Hot boy summer

Тэхён уходит из укромного местечка, которое нашёл совершенно случайно. Он думал, что сейчас поцелует Чонгука, смущённый уйдёт в номер, а завтра всё будет... по другому? Оказалось всё совершенно по другому. Ким вообще не подумал об элементарном. Он должен был сначала спросить Чонгука, а не верить пьяному лепету Чимина, который мог наплести левому земляку любую поебень про своего друга. Но... Чонгук же целовал в ответ. Неужели и это ему померещилось? Невозможно. Он помнит эти движения языком, неуверенные, но юркие. Тэхён не настолько сошёл с ума, чтобы сымитировать в памяти прикосновения на свою талию. Всё было! Он чувствовал маленькое желание. Оно только загоралось, но что-то остановило Тэхёна. Он ощущал, что его член уже встал и думал, что напротив заметит такое же, но не было ничего. Невозможно не возбудиться, если тебе понравилось целоваться! Тэхёна никогда не подводила его чуйка! А он сейчас просто идёт к бару, просит у бармена колу с водкой, которую каким-то образом получает, быстро пьёт напиток и шагает в номер. Алкоголь в коле был крепче, поэтому шатать его начинает быстро. Благо, номер находится на втором этаже, и дойти не составляло проблемы. Около стойки в креслах сидел Чимин, копался в телефоне, но сразу же заметил довольно поддатого Тэхёна, который, плюсом, выглядел слишком подавленным. Да что это такое. - Тэхён! - окликает его Пак. - Что случилось? Ты чего плачешь? Он плачет? Ким позорно оглаживает щеки и находит в своих пальцах влагу. Вот же, успел даже поплакать. Немыслимо, какой стыд. - Всё нормально, - всхлипывает. - там Чонгук, поговори с ним, кажется, я его обидел. - Ну что случилось, объясни мне! Ты его засосал, что ли? - Чимин встаёт из кресла и подходит к парню, который опёрся на стену позади. Пак незаметно хочет заржать. - Да... - шепчет он. - ему не понравилось. Я опозорен, я никогда не отмоюсь от этого дерьма. - Ох ты ж блять... - Чимин призадумывается, зажимает глазные яблоки, чтобы снять давление. Начались шай-машай, влюбился один, второй не может сказать свой секрет. - Тэ, иди к себе, завтра всё будет нормально. Не грузи себя, всё хо-ро-шо. Окей? - Мхмжмж, ладно, - хнычет парень, растирая лицо ладонями. Раскраснелся весь, бедный. Пак провожает его взглядом, удостоверяется, что дверь в его номер захлопнулась и идёт в их комнату. Наверняка Чонгук уже там. Чимин хлопает себя по лбу, ожидает в их номере полный пиздец, но при входе видит одно единственное - Чонгук, лежащий на своей кровати, на спине, а руки сложены на животе. До чёртиков спокоен. - Чего натворили? - спрашивает Пак, садясь на свою идеально заправленную кровать. Если он сядет сейчас - за неотработанную ночную смену придётся как-то отдуваться. Он до безумия устал. - Мы поцеловались, - утверждает. Никак не мычит, не отнекивается, как отрезал. Чимину уже нравится. - И как оно? - осторожно подходит к проблеме, не спешит. Иначе Чонгук опять замкнётся. - Волшебно. - А чего Ким пошёл к себе весь зарёванный? Ты его покусал в порыве страсти? - хихикает Чимин, наконец принимая горизонтальное положение. - Он плакал? - взбудоражился Чонгук, привстал аж на кровати. Лицо его мигом приняло сосредоточенное выражение, от чего Пак ещё сильнее захотел поржать. До чего же зайки. - Ну, был, скажем, не в кондиции. Мне показалось, что он был ещё и выпившим. - Ребёнок совсем, - улыбается Чонгук. Он сейчас не знает, что чувствовать. Радость? Что его засосал почти школьник за отелем, рядом с кустами розы? Стыд? Что он ощущает возбуждение глубоко в себе, но не может доказать это оттопыренной ширинкой, в конце концов? Можно говорить, что сейчас Чонгук в очень большом ахуе. Потому что поцелуи не могут быть такими. Обычно он был ведущим в прелюдиях, целовал первым, не давал управление рулем партнеру. А здесь поддался, как девственник. Ужасно, просто ужасно. Эти длиннющие пальцы, что мяли его лицо, чего стоят только они? Чонгук как-то вмиг переметнулся в геи, что очень странно, до безумия странно. Он не отрицал свою сторону, в которой он был в паре со своим полом, но столкнуться с этим так резко было очень неожиданно. Во всем виноват этот мальчишка. - Боже, не говори мне, что сейчас ты вспоминаешь ваш поцелуй, фе. - А что такого, - бормочет Чонгук, пристраивая попу поудобнее. - мне понравилось. - Если тебе понравилось, нужно рассказать всё Тэхёну. Ты не сможешь скрывать такое. - Чимин бьет прямо в цель, и лицо Чонгука сморщивается в противном обличии. Ему придётся всё рассказать, если он планирует повторить содеянное. А ему хочется, очень. - Я подумаю. С этими словами Чонгук отворачивается к стенке, а Чимин, увидев, что друг спустя три минуты успешно сопел себе в ладонь, поспешил на базу, потому что людей на выселение сегодня было достаточно. Куча бумаг и звонков в аэропорт. Пак нехотя встаёт из своей мягкой постели и, морща лицо, выходит из номера.

🇹🇷🇹🇷🇹🇷

- Это был позор века, Чимин, - ноет Тэхён, облокотившись о высокий стол, за которым печатал что-то в ноутбуке Чимин. Парень просто слушал Кима, параллельно переживал за них и строчил отчёт о закрытом месяце своему начальнику. Премиальные будут просто во... - Чимин, сука! - Да что?! - ворчит Пак. - Поговори с ним, не мни яйца, заебал. Я работаю. - Работаешь, значит? Сегодня на вечеринку, значит, иду один, так и быть. - Что за вечеринка? - интересуется Чимин. Надо Чонгуку сказать.. - Чона позовём? - Нет! - Тэхён сразу топорщится, выставляет руку вперёд и молит друга не звать Чонгука. Второго позора он не выдержит. Хватило сполна. Будет больно увидеть сожалеющее лицо и попытки извиниться. - Ладно-ладно, не бузи, сходим вдвоём. На деле, Чимин говорит об этом Чонгуку сразу же, получает по башке за своевольность и не только. Пак грозит Чонгуку расправой, если тот сегодня же всё не расскажет Тэхёну, который уже весь извёлся. На завтраки не спускается, целыми днями грустит у бассейна и не знает, чем себя занять. Кимы-старшие были в неведении. Тэхён просто не мог поверить своей невезучести. Как можно влюбиться в парня заграницей, узнать, что нихрена он не гей и парни его не возбуждают?! Везение весело шагает за ним всю жизнь, но именно сейчас она отстала и похоже, не планировала догонять. Депрессия в ноль лет, иначе как это можно объяснить? Нет настроения, даже пить не хочется. Ильхва даже предлагала тот ядреный коктейль, а Донмён задабривал сына игровой приставкой, взятой напрокат. Ничего не хотелось. Хотелось Чонгука. А нельзя. Сейчас Тэхён сидит у бассейна, время ужина давно прошло, остались лишь ночные личинки, продолжающие ракепитие Этот напиток просто ад, но пить разбавленным - тот ещё кайф. Но сейчас пить нельзя, он напьётся на вечеринке, в которой есть VIP-зона, и он наскрёб у себя деньги на вход туда. Им с Чимином нужно спокойствие, тихая музыка и много алкоголя. Просто хочется нажраться. Тэхён медленно пьёт колу через трубочку, всё вспоминает события недельной давности и диву даётся. Смелости у него не отнять, за это он себе благодарен. А эта мягкая кожа? Щеки? Вздыбленная шея с оплётами вен? Чистое волшебство. Отсюда ему видно Чимина, копающегося в компьютере, слышен его веселый лепет с посетителями и улучшающийся английский. Тэхёну было нечего делать, и за обедом он накидывал ему советы по разговорному английскому. Чимин пищал и долго благодарил. Чонгука эту неделю он видел очень редко. На самом деле, ни на какую вечеринку идти не хотелось. Тэхён оплошал, сильно, а теперь хочет забыться. Каким образом? Чёрт его знает. Может, ему просто хочется отвлечься от навязчивых мыслей, по типу «Я облажался настолько, что не хочется попадаться ему на глаза?». Тэхён не знал, куда себя деть, а на этот случай у него припасена идея очень хорошо напиться в клубе с другом. И ему это удаётся.

🇹🇷🇹🇷🇹🇷

- Чимин-и, давай, пойдём, потанцуй со своим другом! - Тэхён пьяно мычит тому в ухо, пытается вырвать согласие, но видит в глазах напротив лишь смешинки и гордый отказ. Ким своим захмелевшим взглядом замечает лишь то, что Чимин стреляет глазами совсем не в его сторону, а куда-то в Чеджу-до. Да такой, огромный, в обтягивающей чёрной футболке и таких же брюках. - Сегодня трахаться никто не будет! У меня траур! - Тэ, перестань мутить воду, - Чимин в ответ так же уводит глаза куда-то совсем не в сторону Тэхёна, который сейчас от обиды сядет посреди танцпола и расплачется. Блять, почему такой настрой подкрадывается так незаметно и оглушающе? - я не пойду сегодня ни с кем трахаться. Обещаю. Пак заботливо гладит друга по щеке, чувствует скупую слезу, что скатилась так незаметно даже для самого Тэхёна. Он так заебался. - Не плачь, ты достал, Тэхён. Не перестанешь - позвоню Чонгуку. Пусть заберёт тебя и хорошенько зацелует, тошно видеть твою кислую намаринованную рожу. Ну Тэ! - Ну позвони... - вяло отвечает Ким, повиснув на плече у старшего. Когда, блять, он успел напиться? Пожалеет же завтра, а мальчиком для битья будет не только он, но и Чонгук. - Сам напросился. Пак для вида хватает телефон, набирает якобы Чонгука, но никто же не скажет Тэхёну, что парень здесь, и даже не на подработке, а пришел приглядеть за ними? Вот и Чимин не плошай, хороший друг, да? Вдобавок к этому ему сегодня грозит очень хороший секс... ну а что? Он отправит пьяненького Тэхёна с надежным человеком, а сам пойдёт и спустит напряжение с... блять, он даже не знает его имя. Высветился в тиндере как потенциальный член на ночь, Чимин и не прочь. Справку, конечно же, запросил. Через минут пять в поле зрения появляется Чонгук. Сегодня на нём достаточно простая одежда, не униформа, так как он на сегодня даже попросил выходной. И зачем? Потащить захмелевшего паренька в комнату, а потом завалиться спать? Чонгук так и планировал, но, увидев в огромных плетёных креслах на уличной зоне клуба слишком грустного Тэхёна - планы немного изменили свой ход. Футболка свободно проветривалась из-за большого размера и попутного ветра, который шёл из моря. Средиземное море - ещё одна причина, почему Чонгук так задерживается в этой стране. Эти бесконечные волны и тонны солёной воды, что, на родине своего Желтого не хватает? У Чона нет ответа на данный вопрос. Он много раз был на Чеджу, ездил по другим курортам Кореи, но здесь всё совсем по-другому. Воздух, солёность воды, песочек - всё это добро каждый раз сражало парня наповал. А если смотреть сейчас, сражает его наповал совсем другое, и на море оно не смахивает. - Кое-кто перебрал с коктейлями? - Чонгук тихо подкрадывается сзади, шепчет эти слова прямо на горячее ушко, невооруженным глазом видя табун мурашек, что прошли по шее Тэхёна. Парень не оборачивается, и на секунду Чонгук думает, что он заснул. - Уходите, Чонгук-щи, мне и так очень стыдно. - Почему вы стыдитесь? Это был всего лишь поцелуй. Не принимайте всё слишком близко к сердцу. - эти слова даются ему тяжело, но Тэхён этого не видит, потому что они всё ещё не смотрели друг другу в глаза. Просто остервенелое столкновение губ, которое он уже заколебался воспроизводить в памяти. Да-да. - Правда? - он оборачивается к нему, весь поникший и замаринованный слезами. Чонгук сейчас осквернит этого плюшевого мальчишку. - Правда. - Тогда я предлагаю перемирие! - парень вмиг меняется в лице, радость в глазах так и плещет, стоило ему заметить в интонации Чонгука добрые нотки. Он, блин, так нуждался в этом! За последние дни он успел съесть себя ужасными мыслями, переполняющим стыдом и жалостью к самому себе. Надо же. Стоило всего лишь встретиться со своим страхом лицом к лицу. Чонгук был не так зол на него, это же повод выпить! - И какое же? - с улыбкой спрашивает Чон, присаживаясь на соседнее кресло. - Я... - икает. - хочу угостить вас мороженым. Там, за парком, я недавно заметил лавочку с морозильной камерой. Так пожалел работника, он стоял весь потный и уставший. Я хочу ему сделать выручку. «Благородный», - думает Чонгук. - Раз хотите - пойдёмте. Я весь ваш на сегодняшний вечер, - тепло сковывает Чонгука, пока он смотрит на Тэхёна, который сейчас настолько пьяный, что до этой самой лавки они не дойдут. Дойдёт только Чонгук, но зачем туда идти одному, если завтра они пойдут туда вдвоём? Ким хмельно кивает, чешет шею, которая раскраснелась очень сильно. Чонгук невольно засматривается, позволяет себе на миллисекунду представить, как парень подставляет ему эту самую разгоряченную шею для поцелуев. В голове сумбур, а вот внизу... ничего. От этого хочется выть одиноким волком. Чонгук никогда не примет себя за такую неполноценность, но сейчас даёт себе зелёный свет хотя бы на то, чтобы представить, помечтать, в целом то, что не разрешал себе очень давно. Пока он думал об этом, Тэхён, очевидно, сильно кемарнул. Да так, что одинокий храп пронёсся по неожиданно тихой территории внешнего танцпола. Везёт же, блять. - Боже, - парень сам проснулся от своего зова организма, стыдливо прикрыл рот и одним глазом посмотрел на Чонгука, который малую малость, ржал. - не смейтесь. - Прости, ты захрапел, - хихикает. - пошли, провожу тебя в номер. - А как же мороженое, Чонгук-щи?! - возмущается Ким, нарочито топнул ножкой, чтоб наверняка. А вдруг сработает, не зря же дети пользуются таким способом выпросить себе подарок. Тэхён хочет просто погулять под руку с Чонгуком. - Завтра, Тэхён, обязательно сходим. Сейчас нужно отдохнуть, бармен немного пошалил над коктейлем, пойду отругаю его. Вам ведь нет ещё двадцати одного, не забывайте. - А вы забыли, что мы с вами уже на ты. Я не хочу выкать, Чонгук. Пошли, мне нужно спать, я безумно пьяный. Стыдоба. - хмурится Ким. - Ладно, согласен. - мужчина приглаживает выпавшую из ряда волос челку, чешет лобик, и получает умилительный взгляд от Тэхёна. - С тем, что я в хлам, или что мне уже нужно храпеть во все дырки? - Все варианты.

🇹🇷🇹🇷🇹🇷

- Мама, я завязываю пить, это у меня от тебя. Я так потеряю свою печень. Тэхён стоит в очереди на мелкие закуски на обеде, где ещё в квадратных и мягких пластиковых бутылёчках дают воду. Парень берет в охапку все шесть штук, которые остались наверху. - Тогда не просил бы меня щенячьими глазами купить тебе сидр, от которого всё вчера началось. Учту, - смеётся Ильхва, мелкиии кусочками нарезая свежий омлет. Донмён копается в телефоне. Тэхён выдаёт что-то нечленораздельное, пока открывает паки с водой. Прохладная, даже конденсат стекает по бокам. Чистой воды кайф. - На экскурсию в корабль поедешь? Сегодня приедет девушка, будет предлагать туры на период отдыха. Не киснуть же в отеле всё время, - Донмён отрывается от телефона и поглядывает на умирающего сына. Весь в него, аж молодость вспомнил. - не поедешь. Вылечись, поплавай в холодном бассейне и оклемайся. Схватишь ещё морскую болезнь. - Папа, я тебя люблю, знаешь? - Ким говорит это, пока вытирает стёкшую на подбородок воду, пытается отдышаться и прийти в себя. - Обожаю. - Я всегда знал это, не бузи, - ржёт Донмён, все ещё не успокаиваясь от вчерашнего цирка в их номере.

플래쓰베그

- Чонгук-щи, я нормально шагаю, лет ми ин!! Пока Ильхва и Донмён лежат уже на расправленной кровати, готовясь ко сну, в номер входят двое парней. Один в стельку, другой с лыбой до ушей. Тэхён с серьёзным видом пытается ровно шагать, не хочет спалиться перед родителями. Бедный. - Осторожно, тут порог, - чуть ли не смеётся в голос Чонгук, пока придерживает парня за талию. Тёплая кожа, немного вспотевшая, согревает руку Чона. - Я не блайнд! - ворчит. Но сразу замолкает, как чувствует нежную хватку на горящей коже. Смутился, что уж. - Добрый вечер, - вежливое обращение всегда претит людям, и Чонгук этим безбожно пользуется. Пара на кровати гаденько хихикает, поджимает рты и пальцем указывает на комнату сына. Свет там не горит, значит, пойдут они наощупь. - Чонгук, ты проводил меня до самых ворот, иди уже. - парень чуть ли не плачет, от мнимого стыда отталкивает того за бок и мечется. - Ну а вы чего смеётесь там?! Тэхён обиженно смотрит на главную комнату, где расположились старшие Кимы, слышит хихиканье и тихое обсуждение. Стыдоба какая, он опять опозорен. - За неделю хорошо так обустроился. Как будто на месяц приехал, - оглядывает комнату Чонгук, замечая маленькие приблуды в виде ловца снов над кроватью, какой-то кусок бумаги, на котором нарисован... он? - А это что? - Ажажмжс, ничего! - Тэхён стрелой подбежал к именитому постеру собственного производства, который нарисовал в пьяном угаре. Боже, он станет алкашом за этот отдых. Ким отбирает из рук Чонгука вырванный из блокнота лист, в котором как скетч выведено лицо второго. По памяти, причём. Не сидел ведь у бассейна, выглядывая ямочки и почти невидимые гусиные лапки в уголках глаз. Опять был бы шэйм года. - Красиво получился. - а внутри ликует. - Талант, ничего не говорю. - Это не талант, я днями и ночами корчился над скетчбуком. Нравится, - Тэхён приутих, присел на кровать и теперь поглядывал на Чона, что подошёл к окну и смотрел на вид. Так спокойно и хорошо. Родители что-то воркуют у себя, а здесь тишина и шум из двора отеля. Прямо таки умиротворение. Аж не верится, что через неделю домой. - Я пойду, - оповещает Чонгук, медленным шагом подходит к двери и смотрит на внезапно поникшего парня. - пока, Тэхён. - Уже? - парень подкладывает ладони под бёдра, с прищуром смотрит на мужчину и про себя улыбается. Он прекрасен. - Ложись спать. Спокойной ночи. Тэхён резко подскакивает, подходит к Чонгуку и резво обнимает. Крепко так, сжимает до хруста и приятной боли. Чон так и стоит у выхода из комнаты, буравит взглядом картину над кроватью парня и улыбается. Руки его невольно поднимаются по бёдрам к талии, гладят, а потом, вспомнив, что это всё ещё нетрезвый Тэхён, просто похлопывает по спине. - Вы мне нравитесь. Я не хотел это говорить вот так, в такой ситуации. Я вообще всё хотел сделать по-другому. Знаю, что сейчас вы ответите мне отказом...и почему я сейчас снова выкаю? Ужасно. Я запал на вас как школьник в столовой на первую красавицу в потоке, я не могу сдерживать эти чувства. Они съедают меня, Тэхёна не-е-е-е-т, он сдох от милоты ещё в тот момент, когда увидел вас. Завтра же я пожалею об этом, да? Думаю, нет. А вот вам пища на размышление, наверняка не уснёте. - воцаряется тишина, очень неловкая пауза. - Если ты и правда натурал, скажи мне об этом сейчас же. Чонгука мотало туда-сюда от такого неординарного Тэхёна. Его кидало из крайности в крайность, но речь была, на удивление, корректной и без паразитов. Чётко и по делу. Мужчина обратил внимание сначала не на это, а на то, как мелко подрагивала его нижняя губа в то время, когда он всё это говорил. Убийственно мило. Чонгуку хотелось всё это дело зализать до блестящей корочки. - Я не задумывался о своей ориентации. Возможно, я бисексуал. - тише говорил Гук, не забывает, что за стенкой спят родители Тэхёна. Его голос, а точнее шёпот, звучал для Кима как грозовая молния, что сражает быстро и с болью. Так он не натурал? - Я слишком долго себя мучал, - цедит Тэхён, быстрыми движениями хватая парня за лицо, и, смачно целует. Как-то правильно и хорошо. Всё так, как и должно быть. Его телодвижения точны и никуда не сдвигаются с траектории губ. Правда, немного сходит кривая на уголки этих красивых и полных губ, но это полная чертовщина. Это ощущается как настоящий рай. Тэхён ходуном ходит по его губам, лижет нижнюю, корочка, что образовалась от постоянной сухости, увлажняется. Чонгук тяжело дышит ему в рот, пытается ухватиться хоть за что-то, лишь бы не утонуть во всём сполна и с головой, но не получается. Тэхён крепко держит его за плечи, не может оторваться от терзающих его всё это время губ и маленькими шажками спускается к шее. - Тэ, - зовёт Чонгук. Они всё ещё за стенкой от его родителей. - Мхмхм, - он даже говорить не может, господи. Всё держится, боится, что уйдёт. Уйдёт и забудет. Снова откинет все назад и сделает вид, что ничего не было. Чонгук же умеет. - Тебе нужно отдохнуть, - еле дышит Чонгук, параллельно с этим гладит парня по предплечью, с нежностью отмечая, что от этих движений он немного дрожит. Нравится? - продолжим завтра.

플레쓰페그 앤드 (flashback)

- Продолжим завтра?! - воспоминание обухом бьет бедного парня по голове на третьем глотке восхитительной воды. Родители делают вид, что ничего не знают и причину такого смущения сына не понимают и продолжают с невозмутимым лицом обедать. Еблет Тэхёна быстро приобретает красноватый оттенок, ладони поднимаются к глазам и сильно прижимают глазные яблоки вовнутрь. Это не стыдоба, это пиздец. Он так сидит ещё долго, мнёт бедное своё лицо и постепенно умирает. Продолжат сегодня? Он лучше на трассу пойдёт, нежели встретится с Аполлоном лицом к лицу. Вот теперь он точно бросает пить. И больше не будет. Эта штука крепче сорока градусов убивает самоотверженность парня без возврата, позорит его и убивает. Прежде всего позорит. Нахуй алкоголь! - Пойду поищу Чимина, - тихо говорит Тэхён, поправляет съехавшую футболку на плече и уходит. Родители переглядываются, тихо хмыкают и продолжают есть. Сынок уже вырос, разберётся со всем сам, а если нужна будет помощь, они с радостью помогут. А сегодня у них по плану экскурсия.

🇹🇷🇹🇷🇹🇷

- Гуд морнинг, алкашня! - Чимин опять дохуя бодрый и сильно раздражает Тэхёна. Второй держится за ноющую голову, опять хочет воды и с прищуром смотрит на друга. - Почему алкашня, боже, - мычит парень, рассматривая погоду за окном. Жара, как всегда. Утонуть бы в бассейне. - Потому что вчера ты опять был бухой, че там. Довольную лыбу Гука видел весь отель. - Что он тебе рассказал? - тихонько спрашивает Ким, оглядывается по сторонам. Чёрт, он что, боится, что сейчас к ним подойдёт Чонгук? Да ладно. И кого он вчера засосал? - Ничего. Сказал, что это секрет. Его выдавала только улыбка до пизды. - ржёт Чимин. На его руках папки с кучей бумаг, которые он удачно перебирает, а между делом болтает с парнем. Хороший выдаётся день. Только друг с утра пораньше куда-то упорхнул и даже не сказал, куда. - Ну и слава богу, - выдыхает. - Ну ты хотя бы расскажи, - Пак деловито дует губу, надеется, что Тэхён всё ему выдаст? Ага, щас. - я тут один без секретиков остаюсь. Я че, не друг вам?! - Ладно, - вздыхает Тэ. - ну я опять его поцеловал. И как ты понимаешь, я был в хлам. Стыдно очень. - Чего стыдиться, ты на отдыхе. Просто перебрал и не справился с потоком чувств. А с Чоном поговори, оттолкни все его предубеждения, и свои заодно. Он куда-то ушёл, я не ебу даже куда в такую рань, - причитает Пак. Чим улыбается, потому что ему очень забавно видеть очуметь какое смущенное лицо Тэхёна, который вдобавок не знает куда податься. Его нахмуренные брови придают ему детскость, а глаза ненароком светятся, как только слух словит имя Чонгука. - Ладно, чего уж там. Я снова облажался и не знаю, что делать. Я гандон. - Ты заебал, Тэхён. Иди уже. На ужине поговорите. Чимин ещё раз даёт ему леща, похлопывает по предплечью и отпускает. Бумажек ему перебрать надо хренову тучу.

🇹🇷🇹🇷🇹🇷

Тэхён лежит на кровати, дрыгает ногами, хочет оклематься, но похмелье мучает очень сильно. Честно, он больше не пьёт. Зачем это нужно, если на следующий день помнишь ровно ноль, голова готова разорваться на куски, плюсом мучает совесть за содеянное вчерашним днём. Нахрен это. Пока он об этом думает, в дверь номера стучатся. Тихо так, с осторожностью. Ким думает, что Чимин забыл что-то ему передать или сказать, но речь обрывается, когда на пороге он видит Чонгука. Довольного, со скромной улыбкой и каким-то свёртком в руках. - П-привет, - мямлит Тэхён, услужливо тянет футболку вниз, лишь бы прикрыть абсолютно неприкрываемое. Бёдра у него, конечно, огонь, но светить добром перед Чонгуком как-то стыдно.. - Я пройду? - Чонгук даже не дожидается ответа, проходит мимо парня прямо в его комнату. Там же бардак, господи.. - Подожди! Он не успевает. Весь хлам из чемоданов, мятая одежда, салфетки, спизженные из обеденной зоны. Сыр-бор, в общем. Ким - настоящая свинья. - Что такое? - недоумевает Чон. - Я принёс тебе суп из кухни, мне сказали, что он помогает прийти в себя после... - Да-да, для пьянчуг самое то. Спасибо, - протягивает руку к свертку и ощущает тёплую посуду. Нависает неловкая тишина. Чонгук стоит с протянутыми руками, в которых теперь пусто, и странно смотрит на Тэхёна. Тот уже успел сесть за свой бардачный журнальный столик, раскрыть фольгу и прямо из тарелки начал пить вкусный бульон. - Тут что-то добавлено? - протявкал Тэхён, разжёвывая картошку. Что-то молочнокислое свербело во рту, но на удивление, было очень вкусно. Не сладко, а терпко и ароматно. Он теперь эту штуку захочет добавлять в каждый суп, чёрт. - Это курут, - Чонгук с удивлением смотрел на парня, который смаковал на языке это слово и пытался его произнести. Выглядело очень мило. Гук поймал себя на очень непристойной мысли, боже. - Ку-рут, да? - Да. Чонгук смотрел на него с умилением. Такой обмазанный, домашний и растерянный - хочется заковать в объятия и больше не отпускать. Он, блин, так и сделает, если Тэ не перестанет так аппетитно облизываться. - Вкусно? - спрашивает. - Издеваешься? Это лучший похмельный суп, который я прежде всего ел! - восклицает Тэхён. На языке осталось что-то типа осадка от курута, и боже, это было очень вкусно. - Я многого о тебе не знаю, - смеялся Чонгук, наконец присев на спальную кровать. Она была полутораспальная, мягкая и пружинистая. Мечта для них с Чимином. В рабочих комнатах кровати были обычные, не то, что здесь, в пятизвёздочных номерах. - Я не пью так много. - насупился Тэ. - И вообще, больше пить не буду. На улице - тем более. - Ого, какие заявления. Почему это? Вспомнил, что здесь ты ещё не совершеннолетний? - их разговор перешёл вообще не в то русло. Чонгук болтал ножками, а Тэхён на них заглядывался. Голени такие объемные, а бедра просто... вау. В его мечтах он уже мял в руках эти массивы и засасывал каждый сантиметр кожи. Засосы он ставить не умеет. Думая про чёртовы засосы и технику их нанесения, Тэхён не заметил, как Чонгук присел на пол и облегченно выдохнул, только ощутив приятную прохладу, идущую из плитки. Он поджал пальцы на ногах, подвигал ими, размял, а недалеко от него умирал Тэхён, разглядывая парня во все глаза. Чонгук не видел этого, поэтому продолжал разминать закаменелые конечности. Потянул стопы вперёд-назад, вправо и влево, сам дотянулся руками до них и попробовал прикоснуться кончиками пальцев к пальцам на ногах. Тэхён подавился. - Прости, - смущенно произнёс он, предварительно вытерев стёкший на подбородок суп. - Будь осторожнее, - заметил Чон, увидев взвинченное состояние парня. Наверняка замучило похмелье. Хочется пожалеть, но делать он этого не будет. Пусть поймет, что пристрастие к алкоголю ни к чему хорошему не приводит. Чонгук с наслаждением откинулся спиной к ножкам кровати, прикрыл глаза и прислушался к тишине. Шелестели деревья за открытым балконом, Тэхён что-то там причмокивал и, похоже, рассматривал его, даже не стеснялся. - Ты пялишься. - Чонгук быстро открыл глаза и сразу заметил два блюдца на своей персоне. А от этого взгляда немного становилось жарко и... комфортно. Тэхён сидел на стуле, поджав ноги под себя, умело прикрывал кое-что за этими ногами и нервно оглядывался по сторонам, лишь бы не спалиться. Чонгук - чёртов вездеглаз. Всё заметит, запомнит и потом ещё ткнёт тебя лицом в твоё же говно. Взрослый человек, чего тут говорить. Тэхён постарался взять себя в руки, посмотрел на сидящего на полу парня вполне читаемым взглядом, который говорил не очень пристойные вещи. Внезапно Тэхён вскочил на ноги, громко открыл входную дверь в его комнату и скрылся в ванной. Стыд. Боже, стыд! Как же это, блять, достало. Почему он просто не может сделать первый шаг к чему-то большему и просто взять себе Чонгука? Этому очевидно мешает ненужное стеснение и страх перед новым. Но Чонгук добрый и точно знает чего хочет, а целуется он просто волшебно, что голову потерять можно. - Я дебил, - Тэхён даёт себе леща по лбу, мычит, собирается с силами, а потом слышит тихий стук в дверь. - Всё нормально? - Чонгук, бедный, уже затрахался видеть такого зашуганного Тэ. В штанах Кима творился капец, и с этим нужно быстро разбираться, иначе он снова опозорится. - Если честно, то нет, - признается. - Могу чем-то помочь? «Вот засоси меня, и очень поможешь». - Подожди, - говорит Тэ, подбегает к раковине и быстро ополаскивает лицо. Холодная вода не помогает вообще. Его коробит, руки потряхивает, в мыслях творится каша из-за налившегося возбуждения. Тэхён забивает на всё болт, идёт открывать дверь, а за ней видит Чонгука, сидящего на спинке дивана. Он спокоен, но видно, что обеспокоен. Парень сразу сканирует взглядом Тэхёна, который очень помят, и взгляд у него не очень, поэтому приглашающе раскрывает руки. Зовёт обниматься. - Иди сюда, - тихо говорит Чонгук. Тэхён незаметно всхлипывает от такой идеальности, перебирает ноги в попытке добиться незаметного трения и медленно подходит к Чонгуку. Тот ещё держит руки на плаву и ждёт, пока парень подойдёт и наконец освободит себя от пут ненужных мыслей. Тэхён достаточно приближается к нему, ощущает приятный аромат геля для душа, внюхивается, но не хочет палиться в таком настырном жесте. Чонгук смеётся с такого Тэ, но не показывает издёвки. Он тянет правую руку к нему, чувствует прохладу чужой кожи и мысленно зацеловывает каждый участок этого мягкого тела. Тэхён красивый. Он парень, да, но чему это мешает? Они нарушают какой-то негласный закон, или ущемляют кого-то? Нет. Поэтому отбросив лишнее, Чонгук тянет Тэхёна на себя, даже ничего не говорит по поводу стояка, который упирается прямо в его бедро, просто гладит парня по спине, тепло дышит ему в плечо и невесомо касается губами рубашки. Тэхён не сразу замечает это прикосновение, его концентрация сейчас полностью на объятиях с Чонгуком и безумно мешающем стояке. Ему хочется потереться о него, но он это не делает в силу внезапно появившегося стеснения. Его бы не было, если не смущающие обстоятельства в виде приватной обстановки и спокойного номера. Родители как назло на экскурсии, их не будет до завтра. Может даже до вечера. Ильхва как всегда захочет погулять по набережной, которая рядом с отелем, и ей плевать на уставшего Донмёна, он по её мнению должен ходить всегда с ней, потому что потом искать его на первой береговой линии - так себе перспектива. Тэхён сдавленно дышит, когда чувствует прохладные губы на оголенном участке кожи и крупно вздрагивает. Чонгук медленно двигается пальцами к проблеме Тэхёна, и делает он это максимально аккуратно. Спугнуть этого мальчишку очень легко, и снова чувствовать на себе ветерок от сбежавшего Кима не хочется. Чонгук большим пальцем очерчивает головку, которая ярко проявляется сквозь мягкие штаны, слышит над ухом низкий нетерпеливый стон, и сам невольно ластится к Тэхёну, мнимо требуя ответных действий. Чонгука ведёт от всего происходящего, но мысль, что ответа дать он не может - бесит и выворачивает наизнанку. Он пытается абстрагироваться, сосредоточиться на горячих ласках Тэхёна, но тщетно. - Ты зажат, - говорит Ким в поцелуй, который дарит ему в напряженную шею. Парень совсем потерялся в ощущениях, его даже не волнует абсолютно невставший от пошлых поглаживаний член. - Тэхён, я... - Чонгук снова хочет отойти первым, уйти, исчезнуть, испариться, но Тэхён не даёт этого делать. Вместо того, чтобы снова ощутить прохладу в комнате, где он останется один, парень хватает Чона за плечи и резким движением толкает к стене. Чонгук ударяется виском о стену, больно шипит, но это, почему-то, выглядит и ощущается очень горячо. Тэхён прижимается к его заду своим стояком, жарко дышит в загривок и пытается успокоиться. Он очень хочет кончить. - Ты можешь. - твёрдо говорит Чонгук. Сам тяжело дышит, не знает, куда себя деть, но позволяет использовать себя в достаточно интимном процессе. Не будут же его трахать сегодня, верно? - Мгм, нет... - Ким сопротивляется своему изощренному мозгу, члену, простате, да всему! Почему Чонгук... почему он ничего ему не рассказывает? Он просто позволяет потереться о себя и ничего не сделает с собой? Его злит вся ситуация, но она лишь подливает жирненького в огонь, когда крепкая ладонь Чонгука обхватывает легкие шорты Тэхена, сжимает член и дрочит ему сквозь одежду. - Ну не-е-е-т, - хнычет Ким, роняя голову на уже расслабленное плечо Чонгука. Тому самому нравится всё происходящее. Тэхён, прижимающийся сзади, его тело, прижатое к стене. Член в руке, в конце концов. Даже сквозь ткань чувствуется его аккуратность. Головка мягкая и хорошо скользит от смазки. Просто услада. Над ухом раздаётся протяжный стон, и хватка на плече Чона усиливается, когда Тэхён содрогается в оргазме. Жарко, липко, стыдно и ужасно хорошо. - Т-ты в порядке? - спрашивает Гук, когда осторожно поворачивается к Тэхёну. Он не здесь. Он в какой-то галактике под названием «Чонгук-5342». Там очень хорошо и можно прекрасно кончить от рук этого прекрасного мужчины. Тэхён сам усмехается своей мысли и льнет к парню, который сейчас истуканом стоит у стены, с влажными ладонями и покрасневшим лицом. Ким мягко целует парня в щеку и гладит по шее, рассматривает, хочет запомнить. До конца отдыха осталось всего ничего, и ему совершенно не хочется уезжать. А ещё хочется кое-что узнать. - А теперь расскажи мне всё, Чонгук. Запыхавшийся парень истуканом стоит перед Тэхёном, хочет провалиться под пол от стыда, потому что сейчас он никуда не денется. Надо всё рассказать, иначе их общение прекратится прямо здесь же. С Тэхёном, у которого мокрые у паха штаны, сбитое дыхание и увеличенные зрачки. Не хочется расставаться с этим мгновением, но Чонгук себя заставляет. - У меня эректильная дисфункция, - Чонгук выпаливает это быстро, нечетко и неразборчиво, да так, что Тэхён хочет переспросить. Но зачем, если он и так это понял по опущенному в пол взгляду, зажатому телу и ауре неловкости, что здесь витает уже несколько минут. - Это я уже понял, - мягко отвечает Тэхён. - как это случилось? С рождения? Или ты получил травму? - Скорее, второе. В семнадцать лет я любил гулять по заброшкам. Друзья подначивали, раззадоривали, постоянно звали на такие вечера, и я чувствовал, что в один из таких дней что-то случится. - Чонгук тяжело вздыхает. Становится очень жарко, поэтому он отходит к дивану, и тянет Тэхёна за собой. - Обвалился пол. Остальные получили тяжелые травмы, а моя травма пришлась на нижнюю часть тела. Глыба упала прямо на живот, и слава богу, что внутренности остались целы. Большая нагрузка пришлась на пах, поэтому я не так сильно чувствителен, и с сексом у меня проблемы. Тэхён слушает всё это и невольно представляет раздавленного Чонгука, испуганного, такого беззащитного... как же страшно. Чонгук не смотрит ему в глаза, его взгляд направлен в окно, как будто там есть что-то интереснее. Медленно Тэхён прикасается к его лицу, гладит мочку уха и целует её. Никакой пошлости, лишь ласка и жалость, которую он не хочет показать, ни при каких обстоятельствах. Показать Чонгуку, что он его жалеет - верх идиотизма, потому что никто не любит, когда его принижают в его глазах и придавливают обстоятельствами. Чонгук смущенно улыбается, когда чувствует влажные губы на своём ушке, и это движение глубоко внутри откликается в его организме. - Я изучу эту проблему, Чонгук. - Тэхён обнимает его поперёк тела, левой рукой чувствует набатом бьющееся сердце и сам начинает немного успокаиваться. Он знал, что проблема кроется в физике, но здесь есть и толика морального состояния. Чонгук чувствует возбуждение, его ведёт, кроет, но внизу всё остаётся как обычно. Здесь нужно подойти немного с другой стороны. - Если это является для тебя проб... - Нет. - отрезает Тэхён. - Ты в первую очередь человек, а не член и дырка для имения. Звучит не очень, но да. Ты нравишься мне в первую очередь как личность. Чонгук-и, слышишь меня? Ким держит того за подбородок и поворачивает лицом к себе, чтобы запомнить каждую эмоцию на этом, если можно заметить, безэмоциональном лице. Чонгук боится показать слабость и сломленность, и Тэхён благодарит всех живых и неживых за то, что он не закрылся в своей скорлупе и рассказал истинную суть проблемы. Сейчас парень дарит ему всю ту нежность, которую держал в себе все эти дни и тёмные ночи, не жалеет, осыпает и орошает, и Тэхён даже не догадывается, какое это оказывает впечатление на Чонгука. Они стоят так ещё некоторое время, пока их слух не тревожит звук вечернего азана. Рядом с отелем находится мечеть, и Тэхён успел привыкнуть к ежедневным общим молитвам, и начал даже ощущать странное спокойствие. Чонгук тоже замолкает, тает в объятиях парня и вслушивается. Конечно, они ничего в этом не понимают, но ясно то, что момент пойман. Рядом умиротворение, спокойствие и понимающий человек. Сердцем к сердцу, спиной к остальному миру. Чонгук внезапно понимает, что история с Тэхёном не закончится на его отъезде, и расстраиваться не стоит. План с переездом домой медленно всплывает в его голове. Чимин будет ужасно рад, а вот он сам ещё долго будет в раздумьях. Пора взяться за ум и использовать корочку, которая запылилась в папке с документами. Возможно, он поступит в магистратуру, или сразу начнёт работать. Чонгук каждый раз заглядывался на больницы и лаборатории, когда здесь, в Турции, ехал в такси, или когда ему приходилось обращаться за медицинской помощью. Его удивляла непорочность врачей, вежливость и качество лечения. Он уверен, что родина встретит его такими же ожиданиями, и его мечты не разобьются в прах. - Мне пора на смену, - бубнит Чонгук в плечо Тэхёну, который, походу, заснул. Они уселись на мягкий диван, слушали рокот цикад и не хотели возвращаться в реальность. Объятия Кима были настолько приятными и волшебными, что ни о какой работе и речи не шло. - Тэ. Ш-шшш. - А? - низкий ото сна голос пробивает тишину в комнате, и Чонгук хрипло смеётся. Они припозднились, Чимин явно потерял его, а начальство не погладит по голове за наполовину проёбанную смену. - Уже? Не уходи пока. Я не насладился твоим обществом. - Успеем ещё, - Чонгук не показывает смущение. Не пристало мужчине под двадцать пять краснеть от слов парнишки, который месяц назад закончил школу. Смешно и стыдно, но реальность бьет больно. Пряник не так сладок, как ожидалось, а кнут очень охлаждает. - увидимся. - Нет-нет-нет, посиди ещё со мной! - ноет Тэхён. Он валит Чонгука на диван, сам садится на его бёдра и ощущает горячую кожу под собой. До чего круто. Ким медленно опускается лицом к его, опаляет дыханием кожу, томно рассматривает родинку под губой и заговорщически проговаривает «какой же ты охуительный». Чонгук молчит на эти слова, которые снова колыхнули в нем то, что не колышется уже очень давно. Он чувствует жар, горечь во рту и жажду, которая дерёт горло так, что не позавидует никто. Тэхён целует Чонгука так долго и мучает влажными чмоками по всему периметру лица, что Чонгук сам не выдерживает, ладонями обхватывает его лицо и мощно целует. Брать инициативу на себя - приятно, и Чон этим подло пользуется. Нравится видеть, как лицо над ним кривится не от обычной боли, а от возбуждающей, и стоит ли говорить, что это картина на миллион? Чонгук мажет онемевшими подушечками пальцев по вздутым венам на шее, по ключице, на которой он видит маленькую точку, которая не похожа на родинку. - Я пообещал себе, что набью себе здесь татуировку, и продолжу её с этой точки. Я должен был это сделать, когда встречу своего человека, - еле выговаривает Тэхён между поцелуями. Чонгук не даёт продыху, и парню это невозможно нравится. - здесь будет сакура, и завтра я иду на эскиз первой веточки. - Ч-что? - мямлит Чонгук, поняв смысл того набора слов, что сейчас сказал Тэхён. Сначала он не понял. - Ты успел здесь найти тату-салон? - Конечно. Хочу это сделать здесь. В Азии, в месте, где я встретил своего человека. Не успевает Чонгук моргнуть, как на него обрушивается шквал ласки и той любви, который всё это время не имел выхода. Тэхён определенно та личность, которая всем кажется сукой и лицемерной тварью, но внутри хранит в себе столько не растраченной любви и нежности, что, встретив того самого, сможет утопить его в ней, и ещё припорошит сверху парой килограммов. Чонгук мычит в поцелуй, и сам того не осознавая, тянется к паху Тэхёна и неуверенно гладит оттопыренную ширинку летних шорт. Парень тихо стонет от неожиданной откровенной ласки, тонет в почерневших зрачках Чонгука, и не смеет смотреть куда-то ещё. Перед ним Аполлон, о котором он грезил всё это время, пока он был здесь, и упускать его он не собирается в жизни. Тэхён умрёт, но сделает его своим. Он не думал, что встретит того, с кем захочет провести остаток жизни в девятнадцать. Тэхён вообще не планировал влюбляться до поры до времени, но жизнь всё расставила по своим полкам, так, как ей угодно самой. Все раздумья улетают в горизонт, когда движения под поясом шорт становятся откровеннее. Чонгук неуверенными мазками гладит член ребром ладони, так, что его пальцы направлены вниз. Ими он ощущает напрягшиеся яички и сам томно выдыхает Тэхёну в живот. Очень интимная обстановка так и хочет всё остановить и смутить мужчину, но Чонгук не поддаётся дурацкому желанию. Пора всё довести до конца, это всего лишь первый этап. - Гук-и, че творишь, - Тэхён пытается пошутить, разрядить обстановку, но этого не даёт сделать Чонгук, который резким движением стягивает с него нижнее белье и горящими глазами рассматривает его член. Смущает. - вау. - Согласен, - говорит Чонгук, и вспоминает минуты своей не так уж и далекой молодости, когда он мог сам себя удовлетворить. Тэхён красивый везде, и в этом он убеждается прямо сейчас. Член не средних размеров, но уже сформированный до окончательного результата и этим явно довольствуется сам Чонгук. Чон обхватывает плоть, и тёплая кожа соприкасается так, что разряд тока проходит по ним обоим. Тэхён обрезан, и Чонгук ещё секунд пять рассматривает это дело и медленно лижет головку, на которой уже проступила капля смазки. - Мг, Чонгук, зач... - он не успевает ничего сказать, потому что до охуения горячий парень сидит перед его раздвинутыми бёдрами, начинает ему отсасывать, при этом давит на кожу между яйцами и анусом. Точка джи почти найдена, нужно копнуть глубже, но не сейчас. Тэхён хочет изучить проблему Чонгука и разобраться с ней, а побыть снизу он успеет всегда. Он не брезгует. Снизу вид достаточно возбуждает, не достаточно, а до посинения. Тэхёна разом прошибает волна осознания, что сейчас, вот, сейчас, перед ним сидит тот самый мужчина, первая встреча с которым состоялась не в очень приятной обстановке, и вероятность того, что они вообще начали бы общения, была очень маленькой. Тэхён ошибался, но в своей одуряющей симпатии к нему - никогда. Ни разу его не одолевали сомнения, особенно в том, что Чонгук - какой-то не такой, и может ему, например, навредить. Сейчас Чонгук неумело управляется с его удовлетворением, а через некоторое время уже сможет творить такое, что глаза будут вылезать из орбит. Если он чего-то будет стыдиться или чувствовать, что всё происходящее - неправильно, Тэхён всё ему объяснит и вставит мозги на место. Потому что он не стал бы принуждать парня к близости, в особенности того, кто без пяти минут гей. Тэхён гладит его шелковистые волосы, чёлку, которая ниспадает на вспотевший лоб, и не может поверить своей удаче. Только Ким не понимает, что растопил ледышку в груди Чонгука только благодаря своей напористости и огромному желанию. Чонгук, если честно, таким набором не обладает, но очень хочет. - Я сейчас, мхмхм... - Тэхён немного забывается, толкается Чонгуку в рот, но тот не теряется, а наоборот, с азартом посматривает ему в глаза и бесстыдно гладит его бёдра. Чонгуку далеко до глубокого заглатывания, а Тэхён и не настаивает, ему хватило того, что мужчина практически стоит перед ним на коленях. Парень с рыком кончает Чонгуку в кулак, когда в конце Ким сам держит член у уголка рта и пачкает мужчине лицо. - Боже, такой изврат, прости меня, - Тэхён тяжело дышит, прячет лицо в загибе между шеей и ключицей Чонгука, пока тот гладит его по спине и ворчит, что всё нормально. На самом деле, Чонгук в шоке. Он думал, что дело это - отвратное и мерзкое, принимать в рот, при этом добровольно? Скажи ему кто-нибудь, что он будет сосать член, ещё и по своему желанию, Чон бы от души вдарил этому человеку по ебалу. И сверху приправил дело парой пинков под зад. А на деле... ему понравилось. Непередаваемо, что он заставляет человека испытывать крутые ощущения и закатывать глаза от удовольствия. Он видел, как Тэхён сдерживался и порывался остановить своего зверя, и у него это получилось. Выдержка у него отменная. Сейчас парни сидят, обнявшись, слушают усилившееся «пение» мерзких, как считает Тэхён, цикад. Чонгука клонит в сон, но ему нужно идти. - Теперь я точно ухожу, - тихо говорит он, нехотя встаёт с нагретого места и видит, как быстро Тэхён свернулся в калачик от нехватки тепла. Он еле держит глаза открытыми, хочет что-то сказать, но мямлит лишь «ты самый лучший» и проваливается в сон. Чонгук мило улыбается на его ребячество, детский вид, хочет зацеловать, обнять, улечься рядом, но нельзя. Его выпрут ещё до того, как он напишет заявление на увольнение по собственному желанию.

🇹🇷🇹🇷🇹🇷

- Мы увидимся через три недели, не разводи сырость, Тэ. Чонгук не хочет видеть слёзы своего новоиспечённого бойфренда, который сейчас готов разрыдаться от одной мысли, что они будут порознь. Как они вообще раньше существовали друг без друга? Как жили? Тэхён за эти дни на курорте так привык к обществу Чонгука, что сейчас, видя, как подъезжает их автобус до аэропорта, позорно смахивает горячую слезу и бросается к парню. - Я сдохну! Можно я останусь? Обещаю, мешать не буду, буду тихо сидеть в каморке, даже есть часто не буду. Чонгуууук, - он знает, что разводит комедию, но ничего с чувствами поделать не может. Они недавно признались друг другу в чувствах, обнажились друг перед другом, настолько, что скрывать уже нечего. Чонгук признал свою бисексуальность, он ещё не до конца понял, кто ему нравится. Поэтому выбрал нейтральную позицию. Тэхён и сейчас поражается стойкости парня, его выдержке и тигриному взгляду, который прошаривает округу. Любой, кто косо-криво посмотрит на них, получит от Чона выразительный взгляд, который ничего хорошего сулить не будет. Было уже, проходили. Коллега Чонгука, Джемиль, однажды колко выразился по поводу Тэхёна и его придурковатого вида, когда тот невыспавшийся и помятый после дневного сна зажал его за углом отеля в голодном поцелуе. Мужчина застал их, ничего не сказал по поводу того, что увидел он двух целующихся мужчин, но плохо высказался по поводу внешнего вида Тэхёна. Якобы выглядит он не как подобает мужчинам. На ногтях аккуратный маникюр, проколотые уши, татуировка на ключице, спадающая под майку, которая скрывает красоту. И видеть это волшебство может только Чонгук. Ну и что сделал Чонгук? Всячески поддевал Джемиля. Врал про него девушкам, которые про него спрашивали, получается, что не врал, потому что многое из этого было правдой. Мужчина был с плохим и мерзким характером, часто не уважал девушек, был замечен Чонгуком, когда тот выяснял отношения с уже предыдущей пассией. Джемиль уже долгое время был раздражённый и злой, но на Чонгука глаз не кидал. - Тэхён, ты уже едешь в аэропорт, видишь, автобус едет? - указывает он на большой транспорт, едущий со скоростью черепахи. Человейник. - Я приеду через три недели. Я тоже купил билет, и Чимин тоже. Мы привыкли друг к другу, я тоже буду безумно скучать. К тому же, я оформляю документы на депортацию, тебе это ни о чём не говорит? - Конечно говорит, я что, дебил. - обиженно поизносит Тэхён, рассматривая Чимина, который тоже расчувствовался. - А ты чего стоишь тут весь расфуфыренный?! Иди обниму. Сваха моя. Чимин ржёт, притягивает к себе Тэхёна и они оба всхлипывают. Да так, что Чонгук по-доброму закатывает глаза и поворачивается к родителям Тэхёна. - Спасибо вам. За всё. - Сынок, кого ты благодаришь, - причитает Ильхва. Она сегодня предпочла не пить, потому что по дороге может замутить, а ей этого не надо. Женщина тепло смотрит на Чонгука, к которому теперь тоже относится, как к сыну. Теперь у неё три сына, что уж говорить. Донмён нервно курит в ожидании автобуса и всё ворчит на количество чемоданов в их багаже. Пять штук, и это ещё не предел. Они все загоревшие, отдохнувшие, и провожают Турцию любовным взглядом. Чонгук подходит к Донмёну и благодарственно жмёт ему руку. Есть за что. Понятно и без слов, потому что мужчина понятливо улыбается и заключает парня в медвежьи объятия. - Хорошей дороги вам, - говорит Чонгук всем уезжающим, а сейчас он снова подходит к Тэхёну, который немного успокоился с помощью болтовни с Чимином и утешающих планов на их будущее. - Я люблю тебя, - бурчит парень ему в шею, когда они снова обнимаются, но похоже, в последний раз за эти недели. Чонгук обещает, что всё будет хорошо и замечательно, и звонить он ему будет каждый день, и писать по возможности, потому что бумажной волокиты будет много. - Прозвучит тошнотно, но скажу «я тоже». - смеётся Чонгук. Поправляет сползающую рубашку и молится на немного прохладную погоду. Палящее солнце, если честно, поднадоело. - Почему тошнотно? - Тэхён в шутку бьет его в плечо, хотя, на шутку не похоже, место удара начинает гореть. - Что за хрень, Чон Чонгук. Чапалах давно не получал? - Просто вычитал где-то, что если на «я люблю тебя» ответить «я тоже», человек напротив может подумать, что он говорит это на отъебись. Якобы без чувств. Не знаю, правда ли это. Скажи мне. - Какая-то хуйня. - шепчет Тэхён. - Лично мне не принципиально. Я же вижу всё по твоим глазам, поэтому не утруждайся. - Загружаемся! - кричит Донмён, когда видит открывающиеся двери автобуса. Оттуда мигом хлынет горячий воздух, и становится ясно, что поездка будет крутой. - Ну что, - вздыхает Чонгук. - пока. - Не прощаемся! - ворчит парень. Он снова хочет рыдать, истеричка. - Да, я забыл. Увидимся через три недели. Встретишь меня в Инчхоне? - целует за ухом. Чувствует мурашки, прошедшие сразу же после этого милого жеста. - Ещё спрашиваешь. - Давай, уедут без тебя. Чим... - Чонгук не успевает оглянуться на друга, видит, как тот смахивает слёзы, и нервно выдыхает. Омежки, ей-богу. - Всё нормально. Пока! Парни смотрят на загруженный автобус, и слева, почти в конце салона, видит открывающуюся шторку и Тэхёна. Тот мотает кудрявыми волосами, привлекает внимание, и Чонгук его, конечно же, видит. Сердце на секунду сжимается в ожидании тоски и странной боли, которую он не испытывал уже очень давно. Оно и к лучшему. Потому что их ждёт прекрасное будущее, которое обязательно станет явью. Но всё будет, когда Чонгук здесь разберётся с документами, спокойно уволится и сядет за борт самолета со своим лучшим другом. Чимин, кажется, был рад сильнее него, иначе не объяснить ту слёзную истерику с примесью вселенской радости, когда тот предложил ему вернуться домой. Чонгук, обнявший Чимина одной рукой смотрит на удаляющийся автобус и закат, который уносит с собой этот день, который запомнится им всем очень надолго. - Идём, у нас до конца смены ещё три часа. - тихо оповещает скуксившегося парня Чонгук. - Чимин-а. - Да-да, пошли. У меня куча улетающих домой гостей и засранный номер на четвёртом, с которым надо разобраться. Некогда грустить, хрена с два. Работаем, Чон Чонгук, скоро домой! Чонгук смеётся, чувствует вибрацию в кармане и видит сообщение от Тэхёна со следующим содержанием:

kimtae:

живого места на тебе не оставлю, зацелую, выебу, обниму и прижму к себе. люблю тебя.