Степень продуктивности

Дзёно стянул с ладони белую атласную перчатку, уже грязную после полного рабочего дня, и протянул руку вперед, сложив пальцы вместе, так образовав что-то вроде чашечки. Мелкие дождевые капли стали скапливаться и скатываться по ладони. Погода только начинала портиться, а по ощущениям до развития этой мороси во что-то мощное времени было предостаточно. Одним резким движением Дзёно встряхнул руку и спрятал в карман, прежде надев перчатку обратно. Действие это было исключительно с оценочной целью. «Стоит ли пойти другим путём?» — подумал он, проходя мимо переулка, который, кажется, должен был вести к другой, более короткой дороге до дома. По крайней мере, Дзёно помнил, что навигатор предлагал несколько маршрутов — один из них тут — когда он только заселился в свой нынешний дом. С одной стороны, быстрее попасть домой сегодня бы не помешало, ведь зонт благополучно остался лежать дома впервые за всё время пребывания тут, ибо ещё с утра синоптики обещали ясную погоду, но что-то не сложилось. С другой стороны, как же сильно не повезёт здесь заблудиться именно сейчас… стоило проверить этот путь и раньше, наверное. Дзёно жил в частном доме на окраине столицы Франции уже почти год — заселился спустя пару дней после «распада» (как он считал) Ищеек, к коему привела ситуация с вампиризмом. За этот год мысль немного сократить путь возникала не раз, но вот идей, почему каждый раз откладывалась, ноль. «Когда-то это всё равно должно произойти», — решил он, свернув с привычного тротуара спустя считанные секунды мешканья и остановки. Возможно, потому что совершенно другое забивало его голову на протяжении всего маршрута, а некоторые мнимые обрывки этой внезапной идеи свернуть лишь метались на заднем плане. Довольно неудачный день выдался сегодня. У кого-то пригорели тосты с утра, задалось плохое настроение. Тот самый «кто-то», работающий в школе, от этого не пожалел поставить ученице двойку. Родители ученицы полчаса выслушивали жалобы и нытьё нездорового чада, а после, уставшие, стали снимать стресс не самым тихим способом. Разумеется, бессонница и озлобленность на глупых людей настигла их соседей, и так далее… в общем, дошла эта цепочка и до главнокомандующего в отделении, где работал Дзёно. Ему досталась ненавистная бумажная волокита до тех пор, пока не пришёл его командир, чтобы забрать весь свой отряд по другим, более интересным делам, то есть более близким к их рутинной работе, но случилось это уже чуть ли не под вечер. Так, Дзёно умаялся за этот сидячий день по вине чьей-то ментальной нестабильности и неумении держать свои эмоции при себе. Началось это с обычного тоста или с кого-то, кто работал на заводе, испортил хлеб и не снял брак — неясно. «Глупо злиться на всех вокруг», — устало вздохнул Дзёно на работе, продолжив считывать в компьютере скучные документы при помощи экранного диктора. Может, поэтому он так сильно задумался, был полностью погружён в свои мысли, наконец-то свернул в манящий переулок. Предположительно он был уже совсем недалеко от собственного дома, но где-то рядом раздался резкий крик. Прямо впереди. — Бегите, месье! Пожалуйста, мне тяжело сопротивляться! Убегайте скорее и позвоните в полицию! Шум быстро вывел Дзёно в реальность, так что сообразить за считанные секунды не составило труда. Само собой, обращались к нему. Он встал прямо посреди улицы и стал спешно оценивать обстановку. — Ну же! Осторожно! Лезвие меча, что держал кричащий гражданин, резко вытянулось и направилось прямо на Дзёно. Он применил свою способность, избежав порезов, и услышал облегчённый вздох человека, что прямо сейчас не мог контролировать свою способность. На побочный эффект после применения каких-либо лекарств было не похоже по масштабам и вменяемости кричащего человека, значит, его точно контролировали прямо сейчас. Кто-то другой, способный управлять другими людьми или их способностями. Определить, благо, было совсем несложно. Дзёно вновь использовал свою способность, чтобы незаметно подойти к тем двоим, что спрятались за углом дома и явно нервничали, если верить их сердцебиению. Ну, и голосам, конечно. — Быстрее, Люсиан! Телепортируйся и бери кошелёк! — Не могу, пока ты не захватишь его полностью, я боюсь! — Да я тоже не могу, он сильно сопротивляется! Давай быстрее, он не сможет тебя поймать, пока я мешаю! — Не поймает, зато запомнит! Я так и без тебя воровать могу! Дети. Это дело было раскрыто и решено за секунды — Дзёно оказался у них за спинами, тут же схватив за шкирки. С писком «ой» один из них тут же исчез из рук, словно провалился, а после оказался на несколько шагов дальше. Кажется, он мог телепортироваться на очень маленькие дистанции. Второй — тот, что всё ещё был в руках, попытался выбраться, но оказалось бесполезно. — Я не могу управлять двумя сразу, помоги, Люсиан! — мальчик начал барахтаться в руках ещё сильнее, явно паникуя. Он даже стал терять контроль и над своей способностью, потому что мужчина с клинком стал в два раза более шумным. — Не могу, прости, друг! Тот, что мог телепортироваться, успел дёру со всех ног дать, а Дзёно как будто плевать. Или не как будто. Он явно это просто проигнорировал, а потом шикнул «успокойся» тому ребёнку, что остался с ним. — Отмени способность. Спокойный, но резкий тон Дзёно сработал, хотя мальчик уже начал рыдать. Скорее всего, правда, из-за того, что его бросил друг. Дзёно поставил ребёнка на землю, вздохнув. Его раздражали плачущие люди в целом. — Ты можешь идти. — А? — мальчик, уже чуть ли не трясясь от произошедшего, наконец-то повернулся к Дзёно и смог его рассмотреть. По форме было понятно, что это военный полицейский. Его окутал ужас из-за возможного будущего после такой неудачной попытки первого преступления в надежде заработать денег. Ещё и, казалось бы, друг, так сильно подвёл. Мерзавец. — Иди, и чтобы больше я тебя не слышал, — Дзёно присел и наклонился так, что его лицо оказалось на одном уровне с лицом мальчика. Он улыбнулся, — но если злой дяденька-полицейский узнает, что ты вновь занимаешься плохими вещами, то накажет по полной программе. Это понятно? Испугавшись Дзёно до полусмерти, ребёнок несколько раз кивнул, даже не сообразив, что этого не могли увидеть, и побежал вслед за другом, то и дело поскальзываясь на промокшей дорожной плитке и шмыгая носом. Дзёно, поправив фуражку, развернулся и пошёл дальше в сторону дома, пока его не окликнули сзади. Конкретнее, тот самый мужчина, что не мог управлять своим клинком. — Вы спасли меня, премного благодарен. Мне в том состоянии было довольно проблематично сообразить, как вновь контролировать свою способность, при этом не убив преступников. Дзёно кивнул и хмыкнул. У человека прослеживался явный японский акцент, да и французский звучал довольно неуверенно. Также Дзёно смог определить, что сам был ниже него где-то на пять сантиметров, а больше у него и не было желания анализировать случайного встречного. — Однако Вы их отпустили. — Два ребёнка, попытавшиеся украсть у прохожего кошелёк. Явно делают это впервые, учитывая, что мальчик не может даже нормально управлять своей способностью, да и их планирование хромает. Вы, конечно, можете ждать полицию под дождём, чтобы этих двоих отвезли в участок и провели одну воспитательную беседу, ведь это их первый раз, да ещё и неудачный. Но, знаете, я не горю желанием. Считайте, что я сам провёл эту беседу вне участка, как полноправный полицейский. Или думаете, что тот ребёнок был недостаточно напуган моими словами? Конечно, по дыханию и сердцебиению того неудачника-ребёнка было понятно, в каком же ужасе он стоял перед настоящим полицейским. Да и кто бы не испугался, случись у него такое… — Вы правы, — ответил незнакомец, увязавшись за Дзёно хвостом прямо к его дому, — но не во всём. Сообщник, что сбежал первым, явно заботился о собственной шкуре. Разве стал бы он действовать со своим напарником так радикально, прежде не удостоверившись, что это увенчается успехом? Как минимум этот самый напарник должен был продемонстрировать принцип работы своей способности на себе самом. Дзёно тяжело вздохнул, продолжив молча идти к своему дому. Ему все эти разговоры были не особо интересны, честно. Хотелось прийти домой, поесть и лечь спать. Впрочем, как и обычно. — Исходя из этого, дело вот в чём: они попытались провернуть свой план, но не ожидали сопротивления, которое я оказал. Он пытался взять под контроль мою способность и управление клинком, однако не рассчитали разницу между нашей мощью. Так и получилось, что мой самоконтроль и сила нарушили все злодейские умыслы. Назвать «злодейскими умыслами» обычное воровство кошелька двумя детьми из нищих семей у самого Дзёно язык бы не повернулся, в отличие от, кажется, очень принципиального незнакомца. Детская шалость, он в их возрасте и похлеще вытворял… в самом деле имея злодейские умыслы. И ему стало очень смешно с «самоконтроля» и «силы», которые себе присваивал этот человек. Может, сопротивление он действительно оказал большое, но крики и хаотичные движения говорили об обратном. Дзёно стало даже немного жаль, что он не мог увидеть лицо этого самовлюблённого мужчины, когда он гонялся за своим мечом, пытаясь его удержать. — Способность управлять клинком? Длиной и формой что ли? — переспросил он, на секунду позволив себе задуматься о чём-то другом, не связанным с происходящим, — напоминаете мне одного старого знакомого, только он не такой слабак. Тем не менее, Вы правы лишь потому, что я не хочу забивать свою голову этим детским садиком и мусором. Теперь извольте оставить меня в покое, пока Вы не начали раздражать меня слишком сильно. — По поводу способности… всё не совсем так, но не суть. Слабак? Знаете, я бы не использовал такие сильные заявления, пока Вы не знаете своего собеседника, — прозвучало совершенно непринуждённо и без упрёка от этого незнакомца. Он даже улыбался, пока говорил это, словно просто услышал какую-то забавную шутку, — опять же, я просто не хотел навредить детям. «Как же мне наплевать». — В любом случае, я в большом долгу перед Вами. Скажите, чем я могу отплатить?! «Этого ещё не хватало». Дзёно попытался как можно быстрее отмахнуться от него. Уже очень хотелось прибить дурака, но было нельзя… работа не позволяла, чёрт бы её побрал. — Вы сделаете мне большое одолжение, если отстанете прямо сейчас. — Это непозволительно! Вы так помогли мне, я не могу игнорировать свой долг. Разрешите хотя бы угостить чем-нибудь. — Не шляюсь по домам незнакомцев. И по ресторанам с ними тоже. — Позвольте- — Не-ин-те-рес-но. — Но, месье- — Мне наплевать! — Я обязан! Дзёно чуть замедлился и покачал головой. Принципиальный негораздок, ему с такими уже приходилось дело иметь. — Вы и впрямь мне кое-кого напоминаете, — устало сказал он, приложив ладонь ко лбу, — хорошо, можете написать благодарность в Центральный штаб военной полиции на имя Сайгику Дзёно. Вы прекрасно искупите свой долг, если мне выпишут премию просто так. — Я знаю, что за одну лишь благодарность военным полицейским не положена премия. А Вы никак не сможете подтвердить свои заслуги, потому что отпустили тех детей и не собираетесь их наказывать. «Прицепился же!» — Чего Вы от меня хотите?! Я же сказал, что мне не нужны никакие отплаты. От Вашей левой ладони пахнет кровью, позаботьтесь лучше о себе. — Поверьте, с моей ладонью всё в норме. Вы помогли из добрых убеждений. — Нет, Вы просто мешали мне пройти, встав прямо посреди дороги. — Да, и Вы могли использовать свою способность, чтобы сбежать. Как и сейчас, но почему-то этого не делаете. Не поймите неправильно, я бы не преследовал свою навязчивую жажду справедливости, если бы видел, что Вы действительно против. — Если я пойду домой в форме частиц, промокну полностью под этим дождём. Сейчас же меня защищает одежда. — И Вы посчитали, что проще в одиночку расправиться с двумя преступниками, вызывая себе ряд проблем, так же ненадолго воспользовавшись способностью, чем сделать то же самое и сбежать к ближайшему укрытию, от которого пойти пешком? — спросил мужчина, всё также не отставая от Дзёно, несмотря на всё более ускоряющийся темп, — дело в том, что Вы герой, решивший помочь- — Да хватит уже! Дзёно резким движением схватил надоедливого мужчину за воротник и прижал к стене ближайшего дома, обнажив своё оружие — катану, с которой всё никак не мог расстаться, игнорируя удивление по этому поводу своих сослуживцев-французов, пользовавшихся другим орудием. Он был прав, Дзёно действительно помог из личного желания и он не сбежал, потому что этот незнакомец был ему самую малость интересен. Но это не должно было вскрыться. Будь же проклята наблюдательность этого человека. — Я ненавижу, когда кто-то лезет не в своё дело. — Хорошо, извините. Дзёно вздохнул, отпустил его и продолжил идти в сторону своего дома. На удивление этот японец от него отстал, просто оставшись на месте и глядя ему в след. Его грызли мысли по поводу нарушения семейных самурайских традиций, из-за чего он кусал губы, стараясь не продолжать доставать Дзёно. «Может, всё же получится написать благодарность», — решил он. Только вернувшись домой, Дзёно устало переоделся в сухие домашние вещи, оставил свою форму на сушилке и включил радио, пока разогревал на сковороде ужин в виде маленьких замороженных шоколадных круассанов, а ещё ждал, пока чайник закипит. Ощущалась парижская жизнь, пожалуй, только так. Радиостанции не вещали ничего интересного, поэтому Дзёно не особо старался вслушиваться, подперев подбородок ладонью. Дождь за окном, если верить шуму, постепенно усиливался, нагоняя какую-то тоскливость, вечно сопровождающую Дзёно из-за отсутствия перемен и целей. Ему было совершенно не на что жаловаться — место работы идеально, отряд замечательный, никто не лезет в душу, не сходит с ума, не мешается, а лишь чётко выполняет поставленные задачи и возвращается к себе. Место жительства тоже было хорошим, как Дзёно и хотел, когда согласился переехать во Францию — никакого шума и прочего, зато наличие абсолютно всех удобств. Только что делать теперь? Оставив негативные размышления на какой-нибудь следующий раз, Дзёно убрал грязную посуду в раковину и, потянувшись, пошёл ложиться в постель, где перед сном прослушал на телефоне несколько серий аниме, которое так долго откладывал на потом, порадовался неплохому началу и наконец-то лёг спать. Впрочем, совершенно обычный день. Но утро задалось крайне плохо, если сравнивать с типичным будничным началом. Во-первых, из-за благополучно забытого окна, открытого всю ночь, в квартире стоял жуткий дубак, несмотря на то что было только начало осени. Во-вторых, Дзёно понял, что кончился последний флакон его любимого геля, привезённого ещё из Японии, когда он решил принять горячий душ с утра, чтобы согреться. Достать то же самое или хотя бы что-то схожее в другой стране — та ещё морока, и Дзёно проклинал тот факт, что не заказал новую партию или не привёз с собой большее количество бутылей. Преимущество конкретно данного средства над другими было в том, что оно не имело абсолютно никакого запаха, зато хорошо очищало и смягчало кожу. А гели для душа Дзёно жаловал только с очень слабыми запахами, так как его рецепторами другие всё равно ощущались слишком резкими, если чуять их с себя. Опять же, он встречал действительно подходящие экземпляры только в Японии — интересно, можно ли ещё найти тот самый шампунь с приятным фисташковым ароматом. В общем, утренний душ нормально не задался. Пора было собираться на работу, и сегодняшний день обещал оказаться ещё тяжелее, чем утро, учитывая предстоящее совещание в Париже среди военных представителей более десяти стран, где должен был решиться и созревший относительно недавно вопрос с Мафией, перебравшейся и бушующей в Западной Африке. Дзёно обязан был там находиться, как человек, который в первую очередь отправится на эту миссию. Именно ему и поручил это дело командир, так что большинство деталей и объяснений лежало конкретно на его плечах. Ну, и на плечах его напарника, который не мог посетить это совещание по причине элементарного незнания (точнее, плохого знания) английского. Так, приехав в центр города вместе с генералом, они выпили по чашке кофе в ближайшем кафе вместо полноценного обеда и направились прямиком к главному зданию, в котором располагалось Министерство Обороны Франции. Это было местом, назначенным для встречи. Если опустить большинство формальностей, что были присущи началу этой встречи, следует перейти прямиком к выступлению командира отряда Дзёно, генерала Пьера, который стал кратко излагать всё основное, поднявшись со своего места. — Итак, недавно в наши руки перешло дело, вернее, поступило вместе с просьбой о помощи от местных властей. Шайка мафиози, по предварительным данным беглых из Бельгии, недавно была разоблачена и обнаружена засевшей в Западной Африке. На их руках литры крови, по меньшей мере десяток убийств, а также несколько крупных краж. Дзёно слушал, сложив руки на груди и распрямив ноги, то есть приняв максимально свободную и раскрепощённую позу, даже если это казалось немного неуместным. Ему не хватало только ещё одной чашечки кофе, коли не задалось и утро, и тревожный сон в холоде. — Объясняю: пару недель назад они оставили записку с требованиями, касающимися выкупа украденной дочери нашего французского министра. Само собой, преступников собирались перехватить прямо во время обмена девушки на деньги, несмотря на риск, но нескольким отрядам полиции этого сделать не удалось, потому что врага недооценили. Они произвели выкуп, но не смогли поймать ни одного члена Мафии, при этом некоторые сильные бойцы получили травмы при поединке. Отрепетированная речь была известна Дзёно целиком и полностью, однако он продолжал слушать, одновременно концентрируя внимания и на сердцебиении некоторых присутствующих, просто потому что это как-то разряжало обстановку и привносило интерес к происходящему. — Тем не менее, им удалось раскрыть некоторую информацию о способностях неприятеля и найти их базу, проведя аккуратную слежку. Правда, попытка нападения и захвата базы тоже не увенчалась успехом. Генерал вздохнул, прежде чем продолжить. — Я не уверен, связано ли это с сильной разницей между силами бельгийской Мафии и африканской полиции за счёт разрыва в развитии этих стран, но таков итог. Мафия вновь сбежала и сменила своё укрытие, отправившись в соседнюю страну. Но дело поступило к нам ещё немного позже, с дополнительной информацией, полученной благодаря усилиям тех же самых полицейских. Дзёно прочистил горло, понимая, что скоро придёт время и для его речи. — Мы знаем, что на данный момент мафиози владеют целым отелем в прибрежном городе Бенина, откуда им очень удобно и выкрадывать людей, и переманивать к себе, так или иначе шантажируя. Это их новое укрытие, точнее, база, которая раньше была «запасной», и так как действовать напрямую, скорее всего, будет опасно, исходя из предыдущих попыток, мы решили организовать секретную операцию, целью которой будет точное раскрытие личности каждого мафиози и безопасное освобождение жертв-заложников. Также, само собой, помимо раскрытия личности обязательно устранение или захват каждого преступника. Дзёно опёрся ладонями о стол и поднялся с места, быстро поправив на себе всю одежду. Он знал, что сейчас внимание практически всех присутствующих было приковано именно к нему. — Я передаю слово Сайгику Дзёно, моему подчинённому, члену элитного отряда и непосредственно человеку, который примет участие в операции вместе со своим напарником. — Кхм, — Дзёно услышал чей-то вздох, но не обратил внимания, будучи сконцентрированным на речи. В отличие от командира, он должен был говорить всё по памяти, ведь не мог подсмотреть в какую-нибудь бумажку с речью, — я перейду сразу к основному, потому что подробности каждому присутствующему знать необязательно. Дзёно выпрямился, надеясь, что командир не будет против того, что ему не хотелось лить на уши кучке военных много воды. — Секретная операция по проникновению в отель под видом обычных посетителей. Из отряда не может отправиться более двух-трёх человек одной национальности, иначе такие большие группы могут вызвать огромные подозрения у членов Мафии или вовсе спугнуть их. Помощи небольшого количества человек, сосредоточенных именно на сражениях с сильными эсперами, будет достаточно, потому что расследование, разработку плана и поиск слабых мест я в основном беру на себя. Хотелось пить, если честно, и Дзёно было тяжело внятно говорить длинную и правильную речь на английском языке. Даже прожив год во Франции, он не мог свободно общаться на французском, чувствуя скованность, а с английским, который редко практиковался в его работе, было совсем не очень. Но всё равно получше, чем у его напарника, который даже пытаться обучиться не хотел. — Разумеется, для каждого участника будет придумана своя история заселения в отель — туризм, посещение родственников и так далее, заезжать внутрь мы также должны в разные дни по очереди. Само собой, никакой военной формы и торчащего оружия быть не должно. Из плюсов пришлось бы кстати знание французского — официального языка, либо же фона и йорубы — неофициальных, хотя я и сомневаюсь, что последние два кому-либо знакомы. Думаю, с главными деталями я закончил. Дзёно опустился на место, после чего его командир вновь сказал, что будет признателен помощи и ждёт обращений либо писем в конце совещания. Все кивнули и коротко перешептались по поводу ситуации, после чего главнокомандующий английской армии стал говорить о делах своей страны, сменив тему обсуждения. Так пришлось просидеть ещё около полутора часов, выслушивая речь каждого из присутствующих о том, что их волнует или с чем нужна помощь. Дзёно устало потянулся и почувствовал себя умаянным к концу встречи, которая была словно вечной, но внешне он не подавал ни единого признака усталости, выслушав короткую похвалу от командира по поводу хороших слов по делу. Они направились к выходу, ожидая получить письма по почте или звонки по меньшей мере через час, когда все могли бы это уже обдумать и определить, кто из их отрядов и подчинённых смог бы справиться с подобным, но какой-то явно очень решительный человек окликнул их прямо в большом зале, который был, скорее, чем-то вроде коридора. Благо, почти пустующего коридора, ведь в подобных зданиях государственной важности обычно не было толп. — Месьё, позвольте! — послышался крайне знакомый Дзёно голос со всё тем же японским акцентом. Тяжело было забыть тон, который он слышал буквально вчера. Две пары тяжёлых шагов направлялись прямо в его сторону. Не то чтобы Дзёно сильно различал запахи между собой, когда вокруг проходило так много надушенных мужчин, оставляющих за собой шлейф не самых дешёвых одеколонов, но он всё равно ощущал запах дождя со стороны подошедших людей — вероятно, этот вчерашний незнакомец не помыл голову с шампунем после того, как промок на улице — и ещё один знакомый запах, ассоциация с которым даже смешила. Дзёно на мгновение допустил забавную мысль, проанализировав шум шагов, запах и сердцебиение второго подошедшего, но тут же её опустил, словно это было обычное помутнение рассудка. — Это снова Вы. Не ожидал повстречаться тут так быстро. — Я же говорил, что Вы рано судите собеседников, — Дзёно как будто услышал едва заметную улыбку сквозь голос этого человека, и знал, что, вероятно, он в самом деле слабо улыбался. — Добрый день, — поздоровался также генерал Пьер, пожав руки обоим мужчинам, — Вы, кажется, настроены на личную беседу с Дзёно? Или же это касается работы, — не ходя вокруг да около, спросил он. — Скорее, второе. Так уж вышло, что я в долгу перед ним, а сейчас мне выдалась отличная возможность это исправить. Я думаю, я бы предложил свою помощь в этом деле в любом случае, но сейчас даже нет поводов для раздумий. «Господи, этот… опять заладил?!». Дзёно не ожидал, что случайный знакомый, повстречавшийся вчера, окажется сегодня рядом с ним, но ему точно не нравилось, как разворачивалась ситуация. — Вот как. Чем же, если я не ошибаюсь, глава отрядного штаба обязан моему подчинённому? «Что?». Дзёно готов был поклясться, что такого тоже не предполагал, хотя и понимал, что если этот человек как минимум оказался тут, то он уже точно не из опущенного десятка. Получается, по должности эта принципиальная заноза выше его самого. — Не ошибаетесь, Ваш глаз намётан на отличительные знаки. Но ближе к сути, готов предложить своё личное участие в операции в Бенине. Знание французского, как видите, не хромает. Также вместе с собой представляю моё доверенное лицо. То самое «доверенное лицо», что стояло рядом, как вкопанное, уже казалось Дзёно как минимум чудаковатым по нескольким причинам. Одна из них — этот человек явно беспрестанно уставился на него, словно увидел что-то необычное или в этом роде. Да и просто он был немного похож на кое-кого, по крайней мере, по запаху, шагам… правда, ещё ни слова не произнёс. Дзёно всячески игнорировал странные догадки, которые могли оказаться слишком неожиданным совпадением. — Позвольте теперь наконец представиться, — уверенным тоном сказал мужчина, внезапно поклонившись, — Накаэси Суэхиро, и мой младший брат — Суэхиро Тэттё. Генерал, я оставлю Вам свой номер и буду ждать всех деталей предстоящей миссии. Дзёно замер на месте, как и сам Тэттё. То есть все эти мимолётные догадки не были ошибочными?.. Да, совпадений много, но Дзёно до последнего верил, что они только таковыми и являются. Да даже этот мужчина, что был так похож, на отца никак не тянул, а о существовании у Тэттё старшего брата Дзёно в помине не знал! Разве мог он за такое количество совместной службы вместе упустить столь важную деталь? — Отлично, так и поступим. Спасибо за сотрудничество. Идём, Дзёно. Тэттё так и не обронил ни единого слова, но внезапно протянул вперёд руку, когда Дзёно развернулся и собрался уходить вместе с командиром, так и пребывая в неведении, что здесь можно сказать и как унять внезапно забившееся в бешеном ритме сердце от переизбытка нахлынувших чувств. Его рука лишь огладила воздух, так и не вытянувшись до конца. Накаэси, заметив состояние брата, быстро погладил его по голове, заправив за ухо выбивающуюся прядь волос. — Тэттё, ты в порядке? Странно себя ведёшь. Ты тоже знаешь Дзёно, так? — Да, — Тэттё выдохнул, глядя вслед своему бывшему напарнику и уже перебирая кучу мыслей о том, что их пути вновь пересеклись спустя практически год полного незнания о судьбе друг друга. Им вновь придётся работать вместе. Допустим, он успел насмотреться и наудивляться, пока сидел и слушал речь Дзёно, но о столь внезапном решении брата узнал не прежде, чем тот его озвучил, — в порядке. Тэттё опустил взгляд в пол, стараясь подавить все воспоминания о том, каким же он был неудачником в их последнюю совместную работу, ведь они разделились, и он не смог выполнить свою единственную на те пять минут задачу — защитить его. Тем не менее, Дзёно — всё такой же, каким он помнился в их последнюю встречу — был совершенно здоров и в норме, стоя перед ним. Тэттё надеялся, что не только внешне он не изменился. У них вновь будет совместная миссия. Даже не верится.