Второй шанс

— Ай, блонди! Я имел ввиду поце… Он не успел договорить. Его губы накрыли чужие, на удивление мягкие и тёплые, словно действительно у человека. Сэм замер. От удивления он на несколько секунд отключился от реальности, а когда пришёл в себя, обнаружил, что его рот уже по-хозяйски исследуют языком. От Райдена пахло железом. Кровью. Или это была кровь из прокушенной им же губы? Сэм не знал. Ему стало жарко, хотя в палате работал кондиционер. Райден едва ли не вжимал его спиной в изголовье кровати. Он целовал так неистово, требовательно и напористо, что Самуэль Родригез даже в лучшей своей форме не отыскал бы сил на сопротивление. Белоснежные волосы щекотали щёки. Крепкие длинные пальцы бескомпромиссно сжимали подбородок, не давая повернуть голову и на миллиметр, чтобы избежать наглого поцелуя, но Сэм внезапно поймал себя на мысли, что не возражал. Внутри него всё леденело и воспламенялось вновь, тело мелко подрагивало, а разум пребывал в смятении. Он закрыл глаза и сам не заметил, как полностью отдался губам Райдена, позволяя ему творить с собой всё, что угодно. Его кусали, облизывали, проникали, подчиняли, делали своим, но это было до того приятно, что отказывал здравый смысл. Сэм уже не помнил, когда в последний раз кто-то проявлял по отношению к нему такую обжигающую страсть. Рана от напряжения резко заныла, но Сэм не обратил на это внимания. Он сейчас вообще был слабо способен заметить хоть что-то дальше губ Райдена. Этот головокружительный поцелуй казался ему бесконечным, поэтому когда Райден наконец-то отстранился, Сэм ещё несколько секунд сидел с закрытыми глазами, пытаясь привести мысли в порядок. Он не хотел выглядеть, как смущенный пацан, который только-только робко поцеловал девочку в щёчку, поэтому, собрав все свои силы в кулак, шутливо поинтересовался: — А что, второй раунд не предвидится? На лице Райдена отобразилась сложная гамма чувств: от удивления и стыда до гнева и злости. Но Самуэль Родригез не отыскал во взгляде голубых глаз отвращения. Он хотел было открыть рот, чтобы в очередной раз перевести всё в шутку — так было бы легче для них обоих — но Райден уже пулей вылетел из палаты, оставив Сэма в компании ошалевшего Вульфа. Механический пёс боялся даже пошевелиться. Он очень некстати ощутил себя абсолютно лишним свидетелем чего-то сокровенного и личного. Сэм бы утешил его, но сейчас он сам был не в состоянии трезво мыслить. Губы всё ещё горели огнём, а внутренности сжимались в тугой душащий узел наслаждения от пережитых ощущений. Сэм никогда и никому не отдавал власть, даже Армстронгу он умудрился создать проблему, обернувшуюся его крахом. Родригез всегда привык занимать доминирующую позицию, но когда пальцы Райдена бескомпромиссно сжались на его подбородке, все старые привычки позабылись. Это был тот вид контроля, который Сэм готов был отдать. Если личина Джека Потрошителя проявлялась в бою, то почему бы ей не дать о себе знать и в повседневности? Ох, этот Джек не хотел нарезать тебя на мелкие кусочки, нет, а вот сожрать — да. Поглотить, подчинить, вознести к вершинам и низвергнуть в бездну, целовать до смерти и после. Сэм осторожно прикоснулся к искусанным губам. Они отозвались неприятной пульсирующей болью, но мозг, даже понимая всю опасность минувшей авантюры, желал продолжения. Сэм никогда не замечал за собой склонности к импульсивным контактам с людьми. Обычно он всё планировал заранее, даже якобы спонтанные поцелуи, предпочитая играть в любовь, а не любить на самом деле. Его работа была слишком переменчивой, как ветер, а рядом с ним всегда бушевали хаос и опасность. Сэм не мог в угоду эгоизму обзавестись постоянными отношениями с обычными людьми, боясь подвергнуть их опасности. А теперь он поцеловался с человеком, который был самим олицетворением слова «опасность». Сэм усмехнулся. Через секунду он глухо рассмеялся. — Вульфи, ты там живой? — отдышавшись, спросил он. — Надеюсь, ты мысленно не удалил меня из списка своих друзей? Механический пёс, будто выйдя из транса, вильнул хвостом. — Ваше поведение не поддаётся анализу. Мои алгоритмы не способны прийти к логическому выводу. Взаимосвязи не найдены. Сэм откинулся на большую подушку, прикрыв глаза. Он осторожно убрал с лица мешающие каштановые пряди и уставился в потолок. — Я ведь просто пошутил. Хотел смутить его, — тихо отозвался Родригез. Это могло прозвучать как оправдание, но не прозвучало. Сэму понравилось. Он бы не сказал, что моментально влюбился по уши в человека, которого лишил руки и глаза, а потом чуть не умер от его меча, но отрицать наличие между ними взаимного интереса было глупо. Каждый из них обладал тем, что притягивало другого. Сэм брал своей харизмой, лёгкостью и непринужденностью, а Райден — непоколебимостью духа. Хотелось узнать друг друга получше. По крайней мере, Сэму хотелось, и он очень надеялся на взаимность. — Вульфи, что мне делать? — практически прошелестел Родригез, не особо рассчитывая на ответ. — Джекки наверняка сам испугался. Да, это была чистая правда. Сэм был весьма наблюдательным. Сложно не заметить, какие трудности испытывал Райден при социальном взаимодействии, если оно не касалось работы или борьбы. Он не привык открыто заботиться о ком-то или проявлять интерес, а импульсивный поцелуй и вовсе выбивался из его образа. Райден убежал так быстро, что Сэм не успел ему ничего сказать. Впрочем, а что он мог? В очередной раз пошутить, показав, что такие серьёзные для Райдена вещи, как симпатия, он воспринимает пустяком, стоящим разве что смешинки? «Не нужно было острословить», — запоздало подумал Сэм и окончательно закрыл глаза. Вульф осторожно продвинулся вперёд, вытянувшись вдоль тела Сэма, как верный пёс. Метал приятно холодил бок. — Вам нужно поговорить, — констатировал факт Вульф. Сэм хмыкнул. — Нет ничего проще и сложнее разговора, — оберченно выдавил он. О чём им говорить? Сэм, конечно, любил почесать языком, но при следующей встрече он был уверен, что весь словарный запас его покинет. Как облечь чувства в связный монолог, если ты сам в них не уверен? Ненавидел ли Сэм Райдена? Нет. Любил ли? Тоже нет. Любовь — очень глубокое, нежное и трепетное чувство. Сэму было интересно, он хотел бы продолжить общение и посмотреть, к чему бы оно привело. Райден ему нравился, как человек, он весьма умилительно смущался, а его неловкость при общении была очаровательной. К тому же, в нём существовала другая сторона, более тёмная и решительная, которая точно знала, чего хотела, и сегодня она хотела Сэма. Родригез тихо выдохнул и погладил механического пса по морде. — Путём диалога вы сумеете получить друг от друга недостающую информацию, чтобы составить план действий, — отозвался Вульф, сделав неуловимое движение головой вперёд, чтобы уткнуться остроконечным носом в ладонь Сэма. — План действий? — хмыкнул Родригез, представляя этот смехотворный процесс. — Ты ещё скажи «инструкцию по эксплуатации». Вульф не стал ничего дополнять, но Сэм и без этого знал, что его маленький друг был прав. Решать проблемы словами Райден точно не мог, он скорее надумает себе лишнего, а потом попробуй его переубедить. Сэм улыбнулся самому себе. Как только израненное тело позволит ему оторваться от постели, он сам отыщет Райдена для исчерпывающего разговора. Надеяться на то, что тот придёт самостоятельно, не приходилось. Как и предполагал Сэм, Райден так и не объявился. Незаметно пролетела неделя, но обладатель скверного характера и миловидного личика (как мысленно говорил Родригез), так и не переступил порог палаты. Он явно переживал куда больше Сэма, раз упорно не показывался ему на глаза, более того, Райден изо всех сил избегал Вульфа, не давая псу и шанса подступиться. Тело Самуэля Родригеза постепенно восстанавливалось. Он решил не тратить времени зря, и как только отыскал в себе силы подняться с постели, тут же отправился на поиски Райдена. Задача ему предстояла не из лёгких: тело, что очень давно не принимало вертикального положения, плохо держалось на ногах. Пришлось взять костыль, предоставленный заботливым доком. Вообще предполагалось, что пациент будет аккуратно ходить по палате, шажок за шажком набираясь сил, но Самуэль Родригез решил сразу броситься со скалы головой вниз. Он шёл вдоль стены, чтобы в случае чего прислониться к ней плечом, а череду ступенек встретил обречённым вздохом. И когда лестницы стали для него проблемой? Спускаться вниз теперь было даже тяжелее, чем подниматься. Сэм осторожно переносил вес то на левую, то на правую ногу, и крайне медленно сползал вниз. Вульф сказал, что видел Райдена в гараже. Тот возился с байком, но выглядел так, будто бы просто искал себе занятие, чтобы не думать. «Маленький засранец. За каждый лестничный пролёт мне ответишь», — уязвлённая гордость не позволяла Сэму просто обывательски воспользоваться лифтом. Всю свою жизнь он был здоровым крепким мужчиной, который со словом «отдышка» был знаком разве что заочно. Теперь же он едва ли не потел от усердия, а когда увидел коридор, практически заплакал от счастья. Его шаги были до безобразия гулкими в оглушающей тишине. Он брёл по тёмному туннелю на свет, иронично считая себя заблудшей душой, которая спешила найти себе последнее пристанище. Реальность оказалась куда прозаичнее. Райден попросту сидел в открытом гараже, наслаждаясь тёплым погожим днём, а лёгкий ветер играл с его белоснежными волосами. Сэм остановился у него за спиной, болезненно опираясь о костыль. Он пробежался глазами по помещению, но так и не нашёл место, где можно было припарковать свою немощную тушу. Райден усердно делал вид, будто бы его не заметил, и Сэм, преисполнившись наглостью и праведным возмущением, плюхнулся прямиком на сидение байка. Тот накренился и немного просел под его весом. Райден замер. Спустя несколько секунд он наконец-то решился поднять глаза. Их взгляды встретились. — При полном параде, ха? — улыбнулся Сэм. Вот теперь-то он полностью узнавал своего Райдена, хотя понятия не имел, когда тот успел стать «его». При полной амуниции Джекки вновь становился Джеком — борцом за справедливость. «С изюминкой», — уточнил Сэм, с удовольствием наблюдая, как нахмурились брови Райдена. Повязку с глаза он соизволил убрать. — Тебе нельзя вставать с кровати, — буркнул он себе под нос. Какая бы неполадка не постигла байк, с ремонтом пришлось обождать. Сэм смотрел сверху вниз своими невероятными карамельными глазами, и Райден невольно пожалел, что не сбежал, когда у него был шанс. Что ему теперь делать? Он ведь слышал шаркающие шаги Сэма, тот ещё сдавленно ругался себе под нос, но когда ноги уже хотели было унести Райдена прочь, тот замер, словно вкопанный. Ради него Сэм больным поднялся с кровати, и бегство было бы попросту неуважительным. Это он, Райден, заставил раненного нарушить режим и идти с больничного крыла аж в гараж по наводке Вульфа. — Я отведу тебя назад, — хмурое выражение лица Райдена выражало всю его серьёзность. Он хотел было подняться с корточек, но Сэм положил ладонь на его плечо, покачав головой. — Джекки, сжалься. У меня после ступенек так дрожат коленки, что ты можешь меня скорее «отнести», чем «отвести». Металлический костюм холодил смуглые пальцы. Райден не почувствовал прикосновения, но аж подобрался от него. Перспектива понести Сэма на руках была весьма манящей, но… Стоп. О чём он вообще думает? — К тому же, кое-кто вновь обо мне забыл. Пришлось напомнить. Райден осторожно убрал ослабшую ладонь со своего плеча, но сделал это не небрежным быстрым жестом человека, не терпящего вторжения в своё личное пространство, а скорее бережно. Сэм вопросительно выгнул бровь, но ничего не сказал. Шутки сейчас казались ему неуместными. Он не хотел выглядеть ветреным человеком, которому внезапные поцелуи, что коту сметана. Только не сейчас. — Я был…занят. Док дорабатывал со мной костюм, — Райден не смотрел собеседнику в глаза, вместо этого буравя взглядом инструменты в ящике у ног. — Ещё говорил с ребятами из «Маверик», чтобы тебя приняли в их ряды. Сердце Самуэля Родригеза пропустило удар. Он, часом, не ослышался? — Зачем? — не своим голосом спросил Сэм. Сейчас он прозвучал глухо и откровенно жалко. Мысли захлестнули его, как волны маленькую лодочку в шторм. Из рассказов Вульфи Сэм знал, что Райден собирался покинуть «Маверик». В таком случае их дороги расходятся. И это решение было принято в однобоком порядке после того злосчастного поцелуя! — Это хорошая работа, — как ни в чём не бывало ответил Райден. — Ты будешь под защитой во время своего восстановления, к тому же, твои навыки тут пригодятся. Начальник здесь не ублюдок, как Армстронг, коллектив вполне себе дружелюбный. Тебе то и дело еду таскали и всякие мелочи, да ты с ними языком зацепился. Будешь на своём месте при деле, которое любишь. Райден продолжал говорить, что Сэм его будто бы не слышал. Он лишь смотрел на него, но не узнавал. Чужие речи звучали утопией, сладкой до оскомины, желанной, но далеко не им. Да, члены «Маверик» частенько его навещали и были куда приятнее тех больных уродов, с которыми Сэм имел дело до этого, но разве могли все эти люди заменить Райдена? — Тебе нужен перерыв, чтобы двигаться дальше, и выкинуть из головы весь мусор, — Райден-таки решился на зрительный контакт. Он невольно напрягся, увидев, каким взглядом на него смотрел Сэм. Обычно так смотрели собаки вслед уезжающим машинам их бывших хозяев. Все эти дни Райден активно размышлял, как же поступить лучше. Он хотел для Сэма другого будущего, если не спокойного, то хотя бы стабильного. Работа в «Маверик» показалась самым оптимальным вариантом, поэтому Райден тут же принялся договариваться. Ему казалось, что для Сэма работать с людьми, разделяющими его взгляды, будет настоящим удовольствием. Как обладатель яркой харизмы, он быстро вольётся в коллектив и скоро полностью станет «своим». Будущее Сэма выглядело для Райдена безоблачным. Он просчитал всё, но не учёл одной детали: себя. Да, его личность сыграла в становлении Сэма большую роль, но Райден не считал себя светлым персонажем истории. Противоречивым, раз уж на то пошло. Сэм обязан был жить нормальной, насколько позволяла их работа, жизнью, и Райден не видел себя там постоянным действующим лицом. Он хотел поставить Сэма на ноги, обустроить его будущее, а потом исчезнуть, довольствуясь редкими встречами. Их нахождение рядом друг с другом путало мысли, толкало на необдуманные действия и порождало взаимную неловкость. Райден был слишком нестабилен, чтобы быть абсолютно уверенным в себе. Несколько дней назад он уже сделал глупость. Его план был лучшим решением для них обоих, только вот Сэм так не считал. — С чего ты решил, что мне нужен перерыв? — спросил он. «С чего ты решил, что мне вообще нужна вся эта идеальная жизнь, если ты собираешься сбежать из неё?» Сэм с такой силой сжал челюсти, что заболели зубы. Он чувствовал, что начинал новый этап своей жизни, но для этого ему не нужны никакие форы. Он всегда готов смотреть в лицо следующему дню, творить судьбу каждым своим вдохом и выдохом. Райден оказал на него неизгладимое влияние. Он — тот самый переломный момент. Человек, которому не было всё равно, и он показывал это. Рана, которая должна была оказаться смертельной, вовсе не его вина. Сэм сам шёл в бой и знал, что мог не вернуться живым. Они уже квиты. Каждый чем-то помог другому. Сэм считал, что подобные знакомства происходят раз в десятки лет. Он не хотел вступать в новый этап своей жизни без Райдена. Честно говоря, и этапа он никакого не видел без этого блонди с тараканами в голове. — Я чуть не убил тебя. После такого всегда нужно время, — с трудом выдавил Райден, невольно робея от взгляда, которому не мог противостоять. Он посчитал себя ненужным персонажем для счастливого продолжения истории, только его мнение оказалось неправильным. — У меня было достаточно времени, — парировал Сэм. Он тихо выдохнул и спросил лоб в лоб: — Это всё из-за того поцелуя, да? Ты поэтому решил сбежать от меня? Райден стушевался. Ему нечего было ответить. — Всё сложнее, — наконец-то отозвался он, не в силах облечь в слова ту бурю, которая творилась у него внутри уже целую неделю. Все те проклятые семь дней хотелось нестись на всех парах в палату Сэма и одновременно держаться от неё подальше. Их взаимоотношения не поддавались здравом смыслу. Не вражда, не дружба, не любовь. Что-то аморфное и неопределённое. — Поцелуй меня, — внезапно раздалось сверху. Райден от неожиданности резко выдохнул и уставился на Сэма во все глаза. — Что? — собственный голос показался охрипшим, будто бы до этого его хозяин несколько часов кричал. — Поцелуй меня, — так же спокойно повторил Сэм. — Один раз. Если ты скажешь, что тебе противно, тогда дальнейший разговор не имеет смысла. Я просто уйду. Если нет, то у нас будет причина продолжить. В словах Сэма была логика, но Райден всё равно не хотел ей следовать. Тогда он поддался порыву, да и, будем честны, Сэм его раздразнил, а сейчас он смотрел так, будто бы от ответа зависела его жизнь. — Один раз? — шепнул Райден. — Если не захочешь больше, — на губах Сэма буквально на секунду мелькнула прежняя улыбка. Словно лучик света, она мимолётно осветлила Райдена, придав ему сил. Если Сэм просит сам, значит, он этого хочет, и тогда Райден не совершил над ним насилие, воспользовавшись беспомощным положением? Эти мысли не давали ему покоя неделю. Именно поэтому он решил держаться подальше, опекая Сэма со стороны. — Я могу не сдержаться, — это была последняя попытка отговорить Сэма, но он явно не боялся появления Джека Потрошителя. — И не нужно. Сделай это так, как чувствуешь. Райден медленно поднялся с корточек. На этот раз Сэм ему не мешал. Они замерли, как кролик перед удавом, только было непонятно, кто из них кто. «Так, как чувствую?» — ох, он чувствовал слишком много, чтобы вместить всё разом в один поцелуй. И трепет, и предвкушение, и любопытство, и нетерпение, и желание обладать. Сэм смотрел на него без тени страха в глазах. Его поза была расслабленной, а взгляд — преисполненный спокойствием. Райден протянул вперёд руку. Его ладонь в когтистой перчатке мягко подцепила Сэма за подбородок. Он действительно разрешал ему всё? Любой поцелуй, какой только душе угодно? Райден тихо выдохнул сквозь приоткрытые губы. — Перекинь ногу через байк, — скомандовал он. Сэм без лишних вопросов послушался, хотя вышло у него весьма неуклюже — рана давала о себе знать. Райден тоже сел. Он оказался лицом к лицу с Сэмом и надавил на его плечи, заставив опереться спиной о бензобак. В такой позе полулёжа, раскрытый, доступный, желанный, Сэм выглядел просто потрясающее. Его карамельные глаза зазывающее блестели. Райден замер, залюбовавшись. Он готов был смотреть на эту картину вечно, но тут Сэм, усмехнувшись, решил подтолкнуть его к действию: — В чём дело, Джекки? Не веришь в своё счастье? Больше Райден не сомневался. Он приник к губам Сэма одним резким яростным броском, и не думая сдерживаться. Их губы слились в жгучем крышесносном поцелуе, от которого земля поменялась местами с небом. Райден и не заметил, как рука Сэма обвилась вокруг его шеи. Они прижались друг к другу. — Костюм…холодный, — чуть отстранившись, с беспокойством шепнул Райден. Сэм недовольно нахмурился, всем своим видом показывая, что ему сейчас не до подобных мелочей. Он требовательно потянул Райдена за плечо вниз, обратно к своим губам. — Я буду горячим за нас обоих, — соблазнительно ответил Сэм. Он слегка прогнулся в пояснице, стараясь одновременно не потревожить рану и оказаться как можно ближе к Райдену. От такого реактивного Сэма, влекущего и манящего, закружилась голова. Райден вновь накрыл его губы своими. Метал нижней челюсти холодил кожу, но Сэм не выказал недовольства. Сейчас для него не было ничего важнее этого поцелуя, напористого и требовательно. Сэм сдавленно охнул, когда холодная металлическая рука юрко скользнула под его майку. — Ох, Джекки, я говорил только про поцелуй, — с усмешкой сказал Сэм, однако его глаза лихорадочно блестели от предвкушения. — Я делаю, как чувствую, — ответил Райден, и смешок Сэма утонул в новом соприкосновении губ. Их языки и тела сплелись вместе. Райден кусал, лизал, прихватывал нижнюю губу зубами, а его руки по-хозяйски скользили по телу Сэма, наслаждаясь рельефом его мышц. Родригез подначивал его, издавая такие звуки, какие Райден от него никогда не слышал. Он ловил каждый новый выдох губами, не желая отрываться от Сэма. Это было похоже на взаимное безумие, но никто из них не желал его прекращать. Только когда байк от усердия двух тел опасно накренился, Райден отстранился, чтобы удержать равновесие. Он обхватил Сэма за талию и прижал к себе, опасаясь, как бы тот не упал. Родригез засмеялся. — И ты хотел сбежать от меня? Джекки, твой план был попросту ужасен! Сэм уткнулся лбом в прохладное плечо. Его смех никак не затихал. Они должны были ненавидеть друг друга, они должны были убить друг друга, но вот буря миновала, и бывшие враги целовались, как разлучённые на годы любовники. Нездоровые отношения, зато какие интересные! Райден молчал. Металлический костюм перекрывал все его тактильные рецепторы, поэтому физически он не мог ощутить Сэма, но глаза так и не забыли то выражение лица, с которым Родригез зазывал его, подначивая к действию. Хотелось сначала посетить дока, а затем заставить одного зазнавшегося бразильца молить о пощаде. Райден вздрогнул, смутившись собственным мыслям. Он хотел было отстраниться, но Сэм его не отпустил, прижимаясь всем телом. — Я хочу быть твоим партнёром, — прошептал он. — Только в работе или по жизни, мы решим уже после. Ведь за попытку не казнят, верно? Так почему ты решил единолично нас её лишить? От подобного заявления у Райдена перехватило дыхание. — С чего ты взял, что этого хочу я? — спросил он скорее из вредности, чем реального желания отделаться от Сэма. Родригез усмехнулся. — Если бы у тебя сохранился тот самый аргумент, он бы сейчас упирался мне в живот. Впрочем, — Сэм усмехнулся, прильнув ещё ближе, чтобы прошептать в самое ухо. — Мой аргумент ещё при мне, и он крайне конструктивен. Райден ощутил, как горят уши, хотя ничего подобного просто и быть не могло. Он резко отстранился и непроизвольно посмотрел вниз, а затем, словно увидев что-то ужасное, перевёл взгляд на довольное лицо Самуэля Родригеза. — От одних только поцелуев?! — со смесью возмущения и смущения воскликнул Райден. Сэм беззаботно пожал плечами. — Попробуй удержись, когда тебя так целуют, — смуглые пальцы осторожно скользнули по лицу Райдена, огладив его скулу. Сэм усмехнулся, как Дьявол, желавший получить сочную душу, и Райден готов был её отдать. — Мне очень нужна твоя помощь, партнёр.