Уничтожить его отношения

— Дэдпул. — Паук. Питер намерен был как только возможно избегать сегодня встречи с Дэдпулом. Но из дома все же вышел, чтобы не оставаться один на один с мыслями о вчерашнем кошмаре. Позже, когда перекипит, переболит и первая острая боль утихнет, он выследит его и отправит за решетку за попытку убить следующую жертву. Наемные убийцы не должны ходить на свободе среди людей, а что Дэдпул вернется теперь к своей деятельности, Питер не сомневался. Но Дэдпул сам подстерег его и застал сидящим во время передышки на одной из крыш в центре. Питер обернулся на шорох. Дэдпул стоял в отдалении, держа руки на виду, и не мог внезапно ни выстрелить, ни напасть. Но Питер непроизвольно встал, отступил назад, не сводя с него глаз, и, слегка заведя руку за спину, нащупал средним пальцем шутер. — Постой, Человек-Паук. — Уэйд сделал малюсенький шажок к нему. — Трахни меня ещё раз, — быстро и едва разборчиво проговорил он. Питер расслышал. Суперслух. Но в этой фразе не обнаружилось смысла. — Не подходи ко мне, — с тихой, но мощной угрозой сказал он. — Не смей. Чего тебе надо? — Я знаю, я чудовище. Но ты все равно мне нужен, я хочу тебя снова. Питера окатило яростью. То, как Дэдпул вчера обошёлся с ним, жгло не просто унижением, но и раздавленной любовью. И сейчас этот мерзавец, ясно понимая, какую кошмарную вещь сотворил, смеет заговаривать с ним?! Питер развернулся, чтобы сбежать, и бросил напоследок через плечо: — Отвали! Никогда больше не попадайся мне. Дэдпул не крикнул «стой», не попытался задержать его. — Не по Хуану сомбреро, выходит, — пробормотал он. Паучок услышал снова, эти слова тоже показались слишком абсурдными, он даже затормозил свой бег, встал у самого края крыши. Что ещё за новая чертовщина? — Что это значит? — зло и громко спросил он издалека, обернувшись. Дэдпул всегда был горазд на безумные фразочки, но на краю крыши Паучок чувствовал себя в полной безопасности, готовый в любой момент спрыгнуть вниз и улететь на паутине. Питер заметил, что Дэдпул заговорил отрывисто, и как будто задыхался, хватая воздух между фразами: — Ты всегда был лучше. И я хочу, чтобы ты доказал мне это ещё раз. На свой манер. Ты снова можешь испытать превосходство, используя меня. Интересует? Во время этой речи Уэйд старался не двигаться, чтобы не спугнуть Паука, даже подумал сесть, но это выглядело бы, как совсем подчиненное положение, а ему хотелось сохранить хоть немного достоинства для себя. Он с трудом представлял себе, как может его убедить, но не мог не сделать это предложение. Хоть будет иметь право говорить себе, что он попытался. И он постарался по своему разумению предложить себя наиболее привлекательно для этого нового, незнакомого Паука. А Паучок был совершенно сбит с толку его словами. — Ты что несешь?! Превосходство? Ты считаешь, я демонстрировал превосходство перед тобой? Когда? — с горечью спросил он, не двигаясь с места. Все время с их знакомства он старался быть скромным, не кичился своей известностью. Это Уэйд постоянно превозносил его. И вот теперь оказывается!.. Да какая, к черту, разница?! Зачем он, Паук, до сих пор стоит здесь? Почему не сбежит? Какое значение теперь могут играть слова? Но Питер чувствовал, что ещё один разговор вот так, лицом к лицу, почти на равных, теперь, когда они оба одинаково свободны и сильны, закроет его рану и поможет восстановить себя. Поможет установить свою собственную точку в конце того, что он ошибочно считал отношениями, и оставить весь этот кошмар в прошлом. — Ты что, выходит, мстил мне за то, что я, типа, демонстрировал превосходство над тобой? — добавил Паучок. — Мстил? Я тебе мстил? — ошарашенно сказал Дэдпул. — Когда? — В нашу последнюю встречу. Вчера. В мой день рождения, — брезгливо пояснил Паучок. Уэйд заморгал под маской и почувствовал себя окончательно несчастным. Зачем Паук его путает? Хочет посмеяться над его больными мозгами? Или это его больные мозги сейчас все искажают?! О чем Паук говорит? Почему этот разговор идет так, как будто каждый толкует совершенно о своем? Уэйд сделал ещё одну попытку разобраться: — Постой, я же… Я наоборот, делал все, что ты хотел. Это было трудно, от тебя не ожидаешь ничего подобного, знаешь ли, но ты начал игру, а я не мог не поддержать. — Игру, блять? Игру?! Ты называешь это игрой? А меня ты спросил, хочу ли я играть по твоим правилам? Не смей думать, будто бы я тебя хотел! Реакции тела не признак согласия! Это тебя ни на йоту не оправдывает! — разразился Паучок тирадой. У него от злости аж слезы навернулись на глаза под маской. — Ненавижу тебя! Особенно после того, что между нами было хорошего! Ты все испортил! Растоптал! Убил! Это ты называешь игрой?! — Подожди… Притормози. Моя голова!.. Хрень я какая-то, — жалобно поговорил Дэдпул. Он медленно, не делая резких движений, опустился задницей на крышу. Сел в неугрожающую позу, обхватил руками колени и, подняв голову, снизу взглянул на Паука. — Ты бы тоже сел, — безнадежно предложил он, — разобраться нужно. Паук сделал два шага, немного приблизившись к нему, но садиться не стал. Помолчали. — Так что там? — холодно спросил Паук. Дэдпул больше не проведет его. — Послушай, нам надо сравнить, что ты помнишь, что я. Такое ощущение, что мы как будто из разных вселенных сюда попали. Если ты все расскажешь, может оказаться, что так и есть. — Рассказать тебе? Это было так отвратительно, что не передать, — передернулся Питер. — Ты меня ненавидишь, это мне понятно, — выговорил Дэдпул, преодолевая ком в горле и кивнул. — Есть за что. Но почему ты только что сказал, что играл по моим правилам? Ведь я, наоборот, делал все, что ты хотел. Я думал, это была твоя игра, — под конец едва слышно прошептал он. — Что? — растерянно спросил Питер. Он снова перестал что-либо понимать. Ебаный Дэдпул с его безумием. — Я делал все, что ты хотел, тебе вроде нравилось, — чуть громче повторил Уэйд. Вроде безопасная фраза. Но Питер задохнулся от боли, злобы и ненависти. — То, что я испытывал физическое желание в тот момент, нельзя брать в расчет! Нет тебе прощения! — наконец крикнул он. Ему хотелось выкричать всю свою боль, слова «Ты растерзал мое тело, ты искалечил мою душу, ты убил все лучшее, во что я верил, ты меня изнасиловал» черным нефтяным фонтаном рвались из груди, но Питер больше не рассчитывал на жалость Дэдпула и не стал так унижаться. — Ты так сильно злишься, как будто это я тебе сделал больно… — убито проговорил Уэйд. — Боже, если ты, Дэдпул, даже этого не понимаешь, — зло прошипел Питер, — что с тобой вообще разговаривать! Я приму все меры, чтобы тебя навечно заперли. Я, наверное, переживу. Но такой как ты не должен жить среди людей. И он снова развернулся, чтобы разбежаться и улететь отсюда. Сделал решительный шаг с крыши, бросив себя в воздух, вниз. — Я не делал тебе больно! Это ты мне! — отчаянно крикнул вслед ему Дэдпул. Но Питер уже летел с крыши вниз, намереваясь выстрелить паутиной в портик ближайшего здания напротив. Смысл фразы Дэдпула догнал его в падении, и он, ошарашенный осознанием этого смысла, едва успел выпустить паутину, чтобы взлететь по дуге и не разбиться об асфальт. В это время на крыше Дэдпул тяжело поднялся на ноги. Он уставился в том направлении, куда исчез Паучок, но не двинулся с места, не бросился за ним. Постоял, сведя плечи вперед, пригнув голову, зажмурился, стиснул кулаки, стряхнул напряжение, повернулся и медленно пошел в сторону лестницы, ведущей с крыши внутрь здания. Но через несколько шагов силы изменили ему, он, не дойдя до люка, вдруг ослабел, опустился на колени, уронил руки, сгорбился и так замер. Никто ж не увидит теперь его горе. Он не заметил, как сзади подошел Паучок. — Что ты сказал? — тихо спросил Паук, осторожно, но требовательно. Уэйд обреченно обернулся, не вставая с колен: — Что? Он даже не удивился, что Паук вернулся. Все кончено. Безнадежно же что-то дальше обсуждать. Он больше не вынесет слушать, как его снова отвергают. — Что ты сказал? — тем же тоном повторил Паук и тоже сел, в отдалении и сбоку, но чтобы Уэйд видел его. — Не помню, — устало ответил Уэйд. — Ты сказал, что это я сделал тебе больно, — взволнованно сказал Паучок. — Ты прав, надо разобраться. — Да ладно, чего уж теперь… Я не был против, — скомканно признался Уэйд. — Уэйд, скажи мне прямо, когда и чем я сделал тебе больно? Я должен понимать. Уэйд помолчал, пытаясь подобрать какие-то слова для случившегося. Не получалось. — Ты просишь или требуешь? — вдруг спросил он. Это отчего-то сделалось сейчас самым важным. Питер напрягся. Не то слово. Он окаменел. Снова? Снова просить? Но что-то явно было не так, не по-вчерашнему. И он через силу выдавил: — Прошу. — Хорошо, — тяжело ответил Уэйд, — я скажу. И он выпалил скороговоркой, глядя в сторону: — Не спорю, я был не против, чтобы ты меня связал, но ты трахнул меня без подготовки и при этом обзывал очень обидно и зло. И потом бросил меня, даже не отвязав. — О господи, — только и смог выдохнуть Питер. Он весь покрылся холодным потом. — Это был не я, — добавил Питер растерянным голосом, все еще не до конца переварив это ужасное осознание. — А кто? — по инерции и без интереса спросил Уэйд. — Не знаю. Но не я, — заторможенно проговорил Питер, думая о своем. Значит ли это, что и с ним?.. И Питер рывком с места подскочил к Дэдпулу, хотел было схватить за плечи, но в последний миг не смог заставить себя к нему прикоснуться. Он просто присел на корточки прямо напротив Уэйда и спросил: — Значит, и ты не связывал меня и не принуждал ни к чему? — Нет. Уэйд наконец поднял голову и взглянул на него более осмысленно. — Тогда кто? — спросил Паучок. — Кто-то связывал и принуждал тебя? — тихо, не дыша, спросил Уэйд. Глаза на его маске медленно сузились. — И тебя? — эхом спросил Питер. — И выглядел, как я? — перебил Уэйд. — Не отличишь, — ответил ему Питер. — Безумные Дэдпул и Паук из параллельной вселенной? — Вещества, вызывающие кошмарные галлюцинации? — Злые клоны меня и тебя, о которых никто не знал? — Постой, — Питер начал думать вслух. — Кто умеет превращаться? Наводить иллюзии? И кто при этом наш враг? Они уставились друг на друга. — Локи, — выдали они в один голос. — Я убью его! — Уэйд взвился на ноги одним прыжком. Его ярость была безмерна и ослепительна. — Я тоже, — прошипел Питер и вслед за Уэйдом вскочил на ноги. Как прекрасно снова перенести ненависть на врага! Ненавидеть Уэйда, которого Питер сначала любил так сильно, было для него ядом в развороченной кровоточащей ране, и вот, яд исчез, смытый чистым потоком правды, теперь рану можно будет исцелить. Насчёт убить Локи — это Паук еще посмотрит, конечно, но найти его!.. Срочно! Питер ухватил за руку Уэйда, который жаждал немедленно обнаружить врага и ввязаться в бой, остановил его порыв. Уэйд обернулся. — Значит, это был не ты, — сказал он Уэйду, всe ещe держа его за руку. Подвел итог. — Это был не я, — подтвердил Уэйд. — Что он с тобой сделал? — сквозь зубы выцедил он, слегка сжимая руку Паучка. — Сейчас не важно. Я справлюсь. Главное, это был не ты. --- Выследить Локи пока не удавалось никому. Человек-Паук знал, что асгардцы тоже ищут его, как напавшего на дружественный Мидгард, а уж Мстители и подавно. Расследование подсказывало, что Локи на Земле. И Паучок с Дэдпулом подключились к поискам, собирая зацепки и следы. Сами они могли и не справиться, но на следующий день обнаружились доказательства того, что место короля в одном из микро-королевств Земли занял двойник-самозванец и наглухо заперся во дворце. Туда отправился Тор с небольшой гвардией преданных ему соплеменников, оснащенных лучшим асгардским оружием. Они обошли расставленные вокруг резиденции защиты, прорвались через блок охраны, им удалось застать Локи врасплох и взять его. Пока Паук и Дэдпул были заняты розыском, они действовали порознь, лишь иногда созванивались, чтобы обменяться информацией, но не говорили о личном. Питера на этом этапе устраивало зыбкое равновесие, иллюзия нормальных рабочих отношений между ними, но, конечно, оба избегали прежних скользких шуток. Паучку хотелось продлить мираж надежды на новую встречу, которая все объяснит и исправит, поэтому страшно было задавать вопросы. Уэйд тоже берег эту иллюзию, притворяясь, что все по-прежнему. Но ничего не было по-прежнему. Каждая фраза выходила натянутой. Когда Питеру прислали известие, что Локи схватили, Дэдпула не было в городе. Питер подозревал, что бывший наемник полетел туда и влез в гущу событий. Выйти с ним на связь не удалось, и тогда Паучок помчался наперерез тюремному авиа-борту, на котором Локи должны были доставить к месту депортации с Земли. Он рассчитывал встретить самолет прямо на посадочном поле. И не зря. Дэдпул действительно оказался на борту, он проник на туда еще до взлета. Он искал удачный момент, но в присутствии Тора и всей его гвардии не смог в самолете добраться до Локи, чтобы убить. Когда приземлились, и закованного Локи переместили в укреплeнный автозак, чтобы везти дальше, Дэдпул напросился туда же, якобы для усиления охраны. Пока транспорт ехал по взлетному полю к зданию аэропорта, он вырубил нескольких охранников-асгардцев, которые сопровождали Локи. Человек-Паук в это время выскочил на гигантское асфальтовое поле аэропорта, угнал первый попавшийся грузовик для багажа, понесся на нем на полной скорости навстречу и наперерез транспорту и встал как вкопанный на его пути. Водителю транспорта ничего не оставалось, как дать по тормозам. Паук выпрыгнул из грузовика, метнулся к задней двери транспорта и ворвался внутрь, сорвав запоры. Дэдпул обшаривал карманы лежащих охранников и как раз нашел ключ от бокса Локи. Паук заметил в его руке пистолет. — Стой! — крикнул Паук. Дэдпул обернулся, вставляя огромный допотопный механический ключ в скважину. — Не стреляй! — снова крикнул Паук в огромном прыжке от порога прямо к нему. Дэдпул успел приоткрыть дверь, но рухнул на металлический пол, сбитый ударом пятки Паука в спину. Он приподнял пистолет, ловя на мушку Локи в проeме, но Паук выхватил у него оружие паутиной. Локи не пытался выскользнуть из камеры-бокса. Он согнулся над маленьким выдвижным унитазом, его беспрерывно рвало. — Лучше убейте, — выдавил он между спазмами и его вывернуло снова. — Я и без пушки задушу его, — упрямо бросил Дэдпул Пауку, подпрыгнув прямо с пола в сторону проема, но Паук захлопнул дверь перед его носом, повернул ключ, снова запирая Локи внутри. — Ты не видишь, он скован по рукам и ногам, это расправа! — Паук оттолкнул Дэдпула от двери. — Это справедливая расправа! — рявкнул на него Дэдпул, и тоже попытался оттолкнуть от двери, выхватил второй пистолет из кобуры. — Это самосудная расправа! Остынь! Он свое получит, — твердо сказал Паук, не давая сдвинуть себя с места. — Что тут происходит? Почему меня не разбудили? — позади Человека-Паука в задних дверях транспорта появился Тор. — Ты три дня не спал, дорогуша, — с саркастической любезностью сообщил ему Дэдпул. — Не мог заснуть без любимого братца. Жалко было тебя будить. — Ты их убил?! — взревел Тор, увидев лежащих на полу охранников. — Нет, что ты. Я ж не убийца какой-нибудь, — хмыкнул Дэдпул с самоиронией, убрал левый пистолет обратно в кобуру, и взмахнул правой, ладонь которой была замотана паутиной вместе с пистолетом. — Это ты за братишкой плохо смотришь. — Не волнуйся, теперь присмотрю, — зло буркнул Тор, прошел в глубь транспорта, видя, что Локи заперт. Стукнул в оконце к водителю. — Поехали дальше. — А меня ты, что, не арестуешь? — прицепился Дэдпул к Тору, — я же вон что натворил! — и он обвел рукой раскиданных им охранников. — И боксы тут есть свободные! — Не до тебя сейчас, — недовольно буркнул Тор. — Ты же с ним не заодно. Спишем на несчастный случай. Ты ж не выручить его хотел. — Ага, всего лишь убить. — Я сам его часто готов убить, — пробормотал Тор и отвернулся. Паучок сел на лавку, идущую вдоль стены, потянул за руку Дэдпула. Тот тоже сел рядом. — Зря ты меня остановил, — серьезно сказал Дэдпул Паучку и постарался не ухмыльнуться. — Вон и Тор со мной согласен. — Мы не должны быть как он, — сказал Паучок Дэдпулу, имея в виду Локи. — Сделаем все по закону, его есть за что судить. Тор покосился на них, стоя у двери бокса с Локи, слушая, как его там рвет, но ничего не сказал, только покачивался от езды, держась за поручень. — Что с ним? — спросил Паучок Дэдпула и Тора. — Магическое отравление, — ответил Тор. — Второй день так, и ничего не помогает. Кто-то тайком стимулировал его агрессию новым зельем «Приап», а это постэффект, и я выясню, кто его отравил. Преступлений Локи этот факт не оправдывает, но мы должны знать и этого врага. Кто-то же подослал к нему ту женщину, о которой он вспомнил и рассказал мне в самолeте, когда ему предложили воды. — Я могу помочь в поисках? — спросил Паук. — За расследование уже взялись лучшие специалисты обоих миров, Паучок. Мы выясним истину, прежде чем судить его. Но спасибо.