Несущие Равновесие: Полукровки.

      Мальбонте не спалось, как, впрочем, и последние пару дней. Полчаса он проворочался с боку на бок, а затем, так и не сумев уснуть, решил смириться с тем, что и эту ночь ему предстояло провести без сна. Выйдя из палатки, мужчина не стал разжигать костер и просто присел на бревно, на котором он проводил большую часть времени. Небо было по-прежнему темным — лишь звезды подмигивали из огромного черного пространства, лишенного своего главного светила. Сама по себе темнота Мальбонте нисколько не пугала, но его тревожило то, что за все эти дни ничего не изменилось. Кассиэль приходил к нему сутки назад, но с тех пор вестей от него не было. Это сводило беспокоящегося за судьбу дочери отца с ума, но он старался держаться ради всех, кто ждал их дома.       Еще одним испытанием для Мальбонте стали тишина и одиночество. Когда-то они были для него привычными спутниками — что в заточении в башне, что в обители Шепфамалума. Но теперь, по прошествии сорока с лишним лет, его мир стал больше, а жизнь наполнилась смыслом и целями. С тех пор, как в ней появились Вики и Ева, а затем и Арей, мужчина распрощался с тишиной и одиночеством. Его большой дом наполнился детьми, уютом и теплом, но вместе с ними в нем поселился и страх. Жизнь, полная любви и стремлений сделать все как лучше, неизменно сопровождалась этим липким и постоянно беспокоящим чувством, впитавшимся в стены и душу Мальбонте подобно яду. Страх за родных и близких, боязнь потерять их, как свою единственную драгоценность, мучила его сильнее раскаленных щипцов. Он изо всех сил пытался побороть эту свою слабость, но с каждым годом она становилась лишь сильнее, подпитываясь его тревогами за судьбу подрастающих детей. Мальбонте и дальше бы продолжал корить себя за это, но внезапный треск веток, донесшийся совсем неподалеку от него, где-то из глубины леса, заставил мужчину насторожиться и крепко сжать в пальцах свой верный меч. Встав с бревна, он медленно направился в сторону звука, готовый в любое мгновение отразить удар нападавшего, но внезапно, вместо потенциального врага увидел Кассиэля, волочащего за собой двух связанных по рукам и ногам бессмертных. Делал он это совсем не бережно, будто специально стараясь идти по камням и кочкам, чтобы доставить своим пленникам максимальный дискомфорт.       — Так… Что произошло? — спросил Мальбонте, опустив меч. — Не ожидал, что ты явишься с… грузом. Кто они?       — Наемники, — ответил Кассиэль и небрежно швырнул демонов ему под ноги. Признаков жизни они все еще не подавали, так как продолжали оставаться без сознания. — По маскам узнал. Они из Горящих песков. Шлялись по лесу, скорее всего искали поселение ведьм.       — Они были единственными?       — Я еще полчаса сидел там и прислушивался. Думаю, что их отправили вдвоем. Больше никого не услышал.       — Ты сам хоть не пострадал? — спросил Мальбонте, бегло оглядев Кассиэля с головы до ног. Демон выглядел немного растрепанным, но никаких видимых внешних повреждений мужчина так и не смог увидеть. — Я слышал, что они используют отравленное оружие.       — Именно так, — усмехнулся Кас и показал заживающую рану на шее, которая до этого была спрятана за воротником. — Успел задеть, но я знаю, что они всегда носят с собой противоядие. Я им воспользовался.       — Молодец. Давай усадим их и разведем костер. Я собираюсь их допросить.       — Будет сделано.       Быстро разведя огонь и связав покрепче двух пленников, которые теперь были примотаны к бревну, Мальбонте и Кассиэль молча переглянулись, а затем демон, решив не дожидаться, пока наемники проснутся сами, дал каждому из них ладонью по лицу. Судя по всему, он немного переборщил, потому что на их щеках тут же появились бордовые отметины, но его это нисколько не волновало — он намеревался при первой же возможности выбить из них всю дурь, а потом разрубить на мелкие кусочки и закопать где-нибудь в лесу. Заниматься подобным для него было не впервой. Услышав недовольные мычание пленников, Мальбонте присел рядом с ними на корточки.       — С пробуждением, господа, — с наигранной вежливостью в голосе произнес он и к своему удовольствию увидел в глазах обоих едва уловимый проблеск страха, который они изо всех сил пытались скрыть. — Нам с вами предстоит долгий разговор. Начнем с простого. Вы пришли в этот лес, чтобы найти принцессу и убить ее?       Ответом, конечно же, было полное молчание. Ни один из наемников не торопился рассказывать о тайнах порученного им дела, вот только терпение Мальбонте закончилось уже давно. Крепко сцепив зубы, он со всего маху ударил того из них, кто сидел к нему ближе, кулаком в челюсть и она, мерзко хрустнув, сдвинулась набок.       — Не хочешь говорить? — спросил мужчина, а затем посмотрел на второго наемника, который глядел куда-то в пустоту перед собой, словно отключившись от происходящего вокруг. — В следующий раз будет больнее. С чего мне начать?       — С пальцев было бы неплохо, — предложил Кассиэль и достал из ботинка острый кинжал с долом на клинке. — Я могу вогнать под ногти кончик своего ножа, а затем провернуть, чтобы вы были посговорчивее… Руки — самое ценное оружие любого наемника. Без них вы лишитесь всего. Даже жизнь потерять не так страшно, верно? Я сделаю так, что ваши пальцы никогда не заживут.       — Было бы жалко останавливаться лишь на пальцах, Кас. Начнем с них, а закончим где-нибудь на уровне локтей.       — Жаль у меня с собой только кинжал. Это немного скучно, но я все же постараюсь вас развлечь, ребятки. С кого бы из вас мне начать?..       Угрозы прозвучали так спокойно и мрачно, что даже самый храбрый из наемников уже успел бы задуматься о том, стоит ли продолжать противиться судьбе, но эти двое, судя по всему, были не из робкого десятка. Мальбонте понимал, что это может значить — либо им заплатили действительно крупную сумму, либо своего нанимателя они боятся больше, чем его. Кассиэль тоже это понял и, чтобы слова не расходились с делом, замахнулся на одного из пленников кинжалом и одним точным ударом воткнул острие прямо ему в ноготь на указательном пальце, а затем со всей силы надавил на рукоять пяткой. Наемник, однако, не закричал от боли и даже не зашипел, а скорее замычал так, словно держал во рту плотный кляп. Мальбонте мгновенно поразила неприятная догадка. Схватив того, кто сидел к нему ближе, за сломанную челюсть, он заставил его открыть рот и увидел, что у того отсутствует язык. У второго наблюдалась та же картина.       — Черт возьми… Опять, — недовольно прорычал мужчина и посмотрел на Кассиэля, скривившегося от отвращения. — Они ничего не смогут сказать.       — Они все еще могут кивать или мотать головой, — не спешил унывать демон и вытащил из пальца наемника свой кинжал, которым теперь вертел у него перед лицом. — Если не хотят лишиться чего-нибудь еще, конечно… Глаза, например? Или хотите распрощаться с тем, что у вас между ног? Это может быть действительно очень-очень больно. С чего начать — с правого, левого или сразу приступим к главному?       — Вас наняли для убийства принцессы? — снова спросил Мальбонте и по очереди посмотрел на обоих пленников. — Считаю до трех. Один, два… Три. Не услышав ответа, Кассиэль выполнил его беззвучную просьбу и одним молниеносным движением рассек правую глазницу наемника со сломанной челюстью. Тот замычал от боли и прикусил губы с такой силы, что из них начала сочиться кровь, которая теперь заливала весь его подбородок. Наставив острие кинжала на второго, Кассиэль выжидающе посмотрел на него и зловеще улыбнулся.       — Тик-так, тик-так… Посмотри на своего друга, — обратился он к тому, в ком чувствовал большее желание остаться со всеми частями тела. — Хочешь, чтобы я сделал это и с тобой? Кивни, если да, помотай головой, если нет. Вас наняли для убийства принцессы?       Хоть ответом на заданный вопрос вновь оказалось молчание, наемник с травмированным пальцем быстро глянул на своего израненного товарища, будто на что-то решаясь. Стиснув зубы, он перевел взгляд на Мальбонте и Кассиэля, а затем медленно кивнул, чем вызвал у второго наемника заметное раздражение.       — Отлично, это уже что-то, — довольно произнес Кас. — Может, стоит попытаться проверить его воспоминания? Этот кажется более сговорчивым.       — Я могу попробовать, но они наверняка что-то приняли, — покачал головой Мальбонте. — Есть вещества, которые затуманивают воспоминания на случай пленения… Но я все равно это сделаю. Попытаться можно. Держи его, Кас.       — Если попытаешься закрыть глаза, я отрежу тебе веки. Ты меня понял? Взяв наемника за горло и сжав пальцы у него на затылке, Кассиэль развернул его голову так, чтобы Мальбонте ничто не мешало залезть в его память. Установив с ним зрительный контакт, мужчина мгновенно почувствовал, как наткнулся на невидимую стену. Продираться сквозь нее оказалось нелегко, но за ней не оказалось почти ничего полезного — он смог увидеть лишь темную фигуру, спрятанную в туманной дымке, которая передавала наемнику кошель с деньгами. Голос бессмертного, обращающегося к нему, не показался Мальбонте знакомым, так что вывод напрашивался сам собой.       — Судя по всему, в этом деле было несколько посредников, — недовольно произнес он, разорвав зрительный контакт. — Тот, кто все это организовал, тщательно подготовился и обезопасил себя как мог. Если я правильно думаю, мы знаем заказчика. Если бы не знали, то он бы не приложил столько усилий, чтобы сохранить свою личность в тайне.       — Разумеется, мы знаем, — прошипел Кассиэль и, отпустив наемника, брезгливо вытер руку о штанину. — Скользкий червь и его крысы.       — Ты проверил их вещи на наличие монет?       — Да, первым же делом. Деньги, отчеканенные в Омнисе. Их никак не отследить. Там совершается слишком много сделок.       — Черт, — выругался Мальбонте и издал тяжелый вздох. — То есть, мы знаем, кто за всем этим стоит, но у нас нет доказательств. Прекрасно.       — Придется работать с тем, что есть, — пожал плечами Кассиэль и посмотрел на пленников. — Их придется оставить в живых и отправить в темницу. Они могут пригодиться, когда у нас появится больше доказательств.       — Ты прав. Еще рано их убивать… Но тогда мне придется покинуть это место.       — При них говорить ничего не буду. Сначала их надо вырубить.       Мальбонте, который был разгневан до глубины души всем случившимся, дважды просить не стоило. Хватило всего пары мощных ударов по голове, чтобы оба наемника отключились и повалились ничком на траву. Получив небольшое удовлетворение, мужчина сделал глубокий вдох и снова посмотрел на Кассиэля, ожидая услышать от него новости.       — Теперь можешь все рассказать, — кивнул он, надеясь на хорошее, но готовясь к худшему.       — Ева не проснулась… Пока что, — нехотя ответил Кас и поджал губы, стараясь подобрать слова так, чтобы не взбесить обеспокоенного отца еще сильнее. — Ведьмы делают все возможное, чтобы поддерживать связь духа с телом, но от них мало что зависит. Принцесса должна вернуться сама. На это может уйти какое-то время. До этих пор ковен будет продолжать удерживать ее дух рядом с телом.       — Каким образом они это делают?       — Жертвуют свою кровь. Очень много крови.       — Ясно… — Мальбонте ненадолго замолчал и прикрыл глаза, чтобы собраться с мыслями. — Они что-нибудь говорили о луне?       — Кстати о ней, — задумчиво протянул Кассиэль. — Сейчас она в лесу, а точнее в озере, в котором держат тело принцессы. Луна все еще существует — она просто сменила одно место на другое. Пока что это никак не влияет на все живое, но, со слов Гефии, рано или поздно начнутся изменения и они никому не понравятся.       — И это значит, что мы просто должны ждать? Больше ничего?       — Получается, что так, Ваше Величество. Понимаю, это тяжело, но… других вариантов нет. Насильно вернуть принцессу невозможно. Главное, что она жива и ее жизни ничего не угрожает.       — И на том спасибо, — удрученно произнес Мальбонте и бросил на темный ночной лес ледяной взгляд. — Будет тяжело вернуться без хороших новостей.       — Главное, что вы возвращаетесь без плохих, — решил побыть оптимистом Кассиэль. — Просить о терпении — это как давить на рану. Иногда иначе просто нельзя.       — Ты прав… Мне нужно отправить послание во дворец. Мне необходимо сопровождение, чтобы перевезти этих двоих.       — Я пошлю весть, не беспокойтесь об этом. Скажите только кому именно. Вашей жене, возможно?       — Нет, не хочу ее беспокоить и отрывать от детей, — покачал головой Мальбонте. — Отправь послание Дино. Напиши ему самое необходимое. И пусть прихватит с собой золотую сеть.       Стоило мужчине произнести это, как к ним откуда-то сверху спикировала маленькая красная птичка, похожая на кардинала. Приземлившись на палец Каса, она издала тихий щебет и он, закатив глаза, дал ей немного зерна, которое было припрятано в его кармане. Пока она ела, демон тихо шептал ей то, о чем просил Мальбонте, а затем она, полакомившись вдоволь, взмахнула крыльями и улетела куда-то в темноту ночи вместе с посланием для Дино.       — Это какая-то магия? — решил уточнить он, поглядев на демона. — До этого момента я об этом не задумывался, но теперь мне стало интересно.       — Да, что-то вроде того, — кивнул он. — Эта птица — мой фамильяр. Она доставляет послания, причем достаточно быстро и незаметно.       — Полезная магия… И как скоро Дино обо всем узнает?       — До города недалеко лететь. Думаю, это займет не больше пятнадцати минут. Вам не придется долго ждать.       — Тогда тебе стоит вернуться к моей дочери, — с тяжелым вздохом произнес Мальбонте, явно не горевший желанием оставлять это место даже для решения важных вопросов. Это была какая-никакая, но связь с Евой, которую ему предстояло вновь оборвать. — Не хочу думать о том, что она там совсем одна без твоей защиты.       — Я пойду, конечно, — быстро согласился Кассиэль. — Но она там не одна. С ней ковен.       — Я доверил им жизнь моей дочери, но я все еще не уверен в их способности защитить ее от демонов-наемников. Ты доказал, что способен справиться с ними, так что иди, пока я не начал сходить с ума и случайно не поджег пару деревьев.       — Хорошо. Обойдемся сегодня без пожаров.       Пожав протянутую руку Мальбонте на прощание, Кассиэль несколько раз огляделся по сторонам прежде, чем вновь вернуться в лес и скрыться в его темноте от глаз наблюдавшего за ним мужчины. Дождавшись, когда демон покинет поляну, он вновь подошел к плененным наемникам, лежавшим на земле без сознания, и понял, что каждая минута промедления Дино может стоит им жизни. Если бы не выгода, которую могло принести сохранение их жизней, Мальбонте уже давно лишил их обоих голов. Только эта мысль помогала ему держать себя в руках. Ради дочери он был готов засунуть куда подальше не только жажду мести, но и собственные принципы, которые слишком много раз мешали ему наладить с ней здоровые и теплые отношения. Настала пора что-то изменить, особенно после всего, что случилось. Он и так подорвал доверие Евы к нему, когда взял на себя вину за уход Вергилия. Мальбонте и сам порой винил себя в этом, забывая, что за этим решением ангела стоит нечто большее, чем его недолгий гнев на друга.       — Тебя не хватает, Вергилий… — устало прошептал мужчина, подняв глаза на темное небо. — Всем нам не хватает. Твоего спокойствия в первую очередь. Свое я, кажется, растерял… Где же ты сейчас? Надеюсь, ты хотя бы в безопасности.       Конечно же, ответов на все эти вопросы не последовало. Небо оставалось молчаливым к моральным переживаниям Мальбонте, который впервые за долгое время чувствовал себя настолько уязвимым, что был готов молиться кому угодно, лишь бы увидеть свою дочь здоровой и счастливой. И теперь он понимал, что без Вергилия ее счастье не может быть полным, как и его собственное без Вики и детей. Мужчина всерьез задумался о том, мог ли он хоть как-то отговорить ангела от ухода, но сразу же одернул себя. Нет, он точно знал, что не смог бы. Никто не виноват, никто не смог бы это изменить. Судьба — жестокая и неумолимая сила, но она всегда знает, что делает, пусть с ее решениями и бывает трудно смириться.

***

      Несколько ночей после свержения власти в Бухте Сипактли Арей спал чертовски плохо, но вовсе не из-за мук совести или сожалений о совершенном — дело было в Роу, а точнее в ее беспокойном сне. Стоило ей ненадолго заснуть, как уже через полчаса она просыпалась и кричала так истошно, что парню хотелось расплакаться вместе с девочкой от жалости к ней и собственного недосыпа. Арей уже сталкивался с детскими капризами, когда нянчился с близнецами, но то, что устраивала ему Роу, выходило за рамки того, к чему он мог быть готов. И все же парень принимал это относительно спокойно, ведь именно он принял окончательное решение оставить девочку у себя и взять на себя заботу о ней. Проснувшись в очередной раз, Арей посмотрел на часы, которые показывали половину третьего утра, и подошел к люльке, одолженной у хозяев гостиницы. Роу снова начала метаться в ней, как ошпаренная и не спешила успокаиваться даже после того, как парень взял ее на руки.       — Ну что такое, малышка? — устало спросил Арей, продолжая без перерыва укачивать ее. — Может, у тебя болит что-то? Надо бы попросить Регину позвать к нам врача… Жаль, что ты не можешь мне сама сказать.       Немного успокоившись и проикавшись, Роу опустила голову парню на плечо и, продолжая тяжело дышать после моря выплаканных слез, закрыла глаза — скорее из-за нехватки сил, чем из-за желания уснуть. Арей был благодарен и за эту небольшую передышку, но тратить время на сон было нельзя. Ему нужно было разобраться, что происходило с девочкой как можно скорее, потому что в ближайшие пару дней он собирался покинуть Бухту.       Осторожно поднявшись вместе с Роу, Арей, стараясь не делать резких движений, вышел из своего номера и спустился вниз. Ему на удачу Регина все еще была в зале — стояла за барной стойкой и начищала бокалы до блеска чистой белой тряпкой. Даже в такое позднее время женщина занималась работой, ведь ее больше заботил семейный бизнес, чем собственное благополучие.       — Не спится? — шепотом спросила она, увидев Роу у Арея на руках. — Я слышала, что она кричала…       — Да, я думаю, что с ней что-то не так, — обеспокоенно произнес парень и вновь принялся укачивать девочку, которая тихо всхлипнула, уткнувшись ему в грудь. — В смысле, я думаю, что она может быть чем-то больна или ее возможно что-то беспокоит. Я хотел бы пригласить врача.       — Я могу пригласить лекаря, но это будет стоит денег.       — Плевать на деньги. Мне нужно, чтобы Роу чувствовала себя хорошо. Я хотел бы в скором времени покинуть Бухту, но, если она чувствует себя плохо, нам придется задержаться.       — Дай-ка я на нее взгляну, — выйдя из-за барной стойки, Регина подошла к обеспокоенному Арею и, внимательно оглядев Роу, осторожно коснулась губами ее лба. — Температура вроде бы нормальная. Бледная немного, конечно, но она вроде бы хорошо ест, да?       — За обе щеки, — подтвердил парень и нервно прикусил нижнюю губу. — Я плохо о ней забочусь… Это моя вина.       — Не говори так. Ты от нее ни на шаг не отходишь, выполняешь любой каприз. Уже скупил все игрушки в городе?       — Эм, не совсем так… Я просто хочу дать ей то, чего у нее не было. Разве это плохо?       — Нет, конечно, — покачала головой Регина, но в ее тоне Арей все же уловил едва заметную тревогу. — Мир суров, странник. Я бы сама с удовольствием баловала свою девочку до того момента, пока она не решит выпорхнуть из гнезда, но так делать нельзя. Тебе нужно перестать таскать Роу на руках. Ей необходимо научиться ходить… В любом случае, лекаря я вызову. Он даст тебе все нужные рекомендации. Самюэль хорош в своем деле, глупостей не посоветует.       — Спасибо большое, Регина, — искренне поблагодарил ее Арей. — Я сделаю все, что потребуется.       Теперь оставалось лишь дождаться утра, но сказать было легче, чем сделать. Стоило парню выпустить Роу из рук и положить ее в люльку, та сразу же начинала вопить так, будто ее убивают. Арей изо всех сил старался не раздражаться, но усталость постепенно давала о себе знать. Теперь ему было совестно за то, как он сам, будучи ребенком, поступал с Вики и Мальбонте. Первые месяцы во дворце давались ему тяжело — незнакомое место, куча новых правил, обилие внимания и игрушек… Мозг маленького Арея тогда определенно закипал и это выливалось в истерики. Он и сам не понимал, почему кричал и плакал тогда, но еще меньше он понимал, почему приемные родители терпели все его выходки и наказывали лишь в пределах разумного, исключая даже малейшее применение насилия. Лишь благодаря этим воспоминаниям Арей держался изо всех сил, чтобы не закрыть уши руками и не заорать что есть мочи.       — Если бы ты умела говорить, я бы выслушал все, что ты мне скажешь, — в отчаянии прошептал он, сев к Роу поближе, чтобы она могла его видеть. Вытерев пальцами ее слезы, он устало опустился рядом с ней на подушку и решил, что может хотя бы на мгновение закрыть глаза. — Давай… поспим хотя бы немного, Роу… Всего полчаса, ладно?       Стоило Арею ненадолго закрыть глаза, как в дверь его номера сразу постучали. Он уже почти собирался крикнуть, что ему нужно выспаться, но внезапно понял, что за окном поднялось сумрачное солнце — уже наступило утро. Удивленный этим, парень посмотрел на часы, которые показывали половину девятого. Ему удалось проспать почти шесть часов! Сразу за этой мыслью последовала следующая, куда менее приятная — неужели он спал так крепко, что даже не слышал плача Роу? Взглянув на нее, Арей облегченно выдохнул — девочка спала, свернувшись калачиком прямо у него под боком. Убедившись, что с ней все в порядке, парень поднялся с кровати и открыл дверь, за которой оказались Регина и незнакомый ему демон.       — Это лекарь, о котором я говорила, — пояснила женщина и открыла дверь нараспашку, чтобы тот мог пройти мимо них внутрь, а затем обратилась к Арею уже шепотом. — Я попросила его не задавать лишних вопросов — все только по делу. Можешь быть спокоен.       — Спасибо, ты меня выручаешь, — вновь поблагодарил он ее и повернулся к Самюэлю, который уже доставал из своего саквояжа различные медицинские принадлежности.       — Какие жалобы? — спокойно поинтересовался лекарь, присев рядом со все еще спящей Роу на кровать. — Опишите подробно.       — Она плохо спит, часто просыпается и подолгу плачет. Кричит так, что срывает голос. Я переживаю, что у нее что-то болит.       — Сейчас проверю. Не волнуйтесь, она продолжит спать, пока я не закончу осмотр.       Арей молча кивнул и стал наблюдать за всеми манипуляциями Самюэля, стараясь не упускать из виду ничего из того, что он делал. Заметив, как лекарь сильно надавил Роу на живот и в области верхних ребер, парень слегка напрягся, но Регина покачала головой, давая ему понять, что все в порядке, так что он решил просто довериться ей.       — У меня есть хорошая новость и плохая, — произнес Самюэль, закончив длительный осмотр.       — Начните с хорошей, — сердце Арея упало, но он старался сохранять самообладание, чтобы не выдать свою нарастающую панику.       — Я увидел повреждение спины в области пророста крыльев, так что скоро девочка вновь сможет их обрести. Это может быть для нее болезненно, но все будет в порядке. Теперь плохая… У нее обширное повреждение грудной клетки и некоторых внутренних органов. Такое ощущение, будто легкие ребенка… постоянно сдавливались. Ей трудно дышать. Возможно, вы слышали хрипы?       — Да, очень часто, — подтвердил Арей и обеспокоенно посмотрел на мирно спящую Роу. — Дело в том, что… она находилась в рабстве.       — Тогда картина более ясная, — понимающе кивнул Самюэль. — Мне приходилось видеть подобное у тех, кто приходил ко мне лечиться после сражений в Ямах. Им сильно стягивают грудную клетку металлическими или деревянными пластинами, чтобы крылья не прорастали. Побег без них усложняется, что логично. Здесь ситуация практически идентичная.       — Но почему регенерация не работает? — решила спросить Регина. — Даже у маленьких детей она должна справляться с такими повреждениями.       — Дело в том, что это происходило с ее телом слишком долго и оно успело адаптироваться. Теперь, когда пластины больше нет, ему вновь приходится перестраиваться. Судя по всему, девочка пережила внутреннее кровотечение и перелом нескольких верхних ребер. Они срастались неправильно и теперь ей снова приходится проходить через это. Отсюда капризность — ей попросту очень больно.       — И… как мне помочь ей? — дрожащим голосом поинтересовался Арей, глядя на лекаря с нескрываемой мольбой во взгляде.       — Я дам вам обезболивающее, — предложил Самюэль и достал из своего саквояжа пузырек с пилюлями. — По одной два раза в день, утром и вечером.       Это поможет девочке справиться с перестройкой внутренних органов и сростом костей без боли. Думаю, уже через несколько дней ей станет намного лучше. У нее крепкий организм, раз она смогла все это пережить. Вырастет сильной и здоровой. Советую как можно скорее научить ее ходить — ножки должны окрепнуть. Это тоже поможет выздоровлению.       — Спасибо большое, — искренне поблагодарил лекаря Арей и, достав из потайного кармана кожаной куртки небольшой мешочек с золотом, протянул его ему. — Здесь хватит оплаты за осмотр и лекарство?       — Более чем. Спасибо. Девочка спокойно проспит еще пару часов, так что не советую ее будить. Когда она проснется, ей уже будет легче.       Еще несколько раз поблагодарив Самюэля за помощь, Арей проводил его и, оставшись в комнате со спящей Роу и Региной, опустошенно опустился на кровать и спрятал лицо в ладонях. Хоть лекарь и смог немного его успокоить, дав рекомендации и лекарство, на душе у него разразилась настоящая буря. Он не мог поверить в то, что кто-то мог так жестоко обращаться с маленьким ребенком, обрекая его на непрекращающиеся страдания ради нескольких золотых монет. Вспоминая мертвое тело работорговца, лежавшее в грязной подворотне, Арей ранее испытывал отдаленное чувство вины — мог ли он решать, кому жить, а кому умереть? Теперь эти противоречивые мысли окончательно оставили его. Больше парень не жалел о совершенном.       — Тяжелые мысли? — обратилась к нему Регина, терпеливо дожидавшаяся, пока парень хоть немного придет в себя после всего услышанного. — Понимаю тебя, поверь. Это отвратительно. Если честно, я чуть не расплакалась, когда Самюэль начал перечислять травмы Роу… Бедное дитя.       — Я знал, что что-то не так, — кивнул Арей и тяжело вздохнул. — Она не капризная — ей просто очень больно. А я уже даже успел начать на нее злиться… Я идиот. Плохой из меня опекун.       — Если ты вдруг передумал оставлять ее у себя, мы с мужем… могли бы позаботиться о ней. Мы не особо богаты, но на еще одного ребенка средств у нас хватит. Тебе предстоит много путешествовать, а с Роу это может стать проблематично.       — Нет. Я не откажусь от нее, как когда-то не отказались от меня. Я справлюсь.       — Ожидаемый ответ, — улыбнулась Регина и направилась к двери, чтобы покинуть комнату. — Отдыхайте. Я рядом, если что-то понадобится.       — Спасибо за помощь, — поблагодарил Арей. — Это больше, чем я заслужил.       — Не прибедняйся, странник. Ты еще должен выполнить свое обещание. Я, скажем так, инвестирую в будущее.       — Справедливо. Я могу это принять.       Попрощавшись с Региной, Арей, который буквально валился с ног от усталости, опустился на подушку рядом с Роу и закрыл глаза, впервые за несколько дней ощутив, что может как следует выспаться. Тех шести часов ему явно было недостаточно.

***

      Как и сказал Самюэль, вскоре Роу действительно начала идти на поправку. Пилюли помогали ей не отвлекаться на боль, и она начала спокойно спать по ночам, что способствовало ее выздоровлению. Но самая большая радость Арея случилась за день до их отлета из Бухты — перед тем, как он собирался уложить Роу спать, она впервые смогла сделать несколько самостоятельных шагов от ванной комнаты до кровати. Ей было сложно, но упрямая натура, которую парень распознал в ней с самого начала, помогала девочке преодолевать трудности, что принесла ей жизнь в рабстве.       — Ты такая молодец, — похвалил ее Арей и, уложив в кровать, накрыл Роу одеялом. — Я горжусь тобой… Сегодня мы с тобой должны как следует отдохнуть. Завтра будем кататься на драконе.       — Ка… ся, — попыталась повторить за ним девочка, а затем сильно зевнула и продолжила пытаться держать глаза открытыми, чтобы сразу не заснуть. И все же, вскоре усталость дала о себе знать и Роу закрыла глаза, вцепившись в рукав парня маленькими пальчиками. Арей не сразу решился подняться с места — дождался, пока она не начнет размеренно дышать и только потом высвободился из ее руки, чтобы наклониться к ней и поцеловать в лоб.       — Спи сладко, горошинка. Пусть твой сон будет спокойным.       Теперь, когда у Арея появилось время, он занялся складыванием вещей в походную сумку, проверяя на наличие у себя всего необходимого. Перелет обещал быть долгим, и он все еще не был уверен, что им с Роу стоит лететь в то место, которое он избрал своим следующим пунктом для остановки. Несколько дней назад парень узнал от Регины, что в западном регионе Ада, ближе к Люксурии, произошло крупное столкновение между демонами и небольшим отрядом полукровок, собравшихся для того, чтобы выступить против притеснения местных властей. Это путешествие могло быть сопряжено с риском, но, взвесив все за и против, Арей все же решил наведаться туда, чтобы разведать обстановку. Хоть Регина и заверила его, что основные сражения уже закончились, а жертв было немного, это его не успокоило. Он хотел лично убедиться в том, что с полукровками не обращались как со скотом.       Перебирая вещи в сумке, Арей наткнулся на свой старый медальон из олова. Обычно он был спрятан среди его вещей, которые тоже оказались у него, так что парень предположил, что Ева, собирая их в спешке, даже не заметила украшение на тонкой веревочке и сложила его вместе с одеждой. Открыв медальон, он тихо вздохнул, увидев внутри маленький портрет девушки, написанный вручную. Арей заказал его у художника, когда ему было примерно тридцать пять лет и с тех пор берег как зеницу ока, а затем поместил в оловянный медальон для сохранности. С тех пор Ева почти не изменилась — возможно, стала чуть взрослее, но это не сильно бросалось в глаза. Проведя по нему пальцами, Арей поджал дрожащие губы и втянул воздух через нос, чтобы справиться с подступившими к глазам слезами. После того, как он узнал, что Данталиан собирает армию, парень пытался придумать способ, как дать знать об этом Еве, но прямо сейчас это казалось попросту невозможным. В Виктуаре собралось слишком много врагов и, если хоть один из них прознает о том, что Арей передал принцессе послание, у нее могут появиться новые проблемы. Он не хотел ставить ее под очередной удар, тем более после того, как она поспособствовала его побегу. Теперь у него был лишь один выход из ситуации — убить Данталиана прежде, чем он выступит против Пандемониума и Виктуара. Отныне это стало целью всей его жизни и для этого ему нужны были союзники. Долгосрочный план с множеством нюансов казался невозможным для исполнения, но Арей не собирался отчаиваться. Он искренне верил, что сумеет воплотить его в жизнь, пусть на это и уйдет много времени и сил.       Утро следующего дня выдалось ясным, а воздух казался не таким горячим благодаря прохладному северо-западному ветру, пришедшему с моря. Арей оценил обстановку в небе и принял окончательное решение вылетать именно сегодня. Регина предупредила его о том, что в этой области случаются сильные бури, так что стоило воспользоваться хорошей погодой, пока она не успела перемениться. Собрав все вещи, несколько раз их проверив и переодев Роу в подходящую для полета кожаную одежду, Арей вместе с ней на руках и в сопровождении хозяев гостиницы, направился к берегу, с которого им предстояло подняться в воздух и покинуть Бухту.       — Погода должна быть стабильной пару дней, но все же постарайтесь как можно быстрее миновать морскую зону, — решила дать последний напутственный совет Регина, когда Арей и пищащая от восторга при виде дракона Роу разместились в седле. — И не летите ночью — ветры здесь суровые…       — Перестань, они будут в порядке, — ободряюще улыбнулся Сургат и на всякий случай проверил поводья Райдэна на целостность. — С таким драконом никакая буря не помеха. Они отлично чуют погоду, так что доверьтесь ему, если будете сомневаться с направлением.       — Я положила вас свежих ореховых лепешек, — вклинилась в разговор Анна, с тоской во взгляде глядящая на Арея. — Они долго хранятся.       — Спасибо вам всем за то, что не остались в стороне, — поблагодарил их всех одновременно парень и прижал Роу к себе поближе, так как она то и дело намеревалась вылезти из седла, чтобы потрогать шею Райдэна. — Я перед вами в долгу… Надеюсь, что у меня получится отплатить вам за вашу доброту.       — Я верю, что получится, — кивнула Регина. — Буду молиться о том, чтобы тебе удалось вернуть себе все, что принадлежит по праву. Дай нам знать, когда это случится. Возможно, мы тоже решим вернуться домой.       — Непременно. Позаботьтесь об этом месте. Оно слишком прекрасно, чтобы бросать его на произвол судьбы.       — А ты позаботься о Роу. Эта девочка заслуживает лучшей доли. Не подведи ее.       — Конечно, — кивнул Арей и помахав всем на прощание, натянул поводья на себя. — Взлетаем!       Райдэн, который с нетерпением ждал возможности вернуться в небо, тут же взмахнул крыльями и очень быстро поднялся в воздух, а затем стремительно взмыл еще выше, долетев до самых облаков. Взглянув вниз, Арей стал наблюдать, как Бухта постепенно превращается в крохотное пятно, а затем и вовсе исчезает из виду. Его немного тревожило, как отреагирует на все это Роу, но она казалась на удивление спокойной и даже веселой. Ей определенно нравилось находиться в воздухе и передвигаться на драконе, так что Арей очень быстро успокоился и тоже смог начать по-настоящему наслаждаться полетом. Впереди их ждал длинный, но наполненный живописными местами путь на запад.       К тому моменту, как погода над морем начала портиться, Райдэн уже сумел долететь до конца водного массива и теперь под ними простирались невероятные в своих размерах горные вершины, покрытые снегом. Роу то и дело пыталась свеситься с края седла, чтобы посмотреть вниз, но Арей пока не находил в себе смелости удерживать ее навесу на такой огромной высоте. Девочка недовольно надувала щеки, но, к его радости, истерики не устраивала, вместо этого продолжая послушно сидеть рядом с ним в обнимку. Когда начало темнеть, ее не составило труда отвлечь на раскинувшееся над ними небо. Роу с удовольствием разглядывала звезды и слушала, как Арей рассказывал ей о них и о том, как называются те или иные созвездия. Вскоре после этого она начала засыпать, а парень приказал Райдэну приземлиться у небольшой горной расщелины, в которой они и заночевали. На такой большой высоте среди голых скал было ужасно холодно, но стены пещеры хотя бы могли укрыть их всех от ветра, а теплое тело дракона и несколько костров согрели пока еще не умеющую контролировать собственную температуру Роу. За самого себя Арей не беспокоился, так что решил эту ночь провести без сна, чтобы убедиться, что никакая адская тварь, наподобие гарпий, не явится по их души из темноты.       Теперь, когда парень остался без компании своей гиперактивной подопечной, которая сейчас сладко спала, свернувшись клубочком в одеялах под боком у Райдэна, к нему вернулось чувство полнейшей изоляции и одиночества. Темнота, казалось, сгустилась вокруг еще сильнее, а стены пещеры начали давить на него, сжимаясь в невидимые тиски. Именно в такие моменты к Арею обычно являлся обладатель жуткого голоса, от которого у него бегали мурашки по коже. Чтобы немного отвлечься, он достал из потайного кармана на груди оловянный медальон, в котором хранился портрет Евы. При виде нее тьма начала отступать, но чувство одиночества и тоски лишь усилилось. И все же, Арей не жалел — так он мог почувствовать хоть что-то помимо тревоги и страха. Пусть у него за спиной и было одно хорошее сделанное дело, оно не могло удовлетворить его или облегчить ношу. Дальнейшее будущее казалось ему туманным и безрадостным. Еще никогда прежде ему так сильно не хотелось оказаться дома в окружении близких и друзей. Он и представить себе не мог, как сильно будет нуждаться в них, оказавшись наедине со всем, что навалилось на него за последнее время. Самым тяжелым было то, что Арей оказался в полной изоляции от новостей с Небес. Он никак не мог узнать, что прямо сейчас происходило с Евой. Чем для нее обернулось участие в его побеге? Пришел ли в себя Мальбонте? Как там Вики и близнецы? А как Габи и Клео? Они ведь совсем недавно пережили такое огромное потрясение… Шарлотта, которую он так сильно напугал в последний раз, Крис, отправившийся в Ад, чтобы помочь остановить столкновение между демонами и полукровками… Ангел в Аду. Ему наверняка приходилось очень нелегко… Мысли обо всех них не давали парню покоя и слезы сами по себе побежали по его щекам — обжигающие и болезненные.       — Почему ты не улетела со мной? — прошептал Арей, мысленно обращаясь к Еве через ее маленький портрет. — Ты мне так нужна… Мы могли бы все делать вместе. Ты бы увидела столько красивых мест… Ты ведь всегда мечтала о путешествиях. Так почему же… почему ты не улетела вместе со мной?       Разумеется, парень не мог получить никаких ответов от безмолвного портрета своей любимой, но на этот раз ожидаемая тишина казалась ему невыносимой. Все происходящее стало теперь каким-то сюрреалистичным. Что он делает здесь, в этой адской глуши на голых скалах? Почему он вообще должен прятаться? Из-за того, что его околдовали или потому, что он атаковал этого жалкого отброса Золдана? Этот мерзавец заслужил и большую боль, что Арей ему принес, но наказали почему-то именно его. Мог ли он тайно вернуться в Виктуар, чтобы завершить начатое? Наверняка нет — Райдэна трудно не заметить. Из этой идеи не выйдет ничего хорошего. Так он лишь еще больше подставит свою семью, которой и так из-за него прилично досталось. За такими мрачными размышлениями и прошла ночь Арея — бессонная и полная сожалений.       Долгожданное утро принесло с собой плохую погоду — небо стало темным, а где-то высоко в дымчато-серых облаках сверкали молнии. Зная, что им предстоит очень тяжелый путь, Арей укутал Роу в теплые вещи и сверху накрыл ее собственным кожаным плащом, чтобы ветер не терзал маленькое и хрупкое тело девочки. Когда они взлетели, буря лишь усилилась, но пережидать ее смысла не было — на этой территории Ада плохая погода являлась постоянным явлением. Они добрались до Хребта Индры и теперь им предстояло преодолеть его как можно скорее, чтобы не угодить в беду. Райдэну все это даже нравилось, и буря его совсем не смущала, в отличие от тех, кто летел на нем в седле. Роу хоть и приходилось нелегко, — все же первый полет в жизни, да еще и в такую погоду — вела она себя хорошо. Не капризничала, не хныкала и не пыталась устроить никаких проблем. Арею стало немного стыдно за то, что он подвергает маленького ребенка таким испытаниям, но другого выбора у него пока что не было. Если он собирался устроить для девочки лучшую жизнь, в его нелегкой ситуации ему в любом случае пришлось бы идти на компромиссы с совестью.       В таком тяжелом темпе прошло еще несколько дней. Ночью, когда становилось совсем невыносимо, Арей приказывал Райдэну приземлиться, перед этим около часа летая над скалами в поисках хотя бы крохотной пещерки или углубления на пару метров — ему самому было плевать, где спать, а вот для Роу нужна была крыша над головой, пусть и самая неказистая. Иногда их условия ночевки оказывались настолько плохими, что парню даже не удавалось развести костер и тогда им приходилось греться у огня, который он создавал на своих ладонях. Малышке очень понравился этот «фокус», и она даже какое-то время пыталась провернуть что-то похожее, выставляя ладони перед собой, но у нее, разумеется, пока что ничего не получалось — она была слишком юна и слаба.       — Интересно узнать, какие у тебя способности, — задумчиво обратился к Роу Арей по время очередной стоянки. В тот раз им повезло больше — удалось найти нормального размера пещеру, в которую умудрился поместиться даже Райдэн с его большими крыльями. — Чем раньше я узнаю, тем скорее смогу начать тебя учить их контролировать. Это важно, знаешь? Чтобы не натворить дел.       — Елл… — словно эхо повторила за ним Роу, внимательно выслушав все, что сказал ей Арей. Он не был уверен, что она его понимает, но теперь, когда девочка присоединилась к нему в его путешествии, стал намного чаще проговаривать все вслух, чтобы она хотя бы пыталась повторять за ним слова. Получалось пока неважно, но парень не собирался отчаиваться.       — Да, дел. Иногда плохих, горошинка. Я и сам… много чего натворил. Ты так ошибаться, как я, не будешь… Жаль, что я ничего не узнал о твоей маме. Надо было расспросить о ней и попытаться что-нибудь узнать о твоем папе. Прости, я не подумал об этом…       Роу на эти слова Арея лишь помотала головой и продолжила жевать лепешку, глядя на огонь, созданный им на ладони. Несколько раз она пыталась его потрогать, но парень боялся, что ее хрупкое тело пострадает от ожога. Регенерация девочки оставляла желать лучшего, хоть прием лекарств и ускорил ее выздоровление. Когда ей не спалось по ночам, она постоянно пыталась сделать несколько шагов по пещере, в которой они останавливались, что было явным признаком прогресса. За такие успехи Роу получала либо поглаживание по голове, либо шоколадную конфету и второе ей нравилось намного больше — аппетит у нее был отменный, хотя скорее всего дело было в банальном недоедании в прошлом. Арей знал о таком не понаслышке. Когда он голодал месяцами, а потом находил что-то съестное, то не мог удержаться от того, чтобы слопать все за раз вместо того, чтобы оставить хоть немного на потом. Парень понимал, что ему еще придется как следует поработать над пищевым поведением Роу, но сейчас просто не мог отказать ей и не дать что-нибудь вкусное.       Переждав самую жуткую бурю за все время их путешествия на пятую ночь, утром Арей обнаружил, что погода, хоть и немного, но начала улучшаться. Дождь прекратился, а ветер задувал не так сильно, так что они вполне могли подняться в небо, чтобы продолжить путь. Выведя Райдэна из пещеры и проверив все ремни и застежки на седле, парень разместил в нем все еще немного сонную Роу, обложив ее мягкими вещами, а затем приказал дракону подняться в небо. Уставший от постоянного нахождения на земле, он был несказанно рад снова оказаться в воздухе, чтобы расправить свои крылья и насладиться долгожданным полетом.       Прошло несколько часов, прежде чем на земле под ними начали появляться небольшие поселения — обособленные и никак не связанные друг с другом из-за враждебных настроений местного населения. Арей был не удивлен, что именно в этой области начались столкновения между демонами и полукровками. Тут всегда было неспокойно. Герцог, которому принадлежали эти территории, никогда не держался за них слишком крепко, так как они не были ни плодородными, ни стратегически важными. По сути, эти места вполне можно было называть дикими. Свесившись с края седла, Арей увидел несколько разрушенных и сгоревших домов, и чем дальше летел Райдэн, тем больше их становилось. Сверившись с картой и убедившись, что они находятся в нужном месте, парень приказал дракону начать снижение, а затем и приземляться. Сделали они это чуть в отдалении от построек, чтобы не распугать бессмертных, которым и так уже было уже достаточно волнений.       Город, рядом с которым произошло их приземление, мало походил на настоящий, так как все еще находился на стадии строительства — стены были возведены лишь на половину, а о дорогах и других инфраструктурах и речи не шло. Будущие жители работали вместе со строителями, помогая им как можно скорее закончить хотя бы с жилыми домами, ведь почти никому из них было пока еще негде жить. Выбравшись из седла и поместив Роу в переноску, крепившуюся к спине, Арей погладил Райдэна по морде и тяжело вздохнул.       — Тут мы вряд ли найдем для тебя что-то съестное, — с сожалением произнес он. — Но я могу отпустить тебя полетать по округе. Может, найдешь что-нибудь… Только не ешь никого, ладно? Я имею ввиду таких как я. Ты понял?       Райдэн выдохнул струю пара прямо Арею в лицо, а затем отошел от него и Роу на приличное расстояние и быстро поднялся в воздух, направившись куда-то в сторону длинной мутной реки, расположенной в долине у подножия строящегося города. Парню было очень нелегко отпускать дракона летать в одиночку, но он понимал, что тому было жизненно необходимо научиться добывать пропитание самостоятельно. Проводив его взглядом, Арей взял в ладонь маленькую ручку Роу, которую она тянула к нему из переноски, и ободряюще ей улыбнулся.       — Не будем волноваться, — обратился он к ней, хотя скорее пытался успокоить самого себя. — Он сможет о себе позаботиться. Не маленький ведь уже… Пошли в город. Посмотрим, что здесь происходит.       Пройдя через наполовину построенные ворота, слабо державшиеся на незатянутых петлях, Арей понял, что здесь помимо строителей и будущих жителей находятся воины. По их обмундированию ему стало ясно, что они из войска Сатаны, но его это мало волновало — никто из них не смог бы узнать его в лицо. Оставалось надеяться, что самого Люцифера здесь не было. Парень не хотел сейчас встречаться с кем-то из знакомых — он понимал, что ему стоило оставаться неузнанным, чтобы избежать проблем. Арей отныне мало кому доверял, включая Сатану. Вдруг он был заодно с Парламентом? Наверняка судить об этом было сложно, но парень не собирался рисковать. Правда, слишком долго оставаться незамеченным у него не вышло — новый бессмертный, внезапно появившийся рядом со стройкой на драконе быстро привлек к себе внимание. Увидев, как несколько воинов переглянулись и направились к нему, Арей закатил глаза, но бежать не стал — от этого проблем стало бы еще больше, а у него за спиной в своей переноске сидела Роу, которую нельзя было подвергать опасности.       — Кем будешь, путник? — обратился к нему демон в красивых, но латаных кожаных доспехах с большими черными крыльями за спиной. Судя по всему, он был среди них главным. — Зачем пожаловал сюда?       — Пролетал мимо, решил остановиться на ночлег, — почти не соврал Арей и указал на Роу за своей спиной. — Мне нужно раздобыть еды для ребенка. Для меня не обязательно. Это можно устроить?       — Здесь сейчас неспокойно, — ответил воин, но его взгляд и голос мгновенно смягчились, стоило ему взглянуть на девочку, которая выглядывала из переноски и подозрительно поглядывала на незнакомцев. — Мы охраняем стройку и помогаем чем можем после того, как всех этих полукровок пересилили сюда из остальных поселений в округе.       — Опасность все еще сохраняется?       — Разумеется. После того, что случилось, местные могут попытаться вломиться сюда и сжечь все дотла. Небезопасно оставаться здесь с ребенком.       — Не переживайте, я могу защитить ее, — уверенно заявил Арей. — И я хотел бы помочь таким же как я, пока стройка не закончится.       — Ты полукровка? — удивленно спросил воин и оглянулся на своих товарищей по оружию. — Не из этих мест?       — Я прилетел издалека. Путешествую, подолгу на одном месте не задерживаюсь. Постарайтесь поверить мне, я не представляю угрозы. Вы, конечно, обязаны последить за мной какое-то время. Я не против.       — Раз хочешь помочь, тогда сперва иди на кухню. Она недалеко, рядом с кузней. Вас с ребенком накормят, а потом расскажут, чем ты можешь помочь. Работы здесь предостаточно.       — Благодарю за помощь, — кивнул Арей и, посмотрев, куда указал воин, поправил лямки на переноске и направился в сторону кухни. Какое-то время он все еще чувствовал на себе изучающие взгляды, но не придавал этому значения — винить кого-то за подозрительность в столь неспокойное время было бы глупо.       Кухней оказалось небольшое огороженное пространство под наспех построенной крышей. За несколькими столами на лавках сидели уставшие после работы бессмертные, утолявшие голод горячей похлебкой, кашей и хлебом, а рядом с очагом на раздаче стояли женщины, которые торопливо готовили все новые и новые порции простой еды, которая источала приятный аромат овощей. Роу, которая до этого сидела в переноске тихо как мышка, тут же оживилась.       — Здравствуйте, нам сказали, что тут кормят рабочих на стройке, — вежливо обратился к женщинам Арей. — Можно взять одну порцию?       — Ты рабочий? — удивленно спросила та из них, что она отвечала за раздачу — взрослая и явно уставшая на вид русоволосая бессмертная. — Ты похож на какого-то аристократа, а не на рабочего или вояку.       — На кого я похож не имеет значения. Я буду здесь работать. Мне нужно, чтобы вы покормили хотя бы ребенка, ей не помешала бы горячая еда. Мы долго были в дороге.       — Эй, Энн! Налей две тарелки супа. Только погляди на эту милашку. Ты ее папа?       — Она… Да, она моя дочь, — Арей сначала замялся, но решил, что отец с маленьким ребенком вызовет куда меньше подозрений, чем их с Роу реальная история.       — А мама ее где? — нахмурилась женщина, отвечавшая за приготовление еды — грузная женщина с миловидным лицом и темной косой до пояса. — Она с вами не путешествует?       — Она умерла почти сразу после родов.       — Ох… Прости за мою бестактность, — тут же извинилась женщина и передала на стол для раздачи поднос с двумя тарелками супа, кашей и мисочкой с крекерами. — У нас еда простая, надеюсь, ваша малютка такое ест.       — Еще как ест, — улыбнулся Арей и оглянулся на Роу, которая уже начала тянуть ручки к подносу за крекерами.       — Раз решил работать, обратись к Фенвику, он сидит за самым крайним столом, — сказала женщина, отвечавшая за раздачу. — Рослый такой, с черными волосами до плеч.       — Хорошо, спасибо вам, — поблагодарил обеих Арей и, взяв поднос, решил задать последний вопрос. — Вы полукровки?       — Мы? — снова удивилась она. — Нет, мы матери. Наши дети полукровки. Строят для нас новый дом, а мы здесь помогаем чем можем, кормим их. Вы в курсе, что произошло совсем недавно?       — Да, эта новость разошлась не только по Аду, но дошла и до Небес.       — Спасибо Сатане и королю с королевой. Они не дали нас и наших детей в обиду. Войска подоспели прежде, чем началась кровавая бойня. Многие пострадали… Хорошо, что обошлось без смертей. Не задерживались бы вы тут, особенно с ребенком. Здесь все еще неспокойно.       — Приму к сведению, — кивнул Арей и, взяв поднос в руки, направился к столу, за которым в полном одиночестве сидел Фенвик. Вид у него был грозный и уставший, хотя лицо казалось молодым, если не юным. Глядя себе в тарелку, он даже не сразу заметил, что к нему кто-то подсел, а когда увидел, почти не отреагировал — лишь стал разглядывать Арея пытливыми серыми глазами.       — Кто такой? Я тебя не помню, — хмуро произнес он, посмотрев на него, а затем на Роу, которую тот усадил рядом с собой на лавку. — Чей ребенок?       — Мой. Я прилетел сюда только что. Хотел спросить, где нужна помощь с постройкой.       — Везде. Таскать балки, класть крыши… Хотя смотрю я на тебя и не думаю, что ты привык к физическому труду. Руки гладенькие, как у девицы.       — Внешность обманчива, — нахмурился Арей и, стараясь не обращать внимание на мрачное настроение за их столом, принялся кормить Роу супом. — Ты кажешься стариком, а ведь тебе не больше сорока. Я прав?       — Прав, — усмехнулся Фенвик. — Жизнь потрепала, как, впрочем, и всех, кто находится здесь. Ты сам откуда?       — Ниоткуда, я путешествую. Прилетел сюда, когда узнал, что у моих сородичей беда.       — Ясно… Раз хочешь помочь, то найду тебе работу. Будешь помогать мне таскать строительные материалы. Потом поглядим, для чего ты еще пригодишься.       — Хорошо, — сразу согласился Арей и, решив не доставать нового знакомого разговорами, сосредоточился на кормлении Роу. Правда тот, видимо, решил познакомиться поближе.       — Как зовут? — спросил Фенфик. — Я привык знать по именам тех, с кем дела веду.       — Рэй, — на ходу придумал парень, посмотрев ему прямо в глаза. — А ее Роу.       — А мать где?       — Умерла.       — Плохо, — сухо отозвался Фенфик, но на его хмуром лице проступило едва заметное сочувствие. — Маленькому ребенку мать нужна. Здесь у нас есть одинокие девушки. Присмотрись, может, кто понравится. Ты смазливый, на таких как ты они быстро клюют, особенно если руки из нужного места растут.       — Пока не горю желанием, — покачал головой Арей. — Я здесь только по делу.       — Как знаешь. Тогда доедаем и идем на стройку. Здесь есть ясли. Там о твоей дочери хорошо позаботятся, пока ты работаешь.       — Здесь много маленьких детей?       — Около двадцати. Мы должны их защищать любой ценой. Они — наше будущее. Мой сынишка тоже здесь, со мной.       — А мать? — повторил вопрос своего собеседника Арей.       — Мать? — горько усмехнулся Фенвик. — Долгая история… И не самая приятная. Скажем так, она не моего полета птица. Я в поместье ее родителей разнорабочим был. Как-то так случилось, что мы понравились друг другу, по крайней мере, я так думал. Потом она забеременела и родила Бореуса. Родители ее отдали мне ребенка, мешочек с золотом, а потом сказали идти на все четыре стороны. Возможно, она уже замуж вышла, а меня выпроводили с сыном, чтобы ее позор скрыть.       — Сочувствую… С вами ужасно обошлись.       — Не стоит. Я сына люблю. Он — моя главная ценность в жизни. Я ни о чем не жалею. Здесь много таких как я, с похожей историей. Матери-одиночки — через одну. Где-то к нам нормально относятся, но точно не в этих краях. Я хотел с сыном в Ворацес рвануть, но теперь не могу — я здесь нужен.       — Когда все уляжется, ты мог бы полететь туда, там хорошо, — подтвердил Арей. — По своему опыту сужу. Останавливался там как-то раз ненадолго.       — Я подумаю об этом, когда хотя бы здесь станет безопасно, — пожал плечами Фенфик и устало откинулся на спинку стула. — Только вот мне не кажется, что это случится в ближайшее время. Нужно много всего сделать — построить дома, соорудить оборонительные и сторожевые башни, собрать золото для найма охраны… Воинов среди нас немного, а те, что есть, скоро разлетятся по своим домам. Нам придется полагаться лишь на себя.       — Тогда вам нужен тот, кто обучит других сражаться.       — Это тоже стоит денег, знаешь ли.       — Я сделаю это. Бесплатно, — тут же предложил Арей, озвучив мысль, которая уже давно вертелась в его голове. — У меня есть опыт. В свое время меня учил один из лучших воинов. Таких вы в этих краях не найдете.       — Хм… Посмотрим, — немного неуверенно отозвался Фенфик. — Но для начала займемся строительством. Это приоритетная задача. Заканчивайте с едой. Твою дочь отведем в ясли, а мы с тобой пойдем на стройку.       Когда Арею привел Роу в небольшое помещение, заполненное детьми и их временными няньками, Роу тут же вцепилась в него с такой силой, что у него от боли на секунду потемнело в глазах. Девочка мгновенно догадалась, что он собирается оставить ее одну и начала отчаянно сопротивляться этому, давая понять абсолютно всем, что отныне спокойной жизни здесь никому не будет.       — У этой девочки удивительно громкий голосок, — постаралась как можно мягче охарактеризовать вопли Роу одна из нянечек, которая пыталась взять ее на руки и предложить несколько игрушек на выбор. Та, конечно же, не позволила ей этого сделать и лишь сильнее вцепилась в одежду Арея, словно от той силы, с которой она за нее держалась, зависела ее жизнь. — Может, вы посидите с ней хотя бы несколько минут, пока она привыкает к обстановке?       — Выбора у меня нет, — нервно произнес Арей, поглядев в сторону Фенфика, который терпеливо ждал в стороне, никак не комментируя происходящее. — Подождешь? Я постараюсь ее успокоить.       — Валяй, я пока побуду с сыном, — согласился тот и направился к корзинке с игрушками, рядом с которой играл темноволосый мальчик чуть старше Роу.       Тяжело вздохнув, Арей усадил ее на маленький пуфик, а сам опустился перед ней на корточки и огляделся по сторонам. Детей здесь и правда было много. Все они казались примерно одного возраста, но кто-то был чуть постарше. И все они хоть немного, но умели говорить — пусть это и были самые простые слова, но они могли донести до нянечек свои просьбы, например, желание попить или достать игрушку с высокой полки. У Роу, в отличие от них, получалось выдавать лишь отдельные и никак не связанные друг с другом звуки или слоги, что сильно расстраивало Арея. Теперь он боялся, не будут ли другие дети обижать девочку из-за того, что она отличается от них.       — Послушай меня, горошинка, — тихо обратился он к ней, взяв за маленькую ручку. — Я знаю, что ты не хочешь оставаться здесь, но пока так надо. Я должен помогать таким, как мы с тобой. Помнишь своих друзей, которые улетели на драконах? Им тоже была нужна помощь, но на такие дела всегда требуется время… Ты бы очень помогла мне, если бы вела себя хорошо и попыталась с кем-то подружиться. Если не хочешь ни с кем дружить, то постарайся не расстраивать этих милых леди, пока ты здесь. Они ведь стараются. Ты понимаешь?       Роу подняла на Арея глаза и, к своему удивлению, он увидел, как в них появилась невероятная осмысленность и чуть мрачная задумчивость. Девочка определенно о чем-то размышляла своей маленькой головкой, но этот процесс, судя по ее нахмуренным бровям, не приносил ей никакой радости. Наконец, Роу кивнула, при этом немного недовольно поджав губы. Кажется, она действительно понимала, что пытался донести до нее Арей — хоть ей и не хотелось с ним разлучаться, она каким-то образом поняла, что это необходимо.       — Ты правда понимаешь? — решил удостовериться он и Роу, тихо всхлипнув, кивнула головой. Удивленный такой сговорчивостью, парень просиял от радости и поцеловал девочку в лоб. — Ты молодец, горошинка. Постарайся найти здесь что-нибудь интересное для игр. Может, ты даже с кем-то подружишься? Я зайду к тебе ненадолго, но сначала мне нужно поработать.       С тяжелым сердцем оставив Роу с нянечкой, которая все это время терпеливо дожидалась, когда она сменит гнев на милость, Арей вышел наружу и увидел Фенвика, который о чем-то разговаривал с одним из воинов. Судя по всему, речь шла об оборонительных башнях, которые им предстояло построить и оснастить метательными снарядами.       — Ты быстро управился, — заметил он, когда парень подошел к нему. — Признаюсь честно, я думал, что твоя девочка тебя не отпустит. Она так вопила. Голос у нее отменный.       — Она не привыкла быть одна, — пожал плечами Арей, с сожалением посмотрев на дверь, ведущую в здание яслей. — И мне тревожно оставлять ее… Она не говорит и плохо ходит.       — Особенные дети достаются лишь самым сильным родителям. Не переживай. Она будет наблюдать за остальными и начнет повторять за ними. Подожди немного и увидишь прогресс.       — Очень надеюсь на это… Теперь о делах. Что от меня требуется?       — Будем строить первую оборонительную башню, — сказал Фенфик и указал на кучу балок, камня и сухого состава для его укладки и скрепления. — Мы решили, что пока нам хватит десяти. Большее мы не потянем. С нами будут работать еще пятеро. Готов?       — Конечно, готов, — кивнул Арей. — Я здесь именно для этого.       В итоге работа, которую поручил ему Фенвик, оказалась не такой уж тяжелой — скорее очень однообразной. Таскать, класть, смешивать, потом опять по новой — и так тысячу раз. Арей выполнял всю работу молча и лишь кивал в ответ, когда ему поручали, будто специально, перетащить что-нибудь особенно тяжелое. Разумеется, он сразу понял, что его проверяют на прочность и не собирался возмущаться. Со стороны парень действительно мало походил на обычного работягу, коих здесь было предостаточно. Некоторые молодые полукровки выглядели как уже взрослые и потрепанные жизнью бессмертные, а следы их тяжелой судьбы отражались в уставших глазах, утративших блеск. Арей безумно им сочувствовал и хотел помочь всем, чем мог, пусть даже чем-то таким простым, как постройка домов для них и их семей. За работой и краткими беседами о всяких безделицах пролетело несколько часов, благодаря которым стена между незнакомцем, внезапно прилетевшим на драконе, и подозрительными ко всему полукровками начала рушиться. За следующим приемом пищи Арей уже спокойно разговаривал даже с самыми тяжелыми в общении парнями и девушками, которые не желали контактировать с ним, когда он только присоединился к работе.       — Зря я о тебе плохо думал, — решил повиниться перед ним Фенвик, подсевший к Арею и другим полукровкам за ужином. — Мне казалось, что ты белоручка.       — Я как тебя увидела, думала, что ты сбежавший от властных родителей изнеженный аристократишка, — фыркнула девушка, сидевшая напротив — кареглазая полукровка с темно-рыжими волосами, собранными в сползший на бок пучок. — Посчитала, что наиграешься во взрослого и самостоятельного, да улетишь обратно, не выдержишь.       — Отец-одиночка из аристократов? — усмехнулся светловолосый парень с щетиной, сидевший рядом с ней — плечистый и мускулистый настолько, что от любого его движения ткань на его рубашке жалобно трещала по швам. — Бред откровенный. Ты, Нора, лучше бы так внимательно за собой следила, как за другими.       — Заткнись, Мо. Я свою работу нормально выполняю. Какой смысл отлынивать? Мне ребенка кормить надо.       — У тебя есть ребенок? — удивился Арей, посмотрев на Нору, которая казалась ему слишком юной для материнства.       — Да, есть, — пожала плечами Нора и с вызовом посмотрела ему в глаза. — Родила Литу три года назад. Скажу сразу — ее отец нас не бросал и не отказывался от ребенка. Он погиб.       — Каким он был? Расскажи о нем.       — Ангелом в прямом смысле этого слова. Мы познакомились в Омнисе, я была танцовщицей в клубе, но не в самом лучшем. Там один сброд ошивался. С зарплатой и чаевыми все совсем плохо было, я не могла позволить себе нормальную еду — серебра хватало лишь на комнатушку, в которой я ночевала. Сидела на ступеньках, ела булочку, а он подошел ко мне, сел рядом и отдал мне свою миску с лапшой и мясом. Я давно так хорошо не ела… После того дня мы и не расставались. Из моей комнаты я переехала к нему, ушла с работы, а потом забеременела и родила нашу малышку. Когда Лите было несколько недель, мой дорогой шел домой с работы и… Его обокрали и убили те твари, которые вечно поджидали одиноких бессмертных в подворотнях. За чертово серебро убили отца маленького ребенка.       — Мне очень жаль, — судорожно вздохнул Арей, с сочувствием посмотрев на девушку, которая, обретя любовь и спокойную жизнь, потеряла все за один миг. — Но как вы с дочерью оказались здесь?       — Я нашла тех ублюдков и убила их, — холодно ответила Нора без единой эмоции на лице. — Один из них оказался сынком авторитетного придурка. Мне и Лите грозила опасность, и мы сбежали из Омниса. Много где были, пока не оказались здесь. Мне еще повезло. У некоторых из тех, кого ты сегодня узнал, судьба намного тяжелее.       — И не поспоришь, — подтвердил Мо. — Взять хотя бы детей, которые остались совсем без родителей. Таких тут пятеро, кажется. И будут еще — мы ожидаем прибытия уже завтра. Их сопровождают сюда воины, отправленные Сатаной и королем с королевой.       — Откуда сопровождают? — решил поинтересоваться Арей.       — Да отовсюду, — пожал плечами Фенвик, который явно знал об этом больше других. — Из всех регионов, в которых остается напряженная ситуация. Мы всех принимаем. Вроде как на этот раз нам пришлют еще и финансовую помощь. Было бы неплохо. Нам нужно много серебра на строительство и еще золото на охрану… Но Рэй вроде как пообещал научить желающих сражаться, так что, возможно, на ней мы сможем сэкономить.       — Ты умеешь сражаться? — удивленно поднял брови Мо, не донеся ложку до рта. — Правда умеешь? А чем?       — Да, умею, — кивнул Арей. — Почти всем. Двуручный меч, парные мечи, кинжалы, метательные ножи, иглы, копье…       — А способности у тебя есть? — полюбопытствовала Нора, с куда большим интересом взглянув на нового знакомого. — Я плохо своими владею — едва ли могу минуту пламя на ладонях держать.       — Есть. Научу тебя, если силы и время найдутся.       — Покажешь все, что умеешь, завтра утром, — сказал Фенвик, многозначительно поглядев на Арея. — Если не преувеличиваешь, это станет твоей работой в этом городе — будешь других учить и тренировать. Не хотелось бы тратить твои силы попусту, если ты можешь пригодиться в чем-то другом… Ладно, заканчиваем с едой. Пора на боковую. Рэй, ты со мной пойдешь. Покажу, где вы с дочерью будете ночевать. Закончив ужин, Арей попрощался с Мо и Норой, а затем последовал за Фенвиком к той части строящегося города, где уже стояли простенькие, но зато полностью готовые к жизни домики. Перед этим они зашли в ясли и забрали оттуда детей. Роу, как и предполагал парень, сидела в сторонке и играла в полном одиночестве с игрушечным маленьким мечом, вырезанным из дерева. От молодой бессмертной, работавшей няней, он узнал, что девочка плохо контактировала с другими детьми и мало кого к себе подпускала, но был и прогресс — днем она спокойно заснула и плакала всего один раз, так что все прошло не так плохо, как могло.       — Почему она сама не ходит? — поинтересовался Фенвик, когда они попрощались с воспитателями и направились к новому дому Арея и Роу. — У нее что-то болит?       — Развивается чуть медленнее, чем другие дети — вот и все, — покачал головой он и бросил быстрый взгляд на Бореуса, который шел рядом со своим отцом своими ногами, держа его за руку. — Думаю, скоро нагонит.       — Детям даже в нашем положении нужна хоть какая-то стабильность и порядок. Это помогаем им концентрироваться на достижениях, а не на том, что их тревожит. Все наладится, если ты уделишь этому внимание.       — Я постараюсь.       — Вот и славно, — едва заметно улыбнулся Фенвик и, остановившись напротив небольшого домика из кирпича с деревянной крышей, указал рукой на дверь. — Этот ваш. Подъем на рассвете. Отведешь дочь в ясли, там она сможет еще поспать, если захочет. Жду тебя завтра на небольшой площадке со столбами неподалеку от столовой. Ты ее сегодня видел, когда мы шли на стройку. Все понял?       — Да, понял, — кивнул Арей и дернул за дверную ручку, чтобы зайти внутрь. — Если увидите черного дракона над городом, не пугайтесь. Это мой.       — Он не агрессивный, я надеюсь? Нам только пожара не хватало.       — Нет, он ничего не делает без приказа. Здесь в округе есть какая-нибудь живность? Ему нужно что-то есть.       — Много всякой дряни водится, — задумчиво произнес Фенвик, почесав подбородок. — Голодать не будет. Я предупрежу других о драконе, а то еще стрелять по нему начнут… До завтра. Постарайтесь выспаться.       — Спасибо, что позаботились о нас, — решился поблагодарить его Арей на прощание. Мужчина махнул рукой на его слова, но парень покачал головой. — Нет, правда, спасибо. Пару дней назад я думал, что нам с Роу придется перелетать с места на место в поисках хоть какого-нибудь ночлега. Я рад, что у нее будет крыша над головой.       — А как еще нам выжить? Если мы не будем друг другу помогать, то кто еще о нас позаботится?       — Верно… Спокойной ночи вам обоим.       Распрощавшись с Фенвиком и его сыном, Арей вместе с Роу на руках зашел в их новый дом — небольшой, очень скромный, но по-своему уютный и без излишеств. Сейчас это было как раз то, что надо. Посмотрев на две кровати, стоявшие по разным углам комнаты, парень решил сдвинуть их вместе, чтобы Роу было спокойнее, да и ему самому тоже. Переодев Роу и умыв ее из кадки с теплой водой, заботливо подготовленной кем-то к их приходу, Арей уложил девочку в постель, а сам сел рядом, решив бодрствовать до тех пор, пока она не уснет. Поворочавшись с боку на бок, она спустя несколько минут начала сонно прикрывать глаза, но все равно продолжала стараться держать их открытыми, глядя прямо Арея, словно боясь, что он внезапно может исчезнуть. Наклонившись к Роу, он поцеловал ее в лоб и принялся ласково поглаживать ее по волосам, надеясь, что это поможет ей успокоиться.       — Я никуда не денусь, даю слово, — пообещал парень, взяв девочку за руку, лежавшую поверх пледа. — Когда ты проснешься, я буду здесь, с тобой. Ты больше никогда не останешься надолго одна. Понимаешь меня?       — Угу, — кивнула Роу и, сделав спокойный глубокий вдох, дала волю усталости и наконец-то закрыла глаза.       Пока она окончательно не уснула, Арей продолжал держать ее за руку и, лишь услышав, как ее дыхание полностью выровнялось, а пальцы ослабили хватку, отпустил ее и сам осторожно лег рядом. Теперь настала его очередь ворочаться без возможности уснуть. Его тело и разум требовали отдыха, но сон не желал к нему приходить, как бы он ни старался расслабиться. Парень пытался объяснить себе свое состояние непривычной обстановкой, но прекрасно понимал, что дело было далеко не в этом. В детстве, до того, как попасть в приют, он ночевал, где придется, так что скромные условия его нисколько не смущали. Сегодня ему довелось поработать бок о бок и пообещаться со множеством таких же полукровок, как и он сам. Это очень много значило для Арея. Но тогда почему внутри него было так пусто и одиноко? Как бы он ни старался, их было невозможно ничем заполнить. Ему оставалось лишь надеяться, что со временем все в его голове и душе уляжется, придет в норму, а сам он смирится с происходящим. Парень никогда не стремился к абсолютной свободе, о котором ему говорила Ева, убеждая, что у него должны быть свои мечты и планы на жизнь, не включающие в себя ее. Только вот она никогда не понимала или не желала принимать, насколько для Арея было важным ее присутствие рядом. Оказавшись от нее так далеко, он еще больше осознал, насколько сильно он ее любит и как отчаянно хочет того же в ответ. Парень терзался от этих чувств и думал о том, скучает ли по нему Ева также сильно, как он по ней. Ему хотелось верить, что скучает и ждет. Только вот он не желал возвращаться к ней тем, кем он был сейчас — Арей хотел стать кем-то большим, чем принятым по воле случая в ее семью одиноким ребенком. Он решил вернуться тем, кем являлся на самом деле — потомком Саллоса, герцога Агарты, вернувшим свою историческую родину и наследие.

***

      С трудом уснув поздно ночью, Арей проснулся очень рано утром, когда мрачное оранжевое солнце едва начало подниматься в сером небе. Умывшись и переодевшись в удобную для тренировки одежду, он взглянул на себя в маленькое зеркальце, стоявшее на столике с кадкой воды в уборной, и понял, что ему пора было побриться. Он никогда не любил вид волос на своем лице, так что был невероятно рад, обнаружив в шкафчике опасную бритву, которой его научил пользоваться Мальбонте, когда он был подростком. Приведя себя в порядок, Арей вернулся в основную комнату и с удивлением обнаружил, что Роу проснулась и теперь сидит в постели, глядя на него с осуждением в глазах.       — Я никуда не ушел, — улыбнулся ей парень и присел рядом. — Я просто умывался. Тебе тоже стоит. Или хочешь еще немного поспать?       — Ни, — покачала головой Роу и протянула ему ладошку с растопыренными пальчиками. — Иг!       — Играть?       — Угу.       — Хорошо, — согласился Арей и, взяв ручку девочки в свою, принялся считать и загибать ей пальцы, начиная с мизинца. Он показал ей эту игру для малышей, когда они ночевали в пещере и им обоим не спалось из-за сильной бури, от которой их маленькое жилище сотрясалось всю ночь, словно во время землетрясения. — Жучок попал под дождик и поджал первую ножку, чтобы не намокла, второй ножкой построил шалаш, чтобы спрятаться, третьей развел костер из сухих веточек… Хоть это и была обычная игра для малышей, но благодаря ей Арей пытался обучить Роу основным правилам выживания. Девочка всегда внимательно его слушала, впитывая каждое сказанное им слово, как губка, а потом пыталась повторять самостоятельно. Пока у нее получались лишь отдельные слоги, но даже такой небольшой прогресс радовал парня как воспитателя. Когда они только вылетели из Бухты, Арей все время переживал, что опекун из него выйдет неважный, но сейчас этот страх немного поутих. Роу многому успела научиться за короткий срок, и он радовался за нее, как любой родитель за своего ребенка.       Выглянув в окно и увидев, что бессмертные начали потихоньку выходить из своих домов, чтобы приступить к своим обычным делам, Арей помог Роу умыться, переодел ее в свежие вещи и вышел вместе с ней на руках на улицу. Расставаться с ней парню не хотелось — он не знал, сколько продлится тренировка и не был уверен, что сможет скоро ее навестить. При виде знакомого здания яслей, девочка тут же нахмурила брови и поджала губы, но плакать не начала, и Арей вздохнул с облегчением — теперь ему хотя бы не придется несколько часов думать лишь о том, как бы Роу не оглушила своими криками нянчащихся с ней девушек и других детей. Оставив ее в яслях и поцеловав на прощание, парень направился в сторону площадки, о которой ему вчера сказал Фенвик.       Арей никак не ожидал, что на месте встречи увидит столько бессмертных, решивших присоединиться к тренировкам. Оценив их всех беглым взглядом, он сразу же отсек парочку из них, полагаясь на свой опыт, но говорить об этом не собирался — окончательные выводы он предпочитал делать лишь в самом конце. Фенвик стоял перед всеми собравшимися и по его строгому голосу было ясно — он тоже не настроен держать здесь тех, кто не подходит для боя.       — Познакомьтесь, это Рэй, — представит Арея он, указав на него рукой, когда тот встал рядом с ним. — Сегодня у нас первая тренировка, скажем так, оценочная. Если кто-то из вас решил, что это будет отличным поводом для отлынивания от работы на стройке, хочу сказать сразу — нет, это не так. Здесь вам будет не до отдыха и даже не до болтовни, потому что времени у вас останется только лишь для того, чтобы отдышаться. Тренировки — это не размахивание кулаками или мечом, а серьезное дело, которое в итоге может помочь защитить наш новый дом и его жителей. Если вы пришли развлечься, то лучше сразу возвращайтесь на стройку.       Видимо, речь Фенвика действительно произвела на некоторых пришедших правильное впечатление, потому что четверо молодых полукровок тут же покинули площадку и вернулись к своим прежним обязанностям. В итоге из желающих посвятить себя тренировкам остались лишь десять молодых бессмертных — четыре девушки, включая Нору, и шесть парней, среди которых был и Мо.       — Если вы твердо решили продолжить, тогда я дам слово вашему потенциальному тренеру, — продолжил Фенвик. — Расскажи, чем они будут заниматься.       — Для начала я оценю ваши физические и энергетические способности, — уверенно произнес Арей, глядя на всех оставшихся по очереди. — Поднимите руки те, у кого есть магические способности.       Руки подняли всего трое — Нора, еще одна светловолосая девушка, худая как спичка, и парень с темными волосами, заплетенными в высокий хвост, на вид не способный поднять ничего тяжелее половника. Арей мысленно вздохнул, но отчаиваться не собирался.       — С вами я буду заниматься дополнительно. Какие у вас способности?       — Огненные шары, — ответила Нора. — Но я уже говорила, что плохо ими управляю.       — Плазма, — сказала худая девушка и тут же материализовала на своей ладони небольшой шар кипящей плазмы фиолетового цвета. — Раньше тренировалась, но потом забросила. Не до этого было.       — А у тебя что? — обратился к хилому на вид парню Арей.       — Воздушные потоки, — ответил тот, скрестив руки на груди. — Могу отправить в полет небольшую группу бессмертных.       — Я сам видел, — подтвердил Фенвик его слова. — Он не преувеличивает. У Морриса хороший потенциал. Как и у Джули, если она перестанет лениться.       — Я пришла сюда, а это уже достижение, — хмыкнула она и убрала с ладони плазменный шар.       — Ладно, с вами решили, — Арей глубоко вздохнул прежде, чем продолжить, а затем посмотрел на других бессмертных, которые не подняли руки. — У вас будет физическая тренировка, направленная на раскрытие потенциала. У каждого должна быть сильная сторона, что-то такое в чем вы хороши. Если вы думаете, что такой нет, то обязательно найдем. Первое, с чего мы начнем — это выносливость. Иногда нужно убежать или улететь, и в этом нет ничего зазорного. Пусть мы все и бессмертные, это не значит, что у каждого из нас выработана хорошая скорость передвижения.       — Нам что, нужно бегать? — удивленно вскинул брови Моррис. — Это же…       — Считаешь бесполезной тратой времени? Тогда покажи, как быстро ты умеешь бегать и на сколько тебя хватит. Десять кругов по периметру города, живо! Чтобы немного помочь своим новым ученикам с мотивацией, Арей возглавил забег, быстро вырвавшись вперед. Под строгим взглядом Фенвика все до единого присоединились к бегу — такому непривычному для бессмертных, привыкших полагаться по большей части лишь на свои крылья. Парню было немного забавно наблюдать за тем, как некоторые стараются обогнать друг друга, словно это была какая-то гонка на скорость. Ему постоянно приходилось их притормаживать, ведь целью тренировки была не скорость, а выработка выносливости. Все они должны были научиться долго бежать без остановки, чтобы в случае опасности суметь унести ноги и этим спасти себе жизнь.       Вскоре бегающие вокруг строящегося города полукровки привлекли к себе внимание не только других его жителей, но и Райдэна, который вернулся с охоты. Арей сразу понял, что он кого-то сожрал, потому что увидел темную кровь на его морде и когтях. Немного забеспокоившись, кто именно стал его обедом, парень отошел на приличное расстояние ото всех и громко свистнул, заставив дракона приземлиться рядом.       — Черт, ну и вонь, — скривился Арей, подойдя к Райдэну, чтобы заглянуть ему в пасть. — Что ты ел?       — Гарпии, судя по этому… аромату, — сказал Фенвик, который стал единственным, кто решился подойти ближе. Все остальные остались позади, но с большим интересом поглядывали на дракона, спокойно позволявшего Арею ковыряться в его зубах. — Это хорошо. Их мясо для драконов не вредное, а мне бы хотелось избежать столкновения с подобными тварями, когда у нас тут столько детей и подростков…       — Молодец, хороший мальчик, — похвалил Райдэна Арей и похлопал его ладонью по морде. Тот довольно прикрыл глаза и оскалил зубы, демонстрируя жутковатое подобие улыбки. — Вот их и ешь, понял? Только не тащи их сюда, ешь там, где поймаешь.       — Он молодой, — заметил Фенвик, внимательно наблюдавший за общением дракона и его хозяина. — Я таких не видел — только старых и дряхлых. Таких любят держать у себя рабовладельцы для устрашения. Они стоят дешевле. Но твоему… не больше пары лет. Я прав?       — Верно, он еще юный, — кивнул Арей, погладив Райдэна по крылу. — Ему нужно много есть, чтобы вырасти. Надеюсь, гарпий будет достаточно.       — Откуда он у тебя?       — Его подарили мне мои приемные родители.       — Значит, ты не из бедных, — прищурился Фенвик и Арей, осознав свою ошибку, нервно поджал губы. — Такие как я и все остальные в этом городе не могут позволить себе дракона… Кто ты такой?       — Мои родители заводчики, — мигом нашелся парень, на ходу сочиняя правдоподобную историю. — Драконов покупают совсем маленькими. Мой достался мне, потому что его уже было невозможно продать — слишком большой и своенравный.       — Хм… Ладно, поверю тебе. Пока что.       — Я не скрываю ничего такого, что могло бы вам навредить. Я не враг вам.       Арей немного лукавил, говоря все это. Разумеется, он не желал никому из местных зла, но потенциальная угроза нависла над ними в тот момент, как парень оказался в этом городе. Если его ищут, чтобы осудить и казнить, все они могли оказаться в опасности, ведь их могли привлечь за укрывательство или пособничество. В этот момент Арей даже начал подумывать о том, чтобы уйти отсюда. Его терзало множество сомнений о том, как стоит поступить и какой из вариантов, вертящихся в его голове, будет лучшим в их с Роу ситуации. Теперь ему нужно было думать не только о себе, но еще и о ней. Как правильно сказал Фенвик, ей нужны стабильность и спокойствие. Обычная жизнь, игры, общение с ровесниками и горячая еда хотя бы раз в день. Арей не мог дать ей все это, если бы они продолжили путь. Он должен был остаться здесь и подготовить способных сражаться к потенциальной опасности.       Больше Фенвик не делал никаких комментариев по поводу того, о чем они говорили с Ареем. Попрощавшись с Райдэном, он вернулся к тренировке. Закончив с забегом, он дал всем несколько минут на передышку, а затем заставил их отжиматься, поднимать бочки и приседать с грузом до тех пор, пока у молодых полукровок не начала ныть каждая клеточка тела. В перерывах между подходами они больше даже не разговаривали — только ходили вокруг и жадно дышали, потому что Арей запретил им опускаться на землю. Все это было сделано им лишь для одной цели — оценить потенциал каждого из них по отдельности прежде, чем начать делать выводы о том, как они могут сработаться в группе.       — А я собиралась спросить, когда мы сможем побороться на мечах, — жалобно простонала Нора, опершись руками в колени. — Кажется, я сейчас не смогу поднять даже ложку…       — Тебя так тренировали? — недоверчиво поинтересовался Мо, обратившись к Арею. — Это ж пытка!       — Каждый день по пять часов, все правильно, — кивнул тот, едва сдерживая улыбку при виде того, как парни и девушки охают и ахают от боли и усталости. — Только бегал и летал я не вокруг маленького поселения, а вокруг огромного города.       — Сколько тебе было лет, когда ты взял в руки меч? — спросил Фенвик, которого определенно радовало то, как плотно парень взялся за обучение полукровок.       — Лет десять, кажется, — ненадолго задумался Арей. — До этого пользовался ножом. С того дня я отдыхал только раз в неделю и по праздникам.       — Из тебя что, какого-то супер-воина готовили? — недовольно поинтересовался Моррис, которому с его хилым телосложением приходилось тяжелее всех остальных. — Или военного?       — Не совсем, — покачал головой Арей. — Скорее… личного телохранителя. Меня хотели подготовить к любой опасности, которая могла бы угрожать.       — Кого ты должен был защищать? — задала вопрос Нора, который ему совершенно не понравился. — Какого-то богатея или дочку маркиза?       — Нет. Кое-кого поважнее.       Окинув всех многозначительным взглядом, Арей дал понять, что не желает продолжать этот разговор. Он прекрасно понимал, что этим вызовет куда больше подозрений, но говорить о Еве и о том, как он провалился в своей миссии защищать ее, ему было не просто не приятно, а почти физически больно. Его выбрали для того, чтобы он оберегал ее, а в итоге этим занималась она — все время вставала на его сторону и защищала ценой собственного покоя и безопасности. И что в итоге? Арей улетел, оставив ее одну. Он даже не знал, что с ней — наказали ли ее или все удалось решить мирно. Из-за мыслей об этом он не спал спокойно ни единой ночи после побега, все время представляя лицо Евы и слыша ее тихий спокойный голос в своих ушах.       — Что-то ты аж посерел после моего вопроса, — заметила Нора, когда они все вместе отправились обедать после напряженной тренировки. — Прости, если обидела. Не хотела разозлить своего тренера в первый же день.       — Да уж, теперь он с тебя три шкуры спустит, — фыркнул от смеха Мо, отправив в рот целиком кусок хлеба. — Если честно, я давно так не уставал. Даже когда мы закладывали фундаменты и таскали бревна целиком. Но я не жалуюсь. Хорошее это дело.       — Моя душа несколько раз почти покинула тело, — тихо и недовольно произнес Моррис, вяло ковырявший ложкой в своей миске с овощным супом. — Но раз уж это поможет мне стать сильнее, то я продолжу.       — Уверен? — спросил Фенвик. — Дальше может быть еще сложнее.       — Плевать. Я должен уметь защищать хотя бы себя, чтобы не быть обузой. Перестану быть обузой, а потом научусь защищать других.       — Правильный настрой, — похвалил его Арей, на что Моррис лишь вяло пожал плечами. Видимо, его меланхоличный склад характера не позволял ему выдать какую-то более теплую эмоцию. — Завтра займусь вами как следует. Тренировка будет непохожа на ту, что была сегодня, но это не значит, что вам станет легче. Иногда тренировать дух может быть тяжелее. Мне нужно, чтобы вы как следует отдохнули и выспались. Это важно для концентрации.       — Это немного подозрительно, — вдруг подала голос все это время молчавшая Джули. Она отложила свои столовые приборы и, скрестив руки на груди, уставилась на Арея. — Странный парень на драконе с маленьким ребенком на руках появляется в городе и ни у кого нет к нему никаких вопросов. Меня обыскали вдоль и поперек, когда я сюда пришла. Мне нужно было прийти с ребенком или что? Или дело в драконе?       — Джули… — нахмурился Фенвик. — Не начинай конфликт. Мы здесь все заодно.       — Я пришла сюда, ища равенства, но не чувствую его.       — Ничего против тебя не имею, но это правда странно, — согласился с подругой Моррис и, подозрительно сощурив глаза, тоже посмотрел на Арея. — Я не чувствую от тебя угрозы, но… ты многое скрываешь. Мы здесь все друг о друге знаем, даже гадости. Я, например, вор. У меня кроме управления ветром есть еще одна способность — я чую опасность и умею вовремя ускользать.       — А я убила богатого урода, который хотел грубо мной попользоваться, — с вызовом выпалила Джули и, опустив воротник водолазки, продемонстрировала Арею огромный горизонтальный шрам. Внутри него все перевернулось от гнева и отвращения при виде него, и он почти не мог смотреть девушке в глаза. — Он душил меня цепью. Ему нравилось подобное дерьмо. Да, я была проституткой, если ты еще не понял.       — Я сжег дотла дом своего отца и его родителей, — невесело усмехнулся Мо, отодвинув от себя пустую тарелку. — Они убили мою мать и пытались убить меня, чтобы мы случайно не испортили их репутацию. Этот урод решил жениться на какой-то богатой демонице, но связь с моей матерью он до последнего разрывать не желал, постоянно давал ей надежду, не отпускал от себя… Он думал, что сможет держать ее подле себя как любовницу, но мама взбунтовалась и сглупила. Сказала, что расскажет его невесте о нас… В последний вечер нас позвали на ужин, чтобы примириться. Мама упала на пол после глотка вина, а я тогда ничего не ел и не пил, потому что волновался… У меня перед глазами будто красная пелена опустилась.       — Ты сжег их дом своим огнем? — решил уточнить Арей и Мо кивнул. — Тогда почему ты не поднял руку, когда я спрашивал вас о способностях?       — Потому что я боюсь, — честно ответил тот и нервно улыбнулся. — Я не уверен, что смогу его контролировать. Огонь вырывается из моего тела, словно волна и я… В общем, я не хочу этого. Я буду сражаться кулаками и мечом, если потребуется, но к огню прибегать не желаю.       — Он сожрет тебя, если ты не приручишь его.       — Да, мне уже говорили подобное раньше. Вот почему я стараюсь ко всему относиться спокойно — не хочу сжечь все дотла.       — Ты все же подумай о тренировках, — не отступал Арей. — Возможно, это пойдет тебе на пользу. Если захочешь, я буду тренировать тебя за пределами города, где-нибудь далеко отсюда. Тогда ты никому не навредишь.       — Дай мне время подумать, — попросил Мо, тяжело вздохнув. — Это не одного дня размышления.       — Конечно. Я тебя не тороплю.       — Теперь твоя очередь, — пожала плечами Джули и выжидающе уставилась на парня. — Нам тут нечего скрывать. Мы должны доверять друг другу, иначе не сработаемся. Если не планируешь оставаться здесь надолго, то улетай сегодня же.       — Это не тебе решать, — одернул ее Фенвик, на что Джули недовольно сощурила глаза. — Кто мы такие, чтобы допытываться? Мы друг о друге узнали не в первый же день, так что…       — Я преступник, — тихо сказал Арей и переругивающиеся Фенвик и Джули тут же замолкли, осознав, что он все-таки решился что-то о себе рассказать. — Меня обвиняют во многом и, скорее всего, казнят, если появлюсь дома прямо сейчас. Я напал на того, кто предъявлял мне обвинения на слушании моего дела и едва его не убил… Я, сам того не ведая, подверг опасности ту, кого должен был защищать. Она… очень дорога мне.       — Что с ней случилось? — почти шепотом спросила Нора, оглядевшись по сторонам и проверив, не подслушивают ли их остальные полукровки, обедающие рядом.       — Я не знаю. Надеюсь, она в порядке. Благодаря ей я смог сбежать.       — А твои родители? Почему они не с тобой? — поинтересовался Фенвик после недолгого молчания за столом.       — Потому что… Это сложно объяснить, — судорожно вздохнул Арей и посмотрел на всех, кто его слушал, мысленно спрашивая себя, стоит ли рассказывать им всю правду. После недолгой внутренней борьбы он все-таки решился это сделать. Он уже устал постоянно скрывать ото всех, кто он такой на самом деле. — Они… управляют городом, в котором мы жили.       — Герцоги? — предположил Моррис. — В какой области?       — Они не герцоги. А насчет области… Небеса и Ад. Большего не скажу, сами должны понять.       — Черт побери… — пораженно протянул Мо, округлив глаза от шока. — Ты тот самый? Ну, приемный сын… Охренеть!       — Тшш, — зашипел на него Фенвик. — Будь тише, раздери тебя адское пламя…       — Он прав? Ты… тот, о ком он говорит? — едва слышно спросила Джули и Арей медленно кивнул. — Ушам своим не верю… Какого хрена ты забыл в такой глуши? Разве твои родители не могли просто послать всех к черту? Ты же… Я правда не понимаю, как тебя вообще могли в чем-то обвинить при таком высоком положении.       — Там происходит много нечистых дел, — тяжело вздохнул Арей, мысленно подбирая слова для того, чтобы все объяснить понятнее. — Мои приемные родители отказались от абсолютной власти, чтобы однажды привести общество к демократии… Видимо, сейчас это бессмертным не подходит. Либо они принимали неверные решения, пусть и не со зла. В Парламенте есть те, кто тайно ведут дела с герцогом Диса. Он затевает что-то ужасное против моей семьи, и я должен к этому подготовиться.       — Чертов Данталиан, — с омерзением в голосе выплюнул Моррис. — От него одни беды. Бывал я в Дисе, ничего хорошего не увидел. У богатых есть все, а бедные им это все предоставляют, гробя себя. Про эту тварь много дурных слухов ходит…       — Ты нас всех переплюнул, признаю, — невесело усмехнулась Джули. — Но все это не делает тебя плохим. Только за девушку ту обидно, которая тебе помогла. Почему она не с тобой?       — Она дочь моих приемных родителей, — с трудом смог произнести эти слова Арей и все за столом вновь уставились на него с искренним шоком в глазах. — Да, она… принцесса.       — Твою мать, приятель, — ошеломленно произнес Мо, а после этого добавил еще пару крепких ругательств. — Ты влип по самую макушку… Но мы тебя не выдадим. Пошли к черту все эти твари. Пусть только сунутся.       — Какая она? — вдруг спросила Нора, решив немного поменять тему. — Мы о принцессе только слышали, но даже не знаем, как она выглядит. Она красивая?       — Самая красивая девушка из всех, кого я видел, — уверенно сказал Арей и девушки, сидевшие за столом, закатили глаза. — Не обижайтесь, но это правда так. А еще она невероятно добрая и храбрая… Не побоялась защищать меня на слушании дела, помогла сбежать, а до этого ценой свободы не позволила одному герцогу захватить наш город.       — А я думал, что она невероятно избалованная и все время сидит в своей роскошной комнате, даже не показываясь оттуда, — усмехнулся Мо. — О ней много слухов ходит, причем самых разных. Хороших и не очень.       — Слышал как-то раз, что ее любовник — герцог Циниса, — вклинился в разговор Моррис. — Вроде как она даже жила у него в замке какое-то время… Но я не уверен, что это правда. А еще ходили слухи, что она вышла замуж за сына Сатаны.       — Было такое, но первое — неправда, — скривился Арей. — Это наглая ложь. Она бы никогда…       — Чуете? — тихо хихикнула Нора, подперев подбородок кулаком. — Пахнет ревностью. Так и знала, что ты к этой своей леди неровно дышишь. Ишь какую даму сердца себе выбрал — саму Бессмертную Лилию… Эх, обожаю болтать о таком. Хочу подробностей.       — Вам лишь бы о глупостях болтать, — проворчал Фенвик и поднялся со своего места с пустой тарелкой в руках. — Говорите, но так, чтобы вас не слышали. Ясно?       — Да-да, мы поняли, все равно уже почти все разошлись, — замахала на него рукой Джули. — Спасибо за твою невероятную щедрость.       — Я не против пообщаться, но я бы хотел проведать Роу, — сказал Арей и тоже поднялся со своего места. — Она тяжело привыкает к новой обстановке.       — Тогда пойдем вместе, — предложила Нора. — Посмотрю хоть, как играет моя Лита, раз выдалась свободная минутка.       — А вечером будут тренировки? — спросила Джули. — Или мы пока отдыхаем?       — На сегодня с вас хватит, вы все неплохо потрудились. Мы будем постепенно увеличивать интенсивность, сразу с целого дня нельзя начинать.       — Как скажешь. Тогда увидимся позже.       Идти вместе с Норой без толпы ее приятелей для Арея оказалось немного неловко. Он успел узнать кое-что важное о ней, но что она за личность, ему было непонятно. Девушка казалась беззаботной и веселой, но в ее глазах читалась какая-то едва уловимая неугасающая грусть. Причина ее была вполне понятна — Нора потеряла любимого мужчину и осталась совсем одна с маленьким ребенком на руках. Арей с трудом мог представить, как она вообще продолжала держаться после такого удара и невольно восхищался ее стойкостью.       — Ты хочешь о чем-то спросить? — нарушила молчание между ними Нора и немного замедлила шаг. — Не стесняйся, мне скрывать нечего.       — Да я просто размышлял обо всем… О том, почему так легко вам проболтался, — признался Арей, чувствующий себя доверчивым идиотом. — Я хотел держать все в тайне.       — Джули та еще провокаторша. Она умеет надавить, это уж точно. Ее бы в камеру для допросов — там бы ей цены не было. Ты еще неплохо держался.       — Я будто и не держался вовсе. Странно это. Мне почему-то стало легче.       — Разумеется, тебе легче, это нормально, — пожала плечами Нора и дружелюбно улыбнулась. — Когда долго держишь все в себе, порой на душе становится так тяжело, что слез сдержать не можешь и не понимаешь, почему плачешь. Раньше у меня постоянно так было… Бедная Лита не знала, что делать, пыталась меня утешить. Благодаря Джули и остальным я, наконец, вздохнула с облегчением. Конечно, перед этим у меня случилась дикая истерика со слезами и соплями, но потом мне правда стало намного лучше. С тобой будет также. Ты ведь тоже многое пережил. Все еще не верится…       — Слишком много информации, знаю, — усмехнулся Арей, вспоминая свой сумбурный рассказ. — Я бы и сам не сразу поверил.       — Я сразу почувствовала, что ты отличаешься от нас, уж прости. Ты выделялся даже тем, как ел. Манеры не пропадают даже за несколько лет. Я видела аристократов прежде, ты ведешь себя как они — утонченно даже в те моменты, когда в этом нет необходимости. Очень изящно и аккуратно. Если хочешь скрывать, кто ты такой, тебе стоит взять пример с Мо. Он бы руками ел, если бы ему разрешили.       Арей лишь посмеялся в ответ на слова девушки. Сам он не считал себя образцом идеальных манер, но сказать он ей об этом не успел, потому что они как раз добрались до дома, где проводили свое время самые маленькие жители городка. Зайдя внутрь, он поздоровался с воспитательницами, а затем направился к Роу, которая сидела за маленьким столиком и увлеченно рисовала что-то выданными ей карандашами. Поглядев в сторону Норы, он увидел у нее на руках Литу — маленькую светловолосую девочку с голубыми глазами, совершенно непохожую на свою мать. Судя по всему, она больше походила на своего отца ангела.       — Как ты, горошинка? Не скучала сегодня? — спросил Арей, присев рядом с ее столиком на корточки, чтобы как следует рассмотреть ее рисунок — черное нечто с оранжевыми глазками. — Что это ты нарисовала? Плохую погоду? Да уж, мы с тобой слишком часто попадали в такую.       — Ммм, — недовольно промычала Роу и, покачав головой, указала пальцем на Арея.       — Это я что ли?       — Угу.       — Ох… Ну, не спорю, немного похоже, — как можно серьезнее произнес Арей, едва сдерживая смех. — Почти копия. Честно-честно.       — Ваша малышка сегодня очень хорошо себя вела, — похвалила Роу одна из молодых нянечек, подойдя к парню. — Не плакала, не отталкивала других детей, которые хотели с ней поиграть. Она все еще плохо идет на контакт и не играет в активные игры, но мне кажется, что скоро все наладится. Сегодня мы даже немного поучились разговаривать. Думаю, скоро вы сами сможете увидеть прогресс.       — Рад это слышать. Спасибо вам большое.       С трудом расставшись с Роу, которая снова вернулась к рисованию, Арей подошел к Норе, обнимавшей свою дочь на прощание.       — Я вернусь за тобой через несколько часов, — пообещала она Лите и, поставив ее обратно на землю, поправила ее желтое платьице в цветочек. Подняв глаза на Арея, девочка поджала губы и тут же спряталась за мать, чем вызвала у той небольшой смешок.       — Я научила ее остерегаться незнакомцев, — пояснила Нора и взяла дочь за руку. — Все нормально, я его знаю. Его зовут Рэй. Он хороший. У него есть дочка, видишь ее? Она рисует за столиком.       — Лита, — представилась девочка тоненьким голоском. — Приятно… познакомиться.       — И мне приятно, — улыбнулся ей Арей. — Присмотри за Роу, ладно? Я бы очень хотел, чтобы она с кем-нибудь подружилась.       — Я пригляжу, — смущенно кивнула Лита, вцепившись пальцами в края своего платья. — О самых маленьких надо заботиться больше всего. Так мама говорит.       — Твоя мама права. Ты добрая девочка. Спасибо тебе.       Услышав это, Лита окончательно засмущалась и, попросив маму наклониться к ней, что-то шепнула той на ухо, чем вызвала у девушки едва сдерживаемый смешок. После этого девочка, больше ничего не сказав, медленно подошла к Роу и, присев чуть в отдалении, стала молча наблюдать за тем, как та рисует.       — Что она тебе сказала? — спросил Арей у Норы, когда они вышли на улицу и направились в сторону строящейся у ворот оборонительной башни. — Я что-то не так сделал?       — Вовсе нет, — фыркнула девушка в ответ и многозначительно улыбнулась. — Она сказала мне, что ты «очень красивый дядя». Вот почему она убежала — ты ее смутил. Кажется, ты уже успел обзавестись здесь фанатками. О тебе уже даже воспитательницы спрашивали.       — Приятно слышать, но мне это не интересно.       — Я уже поняла. Сама чувствую что-то подобное. Не хочу никаких отношений. Все равно с моим дорогим никто не сравнится. Я решила посвятить себя лишь воспитанию дочери и помощи всем, кто будет жить в этом городе. А что насчет тебя?       — Думаю, у меня те же цели, что и у тебя, — ответил Арей после недолгих размышлений. — И все же… однажды я бы хотел вернуться домой, чтобы повидаться с близкими. Я знаю, что это случится не скоро. Мне еще многое предстоит сделать перед нашей встречей.       — Хочешь вернуться героем к своей принцессе? — догадалась Нора, понимающе кивнув. — Тогда тебе придется сделать что-то особенное, возможно, даже грандиозное… Есть идеи?       — Одна, но об этом пока рано говорить. К тому же, это слишком рискованно, а я сказал Фенвику, что не стану никого подвергать опасности.       — Возможно, ты прав. Нам всем нужно стать сильнее. Ты не просто так упомянул герцога Диса. Мне понятно, чего ты хочешь. И ты прав, это безумно опасно, особенно в нашем положении. Мы слабы, нам помогают, мы в долгу перед теми, кто нас спас и не можем создавать новых проблем… По крайней мере, сейчас.       Арей согласно кивнул и хотел было сказать девушке что-то еще, но внезапно раздался громкий звук колокола на одной из достроенных башен. Все бессмертные, находящиеся поблизости, тут же оживились и даже оставили свои дела, чтобы узнать, в чем дело.       — Открываем ворота, прибыло войско Сатаны с продовольствием! — закричал молодой парень с башни и, подав сигнал тому, кто отвечал за вторую, принялся торопливо крутить подъемник с помощью рычага. Сил для этого нужно было немало, так что ему на подмогу поднялись еще трое.       Вскоре ворота открылись и в город вошел отряд примерно из двадцати воинов. Оглядев их всех беглым взглядом, Арей на секунду почувствовал, что не может дышать от волнения. Среди них он увидел знакомое лицо того, кого узнал бы даже среди тысячи воинов в одинаковых доспехах. Это был Кристофер. Его друг был здесь.