Свободный полёт

Скотт все-таки смог вытащить Винсента в клуб. Ему было максимально некомфортно, и он с огромным трудом выносил происходящее — даже мучительная смесь стыда и боли сменилась усталой апатией, лишь добавлявшей дискомфорта. Скотт был рядом, но это была не та атмосфера, в которой Винсент надеялся быстро взять себя в руки, да и алкоголь, смешавшись со страхом, лишь способствовал притуплению рефлексов. В какой-то момент Скотт неожиданно перешел на свой обычный язвительный тон и принялся обсуждать происходящее. — Эй! Молодой человек в объятьях уныния! Идём повеселимся! — проговорил он, дергая Винсента за рукав. Мужчина никак не отреагировал. Скотт стал терять терпение и нагнул голову, словно собирался схватить Винсента за горло. Потом рука его дрогнула и он, уже безо всякой надежды на успех, сжал кулаки. Винсент отстранился и пьяно помотал головой и в этот момент к ним подошли знакомые Скотта по работе. Они церемонно поклонились, поздоровались с ним и тут же пошли в его компании куда-то по своим делам. К Винсенту тут же подсела незнакомая ему девушка и говорила с ним минут пять, а потом, неловко обняв его за плечи, увела от бара. Винсент недовольно поглядел на неё, но всё же проследовал за ней к стойке бара. В этот раз напиток оказался очень крепким, и Винсенту с трудом удалось справиться с паникой, в которую он впал. Неожиданный поцелуй девушки и вовсе вызвал в нем приступ нестерпимой тошноты, которая вынудила его быстро покинуть барную стойку и очистить желудок в уборной. Для своей же безопасности он решил остаться в кабинке туалета до тех пор, пока наваждение не рассеется. Он по опыту знал, что если дама пожелает провести с ним остаток вечера, то уйти можно будет не раньше, чем к полуночи. «Мне нужен Скотт, — думал он, — а не эти многочисленные девушки. Почему мне нельзя влюбить в себя того, кто мне интересен? Я делаю что-то не так? Или тут нечто иное?» — он вытер рукавом выступивший на лбу пот и стал лихорадочно размышлять. Скотт нашёл его у стойки, где он, уже очухавшийся, угрюмо наблюдал за потягивающим виски барменом, который сидел на табурете и с интересом поглядывал в сторону танцпола. — Винсент! Ну ты что? Я тебя с девушками оставлял, а ты снова один хлестаешь очередное пойло? — Поинтересовался приятель. — Может, пойдешь с нами? Места всем хватит. Винсент отрицательно помотал головой и пожал плечами, показывая, что не понимает, почему это он должен куда-то идти в окружении этих раскрашенных в яркую пестроту людей. Но Скотт уже хлопнул его по плечу и заговорил в своем обычном жизнерадостном стиле. — Винсент, дорогой мой! Не валяй дурака и пойдем танцевать! Хочешь девчонок потискать? Ну или мальчишек… сейчас отыщем кого-нибудь! Винсент растерянно улыбнулся и послушно закивал. В итоге он танцевал со Скоттом медленный танец, так и не найдя себе собеседника. «Он это серьезно? … Опять трётся об меня, а не об кого нибудь из девчонок» — подумал Скотт и огляделся по сторонам. — Винсент, положи руки на плечи, а то мы выглядим слишком вызывающе. Нам надерут задницы за подобные нежности… Винсент понял, что над ним смеются, положил руки на плечи и выпрямился. — Что? Кажется ты прав… Я видел как парочка человек танцевала стриптиз, так что мы ещё не слишком вызывающе выглядим. Скотт улыбнулся и подмигнул Винсенту, от которого не укрылась странность этой улыбки — её губы совершенно не двигались, что было похоже на беззвучную мультипликационную гримасу. — Значит это были либо девушки, либо парень с девушкой! В таком случае контингент только рад будет в отличие от пары из двух мужчин. Винсент видел, что Скотт ему подмигнул — это повторялось всё чаще и чаще и наконец стало восприниматься как само собой разумеющееся, хотя за подобное могли и по почкам настучать. — У вас такой одеколон приятный, — сказал Винсент чувствуя как кровь приливает к голове. — Немного напоминает цитрусовый аромат, который мне нравится. Скотт чуть наклонился к Винсенту и заговорил в каком-то странном ритме — то напевал, а то как бы тихо пел или даже шипел. — Ага…духи с феромонами! На женщинах должны работать, но видно бракованные подсунули. Винсент понимал, что не успевает на всё реагировать, и поэтому с каждой секундой всё глубже и глубже погружался в чёрный транс с острее присутствующей в воздухе психической энергией, сквозь который доносились только звуки поп-музыки и хохоток публики. Ощущение нарастающей беспомощности стремительно уходило на второй план, уступая место холодному расчету. — Простите, что сработало на меня, а не на девушек. Хотя я тоже хороший вариант, и без меня точно вы не останетесь. Скотт снова ухмыльнулся. В его ухмылке не было уже никакой угрозы, как не было и веселья. — Мне кажется, на тебя сработает все что угодно после долгого заключения. Вам, наверное, даже предлагать не надо. — продолжил он уже монотонно. — Хотя я не углядел с твоей стороны хоть какую-то «активность», а это значит я продолжу говорить, что ты импотент. Так легче объяснять все начальству! Давай без скандалов… Винсент повернул голову вбок, уловив мгновенное изменение в силуэте Скотта. Он не успел даже понять что происходит, но уже стало ясно, что движение в его сторону означает только одно — вызов. — Опять вы меня обижаете, молодой человек. Если я предложу кому-нибудь «пошалить», то меня загребут за домогательства, так что позорится не стоит. Скотт поднял правую руку вверх и сжал пальцы в кулак. Он держался совершенно расслабленно, хотя Винс и был на полторы головы выше его, но выглядел при этом удивительно грациозно и быстро. Одновременно с этим он расслабил руку, опустил кулак и довольно небрежно помахал им над головой, после чего снова уставился на Винса. «Вот ведь подлая натура, — подумал Винс, — не могу устоять перед искушением и начинаю играть под него. Сейчас врежет мне как следует, хотя, по логике вещей, имеет на это полное право» — он перевел глаза на Скотта и положил голову ему на плечо, чтобы сделать вид, что задремал. — Дылда, — прошептал Скотт, — ты, наверно, уже забыл где мы находимся. Чем ты питаешься, чтобы быть таким длинным? Все детство творогом питался, но результат нулевой… лучше конфет бы поел лишний раз… Винсент уже почти отключился, когда все же услышал голос Скотта. — М? Нет! Вы выглядите очень мужественно! У вас на лице такая печальная сосредоточенность, что я могу поклясться — вы настоящий мужчина и способны постоять за себя в любой ситуации. Поправив очки Скотт внимательно посмотрел в лицо Винсенту. В этот момент Винс почувствовал внезапную слабость и подумал, что ему снится кошмарный сон. Его затрясло так, что, казалось, сейчас он потеряет сознание, а Скотт одобрительно зааплодировал. — Гениально! Легко тебе об этом говорить, ведь ты выглядишь как самый настоящий пример мужественности… — он задумчиво покачал головой. — Тебе ничего не стоит меня зажать и опустить с такой-то силой. Хотя наверное об этом были мысли раз уж ты не традиционных взглядов, а я тут стою с тобой рядом весь такой «фарфоровый»… Винсент почувствовал, что еще чуть-чуть — и он упадет в обморок. Он покраснел и опустил глаза. — Я не думал о подобных вещах, — сказал он, наконец. — Мне неловко даже касаться вас, а тут такое. Моя любовь граничит с уважением к вам и мне действительно очень больно, когда вы выражаете презрение подобным образом. Давайте выйдем отсюда, а то мне не хорошо… Они вышли на свежий воздух и Винсент опустил голову на грудь. «Ну конечно! Не думает он о таком… в личном дневнике страниц пятнадцать есть точно об этом. Надо бы хоть одну перечитать… Потом» — размышления о личных дневниках привели к совершенно неожиданной для него мысли — он вдруг понял, что страшно хочет прикурить. — Огонька не найдется? — спросил он хриплым голосом. Судя по всему Винсент все же обиделся и решил съязвить. — Курить очень вредно для здоровья. Если много курить — будете чахнуть и увеличиваться в длину перестанет ещё и ваш верный друг чуть ниже живота. Скотт закашлялся и вытащил из кармана зажигалку. Мысль о вреде курения его несколько смутила, и он принялся щелкать зажигалкой слишком долго и резко, но все же ему удалось поднести её к фильтру.