Клятва смерти

«..Свободен лишь тот, кто может позволить себе не лгать..»

Альбер Камю.

Стук каблуков отдавался гулким эхом, отскакивающим от бетонных стен. С появлением Грей всегда становилось трудно дышать, зато каждый осознавал, что она близко. Детектив шагал уверенно, расправив плечи и гордо вскинув голову. Накрашенные красной помадой губы растягивались в очаровательной улыбке при одном взгляде на бедных девушек, появившихся в этом месте намного раньше, чем она. Грей, словно хищник, остро чувствует страх. Они боятся и опасаются ее, но вместе с тем озабочено желают заполучить самую малую часть драгоценного внимания. И девушка не может осуждать их, так как понимает. Во-первых, Грей – бывший детектив, хорошо известный всему Токио. Глупо исключать ее способности, пытливый ум, а также привилегии, которые могли заработать остальные, заслужив одобрение бывшего стража порядка. Во-вторых, странная связь со вторым номером в организации не могла не беспокоить. Остальные сотрудники, кто занимал должность ниже руководителей, сначала справедливо обходили новенькую стороной, чтобы ненароком не получить наказание от сумасшедшего заместителя главы. Каждый раз, когда Санзу и Грей проходили по этим коридорам, никто не мог поднять взгляда и остановить бешеную дрожь в поджилках. Харучиё, ничего для этого не совершая, способен внушить людям диктй страх за жизнь и желание бежать без оглядки. Поэтому девушка никогда не беспокоилась за свою безопасность. Спустя время новость о новом загадочном руководителе, более приближенного к Манджиро, перестала волновать. Сотрудники смирились, и Грей с головой погрузилась в процесс работы своей новой деятельности.

***

Дверь поддается сразу же, как только девушка дотрагивается до гладкой поверхности древесины. Без каких-либо слов она проходит внутрь, пока присутствующие поочередно одаривают ее взглядами. – Хаджиме прибыл, – сообщает она и по-обыденному ждет, когда он предоставит ей место. Харучиё хитро улыбается и любезно протягивает ей руку. Грей словно само собой разумеющееся присаживается на его колени, ловкими движениями забирая сигарету из другой руки, моментально затягиваясь и выдыхая едкий дым прямо ему в лицо. – Уже соскучился? – произносит она, пока Санзу с особым пристрастием осматривает каждый миллиметр ее прекрасного лица. – Меня не было несколько минут. – Мне всегда тебя мало, – и прежде, чем она успевает ответить, его рот накрывает ее губы, жадно впиваясь в них. Его руки соскользнули вниз, исследуя волшебные изгиби тела, остановились на талии и сжали так крепко, что на мгновение ей стало больно. – Каждый раз одно и то же, – голос Риндо казался очень недовольным, впрочем, как и всегда, когда он застает подобные сцены. – Вам обязательно делать это сейчас? Грей улыбается Санзу сквозь поцелуй, и он отвечает ей тем же. Девушка нехотя отстраняется, скучающе проворачивая голову к Хайтани, что вместе с братом расположился на противоположном диване. – Тебе точно двадцать восемь, Риндо? – она усмехается, надменно оглядывая его. – Неужели двое людей, выражающих свою любовь друг к другу, тебя так смущают? Ран насмешливо приподнимает брови, решаясь воздержаться от того, чтобы не выкинуть что-то ядовитое из своего рта. – Заебали делать это при всех, – младший буквально выдавливает слова. – Два, черт возьми, года терплю. – Вот именно, малыш Рин, два года. Не думаешь, что уже должен привыкнуть? – Риндо уязвлено отворачивается, не желая спорить с ней, так как уже давно понял, что это ему не под силам. – А может, кому-то не хватает женской ласки, – Грей прикрывает рот ладонью, словно очевидное замечание вырвалось случайно. – Тише, – Ран слегка приподнимает одну руку вверх, чтобы успокоить брата, что готов придушить ее. Старший медленно переводит взгляд на девушку. – Все здесь? – Да, – спокойно отвечает Грей. – Разбрелись по зданию и ждут начала. – Хорошо, – Хайтани устало откидывает голову назад и бесцельно рассматривает потолок. В последнее время на каждого из верхушек навалилось полно работы. – Майки опять за свое? – тут же бестактно интересуется младший, пока Грей и Харучиё синхронно посмотрели на него с явным недовольством. – Что? Опаздывать на каждое итоговое собрание очень профессионально для главы? – Сегодня особенный день для Майки, – проговаривает Санзу словно заученную годами фразу. – Почему его особенный день совпадает с днем последнего собрания? – не унимается Риндо. – Ты работаешь здесь дольше меня, но до сих пор не знаешь, – девушка тяжко вздыхает, показывая свое напускное разочарование. – Тогда почему ты, появившаяся здесь совсем недавно, в курсе? – Потому что я умная девочка, – с гордостью отвечает Грей и смотрит на Харучиё, который, очевидно, был ей доволен. – И способна догадаться сама. Попробуй тоже, это не так сложно. – Мне проще послать вас двоих к чертовой матери, – злостно шипит младший и встает с места, начиная двигаться к двери. – Малыш Рин, не уходи далеко, пожалуйста, – с наигранным беспокойством кричит ему девушка вслед. – Не хватало еще, чтобы ты потерялся. Хайтани, не оборачиваясь, показывает средний палец на обеих руках и покидает комнату. – Кажется, я снова обидела твоего младшего брата, – Грей с притворным сожалением в глазах обращается к старшему. – Переживет, – коротко и чрезвычайно сухо произносит Ран и протяжно поднимается на ноги. – Вы же хотели, чтобы я ушел. Он лениво шагает к двери, пока парочка наблюдает за ним. Прямо у выхода Ран оборачивается и расплывается в гадкой улыбке. – Не задерживайтесь, влюбленные люди, – выплевывает он, затем возвращается прежнее равнодушное выражение лица и захлопывает дверь. Грей с удивлением поворачивается к Санзу, что еле-еле сдерживал издевательский смех. – Так много времени прошло, а он еще бесится, – сладко лепечет девушка. – Как дитя малое, ей-богу. – Он упустил такое сокровище, – Харучиё нежно дотрагивается до ее лица, не в силах налюбоваться. – Для того, чтобы пережить такой крах, потребуется больше времени. Никто не любит проигрывать, мой милый детектив. Слова больно обожгли незаживающую рану. Грей на момент скривила губы от неприятного ощущения, нарастающего в груди. – Я уже как два года не детектив, Хару, – мастерски не подала виду того, что текущая тема отвратительна для нее. – Может, оставим прошлое в прошлом? – Ты все еще сожалеешь о случившемся? – Санзу смотрит насмешливо, весело, словно ответ ничего не будет значить. Но Грей хорошо заметила, как его рука надавила на ее талию сильнее и жестче, а в глазах блеснуло что-то нехорошее. – Нет, – легко отвечает Грей и натягивает широченную улыбку. – Я же сказала, прошлое должно оставаться в прошлом. Какая красивая ложь, – злорадно шепнул внутренний голос. Девушка проигнорировала внезапную мысль, фокусируя внимание на его таких волшебных глазах оттенка полуденого неба. – Умница, – Санзу безоговорочно верит и не видит, какой огромнейший груз с грохотом падает с ее острых плеч. – Кстати, этот месяц, как и всегда, выдался просто прекрасным. Ты отлично справилась. – Я всего лишь девочка на побегушках, – Грей закатывает глаза от непрошеной похвалы. – Плевать на статус, Грей, главное, что Майки доволен тобой, – заверяет мужчина, несильно сжав девичьи плечи, чтобы она смотрела прямо ему в глаза и понимала суть. – Поняла, – тихо говорит девушка, и Санзу ослабляет хватку. – Как насчет отметить окончание очередного тяжелого года? – тут же предлагает он. – Ты же знаешь, что я за, – мурчит Грей. – Последнее итоговое собрание в этом году, вероятно, будет очень долгим и нудным. Предлагаю сразу после отправиться в наше любимое место. – Должно быть, в том клубе мы почетные гости, – Санзу откидывает голову назад и, обнажая кадык, глупо улыбается своим воспоминаниям о том, как хорошо они провели время там в последний раз. Но вот у нее то место вызывает не самые приятные эмоции. Впрочем, как и все то, что связано с Санзу или с организацией. – Как хорошо, что ты со мной, Грей, – девушка остепеняется, пока мужчина глядит на нее с неподдельной нежностью и заботой. Не говори этого. Не говори, пожалуйста, – настойчиво умоляет подсознание, пока на губах играет легкомысленная улыбка. – Я люблю тебя. Она предчувствует рвотные позывы вперемешку с чем-то приятным, таким теплым и успокаивающим. – Правда? – невинно интересуется. – Да, – повторяет он для большей убедительности. Нет, – отрезает в мыслях, чтобы не поддаться непонятному порыву. Они смотрят друг другу в глаза пару секунд, только вот каждый думает о своем. – Упс, – как ни в чем не бывало девушка быстренько вскакивает на ноги. – Прости, мне нужно отойти. – Конечно, – тон голоса до подозрения мягок. Грей миленько улыбается ему, поправляет короткое платье и уходит, зная, что он с обожанием смотрит ей вслед.

***

Еще одна дверь, ведущая в туалетную комнату, с глухим стуком захлопывается. На ватных ногах Грей плетется к ржавому крану и наконец-то находит себе опору, ставя руки по бокам белой раковины. Дыхание сбилось. Руки дрожат. В ушах стоит звон. Что происходит? Грей медленно поднимает голову и застает чужое отражение в зеркале. Это от страха или волнения? Губы невольно кривятся в безобразной ухмылке. Нет. Она больно прикусыват язык, чтобы не завизжать громко-громко. Это от предвкушения.

***

Санзу шагает по коридору и, сжимая в руках мобильник, проверяет каждую дверь этого блядского здания. После длительных гудков на другой стороне наконец-то послышался протяжный стон, говорящий о том, что человек принял звонок. – Грей, твою мать, куда ты пропала? Санзу в ярости пинает очередную дверь, но и там его любимой не оказывается. С другого конца трубки слышится гортанный смех. Харучиё резко останавливается и, прижимая к своей щеке раскаленный экран телефона, усиленно пытается убедить себя в том, что ему показалось. – Что-то случилось, милая? Естественно, начинает мягко и доброжелательно, лелея надежду на то, что это действительно поможет. – Знаешь, а я все же не изменяю своим старым привычкам. – О чем ты говоришь? Что-то случилось? – Да… Знаешь, случилось. – Скажи мне, где ты. Я помогу тебе, Грей, сделаю все что угодно. – Правда сделаешь? – Обещаю. Слышится задумчивое мычание, а затем холодное и резкое: – Тогда умри, Харучиё. Моментально Санзу до костей пробрал страх, замораживая душу. В трубке уже были слышны короткие гудки, означающие, что вызов завершен. Он простоял, как дурак, на одном месте несколько минут, судорожно пытаясь обдумать ситуацию. И его, как назло, сразу же отвлекли противные звуки помех из рации для чрезвычайных случаев. Харучиё с ужасом достал вещь из заднего кармана и нажал на кнопку. – Санзу, что-то не так… Голос Риндо постоянно прерывался. – Ты слышишь… Слышишь меня? Но Харучиё не слышал, лишь завороженно смотрел, как стремительно убывают цифры на подозрительном устройстве, прикрепленном к стене. – Сучка, – с яростью прошипел мужчина перед тем, как сорваться с места и ринуться в противоположную сторону. Мощный взрыв прогремел точно по расписанию.

***

Сизый едкий дым мгновенно заполонил коридоры проклятого здания. Но передвижениям виновницы текущей катастрофы никак не мешал. Грей медленно спускалась с лестницы, наслаждаясь масштабами проделанной работы. Повсюду языки пламени, пожирающие все на своем пути, и страшные взрывы, что продолжали неустанно грохотать. За два мучительных года пребывания в этом поганом месте Грей досконально выучила схему здания настолько хорошо, что те, кто построил его, могли бы поспорить с ней. Она отлично знает, где расположены секретные комнаты, запасные выходы, которых нет на карте, и в курсе, где обычно находится каждый из верхушек. Все свое свободное время Грей только и делала, что следила за руководителями, за их привычками, особенностями и только впитывала информацию, как губка. План в голове зародился с самого начала своеобразного вступления в «Бонтен». Как не прискорбно признавать, но Грей никогда не собиралась менять сторону. Она всего-навсего мастерски отыгрывала отведенную ей роль и только копила свою непроглядную ненависть, чтобы в один прекрасный день выплеснуть ее наружу. И наконец-то заветный момент наступил. Сквозь удушающую завесу ожидания, нескончаемые унижения и томительную боль. Единственное, что не уничтожит огонь – воспоминания, которые въелись намертво, их не вытравить, не стряхнуть в дорожную пыль. Бывший детектив стремительно направлялся к выходу, невнятно напевая под нос задорную мелодию. Ненавистные каблуки давным-давно убиты беспощадным пламенем, босые ноги обжигаются о нагретый пол. В красивых руках револьвер, который Грей вежливо одолжила у Хитто, ведь прямо сейчас ему вряд ли понадобится оружие. Осталось последнее незаконченное дело, точнее говоря, самая основная задача. Сегодня всему придет конец, – уверенно твердит голос разума. На горизонте уже виднеется крайний поворот, за которым будет дверь, ведущая к долгожданной свободе. Грей охвачена непреодолимым желанием расправить крылья и улететь из гнилого болота, и никакие мольбы, привязанности и обстоятельства не в силах укротить в ней стремление к независимости. Здесь – не ее дом. Здесь – ей не место. – Грей, – тихий голос с откровенным отчаянием скромно раздается позади. Девушка расплывается в надменной ухмылке, медленно поворачиваясь вокруг своей оси. Санзу сгибается, держась руками за колени, пытается отдышаться. Грей протяжно скрещивает руки на груди и, с удовольствием наблюдая за ним, даже наигранно зевает, поглядывая на воображаемые наручные часы. – Куда же ты… – глубокий вдох, и мужчина резко выпрямляется, – уходишь, моя милая Грей? На его лице растерянность и непонимание. Он выглядел, как ребенок, что потерял маму в торговом центре. Девушка усмехнулась странному сравнению, внезапно всплывшему в голове. – Навстречу не такому светлому, зато будущему, – ликующе заявляет она. – Я могу дать тебе абсолютно любое будущее, которое ты пожелаешь, – Санзу изогнул уголки губ в мягкой, вовсе не враждебной улыбке. Мужчина делает осторожный шаг к ней, не нарушая зрительного контакта, от которого вокруг сверкают искры. Грей твердо стоит на одном месте, лишь немного хмурит брови. – Прекрати этот цирк, Грей. Я прощу тебе этот безобидный инцидент, и все снова будет как прежде. Иди ко мне, моя принцесса, я не обижу тебя. – О, раз так, тогда обижу я, – Грей хладнокровно стреляет ему прямо в колено. Санзу падает, кричит, сдирая горло, то ли от адской боли, то ли от неожиданности случившегося. Он бы никогда не поверил, что она выстрелит в него. Никогда. Это и было оправдание его излишней самоуверенности: Харучиё считал, что знает Грей от и до. Но, по всей видимости, крупно облажался. – Ты до сих пор думаешь, что можешь повлиять на меня? Ты такой наивный, Хару. – Ты хотя бы осознаешь, что творишь? – мужчина зажал рану рукой, пытаясь остановить пульсирующую кровь. – Грей, ты же знаешь, что я сделаю с тобой. – Еще как знаю, милый, – ни тени страха на красивом лице. – Но, боюсь, ты не успеешь. – Времени предостаточно, – он закатился громким истеричным смехом. – Сбежишь сейчас, я найду тебя. Сбежишь опять, я снова найду тебя и верну обратно. У тебя нет выбора. Ты – моя. И меня начинает раздражать то, что ты не можешь понять элементарные вещи. Тебе некуда деваться, пустоголовая девчонка. – Я не твоя, Санзу, и никогда не была твоей, – на удивление, девушка отвечает сдержанно и спокойно, не поддаваясь на провокации. – Пора прекращать довольствоваться глупыми иллюзиями. Ты сумасшедший ублюдок, но должен понимать, что это игра. И не говори мне, что даже не думал об этом. Ты знал, догадывался, допускал мысль – плевать. Главное, ты осознавал, что я не приму твою сторону: ни тогда, ни сейчас, ни в далеком будущем. Грей осматривает его сверху-вниз, не забывая брезгливо поморщиться над такой жалкой картиной. – Я ненавижу тебя, – равнодушно цедит слова сквозь плотные сжатые губы. Она уходит, решая больше не растрачивать время впустую. Похоже, от шока он забыл взять оружие, – с облегчением думает девушка. – Не уходи, – тон голоса враз превратился в просящий, вопиющий. – Пожалуйста, Грей, не уходи. Мы можем все исправить. Я стану лучше для тебя, клянусь. – Клятва? – она искренне посмеялась с его слов, смахнув слезинки с уголков глаз. – Я не верю тебе. Именно ты заверял меня, что не тронешь моих близких. Именно ты говорил, что не причинишь мне боль. А что в итоге? Ты гребанный обманщик, Санзу. – Что ты собралась сделать? – похоже, видя, что очередная махинация не подействовала, он решил перейти к главному. Его голубые глаза смотрели на нее так холодно, с такой беспощадной жестокостью. Грей была уверена: приблизившись она к нему еще на пару сантиметров, он бы схватил ее и задушил, невзирая на жуткую боль. – Ты все правильно понял, Санзу. Его ноздри расширились от гнева или страха, челюсти стиснулись. – Нет, ты не посмеешь, – он закрутил головой в неверии. – Ты не сможешь, нет, кишка тонка, – мужчина счастливо улыбался собственным предположениям, выглядело безумно. – Дождись рассвета, – только и выдает девушка, начиная уходить, и на этот раз окончательно. – ГРЕЙ! Санзу занервничал, закричал, пытался ползти. – Я УБЬЮ ТЕБЯ! УБЬЮ, ЧЕРТОВА СУКА, СЛЫШИШЬ? Грей тем временем вышла на улицу, вдыхая свежий воздух после душного здания, пропитанного серым дымом. – Слышу, – вслух произносит она, зная, что он не слышит, и растягивает краешки губ от радости. – Только вот смерть меня не пугает.