В сердце моря

— Кальмар! Кальмар в жёлобе! Да ещё и в Бездне кромешной тьмы, из всех возможных мест среди семи морей! Ты с ума сошёл, Том? Я бы спросила, о чём ты думал, если бы не было очевидно, что ты вообще не думал! Прошло два дня с их авантюрной вылазки на дно Жёлоба сумеречного сияния, и разъярённая змея до сих пор не унималась. Том чувствовал себя уже гораздо лучше, чем когда очнулся — Гарри и правда отлично его подлатал, но всё хорошее настроение напрочь убивалось бесконечными нотациями морского крайта. Сирена тяжело вздохнул и глубже зарылся в груду сокровищ. — Жёлоб сумеречного сияния! Да еще и прихватил с собой мерфолкского выродка! Ты чуть не погиб! А если бы он пострадал…! Ты не неуязвим, Том, даже в открытой воде, не то что в Бездне! — Да, Нагини, в тысячный раз тебе говорю — я понял! — Ты правда понял, Том? Правда? Потому что я тебе не верю! — И что же, — протянул он, лениво обводя пальцем один из круглых синяков на оголённой коже предплечья, — мне сделать, чтобы ты мне наконец поверила? — Ты серьёзно сейчас скажешь мне, что никогда больше так не будешь? Что никогда не сделаешь ничего подобного снова? Что хотя бы не станешь тащить своего слабого и уязвимого партнёра туда, где его может сожрать существо в сотню раз крупнее его? — Я бы не назвал его «уязвимым», моя дорогая. Пусть как мерфолк он физически слабее меня, это не отменяет того факта, что у него стальные яйца. — Яйца? Он дарующий жизнь! У них отродясь их не было! Сирена проигнорировал её выпад и, разглядывая своё слегка искажённое отражение на дне золотой чаши, продолжил: — Это он сражался с этим проклятым головоногим. Да, сначала я оттолкнул его — иначе бы сражался сам, но без него я бы погиб, — чаша с мягким стуком упала обратно в груду сокровищ. — Это уже второй раз, когда он меня спасает. Заметив мечтательное выражение на лице сирены, Нагини зашипела: — Он мне всё ещё не нравится. Он должен заслужить моё прощение за то, что чуть не довёл тебя до смерти! И пусть только попробует не родить тебе детёнышей — я не позволю ему отлынивать! Том не мог сдержать смех, слушая её яростную речь. — Вы с ним отлично поладите, Нагини, но Гарри тебя опередил. Он уже имена придумал, и всё такое. Детёнышей хочет, много. Мы, наверное, целую стаю наплодим лет за… пять? Такой расклад тебя устроит? Морской крайт снова зашипела, но ничего не ответила, бормоча что-то себе под нос и уползая в заросли ламинарии у дальней стены пещеры. Сирена фыркнул, устраиваясь поудобнее на груде мутноватых самоцветов, и лениво наблюдал, как его длинный хвост подёргивается и медленно закручивается кольцами. Несколько чёрных чешуек треснули и исцарапались, а некоторые и вовсе выпали. Бока украшали свежие порезы, а спинной плавник обзавёлся парой новых зазубрин. Брачные цвета на нём всё ещё виднелись, но начинали бледнеть. В остальном, кажется, всё было в порядке. Он подтянул кончик хвоста поближе, широкий плавник на конце слегка колыхнулся в слабом течении. Том нахмурился. Ему не хватало его маленького мерфолка — сирена быстро понял, что нет ничего приятнее, чем переплетаться с ним хвостами. Да поможет ему Океан, он определённо размяк. Течение снаружи изменилось, и все мысли о его паре и о том, как он по нему скучает, улетучились в один миг. В его водах был нарушитель. И не просто в водах его территории — в самом логове. Жабры раздулись, и без того узкие зрачки сузились настолько, что почти исчезли в алом море его глаз, когда из груди вырвалось низкое предупреждающее рычание. Незваный гость осмелился ответить, попытавшись издать примирительный свист, но Том и слушать не стал. Это был один из тех, кто мутит воду на юге рифа, явившийся вербовать его в свои ряды. Только он не собирался ввязываться в эту авантюру, тем более под началом братца, которого скорее убил бы, чем стал бы ему служить. Сомнений быть не могло. Никто другой, даже молодой сирена, только что отправившийся искать собственную территорию, не был бы настолько глуп, чтобы сунуться прямо в его логово, несмотря на явные предупреждения, оставленные по всей территории. Этому жалкому ублюдку повезло, что Гарри не было в пещере — хотя присутствие мерфолка вряд ли что-то изменило бы для этой мелкой рыбёшки. Несмотря на раны, Том твёрдо решил показать, кто тут хозяин. Выпустив когти, расправив шипы и оскалившись, он покинул своё ложе посреди сокровищ и поплыл ко входу, где его ждал другой сирена. Он успел заметить только, что тот старше, мельче и мужского пола, прежде чем напал. Он вылетел из пещеры со скоростью акулы, нападающей на тюленя. Тело врезалось в нарушителя с глухим стуком мышц и хрустом костей. Противник зашипел и зарычал, полоснув когтями по чешуе, в то время как когти Тома вонзились в его плоть. Вода окрасилась кровью. Меньший самец попытался вырваться и сбежать — ему это почти удалось, но он был не настолько быстр. Том успел схватить его за волосы и, запрокинув голову назад, сломал шею, тут же вцепившись зубами в глотку. — Т-том! Когти в крови, плавники дыбом, он обернулся на испуганный голос и встретился взглядом с Гарри. Тот смотрел на него широко раскрытыми зелёными глазами, в которых застыл ужас. Мерфолк побледнел, плавники прижались от страха, а взгляд был прикован к мёртвому телу, всё ещё безвольно висевшему в его зубах. Сирене пришлось приложить немало усилий, чтобы разжать челюсти (инстинкты кричали, что враг ещё может быть опасен), позволяя телу медленно опуститься на песок. Куда важнее было убедить свою пару, что ему ничего не угрожает, и уж тем более не он сам. Он не смотрел на него так с тех пор, как сирена держал его в плену. Больно было видеть этот взгляд снова. — Гарри. — Том осторожно приблизился к мерфолку, чувствуя себя последней тварью и лишь смутно осознавая, что он всё ещё весь в крови. — Морская звёздочка, я… прости, что тебе пришлось это увидеть… — Нет, я… — Гарри с усилием оторвал взгляд от мертвеца и, подплыв к Тому, обвил руками его плечи, уткнувшись лицом в ключицу. — Я забыл. — Забыл? — переспросил он, глядя на него в недоумении. — Что ты имеешь в виду? Маленький мерфолк поднял на него взгляд и грустно улыбнулся. — Что ты хищник. Что сирены постоянно дерутся и убивают друг друга за территорию. Это было глупо… прости. Том осторожно, стараясь не задеть окровавленными когтями, взял его лицо в ладони. — Не извиняйся. Я правда не хотел, чтобы ты это увидел. — Он бросил виноватый взгляд на труп, когда Гарри накрыл его когтистую руку своей, и кивнул в сторону пещеры. — Может… вернёмся в логово? Гарри кивнул и поплыл обратно в пещеру. Задержавшись лишь на мгновение, чтобы схватить поверженного врага за хвост, он последовал за ним, бросив тело у входа. Когда он обернулся, чтобы присоединиться к своему партнёру в глубине пещеры, то с лёгким удивлением заметил, что юный мерфолк не уплыл далеко. — Морская звёздочка… — Вы едите друг друга? — Я… — Том, — вздохнул мерфолк, и только подёргивание плавников выдавало его раздражение, — я буду твоим партнёром на всю жизнь или нет? Сирена склонил голову набок. — Не понимаю, причём здесь это. — Уверен, нам обоим будет проще, если ты не станешь скрывать от меня свою природу и плавать вокруг да около до конца наших дней, — сказал он, снова положив голову ему на плечо. — Принимать партнёра таким, какой он есть — это важная часть отношений. Еще одна, не менее важная — доверять настолько, чтобы полностью открыться перед ним. Том ещё мгновение смотрел на него, потом вздохнул и кивнул. — Сердца, — признался он, всё ещё чувствуя неловкость. — Среди нас, сирен, принято есть сердца поверженных врагов — считается, что это делает победителя сильнее. Но я могу… — Нет, Риддл. Мне неинтересно смотреть на внутренности сирен, так что я лучше подожду тебя в пещере. Но, не стесняйся, представь, что меня здесь нет, пока не закончишь. Может, так до тебя наконец дойдёт, что я пытаюсь сказать. Когда Гарри уплыл в глубь пещеры, поудобнее устраиваясь среди сокровищ, ему показалось, что он слышит смешок Нагини. Следующие пятнадцать минут он старался не думать о звуках ломающихся костей, которые слышал снаружи. Получалось, честно говоря, так себе. Что и говорить, он очень обрадовался, когда сирена наконец присоединился к нему. — Прости, что так вышло… но, должен сказать, тебе повезло, что ты не заявился на пару минут раньше. — Том устроился рядом и переплёл их хвосты. Гарри мысленно усмехнулся — сирена явно сильно скучал по таким нежностям, хотя вряд ли готов был в этом признаться. От него всё ещё немного пахло кровью, но было терпимо, или Гарри просто привык. — Тогда бы ты застал моего незваного гостя. Он бы с тобой не стал церемониться. — Откуда ты знаешь? — спросил Гарри, с любопытством заглядывая ему в лицо. Том наполовину лежал на нём, накрыв его своим телом, но стараясь не давить всей тяжестью. — Потому что это скорее всего был член «армии» Волдеморта, посланный завербовать меня. Он понятия не имел, кто я такой. Если бы мой «братец» знал, что я здесь, сомневаюсь, что он не явился бы сам, чтобы закончить начатое много лет назад. — сказал он. — Во всём океане не нашлось бы других дураков, готовых по собственной воле заплыть в мою пещеру. — Ты добавил «по собственной воле», чтобы я не подумал, что ты считаешь меня дураком, да? Сирена усмехнулся. — Может быть. Гарри вздохнул, улыбнулся и притянул голову сирены к своей груди. Запустив пальцы в его густые кудри, он тут же услышал довольное урчание. Они долго лежали так, наслаждаясь обществом друг друга в тишине, а потом мерфолк снова заговорил. — Том? — в ответ раздался рассеянный мычащий звук. — Если бы Волдеморт не командовал ими и, если бы ты не ухаживал за мной, ты бы присоединился к тем сиренам, что нападают на риф? — Нет, — сказал он. — Нашему виду по природе своей не свойственна жизнь в стае, а то, что я вырос практически в полном одиночестве, только усугубляет мою… ну, можно назвать это социальной неприспособленностью. — Том сменил позу и устроился поудобнее, положив голову Гарри на грудь и отвернув лицо, словно не мог заставить себя посмотреть ему в глаза. — Но и дружелюбным меня назвать нельзя. Три года, что я скитался по открытому морю после того, как Геллерт меня бросил, пока не нашёл эту пещеру, я, будучи сиреной примерно твоего возраста, развлекался тем, что нападал на мерфолков, которых встречал по пути. Чаще всего на рифовую стражу. Я убил почти сорок мерфолков-стражей и покалечил ещё больше. В том числе твоего отца… с тех пор ваша стая меня так боится. — Я слышал истории об этом. Уверен, не все, но многие… и видел шрамы отца. Но я знаю какой ты сейчас, и как ты ко мне относишься. — Гарри почесал за ушными плавниками сирены, радуясь, что его урчание быстро вернулось, хотя звучало оно немного натянуто и затравленное выражение с его лица никуда не исчезло. — Прошлое не имеет значения. Не для нас. Кем бы ты ни был до нашей встречи — это никогда не повлияет на моё отношение к тебе. Никогда не перечеркнёт того, что ты для меня сделал. — О, Морская звёздочка. — Том приподнялся на локтях и нежно посмотрел на него, прижимаясь щекой к руке, что соскользнула с его волос ему на щёку. — Чем я заслужил такое счастье? — Ты за всю свою жизнь и так уже настрадался и заслужил хоть что-то хорошее, что не надо выгрызать зубами у судьбы. — Голос его дрогнул, пальцы скользнули по линии челюсти. — Я люблю тебя. Том вытаращил глаза, так что это выглядело почти забавно, и на его лице промелькнул калейдоскоп всевозможных эмоций. Шок. Недоумение. Ошеломлённое недоверие. И наконец — робкая радость, будто он не мог до конца поверить, что Гарри не шутит. Юный мерфолк успел заметить лишь малую часть, прежде чем сирена сократил оставшееся между ними расстояние. Поцелуй длился гораздо дольше и был настойчивее того игривого, который Том подарил ему в той маленькой пещерке на рифе. Его губы — мягкие и тёплые — прижались к его губам, пока руки сирены по-хозяйски обнимали его за талию. Было слегка тревожно, но отнюдь не неприятно, когда раздвоенный язык Тома скользнул в его рот, обвиваясь вокруг его языка, дразня и вовлекая в короткий танец с отчётливым привкусом железа. Когда поцелуй закончился, у Гарри закружилась голова и пылали щеки. Том, не разжимая объятий, опустил голову ему на плечо, прижимаясь лицом к его шее. — Я тоже тебя люблю, моё маленькое драгоценное сокровище. Даже зная, что Том всё равно не увидит, Гарри улыбнулся, снова запуская пальцы ему в волосы. — Так… я остаюсь на ночь? Вместо ответа Том крепче сжал его в своих объятиях. Гарри усмехнулся. — Если так, нам нужно поговорить, — сказал он. — Как ты смотришь на то, чтобы помочь мне отомстить Драко Малфою?