Тайна и ложь

Наши решения показывают, кем мы являемся в действительности, гораздо лучше, чем наши способности. Дж. Роулинг

Гермиона была из тех, кто любит свою работу. Ничего неожиданного — сама выбрала, сюда стремилась, когда поняла, где её место в жизни. У неё не было желания заниматься академической или преподавательской карьерой, её жизнь была в борьбе, на острие. И мелочи, вроде малоприятного Люциуса, бывшая лучшая ученица Гриффиндора уж как-нибудь переживёт. Но всё же бывали и дни, когда она честно могла сказать, что на такое не подписывалась. И сегодняшний принадлежал к списку подобных дней. — У нас проблема, — министр магии Кингсли Бруствер обвёл усталым тяжёлым взглядом собравшихся на заседании совета. — Вчера мы получили известия о массовом применении тёмных артефактов в мире маглов. В конференц-зале повисла тишина. — Мне пришлось срочно общаться с магловским премьер-министром. Да и не с одним. А среди них есть такие упрямцы и тугодумы, что это оказалось, поверьте, нелегко. Собственно, пару раз, мне кажется, я общался, вообще, не совсем с людьми, — Кингсли тяжело тряхнул головой. — Но, друзья мои, случай тяжёлый. Мобильные магические отряды сейчас разбираются с происходящим, однако никто не гарантирует, что, во-первых, инциденты не будут повторяться, а во-вторых, что всё это не проявится в дальнейшем и у нас. — А можно чуть больше подробностей, чем было в донесении совы? — попросил непосредственный руководитель Гермионы. — Да можно, конечно, — министр магии снова тряхнул головой, чтобы прогнать наплывающий после тяжелой ночи сон. — Для маглов картина выглядит так, будто человек сходит с ума. Внезапно. На ровном месте. И ладно бы сам себя жизни лишает, или себе увечья наносит, или портит что-то… Но тут он при этом пытается прихватить как можно больше народу с собой. Массовые аварии, расстрелы в людных местах, нарушение техники безопасности при использовании приборов и оборудования. Даже стрелочник был, который вручную перевёл стрелку и чуть не лишил жизни людей в двух скоростных поездах. Снегоуборщики опять же, залетающие под самолеты на взлётной полосе. Много этого и идёт кучно. Мы сначала пытались справиться потихоньку, но масштабы растут. — Но у этого же должны быть причины? — удивлённо проговорила Гермиона. — Что обнаруживается на месте? — В том и дело, что мы наблюдаем всплеск тёмной энергии, предшествующий беде, но, когда появляемся на месте, там нет ничего интересного в большинстве случаев. — А в меньшинстве? — уточняет еще один участник встречи с лицом иссеченным шрамами от заклятий. — А в меньшинстве удаётся обнаружить тёмные артефакты. Самые неприметные вещи. Обычно украшения: подвески, настольные фигурки, пару раз предметы культа, вроде христианских нательных украшений. В этот момент все посмотрели на Гермиону: — Кресты и ладанки, — пробормотала женщина. — Многие маглы их носят в знак того, что принадлежат к определенному религиозному культу. Но это редкие случаи? — уточнила еще раз волшебница. — Да, по большей части ничего с тёмной энергетикой не обнаруживается. Полностью с отчётами можно ознакомиться в архиве. Вам всем организован допуск к этим данным. — Почему мы опасаемся, что ситуация может проникнуть в волшебный мир? — уточнил начальник Гермионы. — Собственно, всё это нисколько не проверенная информация. Она идёт из третьих рук, от гоблинов, а те, понятно, что и соврут — недорого возьмут. Но слух в том, что некто искал гоблинов, владеющих знанием о древних заклятиях разной степени опасности, среди них те, которые позволяют маскировать тёмные артефакты под обычные предметы быта, максимум непонятные, чужеродные, но настороженности обычно не вызывающие. Волшебница закусила губу и стала слушать ещё внимательнее, вспоминая недавнюю беседу с Малфоем. Всё было настолько похоже на его слова, что становилось тошно и муторно на сердце. Едва дождавшись окончания встречи, женщина чуть ли не бегом кинулась в кабинет. Она трижды составляла письмо для Люциуса, перечитывала и выбрасывала. Снова садилась писать. Ей хотелось донести важность своей просьбы о незапланированной встрече, но при этом не выглядеть ни приказывающей, ни лебезящей перед ним. С третьим пергаментом она всё же решилась отправить послание. Нервно бродила по своему небольшому личному пространству, пару раз вынимала книги по магии, стоящие на полке, но снова ставила их на место. По-настоящему полезных материалов здесь не было. В основном перечень различной юридической литературы волшебного мира и справочные пособия. Сова вернулась через два часа, когда молодая ведьма потеряла всяческий покой и, не зная, куда приложить душу, заплетала волшебной палочкой узелки на тоненькой проволоке, мастеря дочери игрушку, напоминающую одну из её собственных, оставшихся, как и весь мир детства, далеко-далеко от сегодняшней жизни. Бесшумные взмахи крыльев над головой закончились хлопком одного из них по носу, и птица, усевшись прямо на пергаменты на столе, принялась деловито чистить перья, намекая, что её курьерские услуги должны быть оценены по достоинству. Гермиона насыпала корма прямо на стол, правда в стороне от документов и вытащила из холщевого мешочка на лапе крылатой почтальонши коротенькую записку, гласившую: «Жду вас у себя дома. Я верю, что адрес врезался прочно вам в память». Никогда не говорите, что вы всё пережили и забыли, пока вам не предложат всерьёз вспомнить. Вы ни за что не узнаете, как оно на самом деле. В горле образовался ком, ноги стали ватными. Давно пережитая боль, настолько плотно вытесненная из сознания, что даже во снах почти не приходила, вдруг вспомнилась остро, и показалась даже больнее, чем было когда-то. Вспомнилось бешеное от наслаждения особенно страшное лицо мучительницы, отправляющей в тело заклятие, вспомнилось, как забывала бежать по сосудам кровь от невыносимого страдания. Чтобы вспомнить саму себя, Гермиона потянулась к сумочке и вынула зеркальце. Открыла его и тихо позвала: — Рон. В зеркале было только её отражение. Захотелось заплакать от бессилия. Плотно сжала губы, сдерживая набегающие слезы, но тут будто из ниоткуда появилась взъерошенная рыжая грива супруга: — Привет! Ты что? Что-то случилось? — тут же забеспокоился мужчина. — День тяжёлый, — почти не соврала волшебница. — Да, у нас с Джорджем тоже бардак, — пожаловался муж. — Всё-таки прислали они свою документацию на маховики. Это что-то! — последнюю фразу Рон произнес то ли с восхищением, то ли с неудовольствием. — А ты точно просто так? — опомнился внезапно Рональд. — Да, я что-то заскучала по тебе! — и теперь она однозначно соврала, но стало полегче, так что незачем беспокоить мужа. — Ладно. Побегу, у меня деловое свидание. Отправила зеркальцу воздушный поцелуй и захлопнула крышку. Черт с тобой, Люциус Малфой, хочешь так, будет так. Она выдержит. Гермиона вышла из кабинета и направилась из здания министерства. В том, что консультант решил её помучить, она не сомневалась ни секунды.