Крылья, ветерок и птичьи мозги

Из бывшей стаи Туббо прихватил с собой одну хорошую вещь - его летные способности. Из всех членов его новой стаи он первым научился покорять небо и был самым юным летуном - из всех, кого он знал, пока все не изменилось. Поэтому он охотно взял на себя ответственность за такие вещи, как длительные походы за припасами, визиты к соседним стаям, разведка грядущих сезонов и погоды. Именно этим он сейчас и занимался, когда парил прямо над верхушкой леса, кончиками пальцев скользя по листьям. Осень была в самом разгаре, красные и золотые листочки встречались с ладонями Туббо, когда он пролетал над ними. До наступления зимы оставалось совсем немного. Припасы были необходимы как никогда. Под ним открылся вид на поляну, и ветерок, что создавался взмахами его крыльев, уносил разноцветные листья, заставляя следовать за собой. На его лице расцвела тонкая улыбка. По его мнению осень была лучшим сезоном для полета - ни жуков, ни жары, ни снега. О, это будет их первая зима вдали от стаи. Им придется справляться со всем самостоятельно. Туббо был уверен. Его стая была очень способной, и они уже были в курсе прогноза погоды. Туббо чувствовал комфорт и знал, что ему ничего не… Что-то просвистело мимо, достаточно близко, чтобы нанести неглубокий порез в передней части его крыла. Туббо вскрикнул - скорее от удивления, чем от чего-либо еще. Его полет приостановился, и он потерял направление. Однако он быстро оправился, прежде чем обрек себя на падение, вернувшись к ровному парению. Еще одна стрела пронеслась рядом, пролетев мимо него в всего нескольких метрах. Он живо полетел. Было достаточно одной стрелы, чтобы не дать ему уйти слишком далеко. Догадаться было нетрудно: это была группа охотников, шедшая строем по его следу. Черт. Черт, вот дерьмо, он был так близко к хижине, они не могли быть так далеко от поляны, и он не мог подпустить их к своей стае, ни за что, черт возьми. По крайней мере, он мог развеять свои опасения, что охотники могли уже знать, где находилась хижина; Туббо следовал по Пути Стаи - невидимому мосту, что пролегал между коммунами Авианов. Хижина располагалась на середине этого Пути, между их бывшей и соседней дружеской стаей. Путь Стаи был самым коротким и безопасным способом добраться до дома. И, как правило, был защищен от охотников густой листвой. Но не теперь, видимо. Туббо перечислил все известные ему ругательства, пока обдумывал план. Ему нужно было держать охотников подальше от хижины. Мимо пролетела еще одна стрела. Пора действовать, решил он. С коротким вздохом Туббо свернул в сторону и, подтянув крылья, резко нырнул к лесной крыше. Ветки зацепили его, когда он прорвался сквозь покров. Как только он оказался высоко в небе, его крылья раскрылись с громким и тяжелым хлопком, и он почувствовал, как мимо него пронесся ветер, когда он рассек воздух. Туббо ринулся к деревьям, уловив свист двух других стрел, либо пролетевших мимо, либо врезавшихся в ствол, за который он успел заскочить, использовав как щит. Он был почти уверен, что позади него что-то выкрикивали, но за ревом ветра ничего не слышал. Он управлял воздухом, словно тот принадлежал ему, манипулируя им по своему желанию, оставляя Заземленных в пыли. По крайней мере, он отогнал охотников от хижины. Туббо продолжал лететь, ведя их все дальше, дальше… Что-то врезалось в его левое крыло, в бок, а после и в правое крыло. Слабый вскрик успел вырваться наружу, прежде чем земля вдруг поднялась ему навстречу. Он задел ствол дерева. А потом оказался на земле. Он не помнил мгновения между деревом и землей, но быстро осознал, что угодил в чертову сеть, отягощенную металлом и туго обтянутую вокруг его крыльев. Туббо выдернул из под себя руку. Он тихо застонал, когда сдвинулись больные ребра, и теперь уже свободная рука дрожала, пытаясь схватиться за удерживающую его сеть. Под таким углом это было неудобно, и ему не хватало сил вырваться из ловушки. За спиной раздался шорох шагов, хруст листьев становился все ближе. Туббо попытался повернуться к ним лицом, но почувствовал, как сеть натянулась на его коже, сильнее открывая раны. Вокруг слышались голоса, но он не мог разобрать ни слова, не тогда, когда был охвачен паникой. Кто-то приближался. Туббо пошевелился в попытке выбраться из пут. Резкое шипение, вырвавшееся из его горла, заставило окружающих отпрянуть, но лишь на секунду, прежде чем они снова двинулись к нему. Сеть подхватила Туббо, и он вскрикнул, когда металл впился в его руки и крылья. В паническом бреду он ловил обрывки фраз: "бурые крылья - такая редкость"; "можно дорого продать"; "принесут нам кучу денег”" - пока один, кто держал его, распутывал сети, снова обматывая ими суставы крыльев, а другой удерживал его на месте. Ох, черт возьми, нет. Только не так. Туббо пнул рядом стоящего мужчину в причинное место, не обращая внимания на то, как тот согнулся пополам. Переполох, вызванный им, дал ему долю секунды, чтобы он смог дотянуться до упавшего меча мужчины и развернуться обратно. Человек, который удерживал его крылья, рухнул с перерезанной шеей, издав лишь бульканье вместо последнего слова. Туббо даже не дрогнул. С ворчанием и со всей силой он надавил достаточно, чтобы металлические узлы его пут лопнули, и крылья распахнулись. Человек бросился на него - слишком медленно, чтобы увернуться от удара Туббо, и красный цвет в полутьме показался черным, когда кровь брызнула на лезвие клинка. На миг он оказался застигнут врасплох мужчиной, стоявшим за его спиной, и с шипением он обнаружил порез, оставленный на его боку, прежде чем повернуться лицом к лицу к новому противнику. Их мечи столкнулись лишь на секунду, прежде чем Туббо одержал жестокую победу, когда сперва рассек мужчине щеку, а затем нанес смертельный удар в грудь. Кто-то вскрикнул справа от него. Туббо не собирался позволять им уйти, не тогда, когда чувствовал, что разошелся не на шутку. Его крылья расправились, и резким взмахом вниз он взмыл в воздух, тяжело приземлившись на последнего охотника. Его крики о помощи были оборваны ударом меча в затылок. А потом - тишина. Как будто ничего и не было. Туббо быстро дышал, его крылья тряслись, костяшки пальцев побелели от хватки на мече, все еще торчащего из шеи мужчины. Его раны горели, его собственная кровь смешивалась с кровью Заземленных. Туббо поднял взгляд к небу. Невольный щебет сорвался с его губ, когда глаза глядели на деревья перед ним. Лес вдруг изменился. Внезапно он почувствовал на себе взгляды деревьев, и будто земля разверзлась, выставив его на всеобщее обозрение. Туббо резко выдохнул и отпустил меч, оставив его в колотой ране мужчины. По мере того, как иссякал адреналин, слабело и его равновесие, а вместе с этим приходила боль. Похоже, у него было больше ран, чем он поначалу думал - наверняка сломал ребра при падении. Он чувствовал рану на щеке, вероятно, от удара о землю. Мелкие царапины от веток, более крупные проколы и порезы от сетки. Он был почти уверен, что вывихнул лодыжку. Что ж. По крайней мере, он был жив. И другие охотники, которые будут проходить по тропе, скорее повернут назад при виде убитых товарищей. С этого Туббо и начал свой неуклюжий и болезненный путь домой. Он не был точно уверен, откуда он знал, куда идти. В любом случае, он позволил своей стае вести его домой. Он так скучал по своей стае. Дорога домой, казалось, длилась секунды и сотни лет одновременно. Но вид хижины внизу заставил его спуститься с облаков, и, невзирая на то, что колени его слабели, а голова становилась все более опустошенной, он ускорил свой шаг. К тому моменту, как он добрался до двери, ему едва удавалось держать себя в вертикальном положении. Он нащупал дверную ручку. Влажная от крови рука скользнула по металлу. Туббо выругнулся сквозь стиснутые зубы, сдавшись, нерешительно постучав по двери, прежде чем позволить себе потерять сознание. Не получив немедленного ответа, он стукнул еще раз. От резкого движения у него закружилась голова. Он не мог выдержать еще один стук. Его рука метнулась к дверному проему - единственное, что удерживало его в вертикальной стойке. Он услышал приглушенные шаги. Затем дверь открылась. «Туббо?» Туббо понял, что это был Ранбу, только когда услышал его голос. «О, Боже мой, Туббо». Туббо одарил его дрожащей окровавленной улыбкой. «Не все это - мое». Он почувствовал, как падает набок, прямо перед тем, как наконец вырубиться.

🕊⚔️🕊

Туббо мог сказать, что это был другой день, еще даже не открыв глаза. В ту же минуту он почувствовал боль. Она была тупой и приглушенной, но вместе с этим служила напоминанием о том, что произошло. Хотя даже с этим, прошло немало времени, прежде чем воспоминания о вчерашнем дне просочились в сознание. Когда это произошло, он открыл глаза. Теплый вечерний свет проникал в комнату сквозь закрытые шторы. Одеяла закрывали все тело, мягкое тепло оседало на его коже. На руках, ногах и плечах чувствовалось легкое натяжение бинтов. Голова плыла в легком тумане. Наверное, из-за какого-то лекарства. Туббо пошевелился и тут же вздрогнул, стиснув зубы от абсолютной слабости, которая, как ему казалось, тяготила его тело. Медленно, но верно он подобрал под себя руки. Его крылья были широко расправлены по бокам, и там он заметил повязки вдоль крыльев, которые частично свисали с кровати, поддерживаемые табуретами по обе стороны. Ой. Должно быть, это сделала его стая. Его стая. Стая. Туббо вскочил вверх, запнувшись лишь на секунду, когда от смещения ребер боль стрельнула вверх по груди. Он попытался вытащить себя из постели, но крылья за спиной показались ему тяжестью. Прежде чем он смог остановить себя, из горла вырвался щебет. Это был отчаянный звук, призыв к чьему-то отклику. Его руки, полностью закутанные в белое с красными пятнами, слабо боролись с одеялами, прижимавшими его к кровати. Ему нужна была его стая, его стая пропала, его стаи не было рядом... Дверь открылась, и как только внутрь зашли, он получил чириканье в ответ. «Воу. Эй-эй, Большой Ти, давай вернем тебя в кровать, пока Ранбу не прибил меня». Томми. Туббо поднял голову и снова защебетал, отчаянно желая получить ответ по неизвестной ему причине. Руки Томми на его плечах подтолкнули его обратно к кровати, и одеяла вернулись на место. С новым чириканьем Томми наконец-то дал ему ответ, в котором он нуждался - столь же громкий и связный звук, несмотря на растерянное выражение лица Томми. «Эээ, я пойду позову Ранбу, хорошо? Я сейчас вернусь». Еще один щебет от Туббо. «Обещаю, я скоро вернусь», - снова уточнил Томми, прежде чем исчезнуть за порогом. Туббо вдохнул, потом вдохнул еще раз, но воздух не поступал в его легкие, потому что где, черт возьми, была его стая... Через открытую дверь он смутно слышал разговор. «Он ведет себя странно», - сказал Томми, и, несмотря на попытку говорить тихо, Туббо слышал его почти идеально - все эти звуки, скрип половиц, тихий ветерок снаружи, голоса его стаи - это было так громко, так громко. «Он много чирикает, он никогда не чирикает». Ранбу задумчиво хмыкнул. «Он... Я думаю, это из-за того, что на него напали прошлой ночью. Ты когда-нибудь слышал об Отчаянии Стаи?» Пауза. «Я слышал, как говорили о чем-то таком». «По определению, это, э-э, когда кто-то пережил травматический опыт и ищет поддержки у стаи. Они вроде как впадают в исступление, или типа того, и иногда им кажется, что их стая находится в такой же опасности, как и они. Туббо не очень тактильный, поэтому возможно он захочет поухаживать за нами или попросит нас остаться в комнате и поболтать, пока он выздоравливает». Тишина. Туббо снова зачирикал: что, если его стая исчезла? Но всего через несколько мгновений после призыва стая вошла в комнату, быстро оказавшись у его кровати. «Эй, все в порядке», - успокаивал Ранбу. «Мы здесь, мы рядом». Табуреты по обе стороны кровати придвинули ближе, и его крылья вернулись на свое место на них. Туббо вздохнул, ощутив будто возвращение стаи заполнило пустое пространство. «Туббо, вот», - позвал Томми, и Туббо обернулся, заметив протянутый ему стакан воды. Не колеблясь, он схватил его и опрокинул одним махом. Два веса опустилось на кровать, и он отставил стакан, чтобы увидеть свою стаю, сидевшую рядом с ним. «Туббо, что случилось?» - мягко спросил Ранбу. «Ты хочешь рассказать нам?» Туббо смиренно пожал плечами, прижимая стакан ближе. «Охотники. Поймали меня с неба. Я перебил всех, кто был рядом, остальные сбежали, наверное». Тишина. Взгляд Туббо метался между двумя мальчиками, пока он глядел на обе пары крыльев, и, ох, их перья все торчали... «Мне очень жаль, Туббо», - тихо сказал Ранбу, взъерошив свои перья. Туббо беззвучно рассмеялся, его улыбка была кривой, но грубой. «Это они мертвы, не я». «Так держать, Туббо», - сказал Томми. Не прекращая улыбаться, Туббо глядел на свою стаю, наблюдая, как она находилась поблизости, в безопасности, счастливо, здесь… Он понял, что Ранбу пытался говорить с ним, только по движению его губ, но внимание Туббо было приковано к взлохмаченным перьям. С коротким щебетом он протянул руку, указывая вперед. Ранбу остановился, ненадолго застыв, а затем улыбнулся. «Ладно, пожалуй», - сказал он, переместившись на кровати, расправляя свои крылья так, чтобы Туббо мог дотянуться. «Время для внеочередной чистки». Туббо снова зачирикал, на этот раз с восторгом, и радостно принялся вязать и вплетать перья обратно на свои места. Томми сместился на кровати, придвинувшись к изголовью, и взял пустой стакан, оставленный Туббо, обхватив его руками. Бинты Туббо натягивались и смещались на его коже при каждом движении, но ему было все равно. В комнате послышался еще один звук, который он до сих пор не замечал - еще одно чириканье - точнее вереница более тихих звуков, связанных между собой. Напев мелодии. Это был Томми, заполнявший тишину, и тем самым уверявший Туббо, что он по-прежнему был здесь. Туббо улыбнулся. Хоть обстоятельства и были не самые лучшие, но он никогда бы не променял этот момент ни на что другое.