Реабилитация

      Женщина за секретарской стойкой была непреклонна. Сколько бы аргументов Петя не привёл, она твердила лишь одно — «Вы здесь не работаете, разрешения у вас нет, я вас не пущу». Это начинало злить. Он уже хотел послать её куда-нибудь подальше и уйти, но помощь подоспела неожиданно.       — Привет! Тебя Игорь послал? — Дима подошёл ближе и, поравнявшись с Хазиным, обратился уже к секретарше — Всё в порядке, Настюш, свои.       Дима кивнул в сторону, обозначая, что Петя может проходить, а сам начал выкладывать папки из своего портфеля девушке на стол.       — Посылают нахуй. Возможно, тебя. А я по делу. — бросил он и зашагал вглубь помещения. После того, как удалось огрызнуться, хоть на кого-нибудь, раздражение начинало понемногу сходить на нет.       Дима лишь усмехнулся и крикнул ему вслед: «Не за что, Петь!». Хазинские поддёвки его ничуть не обижали. Он понимал, что лично к нему это не имеет никакого отношения, и разводить конфликт из чужого отвратительного поведения не собирался.       — Ты что, этого козла знаешь? — секретарша приподняла бровь и наморщила нос, попутно собирая всё то, что принёс Дима.       — Можно и так сказать. Знаешь, я думаю, что на самом деле, человек он глубоко несчастный, в первую очередь из-за себя самого, вот и злится на всех подряд. Возможно, даже для вида. Не бери в голову всё, что он тебе тут наговорил. — Дима улыбнулся девушке и перевёл тему разговора в более приятное русло.       Петя честно пытался самостоятельно отыскать то, что нужно. Но спустя пол часа безуспешных поисков, он всё же сдался и набрал номер Игоря. Подождать пришлось достаточно, прежде чем Игорь взял трубку. Петя был почти уверен, что это он делал специально.       — Слушаю тебя. — голос Игоря казался сонным, и Петя чуть смягчился.       — Я не понимаю, что нужно искать. Почему ты вообще уверен, что на него что-то есть?       — Мы когда на выезде с тобой были, ты отвлёкся, а я с парнями говорил. Все, как один сказали, что видели это лицо где-то совсем недавно. Где, естественно, никто не помнит. Документов при нём не было, родственники до сих пор не объявились. Попробуй посмотреть последние полгода, плюс-минус, по тому району, где нашли труп. Как я понимаю, они своих жертв никуда не вывозят, а сами за ними приходят. Если что, звони. — убедившись, что Петя его понял, Гром завершил звонок.       Протяжно выдохнув и сходив к автомату за кофе, Петя продолжил поиски. Ему уже хотелось всё бросить, как глаза зацепились за, кажется, нужные строки. Он переписал всё нужное в свой блокнот и втихаря сфотографировал несколько страниц дел. После чего забрал со стола стакан с остатками кофе и покинул здание.       Перед тем, как поехать к Игорю, он решил заскочить к себе домой, чтобы пообедать и передохнуть. Он вышел на балкон и едва успел подпалить кончик сигареты, как телефон запищал, оповещая о видеозвонке. На экране высветилось коротенькое «Нина».       — Привет, котёнок. Что-то ты совсем с радаров пропал, всё хорошо? — девушка сидела в машине, но та стояла на месте. Очевидно, она специально припарковалась, чтобы позвонить.       В голове у Пети мелькнуло: «хорошо, хоть не за рулём». За неё он всё-таки переживал. Нина — его подруга, и дружили они уже очень крепко и очень давно. На неё, как на единственного близкого человека, пожалуй, было по-настоящему не плевать. Он тепло улыбнулся в ответ, глядя в камеру.       — Привет, милая. Порядок, просто дел накопилось. Ты как? — он расслабленно сел в кресло, стоящее тут же на балконе, и поставил телефон на кофейный столик, прижав его к вазе. Придвинув ближе к себе пепельницу, Петя смахнул серые хлопья вниз и продолжил с улыбкой смотреть на подругу.       — У меня отлично! Купила новый купальник, послезавтра улетаю в отпуск! — слова про отпуск она произнесла таким мечтательным тоном, что Петя невольно рассмеялся.       — Ну поздравляю, подруга. А мы вот ещё не известно, когда отдохнëм. — он вздохнул и затушил сигарету в пепельницу, после чего сразу достал из пачки вторую.       — Мы? Ты и этот… Игорь, кажется? Расскажи, хоть что к чему там. — Нина сделала затяжку из своей цветастой одноразки, выпуская наверняка ужасно сладкие густые клубы пара.       — Да, Игорь. Да, ничего особенного. Подробности дела я тебе всё равно рассказать не могу, сама понимаешь. А если коротко, то ищем каких-то напрочь отлетевших типов, которые возомнили себя кем-то типа Бога и карают всех неугодных за то, что сами считают грехами. В общем, полнейший мрак, и не понятно, когда это всё закончится. Даже говорить об этом не хочу.       Петя потянулся, похрустев при этом всем, чем смог, и полу-лёг в кресле, вытянув ноги под столиком.       — Ладно, как скажешь. А сам этот Игорь, хоть нормальный? Насколько там вообще твоя помощь нужна, он совсем что ли беспомощный? — девушка слегка нахмурилась и закусила ноготь, продолжая смотреть в камеру.       — Гром то? Не знаю, Нин. Нормальный, вроде, мужик он, но у него все беды, как будто, от башки его собственной. Комплексы что ли какие-то, загоны, блядь, хер пойми что, короче. При чём, неплохо, ведь, справляется. Я там так — подстраховка, сделать что-то, чего бы он сам не смог. Ну, по крайней мере, так было, пока мы не ввязались в это дело. Сейчас вернусь, не отключайся.       Петя встал с кресла, сходил до кухни и вернулся назад со стаканом виски. Он сел в прежнее положение и продолжил говорить. Нина смотрела на него во все глаза, стараясь запомнить все свои примечания, которые ей уже захотелось вставить.       — Так вот, на чём я остановился. А, да, Игорь. Так вот, толковый спец, умный. Как человек, кажется, тоже приличный, да хер его знает, в тихом омуте, как говорится. Чертей у него, я думаю, хватает, ну так, а кто святой. Ну вот, и получается, что в этом расследование, он, вроде как — голова, а я — всё остальное. Руки, ноги, ну ты поняла. А вообще, я думаю предложить ему какую-нибудь терапию пройти. Ну в физическом смысле. Может выгорит что-нибудь. А то аж смотреть тяжко, как его собственное ограничение возможностей угнетает. — Петя, кажется, договорил и осушил бокал одним глотком. Нина по ту сторону экрана улыбалась. Как-то даже слишком хитро.       — Хорошая идея, если правда поможет. — после она помолчала и добавила — Нравится тебе, да? — она подмигнула Пете и поправила чёлку.       — Что? Кто? С чего ты это взяла? — он одёрнул футболку и поёрзал в кресле.       — Петь, я тебя всю жизнь знаю. У тебя глаза бегали, когда ты о нём говорил. И сейчас дёргаешься. Всегда теряешься, когда о ком-то таком рассказываешь.       — Нет, он, конечно, объективно красивый и всё такое прочее, но… Да никто мне, блин, не нравится. Чё ты, как школьница, честное слово. — Петя чувствовал, как у него от чего-то начинает гореть лицо, и он очень надеялся, что он не покраснел или, хотя бы, этого не видно на камере.       — Ладно-ладно, не нравится, так не нравится. Как скажешь. — девушка примирительно подняла руки и усмехнулась. — Ну а в целом, не про расследование и не про Игоря, как дела, как Питер?       Петя что-то коротко ответил и перевёл тему в совсем уж отстранённое русло. Они проговорили ещё часа полтора обо всём и ни о чём, пока Петя, взглянув на часы, не понял, что уже засиделся. Нужно было всё-таки доехать до Грома и сообщить ему найденную информацию.       — Прости, кис, пора бежать. Созвонимся в другой раз. — он попрощался с Ниной и начал собираться к Грому.

***

      — Выкладывай. — коротко сказал Игорь, когда Хазин прошёл в квартиру.       — В общем, так. Наш убиенный и сам, оказывается, был не святой. Четыре года назад он, чуть было, не убил своего соперника. Оба борцы, решалось, кто будет выступать на чемпионате. Выбрали, соответственно, другого парня. Тот чудом выжил, но остался, считай, «овощем».       — Зависть. — коротко резюмировал Игорь.       — Зависть ни зависть, а парень уже труп, его мотивы нам не интересны. — Петя налил себе воды из чайника и сел на стул.       — Да нет же, зависть — один из грехов. Поэтому они выбрали именно его в качестве жертвы.       — Получается, остаётся три? Жадность, гнев и…       — Гордыня. — закончил за него Игорь с глубоким вздохом.       — И мы даже предположить не можем, кто будет следующим. — Петя досадливо ударил кулаком по столу.       — Я одного не понимаю, где они их находят то, все жертвы даже жили не в одном районе. Не припомню, чтобы у нас существовала база данных грешников. — Игорь саркастически усмехнулся и чиркнул спичкой, зажигая конфорку. — Есть будешь?       — Не, спасибо, не хочу. Не знаю, не знаю. Но они, наверняка, связаны чем-то общим.       — Что может быть общего у студента и владельца ресторана? А у спортсмена и проститутки? Да, как их ни крути, всё равно бред выходит. Разные люди, они, считай, из разных миров.       — Мы с тобой тоже из разных миров. И тем не менее. — поправил Петя.       Игорь повернул на него голову и окинул недоверчивым взглядом, насыпая в кастрюлю пельмени. С одной стороны — Петя был сейчас прав, с другой — в глубине души Игорь был уверен, что не такие уж они и разные. Но к чему именно клонил Хазин, он примерно начал понимать.       — Думаешь, что-то их всё же объединяло? Но что? Университет? Школа? Кружок по гончарному искусству? — Гром развёл руками, а потом поставил на стол две тарелки. — Я и тебе всё-таки положу.       Уже какое-то долгое время Петя сидел, зарывшись в ставшую уже обязательной кипу папок и бумаг на кофейном столике, и покусывал ногти, полностью погружённый в свои мысли.       — Слышишь, что тебе говорят, нет? — Гром появился рядом и щёлкнул у него перед носом пальцами.       — А? — он моргнул и посмотрел на Игоря.       — «Бэ», тоже витамин. Иди, говорю, за стол. Успеешь ещё во мрак погрузиться.       — Чья бы корова мычала, Игорь. Сейчас приду, подожди. — он нахмурился и перелистнул скрепленную степлером страничку. Гром в ответ на это только закатил глаза и вернулся к столу, чтобы разлить чай по кружкам.       — Нашёл! — крикнул Петя спустя пару минут и едва не подскочил на диване так, что с грохотом задел ногами кофейный столик перед собой.       — Не ори. Что там? — Игорь в пару мгновений оказался рядом, едва не сунув нос в листок в Петиных руках.       — Нашёл связь, Игорь. Не понимаю, как мы не заметили этого раньше. Смотри, трое из жертв были прихожанами одной церкви, ну как церкви, судя по названию, больше похоже на секту. Не слишком ли хорошо вяжется с грехами, как тебе кажется? — у Хазина даже глаза заблестели от того, какую зацепку он нашёл.       — Надо съездить поговорить. — решительно произнёс Гром и задумчиво почесал затылок.       — Ладно, сгоняю завтра. — Петя отложил бумаги и потёр глаза.       — Я с тобой.       — Да ладно, не парься ты. Мне не сложно. — отмахнулся Петя, вставая и потягиваясь.       — С тобой, сказал, поеду. Даже не вздумай спорить. — Гром тыкнул пальцем Пете в грудь и снова вернулся к столу. От мысли о сектантах становилось, честно говоря, не по себе.       После незапланированного обеда у Грома, Петя договорился с ним о планах на следующий день, пообещал заглянуть ещё вечером и сходить в магазин за продуктами. После чего покинул его квартиру, всё ещё продолжая думать о деле, в которое они ввязались.

***

      Игорь как раз закончил с мытьём посуды, когда его старенький мобильник, лежащий на диване, начал издавать громкую вибрацию. Номер, который высветился на маленьком экранчике, показался ему смутно знакомым, но он так и не вспомнил, кому тот мог принадлежать и просто ответил на звонок.       — Игорь Константинович? Добрый день. — раздался голос на том конце трубки. Голос тоже показался Игорю знакомым. При чём слышал он его точно не так давно.       — Да, я. Кто это? — Игорь чуть нахмурился и поудобнее перехватил телефон.       — Это Вениамин Самуилович. Рубинштейн. Вы были на днях у меня в клинике и просили перезвонить, если я смогу прочитать что-то новое в портрете того, кого вы разыскиваете. — голос доктора с его нарочито заискивающими интонациями был Игорю неприятен.       — Ага. И как? Нашли? — сухо ответил он, надеясь, что этот разговор закончится побыстрее.       — Ничего нового я вам сказать не могу. Но я и звоню по другому поводу, Игорь Константинович. После того, как вы ушли, я хорошенько подумал и ещё раз убедился, то настойчиво, я повторяю, настойчиво, предлагаю лично вам свою помощь, как специалиста. Судя по вашему состоянию, вам это не повредит. — его вкрадчивый голос, будто оседал в голове.       Игорю неожиданно захотелось согласиться, принять всё то, что говорит ему доктор, отказаться от сопротивления, отдающегося в груди такой непонятной, едва различимой тревогой. Рубинштейн продолжать говорить, спокойно рассказывая Игорю о том, что в его положении без психологической помощи не обойтись, что это поможет решить многие его проблемы, которые у него, по мнению доктора, определённо имеются и прочее, прочее, прочее. Игорь слушал, глядя в одну точку, и ему казалось, что где-то вдалеке снова начинает стучать метроном часов, который он слышал в кабинете Вениамина Самуиловича в прошлый раз.       Он хотел было уже что-либо ответить, как его резко выдернуло в нормальную реальность звонком в дверь. Игорь даже слегка вздрогнул и, спешно распрощавшись с доктором под предлогом срочных дел, проследовал в коридор. За дверью оказалась Юля.       Она поприветствовала Игоря и, скинув туфли, прошла в квартиру. Задумчивый взгляд друга не остался незамеченным.       — Ты чего завис? — спросила она, встречаясь глазами с Игорем.       — Да так…думаю. — он почесал затылок и стал раскладывать чистую посуду в шкафчики кухонных тумб.       — Ты всегда думаешь. Иногда даже слишком много. О чём на этот раз? — девушка автоматически начала помогать ему с уборкой.       — Ерунда. — отмахнулся он в своей привычной манере.       Но Юлю было уже не остановить. Она смерила Грома таким взглядом, что Игорю внезапно шутливо подумалось, что такой взгляд можно использовать на допросах вместо настольной лампы в лицо. Но улыбка от придуманной шутки сползла с губ, даже не появившись на них. Ситуация на самом деле складывалась не очень то смешная. Он вздохнул слегка виновато, что было абсолютно не обязательно, и довольно скомкано пересказал ей свой разговор с Рубинштейном. На лице Юли появилось выражение, не предвещающее совершенно ничего хорошего.       — Даже не вздумай. — отрезала она так, что незнающему Юлю это показалось бы угрозой.       — Что?       — Я говорю, даже не вздумай соглашаться. Я знаю, у тебя сейчас не лучшие времена, но этот человек предлагает тебе не помощь. Послушай, Игорь. Он может быть очень убедительным, ты можешь, действительно, захотеть терапии, но лучше скажи об этом мне или даже Диме, но не отвечай больше этому человеку. — с жаром проговорила Юля и, присев на край дивана, взяла друга за руку.       — Да с чего ты вообще взяла, что я соберусь соглашаться на его предложение? — Гром нахмурился и возмущённо посмотрел на девушку.       — Повторяю, он умеет убеждать. — она откинула волосы с лица назад и тревожно посмотрела на Игоря.       — О чём ты всё говоришь, я не понимаю.       — Ты серьёзно? Ладно, слушай. — она прокашлялась и села удобнее. –Видишь ли, Игорь, я, да и не только я, уже давно занимаюсь попытками провести расследование в отношении этого, так называемого, доктора. И пока что получается, что он настоящий монстр, а не врач. Честно говоря, если хорошенько разобраться, то у него больше пострадавших, чем излечившихся. Он ставит на своих пациентах настоящие эксперименты, Игорь. И психологические, и физические. Он, вроде как, грезит идеей сверхчеловека, но что это такое, в его понимании, так никто и не знает. Но пострадавшие есть, и это только те, кому удалось вырваться и рассказать о себе, а о скольких мы ещё не знаем, и сколько ещё остаются под его надзором… Это искусный гипнотизёр и манипулятор, к нему просто так не подобраться и доказательства его злодеяний собрать не так уж и легко. В общем, жуткие вещи, Игорь. Я тебя очень прошу, оборви все возможности контакта с ним. Иначе это плохо кончится. Он чует в людях их слабости, и зацепился за тебя не просто так. Но у тебя есть защита.       Она подняла глаза и встретилась с задумчивым лицом Грома. Кажется, её слова подействовали, и это не могло не радовать. Как минимум, она смогла чуть облегчённо выдохнуть.       — Если всё, что ты говоришь — правда, то можно наших ребят подключить, они быстро найдут на него всё, что нужно. Нельзя же, чтобы от его действий и дальше люди страдали.       — Пока не надо. Просто пообещай мне держаться от него подальше. — мягко ответила девушка.       — Ладно. Спасибо, что сказала.

***

      Юля ушла от него ближе к вечеру, оставляя дожидаться Петю. Он пришёл с полными пакетами из супермаркета и стал раскладывать продукты в холодильник. Выглядел Петя немного напряжённым. Не заметить этого Игорь не мог.       — О чём думаешь?       — А? — Петя кинул на него мимолётный взгляд и прошагал к балкону, прикуривая сигарету.       — Ага.       — Извини. Залип просто. Я вообще с тобой поговорить хотел. — негромко откликнулся Петя, продолжая думать о том, как получше начать этот разговор.       — Выкладывай. Что-то по нашему делу нашёл?       — Да нет, Игорь. О тебе. — он затушил так и недокуренную сигарету и взъерошил себе волосы на затылке. — В общем, я тут подумал и решил предложить тебе курс реабилитации.       — Мне? — Гром ткнул себе пальцем в грудь и, вскинув брови, посмотрел на Хазина.       — Да, тебе. Ну, знаешь, там физиотерапия, массажики-хуяжики всякие, не знаю. Найдём тебе доктора толкового, посоветуемся. Можно попробовать поставить тебя на ноги. — от чего-то внутри у Пети всё замирало от этого разговора, и он не замечал, что едва ли дышит.       — Нет. И можешь даже больше об этом не говорить. — категорически заявил Игорь и отвернулся.       — Да почему, Игорь, блин? Чё не так? Хорошее же дело предлагаю. — он развёл руками и прошёл в комнату за Игорем.       — Я сказал нет, значит нет. Говорил же уже, что ничего с этим нельзя сделать, вот и оставь эту тему в покое. — нервно проговорил Игорь.       Для него самого стало неожиданностью то, как остро он отреагировал на Петино предложение, но как ему казалось, справедливо. Тема, правда, была больная, и обсуждать такие вещи он не хотел даже с близкими людьми, не говоря уже о парне, с которым он знаком даже не пару месяцев. Игорь прекрасно помнил тот день, когда ему сказали, что шансов встать на ноги снова у него нет. Тогда ему казалось, что весь мир рухнул в один момент, а сейчас, что он живёт на развалинах этого мира без возможности отстроить заново. Слова Хазина задевали за живое и, хоть Игорь и понимал, что тот пытается делать это из каких-то добрых побуждений, которых от него, честно говоря, не ждёшь, но досада всё равно была сильнее здравого смысла. Игорь мысленно выдохнул и сдержался от дальнейшего развития скандала. Ругаться больше не хотелось, особенно сейчас.       — Подожди ты, врачи могли ошибиться, с течением времени что-то могло поменяться, да что, блин, угодно ещё. Я тебе предлагаю просто попробовать. — он вздохнул, несколько даже, обречённо и опустил разведённые в стороны руки.       — Петь, нет. Всё, давай закроем эту тему и… — его речь оборвал телефонный звонок.       Звонила Юля. Сказала она не много. Зная, что Хазин должен быть здесь, а у Игоря телефон кнопочный, она лишь тревожным голосом попросила передать Пете, чтобы он зашёл в сеть.       Петя не понял, для чего это нужно и медленно открыл приложение на телефоне. Они застыли, глядя в покрытый паутинкой трещин экран Петиного смартфона. От увиденного у них обоих где-то в районе солнечного сплетения засело неприятное чувство, сродни тревоге.       На экране был человек в чёрном капюшоне и балаклаве. Даже нельзя было точно сказать, мужчина это или женщина. Человек сидел прямо и смотрел в камеру. Глаза были закрыты чёрными очками, а голос изменён до механического звучания. Речь, которую им сейчас предстояло выслушать, явно началась уже чуть раньше.       »…и я думаю, многие из вас уже знают, что мы делаем. Хотя, о нас и не говорят в новостях, из страха перед нами или из неуважения к нам, но народная молва вносит в свой вклад. Мы знаем, то вы шепчетесь по углам. Знаем, что не выходите по вечерам лишний раз на улицы, что пугаете нами своих детей. Но это не обязательно. Вы не должны бояться нас. Конечно, если за вами нет греха. Ведь, как вы знаете, мы не трогаем невиновных. Думаем, что некоторые из вас, понимают, а кто-то даже и поддерживает наши действия. Мы это видим. И мы этому, откровенно признаться, рады. Но сейчас не об этом. Сейчас мы хотим заявить ещё одну вещь. У нас есть цель — очистить этот мир, а для начала этот город, от скверны. Мы действуем во благо, поэтому решили немного выйти из тени. Мы хотим, чтобы те, кого мы наказываем, знали, что однажды им всем воздастся по заслугам. А те, кто понимает важность нашей работы и поддерживает нас, знали — мы вас не бросаем. Чтобы вы не злились, не гневились на нас. Ведь гнев — это один из самых страшных грехов. И это будет следующее деяние, за которое мы будем карать. Да, жёстко, но по заслугам, иначе очистить этот мир невозможно. Ждите, братья и сёстры, ибо мы своё слово держим. И мы хотим нести своё слово вам. Услышьте его, внемлите ему, и наступит то царствие, в котором создан жить человек. Таков наш манифест.».       На этом видео оборвалось, а на экране появилась лишь серая рябь помех. После чего, всё пришло в норму, и лента социальной сети стала прежней. Игорь с Петей переглянулись, а в комнате повисла тяжёлая тишина, нарушаемая лишь тиканьем часов на стене.       — Пиздец. — тихо сказал Игорь.       — Пиздец. — также тихо ответил Петя. И действительно, других мыслей, кроме этого слова, на данный момент он связно высказать не мог.