Надежда дьяволов

      Нельзя сказать, что Надд очень любила горы, но определённую тягу к ним она явно имела. Иначе объяснить ебуче гигантские горы, чьи вершины скрывались где-то, можно полагать, в атмосфере, было сложно. Если точнее, другого объяснения Надджа просто не могла придумать, несколько панически оглядывая каменную лестницу, ведущую к этим самым вершинам. Чутьё, насмешливо звенящее на краю сознания, прямым текстом говорило о жизненной необходимости по чёртовой лестнице подняться — жаль не говорило зачем — но всё равно делать больше было нечего, так как вокруг небольшого травянистого участка, на котором стояла девочка — что тоже было странно, ведь в своих снах она обычно принимала вид себя взрослой — клубился белый туман, скрывающий собой, по меньшей мере пропасть, и от того доверия не внушающий. Единственное, что можно было считать плюсом — полное отсутствие такого ощущения как холод, потому что упасть с чёртовой лестницы на середине пути, замёрзнув, даже звучало совершенно не обнадёживающее.       Без особых надежд Надд потянулась к своей мане, что так же привычно текла по каналам, но отклика ожидаемо не получила:       — Как предсказуемо! Это даже не интересно: осмысленный сон с неясной целью, в котором твою силу блокируют! Это же чёртово клише! — Надджа ругалась вслух, злобно пыхтя, но ступень за ступень поднималась выше, не чувствуя усталости. — Ну правда, когда уже придумают что-нибудь новенькое? Не знаю, что, но они же писатели, сценаристы и всё такое! Они чёртовы боги в своих чёртовых мирах! — демоница присела на одну из миллиона ступенек, уставившись в безоблачное небо перед глазами. — Хочу тоже себе свой мир. Я буду о нём заботиться и оберегать его. У людей там будут суперсилы и не будет стандартных сюжеток! Или суперсил не будет? Это же тоже будет частый сюжетный поворот! И что мне делать? — тяжело вздохнув, девочка встала и, теперь обременённая мыслями: «Будет ли сильно частым сюжетный поворотом люди-грибы, которые могут и любят жрать друг-друга, когда голодны?» пошла дальше, перепрыгивая через ступеньки, каждую десятку меняя ногу.       По внутренним ощущениям прошло около часа, как после поворота появилась ровная часть горной породы, обрамлённая заборчиком, с тремя каменными, и наверняка холодными, скамейками. Проверить свою теорию хотелось невероятно сильно, да и отказывать себе не хотелось:       — Офигеть, они тёплые! Наверное. Ну типа раз они не холодные, то они же могут быть тёплыми? — невероятно логичные, на самой грани с отсутствием этой самой логики, заключения вырвались изо рта девочки, которая с преувеличенным интересом рассматривала самые обычные скамейки. Спустя целую минуты эту простую истину поняла и Надджа, развалившись на ближайшей к ней скамейке. — Ну, раз это всё-таки клише, то мне тоже надо думать, как герои этих клише. Логично? Вполне! Тааак, а что, собственно говоря, в таких ситуациях происходит дальше? — малышка сложила руки за головой на манер подушки и нахмурила брови. — По-моему в таких случаях здесь должен появиться кто-то ещё, человек важный для сюжета и становления главного героя, — девочка огляделась вокруг, ища незамеченное тело, но всё оставалось так же. — И никого я здесь больше не вижу. Печально, ну да ладно. Во-втором случае герой доходит до вершины и уже там встречает наставника или ещё кого-то, но нахрена мне вообще такой человек? Я демон, конечно, молодой и неопытный, но всё-таки высшая нечисть! — на эмоциях Надд вскочила, грозно уперев руки в отсутствующие бока, и уставилась в небо, полагая что именно там расселся ненужный благодетель.       В ответ на её слова с неба упали первые капли, что уже через секунду превратились в ливень, нещадно бивший по детскому лицу, всё ещё направленному наверх.       — Ясно, блядь, понятно! Всё я молчу! — правая бровь нервно дёрнулась, а под аккомпанемент к ней едва слышно скрипнули зубы. Ливень ослаб, теперь лишь маленькими каплями приземляясь на землю. — Достали!       Девочка поспешила к продолжению лестницы, яростно раздувая ноздри и сильнее сжимая кулаки в праведном гневе. Мокрая одежда неприятно липла к телу, спасибо хоть за короткие волосы, которые намокли, но совершенно не мешали. По ступеням она взбиралась максимально быстро, пиная мелкие камушки, попадающиеся по пути в пропасть. Солнце, появившееся неизвестно когда, издевательски светило в лицо, из-за чего глаза сильно слезились, что тоже вызывало волны раздражения, жертвой которых становилась каменная порода, которая даже немного крошилась от слабых ударов тоненьких ручек.       Можно ли считать плюсом подтверждение иллюзорности происходящего в виде отсутствия естественных для природы звуков или нельзя, но как же раздражала эта мёртвая тишина, обступившая горные пики непробиваемым барьером.       Казалось, что прошло пару недель минимум, когда на глаза попалась следующая каменная площадка, которая явно отличалась от встреченной ранее. Отличие Надд заметила издалека, ещё на сотню ступеней раньше. Узорчатая зелёная крыша в китайским стиле возвышалась над основанием метров на двадцать, поддерживаемая четырьмя столбами, вокруг которых обвились растения с нежно-белыми бутунами камелий. По всему полу в беседке были разбросаны мягкие подушки, а в самом её центре располагался небольшой круглый водоём с цветущими лотосами. Но самым примечательным была сидящая лицом к пруду девушка с длинными, заколотыми на манер древних китайских причёсок, тёмно-каштановыми волосами, одетая во вполне современные одежды: белую официальную рубашку, синюю плиссированную юбку до щиколоток и чёрные балетки. Девушка явно была из знатной семьи — об этом говорила идеально ровная спина и гордый разворот плеч. Женская фигура была словно выточена из стекла — невероятно прекрасная и хрупкая до невозможности одновременно.       — Здравствуйте, — тихо начала девочка, в качестве уважения кивнула головой, на три секунды задерживаясь в этом положении. Сидящая вздрогнула и обернулась. Всего на мгновенье Надд увидела удивление и узнавание в чужих глазах, чернильно-чёрных, но все эмоции быстро скрылись под маской самообладания — холодной и предельно вежливой. — Прошу прощение, что побеспокоила, но я посчитала необходимостью уведомить Вас о моём присутствие, — и вот опять чёртов этикет. Внутри Надджа молилась, чтобы девушка оказалась не сильной приверженицей традиций.       — Приветствую, прошу простить если заставила ждать, — девушка обладала тонким и мягким голосом, самое то для пения. — Присаживайся, — широким жестом говорящая указала на место перед собой на другой стороне пруда, чуть поморщившись. Демоница согласно кивнула и проследовала к великолепной, наверняка очень удобной, пурпурной подушке.       «Видимо мне всё же повезло! Может она окажется нормальной и не будет указывать на мои ужасные знания грёбаного этикета?»       Удобно устроившись под молчание девушки, Надд подняла глаза на свою собеседницу, мельком осматривая её, пока взгляд не наткнулся на порванную часть рубашки чуть правее и ниже сердца. От рваного отверстия расползлась красная клякса запёкшейся крови. Пулевое ранение. Смертельная для человека пуля в грудь. Волосы прикрывали кровь на спине, а запах жидкости отсутствовал, видимо, из-за веления создателя необычного сновидения.       Девушка, заметив внимание маленькой девочки на ране, быстро отделила одну прядь из основной массы за спиной и прикрыла ей пятно:       — Не думаю, что в твоём возрасте стоит смотреть на такое, — зеленоглазая покачала головой и растянула губы в мягкой улыбке. — Моё имя Чжоу Киую, но, пожалуй, можешь называть меня Сестрица.       «Сестрица? Так сразу? Такое чувство будто мы знакомы, а я этого не помню. Ну и дела. Хотя всё сложилось очень даже неплохо!»       — Хорошо, а меня зовут Надджа Рихтер, — на этих словах Киую чуть приподняла уголок губ в усмешке. — но сестрица может называть меня просто Надд!       Девушка тихо засмеялась, прикрыв рот ладонью, но блестящие глаза она скрыть не смогла, да и не пыталась:       — Приятно познакомиться, Надд. О, кстати, а что ты здесь делаешь?       — Я? Я гуляю! Тут так красиво, скажи, сестрица? — девочка эмоционально дёргалась, порываясь вскочить и оббежать ближайшие территории. — А что здесь делает сестрица?       — Я тоже гуляю, — девушка слабо улыбнулась. — Надд? Что-то случило? Ты бледнеешь! — Киую вскочила, бросившись к девочке, не обращая внимания на вспыхнувшую болью рану.       «О, так она совершенно не разбирается во снах? Забавно.»       — Сестрица не должна волноваться! Надд просто просыпается! Знаешь, меня там ждёт мама, так что мне пора, но не волнуйся, мы ещё обязательно встретимся! — уже несколько привычно махнув на прощание рукой и ярко улыбнувшись, Надд открыла глаза в знакомом лесу. Рядом всё ещё спала матушка, не убравшая свою руку с головы дочери даже во время сна.       «Любопытно получается, се-стри-ца, ты была в моём сне со смертельной раной, и я не видела тебя никогда раньше, а вот ты меня явно узнала, но решила промолчать. Из благородной семьи, но в разговоре со мной отказалась от этикета и формальностей. Что ж, Киую Чжоу, ты оказалась интересней, чем я думала.»       Девушка под её головой заворочалась, готовясь к пробуждению. Первым делом та зевнула, прикрыв рот ладонью, после раскрыла глаза, смотря сначала в прострацию, пытаясь спросонья понять, где находиться, а потом наконец перевела взгляд на Надджу, тотчас ласково улыбаясь и гладя девочку по голове:       — Ты уже проснулась, солнце? Надеюсь, ты не заскучала, пока я спала. Пойдём домой? Скоро время ужина, мы с тобой проспали полдня. — получив согласный кивок, девушка потянула девочку за собой, вставая, и направилась к дому, держа дочь за руку.       Уже в доме, сидя за столом, смотря на готовящую мать из-под прикрытых век, Надд неожиданно начала говорить:       — Знаешь, мам, — дождавшись заинтересованного мычания, девочка продолжила. — Мне сегодня снился странный сон. Там были высокие горы и длинная-длинная лестница. Я шла по лестнице очень долго, а потом увидела красивую беседку, а в ней сидела красивая тётенька, — нож, которым девушка нарезала овощи, с грохотом упал на пол. — Что-то случилась? Ты в порядке, мам?       — Да-да, извини, милая, — девушка неловко рассмеялась. — Я немножко увлеклась, всё в порядке. Ты продолжай, продолжай.       — Ну ладно. Так вот, ту тётю зовут Киую, но она сказала мне называть её сестрицей! Представляешь? — Надд сощурила глаза, внимательно следя за очень уж интересной реакцией на рассказ.       «Видимо мои догадки подтвердились. Любопытная всё-таки история получается!»       — Ого! Наверное, ты ей сразу понравилась, вот она и сказала так, — расставляя тарелки, матушка ни разу посмотрела в глаза своей дочери, а её пальцы чуть подрагивали, но своего волнения больше не выдала ничем.       — Угу, наверное… Как вкусно пахнет! Моя мама самая лучшая! — продолжая нахваливать свою кормилицу, Надд постепенно добилась желаемого. И вот её мама снова спокойна, выбирая с общей тарелки лучшее кусочки для дочери и рассказывая о каких-то смешных ситуаций.       Они просидели достаточно долго, перед тем как матушка опомнилась и погнала своего ребёнка спать, пока сама убирала всё со стола.       «Это было очень даже весело. Мне понравилось. Не погани она меня спать, было бы ещё круче.»       Посмеиваясь про себя, Надд добралась до своей комнаты, сразу направляясь к шкафу, на ходу пытаясь выпытать у мозга информацию о месте нахождения пижамы или чем-то на подобие. Разумеется, пижамы в привычном виде не обнаружилось, так что пришлось просто снимать с себя футболку, оказываясь в майке и шортах, которые снимать было решительно лень. Повалившись на кровать, девочка поняла — спать не хотелось совершенно. Она отоспалась на пару дней вперёд, да и если заснёт, то обязательно окажется в горах в компании беседки и лестнице. Тупик. Через полчаса валянья, к ней, постучавшись, заглянула мама, ласково улыбаясь.       — Выспалась, да? Сна ни в одном глазу! — девушка подошла и села кровать, поглаживая по волосам дочь. — Хотя бы попробуй заснуть, прошу, а то завтра весь день сонная ходить будешь.       — Я постараюсь, мама! Укроешь меня?       — Ага, спи, солнце, — мама аккуратно поцеловала девочку в лоб, отстраняясь, и с усердием принялась закутывать меня в одеяло. — Спокойной ночи, милая. Если что-то случится — сразу ко мне, понятно?       — Понятно! Спокойной ночи, мама!       Как только дверь за ней закрылась с детского лица мгновенно стёрлась сонная улыбка, превращаясь в лисью ухмылку.       «Самое время подумать о плане и проблемах. Первая, наиболее важная — это время. Я всё ещё не знаю в каком году очутилась. Чтобы это узнать надо идти в город. Завтра-послезавтра уговорю матушку в необходимости похода. Узнаю время — смогу нормально сориентироваться. Дальше тянуть нельзя. Неизвестно, когда настанет та самая разница в пять лет и потому мне следует поторопиться.       Дальше — моя мана. Из-за детского тела контроль мощно так просел, да и физ. подготовка тоже необходима. Нужно будет составить график тренировок. Для начала займёмся простыми упражнениями и медитацией. Месяца для самых основ хватит, а потом попрошу Рину составить более точный и подходящий под меня.       Следующее — разведка общей ситуации. Ближайшие пару лет в городах я точно буду редко, а значит надо найти подходящих для этой работы людей. Большой проблемой это не станет, с помощью чутья найти нужных людей — раз плюнуть, а вот убедить их в необходимости сотрудничества… Надо будет более тщательно подумать об этом. Мне, конечно, рассказывать о будущем запретили, но использовать эти знания никто не запрещал, так что разберёмся!       А ещё меня слишком напрягает ситуация с этой семейкой. Неизвестно от чего, но известно с чьей помощью, умерли двое человек, причём глава семьи о своей гибели явно знал, но на кой чёрт почти все вещи были перенесены в подвал, в котором ещё и заперлась, по своей воле или нет, девушка, являющаяся любящей женой и матерью — всё это под гигантским вопросом. Да и к уважаемому Создателю тоже есть вопрос: почему не убил сразу и женщину? Одни грёбаные вопросы, на которые ответ теперь хрен получишь!       Так, спокойствие, только спокойствие. Этим дельцем мы займёмся позже, впереди ещё тьма времени узнать секрет таинственной гибели, а сейчас в приоритете поход в город!»       Надд честно старалась думать ещё, но лень и детское тело сделали своё дело. Спустя час она уже спала, чтобы проснуться ни свет ни заря на первую для этого тела тренировку.

***

      Тихо прошмыгнув из своей комнаты в коридор, Надд заглянула в комнату мамы. Девушка ещё спала, обнимая во сне одеяло. Волосы разметались по подушке, залезая и на лицо, из-за чего она изредка морщилась, небрежным движением скидывая пряди.       Надджа умилённо пискнула про себя и подошла ближе, чтобы укрыть девушку, а после так же неслышно покинула помещение. Спуститься по лестнице, избегая особо скрипящих ступеней было не сложно, так что выбраться из дома, не разбудив маму, удалось просто великолепно.       «Никогда бы не подумала, что однажды снова буду пробираться аки ниндзя по собственному дому» — про себя смеялась Надд, подбегая к ручью чтобы умыться.       Место для тренировки девочка подметила ещё вчера, когда проводила маме экскурсию. Незаметный уголок в саду, вокруг которого не росло сильно пахнущих растений, был идеальным вариантом на первое время.       «Тааак… Для обычных малявок в таком возрасте тренировка не должна превышать 15 минут, но я-то совершенно не обычная, поэтому увеличиваем до получаса! Начнём с обычного разогрева мышц.»       В течение следующих тридцати минут по траве прыгала и бегала маленькая девочка, красная и растрёпанная, но весьма довольная.       «Фуух… Для первого раза это было очень даже неплохо», — Надд дышала под счёт, стараясь не сбиться от гордости за своё новое тело. — «Разминка окончена, время медитации!»       Демоница уселась на примятую траву, принимая удобную позу и расслабляя тело. Птицы задорно чирикали с веток, переругиваясь; ветер шелестел листьями, гоня их прочь; могучие зелёные великаны склоняли свои макушки, шумя. Голова девочки стала тяжелеть, а мысли проваливаться во мглу и вот в один миг уже слышно, как по ближним травинкам ползут жуки и муравьи, бабочки взмахивают своими крыльями, белки перебегают с ветки на ветку, а на лугу овцы пощипывают траву, едва слышно стуча копытами. Миг полного единения с окружающим миром перед тем, как погрузиться в вязкую тишину, не обращая больше внимание на царящие вокруг, обратив свой взор на себя, на живущую внутри силу. Полный контроль над собой.

***

      — Нааадд! Где же ты, солнце? Надджа! — громкие крики нарушили спокойную картину уединения, как капли падая в воду, тревожат безмятежную гладь.       «Она уже проснулась? Видимо я слишком увлеклась и опять забыла про время. Вот чёрт. Надо скорее выходить, не хочу, чтобы она узнала о этом месте раньше времени.»       Встряхнувшись, девочка поднялась с насиженного места, чувствуя себя просто невероятно хорошо. Мана текла по венам прохладной рекой, остужая и успокаивая разгоряченное из-за детского тела сознание.       — Я здесь, мам! — с этими словами Надджа выпрыгнула из кустов прямо на руки не ожидающей подобного девушке. — Ты уже проснулась?       На женском лице расцвела спокойная улыбка, загоняя обеспокоенность вглубь серых глаз:       — О, милая, я так волновалась! С тобой всё в порядке? — девушка принялась тщательно осматривать маленькое сокровище в своих руках, неторопливо идя к дому.       — Да, да, да, я в порядке! Просто, когда я проснулась, ты спала, а мне хотелось погулять, — девочка ярко улыбнулась, внутри просто помирая со смеху от своего спектакля. — А когда мы будем кушать?       Малышка завертелась в чужих руках, заприметив распахнутую настежь дверь дома. Не в силах удержать маленький ураганчик, Эрна аккуратно опустила свою дочь на пол, позволяя ей идти рядом:       — Сейчас что-нибудь приготовлю, не беспокойся, — девушка посмеивалась в кулак с очаровательности своей дочери. — Но прошу, не убегай так больше, я очень сильно за тебя испугалась, — Эрна присела перед насупившейся девочкой, примирительно поглаживая её по голове. — Ну-ну, не дуйся так, солнце. Хочешь вместе сходим куда-нибудь, а?       «Это я настолько гениальная актриса или леди Фортуна улыбается мне? Хотя без разницы, ведь всё складывается в мою пользу!»       — Я хочу в город! Мы давно там не были, мам, — девочка стала прыгать вокруг готовящей девушки, всячески мешаясь под руками, но при этом выглядела словно ангел, и злиться на неё просто не получалось.       — Город? — чуть задумчиво протянула девушка, постукивая пальцем по щеке в размышление. — Точно хочешь в город? Можем погулять с тобой по окру…       — Нет! — перебив маму, встряла Надд. — Я хочу в город! Ты ведь сама дала мне право выбора! Ну, мама! — синие глаза потемнели и заблестели скапливающимися там слезами.       Девушка, легко поддавшись детской манипуляции, принялась успокаивать свою дочь:       — Хорошо-хорошо, солнце, не плачь. Пойдём мы с тобой в город, милая, только не плачь, — мягко подлаживая всхлипывающего ребёнка по спине, Эрна, нахмурив брови, смотрела в окно обеспокоенным взглядом, костеря себя за необдуманные слова.       «Хм, это получилось проще, чем я думала. Увидь меня сейчас учитель — лучшая ученица истерикой заставляет человеческую женщину идти с ней в город. Позор на ближайшее тысячелетие.»

***

      — Надд, солнце, у тебя точно нет больше никакой одежды? — надежда в Эрне найти у своей дочери в шкафу какую-нибудь нормальную одежду медленно, но верно гасла, получая очередной отрицательный ответ от девочки, сидящей на кровати.       — Нет, мам. Точно нет. И ты это уже восемь раз спрашивала, — Надд отвечала предельно честно, хотя однообразие и начало ей надоедать. — Может я пойду так? — задавая этот вопрос десять минут назад, Надд получила твёрдый отрицательный ответ, но сейчас в глазах её мамы появилось сомнение, которое требовалось развить ещё больше. — Мне уже скучно, мам. Давай я сейчас пойду так, а потом мы сошьём мне новую одежду? Ну пожалуйста, мам!       Сомнение в глазах напротив достигло своего пика, сменившись на обречённость, и Эрна кивнула, наконец соглашаясь с дочерью:       — Хорошо, но только на этот раз, — тяжёлый вздох так и рвался с её губ, но девушка сдержала его, встретившись в блестящими от радости синими глазами. — Пойдём уже, нам нужно попытаться успеть прийти в город до обеда.       — Ураа! — девочка вскочила с кровати, устремившись вниз по лестнице, специально наступая на особо скрипучие ступени.       Девушка с ласковой улыбкой спешила следом, по пути доставая из ящика мешочек с деньгами и пряча его в карман длинной юбки. Рука по привычке потянулась закрыть дверь на ключ, но поймав странный взгляд дочери, Эрна отдёрнула конечность, натянуто улыбаясь в ответ. Поравнявшись с девочкой, терпеливо ждущей у тропинки, уходящей вглубь леса, девушка накинула на голову той шляпку и, взяв дочь за руку, прогулочным шагом направилась по тропке, доверившись своему маленькому сокровищу.       Путь был очень удобным и комфортным, ведь солнце, скрываемое верхушками деревьев, не слепило глаза и не напекало. Сама дорожка была на удивление чистой, ведь трава, растущая рядом, не залезала на неё, что несколько напрягало в начале пути своей неестественностью обеих, но со временем они свыклись со странностями окружения и даже стали наслаждаться прогулкой по-настоящему. Эрна рассказывала своей дочери о далёкой стране, напоминающей самой Наддже Китай. Девушка заливалась соловьём, расписывая красоты Поднебесной, даже не догадываясь о том, как подставляется сейчас перед демоницей, доставляя той информацию о себе таким способом.       «Китаянка всё-таки. Ставлю свою коллекцию глаз, она прожила пару лет в Европейских странах, иначе ничем больше объяснить её поведение и манеру речи я просто не могу.»       Спустя время гигантский лес закончился, а дорожка начала расширятся, вливаясь в большую дорогу, на которой были видны следы копыт и колёс. Эта дорога уже шла между полями, на которых вдали можно было заметить склонённые к земле фигуры людей, возделывавшие землю. Но больше всего внимания, конечно, привлекала гигантская стена, края которой не было видно. Увидев её Эрна, вдруг резко побледнела, а её глаза расширились в неверии и страхе, который быстро перерос в нечеловеческий ужас. Её руки задрожали и подкосились ноги, когда девушка стала, спотыкаясь пятится назад в сторону леса, резко мотая головой в отрицании:       — Н…нет, п…пожалуйста, нет, — дрожащий голос звучал на грани шепота и был полон отчаяния и паники, накрывающих девушку как лавина. — Н…нет, пожалуйста, я не хочу умирать, нет, нет, нет, — из серых глаз градом хлынули слёзы, когда под ноги всё ещё пятящейся девушки подвернулся камень и она упала на землю. — Неет, прошу, не надо! — Эрна схватилась за свои волосы, накручивая их на бледные пальцы. За наступающей истерикой с исследовательским интересом наблюдала Надджа, рассматривая девушку перед ней как будто видела её впервые.       «Какая…ммм…любопытная реакция. Такой страх в глазах… Интересно. Весьма интересно. Как жаль, что сейчас мне не до чужих истерик. Так что, спи ма-туш-ка, а я пока разберусь со своими делами.»       Заклинания сна и невидимости замысловатой вязью слетели с детских пальцев, погружая старшую девушку в глубокий сон.       — В этот раз с силой заклинания я точно не ошиблась. Проспишь пару дней — может полегчает, ну меня ждут великие дела!