Завоеватель Шао Кан: Собрать лучших!

«Я — подлинный завоеватель! Я всех присвою! Они от меня никуда не денутся!» — размышлял император Внешнего мира. — Боги мои! — Это была Синдел. — Чем от тебя пахнет? — Догадайся с одного раза, — расхохотался самодержец. — Ты меня заинтриговал! Кого ты прикончил? Неужели… — Старшая эденийка дрогнула. — Ты правильно считаешь. — Последовал новый взрыв хохота. — Разве ты не этого хотела, дорогая? Ты тоже способна на такое! Синдел лишилась дара речи. — Тебе ведь нравится это, признайся! Позови остальных! Королева Эдении поспорила бы. Но Куан Чи сделал и её тоже немой, не способной мыслить разумно. Она чувствовала, что с ней что-то не то происходит. Но, как и её теперь уже покойная дочь, Синдел не хотела смотреть далеко вперёд. Её не волновало ничего. — Какие же вы скучные, — изрёк Шао Кан, — чего встала, беги — и приведи ко мне других. Сейчас я буду делать из вас… Он не договорил, Синдел след простыл. Она побежала выполнять его приказание. Внешнемирец чувствовал, что при виде роскошной Синдел — она всегда такой была, — у него жутко встал. Обувь прилипала к полу, залитому запёкшейся биомассой, размазанной тонким, менее миллиметра, слоем, — которая часа два назад была принцессой Китаной. Но Синдел пришла одна. — Где тебя Шиннок носит?! — налетел на неё император. — Я никого не нашла, — покорно, спокойным голосом ответила бывшая императрица Внешнего мира. — Вот как ты! — сделал вывод самодержавный правитель. Он подошёл к Синдел, подсечкой ногой свалил её. Эденийка упала и основательно ударилась головой о пол. Она съёжилась, ожидая новых побоев. — Встань на колени, сука, и слизывай! Думаю, по вкусу ты узнаешь родную кровь! Синдел исполнила веление Шао Кана, но на неё тут же напала неукротимая рвота. Он пнул её ногой по правому боку, сломав ей несколько рёбер: — Перечить вздумала? Сейчас ты отправишься туда же, где находится и твоя никчёмная, жалкая дочурка! — Нет!!! — вскричала эденийка. — Я… — Я запретил тебе говорить без приказа, — щелчок, и Синдел замолчала. Он принялся её колотить ногой по лицу, оставляя кровоподтёки и рассечения. От таких побоев Синдел буквально взвыла. Её трясло, император наступил одной ногой ей на руку, второй превращая её лицо в такое же месиво, какое было у него под ногами. — Тебя даже похоронить будет некому! Я запрещаю проводить любые обряды над тобой! Я запрещаю тебе всё! Ты должна страдать, сука! Ты такая же сука, как и Китана! Получай! Всё смешалось в глазах королевы, она приготовилась получить ещё и ещё… *** — Мама!!! Мамочка!!! Как он мог!!! — Принцесса Эдении Синдел колотилась в рыданиях. — Я его ненавижу!!! — Зачем ты пошла на это?! — Фрейя была полна решимости отчитать свою дочь, внушить ей очевидное: внешнемирец — не пара для эденийки. — Кровосмешение не приведёт ни к чему хорошему, ты нарушила кодекс семьи Эдении! В законе что сказано?! Я тебя предупреждала! Мало тебе Джеррода, ты с этим Шао связалась! Он же кинет тебя! Я тебе говорила! Что и произошло! Хуже того, он тебя использует! — Пусть он умрёт!!! — истошно кричала Синдел. — Чтобы Старшие боги послали ему страшную и мучительную смерть!!! Макияж на лице молодой эденийки смазался и сейчас облезал, пальцы утирали слёзы, оставляя на нём мокрые и безобразные разводы. — Зачем ты за ним бегаешь? — Фрейя постучала указательным пальцем по голове дочери. — Не живётся спокойно? Дура. Мать надо было слушать — а не голоса, которые поселились в твоей непутёвой голове! Зачем ты трогала эту шкатулку?! На кой ляд ты выпустила призрака, он же специально тебе его принёс, чтобы ты пошла за ним?! Вот и расхлёбывай! Сама виновата. Слушая мать, принцесса Эдении неистово забилась в рыданиях и истерике. Она ничего не могла с собой поделать. — Чтобы он умер!!! Я ненавижу его!!! — кричала Синдел уже севшим голосом. — Изыди из меня!!! Охрипнув, младшая эденийка повалилась на пол. Она билась головой о мраморную плитку, пытаясь изгнать привидение, которое не давало ей покоя уже четырнадцать дней. Леденящий душу хохот бесплотной фиолетовой ведьмы становился сильнее. Кровь показалась на лбу у Синдел, рассечённая кожа кровоточила… Потом была тьма, провалы сознания и кошмары вперемешку с бредом, сквозь которые пробивался хохот Шао Кана, ставший таким знакомым для принцессы… И Шао Кан, и дух от Онаги в один голос упрашивали Синдел убить Джеррода, Фрейю, зачать от Шао Кана сына, который станет для эденийской красавицы спасением. Далее присоединился Онага, обещающий, что, если Синдел послушает свой новообретённый голос, сделает всё в точности так, как ей сказала банши, то он вынет из неё этого призрака, который уже две недели мучил принцессу… На лице королевы Фрейи читалось убитое и страдальческое выражение. Вздохнув, она схватилась за сердце. Королева Эдении тяжело засеменила в свои покои… Принять успокаивающего зелья, которое обладало способностью быстро, за две минуты избавить её от боли… Забыв о своей безрассудной дочери, которая совершала глупость за глупостью, — за что и расплачивалась тут же, — Фрейя забылась в болезненном полусне… *** Шао Кан не жалел сил, он продолжал превращать Синдел в изуродованную калеку, от былой красоты которой ничего не осталось. Через минуту эденийка, издав последний вопль, от которого Шао Кан мощно кончил, затихла, дёргаясь всё меньше и реже. Её душа точно так же, как и душа Китаны, ослепительным беловато-фиолетовым облаком вышла из тела поверженной королевы, — император тут же всосал её в себя. — Теперь ты со своей непутёвой дочерью, рождённой не от меня, навсегда останешься в моём подчинении, — расхохотался дважды убийца. — Вы обе — мои навечно. И с другими я поступлю так же. Скоро вам всем будет хорошо. Ударив молотом о пол, император сжёг то, что осталось от Синдел и Китаны. Пора было уничтожить следы своего преступления…