Брызги крови на лепестках

*** Новоиспеченный патриций лорд Капканс нервно барабанил пальцами по столу. Да уж, этот сержант-при-оружии оказался более крепким орешком, чем он рассчитывал... Ещё и капитан Карцер сбежал. Правда Капкансу доложили, что он "словно испарился", но он не стал придираться к формулировкам, хотя и не мог взять в толк, с чего тому пришло в голову столь внезапное дезертирство. Возможно, ему стали известны какие-то новые обстоятельства, с которыми стоило считаться... На данный момент таким обстоятельством являлся Джон Киль. О нет, он точно не был простым сержантом, он был опасным элементом, который всё ещё подлежал устранению, однако... Сделать это можно и по-другому. Он вызвал секретаря. – Уведоми о срочном внеочередном совещании всех тех, кто присутствовал на последнем. Они хотели Киля у власти? Они его получат. *** «Этот день был долгим», - подумал Ваймс, запирая за собой дверь своей комнатки. В его крови всё ещё бурлили остатки адреналина. Раздевшись, он рухнул прямо на заправленную постель, понимая, что ему надо поспать хотя бы несколько часов и понятия не имея, как ему удастся заставить себя уснуть. - Добрый вечер, - раздалось рядом с ним, и на фоне луны возник худой силуэт. Ваймс подскочил. - Ты вёл себя очень тихо! – обвиняющим тоном сказал он. - Это преступление, сержант? - Я даже не понял, что ты здесь! - Сочту это за комплимент. Без дальнейших пререканий Ваймс встал и торопливо притянул Ветинари к себе и поцеловал, одновременно проводя руками сверху вниз и обратно. «Вроде бы цел...» - Со мной всё в порядке, - выдохнул ему на ухо Хэвлок, обнимая его в ответ. - Тебя там вообще не должно было быть!.. - Но я оказался не так уж и бесполезен. Убил четверых. Ветинари произнес это таким спокойно-отстраненным тоном, очень напоминавшим свою взрослую версию, что Ваймс не стал это никак комментировать. Он вздохнул и, предотвращая новые разговоры на эту тему, снова потянулся к губам Хэвлока. «В конце концов, как бы это ни было неприятно знать, но он учится на наёмного убийцу, пускай в итоге им и не станет». Хэвлок на этот раз вёл себя более уверенно, с напором вталкивая язык ему в рот, углубляя поцелуй. Его руки беспорядочно скользили по телу Ваймса. Возможно, он тоже хотел убедиться, что его сержант невредим, а возможно – наконец-то отвлечься от этих кровавых будней, далеко не славных революций, игр власти против своего же народа, и просто забыться в объятиях дорогого ему человека. И в этом Ваймс целиком и полностью его поддерживал. Уже без одежды они упали на кровать. Ваймс оказался на спине, Ветинари с довольным видом восседал на его бедрах. Прикусив нижнюю губу, он выгнулся, красуясь, и Ваймс тут же притянул его к себе для нового поцелуя, одновременно обхватывая рукой их возбужденные члены, повторяя прежний сценарий. Но видимо у его молодого любовника были свои планы, потому что толкнувшись несколько раз ему в руку, тот переместился так, чтобы член Ваймса оказался между его ягодиц. Потершись об него и заставив Сэма застонать сквозь зубы, он приподнялся, отталкивая руку партнёра и беря его член в свою, так восхитительно сжимая, и направляя прямо в... Последние соображающие клетки мозга Ваймса дали ему подзатыльник и он резко сел, отодвигаясь. - Эй, погоди, погоди... - Что? – раздраженным тоном поинтересовался Хэвлок. - Мы не будем делать это... так. - Я думал, тебе нравится, - многозначительно посмотрел тот на эрекцию Ваймса. И дальше, почти с мальчишеской обидой в голосе продолжил: - Нет, я уверен, что ты хочешь этого, так же как и я, так в чём проблема? «Во мне?» - повисло между ними в воздухе недосказанным. Ваймс вздохнул. Сейчас было явно неподходящее время для лекции на тему комфортного секса, поэтому он решил ограничиться сжатой версией и последующей демонстрацией. - Ну конечно же я хочу тебя, - пробормотал он, легко касаясь губами сжатых губ напротив. Добившись, чтобы Хэвлок немного расслабился, он продолжил: - А ещё я хочу, чтобы тебе было хорошо. - Но... - Просто позволь мне позаботиться о тебе, - мягко перебил его Ваймс. И заглушая дальнейшие возражения пылким поцелуем, перевернул его на спину. *** Теоретически Хэвлок понимал, что имел ввиду Киль. Но он хотел сам контролировать ситуацию и видеть, как сержант теряет от него голову, а в итоге оказался лежащим на спине с раздвинутыми ногами, словно какая-то девица... Впрочем нет, оборвал он себя. Джон так поступил как раз таки потому, что Хэвлок не был для него очередной... одним словом, ему было не наплевать. И это чувствовалось в каждом его действии. Киль потянулся к стоящей на тумбочке масляной лампе, представлявшую собой глиняную плошку с плавающим в масле фитилем. Зажигать её не было нужды, луна ярко светила в окно сквозь неплотно прикрытые шторы, так зачем же... «О», - успело пронестись в его голове, когда скользкий от масла палец, немного покружив у входа в его тело, плавно толкнулся внутрь, почти не встретив сопротивления. - Порядок? – негромко спросил его Джон. Хэвлок кивнул и мысленно порадовался, что под слоем маскировочной краски на лице не видно румянца, который сейчас без сомнения заливал его щеки. Через несколько движений к первому пальцу присоединился второй и Хэвлок прерывисто вздохнул, прикрывая глаза и стараясь не ёрзать. Ощущения были странными, но не плохими. Согнув ноги в коленях для лучшей опоры, он стал сам немного подаваться навстречу, покачивая бедрами в плавном темпе. Киль одобрительно что-то пробормотал и, поцеловав внутреннюю сторону его бедра, обхватил ладонью его член, нежно лаская. Хэвлок выгнулся, приглушенно застонав в ладонь, и почувствовал, как в его тело входит третий палец. Теперь чувство наполненности стало более ощутимым. Хэвлок непроизвольно сжался, глубоко дыша через нос, стараясь расслабиться. Должно быть, Джон заметил перемены в его поведении, потому что потянулся к нему и, отняв руку от его лица, страстно поцеловал, отвлекая от неприятных ощущений. Обведя напоследок большим пальцем головку члена, мужчина переместил руку ниже, бережно сжимая мошонку. Никто никогда не касался Хэвлока... так. Так интимно, так чувственно. Да он бы никому и не позволил, потому что проявление слабости в любом её виде было недопустимо. Только вот Джона, казалось, искренне восхищало то, как Хэвлок реагирует на его ласки. И он на самом деле стремился сделать ему хорошо. И словно в подтверждение его мыслей, Киль согнул пальцы внутри него. А вот это действительно было хорошо. Хэвлок застонал в поцелуй, насаживаясь на пальцы внутри него до упора. Он снова и снова вскидывал бёдра, чтобы чувствовать это сладкое ощущение, заставляющее пробегать по его нервным окончаниям невидимые искры. И отстраненно порадовался, что Джон не касался сейчас его члена, иначе всё могло бы закончиться позорно быстро, как в прошлый раз. Киль тем временем переместился так, чтобы оказаться перед Хэвлоком, но прижимать его к постели не стал. Вместо этого он закинул одну ногу Ветинари себе на плечо и, вытащив пальцы, осторожно толкнулся внутрь. Наконец-то. Мужчина двигался в нём медленно, давая привыкнуть к себе. Он ласково провел вдоль его члена по напряженному животу, огладил выступающие рёбра, а затем потер между пальцами один из сосков, заставляя Хэвлока подавиться воздухом и выгнуться. Постепенно тянущий дискомфорт отступал и, приподнявшись, он стиснул руки на бедрах сержанта, потянув их на себя и надеясь, что его просьба будет понятна без слов. Увеличивая ритм, Киль нагнулся, чтобы поцеловать его шею, сначала легко, а затем ощутимо прикусывая тонкую кожу. Угол проникновения тоже изменился и теперь член партнера задевал то самое место внутри, заставляя Хэвлока извиваться и насаживаться сильнее, вырывая неконтролируемые стоны, которые он пытался заглушить тыльной стороной кисти. В какой-то момент, не выдерживая, он схватил было свой член, но тут же убрал руку, не зная, насколько будет уместно ласкать себя при любовнике. Киль тут же вернул его руку обратно, накрывая сверху своей и целуя снова, и снова, и снова, заставляя задыхаться от такой головокружительной страсти. Разорвав поцелуй, Хэвлок впился зубами в шею сержанта и с удивлением расслышал, как тот тихонько стонет его имя. Это стало последней каплей для его затуманенного возбуждением разума, и с глухим вскриком чистейшего наслаждения он кончил. *** - Что это? – нарушил тишину Хэвлок, глядя на запястье мужчины, на котором висел пресловутый браслет. - Это м-м-м... прибор, который вернет меня обратно во времени, - ответил Ваймс, подавляя зевок. – Только ты не пугайся, когда увидишь моё тело. В смысле, не моё, а того, которого... э-э-э... выдадут за меня... - Что? Ваймс почесал затылок, чувствуя, что снова ступает на скользкую почву. - Понимаешь, Джон Киль должен был умереть на глазах всех двадцать пятого мая. Я же попросил отсрочку, но для истории это ничего не меняет. Киль будет мёртв так или иначе, просто с опозданием на две недели. - Но ты же вернешься в своё время... Следовательно, там ты известен под другим именем? Ветинари всегда умел попадать в цель. Ваймс вздохнул. - Да. Но больше я и правда не могу тебе ничего рассказать, прости. Просто если мы не успеем попрощаться, то знай, что где бы не обнаружат моё тело, это буду не я. Этот человек уже мертв, просто хранится как будто вне времени, а больше я тебе ничего не объясню, даже если бы и сам понимал в этом. Хэвлок задумчиво провел кончиками пальцев по его лицу, словно пытаясь запомнить каждую черточку. Ваймс крепче стиснул его в своих объятиях и поцеловал в висок, стараясь не думать о том, что Ветинари теперь будет пытаться разыскать Джона Киля, а значит шансы, что патриций со своим командором будут вместе, когда он вернётся, практически равнялись нулю. *** На следующее утро к штабу Стражи подкатила черная карета. Хэвлок предупредил Ваймса, что Мадам хочет с ним поговорить, поэтому тот был готов. Отдав оставшимся стражникам распоряжение патрулировать ближайшие к участку улицы, но сильно не высовываться и не ходить поодиночке, он открыл дверцу и сел. - Доброе утро, Джон, - поприветствовала его Мадам. Карета тронулась и неспешно покатила по улице. – Разрешите мне первой поздравить Вас с занятием должности Главнокомандующего Стражей. Если Вы согласитесь занять этот пост, конечно. Не обращая внимания на то, как вытянулось лицо Ваймса, она продолжила: - Знаю, Вы настаивали, чтобы патриций сделал это предложение лично, однако его светлость предпочел назначить главным информатором меня. Как и одним из советников. - Но разве мы не во дворец сейчас едем? – спросил Ваймс и тут же добавил: - Если да, то я выхожу, потому что простите мою прямоту, но это было бы слишком легкой ловушкой. Мадам лучезарно улыбнулась ему. - Нет, считайте, что мы просто совершаем... приятную прогулку. В ходе которой я ввожу Вас в курс дела. «Капканс не хочет встречаться со мной лично... Боится?» - То есть он вот так вот, с ничего, после того, как послал Неназываемых за мной, резко взял и передумал? - Я понимаю, к чему Вы клоните, Джон. Полагаю, что Вы показали себя как сила, которую так легко не спишешь со счетов. Тем более что за Вами идут люди, как выразился один из докладчиков. - Может потому что я не стреляю в них после того, как объявляю амнистию, - с сарказмом заметил Ваймс. Мадам вздохнула. - Поверьте, мне это нравится не больше, чем Вам. Патрицием были сказаны на совещании слова, которые наталкивают на определенные мысли... - ...что кандидат оказался не так уж и хорош? - Я и не думала, что он будет хорош. Повторюсь, я считала его корыстным напыщенным идиотом, но мы не ожидали, что он захочет... поиграть во власть. «Вы всерьёз думали, что человек с прозвищем «Психопатический» будет чьей-то марионеткой?» - подумал про себя Ваймс, но потом спохватился, что это прозвище пока ещё даже не было придумано. Вслух же он сказал: - Так или иначе, но я не буду одной из его игрушек. И чьей бы то ни было тоже. - Но всё же, если Вы примете предложение возглавить Стражу, сделать это возможно только при выполнении ряда условий. И можете мне поверить, я пыталась смягчить их, как могла. Ваймс криво улыбнулся. Куда же без ложки дегтя в бочке меда. Только в этом случае вместо ложки собирались влить скорее пару ведёр. - Я слушаю, - сказал он, сцепив пальцы в замок. - Лорд Капканс полагает, что Вам захочется сделать реорганизацию личного состава. - Чертовски верно, - буркнул Ваймс себе под нос. Потому что головорезы должны были находиться по другую сторону решетки, черт возьми. - Он разрешает внести изменения в личный состав, но количество людей не должно превышать определенное число, о котором Вас будет уведомлено дополнительно. Что касается явных шпионов, то в каждом участке будет по одному-два человека, которых отберет сам Капканс. Тайные шпионы также будут пытаться устроиться, но Вы и без меня знаете, что с ними делать. Ваймс кивнул. Некоторых придётся принять и делать вид, что он им доверяет, а на деле сливать левую информацию. Внезапно на один момент он почувствовал себя на месте взрослого Ветинари и подавил смешок. Затем он кое-что вспомнил. - А что насчёт Ржава? - Переведут на армейскую должность. Будет в так сказать элитном полку его светлости. - Главное, чтобы не в моём участке. - Кстати об этом: Вы, без сомнения, захотите переехать в... - Нет, - отчеканил Ваймс. - Я остаюсь в штаб-квартире Ночной Стражи. Мадам пожала плечами. - Как Вам будет угодно. Докладывать о Вашей работе будете мне лично раз в сутки, но это будет формальностью для отвода глаз. Если возникнет необходимость в частной аудиенции, то всегда можно связаться через Хэвлока. Через него же я смогу и предупредить Вас в случае опасности. Ваймс закашлялся, радуясь, что в сумраке кареты не видно его лица, но, кажется, он только что выдал себя с головой. В любом случае, он был очень рад, что не последовало никаких дальнейших расспросов, потому что фраза «Мадам, я сплю с Вашим племянником» определенно была в тройке тех, которые он не произнес бы вслух даже под прицелом арбалета. – Так когда я могу приступить к выполнению служебных обязанностей? - В случае Вашего положительного ответа, а насколько я понимаю, он именно таков, то немедленно. Мои поздравления, командор Киль. Город верит в Вас. Когда карета остановилась и мужчина вышел, Мадам совершенно не по-светски хихикнула. «Как он очаровательно засмущался и попытался перевести тему. Как будто я не знаю, что между ним и Хэвлоком... увлечение».