This could be the end...

      Схватившись за левую сторону груди Дазай резко проснулся. Как оказалось его разбудила милая стюардесса, сообщая о скорой посадке. Парень прошел в туалет и сполоснул лицо холодной водой и еще раз окинул взглядом себя. Бинты он снял, предпочтя надеть черную водолазку с горлом и длинными рукавами с прорезями для больших пальцев. Внизу серые брюки чинос и белые кеды. Не увидев никакого недостатка, он поправил уложенные на левый бок волосы заправляя выбившиеся пряди за ухо и прошел на свое место. — Мистер Акайо Уэсиба, прошу пристегнуться, скоро посадка. — Благодарю прекраснейшая из дам.       Дальше происходящие Дазая не волновало и не интересовало. Все мысли были обращены к встрече в баре. Подарок. Вот что занимало все мысли. До пункта назначения он добрался спустя пол часа после посадки. Повезло что место встречи находилось достаточно близко. Зайдя внутрь, Дазай был приятно удивлен. Народу было прилично, а по всем экранам показывали какой-то футбольный матч. Аккуратно обходя посетителей, он подошел к барной стойке. И заговорил с барменом на английском: — Мой друг должен был забронировать столик, его имя Жака Бауэр. — Да такая бронь у нас на сегодня есть, у вас третья кабинка. Но ваш друг еще не подошел. Вас проводить? Заказ подадим в течение десяти минут, как и было указано в брони. — Нет, не нужно я и сам дойду. Премного благодарен.       Дазай развернувшись снова начал маневрировать среди посетителей в направлении который указанном знаком с названием приват — кабины. Комната была выполнена в футбольной стилистике. На полу искусственный газон, стены раскрашены так, чтобы создавать иллюзию поля с воротами и футболистами с мечами. Белый кожаный диван полукругом и стол перед ним раскрашенный под футбольный мяч. Напротив, располагается большой телевизор транслирующий матч. Слишком пестро и безвкусно по мнению Дазая, да и Чуи бы не понравилось в это коротышка, слишком изысканный для этого места. Он сел, поставив рядом с собой висевшую до этого на плече небольшую дорожную сумку и достав оттуда очередную книгу про суицид, погрузился в чтение.       Спустя десять минут перед ним все тот же бармен поставил бокал виски со льдом и крекеры с копченым лососем. — А вот теперь узнаю Чучу. — пробормотал Дазай смотря на закуску, которую частенько ему готовил шляпник, если они планировали провести тихий вечер за бокальчиком спиртного.        Дазай сидит на балконе в плетеном кресле, любуясь ночной Йокогамой. Сейчас никто бы не узнал в нем Дьявольского вундеркинда. Просто парень в одних пижамных штанах с изображением облаков на голубом небе. Большие теплые тапочки в виде песиков Корги. Челка убрана назад и закреплена невидимками. Он полностью расслаблен, а на губах еле заметная теплая улыбка. Дазай даже не вздрагивает, когда его плечи накрывают коричнево — голубой вязаный плед. А на столик рядом, подсвечивалась красным опускаются две бутылки и закуски. Вино, виски, сырная тарелка и крекеры с красной рыбой. Тихие шаги и вот помимо Дазая на соседнем кресле уже сидит другой парень.       Он также по пояс голый, пижамные штаны у него с кофейным принтом, а тапочки в виде Рыбы-Капли. Осама до сих пор помнит, как ржал над причитаниями Чуи, что топтать скумбрию не выйдет, так как нашел только эту рыбу. Рыжик с ногами забравшись в кресло, укрывался в такой же, как у Дазая плед, устраиваясь поудобнее. Мужчина с каштановыми волосами аккуратно разливал напитки, краям глаза следя за человеком рядом. Забавно было отметить, что у них сейчас даже прическа одинаковая. — Наконец-то завтра выходной, даже не верится. Прям второе чудо. Первое было, что ты помог с рабочими отчётам. — Ты же знаешь, я приверженец чтобы каждый выполнял то, что лучше у него выходит. И глупо не признать, что в писанине этих бесполезных бумажек ты хорош. — Ну конечно твой мозг слишком велик, чтобы расходовать его на ненужные скучные вещи. Помню, помню.       Оба замолчали, наслаждаясь приятной атмосферой и неспешно попивая свои напитки. — Да редко у нас с тобой бывают такие вечера, как у нормальных людей… — А давно ли ты себя к нормальным приписал, — с усмешкой спросил Дазай. И откусив крекер довольно зажмурился.       Чуя на него довольно поглядывал. Но вечер был безнадежно испорчен, когда Осаму сказал: — Мне кстати Одасаку их по какому-то особенному рецепту приготовил, тебе бы поучится у него.       С лица рыжего тут же медленно, будто стекая, медленно пропадала улыбка. Глаза уставились в одну точку и стали какими-то отрешенными. Вес тепло и свет в которых нежился Осаму резко, пропал. Атмосфера стала напряженной. Чуя, ничего не говоря поднялся с места и взяв тарелку, выкинул ее с балкона и не глядя на Дазая ушел в квартиру. А спустя еще пару минут хлопнула и входная дверь.       Выныривая из воспоминания, только и смог подумать: «А ведь после этого он их больше не готовил». Взяв закуску с тарелки, аккуратно откусил его и как только он его распробовал его глаза широко раскрылись. Она знает этот вкус из тысячи. Но как такое возможно? Дверь в кабинку, распахнулась и на пороге показался высокий человек даже чуть выше Осаму. Светлые джинсы и бежевая толстовка. Накинутый капюшон, так что лица не разглядеть. Но Дазаю это и не нужно. — Не может быть! — тихо проговорил он, вскакивая с места. — Одасаку?       Человек перед ним снимает капюшон. Темно рыжие волосы чуть длиннее, чем в воспоминаниях Осаму, теперь они собраны в хвост сзади. Глаза светло-голубые, вокруг которых появились небольшие морщинки, тоже знакомы до безумия. У Дазая затряслись руки. — Привет, Осаму, приятно видеть тебя без повязки на глазу. Ты так сильно подрос с нашей последней встречи. — Это невозможно… Ты умер у меня на руках… Я держал твой труп… Я был на твоих похоронах… Каждую годовщину и иногда просто в выходной я сидел у твоего надгробия… Это шутка такая???       Дазай запустив руку в волосы начал громко истерично смеяться. — Он даже такую твою реакцию предсказал… Поистине удивительно… Осаму нам лучше пойти в другое место и там я отвечу на все твои вопросы.       Дазай подхватил с дивана сумку и кивнул на выход. Они шли молча по вечернему Парижу минут десять. Они наконец-то добрались до просторной квартиры студии в четырехэтажном светлом доме. Она была просторная в бежевых тонах. Все находилось в одной комнате, но разделено на зоны перегородками с затуманенным стеклом. Они прошли на территорию кухни и сели за стеклянный обеденный стол друг напротив друга. Повисло молчание. Дазай при всем желание не мог описать ту бурю, которая происходит внутри. Они так просидели пару минут, а после Ода отошел к письменному столу и взяв с него бумажный пакет с документами и положил его перед Осаму, снова садясь напротив. — Он просил тебе вручить, как только увидимся, но я решил, что тут будет передать правильнее.       Дазай взял в руки пакет и достал оттуда лист внимательно пробираясь по нему глазами. Бумаги на развод. Подпись Чуи уже стоит. Руки парня сжались и листок помялся, но этого ему показалось мало, и он вовсе его порвал на мелкие клочки. — И это он тоже предугадал. — сказал Ода, внимательно изучая лицо напротив. — У тебя, скорее всего, куча вопросов или саму же догадался, как все было на самом деле? — Мне нужно чуть больше времени, на обработку информации. Расскажи-ка пока лучше, как же мой дорогой друг поживал все эти года пока оплакивал его. — Все благодаря Чуе он сразу нашел для меня жилье и обеспечил деньгами на первое время, даже документы мне новые подготовил. Ну я и решил заняться писательством. Было трудно первое время, но сейчас я состою в одном издательстве и доволен жизнью. Слышал ты, последовал моему совету и выбрал сторону добра? Я горжусь тобой. — Гордится нечем мне было скучно, а твой совет обещал разнообразить мою жизнь. — Именно из-за скуки ты решил придать Чую, я тебя понял. Ты никогда не заслуживал такого человека как он. И я рад, что он наконец-то решил с тобой развестись. Давно было это сделать. — Ммм… Да ты на него глаз положил. Вот так поворот событий. Спустя четыре года встретить умершего друга и только для того, чтобы узнать о его интрижки с моим мужем. А точнее о неразделенной любви да, Одосаку? — Ты несешь бред. Я безмерно уважаю Чую и благодарен ему за многое. — А еще ты хочешь залезть к нему в штаны. — Хищная улыбка расползлась на лице Дазая. Он, сложив руки на столе, друг на друга и, сделав их опорой, навис над столом. Подаваясь вперед, тихо заговорил, — Но знаешь, почему я уверен, в что у вас ничего не было и благодаря этому твоя голова еще не прострелена? — Он верный супруг и уважает себя и свой выбор, но как только ты подпишешь нужный документ, он сможет начать заново с хорошим человеком, который подойдет ему больше тебя.        Дазай расслабленно откинулся обратно на стул и начал рассматривать ногти на руке, где четко выделялось обручальное кольцо. — Знаешь, Одосаку, в чем твои выводы не верны в плане нашего развода? — Ты не собираешься подписывать? Лучше убьешь его чем дашь развод? Это не нормально так привязывать к себе человека. — Ой даже обидно что ты меня недооцениваешь, — сказав Дазай поднявшись и медленно как-то лениво подошел к окну и смотря в него стоя спиной к собеседнику заговорил, — во-первых я знал, что ты жив. У нас с Чучу одни источники и связи и по этой причине один из новеньких перепутал людей с фамилией Дазай, принеся мне отчет о твоей жизни. Это было через год после твоей якобы гибели. Я тогда сделал все, чтобы вешалка для шляп не пронюхал о моей осведомленности. Но что-то я ушел от темы. Даже если я подпишу бумажку, сниму кольцо, а пёсик вернет назад свою фамилию, это ничего не изменит. Он все так же будет принадлежать мне одному. Это неизменный факт. С шестнадцати лет я делал все чтобы у него и мысли не было хотя бы смотреть в другую сторону. — Он не вещь! Как только ты подпишешь развод, он будет волен сам решать с кем ему быть. Ты даже теперь не в одной организации с ним. — Знаешь, за что ты мне всегда нравился Одасаку? — Дазай развернулся к тому лицом присаживаясь на подоконник. — Ты противоположность нашей Двойной тьмы. Такой добрый и наивный. И именно из-за этого ты при всем своем желании не заинтересовал его. Более того Одасаку, Видимо Чуя решил тебя зачем-то обнадежить, но кому если не ему известно, что я окольцевал наши души на века. Ему не спастись от меня. Нерушимые клятвы стали нашей общей клеткой и нет ни единого шанса ему из нее сбежать. — Ты сумасшедший. — Ода хоть и смотрел на Дазая, но ему было страшно. Он совершенно не узнавал человека перед собой. — Сумасшествие и гениальность это две стороны одной медали. А теперь перейдем к делу. Скажи-ка мне, мой друг, когда это вы начали общаться.       Ода встал с места и подойдя к холодильнику, достал из холодильника виски. Жестом предложил выпить и Дазаю, но тот снисходительно улыбнувшись отрицательно покачал головой. Ода налив один бокал выпил его залпом, после сделав себе добавку снова вернулся за стол и глядя перед собой начал рассказ:       Настроение было не особо хорошее, ему стукнуло уже двадцать один, а усталость будто шестидесятилетний старик. Именно сегодня ему захотелось пойти размяться, поэтому он пошел на тренировочный этаж Порта. Нельзя отрицать, что благодаря Мори, мафия преобразилась, став поистине всемогущей. Она все больше разрасталась и здание портовой мафии уже напоминал целый отдельную страну. Это восхищало, но и вызывало недовольство так как построено на крови и смертях.       Переодевшись в спортивный костюм, он вышел в зал и увидел пронесшуюся по потолку комету. Только перемогавшись он присмотрелся и понял, что на платформу для рукопашного боя взлетел паренек. Волосы огненные, фигура жилистая стройная, на руках перчатки без пальцев, просторные штаны и голый торс. Обуви также не наблюдалось. Только сейчас Ода заметил в руках паренька Бо. Этот огненный смерч встал в стойку и начал отрабатывать движения. Резкие, порывистые, сильные, но в то же время это смотрелось изящно. Возможно, из-за ментальности паренька. Примерно прикинув Сакуноске понял, что выше сантиметров на двадцать минимум. — О, Ода-кун, тоже захотели тренироваться? — раздался сбоку приятный женский голос. — Приветствую Озаки-сан. — повернувшись к девушке лицом он склонился в почтительном поклоне. — Не стоит этих приличий, не мог бы ты помочь с тренировкой моему подопечному? — ласково спросила она веером указывая в сторону того парня. — Ты же вроде бы хорошо управляешься с Бо, проведи с ним спарринг и не жалей его. — Понял.       Ода подошел к стойке для оружия и взял черную палку в руку. Покрутив Бо в руках, он привык к нему и направился в сторону платформы для рукопашного боя. Парень разговаривал с Коё, что-то яростно ей доказывая пока не получил веером по голове. — Анэ-сан! — еще возмущенно прокричал парень. — Быстро на платформу Чуя, ты заставляешь меня повышать голос. Реальный бой лучшая тренировка, так что иди и поблагодари Оду-куна за то, что он согласился провести этот спарринг.       Он смотрел за этой перепалкой с неподдельным интересом, это паренек был настолько ярок и полон жизни, что отвести от него взора не представлялось возможным. Особенно когда на Оду посмотрели два ярких больших голубых глаза. Море или небо в солнечный день. Метис — понял Сакуноске присмотревшись внимательнее, причем европейская внешность преобладает, а вот рост и телосложение азиатское.       Чуя подошел к центру платформы и когда Ода сделал то же самое, поклонился сказав: — Чуя Накахара, 16 лет, член Исполнительного комитета, способность «Смутная Печаль». — все это он говорил с гордостью, а потом по его губам искривились в усмешке, а во взгляде появилось вызов с нотками презрения. — Позаботьтесь обо мне. Ода был шокирован, не реакцией на него Чуи, а своими эмоциями на этого парня. Из головы будто вылетели все мысли, а в животе появились странные ощущения. Он бы так и пялился на этого человека если бы Коё тактично не покашляла в стороне. Сакуноске смутившись тут же поклонился в ответ и представился: — Сакуноске Ода, 21 год. Член Портовой Мафии. Способность «Безупречность». Позаботьтесь обо мне Накахара-сан. — Чуечка без способности, Ода можешь не сдерживаться. Мой воспитанник уже по праву считается лучшим в боевых искусствах, из всех членов Мафии. Мори лично подтвердил это. — Понял, Озаки-сан.       Спарринг проходил на удивление хорошо. Ода получал несравнимое удовольствие от него. Чуя и правда был очень сильным, поэтому и выиграл, выбив Бо из рук противника. Они даже договорились иногда проводить подобные бои.       Ода был очень удивлен, когда с уходом девушки, Чуя резко изменил к нему свое отношение и стал полностью игнорировать нахождение второго человека рядом. А когда Сакуноске попытался выяснить причину, все что он получил это фразу, брошенную на ходу с презрительными нотками: — Отвали, если ты друг Дазая, то это еще ничего не значит. Для меня ты всего лишь шестерка Порта, не стоящая моего времени и внимания. — Вот таким было наше первое общение лицом к лицу… До этого же момента я лично с ним не общался и если и видел, то только издалека или слышал болтовню коллег о нём. Но прислушиваться и приглядываться я стал только после этого момента. Оказалось его просто обожали все подчиненные только и говорят о том какой он хороший руководитель. Добрый отзывчивый участливый и вообще совершенство за исключением моментов, когда он с напарником. На миссиях даже если это было опасно я незаметно подбирался к вам поближе и тихо в стороне восхищался его ведением боя, умением контролировать гравитацию. И впервые испытал истинный страх и не сравнимую до того момента силу жажды крови, которую он выпуска во время Порчи. Но, к сожалению, чем сильнее я пытался приблизиться, тем дальше и холоднее становился он. Иногда мне казалось, что он меня просто ненавидит. — О да ты не представляешь сколько скандалов у нас из-за тебя было — со смешком сказал Дазай. — Мой пёсик очень ревновал. Но меня интересует другое. Мори, посылая тебя на задание намекнул, что оно последнее? Может он указал причину, по которой решил от тебя избавится? — Ты же гений, а не я Осаму. Думаю и так выяснил причину. Чуя её точно знает. — Их было несколько. Лицензия. Поставить меня на место. Ну и устранить потенциальную угрозу в моем лице выгнав из мафии. Он боялся, что я ему перережу глотку, как когда-то он сделал, чтобы занять место во главе мафии. — Да это конечно тоже сказалось на его решении, но как мы позже с Чуей поняли, основной причиной послужило другое.       Дазай отойдя от окна снова сел за стол и положив лицо на переплетенные пальцы и мило улыбаясь спросил: — Вы? Не я и Чуя, а мы? И давно вы в таких отношениях? — Прекрати, мы всегда с тобой друзьями. Я понимаю, что ты злишься. Ведь от тебя скрыли факт моего спасения, но ты уже перегибаешь. Ты и сам прекрасно знаешь, что он мне и шанса не дает. Так что убери этот свой тон и собственнические замашки, ведь именно они стали основной причиной, почему Мори решил меня убрать. Дазай выпрямился и с серенным выражение лица сказал: — С этого места поподробнее. — Это случилось за пять месяцев до моего устранения, — отпив виски начал вспоминать Ода.       Последнее зачистка с участием Двойного черного, вызвала настоящую шумиху. Они опять вдвоем устранили целую организацию, за одну ночь. Но после этого исчезли. Верхушка мафии пояснений не давали. Ода особенно волновался, так как пропал его близкий друг и предмет воздыхания. Он даже набрался смелость и подошел к Хироцу, который, даже не взглянув на него сказал: — Ушли в отпуск.       Так и прошла неделя. Ни о Дазае, ни о Чуе новостей так и не поступало. Многие уже считали, что они погибли. Но Оде повезло и случайно получилось услышать краем уха один разговор. — И долго их еще там держать будут? — зло выплюнула Коё. — Он не дает их даже увидеть. — Не нам это обсуждать, я знаю не больше твоего. Хотя у самого есть интерес зачем понадобилась их столько держать в подвале. Насколько мне удалось выяснить их сразу доставили в лабораторию Мори, а ты знаешь туда попасть может только он. — задумчиво ответил Хироцу. — Я вот чего понять не могу… Ладно, мой воспитанник в коме, но также и раньше случалось… Так почему же в этот его поместили в лаборатории, да еще и с Дазаем на пару. Может они попали под какую-нибудь способность? — Дазай с его исповедью? — А почему нет, он не всесильный.       Дальше Ода слушать не стал. Ему срочно надо было придумать как убедится, что с парнями все в порядке и хотелось узнать, что же с ними случилось. Одним глазком буквально взглянуть на них убедится, что живы и спокойно ждать возвращения их. Через пару дней ему удалось найти информацию, что та самая лаборатория находится на минус седьмом этаже и попасть туда можно только через кабинет Мори Огая.       Так как рабочее время почти всей мафии начинается в шесть вечера, а заканчивается, как правило, в 9 утра. Ода решил попытаться пробраться в лабораторию днем, когда мафиози отсыпаются. Но он совершенно не предугадал, что когда уже в кабинете босса наткнется на потайную дверь за книжным шкафом, именно в тот момент, когда из нее выйдет сам Мори и они столкнутся нос к носу. — И что же ты тут забыл Ода-кун, хороший друг нашего Дазая — куна? Ода тут же низко поклонился и не смея поднять головы тут же все рассказал: — Прошу простить мое своеволие, но я очень беспокоился за Дазая и Накахару-сана, случайно услышав, где они я решил навестить. — Ты настолько верный друг, что ради этого даже вломился в кабинет босса? Или я могу рассмотреть это как предательство? Выведывание секретной информации? А может ты прокрался убить меня? — Нет что вы я верен мафии и помыслить не смею вас предать. — Тогда прочь, прощаю только на этот раз и то из-за дружбы с моей правой рукой. — Еще раз прошу меня простить.       И не поднимая взгляда Ода попятился спиной к выходу, не смея даже повернутся спиной к боссу. Как только он добрался до двери. Мори вдруг заговорил: — Хотя стой, это может быть интересный эксперимент. За мной. — Слушаюсь.       Ода последовал за боссом в потайную дверь и оказался в лифте, сразу поняв, насколько смешны были его попытки попасть в лабораторию. Они оказались в кабине лифта. На панели которого располагался скан отпечатка пальца и сетчатки глаза. Проведя процедуру распознавания, Мори нажал на одну из трех появившихся кнопок, и они поехали вниз. — А тебе сейчас двадцать три? — Да, Мори-доно. — И интересно тебе с этим сопляком восемнадцатилетним? — Мы дружим уже несколько лет, и до сих пор есть о чем поговорить, Мори-доно. — Не мне судить, но как односторонняя дружба может быть интересна? — Простите, я немного не понял вопроса? — Ты правда считаешь, что такой человек как Дазай-кун умеет дружить? — Да, я уверен в этом. — Хм, ну да ты интересный, не такой, как мы, видимо в этом интерес Дазая-куна к тебе. Могу понять. А можешь ли ты назвать другом человека, который тебе не показывают свое истинное лицо? Подумай на досуге.       Ода не понимал, о чем сейчас говорит босс. Но какой-то осадок от его слов остался. Дальше ехали молча. Спустя минут, лифт остановился, а двери открылись, пропуская их в белый длинный коридор. Они шли по нему еще минуты две. периодически по бокам Ода видел двери в другие помещения. По его подсчетам тут находилось четыре помещения. Наконец добравшись до конца коридора, они встали перед металлическими дверьми. те распахнулись, как только Мори прижал к панели ключ-карту. Пройдя в двери, они попали в помещение три стены пол и потолок которого обшиты металлическими пластинами. Четвертая была сделана из пуленепробиваемого стекла с небольшой дверью, перед ней. Так же находился белый стол с тремя большими мониторами. На первом был коридор, из которого они пришли, на втором помещение за стеклом, а, то есть комнату со столом и четырьмя стульями, Ода сразу подумал о допросной в полиции. Третий показывал какую — то комнату. Она выглядела достаточно обжитой. Темно-серые деревянные панели на стенах и черный пол, на нем был постелен большой пушистый ковер. Большая кровать, черная с шелковым постельным бельем, того же цвета, стояла у самой дальней стены. В углу письменный стол с компьютером. Одна стена полностью состояла из полок, на которых была куча книг. Хоть комната и была не особо большой, но дорогой так точно.       Мори, подойдя к монитору, что-то начал печатать на клавиатуре и изображения жилой комнаты увеличилось. Ода даже вздрогнул, когда, понял, что ранее смотрел не на видео, а на фото. А сейчас же был уверен ему показывали происходящее там в реальном времени. От кровати отходили трубки и провода, к приборам. Все они крепились к бледному рыжему пареньку, который смотрелся ребенком на этой постели. А рядом с ним лежит каштановые волосы взлохмаченные, круги под глазами, бинты, закрывающие шею и руки, как и белая рубашка в крови, черные штаны закатаны до колен, одна босая нога закинута на другого паренька, а другая вытянута. Ода еле узнала в Двойной черный. Дазай губами почти касался уха Чуи и явно что-то шептал. Рукой выводя то ли какой-то символ, то ли иероглиф на груди рыжего в области сердца. Книги тоже валялись на полу скинутые с полок, монитор компьютера разбил, а у входа в комнату кровь. — Чуя, никак не хочет выходить из комы, — от спокойствия в голосе Мори Оде стало не по себе и даже как-то тошно. А босс продолжил. — Никак не пойму, в чем дело. — У него выходит из-под контроля способность? — спросил Ода, не понимая, почему Дазай не перестает касаться Чуи. — С чего ты так решил? — удивился Мори и снова взглянул на монитор, — а, ты из-за Дазая так решил. Как бы объяснить попроще… — Мори скрестил руки на груди, а после постучал с задумчивым выражением пальцем по подбородку, Ода сразу отметил, что подобный жест видел и у Дазая. — Понимаешь, Ода-кун, применения порчи для Чуи не проходит бесследно, сказываясь на его физическом состоянии. Чем дольше он применяет Порчу, тем тяжелее последствия. В этот раз что-то пошло не по плану и Дазай-кун, задержался с обнулением. В итоге Чуя-кун впал в кому. Но Дазай-кун, как правило, тоже получает откат только моральный, каждый раз он находится поблизости и оберегает Чую-куна пока тот не придет в себя. — Но насколько я знаю, обычно Накахара-сан лежал в обычной вип-палате, и к нему пускали посетителей. Но сейчас вы его прячете. — Ты не прав Сакуноске-кун я прячу Дазая-кна. Потому что никто не должен видеть его в подобном состоянии. Он почти не контролирует себя. Дазай-кун у меня всегда ассоциировался с Хеймдалль, а Чуя-кун тот самый Асгард, который этот страж защищает. — А почему именно Хеймдалль? — поинтересовался Ода, как только Мори задумавшись замолчал. — Хеймдалль, согласно мифам скандинавов, наделяется рядом интересных особенностей. В частности указывается, что Стражу Асгарда «требуется сна меньше, чем птице», «он видит всех и всё на свете, одновременно». Еще Хеймдалль был предвестником Рагнарёка — конца света, согласно мифологии скандинавов. Но мы отвлеклись от темы. Дазай-кун не в себе, он и на три метра не подпускает к Чуе-куну. Да и не отходит от него даже на метр. После свадьбы совсем помешался на неприкосновенности Чуя-куна. — Свадьбы? — удивления Оды не было предела, он пытался понять, где же потерял нить разговора, что упустил имя суженой Дазая.       Мори, следя за всеми реакциями подчиненного и явно забавляясь очень дружелюбно улыбаясь продолжил. — О да не так давно я дал разрешения на их брак и сам же их поженил пару месяцев назад. Они оба теперь Дазай.       Ода не находил слов для ответа. Его мир пошел трещинами. У него и шанса не было на сближение с Чуей. Но как такое возможно, что сильный добрый умный, почти бог Накахара, выбрал в спутники жизни взбалмошное дитё. Хотя, глядя сейчас на монитор перед ним предстает совершенно другой Осаму. Потерянный, ждущий, в каком-то отчаянии, хватающийся за рядом лежащего парня как за единственное ценное, что у него есть.       И будто этого всего было мало. Мори взял трубку телефона лежащего и монитора и сказал, чтобы Дазаю передали о ждущем его госте.       Буквально через две минуту в помещение двое мафиози ввели явно замученную пытками девушку. Порезы и синяки по всему телу, хорошо были видны под больничной робой. Хоть она и шла сама, но ее шатало из стороны в сторону. — Иди и сообщи Дазаю, что к нему гость пусть пройдет в переговорную. — Прошу не надо, умоляю я все расскажу только не к нему. — свалившись на колени рыдала девушка.       Двое пришедших с ней подхватили ее под руки и потащили в сторону двери и выпихнули ее в так называемою комнату для переговоров.       Ода вновь обратил внимание на монитор с комнатой. И увидел, как Дазай приподнял голову и внимательно всматривался во вход в комнату. Потом приподнялся на руках и достал из-под подушки пистолет. Снова лег, что-то шепча Чуи и поглаживая того по щеке. И только сейчас Ода увидел кольцо на безымянном пальце Дазая. А потом перевел взгляд на руки Чуи, которые в кой-то веке были без перчаток и у него был такой же ободок из белого золота.       Он увидел, как девушка заходит в комнату и Дазай без промедлений выстреливает ей в голову. Встав с кровати, он подошел к лежащему телу и с хищной улыбкой высадил в голову всю обойму. Отбросив пистолет в сторону, он подхватил труп и вышвырнул его из помещения. Крови на его рубашки и бинтах стало в разы больше. Дазай не обращая на это внимание подошел к шкафу и достал оттуда полотенце, протер руки и лицо, а после швырнул его в лужу крови и посмотрев в камеру четко губами произнес: “ Убрать». И как ни в чем не бывало вновь лег возле Чуи.       У Оды скручивало желудок, грозя лишить съеденного завтрака. Он много слышал о жестокости Дазая, но никогда не видел, а поэтому и не верил сплетням и слухам. Но сейчас то он сам за всем наблюдал.       Мори же смотрел на это все с неким умилением. А потом произнес — Извини уж Ода-кун он похоже совсем не в духе. Лучше тебе дождаться его наверху, уверен, как только он придет в норму сразу придет к тебе.       Сакуноске на это ничего не ответил, прибывая в шоке. Он даже не запомнил, как оказался в своей квартире. И только отгородившись от мира дверью, позволил случиться нервному срыву. — Вот так все и было. Не знаю уж как Чуя об этом узнал, но видимо у приемника босса свои способы. — Приемника? Мори же все еще ждет меня… — Нет Дазай, он перестал хотеть твоего возвращения еще три года назад. Подробностей не знаю, но смог сделать вывод, что твое возвращение безумно не желанно для Мори. — Вот же ублюдок. А ты то откуда все это знаешь? — Чуя иногда рассказывал, видимо хотел выговориться и не находил кандидатуры лучше. — Или же мой Чучу знал, что ты передашь мне ключевую информацию… Размышления прервал звонок на телефон Оды. Тот, посмотрев на экран сказал: — Это тебя.       Почему-то тревога с какой-то неведомой ранее силой вспыхнула в груди Дазая. Он онемевшей рукой взял телефон и ответил на звонок сразу понимая кто говорит на той стороне: — Ну и как тебе мой подарок? Хотя не отвечай я и так знаю, ведь все это время именно этого ты и хотел. А теперь отпусти меня, хорошо?       Все внутри Осаму похолодело. Что-то не так, он чувствует, всем существом. — Чучу ты о чем? Подарок, конечно, хорош, но не до развода. Ах, бедный, бедный мой пёсик, план которого провалился. — слащаво проговорил Дазай, чья рука с силой сжимала телефон. Только сейчас начало до него доходить эмоция, которую он никак не мог понять. С тревогой у него в груди зарождался страх. Он даже не заметил, что уже стоит у выхода из квартиры, пока его за локоть не схватил Ода. В этот момент в трубке снова послышался голос рыжика: — Послушай, у меня не так много времени, поэтому не перебивай. Иронично что твоя способность называется «Исповедь «неполноценного» человека», а признаться в грехах буду сейчас я, а потом о главных ты узнаешь сам. Не смейся, но эту речь я готовил заранее, но что-то пошло не так. К дьяволу, буду импровизировать. Знаешь главный мой грех это полюбить тебя. Да Осаму я тебя действительно любил, отчаянно, до безумия и одержимости, конечно, до тебя мне все же далековато. Хах. И знаешь в какой-то степени ты был прав называя меня верным псом, ведь ты предал, а я все равно ждал и верил. Смешно. Фух. Надеюсь, ты вспомнишь о ночи перед нашей свадьбой. Прощай. — ЧУЯ!!! — заорал Дазай вырывая свою руку из хватки друга. — ЧУЯ!!!       Дазай рвался на выход, но его крепко держал Ода. Пытаясь, достучатся до Осаму, он, врезав пощёчину схватил лицо Осаму и сказал: — Он в Йокогаме.       И тут прозвучало самое страшное для Дазая. Он услышал, то, что разбила его душу во вдрызг. Из трубки донеслось такое ужасающее: — Что ж, даровавшая мне тёмную немилость, не стоило снова меня будить…       Глаза полные ужаса смотрели на плачущего Оду. телефон выпал из рук. И опустившись на колени Дазай душераздирающе закричал.