devil may cum

данте украдкой косится на вергилия, который проверяет, как сидит один из новых костюмов. тот сшит из светлой серебристой ткани с голубыми, словно мраморными прожилками, подогнан вергилию точно по фигуре, и данте невольно засматривается. вергилий застёгивает жилет, стоя к нему спиной, и данте осматривает его уже далеко не так скрытно, наоборот; он разваливается в кресле, покачивая рукой в воздухе, и чуть ли не облапывает вергилия взглядом. а посмотреть есть на что — брюки так подчёркивают стройную талию и такие узкие… — данте? — окликает вергилий, и данте тут же поднимает глаза, улыбаясь. — твоя муза внимает. вергилий хмыкает со слабой улыбкой и закатывает глаза, потом подходя к данте ближе. — а музе разве не нужно тоже собраться? платье платьем, но это ведь не всё. — разумеется, не всё, — посмеиваясь, отвечает данте, упирается босой ногой вергилию в живот над самым бедром, и подол платья из шелковистой ткани скользит вниз, к колену. — мне ещё остались как минимум чулки. не поможешь? — очень расплывчатое «как минимум», — поправляет вергилий, мягко накрывая прохладной ладонью щиколотку данте и уводя потом руку на нижнюю часть голени. — ещё макияж и укладка. и… — сначала чулки, братец, — перебивает его данте, с удивительно наглой улыбкой устраиваясь в кресле поудобнее. — я знаю, что ты мои ноги и в таком виде любишь, но к этому платью они пойдут. светлые, будь добр. если бы данте не знал вергилия достаточно хорошо, он бы решил, что отразившееся на его лице возмущение превратится в бурю. но данте знает вергилия очень хорошо, поэтому только проводит ногой чуть выше по его торсу, давая ткани платья соскользнуть ещё немного ниже. — ну? — с лукавой улыбкой спрашивает он, и вергилий, ещё раз проведя по щиколотке данте пальцами, действительно отходит за чулками. — потом я займусь и макияжем, — бросает вергилий через плечо, подбирая чулки нужного оттенка. — я не сомневаюсь в твоих способностях, но хочу сделать это сам. — ни за что не доверишь меня стайке визажисточек, да? — смеётся данте и тут же улыбается шире, когда вергилий ставит на столик рядом косметичку, аккуратно опускается перед ним на колени, опираясь потом на пятки, и снова берется за его ногу. — ты же знаешь, что я не люблю тобой делиться. — знаю, — довольно мурлычет данте, наблюдая, как вергилий медленно надевает на него первый чулок. тот не отказывает себе в том, чтобы при этом провести обеими руками по голени, а потом и совсем легко прикоснуться губами к колену. — мы что, опять опоздаем? вергилий поднимает на данте глаза, берясь уже за бедро. чулок приятно немного стягивает ногу, добавляя и без того светлой коже мягкий молочный оттенок. — разве что совсем немного. я учитываю все возможные, — вергилий так же легко целует данте и в бедро, — обстоятельства. — что, прям совсем все? — когда вергилий начинает надевать второй чулок, данте кладет свободную ногу ему на плечо. — особенно такие. второй чулок тоже сопровождается несколькими поцелуями, а потом данте вдруг забирает косметичку чуть ли не из руки вергилия, когда тот к ней тянется. — мне кажется, твоему образу тоже кое-чего не хватает, — отвечает он на легко нахмуренные брови, пока копается в косметичке, и потом с довольным видом выуживает оттуда небольшой тюбик помады. — позволишь? вергилий хмурится ещё несколько секунд, пока данте не проводит большим пальцем по его переносице, заявив, что морщины его личному модельеру ни к чему. после этого тот все же садится поближе, сложив локти на бедрах данте, и данте открывает тюбик, откладывая косметичку обратно на столик. он приподнимает голову вергилия ещё немного, подцепив пальцами подбородок, проводит легко большим пальцем по мягким губам, и вергилий чуть приоткрывает рот. данте не впервой красить губы кому-то ещё, а не себе, поэтому он делает это аккуратно и точно, добавляя ещё немного холодности в цветовую палитру брата. у него красивые губы, и данте старается только это подчеркнуть — сдержанно, но выразительно. и потом, глядя на вергилия, невольно облизывается. вергилий же тянется к зеркальцу в косметичке, рассматривая себя, так же неторопливо откладывает его обратно и кладет ладонь данте на шею, вынуждая наклониться ближе. — хорошая работа. от вергилия это звучит, как лучшая похвала, но данте, судя по всему, уже не слишком заботится о том, не размажется ли контур или не испортится ли цвет. он целует вергилия, размыкая языком его губы, и вергилий тут же отвечает ему тем же. отстраняет только через несколько долгих секунд, надавив данте ладонью на грудь, и тот чувствует себя разве что малость расстроенным. ровно до того момента, когда вергилий все ещё чертовски аккуратным и точным движением отодвигает в сторону подол платья — не зря ведь данте так полюбил высокие вырезы, — и крепко целует над резинкой чулка. данте ахает, распахнув глаза, успевает заметить только ярко-синий отпечаток губ у себя на коже, а вергилий продолжает. он оголяет бедро целиком, оголяет пах и живот, задрав подол выше, и покрывает крепкими, почти жёсткими поцелуями кожу данте, вынуждая того сползти по креслу к нему ниже — только бы быть ближе и почувствовать больше. — хороший выбор. — вергилий хищно улыбается, подцепляя пальцем тонкое кружево белья, и данте почти слышит, как гулко бухает в груди сердце. а вергилий прижимается губами к члену прямо поверх белья, оставив отпечаток губ и на белой ткани, и данте цепляется за его плечо, сползая ещё немного вперёд. с одной стороны ему обидно из-за того, как быстро вергилий может испортить аккуратно выведенные помадой контуры, но с другой это так чертовски приятно. — не упади, — с усмешкой говорит вергилий, на что данте только фыркает. а потом срывается на тихий стон, потому что вергилий стягивает резинку полупрозрачных трусов ниже и целует головку уже твердого члена. — ты, чёрт тебя подери, издеваешься надо мной, — бормочет данте, раздвигая ноги и закидывая одну из них на подлокотник. ему уже жарко, и вдобавок он видит, с каким ехидством вергилий смотрит на него снизу вверх. — ничуть. — заметив, как быстро данте распалился, вергилий начинает ласкать его член только рукой, подаваясь чуть ближе и продолжая, а между каждым словом на кожу данте ложится ещё один след. — я никогда, — он оставляет синий отпечаток у самого пупка, на что данте невольно поджимает живот, — не стал бы над тобой издеваться. тебе не нравится? данте, которому хочется только снова ощутить губы вергилия на своем члене и которому уже каждый поцелуй сбивал дыхание только сильнее, вымученно вздыхает. — так не издевайся. вергилий только низко посмеивается, и данте уже хочется схватить его за волосы и подтянуть голову к члену ближе, как тот все же подаётся обратно сам. и, боги, сразу вбирает в рот глубоко, вынуждая данте выгнуться и застонать. головой вергилий двигает не торопясь, но постоянно так плотно сжимает губы и втягивает щеки, что данте чуть ли не скулит, прося его поторопиться. на слова вергилий не реагирует, но в ответ на пальцы, стиснувшие его волосы, взрыкивает и почти до боли сжимает бедро данте в ладони. данте этого практически не замечает — слишком хорошо вергилий умеет обращаться с его телом, и удовольствия сейчас определенно больше. дыхание уже совсем сбивается, и данте приоткрывает веки, опуская взгляд вниз. подол платья совсем сбился, кожа под ним расцвечена синеватыми метками поцелуев, и следы помады виднеются даже на члене, особенно когда вергилий поднимает голову и, облизнувшись, продолжает ласкать данте рукой. — пожалуй, ты прав, — говорит он, продолжая двигать ладонью в том же мерном темпе. — моему образу действительно кое-чего не хватало. но мы не будем устраивать здесь беспорядок, хорошо? кивнув, данте прерывисто вздыхает, тянется к волосам вергилия, чтобы уложить на них руку и снова направить ниже. тот не сопротивляется вовсе, позволяет данте опустить его голову и наконец ускоряется, и данте тонет в ощущениях, запрокинув голову. когда он шепчет имя брата, вергилий прижимается только ближе и даёт данте насладиться оргазмом сполна. тот выплёскивается прямо в горячий рот, чувствуя, как подрагивают колени, снова опускает на вергилия взгляд и тут же замирает. вергилий облизывает губы — помада смазалась, и на губах теперь видны потёки спермы, которую вергилий слизывает, глядя данте точно в глаза. и сглатывает. данте неровно выдыхает, пытаясь прийти в себя, и усмехается уголком губ. — тебе определённо идёт. в ответ на это вергилий только хмыкает, опускает глаза на чужие ноги, и его взгляд тут же становится придирчивым; он осматривает платье, проверяя, не испачкалось ли, удовлетворённо кивает и поднимается на ноги. — не сомневаюсь. но нам все ещё нужно привести тебя в порядок. — не стирай следы, — быстро просит данте. вергилий улыбается тоньше, уже беря в руки косметичку. — не буду.