Настоящая ведьма

      Очнулась я спустя двенадцать часов после событий в Третьем королевстве. Собственная спальня радовала глаз светлыми тонами и свежим воздухом, что проникал через открытое окно.  — Добрейшего утречка, верховная!       Домовой ловко приземлился на подушку рядом и ощупал мой лоб.  — Перестаралась вчера ты, матушка, — кинул старец укоризненный взгляд, — если бы не брат, да демон сном бы не отделалась, а так даже шрамов не будет.  — Неужели оба меня принесли?  — Оба, Ладушка, оба. Крестные родители тоже прибыли моментально, стоило брату покинуть твои комнаты. Ох, как шипела ваша прекрасная матушка, когда демон отказался покидать тебя. Какая женщина! — схватился домовой за сердце восхищенный Тангиррой, — Василене пришлось вызывать Риана, чтобы тот забрал и родителей, и друга. Знают же, что не любишь толпу подле себя.        Просыпаться в окружении нескольких пар глаз после магического истощения — увольте.  — Скажи-ка лучше, когда успела брата Благодать Никаноровны так заинтересовать? Демон явно голову потерял, — Степан Кузьмич — любитель сплетен, и вот теперь черные глазки загорелись в предвкушении свежих новостей.  — Меняю информацию на завтрак! — смеялась я, подметив, что голова у Эллохара была на плечах в нашу последнюю встречу.       Передо мной появился поднос щедро заваленный едой. Ароматный запах вызвал сильнейшее желание жить, а урчащий желудок поторапливал с рассказом.       Пока вещала историю встреч и знакомств с магистром Эллохаром, утолила голод. Хитрый домовой тут же сообщил, что горячая ванна ждет.  — Ты продолжай-продолжай! — щедро подсыпая морскую соль и подливая горячей воды приговаривал Кузьмич, — Так что там Арвиэль?

***

       Дела в ковене не на шутку загрузили меня. Занятия с ведьмами проходили ежедневно, также часто появлялась и новая документация для рассмотрения, так что дел было невпроворот.       В первый вечер после восстановления я сидела за бумажками, практически полностью разобравшись с накопившимися нерешенными вопросами. Чай потихоньку остывал и третий раз греть его смысла не было.  — Степан Кузьмич, — позвала я вставая с кресла, почувствовав, как кто-то появился вблизи замка, — кто там?  — Темный. Сидит на лавочке под яблоней, — доложил домовой.       Я поспешила выйти к гостю. Солнце полностью зашло за горизонт и небо освещали лишь звезды. Высокая крепкая фигура действительно сидела на лавочке, но личность меня крайне удивила.  — Темной ночи, Ваше Величество, — поклонилась я императору Темной империи.        Мужчина встал и подошел ближе. От безгранично уверенного монарха исходило легкое беспокойство, которое, впрочем, можно лишь почувствовать, но внешних изменений взглядом не заметить.  — Как ты себя чувствуешь, дитя?        Анаргар Анаргат ловко подхватил меня под руку и смело повел в глубь сада, в котором и не был никогда.  — Всё хорошо, — кивнула я, стараясь откинуть слабость.        Его темнейшество, так как детство моё прошло в его дворце и с его сыном, был для меня просто — дядя Анаргат. Только вот приставку «дядя» я уже лет пятьдесят не использую, ведь формально это привилегия принадлежала Риану. Да и по имени стараюсь называть в неформальной обстановке.       Прогулка продолжалась недолго. Император заметил мою дрожь и направился к скамье. Такая легкая забота тронула, напомнив редкие моменты с детства.  — Хотел убедиться, что ты в порядке. Удивлен, что это не так.        Подавив попытку оправдаться, одновременно с этим стараясь отделиться от ауры императорского влияния, я укоризненно взглянула на правителя Темной империи:  — Анаргар. Ты прекрасно видишь защиту над моими владениями, знаешь благодаря кому найден артефакт Тьеров и, уверена, служба безопасности рассказала про всё остальное, — как я вливала оставшийся резерв в мальчика император мог и не знать, если поблизости не было его людей. Риана я принципиально считаю «своим» человеком, — дай мне пару дней и я снова смогу разнести твой дворец в клочья.       Губы Анаргата разъехались в улыбке и он порывисто сжал мою руку.  — У меня еще один вопрос, дорогая Лада, — несмотря на мягкий тихий тембр атмосфера разговора приобрела более деловой характер, — чем ты так зацепила Эллохара, что он собирается послать из Ада своих демонов запечатать магию в Третьем королевстве?  — Что?! — я прикрыла глаза в негодовании.       О чем они думают?! Уверена, Риан также приложил к этому руку. Идиотизм. Вмешаться устройство чужой страны, где ровно половина населения — маги. Кретинизм! Мало того, что эти двое станут персонами нон грата, так еще в государстве случится переворот. Гражданская война, где прольется много магической и невинной крови.  — Ваше Величество, а не владеете ли вы информацией о месте нахождения двух мужчин, что возомнили себя богами? — по кровожадному блеску в черных глазах Анаргата ясно, что располагает и с удовольствием поделится.        Я шагнула в пламя, что приглашающе вспыхнуло посреди сада.  — Ах да! Жди меня с тремя экземплярами соглашений и, Анаргар, не доставляй Риану лишних хлопот, — подмигнула я напоследок.

***

       Огонь перенес меня в кабинет, навскидку, принадлежавший лорду-директору школы Искусства Смерти. За большим креслом, подтверждая мою теорию, сидел наследный принц Ада, рядом с ним склонился незнакомый мне демон и младший Тьер.  — Ты должна отдыхать, прелесть моя, — недовольно проговорил хозяин кабинета. Судя по прищуру раскольных глаз золотой цвет пламени монарха соседней страны он признал.  — Прелестей у тебя целый гарем, дорогуша, а я в него не вхожу! — слабость настроения не добавляла, так что огрызаться удавалась легче чем стоять. Обратила свой взор на брата. — Милейший магистр Темного искусства, должна сказать, я считаю крайне неразумным рушить чужую страну блокировкой магии. Милосерднее убить лично, нежели развязывать гражданскую войну.        Мужчины молча и синхронно сложили руки на груди. Я поняла, скандалить бесполезно. Яростное негодование, что привело меня сюда, отпустило.  — Я бываю часто в Третьем королевстве и оно слишком близко к моим землям. Превратите задуманное в жизнь и доставите ковену ведьм кучу проблем. Я то их решу, но после мне придется покинуть миры Хаоса.       Они знали, я не врала. Вернуться туда, где тебя любят, — очень просто. Воспоминания о Джоне Рейнольде отозвались теплом в груди и, видимо, это отразилось на моем лице.  — К Бездне! — гаркнул магистр Смерти, сметая всё со своего стола, — твои услуги сегодня не потребуются.       Облегченный вздох вырвался из груди, когда незнакомый демон покинул помещение. Мы остались втроем. Темный взгляд Тьера наполнен заботой. Ну что за идеальный мужчина. Я скандалю, а он смиренно поддерживает сестру даже стоя на стороне своего учителя. Доверие брата касательно любых моих действий — безусловно, а вот Эллохару к такому не склонен. Пока что.  — Твоя вера в меня — это бесценно.       На мой шепот ответили улыбкой и тихим:  — Кто я без тебя, — сжав за плечи, усадил меня в кресло, — Рэн, отправь Ладу в школу ведьм. Ей еще нужно восстанавливаться.        Получив кивок от друга, брат исчез в огне и мне стало сразу как-то тоскливо, чувствуя, как на меня пристально смотрят. На кого же ты меня покинул, Риан? Я посмотрела на лорда-директора чужой школы и совсем приуныла от нечитаемого взгляда, который отводить никто не собирался. Спросила:  — Чего ты хочешь?  — Быть с тобой в Аду, — глухой ответ напомнил мне стихи Ахматовой. Я рассмеялась:  — Напророчишь нам обоим, пожалуй, беду. Есть такой стих, Даррэн, — «Гость»  — Расскажи, — попросил. Мне казалось, он явно не в себе. Да и глаза так болезненно блестят. Однако просьбу выполнила:

  Все как раньше: в окна столовой Бьется мелкий метельный снег, И сама я не стала новой, А ко мне приходил человек.

Я спросила: «Чего ты хочешь?» Он сказал: «Быть с тобой в аду». Я смеялась: «Ах, напророчишь Нам обоим, пожалуй беду».

Но, поднявши руку сухую, Он слегка потрогал цветы: «Расскажи, как тебя целуют, Расскажи, как целуешь ты».

И глаза, глядевшие тускло, Не сводил с моего кольца. Ни один не двинулся мускул Просветленно-злого лица.

О, я знаю: его отрада — Напряженно и страстно знать, Что ему ничего не надо,

Что мне не в чем ему отказать.

      Объявшее меня синие пламя ничуть не удивило. Терпение — не благодетель Эллохара, но ведь сам напросился.

***

Дворец императора Темной империи.

За пару часов до бала.

 — Темного дня, император Анаргат, — присела в реверансе.  — Чем ты недовольна, дорогая Лада? — не произнесенное «на этот раз» я уловила. Мне приглашающе подали руку.  — Тем, Анаргар, — приблизилась я к монаршей особе, скрывая слова от чужих любопытных ушей, — что Риан в который раз носиться по всем мирам Хаоса, лишь потому, что Вы, мой дорогой император, не прислушались к предостережению Верховной ведьмы!        Венценосный темный сложил руки на груди, склоняясь ко мне всей могучей фигурой. Внутренний огонь императора обычно подавлял окружающих, заставляя склонять голову перед тяжелой аурой власти. Меня же этот прекрасный медведь не пугал, хоть ведьмовское чутье периодически и напоминало: не просто так этот мужчина правит столько лет.  — А может мы тебя замуж выдадим? — ехидно прошептал император, — За Дарга или за Алара?  — Что, даже сына не жалко? — невинно похлопала глазами, зная наверняка, что Даргханаша пришедшего к отцу с таким предложением Анаргар послал.        Такие легкие перепалки сопровождают каждую нашу встречу. Его величество получает от них удовольствие, ведь адекватных женщин, что с легкостью вступают в словестные дебаты, в его окружении только две — я и Тангирра. У остальных Анаргат вызывает либо трепет страха, либо трепет между…        Босая Алитерра Анаргат в сером балахоне спускается с лестницы с братом. Злое лицо кронпринцессы искривляется при виде…  — Лада, — я, вынырнув из видения, пыталась сфокусироваться на лице говорящего, — подпишу все нужные бумажки твоего ковена.        Находясь в прострации не замечаю как нас окольцовывает золотое пламя. Императору приходится притянуть мое дезориентированное тело к себе, чтобы я не обожглась. Анаргат усадил меня на диванчик и сам присел рядом, протягивая стакан.  — Ты в порядке? — дождавшись, пока я выпью воду, император забрал стакан и гаркнул так, что я моментально пришла в себя, — Ну, говори!  — Ты Алитерру собрался замуж выдавать?        Черные брови монарха взлетели вверх и мгновенно нахмурились.  — Неужели причастна? — в глазах мужчины отразилась такая боль, что я не сдержалась и взяла его руку в свою, насылая легкое успокоение.  — Анаргар, — мягко позвала я. Алитерра любимая дочь и гордость отца, но в случае предательства у него не будет права всё спустить ей в этот раз, — подумаешь об этом, когда доказательства будут неоспоримы.        На мгновение глаза прикрылись, а после передо мной вновь сидел величественный темный император.        Мы подписали все запланированные договоренности в трех экземплярах, один из которых огнем отправили в мой кабинет. Анаргар Анаргат даже попытался подбить меня на новое соглашение — доведение всех пророческих видений до него.  — Я похожа на придворного астролога? За кого ты меня принимаешь? За Песок Дакрэа? — даже магия вокруг возмущенно заискрилась. — Вот будет что-то весомое, узнаешь!  — Ладушка, я всё понял, — примирительно поднял руки император, помня, что женщина на эмоциях — страшнейший враг, — в знак примирения и дружбы земель предлагаю танец и платье.        Я удивленно покосилась на мужчину, прикидывая не приложила ли его потоком магии в разгаре возмущения, но подойдя к зеркалу ужаснулась:  — Бездна! — приличная часть пышных юбок была спалена императорским огнем при переносе в кабинет, — Спасай, императорское величество, — развернулась к хохочущему мужчине, — платье крестная подбирала.        Смех прекратился. Да, как я говорила, Тангирру здраво опасаются все в семье. Её кузен и правитель по совместительству — не исключение.        Я с милейшим оскалом медленно начала наступать на императора, а он от меня.  — Анаргар, — рыкнула я имя этого венценосного заразы, ловя его за праздничный сюртук, — придумай что-нибудь!        Придумать попавшийся император ничего не успел. Рядом с нами вспыхнуло сразу два пламени, одно из которых подпалило бы меня, если бы не превосходная реакция мужчины. Монарх Темной империи резко поднял меня за талию и убрал с траектории огня.        Вот так мы и встретились: я навесу в руках императора, все еще держа того за грудки, Риан с приподнятой бровью и Даррэн с прищуренными глазами.  — Дядя, отпусти верховную ведьму. Ты женат.  — Правильно, Риан. А я холост, поэтому заберу ее себе, — демон сделал шаг в нашу сторону.        Мы с императором переглянулись.  — Еще чего! — с чувством воскликнул Анаргат и поставил меня ближе к брату.        Пока правитель играл в гляделки с Эллохаром, я тихонько обратилась к Тьеру:  — Вы по делу или так… мимо проходили?  — Вообще-то искали тебя. Мама просила передать, что в твоем будуаре лежит еще одно платье.        Слава Бездне!  — Ты со мной? — вопрос теоритический, конечно, со мной.        Риан улыбнулся, а после кивнул на сильнейших мира сего. Решив, что пора прекращать надоедать императору, Тьер призвал пламя.  — Благодарю за интереснейшую аудиенцию, Ваше Императорское Величество! — поклонилась я.  — Увидимся на балу, Анаргат, — моментально сориентировался магистр Смерти, хватая меня за плечи и скрываясь в пламени Риана.        Личный будуар в императорском дворце у меня появился еще в детстве. Детьми мы много времени проводили здесь с Тангиррой, пока крестный работал. Последние лет пятьдесят это место служило скорее гардеробной, нежели полноценными апартаментами, ведь появлялась я редко.        Мое платье, как и парадный костюм Тьера-младшего, были повешены здесь предусмотрительной матушкой. Риан подал мне одеянье и кивнул мне на вторую комнату, где можно спокойно переодеться. Не сказать, что меня сильно беспокоит вариант переодевания перед Эллохаром, но брата — да. Сам магистр Смерти расположился в кресле и, вытянув свои длинные ноги, поглядывал на нас.  — Никак не привыкну к вашим взаимодействиям.  — Не ворчи, Рэн.        Сменив наряд, я вышла к ожидавшим мужчинам. Пока Риан застегивал сюртук, мне затянули и завязали корсет. Опыт и даже профессионализм в движениях Эллохара был на лицо, что я лукаво и заметила, поблагодарив при этом за помощь.  — Насмешливая моя, — протянул демон разворачивая меня к себе, — хочешь покажу тебе ночной Хаос? — неожиданно.        Серые глаза замерли на моих губах, то ли хотя поцеловать, то ли боясь пропустить ответ.  — Хочу! — выдохнула я, глядя на этого истинного искусителя.        Довольный блеск коснулся глаз демона прежде, чем он склонился, оставляя поцелуй на запястье. Пульс ускорился от такой интимной ласки. Даррэн выпрямился и, подходя еще ближе, шепнул:  — Я бы очень хотел, чтобы этот браслет был всегда на твоем запястье.        На той руке, где Эллохар оставил поцелуй, теперь красовалось произведение ювелирного искусства. Различные заклинания вплетены в украшение с точностью настоящего мастера артефактов.  — Изумительная работа, — прошептала я.  — Да, невероятнейшая из женщин, я знал, что вначале ты обратишь внимание на практичную сторону подарка.

Даррэн

       Её звонкий смех разнесся по будуару, а я заворожённый смотрел и не мог отвести взгляда. В бальном платье или в льняном сарафане, неважно, она отождествляла всё величие женщин этого мира, их притяжение и загадочность. Понимаю Риана, который очень скупо делился всем, что касалось этой женщины. Она и есть воплощение тайны, которую безумно хочется сберечь. Хрупкая словно хрусталь, но ощущает себя крепче стали. Лада.        Замечаю, как Тьер чутко реагирует и предугадывает её желания. Пожалуй, служение этой женщине для него приоритетнее служению императору, но надеюсь, хотя бы не империи. Риан доверяет ей как себе, молча соглашается со всеми её решениями и действиями. Лада отвечает ему: принимает всё как данность, все светлые и темные стороны Первого Меча империи; никогда не просит того, что навредило бы брату. Пожалуй, для него она готова на невероятное. Даже убьет бессмертного, если тот будет угрожать Тьеру.        Я видел, в этой женщине, чарующей небесной красотой, сошлись мудрость и доброта с железной волей. Лада знает где ее место, ведает и о своей притягательности. Её лукавая усмешка — поощрение окружающим. Глаза завораживающие глубиной — напоминание о тех древних временах, когда мужчины покоряли страны, чтобы добиться расположения прекраснейших цариц. Эта женщина невероятна. Ведьма может броситься в пламя спасать ребенка, спокойно сжалиться над несостоявшимся собственным убийцей. Она до сих пор сочувствовала и старалась помочь этому миру.  — Великолепна, — свой хриплый голос даже я сразу не узнал.        Однако высказанную в слух мысль готов был повторять этой женщине весь вечер. Наряд Лады, как и у всех представителей рода Тьер на этом вечере, был кроваво-красным. Только яркие зеленые глаза выдавили в ней ведьмовскую сущность. Светлые волосы собраны и закреплены диадемой, открывая тонкую длинную шею. Молочная кожа светилась, напитанная лунным сиянием.  — Вы рассмотрели меня, Даррэн? — улыбнулась девушка в моих руках.  — Нет, — честно ответил, — станцуете со мной Алетар, Лада.  — С удовольствием, если вы окажитесь первым, кто предложит мне руку, — судя по ухмылке Тьера, я не первый с таким предложением.       Верховная ведьма пошла к выходу, кинув взгляд до брата.       Я заглушив ревностное чувство от их связи, посмотрел на лучшего друга.  — Я её никому не отдам.  — Всё настолько серьезно? Кьехаата? — черные взгляд внимательно следил за мной.  — Агхеэра, — впервые произнес это слово в слух. Но никогда в жизни я не был так уверен, — Я люблю её, Риан.  — А демон?  — Демон во мне понял сразу, что перед ним его истинная пара. Семь лет назад, когда Лада была под личиной Василены Владимировны.        Я пережил ад, когда неустановившаяся связь почти пропала, лишь маленькая ниточка не давала сойти с ума. Дед найдя меня в неадекватном состоянии, когда я расспрашивал Риш о том, с кем она была, привел полу-вменяемого внука в пустыню и рассказал про другой мир.        Мое плечо сжала ладонь Тьера.        Мы с Рианом ценили свет, а Лада, безусловно, была его воплощением.