Сборник драбблов по ДазАцу

— Дазай-сан, Вы знаете, что будет дальше? — Будет много вселенных, звёзд, дождей и столько же опавших листьев. И пока ты можешь ступать на эти листья, не задавайся такими глупыми вопросами. — мягкий и непринуждённый голос всегда успокаивает и отдаляет сознание от всего происходящего хотя бы на время разговора, потому Ацуши и причастился к компании своего наставника. Было немного больно видеть, как этот юноша с детской наивностю, подобранный Дазаем, словно бездомный щенок, пытается понять своё место. Понять деструктивным образом. Навевает воспоминания. Находясь в тёмном и необъятном пространстве, единственное, что остаётся делать — наощупь двигаться вдоль стены, ища выход. Несомненно, в итоге рука упрётся о дверную ручку, ты её провернёшь и яркий свет сотрёт эту одну большую тайну вокруг тебя, пролив свои лучи на множество новых. Пред тобой будет несчётное количество дверей, и никогда не узнаешь: стать тебе узником одной из маленьких комнатушек или найти там новые пути. — Я понимаю твои чувства, Ацуши, — слабая улыбка и взгляд, точно пребывающий в реминисценции. Казалось, всего несколько лет прошло, а воспоминания всплывали тяжёлыми сгустками только самых острых моментов. — Но из собственного опыта скажу: не стоит бояться этой чёрной пустоты и бросаться к каждой двери в попытках найти ту заветную. Стоило ли это всего? Пуститься во все тяжкие, переступая остатки здравого рассудка, чтобы в итоге наткнуться на уже открытую тебе дверь другим человеком? — Знаешь, Ацуши-кун, — плеча касается рука, заставляя обратить взгляд на собеседника. — Иногда смысл приходит к тебе сам, а ещё, — раздосаженная улыбка появилась на долю секунды. — К сожалению, самостоятельно решает, когда тебя покидать, давая лишь робко тлеющее напутствие. Уж пламя его ты должен поддерживать сам. Ранним утром высокий силуэт снова придёт на кладбище к могиле, видимо, чрезвычайно дорогого ему человека, и тихо произнесёт: — Оставленный тобой уголёк всё ещё тёплый. Гордишься ли ты мной?