Свидетельство об Эриане

Сегодня я занялась эрианской географией, которую тоже пришлось рассмотреть с высоты птичьего полета. Из единой сети я успела выяснить, что на планете два материка – по одному в каждом полушарии, оба охватывают полюса и приполярные области и простираются через умеренные широты до начала тропических. В тропиках в обоих полушариях расположено множество островов – больших, сопоставимых с нашей Исландией и даже Гренландией, и совсем маленьких. В экваториальном поясе суши нет. Не могу сказать, какой у этой планеты угол наклона оси (с системой измерения углов мне разобраться не удалось – у меня ведь нет с собой земного транспортира), но он определенно отличается от земного. Полярной ночи и полярного дня в земном понимании здесь нет, аналог полярной ночи представляет собой чередование ночи и сумерек, а полярный день – дня и сумерек, в которых можно видеть самые яркие звезды (например, Танцующие). Климат Эрианы может показаться однообразным нам, землянам, привыкшим, что в одной только России Норильск совсем не похож на Адлер. Климатические различия здесь все-таки есть, но они так разительны, как на Земле: климат лесной зоны отличается от климата степей, климат горных районов от равнин, а вот упоминаний о пустынях я не встретила (возможно, народ этой планеты более рационально использует землю, ведь у нас та же Сахара – творение рук человеческих). И, разумеется, здесь есть различия между широтами. Не вдаваясь подробности, температурные условия можно охарактеризовать так: полярные и приполярные области – это лето в средней полосе России, умеренные пояса – лето на Кубани или в Болгарии, тропики – это наш экватор. Экваториальную зону эрианцы называют «горячим поясом», там даже местные жители не могут находиться без специальных скафандров, и не во всяком летательном аппарате можно его пересечь. Как лето бывает более жарким или менее, с большим или меньшим количество дождей – так здесь различаются зима и лето, которые длятся на Эриане около 300 земных лет, и потому жизненные циклы растений и животных не связаны с сезонами. Они лишь приспосабливаются с помощью эпигенетических механизмов к эпохе, в которую родились (подобно земной тропической бабочке, которая меняет цвет в зависимости от того, выходит ли она из кокона в сухой сезон или в сезон дождей). Например, полярные растения с наступлением зимы начинают вырабатывать вещества, которые стимулируют усиленное размножение симбиотических хемосинтезирующих бактерий, и их хемосинтез компенсирует недостаток фотосинтеза. Ниамушка говорил мне, что эта больница находится в столице Эрианы (у них единое государство на всей планете). Я нашла ее на карте – она в северном полушарии, у моря – примерно на границе умеренного и тропического поясов. В северном полушарии сейчас «зимняя эпоха»… можно считать, что мне повезло – могло бы быть и жарче, а я не очень-то люблю, когда жарко… Все же я здорово устаю от чтения здешней письменности... или от чего-то другого (помнится, с Марьюшкой я тоже от всего уставала). Мне уже позволяют вставать с постели – и так гораздо удобнее смотреть в окно. Я разглядываю больных, которые выходят на прогулку во двор и пытаюсь составить какое-то более или менее общее представление об этом народе. Я успели заметить, что здешние жители отличаются друг от друга по внешним признакам – я вижу людей с темной кожей и относительно светлой (как у наших южан), с широкими глазами и узкими, с уплощенными лицами (как у наших монголоидов) и с более выраженной профилировкой, с разными оттенками синих, голубых и зеленых волос, но признаки эти попадаются во множестве разных сочетаний. Такое впечатление, что разные расы у них были, но они уже давно скрещиваются. Наблюдая за гуляющими пациентами, замечаю одну странную деталь: ни среди больных, ни среди тех, кто к ним приходит, я не вижу ни одного пожилого человека. Уж если стариков нет в больнице, значит, их нет нигде. Не соблюдает ли этот народ, который я сочла благословенным, какой-нибудь варварский обычай – наподобие наших первобытных людей или современных голландцев?