Свидетельство об Эриане

Сегодня я решилась попросить у Арелгианигг книгу… точнее, электронное устройство для подключения к всеобщей базе данных. Оказалось, что письменность у меня тоже «загружена», и теперь я понимаю, почему у ручки такое широкое перо. К счастью, эрианская письменность оказалась фонетической, у них 40 букв и пишут они справа налево, так что читать было нелегко, но я более или менее приспособилась. Арелгианигг показала мне, как обращаться с устройством и пользоваться базой данных – это оказалось не сложнее, чем наши Интернетом, и мне довольно легко удалось найти то, что я хотела. Найти-то было легко, а вот разобраться – не очень. Я от души пожалела, что сюда не попал вместо меня кто-то более сведущий в естественных науках – брат Руслан, к примеру. Однако же, попытаюсь изложить то, что мне удалось понять. Здешнее солнце (Кэарна) эрианская наука относит к типу «лазурных звезд» (я толком не поняла, голубые это или бело-голубые, а может, их классификация не вполне совпадает с нашей). В своей категории она считается маленькой, каков ее размер, не знаю, эрианские меры длины мне пока ничего не говорят – но даже «маленькая» звезда такого типа должна быть больше и горячее нашего Солнца. Видимо, так оно и есть – жизнь смогла появиться только на седьмой планете этой системы, каковой является Эриана. Возможно, могла бы появиться и на восьмой, если бы ее не исхлестали кометы. Превосходя по размерам Эриану, та планета стала для нее чем-то вроде гравитационного щита, «отвлекающего» их на себя. Следует заметить, что название Кэарна было дано звезде уже в эпоху довольно развитой науки. Оно может быть переведено как «непокорное» или «противоречащее». Имя родилось из удивления, которое внушает эта звезда-парадокс. Такие звезды не живут долго, по всем законам ей положено было исчерпать себя и вспыхнуть раньше, чем жизнь успела развиться до разумной, тем не менее, она светит миллиарды лет и вспыхивать не собирается. Над этой загадкой здешние ученые бьются веками, но и по сей день она далека от разрешения. Пожалуй, было бы неплохо пригласить сюда Родни МакКея – ему этой загадки хватило бы до конца дней! То, что я могу сказать о соотношении эрианского счета времени и нашего, следует воспринимать как приблизительные и усредненные показатели – и не только потому, что идеального соответствия между их и нашим счетом быть не может, вторая причина станет ясна в дальнейшем. Год как таковой – т.е. оборот планеты вокруг звезды – примерно равен нашим 600 годам, и такой период, конечно, не мог стать основной счетной единицей. Точнее, он тоже является таковой (это называется «мэлнэ»), такой период тоже учитывают в хронологии, но только на больших исторических периодах – как майя учитывали свои бактуны, а мы – тысячелетия, но мэлнэ не подходит для счета в масштабах людской жизни, и эрианцы нашли другие ориентиры. Мэлнэ они делят на восемь частей – даэрмэ. В каждом даэрмэ господствует одна из восьми звезд, видимых из Южного полушария, которые называют Танцующими. Такое имя они получили за то же, за что наша звезда Барнарда удостоилась прозвания Летящей – из-за скорости углового перемещения по небесной сфере. Сочетание этого перемещения с движением самой планеты по орбите дает интересный эффект: периодически ось планеты оказывается направленной на звезду, вот в это время эрианцы и считают началом года – кэлдэ. Длительность кэлдэ в среднем равна трем нашим годам – я говорю « в среднем», потому что Танцующие звезды, естественно, никто специально друг под друга не подстраивал, идеального соответствия быть не может. Землянину такая система показалась бы неудобной, но эрианцев она вполне устраивает, и унифицировать календарь они не собираются. Они знают, что, например, в Инигг-даэрмэ люди становятся совершеннолетними в семь кэлдэ, а в Агэлна-даэрмэ – в восемь, смещаются даты праздников – но, видимо, здесь это никого не смущает (в конце концов, не смущает же нас «блуждающая» относительно солнечного календаря дата Пасхи). Сейчас идет Инигг-даэрмэ (с известной долей условности это можно перевести как «век Инигг»). Кстати, эта звезда – одно из тех самых исключений - светило, носящее название женского рода: какой-то древний царь назвал эту звезду в честь своей дочери. Насколько мне известно, дочь нынешнего царя – ту самую, которую асуране вытащили из улья – тоже зовут Инигг. Не берусь говорить, назвали ли ее в честь той древней царевны или в честь звезды.