Брат

Зона, что когда-то была «спасением» для выживших, отныне представляет собой пристанище для тех же самых, а заведует этим самым пристанищем, на подобии точки магазина менеджер, община, главы у которой, как правило, не бывает, ведь когда главны все, то значит не главен никто. Однако правило это действовало совсем недолго. Всё-таки людей должен кто-то контролировать, иначе от общины в ближайшие же недели ничего бы не осталось. На себя эту неимоверно тяжкую ношу предпочёл взять некий Лобо: высокий мужчина, что точно не старше 40-ка, тёмная-тёмная кожа, что едва светлее его длиннющих дредов, широкая улыбка во все 30 с чем-то жёлтых зубов, мускулистое телосложение, которым тот не особо любит хвастаться. Пусть он и не был явным лидером обосновавшейся здесь группы выживальщиков, его более, чем уважали, а некоторые даже любили. Поэтому ни одно решение не принималось без его голоса, что не очень-то нравилось враждебным ко всем и вся (в том числе и чужакам в лице той же Грейс). На плечах Лобо лежала не только целая община, но и его собственная оружейная лавка, ведь мужчина был спец в этой непростой теме, в которой при нынешних реалях разбираться приходиться чуть ли не каждому — тут уж хочешь, не хочешь. И в этот раз, будто бывает иначе, девушка застала своего давнего знакомого за чисткой товара, от которого тот оторвался не сразу, чем-то напоминая ей себя же. — Кто пожаловал!.. — протянул тот, вальяжно разведя накаченными руками в стороны, и тёмные очки сами собой спали к кончику его острого носа. — Привет, Блейд. — обронила девушка, облокотившись на прилавок, и посмотрела в его красные глаза, которые тот поспешил прикрыть очками, нервно кашлянув. — Как дела? Как бизнес? — Всё как всегда. — пробормотал занято мужчина, скрестив руки на груди. — А ты чего пожаловала? Купить что нужно? — Патроны кончились. — пояснила Ридд, постукивая тихонько пальцами по стойке. — На всю оружку сразу. — Как же так? — удивился Лобо, вскинув брови. — Наверняка чудом дошла до нас? — А то. — усмехнувшись робко, вздохнула она. — На стаю нарвались. Чуть в клочья меня не разорвали. Ну а остальным повезло меньше. — Что ж… С кем не бывает… Но главное, что ты здесь. — подметил оружейник и полез под прилавок, где у него и лежала целая куча самых разных снарядов, патронов и прочего для одного лишь существования в мире вампиров. — Что нужно то? — Для винтовки немного и чутка побольше для пистолета. — ответила Грейс, не мешкая. — Понял. — басом прокряхтел мужчина и вывалил на стол две небольшие картонные коробочки, что были размером под четыре или около того спичечных коробков. — Что взамен предложишь? Отпрянув от прилавка, девушка, оглядевшись вокруг, кивнула в сторону устрашающей многоэтажки и, пересекнувшись взглядом со знакомым, сунула коробочки с товаром в карманы спортивных штанов. — Чэнг! — подозвал своего товарища по общине и по прилавку мужчина, и к ним в спешке подскочил молодой парнишка, что был едва старше гостьи-покупательницы, которая была поистине постоянным клиентом Лобо. — Подмени меня на минут 20. Я на перекур. Тот же без лишних вопросов взялся выполнять поручение старшего и, ограничившись кротким кивком, встал на место мужчины, который, в свою очередь, повёл девушку в здание, на бетонных стенах которого виднелись совсем не маленькие трещины. Минуя коридоры, в которых стояли по одиночке или же по мелким группкам члены общины, добрая половина которых не упускала возможности одарить незнакомку не самым приветливым взглядом, что нарочито игнорировала девушка, которой было далеко не в первой. Однако стоило только заметить рядом с ней Лобо, как вся враждебность пряталась под их трусливой маской, и все скорее утыкались глазами кто куда, лишь бы не нарваться на неприятности, что, как известно, нужны только последним глупцам. Ободранные обои блеклых оттенков, дряхлый пол, что проминался в некоторых местах под весом обычного человека, — отныне лишь так можно было описать едва ли не все когда-то жилые дома городов мира, где всё стало гораздо сложнее. Где-то было чуть лучше, ну а где-то наоборот. Сравнивать, а уж тем более мечтать о переезде в другой край земли ни у кого времени не было, ведь волновало только одно — сохранение своей жизни. Поднявшись на достаточно высокий этаж, на котором не хватало целого куска здания, что словно вырвали нагло или же вовсе откусила огромная вампирская пасть. Это же чудное место, что было чуть ли не любимым у оружейника, тот называл и считал полноценным балконом, где он частенько курил, отдыхая и размышляя насчёт нынешней действительности и того, куда окунулся с головой мир. Мужчина, подойдя к самому краю, устало вздохнул и, вытащив из-под кожаной жилетки толстую сигару, закурил от души, принявшись расслабляться. Глаза девушки мельком пробежались по округе и та, пожав вяло плечами, спрыгнула с небольшого обрыва к дымящему, глядящему словно в саму неизвестность. — Вот. — будто из ниоткуда, а если быть точнее из рюкзака, полного всяким, появился в руках Грейс пакет, в котором обычно продавали когда-то специи про запас, с алой жидкостью, что та протянула Лобо и поспешно сунула руки в карманы. — Животная? — уточнил тот, с сигарой в зубах разглядывая пакет на робком свету. — Нет, своей накапала. — буркнула Ридд, вяло закатив глаза. — Ха-х… — вырвалось у мужчины, что, вдоволь насмотревшись на «подарок», спрятал его под жилетку к сигарам, которых у него словно было всегда навалом. — Благодарю. — Зачем вампирам нужно охотиться на своих же? — недоумевая, бормотала себе под нос девушка, пребывая в кротких размышлениях, что нарочито не давали ей покоя. — Что? — переспросил он, ведь, пусть и всё услышал благодаря своему прекрасному слуху, присущему всем вампирам, не до конца понял, что имела ввиду та. — Когда мы нарвались на стаю, я спасла девушку, что позже оказалась вампиршей. — пояснила Грейс, лицо которой, как и бывает обычно, было совершенно невозмутимым и спокойным. — Как прояснилось, эта стая гналась по её душу. И теперь меня мучает вопрос… Зачем же вампирам охотиться на своих? — Ну, люди частенько поступают в точности также. — подметил Лобо, выдыхая густой дым в холодный воздух вечной осени. — Думаешь, мы этим не грешим? — Так просвети. — махнув робко рукой, обронила она. — Мы же с вами… По сути, ничем и практически не отличаемся. — молвил мужчина, не забывая покуривать крепкую сигару. — Только снаружи чутка и вкусовыми предпочтениями. А вот внутри мы с тобой абсолютно одинаковые. И даже не спорь. — Знаю. — прошептала Ридд, кивнув. — Иначе бы, как и все, люто ненавидела вас. — А что с той вампиршей? — поинтересовался тот, предавшись лёгкому волнению. — Не тронула, не волнуйся. — заверила его девушка, что редко лгала. Особенно тем, с кем ещё хотела иметь дело. — Отвела в безопасное место и пошла дальше. — Благородно с твоей стороны. — покачав головой робко, вздохнул Лобо. — Тебе известно её имя? Или вы не успели познакомиться? — Я сказала ей своё имя и ушла. — пояснила Грейс, потянувшись. — Надеюсь, мне не обернётся это боком. — Что именно? — будто не понимая, ухмыльнулся мужчина. — Будь осторожнее, Лобо. — твердила та, вздёрнув подбородок. — А то те, что тебе сейчас кажутся друзьями, вскоре станут твоими убийцами, заметив твои сточенные клыки и странного цвета глаза. Похлопав аккуратно товарища по крупному плечу, она, сунув наушники от плеера в ледяные уши, поспешила покинуть балкон, затем здание, а затем и саму общину, где той всё равно были не рады.

«Come as you are, Аs you were As I want you to be As a friend, as a friend As an old enemy…»

Она знала, что никогда не станет частью какой-либо общины и даже группы выживальщиков, в которых всё-таки нередко появлялась, когда одиночество надоедало. Однако девушка достаточно быстро понимала, что куда безопаснее выживать и гулять по разрушенному городу в одиночку, нежели со всякими остолопами, которым доверяешь с трудом, если вообще это делаешь. Грейс никогда не давила лыбу ради кого-то, не притворялась кем-то, не строила из себя ту, кем не является и не будет являться. Ей это было чуждо, и она бы не стала опускаться до подобного даже под страхом смерти от рук вампиров или же своих сородичей. Таковы были её принципы, приоритеты, которые Ридд никогда и ни за что не изменит. Не только в силу своего упрямства и глупости может, но и по многим другим причинам, о которых та болтать не особо любит.

«Take your time, hurry up Choice is yours, don't be late Take a rest as a friend As an old…»

Небольшой магазинчик хозяйственных товаров попался на пути девушки, что не упустила возможности заглянуть туда, да погулять меж стеллажами, на которых могли остаться какие-никакие товары по типу толстенных верёвок или граблей, что она использовала для сооружения ловушек. Стеклянные двери давно были разбиты хулиганами в лице мутантов или же людей, которые Грейс миновала, позвенев тихонько валяющимися на полу осколками, и, включив маленький фонарик, что всегда висел на её ремне, на котором, казалось, было чуть ли не всё, что угодно, принялась изучать помещение, в тёмных уголках которого могло таиться всё и вся.

«Come doused in mud, soaked in bleach As I want you to be As a trend, as a friend As an old…»

Удар ножом приходится точно в сердце и ни на сантиметр кривее, отчего вампир содрогается от боли. Закричать ему, призвать своих сородичей Ридд ему не позволяет, прикрыв плотно тому пасть тряпкой, прижимая её рукой. Тоненькая струйка крови стекает неторопливо вниз по грязной футболке мутанта, которого та отпускать и не думает, пребывая в терпеливом ожидании его кончины. И, когда она всё-таки неизбежно наступает, девушка отпрянула от вампира, небрежно швырнув труп на пол. Отряхнувшись, Грейс закидывает к себе в сумку найденную верёвку и фонарь с батарейками и, перешагнув убитого врага, направляется к выходу.

«And I swear that I don't have a gun No I don't have a gun No I don't have a gun No I don't have a gun No I don't have a gun…»

Крыша очередного жилого когда-то дома, откуда видно пусть и не весь город, но его приличную часть, на которую та совершенно не прочь полюбоваться в сотый, если и того не тысячный, раз, сев на самый край холодного бетона, холод которого девушка давно перестала ощущать. Свесив ноги, выживальщица тяжело, устало вздохнула и схватилась руками за голову, которую нарочито тянуло вниз. Та гудела, но не болела. Это было привычное состояние Грейс, что слишком долго не испытывала никаких эмоций, что слишком долго не привязывалась к кому-либо, не говоря уже о том, чтобы дорожить. Об этом она не любила, не желала задумываться, поэтому забивала голову всякой чушью по типу той спасённой вампирши, судьба которой отныне почему-то волновала вечно невозмутимую и каменную Ридд.