Catastrophe point

Полгода назад Биты музыки рвались из колонок, оглушая, неоновые вспышки слепили, Енгука бросало из стороны в сторону в водовороте танцующих людей, но он упорно прокладывал себе дорогу обратно к бару. Попросив одно пиво, он уселся за стойку, облегченно переводя дух – он не любил танцевать, но зато это нравилось Химчану, и он волей-неволей был вынужден таскаться за ним из клуба в клуб, пока неугомонный парень растрачивал свою энергию. Благо случалось это не так часто, поэтому не сильно тяготило Енгука, кроме того, ему доставляло недюжинное удовольствие наблюдать за отрывающимся Химчаном. Едва выходя на танцпол, тот сливался воедино с музыкой, получая от этого чистейшее наслаждение и не заботясь о том, как выглядит со стороны. А между тем и он сам – красивый до безумия – и его движения: то четкие и уверенные, то сексуально-плавные, то нелепые и смешные, – приковывали взгляд, делая Химчана объектом всеобщего внимания, и от этого он ловил кайф едва ли не больше, чем от самого танца. Облокотившись о барную стойку и изредка прикладываясь к бутылке, Енгук поискал глазами своего парня. Химчан уже затесался в самую середину зала, в тесном кольце неистово отплясывающих тел его темная макушка то появлялась, то снова исчезала из виду. - Куда же ты, мне же тебя не видно, ну, - снисходительно пробормотал он себе под нос, от нечего делать обводя взглядом порядком обветшалое помещение. Оно не видело ремонта с самого открытия лет семь назад, но для него с Химчаном этот клуб представлял особую ценность, потому что именно здесь они познакомились. Он вновь не смог сдержать улыбки, вспоминая, как три года назад пьяный Химчан в темноте перепутал его со своим бойфрендом и, разгоряченный танцем, со всем пылом втянул его в страстный поцелуй. Поначалу Енгук ошалел, но молодой человек был крайне настойчив и очень соблазнительно потирался о него бедрами, что вызвало у Бана самую естественную в данном случае реакцию. Они провели вместе безумную ночь, а наутро красный от смущения Химчан под громогласный хохот Енгука пытался оправдать свое отсутствие дома перед позвонившим ему парнем. В тот же день Енгук расстался со своей девушкой, отношения с которой и так дышали на ладан, и пригласил Химчана на свидание. Енгук вздрогнул, когда что-то влетело в него со всего размаху, вырывая из пут собственных мыслей. Он перевел взгляд на Химчана, который навис над ним, упираясь ладонями в его бедра и совершенно счастливо улыбаясь. - О чем задумался? – крикнул он, стараясь переорать музыку. - Вспоминал, как забавно ты пытался соблазнить меня, когда мы еще не были знакомы, - ухмыльнулся он. Химчан рассмеялся, запрокинув голову. - Ну соблазнил же, - выдавил он сквозь смех, запястьем стирая скатившуюся по виску капельку пота. - Ну, если б ты не схватил меня за яйца, я бы, может, и устоял, - поддел его Енгук, наблюдая, как удивленно вскидывается бровь Химчана. - Хэй, не было такого, - с наигранным негодованием буркнул Химчан, рассеянно водя ладонями по бедрам Енгука. - Еще как было, - с усмешкой продолжал подначивать Енгук. – Когда ты не понял, какого хрена я не отвечаю на твои поцелуи, сразу в ширинку мне полез… - Ммм, примерно так?.. – руки коварно улыбающегося Химчана прошлись в опасной близости от его паха; такая вольность удивила Енгука – несмотря на довольно либеральные взгляды, клуб был гетеросексуальным. - Именно, - почувствовав волну дрожи, прошедшей по телу, пробормотал Енгук, подозрительно глядя на любовника. - Гуки-я, поцелуй меня, - меж тем едва слышно выдохнул тот, склонившись к нему так близко, что их губы практически соприкоснулись, а дыхание обжигало. Енгук зарылся пальцами в волосы на затылке Химчана, делая вид, что собирается исполнить его просьбу, но в последний момент он сжал волосы в кулак, запрокидывая голову молодого человека. - Химчан, ты опять закинулся какой-то хренью? – спросил он спокойно, но от этого не менее устрашающе. Химчан испуганно дернулся, пытаясь отстраниться, но Бан крепко держал его. Тогда он отрицательно помотал головой и по обыкновению надулся, смешно сложив губы уточкой, однако Енгук видел его неестественно расширенные зрачки и чувствовал, как непроизвольно подрагивает его тело. - Какого черта, мы же с тобой это уже обсуждали, - он отпустил Химчана, слегка отталкивая от себя. Он знал о влиянии, которое оказывают наркотики на человека, и не раз видел иссохших, трясущихся людей, боящихся собственной тени. Ему вовсе не хотелось, чтобы Химчан стал одним из них, хотя тот принимал подобные вещества крайне нерегулярно – исключительно на тусовках. - Енгук, да ладно тебе, это же так охеренно! - Химчан обвел руками вокруг, смотря на Енгука укоризненно, словно спрашивая, как он может не понимать таких простых истин. - О-хе-ре-нно! – он легко рассмеялся и вновь исчез в толпе, избавляя себя от нотаций. Бан понимал, что с Химчаном в таком состоянии бесполезно проводить воспитательные беседы, поэтому без слов отпустил его, хотя настроение сразу упало. Теперь он с гораздо большей настороженностью следил, как тот танцует в окружении девушек и парней, так и норовящих прижаться к нему поближе, позволяет им дотрагиваться до себя, сам ищет телесного контакта с совершенно незнакомыми людьми и при этом заразительно улыбается, как умеет только он. Под наркотиками или без, он сводит с ума, и Енгук издает собственнический рык, когда Химчан разрешает какому-то высокому симпатичному парню прильнуть губами к своему плечу, обнажившемуся, когда рукав майки от резкого движения сполз вниз. Это переходит все границы, и Енгук уже готов был вмешаться, когда Химчан сам появился перед ним, веселый и запыхавшийся. - Дай, - он кивнул на бутылку пива в руках Енгука, но тот мотнул головой. - А самому купить?.. – из-за инцидента с парнем резче, чем хотелось бы, ответил он. - Денег нету, - обезоруживающе улыбнулся Химчан, состроив жалобные глазки. - Значит, не будешь, - вынес вердикт Бан, уже собираясь высказаться по поводу поведения Химчана на танцполе, но тот опередил его, с детской непосредственностью выпалив: - Енгук-а, хочу трахаться с тобой всю ночь напролет, пошли домой, - Енгук обалдело уставился на него; за несколько лет совместной жизни он, конечно, привык к непредсказуемости Химчана, но тот каждый раз ухитрялся удивлять его заново. В ответ он лишь кивнул, краем глаза заметив, как напряженно покосилась на них компания за столиком неподалеку, затем схватил несопротивляющегося любовника за запястье и потащил прочь из зала. При этом он не мог скрыть самодовольной усмешки – сколько бы Химчан не флиртовал с другими парнями, он никогда не переходил черту, всегда возвращаясь к нему. На улице Химчан буквально повис на нем, так что Енгуку пришлось едва ли не на буксире тащить его за собой. Тот не умолкал ни на минуту, неся несусветную чушь и перемежая ее с признаниями в любви. Енгуку оставалось только закатывать глаза и время от времени, когда Химчан особо расходился, затыкать его поцелуями. Они прошли уже полпути до дома и в очередной раз остановились, когда Химчану снова приспичило полезть к Бану с нежностями. Они целовались в пустынном переулке, руки мягко ласкали кожу под футболками друг друга. Внезапно неподалеку от них раздался истеричный женский крик, и парни отлетели друг от друга, изумленно озираясь. Пока они соображали, что произошло, вновь послышалось «Господи, помогите!», мужские голоса и глухой стук, после которого все стихло. - Это там! – кивнул головой Химчан, уже собираясь рвануть в указанную сторону, когда его перехватил Енгук. - Куда, бля, - рыкнул он, удерживая отчаянно вырывающегося парня на месте. - Енгук-а, там девушке помощь нужна, - пронзительно воскликнул он, явно не соображая, что не стоит привлекать лишнего внимания. Бану пришлось прижать его к ближайшей стене и грубо зажать рот ладонью, несмотря на сопротивление. В любой другой ситуации он, несомненно, бросился бы на помощь, но сейчас интуиция подсказывала ему, что это опасно. Мужчин явно было несколько, и даже если он возьмет на себя одного, ко второму наверняка полезет Химчан, который драться хоть и любит, но совершенно и не умеет, а уж тем более сейчас предсказать его поведение совершенно невозможно. Все могло закончиться для них крайне плачевно, и, несмотря на то, что это был чистой воды эгоизм, судьба Химчана волновала его гораздо больше, чем судьба незнакомой девушки. - Химчан, мы туда не пойдем, - угрожающе прошипел он на ухо парню. Тот что-то протестующе замычал, пытаясь отбиться от крепко удерживающих его рук Енгука, но бесполезно. - Ну-ка хорош дергаться, - разозлился Енгук. - Ты что, думаешь, придешь, попросишь их прекратить, а они тебе: «Да, конечно, чего это мы», потом вы обниметесь, поплачете и разойдетесь по домам?.. – по глазам Химчана Енгук понял, что тот примерно так себе все и представлял, и вздохнул. - Химчан, тут полицейский участок рядом, сейчас пойдем туда и все расскажем, пусть разбираются сами, ок? Химчан медленно кивнул, и Бан осторожно убрал руку от его лица, боясь, как бы он не натворил каких глупостей. Но тот лишь протянул ему ладонь, которую Енгук сразу схватил, и они, иногда срываясь на бег, поспешили к располагавшемуся неподалеку зданию с символом в виде орла над входом. Будь Енгук более трезвым, он бы понял, что соваться в полицию в таком состоянии может быть чревато. Однако сейчас это единственный способ отвлечь такого внезапно социально-ответственного Химчана от желания вмешаться, и он понадеялся, что взволнованные их сообщением полицейские спустят их опьянение на тормозах. К их удивлению, дежурный полицейский на входе отсутствовал, и Химчан упрямо пошел дальше по коридору, заглядывая чуть ли не в каждую комнату. Через несколько запертых кабинетов они, наконец, услышали голоса и приглушенный смех. Дверь легко отворилась, и они увидели стоящих к ним спиной троих мужчин, увлеченно рассматривавших что-то на экране компьютера. - Эй, ребят, - крикнул Химчан, и Енгук кинул на него удивленный взгляд, обескураженный фамильярностью любовника. Однако когда полицейские, удивленные не меньше, чем он сам, обернулись на зов, Енгук заметил, что они правда довольно молоды – максимум старше их с Химчаном на несколько лет. Химчан же, абсолютно не смущенный их реакцией, продолжил: - Ребят, там девушка на улице кричала, наверное что-то случилось. Однако полицейские не спешили выскакивать на улицу с дубинками наперевес в поисках пострадавшей и нападающего, как это представлял себе Енгук. Вместо этого они крайне неохотно оторвались от компьютера и внимательно уставились на них. - Какая девушка? Когда кричала? – лениво развалившись на стуле, спросил один из них, темненький и худой как щепка. - Минут пять назад, буквально в двух домах отсюда, - произнес Енгук, не понимая, почему никто не шевелится. – Думаю, ей нужна помощь. Вместо ответа парни переглянулись между собой, и Енгук испытал смутное беспокойство от этого жеста, показавшегося ему каким-то подозрительным. Один из полицейских, по необыкновению высокий и светловолосый, пересел за соседний стол и показал на стулья, расположенные напротив. - Присаживайтесь, - произнес он, обращаясь к ним. Химчан недоуменно посмотрел на Енгука, но тот пожал плечами и прошел ближе к полицейским, занимая указанное место. Через несколько секунд Химчан опустился рядом. - Рассказывайте все по порядку, - проговорил он, хмуро уставившись на них. - Мы были в… - начал было тараторить Химчан, но Бан резко перебил его: - Химчан, помолчи. Бан понимал, что если не остановить Химчана сейчас, тот может наболтать много лишнего сомнительно себя ведущим офицерам. Енгуку сразу не понравился парень напротив со смазливым лицом и высокомерным взглядом, который сквозь зубы цедил слова, будто делал им великое одолжение. Он скептически оглядел его, намеренно выискивая почти незаметные недостатки: волосы явно крашеные, да и корни давно отросли, а на шее крошечное раздражение после бритья. Он прочитал имя на бейдже – Ву Ифань. Енгук презрительно скривил губы – ко всему прочему противный полицейский еще и китаец. Он выждал несколько секунд, собираясь с мыслями, и изложил свою, слегка искаженную версию произошедшего: - Мы шли вверх по улице и буквально в ста метрах от вашего здания услышали женские крики – сперва просто вскрик, потом что-то вроде «Помогите!». Были слышны также мужские голоса и какой-то шум, словно что-то упало… - Или удары, - влез Химчан. - …Ну да, или удары, - согласился Енгук, кивая. – Мы решили не встревать в это дело сами и обратились к вам. Если там было что-то серьезное, то лучше поспешить и… Но договорить ему не дали, Ву Ифань перебил его. - Вы шли по главной улице? И никого не видели? – получив утвердительный кивок, он продолжил: - А с какой стороны раздавался шум? - Ну… - Енгук, совравший про маршрут их движения, пытался сообразить, откуда исходили призывы о помощи, но мысли безбожно путались. – Немного спереди нас и чуть правее, как-то так. Ифань еще раз переглянулся с другими полицейскими, внимательно наблюдавшими за их разговором. - То есть, вы хотите сказать, что на женщину напали прямо за нашим зданием? – вновь повернувшись к Енгуку, насмешливо вскинул бровь китаец. Тот еще раз сопоставил действительную и мнимую траектории их движения и понял, что по всему выходило именно так, как бы ни парадоксально это не звучало. Пока он соображал, Ифань откинулся на спинку стула и очень внимательно осмотрел их, задержав взгляд на притихшем Химчане, который потряхивал ногой и постоянно облизывал губы. - Откуда и куда вы шли, напомните еще раз, - уточнил он. Енгук не горел желанием отвечать на этот вопрос, но было заметно, что они выпили, значит, отпираться бесполезно. - Домой из клуба, - с неохотой пробормотал он, отводя взгляд. - Крис, да они ж бухие! – хмыкнул темненький парень, обращаясь к допрашивающему их полицейскому. Видимо, это было его прозвище. - Угу, если не чего похуже, - протянул Крис, снова смотря на Химчана, который, заметив столь повышенный интерес к своей персоне, невинно округлил глаза и выпятил губки, становясь похожим на нашкодившего кота, которого застукали на месте преступления. - Какого хрена! – вспылил Енгук, которому не понравились ни намеки на ложь с их стороны, ни пристальный взгляд Ифаня, направленный на Химчана. – Вы что, думаете, мы вас обманываем?.. - Мы думаем, - подал голос третий полицейский, низкорослый и пухлощекий, - что преступникам нет смысла совершать нападение напротив полицейского участка. - В виду… кхм… вашего состояния, - поддержал его темноволосый, - вы вряд ли можете адекватно оценивать окружающую вас обстановку… - Хотите сказать, нам показалось? – возмущенно воскликнул Енгук, привстав. – Да, может мы и выпили, но мы не настолько пьяны, чтобы перепутать женские крики с чем-то другим! Почему бы вам наконец уже не выйти и не проверить, а?.. - Здесь мы решаем, что нам делать, а что нет, - холодно оборвал его китаец, подаваясь вперед и упираясь локтями в стол. - Лично я думаю, что вам нужно сдать анализы на наркотики. Енгук похолодел. Если докажут, что Химчан принимал наркоту, парень окажется за решеткой на долгие годы. Он мгновенно проклял себя за наивную мысль, что полицейские не прицепятся к их состоянию. Он обвел взглядом лица парней – совсем молодые, судя по знакам отличия, еще офицеры, какого черта они ведут себя так принципиально? - Послушайте, мы просто хотели помочь попавшей в беду девушке, - пробормотал он. – Если вы нам не верите, мы не будем настаивать, нам не нужны неприятности. С этими словами он поднялся, пихая Химчана в бок. - Пойдем. - А ну-ка обратно сел, - бесцеремонно скомандовал темноволосый парень, вскакивая со стула и преграждая им путь. - А ну-ка на хер, блядь, пошел, - нервно рявкнул Енгук, с силой толкая его. Парня откинуло в сторону, он налетел на стул и с грохотом свалился на пол. Его сослуживец бросился на подмогу, попытавшись врезать Енгуку, но тот увернулся, нанося ответный удар. Из разбитой губы полицейского брызнула кровь. Получивший секундное преимущество, Енгук рванулся к двери, но его остановил кулак вскочившего на ноги темноволосого, с противным чавкающим звуком въехавший в его скулу. Перед глазами Енгука все закружилось, заставляя мир пошатнуться на несколько секунд. Сквозь мутную пелену он услышал: «Минсок, вали его!», и в следующее мгновение оказался на холодном полу, прижатый двумя телами. Взревев от безысходности, Енгук попытался отбиться от нападающих и даже ухитрился перевернуться на спину, но вдвоем они сумели удержать его. Четкость чувств понемногу начала возвращаться к Енгуку лишь когда на его запястьях с металлическим лязгом захлопнулись наручники, и его довольно грубо вздернули на ноги, сопровождая обратно на место. Грузно повалившись на стул, Бан поднял голову, тяжело дыша. Крис, вскочивший было на ноги и готовившийся в любой момент ввязаться в драку, уселся обратно, махнув рукой одному из полицейских: - Чондэ, закрой дверь. Темноволосый парень, криво ухмыляясь, отправился исполнять приказ, снова затем возвращаясь к ним. - Тоже мне, размахался руками. Думаешь, самый умный нашелся, мудак? – презрительно пихнул он Енгука в спину, с кислой миной осматривая разбитую губу товарища. – Минсок-ши, ничего страшного, до свадьбы заживет. Пухлощекий Минсок хмыкнул, языком трогая ранку и морщась от неприятного ощущения. - Парень, ты, бля, не представляешь, как попал! – пробормотал он, обращаясь к Енгуку. Тот скептически поднял бровь, пожав плечами и вращая запястьями, скованными спереди браслетами наручников, словно проверяя те на прочность. Краем глаза он заметил движение сбоку, а в следующую секунду его пульсирующей от боли щеки коснулся палец Химчана. - Тебе надо приложить лед, - сочувственно проговорил он, чем вызвал глумливые смешки полицейских. – И тебе тоже, - Химчан повернулся к Минсоку. Теперь все трое откровенно ржали. - Он у тебя что, умственно отсталый?.. – давясь смехом, спросил Минсок. Енгук разозленно дернулся, отстраняясь. Поведение Химчана, любящего весь мир, раздражало и его самого, но он не мог позволить им издеваться над собой и своим парнем. - На себя посмотри, кретин, - буркнул он и схлопотал довольно внушительный тычок в плечо невесть откуда взявшейся в руках все того же Минсока дубинкой. - Пасть захлопни, - разом прекратив смеяться, холодно проговорил он. Крис между тем достал из папки несколько листков и начал их заполнять. Енгук мрачно осознал, что тот заполняет протоколы задержания. - Имя, - через пару минут полной тишины обратился к Енгуку полицейский. Тот демонстративно промолчал. - Имя, - чуть жестче повторил вопрос полицейский. - Вон Бин, - выплюнул Енгук имя известного актера, злорадно скалясь. Тот тяжело вздохнул, понимая, что ничего не добьется от молодого человека, и перевел взгляд на Химчана, снова настроившегося на звучащий у него в голове ритм и настойчиво подрыгивающий ногой в такт. - Имя, - повторил он вопрос. - Мое? Ким Химчан, - как ни в чем не бывало ответил тот. - Твою мать, Химчан, затк… - заметив, что Крис тщательно записывает его имя в протокол, попытался остановить любовника Енгук, но Минсок снова крепко огрел его дубинкой по спине, напрочь выбивая из легких весь воздух. Пока Енгук мучительно пытался отдышаться, Крис продолжал допрос: - Его имя? - Бан Енгук, - вовсе не чувствуя подвоха, отвечал Химчан. Енгук едва не заплакал от досады, так как не мог решить, кого ему хочется треснуть в первую очередь – коварного Криса или до простоты наивного Химчана. - Адрес? - 504, 358-11 Гоннын 2-дон, Новон-гу. - Адрес Бана Енгука? - Такой же, - после секундной заминки ответил Химчан. - Вы живете вместе?.. – приподнял бровь китаец. Его губы изогнулись в ехидной улыбке. Химчан нахмурился. - 201, 146-24 Гэбон-дон, Куро-гу? – наконец неуверенно произнес он, вопросительно уставившись на Бана, который сидел с непроницаемым лицом, не подтверждая и не опровергая данную информацию. - Но живете вы вместе? – снова повторил вопрос Крис. Енгук уничтожающе зыркнул на него, чего тот не заметил – его немигающий взгляд был прикован к губам Химчана, которые тот беспрестанно облизывал. - Ну да, мы… - Химчан не договорил, потому что Енгук не выдержал и со всей дури пнул его по ноге. Химчан ойкнул и укоризненно покосился на Бана. - Чего ты ему рот затыкаешь, мне кажется, он нам что-то важное о ваших отношениях хочет поведать, - насмешливо произнес Чондэ, заговорщицки подталкивая стоящего рядом Минсока локтем. - Нет у нас никаких отношений, - сухо бросил Енгук. - Мне б попить?.. – раздался внезапно голос Химчана, обращающегося к Крису, видимо, посчитавшего его самым адекватным в этой компании человеком. Тот, не говоря ни слова, поднялся, набрал из кулера воды и протянул стаканчик Химчану. Тот опустошил его за долю секунды, язык прошелся по губам, собирая оставшиеся капли. Этот неосознанный жест был слишком эротичным, что явно не укрылось от Криса, и так уделяющего парню слишком пристальное внимание. Енгук заметил, как тот весь напрягся, разглядывая Химчана слишком уж откровенно, и только идиот смог бы не заметить в его глазах неприкрытое желание. - Ты какого хера на него уставился?! – взорвался Бан, подаваясь вперед и отчаянно подавляя разрастающееся внутри плохое предчувствие. Чондэ и Минсок схватили его за плечи, удерживая на месте, несмотря на сопротивление. Крис тем временем снова взял ручку и, уставившись в лист протокола, задал Химчану новый вопрос, который никоим образом не вязался со стандартной формой опроса: - Ориентация?.. - А? – растерянно глянул на него Химчан. - Сука поганая, я тебя достану! – в бешенстве выкрикнул Енгук, уже понимая, куда клонит китаец. Злость придала ему сил, и он наконец вырвался из рук полицейских, подлетая к столу и со всего размаху ударяя Криса скованными в наручники руками. Он почувствовал резкую щемящую боль в запястье, когда металл браслета оказался зажат между его рукой и щекой Криса, а в следующую же секунду Минсок и Чондэ в четыре руки уже оттаскивали его от своего товарища. Химчан вскочил, беспомощно оглядывая их, словно умоляя остановиться. Крис, которого ударом отбросило на стоящий позади него шкаф, поднялся, с отвращением дотрагиваясь до ушиба на щеке, словно не веря, что его посмели тронуть. - В камеру его, - прошипел он сдавленно. – Нападение в состоянии алкогольного опьянения на офицеров полиции, оскорбление должностного лица при исполнении им служебных обязанностей, оказание сопротивления при аресте. Енгук чувствовал, как его тащат по направлению к выходу из комнаты, все дальше и дальше от Химчана, к которому уже направлялся Крис. - Только тронь его, мерзкий ублюдок, я тебя прикончу! - проорал он, продолжая биться в крепких руках двух полицейских. Крис только поморщился, сдержанно добавив: - Приобщите угрозы физической расправы должностному лицу, - он мотнул головой. - И да, выпустите ту гребаную истеричку, у нас тут кое-что поинтереснее нарисовалось… Он подошел совсем близко к Химчану, беря того за подбородок и большим пальцем оглаживая его соблазнительные губы. - В рот берешь?.. – глухо поинтересовался он. - Что?.. – Енгук видел по-детски недоуменное лицо Химчана, прежде чем его выволокли в коридор. Он в тысячный раз попытался вырваться, но безуспешно. - Отпусти меня, блядь! – он умудрился извернуться и вцепиться зубами в плечо одного из парней. Тот издал вопль, и сразу за этим на Енгука со всех сторон посыпались болезненные удары дубинками. Он постарался закрыть голову, но не успел, очередной мощный удар обрушился на него сверху и сознание начало меркнуть. Последнее, что он слышал, прежде чем отключиться – вскрик Химчана и грохот сбрасываемых со стола вещей.