Спасение утопающей души не дело рук самой утопающей

Когда они приехали в студию, Хи скривилась от надоедливого голоса продюсера Пака, который в очередной раз был чем-то недоволен. Если раньше она благополучно это игнорировала, то сейчас у неё просто раскалывалась голова от похмелья, и держать вежливую улыбку на лице становилось всё сложнее и сложнее. — Перерыв полчаса, — обьявил он, когда они закончили с предпоследней песней. Он должен был уехать завтра, и Соль Хи просто с адским терпением ждала этого момента. К ней подошли Сону и Сонхун, и последний, как бы невзначай, сказал: — Слушай, у моей племянницы в школе проводят классные часы о том, как важно сохранить природу. Если хочешь, могу порекомендовать тебя в качестве лектора. Думаю, им будет очень интересно послушать про вымирание пчёл, — он подавил усмешку и продолжил: — Ну, знаешь, подрастающее поколение все дела. Может кто-то из них проникнется этой проблемой и в будущем сможет её решить. Сону прыснул и зажал рот рукой, виновато покосившись в сторону Хи, а та в свою очередь захотела отвесить ему и Сонхуну по подзатыльнику. — Прости, времени совсем нет, вся в делах, — процедила она, наблюдая за уже во всю хохочущими мемберами. — Но идея хорошая, тебе стоит поговорить с классной руководительницей твоей племянницы. Она бы ни за что не подумала, что Сонхун окажется таким... любителем подколоть. Он всегда казался ей слегка закрытым и отстранённым... Что ж, теперь она знает, что это не так. — Что тут происходит? — к ним подошёл Хисын и вопросительно взглянул на своих друзей. Те пожали плечами, и Сонхун снова обратился к Соль: — Да ладно, не кипятись, — он достал из кармана худи маленькую бутылочку. Это было средство от похмелья, и Хи удивлённо на него взглянула. Ей ещё никогда не покупали средство от похмелья после пьянки. Скорее всего потому что она всегда пила в одиночестве, но сейчас по её телу растеклась приятная волна тепла. — Спасибо... — немного растерянно сказала она, принимая бутылочку из рук Сонхуна. Тот искренне ей улыбнулся и кивнул, после чего все трое ушли на кухню рядом со студией, чтобы пообедать, а Соль Хи так и осталась стоять и смотреть им вслед с глупой улыбкой на губах. Средство Сонхуна действительно подействовало: уже через пять минут тошнота прошла, и даже голова стала болеть намного меньше. Она спустилась вниз, чтобы подойти к автомату с кофе и закинула в него пару монеток. Наверное кофе на голодный желудок было не лучшей идеей, но доза ароматного напитка была ей жизненно необходима. А голод пока ощущался не сильно: хоть тошнота и прошла, она всё ещё боялась брать в рот что-то посерьёзнее крепкого шота эспрессо. К ней внезапно подошёл интерн, молодой парень, лет двадцати трёх, и поздоровался: — Здравствуйте. Он поклонился и Соль Хи не оставалось ничего кроме как поклониться в ответ. Он обворожительно улыбнулся и Хи невольно отметила, что он был достаточно привлекательным. Он тоже закинул мелочь в автомат и выбрал американо с молоком и сахаром. Пока кофе готовился, он повернулся к ней: — Я вас раньше видел мельком, но никогда не сталкивался лично. Вы же Юн Соль Хи? Хи поняла только половину из того, что он сказал, но суть вопроса уловила, поэтому кивнула. — Да, а вы..? — ради приличия спросила она. — Я Такахаси Акайо, — сказал он и протянул ей руку, что вся была в татуировках. Соль Хи аккуратно её пожала и натянуто улыбнулась. Она не очень комфортно себя чувствовала, когда ей приходилось говорить на японском, но ничего не поделаешь. — У вас есть планы на сегодняшний вечер? Вы наверняка в Токио видели только свой отель и, возможно, центральный рынок. Я бы мог показать вам окрестности. Кто знает, может захотите остаться? Соль Хи словно язык проглотила, а Ники, что спускался к машине, чтобы забрать свой рюкзак, затаился на лестнице. — Ну... — протянула она, не зная, что ответить. По контексту она поняла, что он предлагал ей пойти на свидание сегодня вечером, но не была уверена, согласиться или отказаться. Она уже хотела мягко отклонить его приглашение, у себя в голове ссылаясь на то, что ей нужно было позвонить в больницу и расспросить про маму, но в голове всплыли её же слова: «— Ты же помнишь, что ты мне обещала? Жить полной жизнью, не смотря на мою болезнь». — Я не против, — наконец выдохнула она, слабо улыбнувшись. — Но вы должны знать, что мой японский просто ужасен, и я не поняла половины из того, что вы сказали. Акайо бархатисто рассмеялся и сказал: — Надеюсь, вы поняли, что я пригласил вас на свидание сегодня вечером? Хи тоже улыбнулась и кивнула. — Я заканчиваю в семь, на час позже вас, — сказал Акайо. — Где вы остановились? Я бы мог подойти к вашему отелю. Соль Хи полезла в телефон, чтобы посмотреть название отеля и показала экран парню. Тот кивнул и усмехнулся: — Тогда я зайду за вами в семь тридцать, что скажете? У Хи от волнения все слова одобрения вылетели из головы, поэтому она просто показала большой палец вверх. Акайо прыснул, забрал свой кофе из аппарата, и прощаясь, сказал: — До вечера. Как только он скрылся за дверью своего офиса, Хи залпом выпила весь кофе и закрыла рот рукой, медленно осознавая, что случилось. Её только что позвал на свидание симпатичный японец с сексуальным пирсингом в одном ухе и татуировками по всем рукам. И она только что согласилась на это свидание. — Хо-хо, — раздалось сзади, и Соль подпрыгнула от неожиданности. — Нуна, а ты, я смотрю, времени зря не теряешь. Ники хитро улыбался сцепив руки в замок за своей спиной. Хи неуверенно улыбнулась и развела руками, не зная, что ответить. — А он красавчик, — ухмыльнулся он. — Хочешь попрактиковать японский перед свиданием? Ники специально растянул последнее слово, и Хи закатила глаза. А потом, нервно оглянувшись на дверь офиса интернов, спросила: — Думаешь, это поможет? Я поняла только то, что он хочет показать мне город и встретит меня у отеля. Ты можешь перевести, что конкретно он сказал? Ники спустился с лестницы, чтобы быть на одном уровне с ней (насколько это было возможно при разнице в росте), и снисходительно закатил глаза: — Если сходишь со мной к машине, мне нужно забрать рюкзак. Хи кивнула, и они вместе вышли на парковку. — Ну, если коротко, то самое главное ты сама озвучила. Он сказал, что ты наверняка почти ничего тут не видела, поэтому он покажет тебе Токио, и возможно ты захочешь тут остаться. Как мило, — прыснул он, чем вызвал недовольное фырканье у Соль Хи. — Он заканчивает в семь, поэтому зайдёт за тобой в семь тридцать. Соль Хи благодарно кивнула и вздохнула. — Эй, что за мученический вздох? Тебя на свиданку позвал секси парень, что не так? Соль неловко поджала губы и тихо ответила: — Ну... Меня на свидание никто раньше не звал... — Что? — удивлённо фыркнул Ники. — Да ладно тебе, даже я на свиданиях был! Соль Хи скептически подняла брови: — Что, прости? «Даже я»? Ты горячий кей-поп айдол, с тобой на свидание хочет пойти полстраны! Ники немного смутился от неожиданного комплимента от «колючки Соль Хи», как прозвал её Джейк, и несильно толкнул её в плечо: — Не волнуйся, уверен всё пройдёт отлично. Главное — веди себя естественно. Хочешь, помогу принарядиться? Соль Хи прыснула и помотала головой. — Сама справлюсь, но спасибо за предложение. Он взял рюкзак из минибуса, и они отправились обратно. Открыв дверь перед Соль Хи, Ники внезапно перешёл на японский: — Как знаешь, — пожал плечами он. — Сама отказалась, не передумай потом. — Не передумаю, — в тон ему ответила Соль Хи, тоже на японском. Ники улыбнулся. Ему всегда симпатизировала Соль Хи, но после того, как вчера она с такой уверенностью отказалась подставить их даже за такие неплохие деньги, он невольно впустил её в свой круг доверия. Да и вчера, когда она напилась, было очень весело. Ему показалось, что это их сблизило. По крайней мере сейчас Соль Хи разговаривала с ним о своём предстоящем свидании, а не угрюмо сидела в студии, избегала любых разговоров не о работе и тяжело вздыхала каждый раз, когда смотрела на свой разбитый телефон. А всё потому что Соль Хи просто смогла слегка отвлечься. Она действительно не зря согласилась вчера с ними выпить, хоть и заверяла всех вокруг и саму себя, что жалела об этом. Вчера она смогла забыться, а сегодня её отвлекали постоянные подколы Сонхуна и смешки остальных. И, наверное, если бы этого всего не случилось вчера, она бы без раздумий отказала Акайо в свидании. Они зашли на кухню, и встретились со всеми мемберами. Менеджера Кима и продюсера Пака не было, и отсутствию последнего Соль Хи заметно обрадовалась. До конца перерыва оставалось ещё десять минут, а родители Ники должны были приехать через несколько часов. — Твои родители же сегодня приезжают? — всё также на японском спросила Соль, и Ники кивнул: — Да, они уже в пути. Энхайпен заинтересованно на них уставились, и Джейк спросил: — С чего это вы на японский перешли? Не успела Соль Хи сориентироваться, как Ники выпалил: — Только что сексуальный японец позвал Соль Хи-нуну на свидание, и она практикует японский, чтобы не опозориться. Все как один удивлённо раскрыли рты, и через секунду на неё посыпались вопросы, от которых она еле смогла отбиться. — А ты шустрая, — по-кошачьи усмехнулся Чонвон, и Хи стало слегка неловко. — И правильно, — удовлетворённо кивнул Сону, — Сходишь, развеешься. А то всё время как тучка сидишь хмурая. Соль Хи подавила желание улыбнуться. Они вели себя так, словно с детства дружили и были «лучшими подружками навсегда». И эти разительные перемены слегка озадачили её. Ещё вчера они чуть ли не обращались друг к другу на «вы», а сегодня её расспрашивают о её личной жизни, подкалывают из-за того, что она напилась и искренне желают удачи на свидании. Что на них так повлияло? Неужели вчерашний инцидент с журналистом? Но... Если общение с ними и правда помогло ей отвлечься от переживаний и грустных мыслей, быть может, не стоило их отталкивать? За последние пятнадцать часов настроение Соль Хи не падало до уровня «отчаяние», и это не могло её не радовать. Джей, сидящий за столом к ней спиной, развернулся, протянул ей шоколадный батончик и сказал: — Уверен, ты ничего не ела с утра. Соль Хи, опешив, кивнула. — Спасибо... В этот момент на кухню зашли менеджер и продюсер. Последний кинул короткое: «Перерыв закончился, все в студию», и ушёл. Соль Хи тяжело вздохнула, окинула усталым взглядом Энхайпен и поплелась за Пак Ён Нылем, чтобы подготовить всё к записи второй песни. *** Запись была почти завершена, и продюсер Пак даже повеселел на несколько градусов. Внезапно Ники радостно выбежал из студии и унёсся вниз по лестнице. Видимо, его родители приехали. И правда, через пятнадцать минут, в помещение вошли мужчина и женщина средних лет. Надо сказать, что его мама выглядела очень молодо. Соль Хи вежливо улыбнулась им и поклонилась, и они ответили тем же. Продюсер Пак, будучи осведомлённым об их приезде, решил сделать перерыв на час. Они почти закончили работу, так что времени было предостаточно. Ребята тут же обступили семью Нишимура и начали обмениваться радостными приветствиями. Родители Ники знали корейский на базовом уровне, поэтому в разговоре то и дело мелькали японские и корейские выражения. Иногда Джей с Джейком вставляли фразы на английском. Соль Хи, почувствовав себя лишней, вышла из студии и отправилась на кухню, чтобы наконец-то что-нибудь съесть. Она решила всё-таки позвонить в больницу, хоть и понимала, что вряд ли услышит что-то новое. Пожёвывая шоколадный батончик от Джея, она набрала знакомый номер. — Приёмное отделение больницы Ми Рэ, слушаю. Хи вздохнула: — Здравствуйте, я Юн Соль Хи. Моя мама находится в вашей больнице, а я сейчас не в Корее, поэтому приехать не могу. Я могу узнать её состояние? Голос по ту сторону ответил: — Подождите минутку, я узнаю, занят ли сейчас доктор Чхве. — Конечно. В трубке заиграла приятная музыка, а у Соль Хи все внутренности скрутило, будто она не звонила в больницу каждый день. — Здравствуй, Соль Хи, — раздался знакомый голос доктора. — Здравствуйте, — сказала она и машинально поклонилась, забыв, что её никто не видит. — Как мама? Он вздохнул: — Боюсь, новостей нет, как хороших, так и плохих. Нам остаётся только ждать и надеяться. У Соль Хи всё начало расплываться перед глазами из-за подкативших слёз, и она попыталась проглотить ком в горле, прежде чем ответить, но не вышло: — Понятно, — всхлипнула она, и услышала сочувственный вздох из телефона. — Я... Я позвоню вам позже... Спасибо, доктор Чхве. — Держись там, Соль Хи. Всё будет хорошо. Она скинула трубку и вихрем унеслась в туалет, чтобы не дать волю вновь подкатившей истерике. Ничего уже не будет хорошо, и им обоим это очевидно. Эти ничего не значащие подбадривания делали только больнее. Хи настолько сильно пыталась сдержать слёзы, что потеряла способность дышать на несколько секунд. Она умылась холодной водой, надеясь, что это поможет успокоиться. Но не помогло. Слёзы всё ещё продолжали скатываться по щекам, а дыхание так и осталось рваным. В уборную внезапно зашёл кто-то ещё и Соль Хи в размытом из-за слёз силуэте смогла узнать маму Ники. Та в удивлении подняла брови, и тут же подбежала к ней: — Эй-эй, девочка, что случилось? Ты в порядке? — она говорила на корейском с сильным японском акцентом Последний вопрос был глупым, Соль Хи очевидно была не в порядке. Но от волнения у Нишимура Мизуки все здравые мысли вылетели из головы. Она видела перед собой девочку, что была всего лишь на год старше его сына, и видела, что у неё началась истерика. У неё заболело сердце. Стараясь успокоиться, Соль Хи разрыдалась ещё сильнее и внезапно почувствовала мягкую ткань белого пиджака у себя на щеке. Мать Ники утешающе обняла её, положив одну руку ей на голову, а второй притянув за плечи. В нос Соль Хи ударил приятный аромат парфюма, а успокаивающий шёпот на ломаном корейском смог успокоить рыдания. Они постояли так ещё минут пять, пока Хи не прекратила рвано всхлипывать и вздрагивать. В конце концов Нишимура Мизуки её отпустила и участливо заглянула ей в глаза: — Пришла в себя? Хи стыдливо кивнула и сказала на японском: — Извините, — она поклонилась так низко, что чуть не стукнулась лбом о свои колени. Мизуки отмахнулась и, тоже перейдя на японский, сказала: — Не извиняйся. Я могу как-то помочь тебе? Соль Хи в очередной раз стыдливо покачала головой: — Нет, но спасибо. Извините ещё раз за беспокойство. Нишимура Мизуки сложила аккуратные брови домиком и сочувственно вздохнула, когда Соль Хи выбежала из уборной, бормоча что-то про то, что нужно вернуться к работе. Соль в очередной раз спряталась на кухне, слыша, что из студии всё ещё доносились голоса ребят. Но внезапно дверь распахнулась и в кухню вошёл Чонвон, с пакетами японских вкусняшек, которые привезли родители Ники. Встретившись с ним взглядом, она быстро опустила голову, стараясь скрыть заплаканное лицо, но спохватилась она поздновато. Чонвон присел рядом и заглянул ей в глаза: — Всё совсем хреново? — это звучало даже не как вопрос, а скорее как констатация факта. Хи поджала губы и кивнула. Он наверняка догадался о приблизительной причине её подавленного настроения двадцать четыре часа в сутки. Чонвон накрыл её руку своей и ободряюще сжал: — Я уверен, что ты сможешь это преодолеть, Соль Хи, что бы это ни было. Просто помни, что если захочешь выпить, теперь у тебя есть компания. Соль Хи невесело фыркнула на эту нелепую шутку, которая, как ни странно, смогла приподнять ей настроение, и ответно улыбнулась Чонвону, заглянув в его кошачьи глаза.