А3-21

Мали с досадой пересчитала скопленные за почти три недели работы крышки и устало опустилась на продавленный крутящийся стул. Престон сразу предупредил, что платить больше, чем две сотни в неделю, не сможет. Этого впритык хватало на нехитрое питание, да немного патронов. Хорошо хоть Престон в итоге разрешил девушке ночевать в клинике, если кому-то из пациентов не требовалась госпитализация. Покупать койку в местном «отеле» каждый день выходило бы слишком накладно. А в общей комнате из-за большого количества желающих халявного места люди спали по очереди, ожидающие от безысходности устраивались часто прямо на полу. Да и обворовать там могли на раз-два. Мали накануне спускалась в магазин к местным оружейникам Снаряду и Шрапнели. Оба мужчины сразу же не понравились ей. И в том и в другом были черты, слишком уж напоминавшие девушке тех, от кого она с таким трудом бежала, придя в итоге в Ривет-Сити. Грубость, хамство, бесцеремонность, сальные взгляды. Впрочем, Снаряд был еще ничего. Молча осмотрел принесенное оружие и озвучил цену за ремонт. Мали, услышав цифру, с тяжелым сердцем попросила рассрочку, предчувствуя, как еще ей аукнется это решение, однако, другого выбора не было. Шрапнель же, поняв, что у девушки не было столько денег, на полном серьезе предложил ей расплатиться собой и громко неприятно ржал в спину, когда возмущенная Мали в бешенстве выскочила обратно в коридор. Черт. На рынке вечером командир Дэнверс объявила о формировании группы для завтрашнего отстрела болотников, вновь проникших на нижние уровни авианосца. За участие была назначена награда в три сотни крышек, однако, видимых желающих все равно не нашлось, и Дэнверс ушла с пустым списком. Дело, судя по всему, было весьма не из лёгких, хоть и весьма востребованным. Как потом поняла Мали, на отстрел все равно отправят отряд из охраны, однако, местных и пришлых обитателей авианосца все равно звали принять участие, чтобы хоть немного уменьшить риски потери среди своих. Даже оплачивали, однако, многие предпочитали иметь дело с набегавшими периодически рейдерами, чем лезть в гнездо мутантов. Один этот факт заставлял здорово задуматься о таком способе заработка, однако, желание побыстрее рассчитаться с оружейниками давило сильнее, чем голос рассудка. — Можно? — Мали, негромко постучав, осторожно заглянула в небольшой закуток, именовавшийся кабинетом отдела безопасности, рассчитывая увидеть Дэнверс. Однако, вместо неё за письменным столом девушка увидела Харкнесса, склонившегося над какими-то листами. Шериф поднял глаза на вошедшую и вопросительно приподнял брови. — Что-то случилось? — устало поинтересовался он, — Если проблемы с кем-то из местных, можешь обратиться к патрульным. — Да нет, с этим порядок, — слегка смутившись, пробормотала в ответ Мали и покосилась на разложенные листы на столе. Под теплым желтым светом настольной лампы с расстояния удалось разглядеть какие-то чертежи, — Хотела записаться добровольцем на завтрашний отстрел. Харкнесс с удивлением уставился на девушку, а затем вздохнул и выключил лампу. Кабинет остался освещен лишь единственным слабым спотом в потолке. — Зачем тебе это? — поинтересовался шериф, поднимаясь на ноги, — Это опасная работа. Я не беру девчонок в команду. — Кажется, ты недавно говорил, что могу взяться, если готова рискнуть головой, — ответила Мали, упрямо продолжая стоять на пороге. Харкнесс издал еще один вздох. — Можешь считать, что я просто пытался взять тебя на понт, только и всего. Возвращайся к себе. — Эй, так не пойдёт, — уперлась девушка, — Мы же с болотниками не в рукопашную собираемся драться. А держать в руках оружие я умею, поверь. — Верю. Если бы не умела, не дошла бы до Ривет-Сити живой, — с иронией в голосе откликнулся Харкнесс, — Но я, кажется, ясно выразился. Нет. Мужчина подошел к Мали, ясно давая понять, что пора выметаться. Та сделала шаг назад, удерживая безопасную дистанцию между ними и предприняла еще одну попытку убедить шерифа. — Послушай, мне очень нужна работа, — произнесла девушка, почти с отчаяниям заглядывая в холодные глаза начальника охраны, — Дэнверс не говорила, что требуются только мужчины на эту вылазку. Вам нужны еще бойцы? Я готова идти. За свою голову буду отвечать сама. Ну что, согласен? Харкнесс с минуту сверлил её оценивающим взглядом. Затем молча подошел обратно к столу и включил лампу. — Ты когда-нибудь сталкивалась с болотниками в бою? — спокойно поинтересовался он, очевидно, решив обосновать свой отказ теперь уже с другой стороны. Мали отрицательно качнула головой. Взгляд шерифа приобрел оттенки усталой безнадежности. — Это членистоногая здоровая тварь, обладающая крепким панцирем и клешнями, как у крабов. Хитин панциря очень прочный даже для пуль, а из захвата клешней выбраться практически невозможно. Если болотник утащит тебя под воду, никто из нас не сумеет помочь, поэтому близко подпускать их тоже нельзя, — на этом месте Харкнесс сделал выразительную паузу и внимательно взглянул на хмуро слушающую его девушку, — Морда — единственное незащищенное место, но по ней ещё нужно суметь попасть. Все еще уверена, что хочешь пойти? Мали, упрямо сжав губы, кивнула. Шериф, мысленно наверняка уже окрестив её сумасшедшей, пододвинул к ней листы, вблизи оказавшиеся старым потемневшими от времени схемами корабля. — Болотники предпочитают обустраивать гнезда в темных влажных местах рядом с открытыми водоемами. На авианосец они то и дело пытаются пролезть на нижнюю палубу в месте разлома корпуса. Это здесь, — шериф отметил слегка затупившимся карандашом место на чертеже, — Возможно, ты обратила внимание на отломившийся нос корабля когда подходила к городу. Он наполовину затоплен и непригоден для жизни, поэтому именно там и расположено большинство гнезд. Однако, пробраться для зачистки внутрь не представляется возможным. Разлом произошел в одном из коридоров. Чтобы пробраться в носовую часть, кто-то должен нырнуть в Потомак и найти продолжение коридора, ушедшее под воду. Еще есть дверь с уцелевшей внешней стороны, но она наглухо заблокирована изнутри и не поддается взлому. Поэтому нам остается лишь время от времени зачищать нижние уровни и береговую линию. Мали вновь кивнула. Харкнесс, с легким сожалением поняв, что девушку отговорить так и не удалось, задал другой вопрос: — Оружие у тебя свое есть? Можешь взять из нашего, но оплата будет меньше, сделаем пересчет по потраченным патронам. — Есть пистолет, — спохватилась Мали, отцепив с пояса оружие и показывая шерифу, — Еще есть автомат. Но если с боеприпасами поможете, будет куда лучше. Харкнесс бегло оглядел пушку. 10-мм пистолет, ничего особого. Можно будет даже не пересчитывать, патроны на такие были многочисленными и самыми дешевыми, единственные из всех продававшиеся упаковками, а не поштучно. — Хорошо, я дам тебе два полных магазина на него. Остальное, что потребуется, достанешь сама. Обязательный инструктаж завтра в девять, так что не советую опаздывать. — Так точно, — иронично буркнула Мали и развернулась к двери. Крышки на Пустошах легко не давались, это она уже отлично усвоила. Отпроситься у Престона оказалось легче, чем это представлялось изначально по опыту со смотрителем. Мали, на неожиданно взыгравших к утру нервах от предстоящего дела, подскочила ни свет ни заря. Умылась ледяной водой в пустой клинике, убрала волосы в хвост, с досадой отмечая, что несколько месяцев жизни на постъядерной поверхности не прошли бесследно. В ладони остался темный пучок. Завтракать в такую рань было негде, кроме как «отеля Уизерли», однако, тамошние расценки для девушки были не по карману. Плюнув на медленно начинающий подтачивать голод, Мали прошла к КПП, где должен был проходить сбор и инструктаж. Если повезет, успеет до прихода группы перехватить что-нибудь в «Галере Гэри». Коридоры были пусты, если не считать неторопливо патрулирующих палубу охранников. Площадка у КПП встретила девушку утренними заморозками. Куртка Буча оказалась весьма кстати, хоть и не особо грела. Мали, стараясь не стучать зубами, тоскливо глянула на экран пип-боя. Отец сбежал из убежища в ночь на 17-е августа. Сегодня на календаре было уже 20-е ноября, а она по-прежнему не нашла ни одной зацепки помимо слов доктора Ли о мемориале Джефферсона. К удивлению девушки, на КПП она оказалась не одна. Шериф стоял у перил с термокружкой из нержавейки в руках и сосредоточенно высматривая что-то на берегу. Завидев кутавшуюся в длинную мужскую кожанку Мали, Харкнесс приветственно кивнул. — Доброе утро, — буднично произнес мужчина, — Всё-таки решила идти. — Я редко меняю принятые решения, — попыталась выдавить из себя улыбку Мали. Изо рта вырывались едва заметные облачка пара. Значит, температура снаружи упала уже до нуля, но ближе к обеду обычно становится несколько теплее. Ничего, согреется на отстреле. Главное, переждать инструктаж на таком дубаке. — Это хорошо, если решения мирные, — сухо поддержал беседу Харкнесс и отпил из своей кружки. Из термоса потянуло знакомым теплым ароматом растворимого какао, напомнившим о пробуждении в казармах пару недель назад. Гадость всё-таки редкостная, однако, сейчас на голодный желудок запах воспринимался почти вкусным. Отойдя на пару метров, чтобы не дразнить себя, Мали тоже окинула взглядом пустынный разрушенный и обмелевший берег. Холодный колючий ветер безжалостно трепал кожу на лице. — Я бы рекомендовал одеваться теплее, — вновь подал голос Харкнесс, очевидно, заметивший легкую дрожь девушки, — Не только на сегодняшнюю вылазку. Морозы скоро будут только усиливаться. Если есть, чем утеплиться, у тебя еще есть время сходить, пока ждем остальных. Мали отрицательно мотнула головой, с тоской прикинув, что помимо оплаты ремонта придётся ещё потратиться сверху на зимнюю одежду. Осадков за осень практически не было, снега, судя по всему, па Пустошах и вовсе не бывает, но из-за истонченной ядерными выбросами атмосферы перепады сезонов здесь ощущались намного острее, чем должны были, если судить по лекциям мистера Бротча. Харкнесс лишь вздохнул на её ответ. Новенькая не казалась совсем уж беспомощной, но во многих бытовых вопросах была, как слепой кутенок. Удивительно, как вообще умудрилась дожить до своих лет. — Держи, — он протянул ей свою кружку, искоса глядя на профиль девушки, — Хоть немного согреешься, пока ждем. Мали с удивлением взглянула на него, а затем осторожно, почти боязливо коснулась теплого корпуса. — Спасибо, — коротко произнесла она и, смущенно отведя взгляд, сделала пару глотков. Губы Харкнесса тронула легкая, почти незаметная улыбка. — Слушаем внимательно план действий, — позже, когда остальные вызвавшиеся на зачистку бойцы подтянулись на КПП, произнес шериф, — Делимся на группы по два человека. Один впереди, второй прикрывает спину. Идем как можно тише, во время передвижения ни слова. Общаемся с помощью условных сигналов. Болотники очень чутко реагируют на любой шорох и скорее всего узнают о нашем присутствии куда раньше, чем мы их вообще обнаружим. Эти мутанты открыто нападают лишь в непосредственной близости к кладке, в остальных случаях предпочитает затаиться, особенно если рядом водоем. К глубинам ближе, чем на метр не подходить — есть риск, что вас утащат, — Харкнесс сделал выразительную паузу и обвел глазами всех присутствующих, всего шесть человек, — Стреляем в морду, на панцирь патроны на расходовать. Если кого-то из вас уцепил болотник, постарайтесь высвободиться до того, как вас потащат к воде. Если одного утянули под воду — следом никто не идет, как бы это сейчас ни звучало. Слишком высока вероятность, что со дна набегут еще, и вместо одного мы в этом случае потеряем двух и больше бойцов. Вопросы? Вопросов ни у кого не оказалось. Судя по реакции, откликнувшиеся на призыв Дэнверс уже неоднократно выходили на зачистки, и подобные объяснения для них были скорее формальностью, чем условием выживания. Следом быстро отработали те самые условные жесты. Затем шериф разбил присутствующих на двойки, стараясь более опытных ставить с новичками, а также учитывая имеющееся у них оружие. Мали, как и предполагалось, оказалась единственной девушкой в группе. Ей достался в качестве напарника молодой светловолосый парень из службы безопасности, с интересом рассматривавший её весь инструктаж. — Ты еще можешь отказаться, — произнес Харкнесс, подходя в конце к Мали и протягивая ей обещанные накануне две обоймы, — Я пойму. Девушка убрала полученное во внутренний карман кожанки, чтобы не потерять. — Не откажусь. Харкнесс кивнул и, выразительно глянув на её напарника, ушел вперед. Группа гуськом прошла в сторону лестницы и начала неторопливо спускаться на нижнюю палубу, доступ на которую был специально ограничен лишь помещением бара. Электричества внизу, в запертых коридорах, практически не было, очевидно, из-за затопления. Харкнесс и еще несколько мужчин, идущих впереди, достали фонари. Мали, с сомнением взглянув вперед, включила фонарь на пип-бое. — Занятная игрушка, — тихо произнес её напарник, с любопытством глянув на устройство, — Где такую нашла? — Подарили на десятилетие, — бросила в ответ девушка, — Нам разве не нужно молчать здесь? Нижняя палуба выглядела совсем заброшенной и нежилой. Наверное, так должны были выглядеть убежища, которые уже покинули их резиденты. Темными, пустыми, угрожающе тихими. — Мы пока еще в безопасной зоне, — парень кивнул на также негромко переговаривавшихся бойцов впереди, — Эти коридоры мы зачистили еще месяц назад. Ты же недавно в Ривет-Сити? — Бинго, — хмуро откликнулась Мали, совершенно не разделяя подозрительно легкого настроя напарника. Мерный плеск воды где-то снаружи и тяжелый ржавый скрип лишь подвинчивали её нервы, заставляя крепче сжимать пистолет с осознанием того, насколько он был смешон по сравнению с вооружением других членов группы, — Ты так много болтаешь. Парень с раздражающим вниманием вновь глянул на неё, а затем вдруг заразительно улыбнулся. — Не бойся, я же здесь, чтобы прикрыть тебя. Как твое имя? Это же ты наш новый доктор… Харпер, кажется, да? Уголки губ слегка вздрагивают в ответной улыбке, несмотря на старания девушки подавить её. — Да. Меня зовут Мали. — Уилл Коулман, — представился в ответ напарник, а затем продемонстрировал собственный модифицированный автомат, — Мы сегодня с бронебойными, так что можешь не переживать так сильно. Шеф тебе, кстати, тоже такие дал на твой 10-мм. Просто держись рядом и стреляй строго по сигналу. Он снова улыбается и ободряюще подмигивает. И сразу же затыкается, как и другие, стоило им подойти к двери в конце коридора. Харкнесс дал сигнал остановиться и с явным трудом повернул гермозатвор. За дверью был еще один коридор, уже полностью лишенный какого-либо освещения. Сразу пахнуло тяжелой сыростью. Мали быстро отключила затрещавший счетчик Гейгера и впилась взглядом в спину шерифа впереди. Харкнесс бесшумно ступал впереди, чутко прислушиваясь к любому шороху и удерживая наготове автомат. Следом за ним чуть в стороне шагал его напарник. Мали шла в хвосте, не сводя с темного силуэта шерифа глаз и ощущая, как её собственное сердце колотится так, что гулкий стук отдавал в ушах. Первых мутантов они встретили буквально за ближайшим поворотом. Болотники при приближении издавали характерное стрекотание, в темноте звучащее особенно пугающе. Узкие коридоры авианосца, в которых невозможна была какая-либо маневренность, в этот раз сыграли им на руку. Болотники не умещались в проходе полностью из-за широкого размаха клешней, а потому первых двоих удалось застрелить без особых проблем. Трое мужчин, склонившись над громоздкими телами, достали ножи и начали с усилием вскрывать хитин. Мали с легкой тошнотой внутри смотрела, как поселенцы быстро и как ни в чем не бывало разделали внутренности мутантов и срезали выборочно несколько кусков мяса, которые потом отправились в наплечные сумки. Харкнесс тем временем вместе с Уиллом быстро проверили стены коридоров, тщательно осмотрев и даже ощупав обшивку и стыки на предмет пробоин. — Брешей нигде нет, — констатировал шериф, а затем обернулся на троицу, как раз закончившую разделку, — Здесь все чисто, спускаемся еще ниже. Все готовы? Узкая заржавевшая лестница вниз, еще один пустой коридор, несильно, но ощутимо уходящий вниз, в котором под ногами уже тихо шлепала вода. Однако, видимых брешей в стене и здесь нигде не было. Мали, чувствуя, как начинает нервничать при долгом отсутствии нормального освещения, привалилась спиной к стене и постаралась выровнять дыхание. — Да какого же хрена, — недовольно выдохнул Харкнесс, раз за разом проводя руками по стенам со следами несильных вмятин, точно бы здесь пытался пройти кто-то очень большой, — Откуда течь? Месяц назад только все заделывали. — Кажись, с нижних уровней разлома идут, шеф, — подал голос один из мужчин, высокий здоровенный латинос с обрезом, — Надо проверить каюты, если в какой продолбили обшивку, то заварить выход в коридор снаружи намертво, чтобы хоть натекало меньше. Харкнесс согласно кивнул, продолжая сосредоточенно рассматривать каждую неровность в стыке пола и стен. Вдали вдруг раздался грохот, а затем уже знакомое рычание. Бойцы вновь схватились за оружие. Рык стих так же резко, как и начался, а затем звуки возни ушли в глубь коридора. Шериф, дав знак своему напарнику, первым медленно двинулся в сторону шума. Уилл, осторожно коснувшись плеча дернувшейся Мали, жестом показал ей идти у него за спиной. Однако, коридор был по-прежнему пуст, только воды с каждым метром становилось все больше, пока она не поднялась почти до колен бойцов. Зато обнаружился источник течи. — Твою мать, — шепотом выругался Харкнесс, глядя на вспоротые листы обшивки в стене одной из заброшенных кают. Пробоина была такого размера, что сквозь нее частично просачивался дневной свет, а уровень воды был такой же, как и за бортом. Судя по увеличивающемуся затопленмю к середине каюты, вспорот были также и пол, уходя в глубокую воронку. Повезло, что Потомак сильно обмелел после войны, однако, технический этаж ниже скорее всего был уже полностью затоплен. — Сейчас дочистим до конца, потом вызовем техников, — успокаивающе произнес латинос, — Пусть заварят каюту наглухо, тут уже ловить нечего. И воду откачают с коридора. Воцарившуюся тишину нарушил лишь громкий противный скрежет, из-за которого и на верхних уровнях у девушки периодически возникало подозрение, что корабль вот-вот повалится на бок. Кажется, чисто. — Назад, — вдруг негромко, но твердо произнес Харкнесс и сам поспешно попятился, вскинув выше автомат, — Быстро! Группа, как один, быстро схлынули обратно, пятясь к коридору. Ужасно хотелось спросить, что такого шериф сумел разглядеть в неподвижно плещущейся воде под ногами, однако, в следующее мгновение ответ и сам появился перед глазами. Поверхность забурлила, вспениваясь мутной жижей и каким-то поднявшимся со дна мусором, а затем из воронки показался крепкий панцирь со здоровыми наростами. Этот болотник был значительно крупнее предыдущих двух. Отличался также и коричневым окрасом, а также наличием нескольких дополнительных отростков на брюхе. Мутант приподнялся над водой, прикрывая морду огромными клешнями, а затем, замерев на миг, рывком бросился на незваных гостей, одним ударом буквально разметав их группу по небольшой каюте. Мали, не удержавшись от толчка впереди стоящего Уилла, неловко упала на скользкий пол и закашлялась от попавшей в рот мутной мерзкой на вкус воды. Пистолет выпал из руки и затерялся где-то под водой. Девушка быстро перекатилась на ноги и в панике начала вслепую шарить по полу, пытаясь отыскать оружие. Мокрые выбившиеся пряди лезли на лицо, мешая обзору. Кто-то крепко ухватил её поперек туловища, с силой оттаскивая к стене. Мали завизжала от испуга, в последний момент нашарив-таки свой пистолет, но крик моментально потонул в череде оглушительных в замкнутом пространстве выстрелов. Уилл, тоже весь мокрый после столкновения, рывком оттянул девушку к коридору, знаком показал ей на болотника, мол, пали издали, а сам рванул в гущу боя. В этот момент разъяренный мутант вцепился клешнями в мужика, который шел в паре с Харкнессом и с оглушительным чавком мгновенно утянул его под воду. Шериф рефлекторно успел ухватить вскрикнувшего напарника за предплечье, вопреки собственной установке, и сам едва не оказался по шею в воронке. Болотник же, очевидно, решивший, что одной жертвы ему мало, вдруг вынырнул обратно и попытался было ухватить и Харкнесса, но тот в последний момент успел выставить перед собой собственный автомат. Клешни лязгнули по металлу, а затем отшвырнули оружие в сторону. Две пары других более коротких отростков мертвой хваткой вцепились в броню мужчины, не давая ему отойти. Мали быстро, как смогла, трясущимися руками сменила магазин, злясь на собственные моментально онемевшие от адреналина конечности. Пули, как и предсказывали на инструктаже, застревали в прочном хитине, однако, сейчас это здорово отвлекало мутанта от пойманной жертвы. Кажется, это и было тем, что хотел от нее напарник. Уилл в этот момент, увернувшись от щелкнувшей прямо над головой клешни, поднырнул почти вплотную к болотнику и, пользуясь тем, что маленькие отростки были заняты удерживанием шерифа, а основные конечности были слишком крупные, чтобы захватить движущуюся цель вблизи, выдернул из разгрузки боевой нож и всадил по самую рукоять в мягкую морду мутанта. Тот громко застрекотал от боли и выпустил Харкнесса, одновременно начав беспорядочно размахивать в ярости клешнями. Шериф быстро схватил Уилла за плечо, показывая пригнуться. Еще двое уцелевших поспешно отбежали к противоположным стенам и открыли пальбу, превращая морду животного в сплошное месиво. Болотник тяжело осел у самого края воронки и, наконец, затих. Сбоку от трупа мутанта раздался характерный всхлюп, а на поверхности появилась еще одна голова. Все оставшиеся в руках стволы моментально перенаправились на новую цель, и только испуганный, как у ребенка, полный боли крик остановили выживших бойцов от огня. Чудом выплывший латинос громко выл, беспорядочно шлепая руками по поверхности воды. Едва успевшие отдышаться Харкнесс и Уилл ухватили мужика под локти, с трудом вытащив его из глубины, и только тогда стало видно, что болотник перекусил клешней его голень практически до самой кости. Мали, ощутив себя немного увереннее, быстро убрала оружие и рванула к пострадавшему. Заставила скулившего бойца остаться в лежачем положении и сильно, как смогла, надавила коленом ему на бедро. Харкнесс, мгновенно поняв, что она хочет, подвинул девушку и сам придавил ногу здоровяка, своим весом значительно уменьшив кровотечение. Мали, благодарно кивнув, поспешно расстегнула куртку, ища прихваченный на такой плохой случай жгут. Два обхвата на бедро пострадавшего. Укол мед-икса, чтобы хотя бы немного притупить боль. Двое стрелявших с пыхтением подняли мужчину с пола и торопливо поволокли к выходу. Харкнесс, устало кивнув Мали, помог ей подняться на ноги. — Ты молодец, — только и сказал он девушке, а затем повернулся к тяжело дышащему Уиллу, — С меня причитается. Пойду за сварщиками, пока новые уроды не набежали на кровь. — Не буду отказываться, — усмехнулся тот в ответ и глянул на измотанную подобной встряской мокрую с головы до ног девушку. Мали, брезгливо выжимая волосы, на подгибающихся ногах вышла в коридор, мечтая лишь побыстрее оказаться наверху, сменить одежду и о капсуле рад-эвэя после таких водных процедур. Лучше, конечно же, душ и завтрак и еще завалиться доспать хотя бы пару часов, но сейчас необходимо было постараться сохранить ногу того парня. Уилл, выйдя последним, покрепче завинтил гермозатвор на двери злосчастной каюты и трусцой нагнал Мали, разбрасывая отяжелевшими ботинками воду под ногами. — Эй, док, кажется, мы неплохо сработали сегодня, — произнес он в спину девушки, — Я бы пошел с тобой в следующую зачистку. Мали ничего не ответила и прибавила шаг на лестнице, с облегчением выбираясь на ангарную палубу. Ну уж нет, в следующую зачистку она точно ни ногой. Если только снова не вляпается в вынужденные долги. Мысль о том, что придётся еще раз встретиться с Шрапнелем, заставила нервно передернуться от отвращения. Уилл, поднявшись вслед за девушкой, проводил удаляющуюся фигуру новой медички многообещающим взглядом, а затем, похлопав себя по карманам, с досадой вытащил промокшую пачку сигарет и швырнул капающую упаковку в облезлую урну в углу.