Степень продуктивности

Рынок был определённо не самым большим из тех, на которых всему старому составу Ищеек удалось побывать вместе. Фукучи порой выводил отряд за покупками в торговые центры, но всем было известно, что кошачьи ушки для коллекции, которые были очень нужны Теруко (она так называла дьявольские рога, подаренные ей Дзёно на День рождения) или достаточно хорошие мыльные пузыри (она порой заставляла пить эту жидкость заключённых, подвергнутых пыткам) самого лучшего качества во всяких магазинах не продавались. Приходилось искать что-то подобное по всей местности, и находилось оно из раза в раз в самых разных местах, причём не только в Японии, но и везде, где отряду приходилось побывать на специальных миссиях. Но здесь не было торговых центров, по крайней мере, в этом городе, а рынки в целом по всей стране были основными местами, где люди производили закупки. Дзёно шёл впереди только первое время, но после он всё же пропустил Тэттё, дабы тот расчищал ему дорогу, заставляя отойти куда подальше людей, которые то и дело забивали проход, раздражая, несмотря на то что их было довольно мало. Точнее, по факту Тэттё просто шёл, а другие отходили, позволяя Дзёно идти чётко за ним, никого не толкая и не пихая, что ему не хотелось делать из-за жары и запаха пота кругом. — Ух ты! Я не вижу орехи, но здесь есть очень красивый барабан, — сказал Тэттё, когда его взгляд упал на сувенирную лавку с множеством красиво и уникально расписных тамтамов, стоящих ровно в ряд. — Барабан? Ты что, издеваешься? На кой чёрт он тебе нужен? — тут же Дзёно захотел оттащить Тэттё от кучи барабанов, дабы тот не начал их испытывать, убивая его слух, и увести его с этого рынка насовсем. Благо, Тэттё и сам понимал, что лучше не шуметь (возможно, он думал об этом больше, чем сам Дзёно), поэтому просто подошёл поближе и стал с нескрываемым восхищением рассматривать барабан, рисунок которого содержал в себе целую историю о смелом человеке, защищающем свой дом от зла. — Я не буду на нём играть, не переживай. Это, скорее, в качестве сувенира. — «В качестве сувенира» обычно магнитик какой-нибудь берут, да и то с отдыха, а не миссии по уничтожению Мафии. Удивительно, что это я объясняю тебе, — сказал Дзёно, встав рядом с Тэттё напротив прилавка с несколькими видами музыкальных инструментов. Сутулый молодой продавец сидел на стульчике и смотрел на всех клиентов снизу вверх своими огромными усталыми глазами. Порой он играл для проходящих людей, особенно для редких туристов, на этих самых барабанах, чтобы они услышали потрясающую мелодию и, будучи очарованными, купили их, и сейчас он подорвался с места, чтобы начать стучать руками по дереву, но Тэттё остановил его одним резким движением руки, пояснив, что демонстрировать ничего не нужно. — Я возьму этот, — сказал он и потянулся в карман за кошельком, набитым купюрами западноафриканских франков, которые они вместе с Накаэси получили в банке ещё в первый день своего заезда, так как карты в этой стране не принимали практически ни в одном месте, а оплатить что-то выданными на миссию евро было тяжело, ибо счастливцы, принимающие их, находились редко. Дзёно не столько считал покупку барабана в самом деле глупой, сколько просто удовлетворял своё желание поворчать. В конце концов, это действительно было нормальным сувениром, если брать его в подарок, в отличие от упомянутого им же магнита, который слетит и разобьётся через день или он просто облезет. Себе бы, правда, Дзёно ни за что такой барабан не взял, потому что зачем всякому хламью занимать место и пылиться на полке. «Хочу домой», — пронеслось у него в мыслях, когда до носа дошёл неприятный запах какой-то уличной еды, что готовилась совсем недалеко. Отдалённо это напоминало плавленый сыр с местными специями, и звучало это так же невкусно, как и пахло. Хотя Тэттё мог оценить, наверное, если бы специи клали под цвет сыра. — Спасибо за приобретение, — наконец-то улыбнулся продавец, пересчитав купюры, которые ему отдал Тэттё, и протянул маленький барабан ему прямо в руки. — Готово, извини, что задержал нас, — сказал Тэттё, обратившись уже к Дзёно, и осмотрелся по сторонам, — всё ещё не вижу орехи. Наверное, они дальше. После извинений у Дзёно в груди что-то едва ёкнуло, потому что он их не ждал и не хотел слышать, в плане извиняться перед ним было не за что. Да, он говорил, что хочет поскорее отделаться от навязанной прогулки, но он ведь это не всерьёз. Ему нравилось быть здесь в компании Тэттё больше, чем в одиночестве или с кем-либо другим из всех его коллег, пусть Дзёно это ни за что не признает и не скажет. — Тогда идём дальше. Тут ещё и готовят что-то, невыносимо просто. — Ага, вкусный запах, — без всяких задних мыслей Тэттё сделал глубокий вдох через нос и точно так же выдохнул, на что Дзёно сделал вид, что его сейчас стошнит. — Да-да, чудеснейший просто. Женщины вокруг носили огромные тарелки с мясом и рыбой на своих головах, некоторые продавцы устраивали ритуалы с продаваемой атрибутикой прямо с места, а покупатели отбирали даже заплесневелые товары с прилавков с едой. Атмосфера, в общем, была до жути странной, но Тэттё шёл спереди, а Дзёно держался прямо за ним, либо иногда подходил поближе, но именно орехов нигде не было. Не было до тех пор, пока они не дошли до самого конца этого адского местечка. — Кажется, нас развели, Тэттё, — сказал Дзёно, пока Тэттё рассматривал орехи, практически все из которых были в состоянии ниже среднего, — специально отправили в самую дальнюю точку рынка. Смекаешь? Недолго думая, Тэттё согласно кивнул. И через мгновение максимально резко схватил Дзёно за запястье, оттолкнув его в сторону и отпрыгнув туда же самостоятельно. Дзёно не успел спросить, в чём дело, потому что в ту же секунду прямо в том месте, где он стоял, послышался громкий звон и звуки падения и рассыпания чего-то лёгкого по земле. Также прозвучало несколько удивлённых воздыханий. Кажется, кто-то из носильщиков уронил целый поднос с нарезкой сушёного мяса, которое включало в себя и жаб, и кроличьи лапки, и прочие не самые привычные и приятные вещи. — Спасибо, конечно, но постарайся поменьше выдавать себя и свои навыки, — сказал Дзёно, отряхнувшись от невидимой пыли, и развернулся в обратную сторону, — а теперь идём обратно. Может, успеем застать что-то, что стоило нашего ухода.

***

На деле никакого кипиша в отеле не оказалось. Дзёно услышал два сердцебиения и голоса, когда они проходили недалеко от ресторана, один из которых точно принадлежал Элбану, что могло только подтвердить кое-что, казавшееся сначала глупым предположением. Тот действительно просто ждал кого-то для переговоров и был максимально ленивым придурком, который не желал переносить встречу. По крайней мере, в такой вариант Дзёно мог поверить, вспомнив ночные слова мужчины снизу о том, что у консильери Мафии ветер в голове. Да и вообще, он сам порой так делал — просил всех лишних личностей выйти, потому что желал переговорить с, например, командиром, наедине, и в этом не было ничего странного. Либо же этот человек действительно просто посоветовал им купить орехи, которыми славилась местность, но им не повезло с поставкой. Дзёно зевнул, не желая забивать голову такими мелочами. У него и без того мысли плыли одна за другой в разные стороны от недосыпа, а лишнее перенапряжение сказывалось не очень положительно. — Может, ляжешь отдохнуть сейчас? Засыпаешь на ходу, — с осторожностью сказал Тэттё, когда они поднимались по лестнице и он в третий раз удержал Дзёно от спотыкания, и тот даже не услышал в чужом голосе никакой жалости или признания слабости, просто воспринял это как предложение. — Ага, лягу ненадолго, — ответил он, сойдя с лестницы, как только они оказались на втором этаже. Тэттё должен был идти выше, — до встречи. — Спокойных снов. Дзёно подошёл к своей двери, провернул ключ в замке и открыл её, как вдруг услышал, что что-то с неё словно упало на пол. Что-то лёгкое, подобное бумаге. Само собой, Дзёно тут же наклонился и почти мгновенно нащупал конверт, подняв его. Объяснений этому пока что не было, потому что шрифт на конверте, разумеется, был самым обычным, а не Брайля. — Постой! — послышалось тут же сзади, и Тэттё появился рядом так же быстро, как и ушёл. Дзёно пока что даже не успел закрыть дверь, — я же хотел спросить немного подробнее про то, что ты слышал ночью… или лучше позже? Только теперь Тэттё заметил, что что-то не так, и Дзёно по-прежнему стоял, не заходя внутрь номера, потому что держал конверт в руках. Правда, он только повернул голову в сторону вновь прибывшего напарника. — Это что? — спросил Тэттё, поняв, в чём дело. — Заходи. Дзёно опустился на край своей кровати, Тэттё же присел на стул, одиноко стоящий перед обеденным столом, и, прочистив горло, стал читать вслух всё то, что было написано на конверте. Прямо как в старые времена. — «Приглашение», — сказал Тэттё, после чего стал распаковывать конверт из белой бумаги с золотой надписью, — тут больше ни слова. Зато внутри письмо. — Давай быстрее, — нетерпеливо простонал Дзёно, опёршись локтем о спинку кровати, чтобы подпереть щёку ладонью, — ты хотел ещё про ночь услышать, а я хочу спать. — «Добрый вечер, уважаемый гость! Если Вы получили это письмо, значит, Вы приглашены на мой предсвадебный праздник, который будет проводиться 14 сентября в 18 часов в большом зале на первом этаже. Строгий дресс-код отсутствует, однако в приоритете классическая одежда. Буду рад Вас видеть. С уважением, Элбан Калберт, владелец отеля» Тэттё зачитал всё вслух на одном дыхании, а Дзёно тяжело вздохнул, потерев переносицу. — Быстро же он приглашения организовал, — сказал он, закинув одну ногу на другую, — надеюсь, я не единственный, кто его получил. — Из других дверей тоже торчит что-то. Я мельком увидел, но подумал, что реклама, так что особо не обратил внимания. А до своего и дойти не успел, — Тэттё сложил письмо так же, как оно лежало и до этого, аккуратно запечатав в конверте, — сколько же людей он заставил так быстро сформулировать и написать так много писем за какие-то полчаса, — он сжал бумагу в руке так сильно, что она, естественно, смялась почти полностью. Его лицо выдавало искреннее недовольство возникшим предположением. — Успокойся. Когда мы пришли, он ещё даже ресторан не покинул, я слышал его голос. Тем более идея организовать бал у него была ещё до нашей встречи, он говорил об этом уверенно. Так что приглашения были готовы уже давно, он лишь приказал их раздать, — составил логическую цепочку Дзёно, пожалев, что они с Тэттё по факту придали этому человеку уверенность в том, что бал — хорошая идея, потому что приходить на него никто из них особо не горел желанием. — Ты прав, — Тэттё моментально остыл, расслабив руку, но некоторые вопросы возникли у него в голове, и он просто не смог от них воздержаться, — а что делать, если я костюм с собой не привёз? Тут же обычно жарко, зачем он… — «Что делать»? Снимать штаны и бегать, Тэттё. Костюм — единственное, что тебя волнует, верно? — Дзёно ударил себя по лбу, вновь задумавшись о том, за что ему всё это досталось в жизни, — напротив целый рынок есть, там купишь, в конце-то концов. — У них не было официальных костюмов. — Значит голым иди. Меня больше волнует то, как попасть вниз — там явно есть какая-то тайная комната, я же о ней уже говорил. Чем быстрее справимся с делом, тем меньше нам придётся здесь оставаться. Боюсь представить, что после бала могут пойти ещё и маскарады. Слова «быстрее справимся — меньше придётся здесь оставаться» сопроводились очень болезненным гулким ударом в сердце Тэттё, но также это было чем-то вроде ведра холодной воды, которое напомнило о том, что он хотел спросить. — Верно, вообще-то я вернулся, чтобы уточнить именно про комнату. Это же поможет продвижению миссии. — Поможет, если наконец-то не закончит её. У Дзёно язык был развязан, такие фразы он не боялся говорить ничуть. Тем не менее почему-то возникало желание поджать губы и отвернуться — отвернуться в никуда из ниоткуда, ведь он и без того ничего не видел, значит, и головой вертеть не было смысла. Просто хотелось отвернуться от Тэттё, потому что эти чувства, проявляющиеся в виде ноющего сердца и глупого желания вечно быть ближе, он прекрасно знал — сам же пытался избавиться от них весь последний год, изо всех сил забываясь в переезде в новую страну. И он не знал, на что надеялся и зачем, когда подпускал Тэттё, бывалого причиной тех самых чувств, так близко к себе, когда мог поставить между ними явный барьер и держать его до тех пор, пока чужие боевые навыки не понадобятся в непосредственном столкновении с врагом, а после вернуть этот барьер и вновь разъехаться далеко и надолго. Он сам себя в глубине души осуждал за то, что оправдывал их нынешнее общение, называя его не зависящими от него условиями работы, включающими в себя связь с Тэттё, которого не он выбирал в свои помощники, а поверхностно старался и вовсе не думать, чтобы не вспоминать, что даже от такого рабочего общения у него всегда были мурашки по коже и бабочки в животе. Спасибо, чувствовать их и так достаточно, чтобы не загружаться мыслями. Так что Дзёно говорил подобными резкими фразами без всяких размышлений, на подсознательном уровне максимально стараясь убедить самого себя в том, что это правда. Не в самом же деле ему настолько надоела миссия всего за пару жалких дней, когда она хорошо оплачивалась и включала в себя своеобразный отдых. И Дзёно стал рассказывать всё, о чём он слышал, стараясь сохранить каждое слово для точности. Тэттё слушал очень внимательно и собирался после сделать какие-то выводы, а также пересказать и старшему брату, чтобы продвинуть дело вперед, но к самому концу у Дзёно завибрировал телефон. — Уведомление. Никола, скорее всего, — Дзёно без всякого предупреждения кинул телефон в руки Тэттё, прекрасно понимая, что тот поймает его и так, — прочитай, что он там пишет. Несмотря на то что телефон действительно оказался у Тэттё в руках, Дзёно зачем-то поднялся с кровати и подошёл к нему поближе, встав за спиной и наклонившись так, что если бы он мог видеть, то смотрел бы прямо в экран. Он и так знал, что Тэттё не полезет ни в какие другие приложения и папки, и в этом плане у него не было сомнений в доверии, так зачем… Сердце Тэттё забилось в десять раз чаще и он едва не встал, когда Дзёно, касаясь волосами его шеи и щеки, стал тянуть к телефону руку через его второе плечо. — Ты чего, Дзёно? — спросил Тэттё, но внешних признаков волнения он не подавал. — А? Так забыл про пароль. Быстро разблокировав телефон отпечатком, Дзёно отошёл, потянулся, зевнул и сел обратно на кровать в то же место, где и был раньше. Конечно, он не мог не заметить резкого скачка в сердцебиении и учащённого дыхания Тэттё, и это так изрядно удивило, но на сонную голову вообще всё воспринималось немного иначе, чем должно было бы. — Ну так? Читай. Тэттё едва не ответил «я прочитал», имея в виду, что не вслух он прочитал уже давно, но опомнился раньше, чем открыл рот, поймав себя на такой странности от нервов. — «Я сидел в номере двадцать минут, потом спустился вниз и поговорил с администраторшей о местности ещё минут десять, но меня никто не выгонял. Сейчас еду в номер принесли, тоже всё нормально. Думаю, ты себя накрутил», — зачитал Тэттё, а Дзёно кивнул, — «просвети меня в детали того, как узнал о способности главы, может, с учётом моих предположений это сложится в одну картину». Дзёно раздражённо вздохнул, расправив руки и упав спиной на кровать. Он знал, что ему лучше будет рассказать всё и Николе, но делать это буквально подряд с несколькими людьми было не очень весело, потому что складывалось впечатление, что он какой-то попугай. Тем более хотелось спать. — Тэттё, сможешь ему сам ответить? — спросил Дзёно, нащупав край одеяла и ухватившись за него, чтобы быть уже готовым перелечь нормально и накрыть себя им полностью, ибо находиться под кондиционером после того, как вспотел на улице, длительное время, было не очень безопасно со стороны здоровья. — Я? — удивлённо переспросил Тэттё, в знак недоверия указав ещё и на самого себя пальцем. — Ну да. Ты же уже всё знаешь. Я потом прочитаю его ответ. — Могу, конечно. — Вот и славно. — Спокойных снов… опять, — сказал Тэттё, после чего мог наблюдать, как Дзёно, укрывшись, отвернулся и лёг спать. Так-то ему было не привыкать к самым разным условиям, где не спать приходилось и гораздо дольше, но понимание, что в ночное время придётся вести куда больше активности, вновь стараясь что-то подслушать, заставляло его переставить приоритеты и поспать днём, ведь совсем без сна обходиться не мог никто, как бы того ни хотелось. Будь на то большая нужда — он мог бы в сию секунду полностью взять себя в руки и собраться с мыслями. К тому моменту, как Тэттё закончил печатать пересказ, Дзёно уже уснул. Удивительно, что когда он только пришёл в Ищейки, то совсем не доверял никому, отказываясь хоть на секунду терять бдительность, но спустя годы он с полной уверенностью мог доверить Тэттё, Тачихаре или Теруко даже свою спину во время поединка. И почему-то сейчас, спустя столько времени полной разлуки, он всё ещё не потерял своей уверенности в Тэттё, настолько чистыми казались его принципы, сердце и идеалы. Он мог доверять ему свои диалоги и телефон, мог спать в чужом присутствии, в одной комнате с посторонним шумом в виде чужого сердцебиения. Нельзя сказать, что это не льстило Тэттё в каком-то понимании, но особого внимания на этом он точно не стал заострять. Лишь постарался как можно тише положить его телефон на прикроватный столик, поправил одеяло Дзёно, чтобы то не слезло с кровати, ибо один край уже касался пола, и благополучно ушёл к себе, плотно закрыв входную дверь в номер.

***

Тэттё застал Накаэси, сидящего на полу, пока тот снова вырезал что-то на цубе, на этот раз новой. Когда он подошёл поближе, смог разглядеть большой корабль, плывущий в небе между облаками. — Тут ничего не происходило, — сказал Накаэси, не отвлекаясь от дела и даже не оборачиваясь на пришедшего младшего брата, чтобы не терять сосредоточенности и концентрации. — Мы уже поняли, что ошиблись, — ответил Тэттё, взяв в руки пульт, чтобы чуть убавить мощность кондиционера, — ты же не против, если на тройку поставлю? У тебя тут совсем морозильная камера. — Нет-нет, конечно, делай что хочешь, — старший сделал ещё несколько резких уверенных движений ножом по металлу, игнорируя не самый лучший звук, который возникал от этого, подул, чтобы убрать лишний мусор, и внимательно присмотрелся, пытаясь отыскать какие-либо косяки или что-то, что необходимо было исправить. К счастью, набросок работы получился вполне удачным и не требовал правок, — так… а ты был с Дзёно, верно? — спросил он, поднявшись с пола, потянувшись и убрав законченную на время до возвращения домой цубу. — Да. Мы также встретились с владельцем отеля в ресторане. Он сказал о том, как сильно хотел бы устроить бал, а когда мы вернулись с небольшой прогулки, куда он нас и отправил, то в дверях у всех уже было это, — Тэттё протянул Накаэси письмо с приглашением на вечеринку, — у нас тоже. Тот взял конверт из рук младшего брата, и прежде чем его открыть, заметил кое-что ещё, уже стоящее у них на столе. — Это что, барабан? — он осмотрел маленький расписной музыкальный инструмент, склонив голову набок, и подошёл поближе, чтобы постучать рукой по деревянному верху и убедиться в своей догадке. — Тамтам. Да, барабан, — Тэттё кивнул и тоже несколько раз стукнул по крышке, чтобы показать подлинность изделия. — Я помню, как читал тебе о них в книге. Поставишь на полку дома? — Накаэси улыбнулся воспоминанию о том, как каждый день по вечерам садился читать книги, которые ему приносили родители, а Тэттё всякий раз прибегал к нему, садился рядом и смотрел на брата очень заинтересованно, когда сам ещё даже не умел читать. И Накаэси, недолго думая, начинал читать вслух, чтобы привлечь внимание Тэттё хотя бы к картинкам в книге вместо себя самого. — Эта книга всё ещё стоит у меня на стеллаже. Недавно перечитывал. Да, поставлю на полку. — Понятно. Так, письмо. Накаэси развернул конверт и стал вчитываться в написанное, пока в какой-то момент его брови не взлетели вверх от удивления. — «Предсвадебный праздник» — это и есть «бал», о котором ты говоришь? То есть настоящий, ты назвал его так не образно? — спросил он, быстро бегая глазами по строчкам, — такого рода мероприятия мне кажутся сомнительными. — Организатор сказал, что суть вечера та же, что и у бала. И я согласен, что сомнительно. Дзёно, скорее всего, очень злится, хотя он не так много ругался. Он не любит псевдосветские мероприятия, даже со дней рождения командира и заместительницы раньше уходил сразу же после поздравлений. Ужин явно был терпимее этого. — Понятно. Спросишь, что он думает об этом, — сказал Накаэси, на что Тэттё уверенно кивнул, — а пока что расскажи подробнее о том, как вы узнали о способности, связанной с воспоминаниями.

***

Странный сон, настигший Дзёно, оборвался крайне неспокойно. Вообще он не мог видеть сны в картинках, как раньше и в первое время после потери зрения, но ему снились различные звуки и узнаваемые ощущения, как сейчас. Военный самолёт по работе прилетел прямо на пляж, где Дзёно купался в одежде во время сильного шторма, и забрал его. Внутри оказались люди, которых он определённо не знал, и в этот момент логическая нить сна оборвалась, потому что отчего-то настало время прыгать с парашютом вниз, что Сайгику и сделал без колебаний. Прямо во время первого в жизни прыжка и начала полёта, когда самые острые ощущения только появлялись, Дзёно внезапно проснулся. Само собой, он не моментально понял различие между сном и реальностью, поэтому первые секунды, когда ещё казалось, что он падает, были так себе, но Дзёно очень быстро опомнился и взял себя в руки. Сделав несколько тяжелых и глубоких вдохов и выдохов, он взял в руки телефон с целью узнать время и проверить новые оповещения. Благо, Тэттё оставил его прямо на столике, и у Дзёно не возникло никаких проблем с поиском устройства. Время было не ночным, но довольно поздним. Дзёно прислушался, но снизу от него пока не было никакого шума. Он со спокойной душой проверил сообщения, точнее, одно сообщение, которое было от Николы и кратко гласило о понимании ситуации, расписанной Тэттё. Он вновь принял лежачее положение и стал думать о том, как бы поскорее покончить с этим делом, потому что ему уже как минимум не нравился тот факт, что всякие странные мероприятия проводятся так часто — следующее, вот, в виде «бала» будет буквально послезавтра. С другой стороны ему почему-то вспоминался образ Тэттё, и мысли о скором расставании бросали в неприятную дрожь от того, что он только-только вновь почувствовал себя немного счастливым. По крайней мере, счастливее, чем до этого, потому что находиться рядом с Тэттё ему определённо нравилось. Потому что он всегда мог уйти от него, но не делал этого. Ну, за исключением одного случая, который в корне всё поменял. За исключением самого переезда с целью сбежать от собственных чувств. Именно того, что ему нравилось находиться рядом с Тэттё, он всегда и боялся, и ненавидел в себе. В ближайшие дни стоило бы покончить с делом, а там и будет понятна собственная реакция и конкретные желания. Когда в голову Дзёно пришла мысль о том, как можно было бы обернуть предстоящее событие в свою пользу, он сразу написал Тэттё, что пойдёт завтракать в восемь утра, дабы вновь с ним пересечься и обсудить затеянное. Он попросил прийти тоже. Николе он встречу назначать не стал. Сразу кратко изложил свой план в сообщении и сказал о том, чего именно требует от него, потому что в новом отряде вообще личные встречи никто особо не любил и никогда не назначал. Дзёно это одновременно и нравилось, и нет, потому что он привык считывать реакцию собеседника на те или иные планы по сердцебиению, дыханию и прочему, а по переписке невозможно понять, действительно ли другой человек считает так, как комментирует любые действия. «Хорошо», — пришёл ответ от Тэттё, и Дзёно задумался о том, чем ему теперь заниматься всю ночь, учитывая, что после дневного сна отдыхать совсем не клонило. По этой причине примерно до трёх часов ночи он просто слушал заранее скачанную на телефон аудиокнигу, а после вновь отрубился на пару часов, пока не прозвенел будильник. Никаких новых разговоров и шума снизу так и не было. Несмотря на то что Дзёно пришёл за пять минут до восьми в ресторан, где и назначил Тэттё встречу, тот уже ждал его, попивая кофе. Ждал, кстати, в одиночестве. Накаэси остался в номере. — Доброе утро, — сказал Тэттё, стоило Дзёно только появиться в его поле зрения. — Так не бывает, — ответил Дзёно, едва заметно зевнув в ладонь, хотя уже и не хотел спать вовсе. Последние сутки, напрочь убившие его режим, просто помахали ручонкой, — со скольки вообще ресторан этот работает? — Я пришёл минут десять назад, ко мне вышли сразу, — Тэттё пожал плечами, сделав глоток кофе, — так, ты же хотел обсудить завтрашний день? — Именно. Официантка, которая только недавно ушла, принеся за столик кофе, заметила и приход нового гостя, отчего ей пришлось выходить вновь, чтобы принять новый заказ. Дзёно попросил латте с оладьями, что ел и в первый день, а Тэттё, который тоже пока ничего не ел, за компанию попросил принести те же оладьи. Они ему в целом понравились, когда Дзёно решил угостить его тогда же (и смягчала вкус вовсе не мысль о том, что именно Дзёно делится с ним едой). — В общем, сегодня всё было тихо, но я всё равно собираюсь проникнуть в тот кабинет. И думаю, что время бала должно быть идеальным для этого, хотя и не могу быть уверен, — сказал он быстро и кратко, на что Тэттё удивлённо приподнял брови, — ты должен будешь сделать это со мной. — Я? — Тэттё неуверенно переспросил, словно сомневаясь, что подобная миссия для него, — должен проникнуть с тобой? — Что именно тебя удивляет? Я могу попросить твоего брата, — раздражённо вздохнул Дзёно, скрестив руки на груди. — Нет-нет, всё в порядке, просто пока что не понимаю, отчего такая нужда. Тебе ведь не нужно, чтобы кто-нибудь выламывал дверь или сражался? — Какой же ты… — Дзёно не договаривает, лишь подпирает лоб ладонью, склонив голову вниз, — тугой. Я думаю, что там хранятся документы. Я проникну сам, открою дверь изнутри, и ты зайдёшь. Быстро просмотришь все бумаги и узнаешь, есть ли там что-то важное, что даст нам какие-нибудь наводки. Хотя бы имена других членов на всяких документах. Списка всех мафиози, само собой, там не найдётся, но нам важна любая информация о них. Тэттё слушал внимательно. Дзёно сцепил руки в замочек и закинул одну ногу на другую, прежде чем продолжить говорить о своём плане и рассуждениях. — Итак, если верить предыдущему опыту, ресторан закрывается на время подобных вечеров, а все работники и работницы тоже приходят на них, поэтому, если всё пойдёт идеально, мы не встретим препятствий. Мы не можем проникнуть в этот кабинет резко или с силой, потому что все эти «документы» могут ничего не дать и оказаться бесполезными, а всё внимание и проблемы мы уже привлечём. — Всё тихо и секретно. Я понимаю. Твой план я понял, но что касательно деталей? Тут есть камеры наблюдения, а ещё мы не можем быть уверены, что абсолютно каждый сотрудник уйдёт туда. — Камеры — забота Николы. Его способность для этого отлично подходит. Также он написал мне, что они работают не в настоящем времени — это тот тип камер, который пишет всё на себя. Если кто-то что-то заподозрит, то сможет посмотреть с них запись только сняв их. Короче, они не подключены к компьютерам. — Я понял. Что за способность у него, если не секрет? Управляет техникой или что-то в этом роде? — Тэттё стал гладить пальцем края пустой чашки, подперев голову ладонью, и внимательно смотреть на Дзёно, точнее, любоваться его видом, как делал это когда-то часами напролёт. — Секрет. Государственный, — улыбнулся Дзёно, на что Тэттё понимающе кивнул, — называется «южное открытие». Может летать сам или контролировать в полёте вещи, масса которых не превышает десять граммов. Суть в том, что во время полёта они неуязвимы, как и он сам. Только если в полёт он отправляет себя, то время ограничивается десятью секундами. — И зачем ты рассказал, если это государственный секрет? — сощурился Тэттё, нахмурив брови, — ещё и в таких подробностях. — О, это не всё. Если что, масса «десять граммов» у предметов должна быть в сумме. То есть он может отправить в полёт десять предметов, весящих по грамму, либо один десятиграммовый. Понимаешь, он может закрыть объективы кусочками бумаги, а после — аккуратно снять камеры, — продолжил выкладывать всё как на духу Дзёно, — а я тебе ничего и не рассказывал. Представь, что ты до этого додумался сам. — Это всё равно как-то неправильно, — покачал головой Тэттё, переваривая всю полученную информацию, — довольно сложная способность. — Боже, точно, ты же до такого в жизни бы не додумался, — Дзёно прислонил ладонь к лицу и наигранно вздохнул, — ладно, что уж тут поделать. Это ведь всё исключительно ради миссии. — Тут ты прав. Это важная информация, она всё равно должна была бы упоминаться хотя бы в плане действий. — Ну вот. План, в общем, идеальный. Твой старший брат с боевой способностью и Никола ещё будут следить за теми, кто захочет выйти. Если что — предупредят нас через срочное сообщение. Мы должны будем уйти примерно через двадцать пять минут от начала мероприятия. Всё усвоил? — Да. Ты просто потрясающий, Сай. — Ой, заткнись и не подлизывайся. Дзёно резко отвернулся и спрятал лицо, выпустив из-за ушей пряди волос. У него также почему-то возникло необъяснимое желание что-нибудь покрутить в руке, и он подумал, что после недосыпа совсем головой поехал. Не мог же он смутиться из-за какого-то комплимента, верно? — Нет, правда. Ты так быстро всё это придумал, я восхищён. Как обычно, — Тэттё тепло улыбнулся, когда в его мыслях пронеслись старые воспоминания о том, что раньше было почти также. О том, как они вместе соревновались на различных заданиях и спорили, у кого идея лучше. — Всё-всё, я и так знаю, что я лучший, но если тебе так нравится тешить моё самолюбие, то не стоит этого делать. Без диктофона. Дзёно улыбнулся, сдерживая смех от собственной шутки, и Тэттё тоже стало немного весело, несмотря на то что это было странной реакцией на подобную чужую выходку. Может, уголки его губ приподнялись от того, что он видел искреннюю улыбку своего напарника. — Так, ладно. А чем ты планируешь заниматься сегодня? — всё же задал Тэттё волнующий его какое-то время вопрос, на что Дзёно сначала пожал плечами. — Думаю, отдыхать, «фильм» послушаю какой-нибудь. Никола сегодня хотел прощупать пару сотрудников, слишком активные действия нас обоих могут напрягать. Да и погода ужасная, на улицу не выйти, — ответил он, проглотив одну оладью едва ли не целиком. — Понял. А можно с тобой? — спросил Тэттё снова, и его коллега, услышав это, чуть не подавился, закашлявшись, — хочу провести время вместе, пока есть возможность. Тем более мне будет нечего делать самому. Дзёно солгал бы, сказав, что он сам этого не желает, но причина, почему всё так, ему ужасно не нравилась. Тем не менее, у Тэттё так быстро заколотилось сердце после этого, что Дзёно понял, насколько он на самом деле переживал, спрашивая это. — Хм… только если пообещаешь меня не бесить, — задумчиво ответил он, уже отругав себя за это проявление слабины. — Обещаю, — Тэттё уверенно положил руку себе на сердце, тут же оживившись. — Никогда не давай обещаний, которые не сможешь сдержать, Тэттё.

***

— Так ты сказал, что тебе нечего будет делать самому. Как же твой брат? — спросил Дзёно, когда они поднялись к нему в номер. Вариант походить по отелю и попробовать бассейн, спа-зону и прочее отпадал, потому что оба не горели желанием делать какие-то местные процедуры. — Он занят своим хобби, — пожал плечами Тэттё, — не хочу его отвлекать. — Ты бы тоже мог позаботиться о своих увлечениях заранее и подготовиться к поездке. — О, нет, мы не ожидали, что у нас будет столько свободного времени, поэтому не взяли ничего. Да и это, как мне показалось, как-то неправильно, нечестно по отношению к тебе и твоему напарнику. — Твой брат, видимо, ожидал, раз запасся цубами для росписи, — Тэттё недоуменно посмотрел на Дзёно после этого, явно желая что-то сказать, точнее, поправить его, но сделать ему этого не дали, — ладно, как насчёт немного выпить? Вообще ещё Дзёно думал спросить о том, как там поживает левая рука Накаэси, потому что она очень сильно кровоточила, когда они встретились на улице во Франции случайно, но он не стал, ведь не хотел, чтобы это восприняли как волнение или что-то в этом роде. — Выпить? Нельзя, на работе же, — категорично ответил Тэттё, несколько раз быстро моргнув, и услышал, как Дзёно вздохнул. — Считай, сегодня всё равно выходной. Я хотел попробовать местный алкоголь, но много не успею. Нет желания сильно напиваться в последний день, лучше растянуть это дело. Всего бокал, не больше. — Но если ты снова что-то услышишь снизу? Появится срочная работа. — Ключевое слово «ты», точнее, я, Тэттё. Я подслушаю и напишу обо всём Николе. До завтра мы всё равно не действуем, помнишь? Боже, да и чего я распинаюсь, всего один чёртов бокал, меня даже в средней школе с такого количества не уносило. — Я не могу. — Открой окно. Тэттё не понял прикола, просто встал со стула и действительно пошёл открывать окно. Дзёно искренне хотел сделать жёсткий фейспалм, но удержался от этого. — Ладно, плевать, сок морковный выпьешь за компанию хотя бы? Он вкусно пахнет. — Конечно, за компанию, — Тэттё согласно кивнул, после чего нажал на кнопку-звоночек вызова персонала, почувствовав малый укол вины за то, что они только что пришли из ресторана, могли бы и сами попросить и донести себе напитки, хотя это несильно волновало его, когда он вспоминал, что у людей такая работа. — Итак. В моём портфеле на столе есть планшет, достань его и открой галерею, — сказал Дзёно, накрыв свою кровать покрывалом, чтобы сесть поудобнее, и похлопал по месту рядом с собой, пригласив Тэттё тоже присесть, — там всё скачано. Тэттё ещё с былых времён знал, что Дзёно любил включать именно фильмы или сериалы и только слушать звуковую дорожку, додумывая всё происходящее на экране у себя в голове самостоятельно. Когда-то это его удивляло, но сейчас даже доли странности он в подобных действиях напарника не замечал. — Ого, — Тэттё открыл галерею, как его и попросили, и ему в глаза сразу бросилась куча скачанных видео, — ты скачал Шерлока от BBC? Уже смотрел или только собирался? — Я скачал его ещё давно, но без картинки конкретно он, как оказалось, имеет мало смысла. Я пытался дослушать, но в итоге забил и перешёл на аудиокнигу, поэтому можешь удалить. Там есть другие видео, включай их. — Я здесь вижу аниме и прохождение игры, что из них? — Что угодно. Но первые пять серий аниме я уже знаю, так что включишь только шестую. — Тогда игра. The Quarry. — Тогда она, да. Через десять минут в номер занесли запрошенный алкоголь и сок, следовательно, теперь расслабиться можно было в полной мере. Дзёно ещё попросил несколько позже принести обед и что-нибудь сладкое, например, профитроли, прямо в номер, потому что выходить до тех пор явно не планировал. Тэттё последовал его примеру. Сидеть рядом с Дзёно было приятно, если вообще можно так выразиться. Тэттё периодически отрывался от экрана, где пока что были только выяснения отношений между подростками, чтобы посмотреть на него, на то, как спокойно он дышит, как тихо сидит, оттягивая из бокала алкоголь. От Дзёно до ужаса приятно пахло, особенно от его волос, и Тэттё правда хотел бы сесть ещё ближе, чтобы кроме этого аромата не чувствовать больше ничего, но чужие личные границы он уважал, так что ничего подобного делать не собирался. Тем более, Дзёно не одобрит подобное. — Это начало скучнее тебя, когда ты сидишь за документами. Как ты смотришь это без алкоголя? — вздохнул Дзёно, не выдержав хождений тупящего стримера по кругу, о которых он только догадывался, и поднял руки вверх, чтобы потянуть мышцы. — Да нормально, должно же быть предисловие, — пожал плечами Тэттё, поставив пустой стакан из-под морковного сока на тумбочку. — Скачал себе я, а интересно те-, — в этот момент в игре наконец-то появился первый скример. Игрок вскрикнул, а Дзёно обрадовался, — о, наконец-то началось. Во время просмотра Тэттё иногда ради интереса закрывал глаза, чтобы узнать, каково сидеть вот так для Дзёно, и он даже удивлялся тому, что относительно всё было понятно, однако «смотреть» что-то только ушами — всё равно странное дело. По крайней мере, ощущалось странно. Дзёно в какой-то момент раздражённо вздохнул и ударил ладонью по матрасу. Тэттё, слишком залюбовавшийся им и ушедший в свои мысли, даже не понял, что стряслось. — Вот идиот, хорошей концовки точно уже не будет. Слил единственного адеквата в этой игре. Внезапно Тэттё почувствовал приятное тепло. Как раньше, когда они вместе с Дзёно пили кофе после совместных миссий (иногда и вместе с остальными ребятами из старого состава Ищеек), и не было сомнений, что сам Дзёно — такой очаровательный, сидящий совсем близко — и есть источник этого самого тепла.