Вспоминай меня, если хочешь

- Лето проводило нас ливнями и грозами, и вот мы уже бежали на тренировку под проливным дождем, прикрываясь моей курткой. Мы смеялись, шлепая по лужам, перекрикивая шум воды и проезжающих рядом машин. Помню, что не доходя до спортивного центра мы свернули в какую-то подворотню и долго целовались, несмотря на капли, скатывающиеся за шиворот по спине, и насквозь мокрые кроссовки. В зал мы вбежали, когда Мария Юрьевна уже начала разминку. Тогда я сразу почувствовал, как изменился Антон под взглядами сокомандников. Он сразу стал спокойнее, равнодушнее, что ли. Словом, будто мы не провели это лето вместе, будто мы даже друзьями не были. Но я знал, что он переживает за нашу тайну, так что постарался не принимать это близко к сердцу. К тому же, после тренировки все было нормально, он проводил меня до дома, долго обнимал в парадной, по пути вновь был веселым и открытым. Первую неделю тренировок я спокойно терпел его холодность в зале, невзирая на то, что там он просто игнорировал мое существование, но на воскресной тренировке произошла ситуация, после которой я не смог молча проглотить обиду…

***

Растяжка была одним из любимых моментов Арсения на тренировках. Каждое воскресенье тренер выделяла на неё час. Растягивались они под музыку, и Марина Юрьевна часто спрашивала у ребят, какие песни ставить. Этот раз не был исключением, хореограф включала композиции, которые просили девочки, а потом подозвала к себе Веру, отдала ей телефон и вышла на обед. Отвечая за музыку, девушка решила составить плейлист, добавляя туда по одной песне от участника команды. Когда очередь дошла до Арсения от уже знал, что попросить. - «Когда ты грустишь», Flëur, - уверенно сказал он. В этот момент он не рискнул смотреть на своего парня, осознавая, что со своей паранойей тот может испугаться, что все окружающие сразу догадаться об их отношениях, но был уверен, что Шастун понял недвусмысленный символизм этой песни, под которую они танцевали ночью. Брюнет попросил эту песню для Антона, при этом никак не ожидая услышать за спиной сдавленный смешок Кирилла: - Серьезно? Вот это выбор, Попов, браво, - парень саркастично захлопал в ладоши, - здорово, что ты перестал скрывать своей ориентации. Тут захихикали уже все, но Арсения ни капельки это не задело. Он привык к дурацким подколам Кирилла и компании, а также к коллективному смеху. Поэтому он усмехнулся, поворачиваясь к парню и собираясь ответить на эту глупую шутку, но остановился с открытым для едкой фразы ртом, увидев рядом с Кириллом Антона. Парень смеялся вместе со всеми, опираясь на плечо стоящего рядом Влада, который шептал что-то Шастуну на ухо, при этом кивая головой в сторону Арса. - ну что ты, Арсений, мы не осуждаем, - продолжал гнуть своё Кирилл, но брюнет слушал его вполуха, все его внимание было приковано к Антону, - хорошо, что ты признался. Главное к нам не приставай, мы больше по девочкам все таки. А, Антон, не трогает он тебя? а то ваш дуэт вызывает у нас кучу вопросов. Так много поддержек. Смотри, как бы он не переманил тебя на свою сторону. Антон выпрямился, держась рукой за живот и пытаясь ответить, сквозь смех: - Нет уж, Кирилл, я на голубую сторону ни ногой, - все снова рассмеялись. Арсений почувствовал, что в глазах предательски защипало. Зачем он только попросил включить эту глупую песню? Кого он хотел ей порадовать? Кому хотел напомнить о своих чувствах? И кто стоял перед ним сейчас, кто этот бесчувственный и надменный парень? Он молча развернулся и быстрым шагом направился к двери. Сейчас он хотел оказаться как можно дальше отсюда. И желательно, как можно раньше, год назад, чтобы снова ненавидеть этого новенького. Но сейчас он уже не мог сделать этого. Сейчас он любил, и эта любовь стремилась оправдать Антона, но кроме того причиняла огромную боль. Обычно девчонки плачут в туалетах или на лестничных клетках, у Арсения же было другое место для уединения и слез. Захлопнув дверь зала, он пробежал по длинному коридору и завернул в небольшую нишу в стене, обогнув стоящий там старый холодильник и забившись в пыльный угол за ним. Слёзы потекли по щекам и Арсений никак не мог заставить себя успокоиться. Эту жестокость Антона он никак не понимал. Парень уткнулся лбом в колени и дал волю эмоциям. Попов не знал, сколько времени прошло, но кто-то вдруг осторожно коснулся его плеча. Немногие знали про это место, так что Арсений не сильно удивился, когда увидел перед собой Веру, сидевшую на корточках и облокотившуюся о пыльную стенку холодильника. - Он тебя ищет, - начала девушка. Это были первые слова, обращённые к нему вне тренировочного зала с того момента, как они поругались прошлой зимой из-за отказа Антона, - думаю, ему неловко, что он смеялся над тобой. Гей же он, а не ты. Кажется, он сильно переживает теперь. Вы же друзья, да? Не понимаю, почему он так набросился на тебя… Вера говорила быстро, задавая кучу вопросов и делая неверные выводы, но Арсений вдруг ужасно обрадовался, что она сейчас здесь. Она была единственная, кто не смеялся над ним в зале. Брюнет шмыгнул носом у улыбнулся ей. Девушка разом замолчала и потупила глаза, нервно покручивая кольцо на пальце. - Ты извини меня, Арс. Мы с тобой столько лет были друзьями, а эта глупая ссора… я была очень зла тогда, мне казалось, что ты променяешь меня на Антона, что ты нашёл себе нового друга. А он ещё и отшил меня, - Вера невесело усмехнулась, - я слишком избалованна и привыкла получать все, что захочу. Но всё лето я думала о том, что мы потеряли нашу дружбу по какой-то глупый, несущественной причине. И сегодня, когда я увидела, что они все смеются над тобой… я была так зла! Я сказала, чтобы они все заткнулись и сразу побежала искать тебя, но не сразу вспомнила, про это наше место. Так что там, в коридоре, встретила Антона. Он казался расстроенным и возможно даже испуганным? Но я не сказала, что ты можешь быть тут, подумала, что ты может и не хочешь видеть его. Арсений снова почувствовал подступающие слёзы. Однако сейчас он хотел плакать не из-за Антона. Подумать только, за это время столько всего произошло в его жизни, что он и не вспомнил про свою лучшую подругу, и не думал о том, что они прекратили общаться. Но сейчас он ясно ощутил, как не хватало ему Веры все это время. Парень приподнялся, пододвинулся к девушке и крепко обнял ее. - спасибо, - прошептал он, - извини, что я не пытался помириться с тобой. Мы можем снова быть друзьями? Мне не хватает твоей болтовни и сплетней обо всех на свете, - Арсений говорил шутя, но относительно возрождения их дружбы был абсолютно серьёзен. Вера мягко улыбнулся и ткнула его в бок. - не упустишь возможности намекнуть на мою болтливость и легкомысленность, Сеня? И это твоя благодарность за то, что я сказала Кириллу все, что о нем думаю, когда ты не смог постоять за себя? - девушка обхватила брюнета руками и сжала в крепких объятиях, - теперь тебе надо подниматься и искать Антона, друг мой. Иначе мы опять останемся вдвоём, а я так и не научусь делить тебя с кем-то. Что же мы будем делать, когда у тебя появиться девушка. Ну, беги, и пусть этот неуверенный в себе гей хорошенько извинится за своё поведение! Вера подтолкнула Арсения, помогая ему встать, и брюнет, благодарно улыбнувшись ей, протиснулся между стеной и холодильником и скрылся из виду девушки.

***

Он нашёл Антона в раздевалке. Тот сидел там один, уже переодевшись в джинсы и толстовку, запрокинув голову и закрыв глаза. Услышав шум, шатен поднял голову и громко вздохнул, остановив взгляд на Арсении. Оба молчали, ожидая, что другой начнёт первым. Попов осознавал, что он не виноват ни в чем, поэтому не произносил ни слова, справедливо полагая, что извиняться должен Антон. Наконец, тот собрался с мыслями и сказал: - извини, Арс… я не знаю, что на меня нашло. Все произошло так быстро, когда ты назвал эту песню я испугался, сам не знаю чего. Будто ты вынес что-то наше, личное на всеобщее обозрение. Будто показал всем часть наших отношений, - Антон прикрыл глаза. Арсений подумал про себя, что все оказалось ещё хуже, чем он считал. Шастун видел намёк на их отношения везде и впадал от этого в панику. - ты смеялся надо мной, - прошептал он, - а я лишь хотел показать тебе, что несмотря на окружающих я думаю о тебе. Я хотел, чтобы ты почувствовал мою любовь, не смотря на то, что вокруг нас много людей. Черт возьми, да находиться с тобой в зале просто невыносимо. Ты так зациклился на тайне наших отношений, что ведёшь себя, будто мы враги, и ты ненавидишь меня! Арсений от злости ударил рукой в железный ящик. Антон встал и нерешительно протянул к нему руку. - Арс, - только и сказал он, делая пару шагов вперёд и касаясь плеча парня, - пожалуйста, прости меня. Я ужасно поступил с тобой, но все смотрели на меня, они ждали, что я буду смеяться, и я засмеялся. Я никогда больше не поступлю так. Прости, прости, прости… Арсению показалось, что Антон сейчас заплачет, и он правда был близок. Брюнет не знал, насколько правдивы обещания Шастуна, но чувствовал его искреннее раскаяние и знал, что уже простил его. Поэтому, когда Антон сделал ещё один шаг к Попову и прикоснулся с его губам, брюнет не видел другого выхода, кроме как ответить на поцелуй.

***

- этого больше не повторилось? - спросила Юля. Ей было непонятно такое лёгкое прощение со стороны Арсения Сергеевича. Она бы навряд ли так легко отпустила эту ситуацию. - повторилось, конечно. Возможно, не в таком масштабе, но то и дело Антон вёл себя совершенно иначе, нежели наедине со мной. Возможно, это его желание не попасться и погубило все в итоге. В лицо он больше не смеялся надо мной, когда Кирилл или Влад пытались меня задеть, но он общался с ними на перерывах и, я думаю, они иногда обсуждали меня. Со мной на тренировках он старался не контактировать, хотя уходили мы всегда вместе. - а что произошло у вас с Верой после этого разговора? - подала голос Яна. - мы стали налаживать общение. В первую очередь она рассказала мне все свои новости за последние полгода, а затем долго пытала, в особенности на счёт личной жизни, чем очень нервировала Антона, но я убедительно говорит ей, что ничего у меня за это время не изменилось. А ещё Веру удивляло поведение Шастуна. Стараясь вести себя не как мой парень, он временами вёл себя странно, чем привлекла ещё больше внимания к нашим взаимоотношениям. В итоге я вроде как убедил Веру, что мы друзья, и что вот так не общаться в зале - это нормально, потому что здесь мы в первую очередь танцоры.