En Pointe/На пуантах

Энди глубоко вдохнула тёплый июньский воздух. Прошёл ещё один год. Через месяц начнётся сезон Саратоги, а пока она снова была без работы. Она размышляла, чем ей предстоит заняться на этот раз, когда потягиваясь, вышла из балетной студии, держа в руках чек с последней зарплатой. У нее не было никаких планов на следующие несколько недель, она вообще редко что-либо планировала. Нет смысла заполнять делами время, которое должно было быть отдыхом? Единственным досадным моментом отпуска был факт, что Миранды не будет в городе, потому что она собиралась поехать в Хэмптон с девочками. Конечно, Энди была рада, что Миранда собиралась хорошо провести время с детьми, но мысль, что они будут вдали друг от друга, лишь усугубляла у нее чувство опустошенности. Она уже должна была привыкнуть к этому чувству, которое всегда испытывала, когда Миранды не было в городе, а девочки были с их отцом. Что ж, зато Эмили теперь будет чаще бывать дома, так что у нее будет хотя бы одна женщина, которая составит ей компанию. Может быть, на этот раз она сможет заставить Эмили попробовать ее веганское печенье, посыпанное шоколадной крошкой, если поклянётся, что оно совершенно точно не нанесёт вред фигуре, а будет даже полезно. В любом случае, ей придется очень постараться, чтобы подруга попробовала. По крайней мере, в прошлом году она убедила Эмили начать есть немного больше, чем лишь пару сырных кубиков. Она была действительно хорошей подругой, если не считать те моменты, когда они спорили или Эмили опускала сухие оскорбления в адрес Энди. Энди решила сходить на рынок и купить все необходимое для приготовления печенья. Она уже вышла и почти подошла к метро, когда зазвонил ее телефон. Она улыбнулась, узнав мелодию, которую она поставила на Миранду. Рингтон «Круэлла Де Виль» зазвучал в воздухе Манхэттена, и люди вокруг начали кидать на нее взгляды, варьирующиеся от любопытных до раздражительных, а иногда до почти откровенного гнева. Нью-Йоркцы. Энди улыбнулась, прежде чем принять звонок. — Привет, Миранда, — со смехом сказала Энди, продолжая быстро идти по тротуару. — Андреа, — вздохнула женщина. — Судя по этому смеху, у тебя все еще стоит этот ужасный рингтон на меня. Какого ты обо мне мнения? Я не делаю шубы из собак. Если ты помнишь, у меня есть собака, которую я очень люблю. — Я знаю. Но ладно, для большинства людей ты самое страшное, что есть в их жизни, так что тебе это подходит. Миранда издала неприятный звук и сказала: — Ты можешь продолжать так думать. Они замолчали на несколько секунд. Энди задумалась, сколько времени понадобится Миранде, чтобы снова заговорить. В конце концов, это был один из последних рабочих дней Миранды перед Хэмптоном. — Андреа, мне интересно, а еще больше интересно девочкам… — Миранда замолчала в редком проявлении нерешительности с ее стороны. Энди выпрямилась. Мгновенно стала более внимательна, чем обычно, ожидая продолжения речи Миранды. — Я знаю, что в течение следующих нескольких недель у тебя будет отпуск, и мы подумали, не хочешь ли ты поехать с нами в Хэмптонс. Девочкам очень будет приятно, если ты присоединишься к нам. Наступила пауза, и Энди услышала прерывистое дыхание, прежде чем Миранда тихо добавила: — И я тоже буду не против. На языке Миранды это означало, что она действительно хотела бы, чтобы Энди к ним присоединилась, может быть, даже больше, чем близняшки. Сердце Энди забилось сильнее в груди. На самом деле они с Мирандой не были наедине с Нового года полтора года назад. Энди знала, что это была инициатива Миранды, но она не винила ее. Иногда ей действительно было тяжело вспоминать, что было решено, что они будут держаться порознь в романтическом плане. — Ого, ты серьезно? — сказала Энди, и у нее перехватило дыхание. — Конечно, серьезно, глупенькая. Ты думаешь, я бы предложила, если бы была несерьёзна? — спросила Миранда, звуча немного взволнованно. — Я знаю, но все же, это твое время с девочками. Я хотела быть полностью уверенной, понимаешь? Миранда долго молчала. — Я не думаю, что упущу время с ними, если при этом буду с тобой. Мне кажется… мне будет лучше, если ты будешь рядом. Энди почти не слышала ее из-за городской суеты. Но все же она поняла то, что говорила Миранда, и ее сердце забилось еще сильнее. — Я, эм, я очень рада, это слышать Миранда. Ты с девочками, как моя семья. Миранда втянула ноздрями воздух. — Да, я полагаю, что я тоже так чувствую, — она громко сглотнула. — И вполне уместно брать семью в отпуск, не так ли? — голос Миранды почти вернулся к своему обычному командному тону. — Да, я тоже так думаю, — Энди улыбнулась. — Для меня будет большой честью присоединиться к вам. — Хорошо. Рой заедет за тобой в девять утра через два дня и отвезет к нам в таунхаус. — Хорошо. Миранда что-то еще сказала, а затем линия оборвалась. Энди с минуту смотрела на телефон и закатила глаза, немного раздраженная. Даже по прошествии стольких лет, она не могла принять то, как прощалась Миранда. С другой стороны, Энди предполагала, что иначе Миранда не была бы Мирандой, если бы прощалась иначе. Она сунула телефон обратно в карман, подавив дикое желание завизжать. Она поедет в Хэмптонс с Мирандой. Никогда, никогда в жизни она бы и представить себе не могла, что однажды это произойдет. Эмили точно придётся сегодня вечером съесть эти печенья. Пришло время праздновать. Или получить взятку. Энди определенно придется умолять Эмили помочь ей выбрать одежду на время ее загородных каникул. Энди побежала к метро. Нужно было еще так много сделать, а времени оставалось так мало, и все же она была очень и очень счастлива.

***

Энди вышла из такси и огляделась. Входная дверь таунхауса была открыта, изнутри доносился визг близняшек. Миранда вышла секундой позже, девочки следовали за ней, конечно же, таща за собой два маленьких чемоданчика Louis Vuitton. Близняшки бросились к большому Land Rover, стоявшему прямо перед такси, и аккуратно положили чемоданы на заднее сиденье. — Андреа, ты уже здесь. Замечательно. Мы почти все собрали и готовы, — Миранда улыбнулась, смотря на дочерей. — Мы были бы готовы еще раньше, если бы кто-то не засиделся вчера ночью и совершенно не собирался подниматься утром. Энди засмеялась. — Ах, я припоминаю, как делала то же самое в их возрасте в ночь перед тем, как мы с семьей должны были ехать в «Мир Диснея». — Ты была так взволнована возможностью увидеть всех этих принцев и принцесс? — Хм, в основном только принцесс. С тех пор мало что изменилось, — Энди пожала плечами и немного покраснела. — Понятно, — сказала Миранда. — Ну, давай, ставь свои сумки в машину, осталось загрузить еще кое-какие вещи, и мы можем выдвигаться, — она повернулась к Рою. — Спасибо, Рой. Теперь ты можешь отправляться в отпуск. Мужчина кивнул. — Спасибо, Миранда. Увидимся, когда вы вернетесь. Миранда наклонила голову, а Рой сел в машину и уехал. Энди взяла свою сумку, положила ее рядом с маленькими чемоданчиками девочек и рядом с тремя другими, которые, должно быть, принадлежали Миранде. Она ухмыльнулась. Очевидно, королева моды не могла отправиться в отпуск на любое количество дней без достаточного количества одежды, меньше чем на месяц или даже больше. Она отступила назад, услышав, как Миранда спускается по ступенькам таунхауса. Миранда держала поводок Патриции в одной руке и сумку в другой, которая, должно быть, была полна еды для Патриции. Энди наклонилась, похлопав собаку по голове, получив в ответ приветственное лизание. — И тебе привет, Патриция, — Энди засмеялась и вытерла руку о свои джинсовые шорты. — Да, у нее ужасная привычка лизаться, — фыркнула Миранда, а потом улыбнулась, когда наклонилась и почесала собаку за ухом. Она положила сумку в машину и повернулась к дому. — Девочки, — позвала она, и почему-то, хотя она говорила не громче обычного, это прозвучало как повышенный тон. Энди задалась вопросом, как такое возможно, но быстро объяснила себе это «эффектом Миранды». Она регулярно делала невозможное возможным. Близняшки вышли из дома, неся за собой рюкзаки размером с них самих и спортивные сумки поменьше. Энди могла предположить, что это были сумки с вещами для танцев. Энди улыбнулась и покачала головой. Следовало догадаться, что даже во время каникул ей вряд ли удастся отказаться от танцев. Ну что ж, это поможет ей не потерять форму, а девочки точно будут очень хорошими ученицами. — Теперь готовы? — спросила Миранда, когда они вышли, и положила последние вещи в багажник, задвигая их настолько далеко, насколько это было вообще возможно. — Да, мамочка, — сказали одновременно девочки. — Хорошо, тогда позвольте Патриции забраться сзади и пристегнитесь. Мы уедем только после того, как я увижу, что все пристегнуты. Миранда посмотрела на Энди взглядом, которым спрашивала: «Ты позаботишься о том, чтобы их ремни безопасности были пристегнуты?» — на что Энди кивнула. Миранда передала поводок Кэролайн, а сама пошла к входной двери таунхауса. Энди отступила и наблюдала, как Кэролайн тихо приказала собаке идти за ней к заднему пассажирскому сиденью. Маленькая девочка открыла дверь, и Патриция, нисколько не возражая, запрыгнула внутрь. Машина затряслась от внезапного появления собаки весом в сто пятьдесят фунтов. — Назад, Патриция, — сказала Кэролайн, а секунду спустя Энди увидела голову собаки над задним сиденьем. — Лежать, — и голова огромной собаки скрылась за сиденьями. Энди улыбнулась про себя. Кэролайн оказалась больше похожа на свою мать в этой тихой, властной манере поведения, которая уже вовсю проявлялась. Она протянула руку и закрыла заднюю часть «Land Rover», пока Кэссиди открыла боковую дверь и забралась внутрь. Она закрыла ее через минуту, и Энди снова расслабилась. Она сама подошла и села спереди, снова посмотрев на Кэролайн с Кэссиди, пристегнутых к своим автомобильным креслам. — Вы готовы к путешествию, ребята? Они обе кивнули. — Потрясающе. Я так рада, что смогла поехать с вами. Это так здорово. — Ага! — воскликнула Кэссиди. — Это будет весело, Энди. Тебе нравится кататься на буги-борде? — Давненько я не каталась, но раньше мне это нравилось, да. — Отлично! Тогда ты можешь пойти со мной кататься. Каро больше нравится строить замки из песка, и это тоже весело, но я хочу кататься, а мама не разрешает мне входить в воду одной, — она пожала плечами. — Что ж, тогда я уверена, что смогу помочь тебе с этим, — Энди улыбнулась девочке, которая улыбнулась в ответ. — Мама тоже рада, что ты идешь с нами, — сказала Кэролайн. Энди повернулась к ней. — Я уверена в этом, ведь это она меня пригласила, почему бы ей не радоваться? Кэролайн покачала головой. — Нет, ты не понимаешь, — казалось, ей трудно подобрать слова, чтобы выразить то, что она хотела сказать. — После того, как ты согласилась… Я уже давно не видела, чтобы мама так часто улыбалась, Энди. Она действительно рада, что ты поедешь с нами. Не притворно, как иногда бывает, когда она рядом со своими коллегами по работе, а по-настоящему. Ты ей правда очень нравишься. Энди сглотнула и отвернулась. — Думаю, что недостаточно сильно, детка, но это уже другая история. Но мы все собираемся весело провести время на этих каникулах, и это главное, верно? Кэролайн нахмурилась, но кивнула. И это было как раз вовремя: Миранда открыла водительскую дверь и с легкостью впорхнула внутрь, все такая же чопорная и правильная, даже садясь в машину. Энди была танцовщицей, но даже она не знала, как эта женщина всегда сохраняла такую ​​грацию. — Все готовы? — спросила Миранда, сжимая ключи и глядя в зеркало заднего вида на близняшек. Девочки закивали: — Да, мамочка. Миранда повернулась к Энди, ее глаза почему-то казались еще голубее в лучах яркого летнего солнца. — А ты, Андреа? Энди на минуту потеряла все мысли, утонув в глубине этих глаз. Она знала, что ей не следовало этого делать, потому что это снова может создать неловкую ситуацию, которая разрешилась только спустя полтора года. В ее голове звучали слова Кэролайн и слова старика из ресторана в Саратоге. Она была кем-то особенным для Миранды, кем-то, кто делал Миранду по-настоящему счастливой. В это тяжело было поверить, но несмотря ни на что, в Энди теплилась надежда, ведь она все еще была той наивной девушкой со Среднего Запада, даже после почти восьми лет жизни в Нью-Йорке. Может быть это плохо, а может быть и нет, но это определено что-то особенное, отличавшее ее от других. — Да, я готова. И Энди поняла, что она была готова ко всему, чтобы не произошло. Наблюдательная, как и всегда, Миранда, уловила это. Она слегка наклонила голову, ее глаза потемнели. Взглядом она пыталась прочитать Энди как раскрытую книгу, но, судя по не изменившемуся выражению ее лица, Энди не была уверена, добилась ли она в этом успеха. На самом деле Энди всегда была открытой книгой в этих отношениях, но, казалось, что Миранда в данный момент не могла понять, что именно происходит между ними. Энди тоже мало чего понимала, кроме того, что между ними снова что-то меняется, и ей было интересно, что произойдет на этот раз. Миранда слегка кивнула головой, отвлекаясь. — Ну ладно, хорошо. Тогда поехали, — она отвернулась от Энди, поворачивая ключ зажигания. «Land Rover» ожил, и Миранда уверено вырулила на проезжую часть. Энди наблюдала за женщиной, не отводя взгляда, пока близняшки сзади вели дискуссию на своем «детском» языке. Ей было интересно, о чем они говорят. Наверное, что-то о маме и самой Энди. Или нет. В конце концов, они были слишком малы и, вероятно, не поняли бы, что происходит. Но с другой стороны, они были очень умны, так что, возможно, они могли догадаться. — Что? — спросила Миранда минут через десять. — Ничего, просто… — Энди замолчала, не в силах выразить словами свои мысли. — Удивлена, что я умею водить? — Ну нет, Миранда, почему? Ты меня уже возила. Миранда хмыкнула. — Да, но ты будешь очень удивлена, сколько людей полагают, что я не умею водить машину, потому что у меня есть Рой, который всегда меня возит, — она лишь слегка пожала плечами. — Глупо, учитывая, тот факт, что у меня также есть Porsche, очень многие люди, а также сотрудники знают об этом, но почему-то это просто не укладывается в их крошечных головах. — Ты не из тех женщин, которые позволяют другим делать что-то за тебя, если ты не умеешь делать это сама, и у тебя просто нет времени или есть более важные дела, чтобы заниматься еще и этим. Особенно чем-то вроде вождения. — Так и есть, Андреа. Так и есть, — Миранда взглянула на нее всего на секунду. — Но очень многие люди будут пытаться инфантилизировать женщину, находящуюся у власти, любым возможным способом. Однако это не имеет особого значения. Хотя это не отвечает на вопрос, почему ты так смотрела. Прежде чем ответить, Энди снова сглотнула. Честный ответ вертелся у нее на языке. Миранда почти наверняка поняла бы, если бы Энди солгала. Она обычно могла придумать что-нибудь похожее на честный ответ, но это всегда требовало времени, а Миранда ждала ответ прямо сейчас. — Просто… ты так прекрасна, когда ты расслаблена. Я имею в виду, что ты всегда прекрасна, но когда ты расслаблена… в этом есть что-то… особенное. Миранда долго молчала, прежде чем ответить. — Спасибо, — сказала она тихим голосом, который почти заглушил шум машин вокруг и шум колес. — Я признаю, что у меня нет необходимости быть… в постоянном напряжении рядом с тобой, Андреа, как с другими. Но я думала, ты это уже поняла. Во время вождения она смотрела на Энди так долго, как только могла. В ее глазах промелькнули воспоминания той ночи полуторагодичной давности, их новогодний поцелуй и разговор после. Энди украдкой взглянула на близняшек. Они с Мирандой действительно не говорили о том, что произошло той ночью, за исключением одного небольшого разговора. Они кружили вокруг да около: Миранда пыталась понять, чего она хочет, а Энди покорно предоставила ей эту возможность, пытаясь сохранить их прежнюю дружбу. Энди знала, что им просто необходимо поговорить с Мирандой об их отношениях, если они когда-нибудь захотят двигаться дальше, но точно не сейчас. Близняшки были максимум в трех футах от них. Несмотря на то, что девочки поглощены своими делами, они достали из рюкзаков и разложили вокруг себя книги и игры, Энди по своему опыту знала, что дети слушают, даже когда все думают, что они чем-то увлечены. — Да, Миранда, — она больше ничего не сказала. Впереди их ждало две недели, чтобы поговорить наедине. Например, когда близняшки будут играть на пляже, либо когда они лягут спать раньше, в любом случае, чем Миранда с Энди. У них будет время. Энди знала, что именно в этой поездке должен будет состояться этот разговор. Прошло слишком много времени. Ей нужно было знать, действительно ли стоило на что-то надеяться в отношении Миранды. Энди думала, что Миранде тоже важно кое-что выяснить для себя. — Хорошо, — сказала Миранда. Энди заерзала на своем месте, устраиваясь поудобнее. Она мало чего знала о поездке в Хэмптонс, кроме того, что в дни, когда на дорогах не было пробок, это занимало около четырех часов езды. Она надеялась, что сегодня был удачный день для поездки, иначе на ее руках будут сварливые семилетние дети и, возможно, сварливая Миранда в придачу. С чем-то одним из этого Энди могла бы справиться, но и то, и другое вместе — это уже слишком даже для нее.