Жизнь продолжается

Апрель Граф де Марсан переступил порог таверны "Луна и ножницы" и оглядел помещение. Он искал свободный стол. Поначалу ему показалось, что все столы заняты, но потом он заметил в дальнем углу пустующий. Марсан почувствовал что-то вроде облегчения и быстро направился в сторону стола, чтобы его никто не опередил. За другими столами, которые были гораздо больших размеров, устроились шумные и весёлые посетители. Марсан старался никого из них не задеть. У него не было желания сцепиться с кем бы то ни было. Он слишком устал даже для того, чтобы говорить. Будь его воля, он бы сейчас сидел у себя в спальне, но не так давно Марсан дал себе слово, что перестанет дичиться и только поэтому оказался здесь. Усевшись за стол, Марсан сразу понял, почему его никто не занял. От камина, что был буквально в двух шагах, шёл такой жар, что любой, кто рискнул бы сесть рядом с ним, надолго на этом месте не задержался бы. Марсан быстро вспотел, но решил, что потерпит. В конце концов, он не намерен задерживаться в таверне на всю ночь. Он выпьет бокал-другой вина и уйдёт. Парень, разносящий еду и напитки, возник перед Марсаном, выслушал его заказ и убежал на кухню. Пока он отсутствовал, Марсан ещё раз оглядел помещение, а точнее, посетителей. Казалось, каждый из них доволен жизнью и забот не ведает. Марсан понимал, насколько обманчиво это впечатление, но всё равно позавидовал тому, что посетителям удаётся забываться. У него самого это не получалось. Почти год прошёл с тех пор, как Марсан разучился радоваться и веселиться. Наступление весны, впрочем, подарило надежду на излечение. Марсан почувствовал, что лёд, сковывающий его сердце, дал трещину. До сорока ему осталось всего ничего – каких-то три года. Ни в коем случае нельзя потратить остаток молодости на сожаления и вздохи о несбывшемся. Когда парень вернулся, поставил перед Марсаном большой бокал с вином и тарелку с жарким. Марсану есть не хотелось, но это было необходимо делать через силу. Марсан разрезал мясо и отправил в рот первый кусок. Пока он жевал, мыслями обратился к тому, что приснилось ему минувшей ночью. Марсан шагал по дорожке какого-то парка, а компанию ему составлял шевалье де Лери. Вокруг никого не было, только птицы пели на все лады и с цветка на цветок перелетали насекомые. Марсан не помнил, о чём говорил с Лери и говорили ли они вообще. Но он помнил, как они улыбались друг другу. Прекрасные карие глаза Лери лучились нежностью, чего в реальности никогда не было. В реальности между ними существовала дистанция. Лери был вынужденным наставником Марсана и только-то.* Судьба свела их на военном корабле, плывущем атаковать Геную. Марсан в ту пору был проштрафившимся придворным, надеющимся вернуть себе благосклонность Людовика XIV. Только это стремление и заставило его принять участие в карательной операции. Но поскольку он понятия не имел, что ему делать, к нему был приставлен опытный и храбрый офицер. Немного времени понадобилось на то, чтобы Марсан им пленился, но были ли взаимны его чувства? Этого Марсан никогда не узнает. Лери погиб во время атаки, и все его секреты были похоронены вместе с ним на дне моря. То, что их знакомство было коротким и поверхностным, не помогло Марсану безболезненно избавиться от влюблённости. Вернувшись ко двору, он продолжил думать о красавце Лери и тосковать о нём. В своём воображении Марсан наделил его качествами, которыми Лери, возможно, и не обладал, но теперь они стали его неотъемлемой частью. Все прочие мужчины меркли рядом с призраком Лери. Марсан отдавал себе отчёт, что любит не реального человека, а своё представление о нём, но ничего не мог с этим поделать. Лери часто ему снился, и эти сны были лучше яви. Марсан каждый раз жалел, когда просыпался. Но теперь он, по крайней мере, все силы приложит к тому, чтобы покончить с этим мороком. Марсан должен снова начать жить, а не существовать. Пообещав себе это в очередной раз, Марсан поднял глаза от тарелки. В этот момент распахнулась дверь таверны и внутрь ввалилась очередная порция посетителей. К своему неудовольствию, Марсан понял, что прекрасно знает некоторых из них. Герцог де Фуа и маркиз де Ла Фар, как и он, тоже были частью Малого двора. Остальных Марсан видел впервые. Он понадеялся было, что его не заметят и не пристанут к нему с расспросами, а потом решил, что если пристанут, он будет приятным. Это испытание пойдёт ему на пользу. Пока Марсан потягивал вино, продолжая следить за вновь прибывшими, те оглядывались в поисках свободного стола. На их счастье, другая компания надумала уходить и уже вставала со своих мест. Одни задницы на скрипучих лавках сменились другими. Марсан, поняв, что избавлен от ненужного общения, испытал облегчение. Но не примешивалась ли к нему толика разочарования? Как бы там ни было, Марсан не собирался навязываться. Он допил то, что оставалось в бокале и поднял руку, подзывая парня-официанта. Он хотел расплатиться и покинуть таверну. Этот жест был замечен не только тем, кому он предназначался, но и Ла Фаром, который практически одновременно с Марсаном вскинул руку. Несколько раздражённый тем, что официант проигнорировал его ради какого-то хлыща, Ла Фар напряг зрение, чтобы разглядеть конкурента. Каково же было его удивление, когда он узнал в модно одетом блондине Марсана. Недолго думая, Ла Фар что-то шепнул Фуа, сидящему рядом, а потом встал со своего места и направился в сторону Марсана. Марсан этого не видел, поскольку был занят тем, что искал в кошельке мелочь. Когда он поднял глаза, Ла Фар уже стоял перед ним и улыбался. - Господин де Марсан, – произнёс Ла Фар, не утруждая себя приветствием, ведь он и Марсан уже виделись сегодня в Пале-Рояле. – Неужели вы уходите? А я хотел пригласить вас за наш стол. - Ради вас, господа, я могу и задержаться, - принудил себя сказать Марсан и тоже улыбнулся. - Вот это дело, - одобрил Ла Фар и пошёл обратно, то и дело оглядываясь. Марсан держался позади него и думал о том, что его пригласили только по одной причине: он приходится младшим братом шевалье де Лоррену. Кто при Малом дворе не желал угодить всесильному фавориту Месье? А Ла Фар, ко всему прочему, был обязан шевалье своей должностью. Если бы не прихоть шевалье, не был бы сейчас Ла Фар капитаном гвардейцев Месье. Поэтому неудивительно, что он так приветлив с Марсаном. "Впрочем, какая разница?" – спешно подумал Марсан. Ла Фар уже начал представлять его своим приятелям. - Это маркиз де Сент-Олер, - Ла Фар указал на красивого шатена. – Поэт, забияка и блистательный бездельник. - Значит, вот что вы обо мне думаете, друг мой, - хохотнул Сент-Олер и остановил взгляд на Марсане, приветливо кивнув ему. - Надеюсь, вы не в обиде? – Ла Фар не стал дожидаться ответа и уже указывал на смешливого господина. – Это аббат де Шолье. Как и многие аббаты, он распутен, любит вино и прочие удовольствия. По странному совпадению он тоже поэт. - Мы все здесь поэты, если уж на то пошло, - хмыкнул Шолье. – Один бедняга Фуа абсолютно бездарен. - Но я не ропщу на судьбу, - счёл необходимым заметить Фуа и не без самодовольства. - Господа, нам надо потесниться, - Сент-Олер подвинулся в сторону. Его примеру последовали остальные. В итоге образовалось пространство, куда смог втиснуться и Марсан. По правую руку от него сидел Сент-Олер, по левую – Шолье. Когда суета, наконец, унялась, возобновился прерванный разговор. Беседовали о поэзии. Марсан мало что в ней смыслил, но споры и рассуждения Ла Фара, Сент-Олера и Шолье были умными и интересными. Фуа постоянно пытался встревать, чем веселил всю компанию. Вечер протекал очень приятно. Правда, Марсан всё равно чувствовал себя посторонним за этим столом. - Есть ли у вас любимый поэт, господин де Марсан? – неожиданно спросил Сент-Олер, повернувшись к Марсану. - Я, признаться, зачитываюсь стихами Малерба, - после заминки ответил Марсан и почувствовал, как к его лицу прилила кровь. Томик Малерба – единственное, что у него осталось на память от шевалье де Лери. Марсан практически выучил его наизусть, пытаясь понять, почему Лери взял с собой в море стихи именно этого поэта, а не другого. Но до сих пор так и не понял. Зато версий придумал множество. - Малерб, - задумчиво проговорил Сент-Олер. – Как любопытно. - Как по мне, - снова встрял Фуа, - Малерб был занудой. Он стремился к совершенству, и это только всё портило. - Неужели, Фуа? – вскинулся Сент-Олер. – Я с вами решительно не согласен! Только послушайте… Сент-Олер хотел было продекламировать одно из стихотворений Малерба, но неудачно задел рукой бокал. Марсан опомниться не успел, как его штаны пропитались вином. - Проклятье! – воскликнул Сент-Олер. Марсан вскочил, но единственное, что он мог – это молча смотреть на огромное тёмное пятно на своих штанах. - Господин де Марсан, право, мне так жаль… - начал Сент-Олер. - Ничего страшного, господин де Сент-Олер, - остановил его Марсан, посмеиваясь. – Это далеко не самый мой любимый костюм. Но я должен вернуться домой. Прошу прощения, господа… Не желая, чтобы ему кто-либо воспрепятствовал, Марсан почти что побежал к выходу. Не имея на то причины, он чувствовал себя идиотом. В отличие от своих старших братьев, которые умели себя преподнести, он вечно попадал в нелепые ситуации. Даже этот вечер ознаменовался конфузом. Ну что за напасть! Выбежав на улицу, Марсан на мгновение остановился. Уже наступила ночь, глазам необходимо было привыкнуть к темноте. Но в той стороне, где он оставил карету, виднелся огонёк. Это наверняка был каретный фонарь. Марсан зашагал, ориентируясь на него. Штаны неприятно липли к ногам, зато ночная прохлада коснулась пылавших щёк. Когда Марсан поравнялся с каретой, кучер зевал. Марсан сказал ему, что желает ехать домой и забрался в карету. Через минуту она уже катила по направлению к особняку на улице Ришелье. Марсан был уверен, что долго не сможет уснуть, потому что будет прокручивать в голове события вечера, но сон пришёл на удивление быстро. Марсан даже не заметил, как пролетела ночь. Лакей явился его будить в начале девятого – так у них было заведено, но Марсан пробормотал, что сегодня пропустит церемонию одевания Месье и перевернулся на другой бок. Окончательно он проснулся, когда часы пробили одиннадцать. Марсан продрал глаза и переменил позу, позёвывая. Было приятно нежиться под одеялом и никуда не спешить. Марсан немного поразмышлял над тем, не рассердится ли Месье на него, но ответ был очевиден: конечно, не рассердится. Если от кого и последует выволочка, так это от братца – от шевалье де Лоррена, но Марсану было всё равно. Когда ему надоело лежать и почёсывать живот, Марсан приподнялся и дёрнул за шнур в изголовье. Через несколько минут в его спальню вошли лакеи. Началась утренняя рутина. Марсан умылся, его побрили, принесли ему завтрак, после завтрака пришло время одеваться. После всего этого Марсан прошествовал к себе в кабинет – надо было просмотреть письма, которые ему доставили вчера и сегодня. Среди них были счёт от портного, счёт от галантерейщика – Марсан с неудовольствием узнал, что его жена купила шёлковых лент на двадцать ливров, просьба о протекции, приглашение от маркиза де Креки на пирушку, записка от шевалье де Майи, письмо от маркиза де Сент-Олера… Что?! Марсан спешно сломал печать на этом письме и принялся его читать. Сент-Олер извинялся, негодовал на себя и сожалел о том, что Марсану пришлось в спешке уехать. Сент-Олер уверял, что всё бы отдал, чтобы увидеть Марсана ещё раз, что ему не будет покоя, пока он не исправит впечатление о себе. Если Марсану удобно, может быть, он приедет в Люксембургский сад в час дня? Сент-Олер будет ждать его у фонтана Медичи. Погода чудесная, прогулка им обоим должна принести удовольствие. Этим письмо не заканчивалось. На втором листе было стихотворение, посвящённое Марсану. Сент-Олер воспевал его красоту. Пока Марсан бегал глазами по ровным строкам, его изумление нарастало. Никогда прежде в его честь не писали стихов. И это всё из-за испорченных штанов? Отложив письмо, Марсан попытался прийти в себя. Он решительно не понимал, что происходит. Что Сент-Олеру надобно на самом деле? Неужели он тоже содомит и хочет приударить за Марсаном? А может, просто велеречивый зануда, который из мухи делает слона? Как бы там ни было, просьбу о встрече лучше не игнорировать. Очевидно, что Сент-Олер переживает искренне и Марсан будет распоследним мерзавцем, если не успокоит его. Марсан встал и начал прохаживаться по кабинету. Он вызывал в памяти образ Сент-Олера. Чего греха таить, Сент-Олер выглядел превосходно. У него было красивое мужественное лицо и приятный голос. Это всё, что Марсан о нём помнил. Но и этого было вполне достаточно, чтобы в душе Марсана зародились волнение и предвкушение. "Стоп", - приказал себе Марсан и замер посреди кабинета. Если он размечтается и навоображает себе всякое, снова быть разочарованию. В кого бы Марсан ни влюблялся, к взаимности это не приводило. Его удел – секс по дружбе или быстрое пьяное соитие не пойми с кем. Маркиза де Сеньеле, пожалуй, можно назвать исключением, но то, что между ними происходит и то, что происходило, на великую любовь никак не тянет. А Марсан жаждал именно такой любви, хоть уже и понял, что судьба ему подарок не сделает. Великая любовь достаётся личностям уникальным, а Марсан был самым обыкновенным, так что рассчитывать на многое ему нельзя. Он должен научиться контролировать свои чувства и не ждать чуда. С Сент-Олером он встретится, но думать о нём не будет. Эта встреча – одно из тех событий, которые наполняют день и ничего не значат. Марсан вернулся за письменный стол и вскрыл оставшиеся письма. Это тоже были счета. Оказалось, его жена, Мария Франсуаза, спустила целое состояние на то, чтобы обновить свой гардероб. Марсан с ней практически не общался, чем она и пользовалась. Раз скандал ей не грозит, Мария Франсуаза решила, что может со спокойной душой тратить денежки мужа. Марсан должен с ней строго поговорить, но делать это очень не хотелось. Жена по-прежнему оставалась для него чужим человеком. Марсан до сих пор не лишил её девственности и, наверное, уже не лишит. Да и ладно. Женился он против воли, на большие жертвы он не пойдёт. Ему плевать, если у него не будет наследников. У него куча племянников и племянниц, пусть после его смерти всё достанется им. С минуту Марсан сидел без дела и пялился в пространство. Скоро можно будет отправляться на встречу с Сент-Олером, но чем занять себя до тех пор? Переодеться в костюм понарядней? Ну уж нет. Марсан не станет прихорашиваться для Сент-Олера. Лучше он ответит на приглашение Креки и записку Майи. Эти двое были его товарищами по шалостям. После того как они попали в большие неприятности, шалить им перехотелось*, но они всё равно периодически встречались и напивались. Марсан, раз уж он дал себе слово не дичиться, решил приглашение принять. Вдруг ему удастся повеселиться по-настоящему? Давненько с ним этого не случалось, но чем чёрт не шутит. Покончив с писаниной, Марсан потянулся и посмотрел на часы. Начало первого. Пожалуй, пора. Если он приедет в Люксембургский сад раньше Сент-Олера, то что с того? День солнечный, тёплый. Глупо сидеть в четырёх стенах и следить за секундной стрелкой. Лучше уж насладиться триумфом весны. Марсан схватил серебряный колокольчик и затряс им. Вскоре в кабинет прибежал лакей. Марсан сказал ему, чтобы ко входу подали карету и стал ждать, когда его известят о том, что это исполнено. В разгар буднего дня в Люксембургском саду было не особенно людно. То там, то сям по дорожкам прогуливались пары, но они друг другу не мешали. Марсан, принуждая себя не поддаваться спешке, медленно шагал в сторону фонтана Медичи. Он был уверен, что Сент-Олер ещё не явился, поэтому удивился, увидев его. Сент-Олер стоял и смотрел на воду, что позволило Марсану понаблюдать за ним. Сент-Олер оказался выше, чем Марсан запомнил и шире в плечах. Костюм на нём был модным и дорогим. Впрочем, это ещё не означало, что у Сент-Олера водятся деньги. Он, как и многие другие дворяне, мог жить в долг. Но вот Сент-Олер поднял голову и посмотрел на Марсана. Узнав его, улыбнулся и замахал ему рукой. Марсан тоже приподнял руку и изобразил что-то вроде вялого приветствия. Неизвестно почему, но ему стало боязно. Хотелось развернуться и уйти, но возможность ретироваться он потерял. Поэтому пришлось ему приблизиться к Сент-Олеру. - Вот и вы, - Сент-Олер обнажил в улыбке белые зубы и поклонился. Марсан тоже исполнил поклон. Его глупое сердце начало биться быстрее. - Надеюсь, вы не сочли моё письмо странным? – спросил Сент-Олер. Он и Марсан двинулись вдоль фонтана. - Признаться, так и случилось, - отозвался Марсан, глядя себе под ноги. – Вам нет нужды извиняться передо мной. Я получил настоящее удовольствие от вчерашнего вечера, то маленькое происшествие ни на что не повлияло. Забудьте о нём, прошу вас... О, и спасибо вам за стихотворение. Оно прелестно. - Вы меня вдохновили, - Сент-Олер внимательно изучал его профиль. – Я обожаю интересных людей. - Это я-то интересный?! – воскликнул позабавленный Марсан. - О да, - кивнул Сент-Олер с самым серьёзным видом. – Я всю ночь задавался вопросом, из-за чего может грустить такой блестящий кавалер как вы. Когда я вас вчера увидел, меня поразило, сколько печали было в ваших глазах. - О, - изрёк Марсан, не зная, что добавить. Он был смущён. - Вам не нравится моя откровенность? – спросил Сент-Олер без малейшего раскаяния. – Тогда давайте говорить на отвлечённые темы. Где вы чаще всего бываете? - Неужели вы решили ухлестнуть за мной? – не выдержал Марсан и остановился. - Именно так, - Сент-Олер пытался поймать его взгляд. – Ла Фар кое-что о вас рассказал. Это дало мне надежду и смелость. Но если вы против моих ухаживаний, я подчинюсь вашей воле и отступлю. - Я не то чтобы против, - пробормотал Марсан, у которого никак не получалось собраться с мыслями. – Просто я ничего о вас не знаю. - Это легко исправить, - заметил Сент-Олер. – Спрашивайте о чём угодно. Они снова двинулись вперёд. Марсан молчал и пытался разобраться в своих чувствах. Прежде за ним никто и никогда не ухаживал. Роль объекта вожделения была для него в новинку. Но почему бы не примерить её? Что Марсан теряет, если даст Сент-Олеру добро на ухаживания? Вероятно, новые впечатления помогут ему избавиться от меланхолии. Но что если получится только хуже? Что если Сент-Олер разочарует его или разобьёт ему сердце? Ах, проклятая осторожность! Марсану она была противна, но горький опыт заставлял его задаваться этими позорными вопросами. Марсан больше не был тем человеком, который легко совершает безумства. - Почему я вас прежде не встречал? – задумчиво спросил Марсан. - Право, не знаю, - Сент-Олер сверкнул улыбкой. – Я родился не в Париже, а в дыре под названием Экс-сюр-Вьен. Возмужав, подался в армию. Молодость моя была бурной. Я много воевал и дрался на дуэлях. Потом мне надоело проливать кровь. Какой в этом смысл? Я обосновался в Париже и взялся за перо. Мои стишки пустячны, но в светских салонах им рукоплещут. При дворе я не бываю, но дружен со многими придворными. К слову, я знаю вашего брата, шевалье де Лоррена. Мы вместе сражались и пили. - Уж не потому ли я вам приглянулся? – спросил Марсан без обиняков. Ему стало грустно. - Абсолютно не потому, - Сент-Олер перестал улыбаться. – Вы мало на брата походите. То, какой он, лежит на поверхности. А с вами ничего непонятно. - Что будет, если выяснится, что во мне нет ни глубины, ни загадки? – Марсан, наверное, впервые осмелился посмотреть Сент-Олеру прямо в глаза. Оказалось, что они зеленовато-карие. А под правым глазом имеется небольшая родинка. Будто кто-то поставил точку пером. - Тогда я буду довольствоваться только вашей красотой, - было не разобрать, шутит Сент-Олер или говорит серьёзно. Марсан нахмурился. Сент-Олер свалился на него, будто снег на голову. Что это – подарок судьбы или очередное наказание? Ответ не узнать, если не сойтись с Сент-Олером поближе. - У вас есть кто-нибудь? – спросил Марсан. - Есть те, с кем я сплю время от времени, - честно ответил Сент-Олер. – Но в моих мыслях со вчерашнего вечера существуете только вы. - Срок маленький, - хмыкнул Марсан. – Уже завтра меня может кто-нибудь вытеснить. - Вы мне не доверяете, - понял Сент-Олер. – Это нормально. Я вам на деле докажу, чего стою. Только дайте такую возможность. Марсан перевёл взгляд на поляну, мимо которой они проходили. Она вся была усыпана нарциссами. Казалось, цветы, как и Сент-Олер, ждут решения Марсана, затаив дыхание. Поскольку Марсан продолжал молчать, Сент-Олер снова заговорил. - Я слишком навязчив? - Это следует назвать иначе, - Марсан улыбнулся. – Вы деятельны, самоуверенны. Похвально! Могу предположить, вам никто не отказывает. Сент-Олер рассмеялся. Марсану понравилось, как он откидывает голову назад и морщинки вокруг его глаз. - В нашем кругу такое вообще редко случается, - сказал Сент-Олер, отсмеявшись. – Я говорю, разумеется, о содомитах. Так что это ничего не значит. - У вас ни разу не было интрижки с дамой? – не поверил Марсан. - Если скажу, что ни разу, солгу, - Сент-Олер почесал щёку. – Но я же поэт. У дам был практический интерес. Марсан кивнул и на мгновение закрыл глаза, подставляя лицо солнцу. Было приятно ощущать тепло. - Вы любите оперу? – спросил Сент-Олер. - Я люблю красивых актёров, - Марсан открыл глаза. Яркий солнечный свет ослепил его. Пришлось проморгаться. - Тогда, смею надеяться, вы согласитесь составить мне компанию, - Сент-Олер как будто случайно своим плечом задел его. – Сегодня в Пале-Рояле дают "Роланда". - Сегодня? – Марсан не сдержал удивлённого смешка. - Не могу ждать до завтра, - Сент-Олер виновато развёл руками. – Мне теперь необходимо ваше общество. - Позвольте сделать признание, - Марсан наблюдал за голубем, который приземлился в двух шагах от него. – Чтобы разочаровать вас сразу. - Какое же? – Сент-Олер казался невозмутимым. - Кроме Малерба я других поэтов не читаю, - Марсан смущённо почесал нос. – Со мной вам не обсудить возвышенное. - Есть много других тем, - ничуть не огорчился Сент-Олер – Но почему Малерб? Я чувствую, за этим кроется история. - Вы правы… - поколебавшись, подтвердил Марсан. По тому, как дрогнул его голос, Сент-Олер понял, что сейчас не время задавать наводящие вопросы. Хотя очень хотелось. Любопытство Сент-Олера было распалено до предела. Интуиция, в свою очередь, подсказывала, что надо быть терпеливым. Сент-Олер решил прислушаться к ней. Поняв, что Сент-Олер не будет выпытывать у него подробности, Марсан испытал облегчение. Шевалье де Лери был секретом. Говорить о нём с малознакомым человеком казалось кощунством. Если они сблизятся, если узнают друг друга, тогда другое дело… Марсан и Сент-Олер ещё немного погуляли по саду, любуясь цветами и ярко-зелёной листвой. Сент-Олер был прекрасным собеседником. Кто угодно мог почувствовать себя с ним свободно. Сент-Олер не осуждал и не хвастался. Марсан и не заметил, как пришло время прощаться. - Боюсь, мне пора, - с искренним сожалением сказал Сент-Олер, убирая в карман часы-луковицу. – Меня ждёт Шолье, с которым мы условились пообедать. Но как же я рад, что наша разлука будет короткой. - До вечера, господин де Сент-Олер, - Марсан коснулся края своей шляпы и не мешкая пошёл в ту сторону, где его ждала карета. Сент-Олер продолжал стоять на месте и смотреть ему в спину. Марсан этого доподлинно не знал, но допускал такую вероятность, а потому старался не сутулиться. Когда расстояние, их разделяющее, значительно увеличилось, Марсан обернулся. Сент-Олера уже не было видно. Но то хорошее настроение, которое он подарил Марсану, никуда не исчезло. Марсан, сам того не замечая, улыбался. Он чувствовал себя значимым, привлекательным и ему нравилось, что Сент-Олер сразу обозначил свои намерения. Они оба – зрелые мужчины. Сент-Олер даже постарше Марсана будет. Иными словами, стыдливость ему не к лицу. Марсан тоже не станет корчить из себя девственника. Зачем ему? Представив, как они целуются и ласкают друг друга, Марсан испытал возбуждение. Секса у него не было, наверное, с начала года. Это целых четыре месяца! Всему виной его проклятущая меланхолия и то, что маркиз де Сеньеле, как и всегда, был страшно занят. Сеньеле… Не будет ли он против интрижки Марсана? Скорее всего, нет. Сеньеле и Марсана связывала дружба, а не любовные чувства. Они спали друг с другом, но делали это скорее по привычке. Сеньеле, будучи морским министром, всего себя отдавал служению Франции и соперничеству с военным министром маркизом де Лувуа. О Марсане он вспоминал только тогда, когда у него выдавалась свободная минута. Это случалось редко. Возможно, Сеньеле и не заметит, что у Марсана кто-то появился на стороне, если тот ему сам не расскажет. "Но не преждевременно ли я радуюсь?" – подумал Марсан. По одной встрече нельзя судить о том, как у него всё сложится с Сент-Олером.* Вечер может преподнести неприятный сюрприз. "Что ж, я буду держать это в уме", - Марсан на ходу пожал плечами. Подобная перспектива его уже не пугала. Призрак шевалье де Лери продолжал следовать за ним по пятам, но он начал таять.