Дурной пример

Торин первым спустился со скалы Каррок. Он провел ночь в стороне от остальных, прячась от ветра между двух огромных камней. Заснуть удалось далеко не сразу, он лежал, буравя взглядом островок мха и уговаривал сердце не колотиться так сильно. Его всего трясло, и дело было вовсе не в ранах, исцеленных Гэндальфом, и не в том, что он едва не погиб. «Ну куда ты полез, маленький глупый полурослик? – думал он, и сердце болезненно сжималось. – Орки могли разорвать тебя на кусочки!» Очнувшись, Торин сразу понял, что находится в безопасности, не понадобилось даже оглядываться, ведь в Мглистых горах воздух пах совсем иначе. Он воззрился на мага и сразу спросил, цел ли Бильбо. Облегчение, которое накатило на короля, когда он увидел смущенно переминающегося с ноги на ногу хоббита, было настолько велико, что он не сумел сдержать себя. Это объятие… Он слишком долго задержал Бильбо в своих руках, слишком крепко прижал, не мудрено, что многие из отряда поняли, как на самом деле он относится к маленькому взломщику. К счастью, сам воришка был так растерян внезапным порывом Торина, что не догадался. От одного воспоминания о тех мгновениях у Торина в животе все скручивалось в тугой, почти болезненный комок. Маленький, теплый, мягкий… хоббит был прямо в его руках. Каких-то несколько дюймов - и Торин поцеловал бы такие желанные губы. И вот, незадолго до рассвета Король-под-Горой проснулся от собственного стона. Несмотря на прохладу и ветер, все тело пылало, а внизу было мокро. Торин нервно оглядел лагерь, но, похоже, никто не стал свидетелем его позора. Такого с ним не случалось уже лет сто. «Что ты со мной делаешь, глупый хоббит?» – воздел очи к светлеющему небу Торин. Потом выбрался из своего укрытия, укутался в плащ и начал медленный спуск по бесконечным ступеням. Теперь его одежда однозначно нуждалась в стирке. По счастью, у подножья скалы протекал ручей. Гном разделся догола, зябко поежился и первым делом застирал следы ночного происшествия и отмылся. Ветерок неприятно холодил мокрую кожу, но это было лучше, чем ходить перепачканным собственной кровью и слюной варга. Отметин на коже не осталось, Гэндальф недаром слыл превосходным целителем, но по состоянию одежды Торин смог прикинуть, сколько у него было ран и переломов. Добротные вещи, которые он приобрел в начале путешествия, превратились в настоящие лохмотья, а кольчуга нуждалась в починке. Закончив со стиркой, Король-под-Горой понял, что товарищи наверняка скоро его хватятся, и быстро выложил камешками на песке несколько рун, после чего пошел вдоль реки, подыскивая место, где можно развесить одежду на просушку. Солнце выползло на небо и начало пригревать. Осенний день обещал быть теплым, и Торин перестал мысленно сетовать на то, что не позаимствовал плащ у кого-нибудь из родичей. Он взъерошил мех на почищенной накидке, чтобы тот не высох сосульками, и на всякий случай обнюхал и поморщился: «Псина… Ну хоть слюнями этих тварей не несет…» Король-под-Горой улегся на солнышке и решил вздремнуть еще часок-другой. Жаркие картинки с участием взломщика ему пока не грозили, явиться на этот бережок могли разве что его племянники, чтобы узнать о его самочувствии. Глядишь, и плащ принести догадаются. *** На скале Каррок случился небольшой переполох. Торина нигде не было. Гномы дружно решили спускаться, подгоняя сонного полурослика. Кили скакал через две ступени впереди всех, так что именно он обнаружил послание дядюшки и успокоил всех. Хоббит плюхнулся на какой-то камень, сонно протирая глаза, а его товарищи пошли вниз по течению, чтобы освежиться и заняться стиркой. Бильбо подумал, что и ему не мешало бы избавиться от дорожной пыли, орочьей крови и всего, в чем он извозился в пещерах под Мглистыми горами. Однако несколько месяцев тесного общения с гномами не искоренили стеснительность добропорядочного сквайра из Шира, и потому он направился в другом направлении, чтобы не попасться на глаза никому из отряда. Он зашел за кусты и снял с себя сюртучок и жилет, а потом услышал приглушенные вскрики. Перед глазами встала жуткая картина расправы Торина над племянниками. Наутро после того, как было покончено с троллями, он так охаживал их ремнем по голым спинам и задницам, что оба завывали на всю округу. И это только из-за того, что они отвлеклись и не заметили вовремя пропажу пони. На сей раз Бильбо твердо решил вмешаться и высказать Торину все, что он думает о гномьих методах воспитания. Он оставил одежду на камне и пошел вдоль берега. Звуки уже стихли, но он твердо решил проверить, все ли с юношами в порядке. В прошлый раз они едва в седлах держались, страдальцы. Хоббит уже заготовил гневную тираду, да так и застыл на вдохе. Никакого Торина на берегу не было, зато были принцы. Их одежда в беспорядке валялась на земле, а они сами улеглись валетом на расстеленном плаще и творили что-то совершенно непристойное. Теперь было абсолютно ясно, почему они замолчали. Фили притягивал брата к себе за бедра, а тот погружал свою восставшую плоть в его рот и, приподнявшись на локте, с аппетитом облизывал и посасывал головку, тиская член брата в руке. Бильбо понимал, что надо развернуться и уйти, пока его не увидели, но отчего-то не мог пошевелиться. Он смотрел на потемневшие губы Кили, на играющий у него на щеках румянец, на ритмичные движения обнаженных, сильных и гибких тел. Молодой лучник приоткрыл глаза, еще более темные от страсти, заметил хоббита и, выпустив любовное орудие брата изо рта, охнул. Потом смахнул с губ ниточку слюны и отстранился от Фили, не понявшего в чем дело. Светловолосый юноша развернулся слегка и выдал неловкую улыбку: «А, это ты, Бильбо… А мы тут…» Гном замялся, потому что придумывать оправдания было без толку. И в этот самый момент к ним вышел узбад, тоже услышавший племянников. – Вы двое, – тихо сказал он, широкими шагами идя по берегу. – Сегодня мне на глаза не попадайтесь. Сохранять беспристрастность удавалось с трудом. Он чувствовал, что взгляд полурослика буквально прикован к нему. Это ощущалось кожей, как теплый солнечный зайчик. Бильбо понимал, что пялиться так просто неприлично, но ничего не мог с собой поделать. Узбад не был обременен ни обувью, ни одеждой, кроме ремня от ножен Оркриста, рукоять которого привычно возвышалась над его плечом. Однако при этом гном держался так, словно был облачен по меньшей мере в роскошную королевскую мантию. Хоббит очнулся, только когда тяжелая ладонь легла ему на плечо. Маленький взломщик заглянул в синие глаза Короля-под-Горой и понял, что пойдет за ним куда угодно и сделает все, что тот пожелает. – Совсем распустились бесстыдники, – вздохнул Торин, как бы невзначай погладив хоббита по спине сквозь ткань рубахи. Тот все еще не пришел в себя после увиденного и не стал отдергиваться. Воодушевленный этим король безнаказанно повторил свой нехитрый маневр. На редкость приятное ощущение вызвало не менее приятное чувство внизу живота. Пришлось приказать себе успокоиться, чтобы не спугнуть хоббита раньше времени. – Это ведь… – промямлил Бильбо. – Неправильно… Разве могут двое мужчин?.. – Еще как могут, – жарко выдохнул Торин ему на ухо и в следующий миг сорвался, прикоснувшись губами к теплой щеке полурослика. Руки его уже вовсю скользили по бокам и ягодицам Бильбо, пробирались под рубашку и за пояс штанов. Видя, что возлюбленному нравятся его ласки, Король-под-Горой понял, что уже не сможет заставить себя выпустить хоббита. И все же малыш испугался, ощутив его налитой член, упирающийся в поясницу. Он почти в панике заглянул в глаза Торину, отчаянно краснея: «Я не смогу, он не поместится у меня во рту…» – Я знаю одно место, где он отлично поместится, – успокаивающе улыбнулся Торин. *** Фили и Кили сгребли одежду, чтобы удрать куда-нибудь подальше, но потом все же рискнули подобраться поближе к дядюшке и хоббиту и подслушать, о чем они там говорят. Каково же было их удивление, когда они обнаружили, что Торин уже избавил Бильбо от одежды и усадил себе на колени. Тот смущался, пытаясь заслонить от взора короля пылающие щеки, но Торин отвел его ладони в стороны и поцеловал полурослика. – Когда мужчины хотят доставить друг другу наслаждение… – голос его стал низким и завораживающим. – Для этого нет препятствий. – Но ведь у мужчин нет лона, куда можно погрузить свой корень… – слегка запинаясь, прошептал Бильбо. – Погружая его в другое отверстие, можно доставить ничуть не меньшее наслаждение, – заверил гном, массируя ягодицы полурослика. Принцы с любопытством переглянулись. Ни одному из них такое не приходило в голову. Фили посмотрел на задницу брата и, облизнув вмиг пересохшие губы, слегка помял упругую половинку ладонью, как иногда делал, забирая в рот его член. Кили благосклонно улыбнулся, а его член слегка качнулся, бодро упершись в плоский подтянутый живот. – Сначала бывает немного больно, – продолжал Торин, но Бильбо задергался, пытаясь сползти на землю. – Я не хочу, чтобы было больно, – запротестовал он. – Легкая боль только приправляет наслаждение, – Торин поцеловал его, а потом коснулся пальцами его губ: – Оближи… Бильбо высунул язычок и на пробу лизнул немного шершавые пальцы. Когда же он немного осмелел, Торин протолкнул два пальца ему в рот. Кили воспринял эту идею с большим энтузиазмом. Это было даже приятнее, чем брать член в рот, пальцы брата надавливали на язык и под ним, щекотали нёбо, проводили по зубам и пару раз проникли совсем уж глубоко. Кили так увлекся, играя с ними языком, что чуть не застонал в голос, когда Фили отобрал руку. – Тише, – шепнул тот. – Дядя услышит и прогонит. Хоббит снова задергался, когда король протолкнул в его тело влажный от слюны палец. Другой рукой Торин обнял его, прижимая к себе и мягко удерживая. – С самого первого дня, – прошептал он, – ты сводишь меня с ума, маленький воришка… А теперь скажи, что ты тоже желаешь меня. Бильбо подчинился, не просто повторяя слова, которые от него хотели услышать. Он не смел и мечтать о благосклонности гордого Короля-под-Горой. – Мне кажется, – прошептал Бильбо, восхищенно заглядывая в сапфировые глаза гнома, – что это – сон… Что я проснусь и ничего этого не будет… Кили шумно дышал, закусив костяшки пальцев и наваливаясь на дерево с шершавой бугристой корой. Ощущения были новыми, действительно немного болезненными, но когда брат вот так задевал какую-то точку внутри, хотелось взвыть от восторга. Хоббит громко айкнул, подскочив: «Зачем ты это сделал?» – Я слышал, в Шире есть поверье, что если спишь, нужно ущипнуть себя, чтобы проснуться, – Торин чмокнул обиженно сопящего полурослика в нос. – Фили… Я не могу больше!.. – послышался из-за кустов восторженный крик Кили. – Еще!