Терапия

----------- "Ну, как дела?" - спокойно спросила Эмм на следующее утро. Малдер пожал плечами: "С твоей подругой мне ничего не светит - у нее уже есть постоянный бой-френд. И я просто схожу с ума от скуки". "Сейчас семь утра. Как ты умудрился заскучать так скоро?" "Полагаю, у меня - особый дар". Эмм вздохнула: "Хорошо, сегодняшнее расписание составим вместе. Ты принес дневник?" Малдер поморщился: "Нет. Оставил дома". "Хорошо. Вот лист бумаги. Чем **ТЫ** хочешь заняться сегодня?" Малдер опять пожал плечами: "Не знаю". "Есть ли что-нибудь такое, чем бы тебе **хотелось** заняться?" Малдер задумался: "Все равно остался только один день". "Малдер, не надейся на то, что все обойдется только одним днем, пожалуйста. Мы еще не решили окончательно". "Вчера все прошло хорошо". Хорошо? В каком месте? Эмм моргнула и подавила в себе желание сказать пару ласковых по этому поводу. "Дана сказала, что вчера у тебя весь день были проблемы. Ну ладно. Давай решим, чем бы тебе заняться сегодня, кроме как разборкой ее телевизора на запчасти". Малдер ухмыльнулся: "У меня есть идея. Если конечно, я не предпочту заняться ее микроволновкой". "Исключено. Она убьет меня. Выкладывай, что за идея". "Может быть, мне стоит начать статью о городских легендах, связанных с НЛО и о том, как эти легенды изменяются со временем под воздействием расширения области использования Интернета. Я уже провел предварительные исследования и запустил пару пробных шаров. Могу сказать, я получил неплохие отзывы". Эмм откинулась на спинку кресла и запрокинула голову: "У тебя совсем нет нормального, неопасного для окружающих хобби? Например, люди любят ковыряться в моторах и прочих железках?" "Что? Да я могу целый день потратить вполне безопасно для окружающих, просто не вылезая из Интернета". "Не сомневаюсь" - Эмм потерла кончик носа - "Ну хорошо". Интересно, подумала она, откуда эта головная боль? Да вот оттуда, с дивана, рядом с пятном от кофе на ее ковре: ее головная боль сидит и улыбается как Чеширский кот. Она встала с кресла, сгребла в кучу блокнот и пару карандашей и швырнула ему: "Вот. Держи". Малдер вздохнул, соскользнул на пол, ноги - под журнальный столик: "Ты - настоящая зануда". "Ты сам меня выбрал" - Эмм тоже уселась на полу, по диагонали от него, чтобы оставить пространство для его ног, выглядывающих из-под стеклянного столика: "Кстати, что тебе прописал Мадани?" Малдер вздохнул: "Занакс". "И?" "И тофранил ... Но это - довольно сомнительно". "Да... Я знаю ... Но некоторым это помогает. MAIO лучше помогает, но только в сочетании с адской диетой, и их дают только в исключительных случаях. Ты знаешь, какие симптомы являются показаниями для лекарств?" "Кошмары, беспокойство, депрессия ... иногда ярость..." Эмм многозначительно посмотрела на Малдера. Малдер в который раз пожал плечами. "Если ты не будешь принимать тофранил - обязательно скажи Мадани. Есть лекарства получше, если ты не хочешь подсесть на TCA. Но ты для них - кандидат номер один". Глубокий вздох. "Скалли уже почти убедила меня попробовать принимать их пару месяцев. Если это не поможет, она пойдет жаловаться" - он помолчал немного - "Я начал Занакс". "Сколько?" "Две". "КОгда?" "Одну - вчера после обеда. Одну - перед сном". "Зачем ты принял одну после обеда?" "Карен заставила меня". "Почему?" Эмм уже знала об этом от Карен. Но она хотела услышать версию Малдера. "Я... мы... Я вышел из себя". "Скалли сказала, что ты очень расстроился из-за того, что не смог сразу найти свою футболку". "Да" - Малдер наморщил лоб. "Она сказала, что ты начал материться и вышвыривать вещи из шкафа". "Меня разозлило, что ко мне приставили няньку. А еще моя мама позвонила, когда мы были еще у меня на квартире. Скалли не подпустила меня к телефону. Я не знаю, что хуже: говорить с матерью или не говорить с ней. Я почувствовал себя таким виноватым". "И потом ты расстроился из-за того, что не смог найти футболку". Малдер криво улыбнулся: "Ну хорошо. Это было не из-за футболки. Она просто не поняла одного: то, что она сказала, обидит меня". Эмм нахмурилась: "Не поняла или не захотела понять? Может быть, не хотела чувствовать себя виноватой? Что Скалли сказала твоей матери?" "Просто что... что я был ..." - он остановился. "Она все еще хочет поговорить с тобой?" "Она не любит Скалли" - промямлил Малдер, теребя в руке карандаш - "Что я должен сделать? Что ты думаешь?" Эмм задумалась, мысленно прокручивая свой собственный разговор с его матерью: "Почему даже сейчас? Даже сейчас, когда она точно знает, что это была не Сэм?" "Она не хотела говорить со Скалли. Она хотела говорить со мной". "Но зачем? Скалли сказала ей, как ты себя чувствуешь? Сказала, что произошло?" Эмм получила новый повод еще больше уважать Дану Скалли. Она представила картину: Малдер, пытающийся выхватить из ее рук телефонную трубку - с одной стороны, Тина Малдер, пытающаяся взвалить на плечи сына еще больший груз вины - с другой стороны, и Скалли - посередине, прямо объясняющая этой женщине все, что натворил ее предыдущий звонок. Малдер уставился на лист бумаги: "Было не так". "Что было не так?" "Мама - она такая хрупкая. Она не понимает ..." - Малдер сглотнул. Эмм в голову пришла внезапная мысль и она настороженно кивнула: "Расскажи мне еще раз о Мишке". "Вчера я уже рассказывал". "Ну и что? Я хочу услышать все, без купюр". Малдер вздохнул: "Я только что пошел в садик..." "Какой это был месяц?" "Октябрь. Сразу после моего дня рождения. Теперь каждое утро папа брал меня с собой на паром и отвозил в садик. А однажды я не выспался и просто взял с собой Мишку, я даже взял его с собой в группу. Воспитатель ничего не сказал. Иногда дети приносили с собой плюшевые игрушки. Я положил его в свой ящичек, вытащил его, когда надо было ложиться спать после обеда. Никто не возражал. Я показал его, когда мы пошли играть". "Что сказала другие дети?" "Я сказал им, что Мишка на самом деле - Медведь из Нарнии, и он умеет бороться. Я сказал им, что мне подарила его тетя Миранда перед смертью". "Так это было после того, как умерла твоя тетя?" Малдер кивнул, глаза его заблестели, он обхватил себя руками. "Ну хорошо. Ты все им это рассказал". "После садика меня отвели на продленку вместе с другими детьми, которых родители не успевали забирать к трем часам ... Папа пришел и забрал меня. Он очень разозлился, когда увидел Мишку, но ничего не говорил до тех пор, пока мы не приехали домой. Там он сказал, что я не должен был брать Мишку, потому что я - уже взрослый, а плюшевые игрушки - только для девочек и малышей, и что не имеет значения, что там говорила тетя Миранда про плюшевые игрушки, потому что тетя Миранда умерла. И это я виноват, что у нас - неприятности, потому что я всегда веду себя как маленький. Мы вошли в дом, он взял у меня Мишку и разорвал его". Малдер говорил монотонным голосом, он был где-то далеко отсюда, там, где маленький четырехлетний мальчик, живущий в стране гигантских хищников, дрожит от страха на резком октябрьском ветру. "Он просто взял и разодрал его, а я начал плакать, и он схватил меня за руку, дернул и потом ... О господи, как больно. Очень больно, и я кричу, и он - вне себя от злости. Он бьет меня свободной рукой, потом видит, что моя рука - вывернута, и он отпускает меня" - Малдер замолчал, глядя в пустоту. "Что еще ты помнишь?" "Снег. Лед. Мишка не умер. Мишка теперь - в Нарнии, с мистером Тумнусом. И я хочу остаться там навсегда, потому что Мишка защитит меня в Нарнии. Мишка всегда боялся темноты и всего того, что приходит по ночам, но я делал вид, что не догадываюсь об этом. Я делал вид, что верю, что он - сильный, но он боялся... Но в Нарнии никого не надо бояться. Мишка ... В Нарнии никого не обижают". Эмм зажмурилась: "Малдер, ты сейчас - в Нарнии?" "Нет". "Ты хочешь помнить об этом?" "Нет". "Хорошо. Малдер, ты знаешь, как забыть про Нарнию, ведь так?" "Я должен закрыть глаза и заснуть". "Хорошо. Почему бы тебе так и не поступить?" Малдер послушно кивнул и закрыл глаза. Эмм испуганно перевела дыхание. --------------