Причина моего безумия

Солнце уже давно встало и висело высоко в небе. Его лучи были яркими, назойливыми, но приятно-теплыми. Легкий прохладный ветерок нежно ласкал бледную кожу и светлые пряди, отгоняя мысли прочь. Мираи сидела на скамейке и смотрела в никуда. Нет, она не была погружена в глубокие раздумья, как могло показаться со стороны. В последнее время девушка очень плохо спала, и периодически ее мозг таким образом отключался, когда чувствовал, что опасности поблизости нет и можно немного отдохнуть. Девушку мучила жуткая паранойя. Из-за вечного напряжения и тревоги у нее пропал аппетит и появилась бессонница. В редкие моменты, когда Мираи спала, ей либо ничего не снилось, либо мучили кошмары. И главным героем ее ужасов был, как не странно, жуткий незнакомец с черными волосами и бездонными пугающими глазами. После похорон Геральда минул месяц, и столько же времени неизвестный не появлялся. Возможно, наигрался, и это Мираи устраивало больше, чем мысль о том, что подозрительное затишье было лишь временным перед настоящей бурей, которая окончательно сведет ее с ума. — Эй! Мираи вздрогнула и несколько раз моргнула. Глаза тут же приобрели живой блеск, в них читались непонимание и бесконечная усталость. Она взглянула на севшую рядом с ней девушку, которая вывела ее из состояния транса. Что удивительно, Мираи даже не почувствовала её присутствия. Она всегда была очень чуткой и чувствительной, всегда замечала, что к ней кто-то приближается, а тут даже не заметила, что на скамейку кто-то сел. Потревожившей покой Мираи оказалась никто иная, как девушка, которая в свое время помогла ей с разгадкой шифра. Она смотрела на свою притихшую собеседницу любопытными глазами, без стеснения изучая меняющееся выражение лица. — Ты чего молчишь? — поняв, что на нее наконец обратили внимание, спросила незнакомка. — Я тебя зову, зову, а ты не отвечаешь. — Я не услышала,— сухо ответила Мираи, потерев пальцами болезненные веки. — Ты ужасно выглядишь, нормально все? Мираи цыкнула. Вот так в лоб задавать вопросы о состоянии неизвестного тебе человека, да еще и в такой форме — верх невежества и невоспитанности. Безусловно, она выглядела не очень здорово из-за недосыпа: темные круги под глазами, слегка осунувшееся лицо, бледная, почти прозрачная кожа и замедленная реакция — но это же не причина вот так себя вести! Возможно, Мираи стала более раздражительной по поводу незначительных вещей и теряла хладнокровие даже тогда, когда причин на это не было. — Тебя это волновать не должно. Иди, куда шла, и не трогай меня, — грубо ответила она, махнув рукой, как бы отгоняя от себя нежелательную гостью. — Ой, что ты так остро реагируешь? — беззаботно ответила девушка. — Я всего лишь беспокоюсь. Мираи тяжело вздохнула, решив просто игнорировать сидящую рядом ученицу. Однако расслабиться в ее компании никак не получалось. — Я все хотела с тобой поговорить, да никак не находилась возможность, — девушка начала разговор издалека. — Ты вечно безвылазно торчишь в своей комнате, а в другое время с тобой просто невозможно завести разговор. — Ну и зачем я тебе нужна? — фыркнула Мираи. — Знаешь, я совсем недавно поступила в интернат, — продолжила девушка, не обратив внимания на вопрос собеседницы. — У меня тут совсем нет друзей, у тебя, вроде как, тоже. Ты вечно одна. Вот я и подумала, что мы сможем подружиться благодаря общей проблеме. — Если для тебя одиночество — проблема, это не значит, что для меня тоже, — слова соученицы взбесили Мираи. Она злобно зыркнула на нее, нахмурив брови. — Не стоит сравнивать других с собой и считать, что все будут относиться к тебе также дружелюбно, как и ты к другим. Разочаровывать тебя не хочу, но общаться с тобой я не собираюсь. После окончания злобной тирады Мираи, между ученицами повисла тишина. Одна невинно хлопала ресницами, не понимая, что сказала не так, а другая метала глазами молнии, и, казалось, скажи ей еще хоть слово, она прожжет тебя взглядом до чёрной корочки. — Какая ты злюка, — сделала вердикт девушка и, не дожидаясь ответа, встала и направилась прочь. Мираи устало выдохнула и поджала губы. Она посмотрела на солнце. Глаза начали слезится из-за яркого света. Теперь лучи солнца уже не казались приятными, наоборот — они раздражали, и хотелось куда-то спрятаться от них. Как раз в этот момент раздался звон колокола, сообщающий о наступлении полудня.

***

Тусклый свет изредка мигающей лампочки заливал комнату. Первые лучи рассвета проникали в комнату сквозь небольшие щели в шторах, едва касаясь сидящей в полумраке Мираи. Она устроилась на кровати, перебирая бумаги в папке и чиркая в тетради символы. Девушка была настолько увлечена этим занятием, что даже не заметила, как пролетела ночь. Да и в целом, ее это особо не беспокоило. Мираи сморщилась. Плохие мысли снова лезли в голову, хоть она и пыталась сосредоточиться на тексте. Не хотелось думать о тревожном, но она будто бы больше не владела своими мыслями. С той странной девушкой, которая помогла ей со стратегией разгадки шифра, она больше не общалась. Пересекались пару раз на прогулках и в столовой, но ни одна из них больше не пыталась завести разговор. В остальном жизнь девушки не поменялась. По крайней мере, так казалось со стороны. На деле же ее изнутри съедала паранойя. Каждый шорох за окном, каждый человек, отдаленно напоминающий того незнакомца, вызывали у нее приступы паники и тревоги. Даже в своей комнате Мираи не чувствовала себя в безопасности. Раньше это место было ее убежищем, однако после неоднократных случаев проникновения незваных гостей она перестала чувствовать себя комфортно. Ей постоянно казалось, что кто-то есть в комнате, наблюдает за ней. Прячется в шкафу или в темном уголке, поджидая момент, чтобы напасть. У нее было чувство, будто на стенах выросли невидимые глаза, которые с шумом хлопают густыми длинными ресницами и медленно двигаются, жадно смотря на робкие движения беззащитной и, пока что недосягаемой, добычи. Казалось, еще миг, и к глазам на стене прибавятся огромные вопящие рты и костлявые холодные руки, тянущиеся к жертве. Пускай Мираи и замечала, что ее жизнь превращается в бесконечный цикл страха и подозрений, она настойчиво не хотела этого признавать. Смахивала все на осторожность, в глубине души понимая, что это давно уже ушло за рамки обычной аккуратности. Чего только стоили регулярные проверки всех темных уголков комнаты и оглядывание по сторонам. По телу невольно пробежали мурашки. Мираи вздернула плечами и снова замотала головой, пытаясь отогнать от себя скверные мысли и снова сосредоточиться на разгадке шифра. — Золдик... — пробормотала Мираи неизвестную ей фамилию, будто бы пробуя ее на вкус кончиком языка. От шифра как такового толка не было. Полученный текст был больше похож на какую-то сказку, совсем не относящуюся к действительности. В нем рассказывалось про ребенка, обладающего невероятными способностями исполнить любое желание. Мираи не знала, кто и откуда такую белиберду откопал, но кое в чем была уверена точно: отец в этот бред верил и хотел заполучить чудесного ребенка, чтобы после использовать в своих целях. Возможно, именно за чрезмерное любопытство и корыстные желания он и поплатился жизнью. Мираи невольно вспомнила, как в последние годы дела отца становились все хуже. Денег не хватало, еды тоже, многие работники дома были уволены просто потому, что средств на их зарплаты не было. Из-за плохих условий многие дети и матери болели, некоторые из-за осложнений погибали. В том числе и младший брат Мираи, а после ее мать. Видимо, отец предпочел платить деньги людям, которые собирали для него информацию, а не тратить их на нужды огромной, стремительно растущей семьи. Хотя история про этого ребенка и казалась Мираи сущим бредом, она все же не могла не заинтересовать ее и не натолкнуть на мысли о том, что она бы загадала будь это правдой. Возможно, Мираи бы пожелала вернуть ее мать и младшего брата с того света, а может пожелала бы смерти оставшимся братьям и сёстрам.. Возможно, попросила бы о бесчисленных богатствах или бесконечном запасе сушеной сирени. Не стоит исключать вариант, что она попросила бы избавить ее от ночных кошмаров с участием пугающего незнакомца... Кто знает. Вполне вероятно, что она загадала бы все сразу, если бы была такая возможность. Мираи старалась отгонять от себя размышления на эту тему. Ей казалось, будто кто-то мог прочитать ее мысли, а потом убить за любопытство, как это сделали с отцом. Пусть это и была неподтверждённая теория, но все же чутье подсказывало, что все не так просто и какая-то связь с загадочной кончиной папы все же есть. Решив позже еще покопаться в документах, Мираи собрала все бумаги в кучу и спрятала в тайник на дне ящичка. Закрыв его на замок, она оглянулась по сторонам, будто опасаясь того, что за ней могли следить. Казалось, ее сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Подойдя к окну, она слегка отодвинула в сторону плотные шторы и выглянула на улицу. Все казалось тихим и умиротворённым, не предвещающим опасности. С облегчением выдохнув, Мираи решила все же немного вздремнуть. Утренний подъем должен был быть через пару часов, поэтому у нее было немного времени. Сложившись калачиком на небольшой кровати, она закрыла глаза и попыталась уснуть. Мираи стояла в пустом темном помещении. Кругом не было ни души, как и намека на присутствие чего-либо. Девушка поджала губы.

Снова.

Со временем она научилась понимать, что находится во сне. И чаще всего это не предвещало ничего хорошего. Мираи окинула пустым взглядом холодную комнату, а после и саму себя. Она стояла в том самом белоснежном платье, в котором была, когда впервые встретилась со своим мучителем. Девушка облизнула высохшие губы и сглотнула ком в горле. Снова придется встретиться с пугающим незнакомцем. Успокаивала лишь мысль о том, что все происходящее — сон. В действительности же он пока не представляет угрозы. Стоило ей подумать об этом, как из тьмы дальнего угла начал выходить человек. С каждым шагом его черты становились все более четкими, и Мираи, затаив дыхание, наблюдала за ним. Фигура человека замерла в паре шагов от нее и внимательно осматривала с ног до головы. Девушка пыталась унять дрожь в коленях и держаться уверенно, но получалось не очень хорошо. В этот раз сон был слишком странным. Раньше, стоило ей осознать что все происходящее — сон, она тут же могла взять себя в руки и успокоиться, но сейчас почему-то не получалось. Парень поднял руку, направив в сторону жертвы. Он замер, стоило его руке оказаться в сантиметре от испуганного лица. Прищурив глаза, полные интереса, незнакомец наклонил голову, наблюдая за открывшейся перед ним картиной. Казалось, что секунды длятся вечность и они стоят неподвижно слишком долго. Вдруг фигура человека неожиданно оказалась сзади. Одна ладонь лежала на плече, а в другой что-то подозрительно блестело. Длинное, тонкое... Игла? Через долю секунды Мираи почувствовала острую боль и еле сдержалась от того, чтобы вскрикнуть. Игла медленно входила в ее затылок, проникая вглубь. Голову пронзала невыносимая боль, растекаясь по всему телу и проникая в каждую клетку. Мираи задрожала от животного страха. Маленькая капля алой крови медленно начала стекать по белой шее, ярко выделяясь на ее фоне. Даже не видя выражения лица незнакомца, девушка могла с уверенностью сказать: сейчас он наблюдает за стекающей каплей с интересом и щурит глаза. Она не видела, но чувствовала это. Мираи была словно парализована. Она не могла двинуться, оказать попытки сопротивления — ни-че-го. Тем временем длинная игла уже была воткнута полностью, и незнакомец поправил волосы своей жертвы, смахнул невидимые пылинки с плеч. После этого он слегка наклонился к ее уху и еле слышно прошептал: — Не лезь туда, куда лезть не стоит. Будешь копать дальше — игла в твоей голове даст о себе знать. Я не посмотрю на твою занятность, олененок. Мираи подскочила на кровати, оказавшись в своей комнате. Все тело было покрыто холодным потом, а глаза болели из-за невыплаканных слез. Конечности ломило из-за неудобной позы во сне, мысли путались. Но больше всего ее пугал не сон, а ноющая боль в затылке — будто бы что-то в нем было и доставляло дискомфорт.