The Gifted: BonesLand

☀️ Камила

      Все трое возвращаются не в лучшем настроении. Видимо, новости от Перена Динэна не совсем позитивные, раз на лицах девушек изображён целый мрак. Камила выжидала несколько минут, прежде чем, наконец, заговорила с ними. - Ну что? - по звуку своего голоса, Камила крайне удивилась тому, как он устало звучал. Хриплый, поникший... Она потратила слишком много сил и теперь ей снова нужно хорошенько поесть и выспаться прежде, чем вернуться к Тони. Камз аккуратно кладёт руку на солнечное сплетение Топаз, поглаживая его, - где-то там, глубоко внутри, сейчас есть её подруга, возможно, она их даже слышит.       Кларк проходит вглубь комнаты, устало вздыхая. Камила думает о том, что и её беременную подругу тоже стоит проверить. Внутри Кларк растёт целая жизнь, возможно, Гриффин до конца ещё это не осознает, ведь рискует собой она часто и, порой, необузданно. Это главная ошибка блонди - рваться вперёд, на помощь другим, но не себе. - Нам нужно в Дюну, - отвечает Гриффин. Она запускает пальцы в свои белокурые волосы и удручённо вздыхает, принимая поражение. Камила недовольно цокает языком, смотря на неё. Она с ума сошла? - Нет, - отрицательно качает головой она. Кларк приподнимает брови в безмолвном вопросе. - Шерил может справиться самостоятельно, с ней будет охрана, у неё больше опыта в королевских делах, а ещё, Кларк, - Камила выпрямляет спину, холодно произнося, - ты беременна. - Я беременна, а не смертельно больна, - Кларк фыркает. В её взгляде читается раздражение и полное несогласие. - Кларк, там жаркий песок, палящее солнце, неизученная территория и всё, что нельзя беременным. Ты понимаешь ответственность, которую ты несёшь? Думай не только о других, но о себе и ребёнке, в конце концов.       Кларк отводит взгляд в сторону, задумываясь. Камила поворачивает голову, обращая внимание на двух других девушек. Шерил соглашается с ней, кивая. Лорен выглядит потрясённой. Чёрт возьми, а ведь она не знала о беременности Кларк... - Камила права, Кларк, - поддерживает её Шерил. - Я знаю Вильямсов. Я справлюсь с ними в одиночку. Всё, что от тебя требуется - держаться иных, они помогут тебе. А ещё присматривай за Камз и Ти-Ти. - Да, Кларк, это разумно, - Лорен подбадривает их, придя в себя. Она делает шаг ближе к Камиле, осматривает её с ног до головы, а потом вновь поворачивается к Кларк. - Если бы здесь была Лекса, она бы заперла тебя на все замки и не выпускала бы тебя в бой ни за что. Если она тебе посоветовала обратиться к этому продавцу и дала столько приключений на твой зад, то это означает, что о ребёнке она даже не догадывается. - Да, - отвечает Кларк. - Я не успела и не знала, как ей об этом сообщить.       Блондинка поднимает голову, поворачивая её в сторону Тони. Она выглядит такой встревоженной и хрупкой... Камила сжимается изнутри, видя такой Кларк. Обычно Гриффин сильная, всегда рвётся в бой всех спасать, но сейчас она просто не может этого сделать. Ради своей безопасности и безопасности живого человека внутри неё. Блондинка проводит рукой по пока ещё плоскому животу, так она успокаивает себя. - Я буду здесь, я буду помогать Камиле, как смогу. - Кларк соглашается, но видно, что делает это не ради себя, а ребёнка. Её рука всё ещё на животе, аккуратно поглаживает его, с большой заботой и лаской. - Но как мы будем действовать? - Ох... Предоставьте это мне, - ухмыляется Шерил. Блоссом подходит к кровати, на которой лежит Тони с нескрываемой тревожностью на лице. Камила отодвигается, чтобы рыжеволосая смогла поцеловать её в лоб. - Мы справимся. - Говорит наследница трона Блоссомов будничным тоном. - Обязательно справимся.

☠️Луи

      Пропускали их по длинному узкому коридору, проверяя документы и состав труппы. Караульные были повсюду, Луи не решался слишком часто заглядывать за массивную дверь, но узнал знакомую металлического цвета униформу - цвет семьи Томлинсонов. Первых проверили тройняшек гимнастов - Абел, Анкрет и Абрариель были одеты в блестящие обтягивающие гимнастические костюмы, на их лицах были фиолетовые маски с большими перьями. Оказывается, отец устраивает бал-карнавал в честь рождения нового сына... Заодно с этим совместил и встречу с аристократами по поводу новых строительств на территории Пустоши, хочет развить свою губернию.       Тройняшки быстро прошли в зал и понеслись за кулисы сцены, готовиться к своему представлению. После них к караульным подошёл хмурый фокусник - Янкин, в чёрном мундире и чёрных расклешённых брюках, под мундирам торчал воротник белой рубахи, на голове у мужичка был привычный цилиндр, такой есть у каждого второго фокусника во всех сопливых цирковых фильмах. На лице у Янкина чёрная маска под цвет костюма - без перьев и блёсток, обычная неприметная маска. Его караульные начали о чём-то спрашивать, из-за гула в зале Луи не смог распознать вопросы. Но держали его недолго, Янкин удалился через несколько секунд и отправился так же за сцену.       Луи держался Элии, та добыла для него фальшивые документы и на быструю руку сделала бумажку о том, что он состоит в труппе. Луи не устанет благодарить её за это. Они стояли в самом конце и с этого места мало, что видно и слышно, но лучше прийти напоследок вместе с руководителем, так точно никто не заподозрит, учитывая, что они играют супружескую парочку. Новое кольцо, которое они прикупили на границе не совсем шло Луи под чёрную накидку и чёрные узкие брюки, с его металлической маской она тоже крайне не сочеталась. Кольцо с большим ярко-красным камнем , это первое, на что обратят внимание. У Элии точно такое же.       После фокусника подошёл парень, с которым Луи ни разу не разговаривал и совсем недавно узнал его имя - Перимед Тьюки, оказывается он был шпрехшталмейстером, если коротко говоря - объявлял номера. И как же ему это шло внешне! Хорошо сложенный мужчина с бронзовой кожей, тёмными серыми глазами, крупным носом, квадратной челюстью и чёрными бровями. У него длинные иссиня-чёрные волосы, которые отчасти закрывают серую маску под стать костюму...но большего шарма для представления номеров была трость, на которую он сильно опирался при ходьбе. Мужчину тоже пропустили достаточно быстро.       И вот остался последний человек и настанет их черёд. Луи нервно поправляет маску, из-за которой у него раскалывалась голова - металл не лучшее, что стоит носить на голове, но только благодаря этому металлу в прорез глаз они спокойно вставили большие линзы, как для очков. Только эти линзы не улучшают зрение, а меняют цвет глаз, по которому Луи легко определить. Теперь, благодаря такой прекрасной маске у него карие глаза, а благодаря бархатным коричневым перчаткам, его прикосновения в доме не повлияют на магию отца, который с помощью любого железного предмета и его магии могут почувствовать его присутствие. Поместье Томлинсонов, по большей части из камня и железа, необычного железа...а того, что создал отец своей магией и привязал к этому месту.       К караульному подходит Вилли Стефан, парень, что стоял перед ними. Парень возраста Луи, с ним Томлинсон тоже старался не общаться, потому что уж очень сильно этот паренёк своим добрым характером напоминал ему Гарри, особенно учитывая то, что этот парень дрессировщик животных. Он невысокий, хрупкого телосложения, светлокожий парень с голубыми глазами, круглым подбородком, большими ушами и заостренным носом. Волосы тёмно-коричневого цвета, выкрашенные в рыжий. Парень улыбается и протягивает документы караульному.       Когда и он уходит, то караульные обращают внимание на него и Элию. Рука девушки вложена в руку Луи, "обручальное" кольцо поблёскивает от света из-за зала. Луи улыбается, посматривая на свою временную жену и умоляя небеса, чтобы их пропустили, как можно быстрее. - Не знал, что у вас есть муж, госпожа Элиа, - говорит один из караульных. - Иногда мы находим свою судьбу в самые непредсказуемых местах. Мы с мужем познакомились на одном из наших выступлений, как оказалось, раньше он тоже был в труппе, но та распалась и вот теперь он с нами. Да, любимый? - сверкает глазами Элиа. Вот же актриса, сразу видно, что с картами таро работает - артистка. - Повезло же мне, дорогая, - отвечает ей Луи.       Элиа протягивает их документы. Караульный пробегает глазами по строчкам, а потом поднимает голову и устремляет свой взгляд на Луи. Его взгляд не говорил ни о чём хорошем. Сердце Луи сжалось от ужаса, если сейчас всё сорвётся, то весь план пойдёт коту под хвост. Томлинсон выдавливает улыбку, в ответ смотря на караульного и ожидая его слов. - Архелох? - спрашивает его караульный. - Моя мама была юмористкой, - не переставая улыбаться говорит Луи, благополучно скрывая облегчение.       Их пропускают в зал, и они двигаются в сторону кулис к остальным членам труппы. Луи всё ещё испытывает тревогу, но не показывает её, передвигаясь с выпрямленной спиной и сияющей улыбкой. У него есть преимущество - он знает этот дом, как свои пять пальцев. Какие бы запреты не давал отец, Луи всегда был любознательным и познавал свой дом каждый вечер, только такие увлечения у него и были. - Не нервничай, - шепчет Элиа, наклоняясь к Луи. Со стороны вполне могло показаться, что она всего лишь целует своего любимого мужа в щёку перед важным выступлением. - Веди себя, как влюблённый идиот.       Мимо них пронёсся слуга, держа в руках поднос с бокалами дорогого вина. Луи сдержал себя, чтобы не остановить его и не взять один бокальчик "для храбрости". Не сейчас, не время.       Усталые, но улыбчивые слуги тащили бесконечные подносы в зал, то и дело ставя их на стол, на котором и так была дюжина других блюд и напитков. Бальный зал соединялся с кухней прямым коридором. В детстве Луи часто туда проскальзывал и воровал горячую выпечку и холодное молоко. Вот и сейчас мимо него проплывали блюда и пироги, приятно пахнущие и скручивающие живот от голода. Фасоль с беконом, шоколадные пироги, курятина, пряная свинина в остром соусе...       Поражённо улыбаясь и продолжая следить за залом, он играл роль напущенного идиота с наивными взглядами на жизнь, при этом держа свою жену за руку. Хорошо, что полного соприкосновения с "обручальным" кольцом на коже не чувствовалось благодаря перчатке, на которую было одето кольцо. Но вес всё-таки давил.       Они зашли за кулисы и быстро отсоединили руки. Элиа осмотрела свою труппу с нескрываемой тревожностью. Возможно, это был их последний номер, и девушка это полностью осознавала. Она делает вдох перед тем, как начать подбадривать своих ребят. - Мы справимся, а после этой ночи хорошенько напьёмся, так что, давайте приложим усилия, чтобы пережить эту ночь.

***

      Свет погасает, привлекая внимание гостей на сцену, где был единственный источник свечения. На сцену выходит Перимед, опираясь на свою трость. Он приветствует зрителей мелодичным голосом, при этом не забывая похвалить хозяина поместья за приглашение и за такую дивную публику. Лесть - то, что любят богачи. Мужчина представляет фокусника и в дыму тут же появляется под громкими аплодисментами Янкен. Впервые Луи видит, как тот улыбается.       Из рукава фокусник достаёт карты, предлагая выбрать одну кому-нибудь из зала. Кто-то подходит к сцене, выбирая из колоды одну карту, мужчина запоминает карту, которую выбрал, потом показывает залу и и фокуснику, после чего кладёт обратно в колоду. Фокусник благодарит его за помощь и просит наблюдать со стороны. Янкен берёт колоду в руки, размешивая её, после чего выдвигает из своего "волшебного" ящика стекло. Пару раз ещё раз перемешав карты, он бросает пару слов зрителям о "Магии" и "представление", те хлопают, предвкушая увидеть фокус, но... когда Янкен достаёт карту, то зритель, участвующий в представлении, сказал, что это не она. Зал затих, а Янкен удивлённо перепроверил карту и снова спросил, точно ли это так. Фокусник расстроено вздыхает и резко бросает колоду в стекло. Те падают на пол, но одна внезапно остаётся прикреплённой к стеклу и повёрнутая мастью к зрителю. Зал разрывается в аплодисментах, ведь это оказывается именно та карта.       Черёд Луи. Всё это время он сидел в чёртовом ящике и через маленькие дырочки смотрел какую карту выбирает зритель. А потом ещё несколько секунд искал эту карту в своей колоде, а потом быстро клеил её на клей во время удара карт о стекло. Как же трудно работать в чёртовом цирке. Фокусник поднимает руки, купаясь в аплодисментах и снова начинает отводить внимание толпы на себя какими-то небольшими манипуляциями с помощью рук. Во время этого Луи выбирается из большого ящика, ложась на спину и внимательно прислушиваясь. - А теперь я сделаю ещё один из моих фокусов, - бодрым голосом произносит Янкен, а Луи хочет убить себя за то, что нос зачесался так невовремя.       Фокусник достаёт нож и подкидывает его, когда тот приземляется на сцену, то всё вокруг покрывается туманом. Луи одним прыжком поднимается на ноги доставая маленькие кинжалы из сапог. У них мало времени, пока этот туман рассеется, на сцену ему вывозят большую мишень, к которой привязана Элиа.       Зрители охают, когда на сцене вместо фокусника видят какого-то парня в чёрной накидке с тремя кинжалами и привязанную к мишени девушку. Все вокруг начинают что-то говорит, не понимая, что же будет происходит. И пока они все говорили, Луи пафосно, поднял руку с одним кинжалом, прицелился и кинул его, попадая прямо в цель и разрезая одну верёвку. Элиа, вновь включив актрису, улыбалась зрителю, хотя сама не была уверена, справится ли Луи, ведь тренировок у них не было. Второй кинжал разрезает ещё верёвку около талии. И третий почти попадает в голову, но удачно ударяется о верёвку. Луи облегчённо вздыхает...ещё бы немного и всё, конец шоу.       Только толпа начала хлопать в удивление, как за этим послышались всплески радости и криков, когда над их головами пролетели три фиолетовых фигуры на канатах. В руках гимнастов были дымовые шашки с фиолетовым цветов. Дым наполнил всю сцену, обволакивая Луи и Элию. Только вот девушка остаётся на сцене, быстро входя в роль ясновидящей, которая способна очень долгое время отвлекать внимание, а вот Луи исчезает со сцены благодаря Анкрету, который подхватил его за подмышке и помог подняться по верёвку вверх...прямо к железным большим прутьям сверху. Пока Абел и Абрариель отвлекали всех своими невероятными трюками, Луи карабкался наверх, как можно быстрее. - Ну ты и клуша, - прошептал Анкрет, отпуская его. Луи смотрит вниз и улыбается тому, как третий брат удивляет своим появлением всех гостей.

⚔️Лекса

      Лексе уже совершенно начинает не нравиться тот факт, что всё, что они обсуждают с Вестой обходит остальных ребят в команде. Это кажется не правильным и взглядами, которыми Лексу провожают участники становится раной в сердце. Она чувствует себя последний скотиной по отношению к ним, поэтому Лекса дала себе обещание - всё, что будет в этих стенах не останется между ней и Вестой, она всё расскажет команде и они уже вместе решат, что будут делать.       Веста сидела за своим дорогим столом в бирюзовом брючном костюме. Сама элегантность. Лекса садится на кресло напротив, закидывая ногу на ногу. Об играх ничего не было слышно, известно лишь то, что они будут через месяц. Что будет в состязаниях? Кто будет участвовать? Об этом им ничего не говорили. Веста наклоняется вперёд, облокотившись локтями о стол. - В этой игре принимают участие двое, - наконец, говорит она, - Жнец и Бродяга. Я не знаю, о чём будут испытания, но чутьё мне подсказывает, что тут они справятся. Ты и Кэйя более приспособлены к оружию ближнего боя. Жнец проворный и умный, Бродяга же... Он может иногда казаться ребёнком и глупым, но когда он выходит из роли, в которую играет, то приятно удивляет. Не зря же меня так зацепила его первая игра. Он сделает то, что нужно. - Почему ждать месяц? - спрашивает Лекса. В её голове пронёсся ураган вопросов, но она оставила те, которые считала действительно важными и интересными. - Не знаю, - честно отвечает наставница, - Основатели что-то готовят. Меня подталкивает к этим мыслям. - Только вот к хорошему или плохому? - задумчиво спрашивает Лекса больше себя, нежели Весту. - Хороший вопрос, но, пожалуй, нам остаётся лишь гадать.       Лекса кусает губы, поворачивая голову в сторону окна. С этого места прекрасный вид на пустыню и палящее солнце, гладкий, мягкие песок блестит на солнце, а пару кактусов вдали только открыто говорят о том, что вокруг ни единой души, и они находятся непонятно где. Скорее всего, это частная территория, которую Веста выкупила специально для этого здания, поодаль от жилых мест. Раньше Лекса недооценивала эту женщину, считала, что она просто богатенькая дама с высоким эго и с причудливыми мыслями о том, что нужно выиграть, пешка в руках основателях. Но сейчас Вулу видит перед собой стратега - опытного игрока, который просчитывает каждый свой шаг наперёд. Все их задания и испытания в стенах этого дома были запланированы, она наблюдала за ними со стороны, используя для этого Джотерна. - Как думаете, эта резкая перемена в играх связана со мной? - спрашивает Вулу. Женщина постукивает пальцами по поверхности стола, задумываясь над её вопросом. - Не отрицаю и этого. Ты достаточно сильный игрок в этой игре, тебя сложно выиграть. Думаю, они хотят от тебя избавиться всеми возможными способами, возможно, пытались избавиться от тебя и раньше.       Лекса никогда об этом не задумывалась. Действительно, а пытались ли от неё избавиться основатели ранее? Она всегда была невероятно сильной, Окари хорошо для этого её подготовил, она была живым оружием для него и готова была идти за своим учителям по следам. Выполняла все его поручения, в то время, как основатели часто сторонились её, лишний раз не трогали и не взаимодействовали с ней. Они давали поручения через Окари, даже хвалили через него. Что, если они боятся её? Но почему? Что в ней такого? - Они сторонились меня. Хотя Гудвин часто со мной общалась...остальные же. - Гудвин могущественная. Её нечего тебя сторониться, ведь она самый могущественный гем в мире. Могущественнее может быть только её дочь.       Кларк. Гудвин знала, что Кларк сильная, она часто во время встреч с Лекой размышляла о силе Кларк, о её магии, могуществе, о том, какой они новый мир построят, о том, что сила в Кларк - это то, чего хотят многие. Но Гудвин никогда не размышляла о Кларк, как о дочери. Не размышляла о том, через что пришлось ей пройти, не было слов о том, как ей жаль, что ребёнок рос в другом мире, а не рядом с ней. Гудвин всегда говорила о магии, а не о чувствах собственного ребёнка. А всё потому что ей сама Кларк неважна, ей нужно от неё что-то другое...Магия? Но как она у неё заберёт магию? Возможно ли это? - Мне нужно встретиться с Кларк, - говорит Лекса, смотря на Весту. - Они прибудут ближе к играм, Лекса. Тебе нужно терпение.

👑 Кларк

      Иногда она задаётся вопросом о том, какой бы она выросла, если бы Сара не отдала её в мир людей. Была бы она той, кем является или стала такой же, как Гудвин? Она не думает, что ей действительно жаль, что всё сложилось так, как сложилось. В детстве она часто фантазировала о том, какого это - иметь любящий родителей, часто Гриффин завидовала своим одноклассникам во время "родительских выходных", завидовала, когда на выпускном в средней школе вместо того, чтобы танцевать с отцом, она танцевала одна вокруг кружащихся пар детей и родителей. Но, как оказалось, её родители не были прекрасными людьми. Хотя Кларк ничего не знает о своём родном отце, только со слов Гудвин и у неё всего один снимок. Он был человеком, которого убили гемы. Но как он здесь оказался? Как обычный человек смог пройти через тот туннель? Через него можно пройти только если в твоей крови есть магия, либо же тебя сопровождал гем. Тогда кто его сюда привёл?       Ей надоели эти загадки, устала она от тайн и расследований. Всё это обременяет, на её плечи взвалилось слишком много дерьма, которое разгребать совершенно не хочется. Но это нужно сделать ради её будущего, будущего ребёнка, что растёт внутри и будущего её близких. Лекса учила не сдаваться, она всегда говорила ей быть сильной и не опускать оружие до тех пор, пока враг не проткнёт сердце ей мечом и она упадёт замертво. Так что, Кларк расправляет плечи, смотря на Альыира подходящего к ней в белом мундире. - Здравствуй, Кларк.       Она устало осматривается вокруг, - кристальные стены, которые раньше она считала привлекательными резко начали давить на неё, будто впиваясь осколками в кожу, проходя в вены по всему телу. Гриффин поворачивает голову к парню, который не был враждебно к ней настроен, он никогда не давал поводов для беспокойства или ненависти, но стоит помнить о том, что он - один из приближённых Сары, что автоматически значит - враг. - Здравствуй, - говорит она как можно более дружелюбно. Принц вновь улыбается, указывая рукой в сторону коридора. - Прогуляемся? - предлагает он.       Это была бы отличная возможность узнать что-нибудь новенькое. Она утвердительно кивает, отходя в сторону от принца. Они идут молча, нога в ногу. Неловкая тишина затянулась, когда они начали подходить к тёмному коридору, где не было ни единой души. Кларк осмотрелась, в поисках выхода, куда бы она могла убежать в случае атаки. Ей совершенно не нравилось, куда ведёт эта прогулка. - Я бы никогда не причинил тебе вреда, Кларк, - встревоженно говорит парень. Он замечает её страх и, кажется, ему даже жаль, что всё так получилось. Альвир улыбается ей, вставая перед ней и спокойно произносит, - Никогда.       Он странно на неё смотрит, и ей это совершенно не нравится. Морщась, она отступает назад, взгляд парня тут же сменяется на боль. Он стыдливо опускает голову и поджимает губы. Кларк даже жаль парня, ведь его чувства совершенно не могут быть взаимными. Никогда. Процитировала она его слова в своих мыслях. - Я просто хочу, чтобы ты знала, я не хочу скрывать от тебя. Мне говорят, что не стоит торопить события и говорить тебе об этом, но я больше не могу видеть в твоих глазах призрение. - Он вновь поднимает голову, их глаза сталкиваются. Кларк неловко, что он так близко, но если она сделает шаг назад, то принц замкнётся, и от неё может уйти очень важная информация. - Во время коронации Сара объявит о нашей помолвке.       Оу... Кларк приподнимает брови. Так вот, как Гудвин решила с ней поступить. Даже не спрашивала её и просто пихнула в руки тому, как удобно. Неужели она думает, что такие образом сблизится с ней и получит её доверие? Что за игру ведёт Сара Гудвин? Чего она хочет добиться своими действиями? Кларк хмыкает над своими собственными мыслями. Чтобы узнать, чего хочет Сара, нужно узнать её все потайные секреты, чует её задница, что таких скелетов в шкафу настолько много, что могил не хватит. - Я знаю, что ты любишь Лексу, поэтому я на твоей стороне, поэтому я помогаю вам, - добавляет Альвир с печалью в голосе. Гриффин вскидывает одну бровь, требуя объяснений. - Тебе, Шерил и своему народу. - Этими словами он вгоняет её в ещё большее в недоумение, но весь напор мыслей исчезает, когда она видит, как уши принца вытягиваются, а глаза приобретают нечеловеческий бирюзовый оттенок. Он не гем... - Ты...иной? - шёпотом, чтобы даже ветер не услышал её слов, спрашивает девушка. Альвир моргает и опять с болью во взгляде тяжело вздыхает. - Я всегда был эльфийем и всегда гордился этим, пока Сара не сожгла дом с моими родителями заживо и не забрала меня. Тогда я понял, что должен играть по её правилам, но никогда не забывать произошедшее. Она придумала какую-то идиотскую историю про меня и стала растить, как жениха для дочери, хотела получить более могущественного внука... Но ты нарушила все её планы, - он ухмыляется, кивая на живот Кларк, - я влюблён в тебя, но это никогда не будет взаимно, даже в моих снах. Я влюбился ещё тогда, когда мельком увидел в академии... а потом увидел, как ты смотришь на Лексу и понял, что мне не светит даже твоего рукопожатия. - Ты шпион иных? - задаёт другой вопрос Гриффин, стараясь не затрагивать тему влюблённости, ей она кажется неловкой для них обоих. - С ранних лет. Если ещё жив, значит, я вне подозрений Гудвин. - Почему ты решил мне рассказать об этом? - Хочу, чтобы ты знала, что я на твоей стороне и хочу свергнуть Сару так же, как этого хочешь ты. Я служу лишь одной королеве. Тебе. - Уверенно заверяет он.

🔥Шерил

- Ты видишь что-нибудь? - шепчет Шерил, обращаясь к Лорен. Тёмная отрицательно качает головой. Они уже час ходят по туннелю, в котором ранее она была с Кларк. Не спускались сюда лишь потому что считали, что здесь могут быть монстры или ещё какая-нибудь неприятная нечисть, с которой сталкиваться не очень хотелось.       Пока они ходили по чёрным коридорам с Лорен, то девушки не обнаружили ничего, кроме красивых гравировок Иных повсюду и кучи тюремных камер. Последнее было жутким в данной ситуации. У них было небольшое преимущество - из-за того, что Лорен тёмная, то она прекрасно чувствовала темноту вокруг, чувствовала чьей-то присутствие и в случае чего они могли бы быстро скрыться, при этом Хурэги ещё и прекрасно видела в темноте, так что они просто не могли ничего пропустить.       Проходя через тюремные камеры, Шерил задавалась вопросом, кого бы тут могли держать. Судя по искусным рисункам на стенах, это подземелье было построено ещё во время правления Эльфийцев, значит, они создали и эти камеры. Возможно, здесь они держали преступников, возможно, просто пленников, которые оказались не в том месте. И когда власть перешла основателям и те обнаружили эти подземные лабиринты, то, наверняка, для них это было идеальным местом для своих гнусных замыслов.       Они с Лорен идут по другому пути, там, где она не была с Кларк. Страх неизвестности мешал рассуждать рационально, но, в конце концов, они двигались вперёд. В руках у каждой был меч в случае опасности, но это всё равно лично Шерил не придавало уверенности в своём деле. А коридор всё не становился меньше, он будто был бесконечным.       Огонь Шерил не зажигала в страхе, что на него прибежит подобное чудовище, что напало на Кларк в прошлый раз. Её глазами и ушами была Лорен. Учась в академии, у них были совместные задания от Лексы, к примеру, как-то раз они пробрались в дом какому-то богачу и украли ценные бумаги, которые указывали, что он жестоко издевался над своими слугами. В тот же день Лекса лично казнила этого мужика и распустила всю его свиту, а слуг освободила из оков тирана. Но в таких подземельях они ещё не были...       Лорен останавливается, преграждая путь Шерил, она выпрямляет руку, втобы Блоссом не сделала лишнего шага. Липкий страх завладел всем телом будущей основательницы, она в ужасе смотрит то на очертание лица Лорен, то на пустую мглу впереди. Что Хурэги увидела? - Впереди странная лестница, ведущая к двери. - Отвечает Лорен на все мысли рыжеволосой. - Проверим? - предлагает Шерил. Страх страхом, но за дверью могут быть очень важные сведенья.       Лорен двинулась вперёд. Шерил за ней. Они подкрадывались осторожно, прислушиваясь к темноте, на них могут напасть в любую секунду. То существо было очень быстрым и умным, оно могло бы накинуться на низ из-за угла или же, как только они откроют дверь, то их встретят горячие объятья подобной твари, которую ранее Шерил сожгла заживо. Сегодня она может не успеть атаковать в ответ.       Они поднимались по лестнице аккуратно, Шерил вцепилась в плечи Лорен, ища ногой ступеньки внизу. Если к темноте можно приспособиться, то к темноте конкретно в этом подземелье приспособиться казалось невозможным. Как Кларк здесь ходила? Но всё-таки, преодолевая последнюю ступеньку, Лорен тянет ручку двери на себя, открывая её.       В нос отдаёт запах сырости и химикатов. От яркого света, в глазах начало щипать, и Шерил пришлось моргнуть множество раз. Только после восстановления фокуса, она смогла осмотреться - полки с химикатами, разбросанные на полу книги, больничная койка с прикреплёнными серебряными наручниками около мест, где должны находиться руки и ноги. Так же держатель для головы, изготовленный из кожи. В этой палате была ещё одна дверь, стеклянная, наверное, для того, чтобы наблюдать за подопытным. За стеклом виднелась лестница, ведущая вверх. Скорее всего, в ту самую лабораторию, в которую хотели привезти Тони.       Очень удобное расположение комнаты. Наверху проходят опыты, сюда привозят того, кто так или иначе прошёл опыт, допытывают его всякими лекарствами, а потом, в случае неудачного эксперимента - скидывают чудовище в подземелье. А это значит, что та тварь, которую они с Кларк видели ранее далеко не единственная и что с большей частью им придётся ещё встретиться...Задерживаться они не стали, Лорен потянула их обратно в тёмное подземелье, только при закрытии двери, она обращает внимание на дверную ручку - серебро. Значит, эти твари боятся серебра? Поэтому они не способны вернуться в лабораторию - такую огромную дверь не выбьешь, а до ручки им просто не прикоснуться. Всё продумано до мелочей.

☀️Камила

      Существо внутри Тони не говорило, но оно смотрело на неё своими большими чёрными глазами. Оно контролировало каждое действие целительницы, наблюдала и иногда улыбалось. Если оно всё ещё не могло ходить и лишь в яркие вспышки боли могло как-то навредить, то это значило, что Топаз не сдаёт позиций внутри и не даёт полностью собой завладеть. Камила не боится этого паразита, с такой же уверенностью и напором, она привязывала руки и ноги Тони к кровати разорванным пододеяльником. Существо не спускало с неё глаз и взгляд стал твёрже, когда Тони привязала руки ей над головой к прутьям железной кровати.       Кабейо села на край кровати, растирая руки. Существо не выражало эмоций лицом, зато в глазах читалась ярость. В ответ на эту ярость целительница лишь дерзко улыбается, готовясь вступить с ним в бой внутри. Она ещё покажет, кто здесь сильнее. Никто и никогда не посмеет навредить её близким. Они найдут выход из этого дерьма и ещё покажут этой твари, что не стоит злить восьмёрку.       Проникая своей магией в тело Тони, она сразу несколькими ударами ударяет по тёмному существу. Если до этого она не знала слабых мест и действовала крайне осторожно, то сейчас она знала, куда бить. Она чувствовала себя намного увереннее и сильнее. Она воспринимает эту тварь внутри, как паразита, червя, который проник внутрь пациента и сжирает всё на своём пути. А паразитов надо выводить, как пятна от соуса на рубашке.       Удар за ударом и руки вновь стало жечь. Но нет, это её не остановит. Чёрное пятно начало пульсировать, отбиваться. Глаза Тони становятся ещё более чёрными. Паника, нарастающая в твари, жуткий страх, который нагнала Камила на него. Он боится её света. боится быть убитым. Именно этот взгляд твари придал ей ещё больше уверенности, когда она снова ударила по твари своим светом, пробивая маленькую дырочку во тьме. "Вот оно!", - радуется Камила, струя магии мгновенно оказывается внутри этой мглы.       Она ожидала здесь увидеть многое: магию Тони, саму Тони, либо же облик твари, но никак не воспоминания. Настолько реалистичные воспоминания, что Камила практически чувствует, как воняет в этой канализации всяким мусором и выбросами. Когда она оборачивается, но видит Тони, привязанную к какому-то столбу, а рядом стоит мужчина - лысый с короной на голове. Его лицо такое же мерзкий, как и голос. В руках этот мучитель держит молоток, которым секунду назад он выбил колени Тони.       Сердце ухает вниз при виде такой беззащитной Тони. Такая хрупкая, побитая, как физически, так и морально девушка, еле стояла, прикованная цепями и смотрела на своего палача со всей яростью и жестокостью. Она не сдавалась даже в такой ситуации, не давала себя подавить, не давала себя уничтожить. Топаз оставалась собой до последнего, даже когда крики заполняли комнату, даже когда припухшие из синяков глаза болели из-за слёз. Она не сдавалась и держала свой внутренний стрежень. - Кричи, мне нравится, как ты кричишь, - говорит это лысое отродье, вертя молоток в руках, - тебя никто не услышит. - Пошёл нахуй, - выкрикивает Топаз, после чего удары последуют вновь и вновь, а крики становились всё громче, молящие о помощи...       Камила дышит, пытаясь ухватиться за воздух, но увиденное, выбило её из колеи, тьма откинула её назад и залатало ту небольшой прорез внутрь. Кабейо покинула тело Тони, уставившись в чёрные глаза. Существо, смотрящее на неё, улыбалось. Кабейо сжала руку подруги, нужно вновь отправиться внутрь и посмотреть, есть ли изменения.       Погрузившись своей магией внутрь, она смотрит на тьму, которая немного, но стала меньше. А, значит, и слабее. Она обязательно вернётся внутрь, даже если последующие воспоминания будут хуже предыдущих. Она возьмёт часть бремени Тони на свои плечи, и они пронесут его вместе.

☠️Луи

      Воспоминания с этим домом в большей степени негативные и даже пугающие, но есть и что-то хорошее, что приятно вспоминать, проходя мимо коридоров и смотря на комнаты, в которые он в детстве пробирался. В основном, приятные мысли только связанные с сестрой. Тая любила этот дом, она всегда была намного светлее, чем вся семья, с помощью своей магии она могла открывать замки и проходить куда-угодно, такой ей достался дар. Если подумать, это идеальный дар для воровки. Но Тая слишком мягкотелая, чтобы пойти на преступление.       Луи идёт всё дальше и дальше, смотря на портреты своих предков. Все эти портреты повешены в главном коридоре, ведущим к тронному залу. Раньше они висели на втором этаже, там, где спальни и кабинет отца, но как только его отец занял трон и стал правителем Пустоши, то эти картины повесили здесь. Луи не знает истинных причин, но у него есть две теории: либо показать могущество всех членов семьи для каждого гостя, показать, как сильно его отец уважает дар семьи и боготворит её, либо же... он просто не хочет видеть эти осуждающие и сердитые лица, каждый раз, когда идёт в спальню.       Луи рассматривает картины, двигаясь вперёд. Раньше отец приводил его сюда, клал руки ему на плечи и говорил, что когда-нибудь, когда его не станет, то тут будет его портрет и он будет наблюдать за тем, как один из его детей справляется со своими обязанностями. Луи никогда не был любимчиком, скорее, им был Зокан - старший сын, которому старший Томлинсон всегда уделял больше внимания и лично давал ему руки фехтования или магии. С Луи у них отношения не сложились ещё в детстве, когда стало известно о его магии смерти. Как только отец узнал о его даре, то сказал, что это позор семьи, что теперь он такой же нечистый, как его дед.       Мать Луи... Адели - слабая женщина, Луи всегда не считал её своим приоритетом, да и она не общалась с ним. Они виделись всего один раз в день - на общем ужине. Отец всегда считал, что завтрак нужно разделять самостоятельно, во время обеда мать и отец были слишком заняты делами, поэтому обедали они с братьями и сёстрами под присмотром нянек и учителей. А вот ужин - семейная трапеза, это Луи ненавидел больше всего. Вечером отец каждого спрашивал о тренировке, учёбе, уделял время всем, но не Луи. Его будто не видели, будто он не существовал. Томлинсон младший чувствовал себя опустошённо после каждого ужина, как-то он начал пропускать такие трапезы, никто, кроме Таи, этого не заметил. Где-то в пятнадцать он понял, что бессмысленно приходить, и он перестал. Его там не ждали. А после "смерти" сестры он и вовсе сбежал во время одного из таких ужинов. Луи был более чем уверен, что его исчезновение и не заметят, но он ошибался, потому что письмо из Пустоши пришло через неделю.       Письмо было не от отца, а от его няньки, которая молила вернуться Луи. Естественно он сжёг письмо с презрением на лице, кто же знал, что женщину казнят на следующий день за "ужасную работу". Луи винил себя за её смерть, но вернуться сюда казалось пыткой. Он не хотел снова оказаться в месте, где был позором и мусором. У него не было смысла жить здесь, ему было страшно смотреть в глаза отца. Идя по коридорам, он вспоминает многое из своей жизни здесь и надеется, что сегодня - последний день, когда его нога ступила сюда, он надеется, что больше не увидит, так называемую, семью.

🌙Лорен

      Они ходят по этому подземелью уже который час, но пока не наткнулись ни на одного монстра, похожего на того, которого Кларк и Шерил ранее убили. Лорен удивляли размеры этого подземелья, ещё запах и тьма здесь была иной. Тьма будто была фальшивой, запах имел странную гниль, смешенную с тёмной магией и кровью. В некоторых местах запах был настолько сильным, что кружилась голова. Но никаких тварей всё ещё не встречалось.       Шерил сказала идти ей потому пути, по которому они ходили с Кларк. Хурэги всё больше удивляется силе Гриффин, одной беременной девушке в этой мгле... Слишком рискованно, но в этом вся Кларк, она всегда рискует собой на благо другим, когда-нибудь это может погубить бедную девушку. Если бы Лекса была рядом с ними, она бы оторвала им всем голову, узнай она, что они позволяют вытворять Кларк. А потом Кларк закатила бы глаза и поставила бы Вулу на место. Как всегда, только ей позволяется это делать. Как-то раз Лорен решила усомниться в идеи Лексы, а потом ходила с тремя сломанными пальцами ещё месяц.       Блоссом сказала, что уже скоро они дойдёт до нужного места, и та оказалась права. Они подошли к странному коридору. Здесь было несколько путей, впереди лестница, а рядом запертая дверь со странными символами. Лорен подошла ближе к этой странной двери, присматриваясь к ней. Что-то ей напоминали эти символы... Она провела рукой по одному из круглых отверстий с символом, вглядываясь в него. Что же это? Ключ. Такой символ есть на ключе, который она нашла в сокровищнице пиратов и забрала себе. Лорен засовывает руку в брюки, доставая ключи и поворачивает к Шерил. Та ничего не видела, поэтому просто стояла и смотрела в небытие. - Зажги огонь, - прости её Лорен. Через секунду на ладони девушки вспыхивает пламя, рыжие волосы идеально сочетаются с языком огня. Она выглядит, как ведьма из фильмов. - Смотри. - Хурэги протягивает ключ Шерил.       Глаза Блоссом расширяются от удивления. Но не от недоразумения. Видимо, ей что-то известно про эти ключи. Блоссом берёт его в руку и победно улыбается. - Четвертый ключ, - ухмыляется она, - осталось два. - Где их искать и что это за ключи? - спрашивает Хурэги, смотря на ключ в руках Шерил. - Надеюсь, мы получим эти ответы в Дюне.

⚔️Лекса

      После разговора с Вестой ещё весь день Лекса не могла рассказать своей команде о том, о чём они разговаривали из-за тренировок и постоянного надзора Джостена, который тоже в последние дни выглядел опечалено. Причины ей неизвестны, да и не интересны в общем-то. - Ты будешь им говорить? - Спрашивает Драг, когда они остаются наедине в комнате. Лекса вздыхает, присаживаясь на свою кровать. - Да. - Коротко отвечает она. Драг задумчиво мычит ей в ухо, отчего она морщится. - Ну, дерзай.       Лекса прислушивается, проверяя, укладывается ли кто-нибудь спать. Обычно Эдуардо громко зевает перед сном, Кэйя отжимается и слышны её вздохи после каждого подхода, Маргад молится перед сном, а вот Гестия тихо укладывается, поэтому с ней непонятно ничего. Но сейчас никаких шорохов не было, всё достаточно тихо, все заняты размышлениями или чтением. - Мы говорили с Вестой о предстоящих испытаниях, - начинает Лекса, говоря громче, чтобы её услышали. - Я уж думал, ты не расскажешь, - раздаётся голос Бродяги, - что она сказала? - Не было каких-то подробностей, сказала лишь то, что ты и Жнец следующие. - Отвечает Лекса, её взгляд окидывает четыре стены, в которых она буквально заточена, и она устало откидывается на подушку. - Немного ещё осталось, Лекс, - подбадривает её Драг. - Всё скоро изменится. - Никаких подробностей? - задаёт второй вопрос Эдуардо. - Вообще никаких. Она сказала, что основатели готовят что-то грациозное. - Думаю, она знает, - слышится голос Жнеца, - просто решила устроить для меня сюрприз. - О чём ты? - Лекса хмурит брови, с чего бы Веста должна что-то скрывать? В чём мотив? - Моё последнее задание у Весты, где мне отрубили ногу...В общем, это была очень важная миссия. Мы должны были убить её конкурентов - влиятельные гемы, у которых тоже были свои люди. У нас долгая была битва, слава богине, что не в городе, мне кажется, за такое бы нас казнили. Но так вот...я был лучником, хорошим лучником. Врагов было много, а мне нужно было прикрывать своих издалека, но, к сожалению, я не проследил за врагом, который подошёл ко мне со спины. Из холодного оружия был лишь два охотничьих ножика, у него меч. Сама понимаешь - шансы невелики. Из-за моей невнимательности я потерял ногу и много своих людей. Веста была очень зла на мою оплошность, я должен был следить за врагом, а не за тем, кого защищал. - Ты прикрывал только одного? - удивляется Лекса, присаживаясь на кровать. Она смотрит в стену так, будто хочет через неё увидеть эмоции азиата. - Своего ученика. Парню было тринадцать, это его первый бой, я переживал за него. Вот и отвлекался.       Как бы поступила Лекса, если бы это был её ворон? Она бы поступила бы, как Веста. Одна жизнь не стоит многих. Она это понимает, как лидер, как стратег. Но с другой стороны, будь она на месте Маргада, а на месте того мальчишки - Кларк, думала бы она о других? Рискнула бы той самой "одной жизнью"? Это очень сложно, об этом невозможно рассуждать со стороны, нужно оказаться в ситуации, а потом судить за это человека. - Думаешь, будет лук? - Высказывает своё предположение Кэйя. - Думаю, да. Будет что-то связано с луком. - Зачем там тогда двое? - Голос Эдуардо, на удивление, не звучит испуганно - напротив, уверенно и решительно. Он понимает, что когда-нибудь это случилось бы. - Без понятия. Кто знает, что придумали эти черти? - фыркает Кэйя.       Лекса смотрит в потолок и думает о том, что чтобы не придумали основатели, им нужно выстоять. Если нужно будет два участника, то это значит, что потом остаётся либо два, либо одно испытание. Скоро придёт её время и тогда она покажет основателям все карты этой удивительной жизни. Она устроит им настоящий ад.

👑 Кларк

      Обычно они не обедают все вместе, Сара сутками пропадает в академии, но сегодня "особенный день" подметила женщина, присаживаясь за стол. Гриффин лишь пожала плечами и приступила к своему супу с морепродуктами. Гудвин, как обычно, во время трапезы начала вести диалог с Альвиром и Эгилем о делах в мире и что им предстоит в будущем сделать. Таким образом, говоря о "помощи своим гражданам" она пыталась выглядеть добрее в глазах Кларк? Тогда почему из всех её слов сделано единица от всего? Она говорит громко и красиво, но делает всё во благо богатых и себя, а не своего народа. Такие правители не заслуживают и гроша той любви, которую получают.       Политика никогда не интересовала Кларк. Но в её стране это сильно навязывается. Она жила в разных штатах, по понятным причинам, во всех этих штатах не было комфортно. Люди, само собой, бывали и добрыми и хорошими, но система образования в США из тебя будто хочет сделать идиота, а не того, чтобы ты развивался. Помнится, она хотела углублённо изучать несколько предметов, в чём ей отказали. Из-за того, что она из детского дома или просто из-за того, что не стоит лезть туда, куда не надо? Гриффин очень злилась тогда и не понимала, почему к ней такой отношение. Сейчас, смотря на Гудвин, она понимает, что та злость не сравнима с той, которую она испытает по отношению к Саре. - Так вот, я разговаривала с Оливером Вильямсом, он бы хотел устроить приём в честь будущих наших правителей, - говорит Гудвин, при этом смотря на Кларк. Гриффин не показывает своего удивления и счастья, но внутри взрываются фейерверки. - Думаю, это можно устроить, как думаете? - Да, было бы неплохо, - пожимает плечами Кларк. - Это поможет мне узнать эту семью поближе. - Твой первый приём, Кларк. Впереди их ещё так много, ты даже представить не можешь. Раньше я любила такие вечера, но сейчас меня жутко утомляет. - А что за приём? Что там будет происходить? И когда? - Сегодня, это самый оптимальный день. Как я говорила: особенный день! Сегодня День Рождение Грерона, старшего сына Оливера, ему исполняется восемь лет, так что сегодня весь Бонэсленд горит зелёными огнями всю ночь. - А знамена с Единорогами будут? - спрашивает Кларк из чистого любопытства. - Конечно. День Рождения одного из членов королевской семьи - особенный день. - Мне, наверное, стоит знать имена и больше информации о Вильямсах, если мы сегодня едем на празднование. - Конечно, - Сара согласно кивает головой, после чего поворачивается к Альвиру, - Будь любезен, расскажи всё моей дочери.       Альвир выпрямляет спину, так он делает всегда, когда Сара к нему обращается. Раньше Кларк думала, что это из-за уважения к девушке, но узнав, кто принц на самом деле, она смотрит на этот жест совершенно по-другому. Ему приносят разговоры с ней дискомфорт. - Оливер Вильямс - основатель, у него есть жена по имени Ариадна. Оба они спокойные, редко бывают в гневе. Вести диалог с ними крайне легко, так что, думаю у тебя не будет сложности в этом, главное - не задавай провокационных вопросов, такое будет лишним. Разговаривай с ними только тогда, когда к тебе обратятся, в противном случае это будет невежество. - Альвир поправляет волосы и продолжает посвящать Кларк в королевские дела. - У них три сына: Грерон, ему сегодня исполнилось восемь, Арамиль - тому шесть и Стэнили, самый младший, которому пять. Грерон вспыльчивый, гиперактивный ребёнок, требует к себе особого внимания, с ним лучше быть мягче, любое неправильное словов его сторону и отношения между тобой и Вильямсами испортятся, они к своим детям трепетно относятся. Арамиль почти не говорит, не дави на него, он с тобой не заговорит. Стэнли отличается от братьев, он очень отзывчивый ребёнок, наоборот, с тобой захочет максимум взаимодействий, с ним легко.       Сара кивает, соглашаясь. Основательница уж было хотела что-то добавить, но Альвир не дал ей этого сделать. - У тебя спросят про коронацию. И у тебя будет право вето. Это вето можно будет использовать всего один раз у всех основателей, кроме твоей семьи. С правом вето будь осторожна - основатель сделает всё, что ты пожелаешь, но один раз. Это кровный документ, неразрушимый. Если ты возьмёшь право вето, то должна будешь сделать в будущем что-то в ответ. Помни об этом. - Необязательно им пользоваться, дорогая. - Вмешивается Сара. - Оно тебе не понадобится.       Кларк кивает, но в голове у неё созревает совершенно другой план.

🔥 Шерил

      Блоссом не уверена какое точное количество времени она провела с Лорен под землёй. Единственное, о чём она думала после того, как Лорен показала ей ключ - они могут оказаться абсолютно, где угодно, даже за территорией Бонэсленда, поэтому поиски обширно увеличиваются в десятки раз. Стоит ли им выбираться по ту сторону? Возможно ли это, учитывая барьер?       Сколько бы она не прокручивала мысли в своей голове, стоило им зайти в комнату Камилы, как они резко исчезли, когда она увидела Тони, привязанной к кровати. Голова её девушки мгновенно повернулась на звук, на губах всплыла жутковатая улыбка. Блоссом смотрит в сторону Камилы, девушка выглядела подавленно. Что случилось, пока их не было?       Камила сидит на постеленном матрасе, который любезно им дала на время Верховная Целительницы. Девушка смотрела вниз, ковыряя пальцем ниточку из матраса, пытаясь её вытащить. Камз была целиком и полностью поглощена в себя, она не обратила никакого внимания, когда дверь за ними захлопнулась, девушка была в своём собственном мире размышлений.       Шерил подходит к Целительнице, присаживаясь рядом с ней. Аккуратно, чтобы не напугать её, рыжеволосая проводит рукой по плечу Кабейо, пытаясь вернуть её в реальность. Камила дёргается в ужасе поднимая голову, сейчас она была похожа на хомяка, который увидел опасность в виде дикой кошки. Шерил совсем осторожно гладит её по плечу, успокаивая. - Что случилось? - осторожно спрашивает Шерил. Камила смотрит в сторону кроыати, прямо в чёрные глаза Тони, безотрывно наблюдающей за ними. - Оно показало мне воспоминания Тони в заточении, - отвечает девушка, - это было ужасно, Шерил... К ней относились, как к скоту. Боюсь, даже, если она к нам вернётся, то не будет такой, как прежде.       Блоссом это понимала. Она часто думала об этом вечерами в своей комнате между мыслями о том, как спасти им жизни и как вытащить Тони из лап этой твари. Её девушка пережила ужасы пыток, над ней не просто издевались и пытали физически, её морально уничтожили, удалив из неё магию и поместив вместо этого какую-то мерзость. Её лишили того, чем она гордилась больше всего на свете. Но даже, не смотря на всё это, Топаз внутри продолжает бороться, не выпуская на свободу то, что может завладеть ей полностью. - Мы всегда будем рядом с ней. Ей нужна наша поддержка и вера в неё, Камз. Она борется, и мы должны бороться до конца.       Камила кивает головой, соглашаясь. Целительница поднимается с матраса, потом помогает подняться Шерил и поворачивается к Лорен. Блоссом отходит в сторону, присаживаясь рядом с Тони и беря её за руку. Чёрные глаза устремляются на неё и следят за каждым действием. Оно понимает каждое их слово, оно слушает, наблюдает, запоминает. Даже, если оно не способно контролировать телом, у твари всё ещё больше власти. - Как всё прошло? - спрашивает Камз больше Лорен, чем Шерил. Руки целительницы обхватывают щёки Тёмной. Они стоят близко друг к другу и всё их внимание сосредоточено только на них самих. Какая бы ситуация сейчас не была, эти двое не виделись слишком долго, они не знали, что происходит с их парой, не знали, жива ли она. И сейчас, смотря друг на друга и понимая, что всё хорошо, всё равно есть напряжение, мысль о том, что всё может оказаться иллюзией или злой шуткой богини. Блоссом смотрит на Тони и мечтает о том, чтобы увидеть в них родной проблеск тёмно-карего цвета. - Мы нашли кое-что, - отвечает Лорен. Она не говорит, что конкретно по одной причине - здесь есть незваные гости в виде существа с чёрными глазами. - Как ты? - Лучше, чем Тони. - Отвечает Камила. Кабейо пару раз проводит пальцами по щекам Лорен, после чего отстраняется и поворачивается к Шерил. - Приходила Миссис Бессель, она сказала, что тебе пришло приглашение во дворец Вильямсов на бал в честь Рождения его сына. - Точно, - протягивает Блоссом. Она совсем об этом забыла, а на улице сегодня не была, поэтому не видела, как мир резко начинает окрашиваться зелёными флагами. - Надеюсь, Кларк тоже получила приглашение. - По-другому, просто быть не может. Устроите шоу? - Лорен выпрямляет спину, ожидая ответа Блоссом. - Хм... Посмотрим. - Задумчиво говорит Шерил, наблюдая, как глаза Тони становятся ещё темнее.

☠️Луи

      Наконец-то, он оказывается перед массивной железной дверью. А последний раз он был за ней в тот день, когда у него отняли самое дорогое - Гарри. Томлинсон дёргает ручки на себя, проходя внутрь большого зала. Первое, на что он смотрит - то самое место, на котором стоял Стайлс, на котором он упал на колени, а потом и на пол намертво. Луи отводит взгляд, смотря на небольшое древо, там запечатлены души. Зачем эти души отцу, он так и не мог понять.       Шатен идёт к этому древу, стараясь не смотреть в ту сторону, где умер Гарри. Парень проводит пальцем по бутону, наблюдая за свечением внутри. Словно фонарик... Луи завороженно смотрит на бутон, лепестки которого не переставали угасать. Души внутри пытались вырваться, тянулись к нему. Он бы рад помочь, если бы знал, как это сделать. - Я ждал тебя, - раздаётся до дрожи голос позади. Луи резко оборачивается. - Здравствуй, сынок. - Ты... - Выплёвывает Томлинсон, - хорошее выступление. Не думал, что ты скатишься до того, что будешь ездить с цирком и играть клоуна. - Ты всё такой же ублюдок. - А ты всё такой же сопля, - парирует отец. Его походка настолько легка и уверенная в себе, что Томлинсона младшего ещё больше раздражает собственный отец, - красивое дерево, не правда ли? - спрашивает мужчина в сером костюме. Он встаёт рядом с Луи, смотря на древо жизни. - Знаешь, зачем нашей семье души? Ты, наверняка, задавался вопросом. - Не думаю, что когда-либо получу ответ, - фыркает Луи. - Отчего же? Ты - мой сын, мой наследник. Наследнику положено знать правду, ты так не думаешь? - Ври кому угодно, но не мне. Я бы никогда не стал наследником, ведь я "опороченный", как ты говорил. Я всегда был тенью этого ебучего дома. Ты забрал у меня всё, что я любил - годы с сестрой, свободу, детство...Гарри. Ты разрушил мою жизнь. - Опять это нытьё, Луи. Хватит вести себя, как ребёнок, - презрительно говорит отец, - так ты хочешь знать историю древа? - Потом ты меня убьёшь, ведь так? Не думал. что когда-либо подниму на тебя руку, отец. Но, признаться честно, в последнее время я только об этом и мечтаю.       Томлинсон старший смеётся, задрав голову. Его смех звучит, как лезвие ножа, нет и намёка на что-то мягкое. Он наклоняет голову вбок, смотря на древо. - Мы занимаемся сбором душ всё наше существование, Луи. Наша семья имеет необычную магию, в основном, всё связано с металлом. Металл есть везде - в быту, на работе, в производстве, даже в крови. Это способность настолько обширная, что мы могли бы завладеть этим миром, но мы этого не делаем. Мы долго живём, развивая магию, ты никогда не думал, почему наша семья такая могущественная? Почему у нас так много магии? - спрашивает отец. Луи и правда никогда об этом не задумывался. - Мы забираем души и питаемся ими. Конкретно в душе гема или любого другого магического существа располагается магия, которая из души исходит прямо по венам, по всему организму. И если нам пожирать души, то чужая магия сливается с нашей, потому что только наша магия способна пожирать любой вид магии, улучшая нашу силу. - Зачем тебе столько тел? - Луи старается скрыть ужас, который он испытывает. - Видишь ли, у нас с основателями есть уже давняя задумка. Тела нам нужны. Как только исчезает душа, которую я съедаю, тело уязвимо на несколько минут и туда можно поселить кое-кого очень интересного и уважаемого. - Как понять, кого-то интересного? - Не переживай, сынок, скоро узнаешь. - И что этого кого-то можно поселить только в пустую душу? Неужели ты так много ешь? - К сожалению, питаться душами можно только раз в месяц. И то только одну. Досадно, не так ли? Но иначе меня переполнит магия, и я сам себя превращу в металл. Поэтому мы поселяем гостя и в тела, где уже есть душа. - И как у вас выходит? - осторожно спрашивает Луи. Эта информация ему кажется полезной, ему надо срочно искать выход, как выбраться и бежать отсюда далеко и надолго. Встретиться в месте, которое они назначили с труппой. - Неужели ты пытаешься меня вычитать? - Смеётся его отец. - Сынок, ты можешь думать, что я тиран, деспот, но такова наша жизнь. Ты ещё не знаешь, что впереди... Если узнаешь, то ещё спасибо отцу скажешь. Неужели тебе не хочется стать наследником? - Я вижу тебя насквозь, отец. Я знаю тебя слишком хорошо, поэтому не поведусь на твои пустые разговоры. - Хорошо меня знаешь? - смеётся старший Томлинсон. - Правда что-ли? - У меня было время как можно лучше изучить тебя. Я знаю о тебе всё. - Сквозь зубы говорит Луи, незаметно тянясь к кинжалу за плащом. - Если ты так хорошо меня знаешь, то ответь на один вопрос: Как меня зовут? - Господи, что за бред? Конечно, я знаю, как тебя зовут..ты...ты.. - Луи замер. Чт за дерьмо? Он в самом деле пытается вспомнить имя отца, но не может. Или не знает? - Всё ещё думаешь, что хорошо меня знаешь, Луи?

🎩Гарри

      Он слышит голоса. Один из которых распознать не может, а вот второй...Кажется ему таким родным. Гарри смотрит в пустоту впереди себя и не видит ни кого, кто бы мог говорить. Откуда этот звук? Стайлс ищет вокруг себя хоть что-то, похожее на человеческое. Но ничего нет. Тогда он чувствует свет, что льётся прямо сверху. Подняв голову, он приоткрывает рот в немом крике.       Луи! Гарри вновь пытается крикнуть, но у него будто отобрали голос. Стайлс встаёт на ноги и кричит. Луи! "Увидь меня, я здесь, Луи!", - пытается крикнуть Гарри. Но его не слышат. Следующее, что он видит - это, как чужая рука хватает Луи за шею, а парень пытается отбиваться или убежать. Гарри паникует, он не хочет такого конца для них обоих. - Луи, - удаётся сказать ему. Голова Луи по ту сторону поворачивается. Томлинсон смотрит на него... - Луи...       Странное покалывание пробегает по всему телу Гарри, в животе начинает жутко болеть. Что происходит?