонью большой парадной двери и прошла вместе с ней в тронный зал, заполненный теми, кто ждал их появления.       - Ваше Высочество, вы, наконец-то, вернулись! Как я рад, что вы в добром здравии! – с наигранной радостью в голосе поприветствовал ее Данталиан, а затем отвесил небольшой поклон и Вики, которая гордо прошла мимо него и опустилась на трон рядом с Мальбонте. Он выглядел абсолютно спокойным, но Ева, краем глаза посмотревшая на него, сразу почувствовала исходящие от него волны едва скрываемой ярости и отвращения. В зале также находились почти все члены семьи Люцифера, за исключением Ливии, которая оставалась в своей комнате по приказу Мальбонте. Арей стоял неподалеку от возвышения с тремя тронами и по нему можно было ясно увидеть, что он готов в любое мгновение броситься на Данталиана, чтобы разорвать того в клочья. По другую сторону от него заняли места Кассиэль и Деймос. Встретившись взглядом с Евой, Кас незаметно для остальных подмигнул ей, но уже через секунду его лицо вновь приняло абсолютно нейтральное выражение. Едва сдержав улыбку, девушка посмотрела на Данталиана, едва сдерживая приступы сильной тошноты при виде его кислой и высокомерной физиономии. Рядом с герцогом стояли его дочери – они обе склонили головы и не смели поднять взглядов, но энергия от них исходила совершенно разная. Олимпия явно наслаждалась всем происходящим, а вот Клото казалась недовольной. Оценив ситуацию, Ева встала напротив Данталиана, но протягивать ему руку для вежливого поцелуя не стала, ясно давая ему понять, что не намерена тратить время попусту. Габи, теперь стоявший совсем рядом с ней, попытался понять по лицу девушки, чего ему стоит ждать дальше, но не смог распознать на нем ни капли эмоций. Ему даже показалось, что она обратилась в статую – настолько непроницаемым стал ее прежде ярко сияющий добродушием взгляд.       - Благодарю, герцог, - вежливо отозвалась Ева, посмотрев ему прямо в стеклянные серые глаза. – С чем связан ваш столь ранний визит? Неужели вы пришли, чтобы попрощаться? Возвращаетесь в Дис?       - Ох, нет, как же я могу вернуться домой, не получив то, для чего я в принципе решил явиться в Виктуар? - ответил Данталиан, продолжая растягивать губы в притворной улыбке, которая обдавала холодом любого, кто мог ее видеть. – Либо так, либо я получаю доказательства консумации вашего брака с наследником Сатаны.       - Какими по вашему мнению должны быть доказательства? Хотите присутствовать лично? – не выдержав, поинтересовался у него Габи и окинул герцога взглядом, полным отвращения. Оглянувшись на семью Люцифера, Ева вновь ощутила всю тяжесть ответственности, что лежала на ней, ведь именно от ее слов и действий будет зависеть, как сложится их судьба. Сделав глубокий вдох, она вновь посмотрела на Данталиана и заставила себя вежливо ему улыбнуться.       - Разве недостаточно того, что я ношу его ребенка? – спокойно спросила Ева, мягко коснувшись руки друга, чтобы не дать ему продолжить гневную тираду. Габи послушно замолчал, и девушка мысленно выдохнула от облегчения. Сейчас ей нужно было лишь одно – чтобы никто, включая ее родителей, не вмешивался в этот разговор. – Мне кажется, что этого вполне достаточно. Вам остается лишь дождаться рождения ребенка, но на это потребуется время.       - Я требую медицинских доказательств, - упрямо продолжал Данталиан. – Осмотр независимым лекарем необходим…       - Подобное унижение недопустимо. Вы говорите о моей дочери, о принцессе и будущей королеве, герцог. Знайте свое место, - ледяным тоном произнес Мальбонте. – Доказательства получите, когда дитя появится на свет.       - Почему я должен верить, что принцесса ждет ребенка именно от наследника Сатаны?       - К чему вы клоните? – прищурилась Вики, окинув Данталиана испепеляющим взглядом. – Объяснитесь.       - Непременно, Ваше Величество, - довольно улыбнулся демон и, сложив руки за спиной, внимательно оглядел Еву с ног до головы. – До того, как Асмодей покинул Виктуар вместе с Ее Высочеством, я сделал небольшое, совсем малюсенькое наблюдение… Я, конечно, не могу говорить со стопроцентной уверенностью, но мне показалось, что герцог Циниса испытывает к нашей прекрасной принцессе определенные… чувства. Также мне показалось подозрительным, как легко она согласилась уйти вместе с ним. Присутствующие здесь должны согласиться, что все это выглядит весьма интересно.       - И что же вы хотите этим сказать? – спросил Мальбонте, крепко стиснув пальцами подлокотники трона.       - Я склонен считать, что Ее Высочество ждет ребенка не от наследника Сатаны, а от герцога Циниса.       - Неслыханно… - с яростью прошипела Лилит, терпение которой было на исходе. – Это оскорбление!       - Это лишь ваши фантазии, герцог, - криво улыбнулся Данталиану Люцифер, сделав шаг вперед. – Уверяю вас – принцесса носит моего внука. Мы это точно знаем.       - Без веских доказательств я буду продолжать думать, что это не так, - развел руками герцог и издал легкий смешок, от которого волосы на затылке у Евы встали дыбом. – Для меня все выглядит так, будто Асмодей решил забрать свою маленькую семью с собой… Он никто и никого не отпускает так просто.       - Давайте начистоту, - прервала его речь девушка и улыбнулась самой ядовитой улыбкой, на которую вообще была способна. – Признайтесь честно, что просто не верите в мою беременность. Не нужно глупых обвинений. Скажите правду.       В тронном зале повисло напряженное молчание, от которого всем стало не по себе. Теперь, когда притворство и вежливые слова закончились, Данталиан и Ева схлестнулись в беззвучной борьбе – глядя друг на друга, они ждали, кто из них первым отведет глаза в сторону, будто победа в этом маленьком противостоянии действительно что-то значила для них обоих. Ева не отводила взгляд. Она не желала показывать демону ни единой эмоции, ни капли чувств или сомнений, ведь тот с легкостью мог использовать их против нее. Девушка не знала, сколько прошло времени прежде, чем Данталиан нашел, что ей ответить, но оно показалось ей настоящей вечностью.       - Это звучит как признание, - довольно произнес он, не отрывая от нее взгляда. Казалось, теперь его вообще не волновало присутствие кого бы то ни было в зале – все его внимание было сконцентрировано на Еве. – Значит, я был прав с самого начала. Вы не беременны, Ваше Высочество. Все, что произошло с того разговора в кабинете – не более, чем прекрасно сыгранный спектакль.       - Все так, герцог, - кивнула девушка и встретилась взглядом с Ареем, который был готов в любой момент выхватить оружие и применить его против Данталиана. – Но я не тешила себя надеждой, что вы поверили в мое маленькое представление. Вы не настолько наивны.       - Тогда я больше не собираюсь тратить время попусту. Моя дочь и так достаточно натерпелась. Эти унижения… Но я буду милостив и прощу королевской семье эту оплошность. Олимпия, ты согласна со мной?       - Да, отец, - елейным голосом отозвалась она, подняв голову. – Я хочу лишь одного – чтобы мой жених отправился в Дис вместе с нами.       - Через мой труп, - прорычал Люцифер и сделал шаг к Данталиану, но Ева выставила перед ним руку, не давая тому совершить задуманное. – Ваше Высочество…       - Успокойтесь, ваш сын останется с вами, - добродушно произнесла она и оба демона удивленно уставились на нее. Сделав глубокий вдох, девушка посмотрела на Данталиана и мягко улыбнулась ему. – Герцог Диса, вы обвиняетесь в незаконной военной деятельности на территории Виктуара. В связи с этим я могла бы потребовать от лица королевской семьи, чтобы вы предстали перед судом… Но я достаточно милосердна. Если хотите избежать суда, то предлагаю вам другой вариант. Вы и ваши войны, которые присутствуют в Виктуаре без официального разрешения, немедленно покинете город.       - Это… какая-то шутка, Ваше Высочество? – звонко расхохотался Данталиан и насмешливо оглядел всех присутствующих с таким видом, будто ожидал, что они в любой момент могут на него наброситься. – Вы, вероятно, немного повредились рассудком во время пребывания в Цинисе. Ничем другим я не могу объяснить подобную… дерзость.       - Не притворяйтесь, герцог, я же просила вас быть честным. В ответ на это я тоже буду честна с вами. Я понимаю, для вас подобное непривычно, но все не так сложно, как кажется. Попробуйте хоть раз. Если сможете, тогда я, возможно, буду более милосердна.       - Невиданное оскорбление. Я… буду подавать прошение Парламенту. Пусть там решают, сошли вы с ума или говорите всерьез.       - Надеетесь на помощь своих крыс? – ухмыльнулась Ева при виде обеспокоенного лица Данталиана. Маска, которую он упорно сохранял на своем лице, слетела с него, будто легчайшая фольга, обнажив трусливое нутро своего обладателя. – Я знаю, что среди членов Парламента есть те, кто кого вы тайком протащили на столь высокий пост. Не переживайте, с ними мы тоже разберемся.       - Если вы будете подавать прошение Парламенту, то королевская семья подаст собственное прошение в ответ на ваше, - добавил Мальбонте, продолжая сохранять спокойствие, хотя Ева прекрасно понимала, что он медленно, но верно закипает от злости. – Вам будут предъявлены обвинения по многим пунктам. Среди них – незаконное пересечение границ Виктуара вашими войсками.       - Докажите сперва, что они действительно здесь! – завопил Данталиан и сделал один-единственный неосторожный шаг вперед, который мог стоит ему жизни. Арей, Кассиэль и Деймос одновременно выхватили свои мечи и нацелили их в его сторону, давая ясно понять, что еще одно движение может стать для него последним. Олимпия подняла горящий взгляд на парней, а вот Клото испуганно стиснула пальцами ткань юбки своего платья – в отличие от сестры, она не желала кровопролития и боялась даже лишний раз слишком громко вздохнуть. Время от времени она кротко поглядывала в сторону Арея, но встречаться с ним взглядами не решалась, так как момент для этого был явно неподходящий. Они стояли по разные стороны баррикад и ей приходилось играть свою роль, продолжая оставаться в тени отца.       - Спокойнее, герцог, - с легкой угрозой в голосе произнес Мальбонте. – Вы же не хотите лишиться головы, правда? Вам нужны доказательства? Мы поймали одного из ваших шпионов, и он отдал нам график патрулирования города. Как вы это объясните?       - Я… Я не понимаю, о чем речь… Это все ложь, наглая клевета, сговор против моей семьи…       - Если вы признаете это, мы отпустим вас с миром, - продолжила Ева, кивнув Арею, Кассиэлю и Деймосу, чтобы те опустили свои мечи. – И вы, конечно же, сразу пустите в ход свои маленькие паучьи лапки, станете дергать за ниточки, созывать союзные войска… Я права?       - Каково тебе прятаться за спиной этой хрупкой девушки, Люцифер? – насмешливо спросил Данталиан, посмотрев на него поверх головы Евы. – Ты и твой сын не имеете ни капли достоинства…       - Мы исполняем волю наследницы престола, будущей королевы, - холодно отозвался Люцифер, сохраняя несвойственное ему спокойствие. Стоявшая рядом с ним Каллисто незаметно для остальных ободряюще погладила его кончиками пальцев по тыльной стороне ладони и улыбнулась одними уголками губ. – Вы, герцог, должны помнить один непреложный факт – все мы подчиняемся королевской семье. Их воля – закон для жителей Ада и Небес. Ваши слова для меня пустой звук, если они не сходятся с решением короля, королевы и принцессы.       - Ваши жалкие попытки надавить на тех, кому вы помогли в обход правил, в этот раз не сработают, герцог, - довольно улыбнулась Ева, наблюдая за тем, как меняется выражение лица Данталиана. Его высокомерие испарилось и ему на смену пришла неподдельная злость. Она полыхала в его стеклянных глазах, которые, казалось, в любой момент были готовы лопнуть изнутри от напряжения. – Вы помогали не Люциферу, а самому себе. Вы боялись, что трон Сатаны займет Асмодей, не так ли? Вам было неважно, кто на него сядет – лишь бы не он. Вы понимали, что никто не позволит вам его занять, так что решили действовать скрытно. Встали за спинкой, натянули свои веревочки… Ничего интересного, старая история. Уже продумываете, как максимально быстро собрать все свое войско и пойти войной на Виктуар?       - Вы излишне подозрительны, Ваше Высочество, - елейным голосом отозвался Данталиан, но его взгляд, источающий ядовитую ненависть, выдал его с потрохами. – Я ни за что не поступлю так, потому что глубоко уважаю королевскую семью и поддерживаю все ее решения…       - Разумеется, вы этого не сделаете. Иначе Дис будет стерт с лица с карт Ада навеки. Не дожидаясь, пока Данталиан вновь начнет оправдываться или попробует найти путь ля отступления, Ева достала два свитка, припрятанные в потайном кармане среди складок ее платья. Демонстративно развернув их на глазах у герцога, девушка постучала ногтем по печатям, прекрасно осознавая, что тот имеет представление о том, кому они принадлежат.       - Что это? – холодно поинтересовался Данталиан, уставившись на свитки.       - Гарантия того, что вы будете сидеть тихо в своем герцогстве, если не хотите, чтобы наши союзные войска прошлись по вашим землям, - пояснила Ева и развернула свитки к себе лицом, чтобы прочитать написанное. – «Я, герцог Циниса, сим документом объявляю себя верным вассалом Ее Высочества наследной принцессы Виктуара, а также всех земель Небес и Ада. Клянусь в верности ей и королевской семье, а также предоставляю свое войско в полное пользование Ее Высочества для любых целей, которые она посчитает нужными. Также сим документом я подтверждаю, что любое нападение на Виктуар будет расценено мной как нападение на меня самого. В случае военного столкновения мои воины прибудут на службу согласно мой воле, которую я заверил личной подписью и печатью». Точно такой же документ был подписан и герцогиней Ворацеса Джахи. Думаю, читать его нет смысла, они похожи по содержанию.       - Вы… сговорились против меня? Это провокация!       - Ни в коем случае, герцог. Всего лишь гарантия безопасности моего народа.       - И чем же вы заслужили такую… верность от Асмодея, Ваше Высочество? – тон Данталиана вновь обрел прежние шипящие нотки, которые не сулили ничего хорошего. Оглядев девушку с ног до головы самым неприятным и липким из всех возможных взглядов, он цокнул языком. – Кажется, я догадываюсь, на что вы пошли ради этих документов.       - Закройте свой рот, герцог, - сквозь зубы процедил Арей, до этого момента не издававший ни звука. – Это прямое оскорбление Ее Высочества. За такое стоило бы отрезать язык.       - Все в порядке, - покачала головой Ева, нисколько не оскорбившаяся от слов Данталиана. Ей было весело от того, насколько испорчен был этот демон и как далеко он собирался зайти в своем стремлении хоть как-то запятнать ее имя. – Пусть выскажется. У герцога есть на это полное право.       - Это уже больше похоже на демократию, о которой так много говорит Его Величество, - продолжил мерзко улыбаться тот и отвесил Мальбонте с Вики насмешливый поклон, в котором уважением даже не пахло. Будь ситуация иной, они бы ни за что не спустили ему подобного поведения, но сейчас исход этой политической игры зависел не от них двоих, а от их дочери. Они оба понимали, что прямо сейчас им стоит промолчать и просто довериться ей. – Видимо, Асмодею очень понравилась ваша компания, принцесса, раз уж он подписал столь рабский документ.       - Вы намекаете на то, что у нас была сексуальная связь? Ох, не стоит. Я не опускаюсь до ваших методов, герцог. У нас здесь не принято подкладывать собственных дочерей в чужие постели, чтобы добиться желаемого. Прекратите этот цирк, Данталиан. Я не хочу с вами воевать, но если мне придется это сделать, я лично пройдусь по всем вашим землям, чтобы убедиться, что каждый ее клочок будет обращен в пепел и посыпан солью.       - Это прямая угроза, Ваше Высочество. Вы это осознаете?       - Разумеется, я этого и не скрываю, - кивнула Ева и посмотрела герцогу прямо в глаза. – Если вы не уберетесь из Виктуара вместе со своими воинами, наши союзные войска войдут в Дис и сотрут его в порошок. Ваш замок, наделы, шахты… Все это будет уничтожено, а богатства отправятся сюда. Вам все ясно?       - Кхм… Яснее некуда, - сухо отозвался Данталиан и нехотя склонил голову в медленном поклоне, к которому присоединились и его дочери. – Будут ли еще какие-то указания для меня?       - Вы будете находиться под домашним арестом в своем замке. За всеми вашими действиями будут следить. Можете даже не пытаться связаться со своими союзниками. Это будет расценено мной как причина для нападения на Дис. Я ясно выразилась?       - Да, Ваше Высочество…       - Вас вместе с дочерями сопроводят обратно в Дис, - не смягчая тона, продолжила Ева, а затем сурово посмотрела на Олимпию, которая сверлила девушку взглядом. – Завтра утром вы все покинете Виктуар. Ваши договоренности с Сатаной считаются аннулированными. Если я узнаю, что в будущем вы попытаетесь выдать своих дочерей замуж вашими любимыми методами, я лишу вас титула, всех земель и отправлю прислуживать Асмодею. В его казармах найдется работа, подходящая для вас… А сейчас покиньте дворец и не попадайтесь мне на глаза ближайшие пару сотен лет.       - Будет исполнено, Ваше Высочество.       - Стража! Сопроводите герцога и его дочерей в их дом. Десять из вас останутся там, чтобы помочь им исполнять мои требования.       Стражники в доспехах мгновенно окружили Данталиана, Олимпию и Клото, а затем под взглядами всех присутствующих вывели их из тронного зала. Лишь в тот момент, когда двери за ними закрылись, Ева смогла облегченно выдохнуть. Ей все еще не верилось, что она смогла пройти через это самостоятельно, без помощи родителей. Проведя ладонью по лицу, девушка устало села на ступени, ведущие к тронам, совершенно позабыв о том, что она здесь не одна.       - Я думал, что умру от напряжения, - тихо произнес Силли, прижав ладонь к груди и обеспокоенно посмотрев на подругу. – Неужели… они правда уберутся отсюда?       - Я прослежу за этим, можете не беспокоиться, - уверенно произнес Мальбонте, который поднялся со своего места и присел на ступеньку рядом с дочерью. Оглядев все семейство Люцифера, он ободряюще им улыбнулся. – Это уже позади.       - И мы должны поблагодарить за это Еву, - радостно хлопнула в ладони Лилит. – Я наслаждалась каждым моментом от начала и до конца. Ох, ну и рожа была у этого червяка…       - Он ужасно зол, - довольно кивнул Габи и с благодарностью во взгляде посмотрел на девушку. – Мы тебе всем обязаны.       - Благодарю от всех членов своей семьи, - торопливо произнес Люцифер, все еще не до конца поверивший, что этот кошмар закончился. – Мы в большом долгу перед принцессой…       - Умоляю, больше никаких долгов! – устало замотала головой Ева. – Вы не обязаны меня благодарить. Лучше идите к себе, побудьте вместе как семья. И еще, Люцифер… Предупредите Ливию, что сегодня я приду с ней поговорить.       - Хорошо, - с тихим вздохом произнес демон и встретился с обеспокоенным взглядом жены. – Она будет ждать.       После этих слов Люцифер поманил все свое семейство за собой, и они в полном молчании покинули тронный зал, прекрасно понимая, что Ливии предстоит очень тяжелый разговор. Ева открылась для каждого из присутствующих с совершенно новой для них стороны и теперь было неясно, чего от нее стоит ждать. Даже Габи и Силли чувствовали тревогу, хотя раньше ни за что бы не поверили в то, что их подруга может быть настолько суровой и даже жесткой. Нескольких месяцев вдали от дома хватило, чтобы ее характер претерпел несколько весомых изменений.       - Если вы позволите, я бы хотел отправить матушке письмо, - обратился к Еве Деймос спустя пару минут полнейшей тишины. – Она наверняка хотела бы узнать о том, что случилось.       - Да, конечно, можешь идти. Кас, ты тоже, - кивнула им девушка. – Спасибо, что пришли сюда.       - Отныне это моя работа – защищать Ее Высочество. Я буду у себя, если вам что-то понадобится, - поклонился ей Кас и вышел из зала следом за братом.       - Я думала, что не выдержу и вцеплюсь этой пиявке в рожу, - процедила сквозь зубы Вики, расслабленно облокотившись на спинку трона. – Самодовольный мерзавец. Пусть сидит в своей норе до скончания веков.       - Он явно не ожидал, что у нас появится такая поддержка, - задумчиво произнес Арей и устроился у ее ног. Та сразу же запустила пальцы в его волосы и ласково потрепала их на затылке. – Надеюсь, слежка за ним поможет держать его в узде… Он ведь не успокоится. На это не стоит рассчитывать.       - Разумеется, Данталиан будет пытаться найти другой способ создать нам проблемы, - согласился с ним Мальбонте. – Но прямо сейчас мы смогли избежать прямого военного столкновения, а это уже хорошо. Точнее, мы избежали его благодаря тебе, Ева.       - Если бы я осталась с ним наедине, у меня ничего бы не вышло, - покачала головой девушка и немного смутилась, когда отец приобнял ее за плечи и слегка потрепал волосы большой теплой рукой. – Я не боялась его только благодаря всем вам.       - Такого червя как он можно бояться лишь до того момента, пока ему не оторвут конечности, - фыркнула Вики и с довольной улыбкой посмотрела на дочь. – Ты удивила меня своей выдержкой. Будь я на его месте, то вообще бы рот побоялась открывать. Отличная работа, милая.       - Что мы будем делать дальше? – спросил Арей, посмотрев на Еву, которая ответила ему немного встревоженным взглядом. – Какой у нас план? Нельзя же просто сидеть и радоваться победе.       - Разумеется, нет, - покачал головой Мальбонте. – Хоть я и обещал не срываться с места, но теперь мне ясно, что так долго продолжаться не может. Я соберу отряд, и мы отправимся на поиски северных ведьм. Даже если мы не обнаружим их самих, то хотя бы разведаем обстановку в том регионе. Поспрашиваем местных, осмотрим возможные стоянки. Но сперва нужно дождаться, когда Вергилий пойдет на поправку. Я хотел бы взять его с собой. Арей, ты останешься с Евой.       - Но я тоже хотел помочь…       - Ты поможешь, если я буду знать, что она под твоей защитой. Да и за тебя мне спокойнее будет. Нужно оставить кого-то еще…       - Кассиэль подойдет. Он не вернется в Ворацес, в отличие от Деймоса, - сказала Ева, поднявшись со ступеньки и посмотрев на удивленных родителей. – Это долгая история, но отныне он будет при мне. Я ему доверяю. Его и Арея вполне достаточно.       - Раз уж ты ему доверяешь, то и я постараюсь, - задумчиво произнес Мальбонте, решивший на этот раз не спорить с дочерью. – А сейчас нам всем стоит сделать небольшой перерыв прежде, чем вновь вернуться к делам. Я еще должен проследить за тем, чтобы отправка Данталиана и его дочерей в Дис прошла гладко.       - Они сейчас у себя дома? – спросил Арей как можно более незаинтересованным тоном. – Их охраняют?       - Разумеется, к их временному жилищу приставлена охрана. Ты что-то хотел?       - Одна из его дочерей явно не настроена на войну с нами. У нее нет дурных намерений. Я хотел бы с ней переговорить.       - Она вполне могла притворяться, чтобы втереться тебе в доверие, - нахмурилась Вики. – Наверное, лучше не стоит…       - Это единственное, о чем я прошу в отношении этой семьи – один короткий разговор с ней, - продолжал настаивать Арей. – И хотелось бы сделать это так, чтобы сам Данталиан был не в курсе разговора.       - Я попрошу одного из стражей передать ей послание, - вдруг согласился Мальбонте, заставив парня удивленно распахнуть глаза. Он уже приготовился к тому, что ему придется очень долго отстаивать свою просьбу, так что даже не сразу поверил в такую удачу. – Ты сможешь поговорить с ней у них на заднем дворе в полночь. Там небольшой сад, так что вас будет трудно заметить из дома. У тебя будет полчаса, не более.       - Этого вполне достаточно. Возможно, я смогу узнать что-то полезное. Закончив разговор на вполне положительной ноте, Ева и Арей попрощались с родителями и вышли из тронного зала. Некоторое время они шли по коридору в тишине, пока девушка все же не решила нарушить ее.       - О какой из дочерей Данталиана шла речь? – тихо спросила она, оглядевшись вокруг, чтобы убедиться, что их никто не сможет подслушать. – С кем из них ты хочешь поговорить?       - С Клото, - ответил Арей, предполагая, что девушка и без его ответа догадалась о том, кого из них он назовет. – Она показалась мне… испуганной. Я говорил с ней незадолго до того, как мы с Вергилием отправились в Цинис. Она многое рассказала мне о своем отце. Например, о том, что он попытается выставить тебя в плохом свете. Это и так было ясно, но Клото все же сказала мне об этом. Вот почему я хочу поговорить с ней еще раз.       - Думаешь, она может знать что-то еще? Не уверена, что она в курсе всех планов отца. Данталиан использует своих дочерей также, как и всех тех, кто чем-то ему обязан, словно он не более, чем расходный материал.       - Так и есть. Клото рассказала, что он планировал выдать ее замуж за Асмодея, но тот, конечно же отказался. Это была последняя попытка установиться с ним мир. Видимо, этот урод в самом деле его боится.       - И правильно делает, - угрюмо кивнула Ева, вспомнив все, что успел поведать ей Асмодей. – Данталиан в прошлом натворил немало гнусных вещей. Не забывай, что он воевал не только против герцога Циниса, но еще и против твоей семьи.       - Вот почему мне сложно просто сидеть и ждать, - признался Арей и замер на месте, сжав руки в кулаки. – Даже смотреть на него в тронном зале было… противно. Я ненавижу его всей душой, но не могу ничего с ним сделать.       - Мы придумаем, как от него избавиться. Я даю тебе слово. Он еще пожалеет, что пошел против нашей семьи.       - Я надеюсь, что Клото что-то знает. Хотя бы крупица информации… Что угодно.       - Хорошо. Только мне интересно… Почему она решилась рассказать тебе об этом? – задумалась Ева, с интересом поглядев на Арея. – Она ведь не пришла к нашим родителям, а решила поговорить именно с тобой. Почему?       - У нас с ней был до этого достаточно личный разговор, - решил признаться Арей и к небольшому удовольствию для себя заметил, что девушка немного напряглась. Скрестив руки на груди, она вздернула одну бровь вверх и скептически посмотрела на него, ожидая, что еще он скажет. Еле сдержав улыбку, парень ненадолго отвел взгляд, чтобы скрыть радость от ее реакции. – А что такое? Ревнуешь?       - Пф… С чего бы это? Мы с тобой обсуждаем нашего потенциального врага. Я должна быть в курсе ее и твоих мотивов, а ты уже нафантазировал себе непонятно что… Глупый лис.       - А ты наивная Кроха. Думаешь, я перестал что-то к тебе чувствовать, когда получил отказ?       - Нет, я так не думаю, но тебе стоит перестать напоминать мне об этом, - нахмурилась Ева и уже собиралась идти дальше, но Арей взял ее за руку и притянул к себе. – Что ты творишь? Не боишься, что нас кто-то увидит?       - А тебя только это беспокоит? Мы можем зайти в одну из комнат, чтобы нас никто не потревожил.       - Уймись! О чем ты вообще думаешь?!       - О том, что ты очень красивая и тебе невероятно идет это платье, - прошептал Арей, легонько коснулся щеки девушки кончиками пальцев, а затем убрал выбившуюся из прически прядь ей за ухо. – Я слишком хорошо знаю тебя. И я понимаю, что тебе не все равно на мои слова. Ты не избавишься от меня также легко, как от Асмодея.       - Это было не так уж легко, - раздраженно хмыкнула Ева и сделала шаг назад, выбравшись из рук Арея. – И мне не нравится, что ты пользуешься тем, что я не могу прогнать тебя. Это низко.       - Не можешь или не хочешь?       - Я не могу и не хочу, потому что ты мой брат. Брат, Арей. Не больше и не меньше.       - Мы оба знаем, что я твой брат лишь на словах, - упрямо покачал головой парень. – Я никогда не относился к тебе как к сестре.       - Даже в детстве? – недоверчиво спросила Ева. – Не говори глупостей.       - Я просто выражал это иначе. Сначала следовал за тобой хвостиком и участвовал во всех твоих шалостях, потом как дурак избегал, когда все осознал, а сейчас пытаюсь наверстать упущенное время. У меня его будет предостаточно, когда Вергилий отправится искать ведьм вместе с Мальбонте.       - Тогда он никуда не полетит. Я поговорю с отцом.       - И вызовешь этим у него подозрения, - пожал плечами Арей. – Да и Вергилия ты не убедишь остаться. Он невероятно упрямый, разве ты не знала? Особенно, когда дело касается тебя. В этом мы с ним очень похожи.       - Разговоры с тобой в последнее время вызывают одну лишь головную боль, - устало произнесла Ева и выставила перед собой ладонь, когда парень сделал шаг в ней навстречу. – Нет, братец. Хватит с меня на сегодня. Твои признания в любви не приведут ни к чему хорошему… Мне ведь тоже от этого больно. Разве ты это не понимаешь?       - Конечно, понимаю… Я просто ничего не могу с собой поделать. Когда сдерживаешься столько лет, а потом признаешься в чем-то, становится трудно себя заткнуть. Это вырывается наружу помимо воли. Прости…       - Я все понимаю. Именно поэтому я все еще тебе не врезала.       - Твоя доброта не знает границ, - усмехнулся Арей и тяжело вздохнул, прислонившись спиной к стене. – На это уйдет время. Много времени. Ты же знаешь, какой я упрямый. Я до последнего буду надеяться.       - Даже если я выйду замуж и рожу детей? – очень тихо спросила Ева, посмотрев ему в глаза и увидев в них сначала удивление, а затем последовавший за ним нарастающий гнев. – Это заставит тебя перестать надеяться?       - Ты никогда не хотела рано выйти замуж, да и про детей вообще не думала. Я тебе не верю.       - Я могла передумать.       - С чего бы? – нервно процедил Арей сквозь зубы. – Из-за него? Что тебе наплел Вергилий? Сказал, что хочет стать папочкой? Мечтает о большой дружной семье? Что за бред…       - Я не обязана перед тобой отчитываться, - устало вздохнула Ева, решив, что теперь с нее действительно хватит. – Прошу тебя… Просто оставь меня в покое. Я люблю тебя, но у моего терпения есть лимит. Не переходи через него, если хочешь остаться в моей жизни хотя бы как брат.       - Хах… Ты будешь… очень хорошей королевой. Теперь я в этом уверен.       - Хм… И почему же?       - Ты умеешь заставлять любить и бояться тебя одновременно, - с горечью в голосе произнес Арей и шумно вдохнул воздух через нос, чтобы сдержать рвущиеся наружу эмоции. – И еще… вызывать страх потерять твою любовь. Этот страх сильнее того, что я испытал, пока мы с Вергилием путешествовали по Цинису и впутывались в неприятности. Это странно, правда?       - Научись ценить свою жизнь, а не мое в ней присутствие, - тихо вздохнув, сказала Ева уже более спокойным тоном и легонько погладила парня по плечу. – Самое главное, что есть у тебя – это твоя жизнь. Любовь, дружба, привязанность, цели и победы… Все это будет, если у тебя есть ты сам. Попытайся это понять. Закончив разговор на этом, девушка пошла дальше по коридору, оставив Арея одного. Решив, что прямо сейчас ему не стоит за ней следовать, он дождался, пока ее шаги окончательно стихнут и только после этого направился к себе в комнату. Его немного тошнило и трясло после непростого разговора, но куда сильнее этого он ощущал разочарование и горечь. На что он вообще рассчитывал? Почему продолжал верить, что все может измениться?       - Какой же я идиот, - с невероятной злостью на самого себя прошептал Арей и посмотрел в зеркало, увидев перед собой бледное изможденное лицо. Лишь два ярко-янтарных глаза напоминали ему о себе прежнем, еще полном каких-то надежд и теплых чувств. Теперь от них оставались лишь какие-то жалкие крупицы, за которые парень продолжал цепляться как за спасительную соломинку, готовую в любой момент разломиться пополам.       «Она не будет твоей, пока ты остаешься наивным дураком. Женщины распознают слабость также хорошо, как стервятники чуют гниющее мясо. Бери свое, забудь про деликатность – тогда она выберет тебя».       - Заткнись, заткнись, заткнись… Хватит! Прекрати говорить со мной!       «О чем ты? Я – это ты. Твое подсознание, твои тайные мысли и желания, которые ждут момента, когда смогут вырваться наружу… Просто признай, что ты не тот, каким хочешь казаться. Какой ты на самом деле? Жадность, похоть, гордыня, гнев – вот твои истинные пороки. Перестань бежать от них, и они сделают тебя сильнее».       - Я не такой… Я не буду таким, - прошептал Арей, вцепившись пальцами в волосы и мелко задрожав всем телом. – Если я стану таким, она никогда не простит меня, она никогда не увидит во мне того, кого сможет полюбить… Родители откажутся от меня, друзья отвернутся… Я не хочу этого, пожалуйста…       «Лишь ничтожество цепляется за жалкие привязанности. Ты никогда не обретешь силу, если продолжишь держаться за подобный мусор. Важен лишь ты и твои… желания. Твоя милая принцесса сама сказала тебе об этом. Уже забыл? Лишь твоя жизнь важна».       - Моя жизнь… важна. Моя… Только я.       Голос наконец-то стих и Арей смог снова дышать нормально. Пот стекал по его лицу градом и ему потребовалось умыться ледяной водой, чтобы хоть немного прийти в себя. С каждым разом подобные короткие приступы становились все интенсивнее, и парень с трудом переносил их, не теряя сознание. Это напоминало сильный припадок, в котором тошнота смешивалась с дрожью во всем теле и болью, разрывающей голову пополам. Слова, раздающиеся в мозгу Арея, обжигали сильнее огненного клейма, навсегда оставаясь где-то в потайных закоулках его разума. Если он что-то слышал, то больше никогда не мог этого забыть, и это вызывало в нем тревогу на грани с паникой. Было ли это подсознание, которое пыталось достучаться до него? Если все было именно так, то почему он настолько сильно боялся наступления того момента, когда голос вновь зазвучит в его голове? Тяжело вздохнув, Арей вытер лицо насухо и, вернувшись в спальню, обессиленно упал на кровать, мечтая забыться сном без сновидений. Его все еще слегка подташнивало и колотило мелкой дрожью, но через несколько минут ему удалось немного успокоиться. Проспав всю ночь, парень чувствовал себя невероятно уставшим, но при этом понимал, что вновь уснуть у него сейчас не получится. Он испытывал слишком много беспокойных чувств, чтобы это было возможно. Страх, гнев, одиночество… Сплетясь в единую паутину, они плотно опутали его и заключили в непроницаемый кокон, в котором Арей медленно, но неумолимо погружался в темноту.

***

      Наплевав на всякую осторожность, Ева прошла по второй лестнице и вновь спустилась вниз на первый этаж. Ее щеки все еще горели от стыда и гнева после разговора с Ареем. Она перестала узнавать его. С каких пор ее брат так сильно изменился? Или же… он всегда был таким и просто показал свое настоящее лицо? От одной мысли об этом девушке стало не по себе. Прежде ей еще никогда не было так неловко находиться с ним рядом как в тот момент, когда он схватил ее за руку – нежно, но достаточно крепко, чтобы за свободу нужно было немного побороться. Заглянув в глаза Арею, Ева впервые увидела там то, что заставило ее замереть на месте и окаменеть подобно статуе. Холодное пламя, похожее на то, что создавал парень, плескалось где-то в глубине его глаз, готовое сжечь все дотла на своем пути. От ее скромного и стеснительного брата не осталось и следа. Теперь на нее смотрел незнакомец, которого еще ей предстояло узнать и принять.       Оглядевшись по сторонам, Ева быстро пробежала через пустой коридор и осторожно открыла дверь, ведущую в лазарет. Тот, к ее огромному облегчению и радости, оказался пустым. Судя по всему, стражу отпустили, как только Данталиан покинул дворец, а лекари, закончив все свои дела, отправились отдыхать в соседнее помещение. Тихо прикрыв за собой дверь, Ева подошла к кровати Вергилия и, присев рядом с ним, взяла его за руку. Она оказалась прохладной, и эта привычная температура его тела немного успокоила девушку. Гладить аккуратные пальцы, чертить на ладони невидимые узоры, касаться их губами… Прямо сейчас это было практически невозможной радостью, на которую Ева даже не смела рассчитывать. Приблизившись к лицу ангела, она легонько погладила ладонями его бледные щеки и вдруг заметила, как длинные пушистые ресницы едва заметно затрепетали, будто отозвавшись на ее осторожные прикосновения.       - Вергилий… Любовь моя, я рядом, - едва слышно прошептала Ева и, не удержавшись, прижалась к его губам своими, оставив на них мягкий поцелуй. – Я с тобой… Проснись, пожалуйста. Я ужасно по тебе скучаю…       Слегка нахмурившись, Вергилий стиснул руку девушки в своей и медленно открыл глаза, словно одной ее просьбы оказалось достаточно для того, чтобы очнуться ото сна. Облегченно вздохнув, Ева прижалась к его груди, чтобы не закричать от радости. Несмотря на то, что день начался тяжело, прямо сейчас она была готова забыть обо всех печалях и усталости только лишь для того, чтобы Вергилию ни о чем не беспокоился.       - Ева… Это ты, - с легкой улыбкой произнес ангел и переплел их пальцы. – Где я?       - В лазарете, с тобой все хорошо, с остальными тоже, - прошептала девушка в ответ и прижала его ладонь к своим губам. – Как я рада, что ты очнулся… Как ты себя чувствуешь? Что-то болит? Позвать лекаря?       - Нет, просто сильная усталость. Ничего страшного. И никого не нужно звать. Главное, что ты здесь. Не уходи никуда, прошу тебя.       - Я и не собиралась. Все дела на сегодня закончены. Я говорила с Данталианом.       - Что? Когда? – встревожился Вергилий и попытался приподняться на локтях, но Ева тут же уложила его обратно, мягко надавив ладонью ему на грудь. – Как все прошло?       - Он покинет Виктуар завтра. Наверное, он очень зол, но пока у него связаны руки и какое-то время у него не получится творить у нас за спиной свои делишки, - пожала девушка плечами, искренне надеясь на это. – Это было непросто, если честно… У меня коленки тряслись, но злилась я на эту пакость больше, чем боялась.       - Не верится, что я умудрился такое пропустить. Жаль… Я бы хотел послушать, как ты размазала его по стенке.       - Вышло неплохо, спорить не буду. И все же, это только начало. Мы все это знаем. У нас будет лишь небольшая передышка.       - Надеюсь, ее хватит, чтобы разобраться со всем остальным, - устало вздохнул Вергилий и прикрыл глаза. – Я не хочу лежать без дела. Нужно найти ту ведьму.       - Еще успеется, - покачала головой Ева, которая боялась услышать от него именно эти слова. – Пока что тебе нужно набираться сил. Ты потерял много крови. Не торопись, позволь себе восстановиться.       - Я обещал тебе спокойный вечер вдвоем. Мне нужно выздороветь поскорее, чтобы выполнить это обещание.       - Вот это мне больше по душе. Выздоравливай ради этого вечера, а не для того, чтобы устроить охоту на ведьм. Если понадобится, я буду ночевать здесь с тобой, чтобы проследить за твоим выздоровлением.       - Не боишься попасться? – хитро улыбнулся Вергилий. В отличие от Евы, его совершенно не пугала возможность быть пойманным с поличным. Для себя он уже давно все решил, но уважение к решению любимой не позволяло ему признаться во всем Мальбонте и Вики прямо сейчас. – Твои родители могут прийти в любой момент, разве нет?       - Знаю. Они думают, что мы с тобой очень хорошие друзья, - смущенно произнесла Ева, вызвав этими словами у ангела тихий смешок. – В это так сложно поверить?       - Не знаю. Не уверен, что смогу еще долго продержаться, изображая твоего друга.       - Тогда просто лежи и отдыхай. Пока что большего от тебя и не требуется. Ты мог бы еще немного поспать, если хочешь. А я побуду здесь с тобой.       - И ты точно никуда не уйдешь? Обещаешь? – чуть капризным голосом спросил Вергилий, словно действительно боялся остаться в полном одиночестве. Раньше оно его совершенно не страшило, но теперь даже минута в разлуке с Евой казалась ему самым ужасным из наказаний.       - Обещаю, могу даже поклясться на мизинчике, - тихо рассмеялась девушка и протянула ангелу палец. – Вот так. Это нерушимая клятва. Даже серьезнее, чем на крови. Теперь ты мне веришь?       - Угу…       - Молодец. А теперь спи. Когда ты проснешься, я буду здесь.       Взяв Вергилия за руку, Ева стала напевать тихую мелодию себе под нос, чтобы тот продолжал слышать ее голос, пока засыпает. Нахмуренное лицо ангела вскоре разгладилось, дыхание стало размеренным, а тело расслабилось достаточно, чтобы у него вновь получилось уснуть. Убаюкивать его и просто находиться рядом – о большем прямо сейчас девушка и мечтать не смела. Смотреть на него, когда он был так спокоен, оказалось самой большой наградой за все пережитые ранее тревоги и неприятности. И все же мысль о том, что Вергилию предстояло вновь оставить ее и отправиться на охоту за ведьмами вместе с отцом, заставляла Еву испытывать непрекращающуюся тревогу. Даже такой светлый и спокойный момент вновь окрасился в темные оттенки той угрозы, что маячила где-то далеко отсюда, но неумолимо надвигалась к их маленькому мирному уголку.

***

      Проснувшись поздно вечером, Арей протер глаза и, вспомнив об обещании Мальбонте, подскочил на кровати и посмотрел на часы, которые к его невероятному облегчению показывали лишь половину двенадцатого ночи. У него оставалось еще полчаса на то, чтобы добраться до временного дома семейства Данталиана и этого было вполне достаточно. Умывшись холодной водой, причесав растрепанные волосы и переодевшись в более подходящую для ночной вылазки темную одежду, Арей мельком глянул на свое бледное лицо в зеркало и вышел из комнаты в пустой коридор. До самой парадной двери ему никто не повстречался, но на выходе парень неожиданно для себя столкнулся с Вики, вышедшей к нему прямо из-за гобелена. Она была закутана в теплый плащ и явно уже какое-то время дожидалась его здесь.       - Мама! Не нужно так подкрадываться! – прошипел Арей и осторожно стиснул ее плечи. – А если бы я был вооружен? О чем ты думала? И почему ты не спишь?       - Я еще пока способна отразить удар меча, дорогой, - нервно усмехнулась Вики и обеспокоенно коснулась ладонью его щеки. – Я просто… не могу уснуть. Решила тебя проводить, раз уж не сплю.       - Нет, лучше оставайся во дворце. Я вообще удивлен, что ты еще способна ходить с таким животом.       - Я и не такое могу делать, со мной все в порядке… Ты уверен, что хочешь идти туда один? Мне неспокойно.       - Да, мам. Со мной точно ничего не случится, я им не нужен, - заверил ее Арей и, наклонившись, поцеловал в лоб. – Я вернусь через час. А тебе стоило бы вернуться в комнату. Где отец? Как он тебя отпустил?       - Он не знает, - насупилась Вики и огляделась по сторонам, будто ожидая увидеть летящего к ней на всех парах обеспокоенного мужа. – Сидит у себя в кабинете. Работает до поздней ночи, как обычно. Меня он от дел отлучил до рождения близнецов. Каков подлец…       - Тебе стоит себя поберечь. Даже одного ребенка рожать непросто, а тебе предстоит родить сразу двоих… Отец наверняка ужасно за тебя переживает.       - Тц… Он вздрагивает, когда я просто чихаю. Видимо думает, что из-за этого дети могут вылететь из меня, словно стрела из лука. Какой наивный… Так и быть. Раз уж ты просишь, я вернусь к себе. Обязательно отправь к нам кого-нибудь из стражи, чтобы они сообщили о твоем возвращении, хорошо?       - Обещаю, что так и сделаю, - искренне улыбнулся Арей и позволил Вики обнять себя напоследок. – Я туда и обратно.       - И смотри в оба, - предостерегла его она, мгновенно посуровев. – Я этой семейке все равно не доверяю. Неизвестно, что они могли задумать. Держи оружие наготове. Ты взял с собой что-нибудь?       - Конечно, мам. Не переживай.       - Ладно-ладно… Все, иди, а то я не выдержу и поплетусь за тобой.       Решив не испытывать материнское терпение, Арей махнул рукой ей на прощание, почти бегом покинул дворец и быстрым шагом направился к воротам через дворцовую площадь. Миновав многочисленную стражу, он вышел на все еще достаточно оживленные городские улицы, заполненные бессмертными, которые любили погулять поздно вечером. Смешавшись с толпой, парень несколько раз проверил номера домов и вскоре остановился неподалеку от двухэтажного особняка, расположенного на огороженной территории. На заднем дворе, как и сказал Мальбонте, был разбит сад, погруженный в полумрак – лишь круглые фонарики, вбитые в землю, создавали небольшие освещенные участки. Перепрыгнув через ограду, Арей обошел их стороной, стараясь двигаться лишь по темноте, сливаясь с густыми тенями от деревьев. В паре окон на втором этаже все еще продолжал гореть неяркий свет ночника, так что парень предположил, что по крайней мере один из обитателей особняка все еще бодрствовал. Скорее всего это был Данталиан. Едва удержавшись от того, чтобы не вломиться к нему и не оторвать демону голову, Арей нырнул в темноту сада и стал искать взглядом Клото, которая должна была дожидаться его где-то здесь. На ее поиски ушло не так уж много времени – девушка сидела на деревянной лавке-качели в беседке, сокрытой от посторонних глаз пышными розовыми кустами. Даже издалека парень смог увидеть, что ее лицо выглядело бледным и испуганным. Судя по всему, она даже не знала, для чего находилась здесь и страшилась предстоящей встречи.       - Ни звука, - очень тихо произнес Арей и прижал палец к губам, когда Клото подняла на него испуганный взгляд. Увидев, кто именно пришел к ней, она мгновенно просияла и едва удержалась от того, чтобы не подскочить со своего места. Посмотрев в сторону окон, парень убедился, что отсюда за ними никто не сможет наблюдать и сел рядом с Клото на качели. – Кажется, ты не ожидала, что приду именно я.       - Я думала, что мне предстоит говорить с Его Величеством или с кем-то из его доверенных лиц, - кивнула девушка и облегченно улыбнулась. – Было немного… не по себе. Рада, что… ты в порядке. Я ведь могу обращаться к тебе так?       - Да, можешь. Мы здесь вдвоем, так что это неважно.       - Прекрасно. Тогда… для чего ты пришел? Что хочешь узнать?       - Ты немного рассказала мне о своем отце перед тем, как я отправился в Цинис, - напомнил Арей и пристально посмотрел на Клото, которая внимательно вглядывалась в его лицо, будто ожидая какого-то подвоха. Парень в который раз убедился, что ей приходилось жить так уже долгое время – следить за чужими эмоциями, чтобы не совершить даже малейшую оплошность. – Есть ли что-то такое, что я еще должен узнать?       - Если честно, я вообще удивлена, что вы оставили нас в живых, - горько усмехнулась девушка и сделала глубокий вдох. – Хотя, не совсем удивлена… Я понимаю, почему мы еще живы – потому что внезапная смерть моего отца спровоцирует войну. Это единственное, что спасло нас от смерти. На время…       - Если хочешь остаться в живых, то будь на нашей… Нет, будь на моей стороне. Ты ведь смогла мне довериться. Я готов поверить тебе в ответ, но только если ты будешь полезна. Пока что это единственное, что я могу тебе предложить.       - А моя сестра? Ее вы убьете, как и отца?       - Сама как считаешь? – холодно спросил Арей и заметил, как блеск в глазах Клото окончательно померк, а лицо стало непроницаемым. Она выглядела так, будто прямо сейчас на что-то решалась и это давалось ей очень нелегко. – Что-то подсказывает мне, что Олимпия не разделяет твою позицию.       - Я не… Она привыкла беспрекословно выполнять приказы отца, - чуть дрожащим голосом отозвалась девушка и провела ладонью по бледному лицу. – Она не ставит под сомнение его слова. Сестрица всегда… была папиной дочкой. Я хотела бы надеяться, что смогу изменить ее мировоззрение, но на это может уйти слишком много времени, которого у нас нет.       - Ты говорила мне, что не хочет войны. Иногда приходится… жертвовать единицами, чтобы спасти тысячи. Порой это могут быть те, кем ты дорожишь. Я понимаю, Данталиан твой отец… Сложно идти против своей семьи, даже когда они поступают неправильно. И все же ты должна знать, что не обязана идти вместе с ними на смерть.       - Ты не хочешь, чтобы я умерла?       - Я не хочу, чтобы хоть кто-либо умирал, - пожал плечами Арей и мрачно уставился на окна особняка, в которых в этот самый момент погас свет. – Все заслуживают шанс искупить свои грехи. Только вот… не все его видят. Ты не одна из них.       - Я знаю не так уж много, - покачала головой Клото, а затем ненадолго задумалась, напряженно вцепившись пальцами в свое платье. – Отец постоянно с кем-то обещается, но не письмами. Иногда я слышу, как он разговаривает с кем-то, но знаю, что вместе с ним в комнате никого нет… Голос определенно женский и мне незнакомый.       - Ты слышала что-то конкретное? Какие-то имена, даты, места?       - Из всех этих разговоров было понятно, что они чего-то ждут. Какого-то… особенного дня или момента. Я точно не уверена. Хорошо помню один разговор несколько месяцев назад. Это было еще до того, как мы прилетели в Виктуар… Отец говорил с той женщиной о подозрительном препарате, женском цикле и каком-то ритуале... Тогда я решила, что он уже заранее планирует беременность сестры, раз уж ей предстояло выйти замуж. Сейчас я уже ни в чем не уверена. Звучит странно, но такой разговор правда был.       - Я уже ничему не удивляюсь, - покачал головой Арей, напряженно обдумывая все услышанное. – Кем могла быть та женщина?       - Думаю, что ведьмой, - быстро и очень уверенно ответила Клото. – Слишком много специфических фраз я слышала… Лунные циклы, ритуалы, зелья – это специальность ведьм. Меня это никогда не удивляло. Отец и в прошлом очень часто обращался к ним по многим вопросам. Думаю, и этот раз не стал исключением.       - Ты упоминала подозрительный препарат… Что это значит?       - Ну, та женщина упоминала некоторые травы. Ортилия однобокая, родиола четырехраздельная, спорыш… В зельях такие растения редко используются. Мне кажется, что это что-то весьма специфичное.       - Я узнаю, для чего они нужны, - благодарно кивнул Арей. – У тебя хорошая память.       - Привыкла, что нужно держать в голове множество разных вещей, - невесело усмехнулась Клото и пнула носком туфли небольшой камешек у себя под ногами. – Любое отклонения от правил – наказание, неосторожное слово – наказание… И так было всегда.       - И ты все равно боишься идти против своей семьи? После такого?       - Пусть мне и доставалось от них, они были и остаются моими родными. Этого не изменить. Родственные связи тяжело разрубить, даже если ты сам очень этого хочешь. Представь на секунду, что тебе нужно оборвать связи со своей сестрой из-за того, что она выбрала неверный путь… Ты бы пошел на это с легким сердцем?       - Нет, конечно, - не стал врать Арей и с сочувствием посмотрел на опечаленную Клото. – Даже мысль об этом причиняет боль. И все же… Порой приходится делать такой выбор. Тебе предстоит тоже его сделать.       - Я… могу попытаться узнать что-нибудь еще, когда вернусь домой, - после длинной и напряженной паузы произнесла девушка и смахнула ладонью одинокую слезинку со своей щеки. – Придумаю надежный способ, как передать тебе информацию. Хотя, возможно, это лучше сделать тебе – так ты будешь больше мне доверять.       - Да, я подумаю над этим. Но ты должна понимать – одна ошибка и тебе конец. Это сделает либо твой отец, либо мой. Ты к этому готова?       - Я совру, если скажу, что мне не страшно. И все же мне кажется, что так будет правильно. Я не хочу, чтобы кто-то снова умер из-за моей семьи… Я больше этого не вынесу.       - Я благодарен тебе за это решение, - твердо произнес Арей и поджал губы. Порывшись в кармане брюк, он достал принесенный с собой перстень, который Клото отдала ему перед тем, как они с Вергилием покинули Виктуар. – И спасибо тебе за это. Он правда помогал не замерзнуть.       - Это мой подарок, - покачала головой девушка и накрыла ладонь Арея своей, заставив его вновь сжать перстень в руке. – Его не нужно возвращать.       - Мне неловко принимать подарки, когда я сам ничего не приготовил в ответ.       - Ты такой смешной. Разве может хоть какой-то подарок сравниться с шансом на жизнь, который я получила?       - Мне хотелось убедиться, что ты действительно выполнишь обещание. Ради этого можно и на подарок раскошелиться.       - Мне не нужно ничего материального, - смущенно отвела взгляд Клото, пытаясь скрыть слегка порозовевшие щеки. – Но есть то, что ты мог бы мне подарить. Что-то такое, что я могла бы забрать с собой, но это никто не сумел бы у меня отобрать.       - И… что же это такое? – нахмурился Арей и дернулся назад, когда девушка внезапно приблизилась к нему почти вплотную и положила ладонь ему на грудь. – В чем дело?       - Знаешь… Я никогда ни с кем не целовалась. Хочу, чтобы… мой первый поцелуй забрал ты. Не хочу отдавать его кому попало.       - Кхм… Это как-то странно… Я не уверен, что это хорошая идея и…       Внезапно Арей почувствовал, что прямо сейчас ему нужно замолчать. Как только он это сделал, внутри него зазвучал голос, который настойчиво требовал согласиться на эту просьбу.       - Она может шпионить для меня за Данталианом, - подумал парень, посмотрев в сияющие надеждой глаза Клото. – Так я смогу знать, что он затевает… Плевать, что подумает его дочь. Если ее можно использовать хотя бы так, я могу это сделать. Ради Евы я и не на такое готов пойти…       Закрыв глаза, Арей наклонился к Клото и коснулся ее губ своими, не ощутив внутри себя абсолютно ничего, что отозвалось бы на этот интимный жест. Пустота и твердое намерение – больше ничего. Этот холод успокоил парня и позволил ему сыграть свою роль до конца. Крепко прижав дрожащую девушку к себе, он попытался представить на ее месте Еву, но у него так и не получилось это сделать – никакая фантазия не смогла бы заменить ему то страстное желание, которое он испытал, когда впервые прижался к ее сладким теплым губам. И все же, для Клото даже этого притворства оказалось вполне достаточно. Когда Арей выпустил ее из рук, она продолжала смотреть на него так, будто он внезапно стал для нее единственным источником света в той кромешной темноте, в которой она жила все эти долгие годы. Растянув губы в фальшивой улыбке, парень погладил Клото по пушистым светлым волосам и от этого жеста ее лицо окончательно раскраснелось, а с губ слетел то ли стон, то ли горячий вздох. Это вызвало в Арее странное чувство – смесь сочувствия и легкого раздражения. Она оказалась слишком наивной и ему это совсем не понравилось. Вдруг ее также решит использовать в своих целях кто-то другой? Вдруг он сможет предложить ей что-то большее и она купится на это?       «Используй девчонку. Она как маленькое животное, нуждающееся в ласке. Дай ей то, чего она хочет, и эта дурочка сделает все, о чем ты попросишь».       - Если обманешь меня, то мы с тобой больше никогда не увидимся, - ледяным тоном произнес Арей, повинуясь какому-то внутреннему порыву. Протянув руку к лицу девушки, парень аккуратно взял ее за подбородок и мягко погладил его подушечками пальцев. Он не подбирал нужные слова – они сами соскользнули с его губ и подобно сладкому яду проникли в голову и сердце Клото, которая мыслями все еще оставалась в моменте своего первого поцелуя. – Это будет очень грустно, правда? Если предашь меня, я не захочу тебя видеть… Ты меня поняла?       - Я… все сделаю, обещаю, - будто завороженная, девушка радостно улыбнулась и подобострастно уставилась на Арея, которому от ее взгляда стало немного не по себе. Одна его часть твердила, что все это ужасно неправильно, а другая требовала от него продолжать давить на слабые точки этой несчастной ради достижения желаемого. – Я сделаю все, что ты попросишь.       - Хорошо. Я свяжусь с тобой. До этого момента не дергайся и ничего не предпринимай. Пусть твои отец и сестра продолжают верить, что ты на их стороне. Поняла?       - Д-да… Я все поняла. Сидеть тихо и ждать.       - Умница, - удовлетворенно кивнул Арей, чувствуя, как у него начинает шуметь в ушах от отвращения к самому себе. Поднявшись с места, он с сочувствием посмотрел на Клото. Ему было мерзко поступать так с ней, но безопасность Евы не шла с этим ни в какое сравнение. – Возвращайся в дом. Доброй тебе дороги.       - До свидания, - слабым голосом отозвалась девушка и стала наблюдать за тем, как его силуэт медленно растворяется в темноте сада. Ее сердце продолжало бешено колотиться в груди, а щеки горели невыносимым пламенем, которое спускалось по ее телу куда-то вниз живота. За всю свою жизнь она не испытывала ничего подобного и теперь мечтала лишь о том, что однажды вновь сможет это почувствовать. Ее мозг полностью опустел и единственное, что теперь волновало Клото, было обещание, которое она дала Арею. С этого момента она поклялась самой себе, что ни за что не предаст его, даже если это будет стоить ей жизни.