За дверью спальной комнаты

Сначала Венти недоумевает. Только что они страстно целовались с Сяо, и дело шло к сексу, а вот он уже лежит в комнате один и ничегошеньки не понимает. Пьяный мозг, затуманенный возбуждением, мало помогает в размышлениях, поэтому Венти, решив отложить все до завтра, засыпает прямо как лежал — на кровати Сяо в одежде. Честно, он надеялся, что за ночь все решится как-то само, Сяо вернется, они все обсудят, и все наладится, однако все оказывается не так просто. Проснувшись в одиночестве, Венти сначала не понимает, что забыл в чужой постели, а затем вдруг осознает положение дел и хмурится. Сяо… сбежал от него? Он испугался? Ему что-то не понравилось? Нет, тут явно замешано что-то еще. Венти напрягает память и обрывками вспоминает — Сяо точно кто-то позвонил. Кто-то, кто пытался дозвониться до Сяо весь вечер, кто-то, чьей реакции он боится, как огня, а потому при одном лишь взгляде на дисплей не просто побледнел — подорвался с места и убежал, даже не попрощавшись. Странная реакция, конечно. Но вся эта ситуация с Сяо в целом сложная и непонятная. И это явно не то, о чем Венти хочется думать во время похмелья. Он откладывает эти тяжелые думы еще на неделю: после похмелья началась учеба, а потом — новая пьянка. На этот раз Сяо магическим образом в клубе не появляется, и потому они со Скарой тусуются вдвоем. Скарамучча предусмотрительно не подпускает к нему никаких мужчин, и Венти был бы ему благодарен, если бы не желал забыться в чьих-то поцелуях и объятиях прямо сейчас. Вот только его друг верно бдит поблизости, подозрительно поглядывая в его сторону. Ну, да, если б у них с Сяо все сложилось, вряд ли бы он нажирался сейчас в клубе со Скарой. Но не ему осуждать. — Как думаешь, я ему не нравлюсь? — бубнит Венти, открывая глаза. Взгляд фокусируется очень плохо, но даже так он понимает — кажется, Скара отвел его в свою квартиру. Интересно, когда успел? Он что, снова вырубился? Что ж, неважно. Так даже лучше. — Нравишься. Я видел, как он на тебя смотрит, — судя по голосу, Скарамучча отвечает на этот вопрос уже не в первый раз. Венти хмурится и откидывается на спину — видимо, он сидит на полу возле кровати, так что без проблем ложится затылком назад и устремляет взгляд в потолок. — Может, ты что-то перепутал? Откуда тебе знать? Почему ты так уверен в его чувствах? — Венти вздыхает и трет лицо руками, а после поворачивает голову в сторону Скары. Тот устало смотрит в ответ и качает головой. — Ты знаешь почему, — он звучит до безумия тоскливо, и Венти виновато отводит взгляд в пол. Конечно же, он знает — просто предпочитает об этом не думать. Их дружба слишком дорога Венти, чтобы от нее отказываться. Когда они переспали в первый раз, Венти не придал этому значения: он часто спит с разными людьми — знакомыми и незнакомыми, и никто из них никогда не воспринимал их связь всерьез. Он думал, что со Скарой будет так же, однако просчитался. Венти знает, как выглядит влюбленный человек, и потому увидеть эти чувства в Скарамучче не было сложно. Вот только он решил игнорировать всю эту ситуацию, пустив ее на самотек: сначала потому, что они со Скарой не были друзьями вовсе, а затем потому, что стали слишком близки. Теперь же решать что-то стало слишком поздно. Рука тянется к щеке Скарамуччи как-то сама собой, и Венти нежно оглаживает его кожу, заставляя того замереть. Скара смотрит напряженно, не отрываясь: и пусть Венти не в том состоянии, чтобы оценивать чужие эмоции, одну из них он узнает везде в совершенно любом состоянии. Желание. Взгляд Скарамуччи мечется между его глазами и губами, и Венти, не отказывая себе в желании, льнет ближе, сокращая расстояние между их лицами. Скара на мгновение прикрывает глаза, словно борясь с самим собой, а после мягко отстраняется. — Ты пьян, — коротко произносит он хриплым голосом. Венти хмурится. — И что? Раньше тебя это не останавливало, — кажется, его слова задевают что-то в Скарамучче, потому что он поджимает губы и отворачивается. — Сейчас у тебя есть человек, который тебе нравится. И как бы сильно ты мне, — он запинается, но все же находит в себе силы продолжить: — не нравился, я не стану чьей-то заменой для тебя, Венти, — когда Скара поворачивается вновь, Венти видит в его взгляде твердую уверенность. — И это не потому, что я не хочу — даже не начинай думать об этом. Я просто хочу перешагнуть через свои чувства, понимаешь? И секс с тобой мне в этом явно не поможет, — Венти слышит, но не слушает. Все, что он сейчас в состоянии осознать — ему отказали. И не просто кто-то, а Скарамучча, который никогда прежде ему не отказывал. В глазах начинают скапливаться слезы. Вид Скары из уверенного становится испуганным. — Боже, что снова? — Я… Я ужасен, да? Теперь меня никто не захочет и не полюбит, — всхлипывает Венти, ложась на пол и сворачиваясь клубочком на нем. Чувство безысходности накатывает на него со всей силы, и он, обняв себя изо всех сил, жмурится, словно это поможет избавиться от ужасных чувств, терзающих его сердце. Скара вздыхает, ничего не отвечает и просто ложится на пол рядом, притягивая Венти для объятий. Он ласково гладит его по волосам и ждет, пока тот отпустит коленки, чтобы позволить обнять себя нормально. Венти не знает, когда засыпает в руках Скары: он приходит в себя уже утром на кровати. Воспоминания возвращаются обрывками, и Венти тихо вздыхает. Он провинился перед Скарамуччей — причем провинился сильно. Пожалуй, Венти никогда прежде не проебывался настолько. Он мог случайно испачкать его любимые джинсы или утопить новенький телефон, но никогда прежде не давил на его влюбленность. Так поступают только мудаки. А значит, теперь Венти официально стал одним из них. Встав с кровати, он решает тут же найти Скару и извиниться. Это, пожалуй, единственное, что он сейчас может сделать. Извиниться и оставить его чувства в покое. Долго искать не приходится — Скарамучча обнаруживается на кухне. Кажется, он готовит что-то, стоя у плиты. Иногда Венти жалеет, что не может полюбить его в ответ — тогда все стало бы гораздо проще. Вот только при взгляде на домашнего, растрепанного Скару у него ничего не екает, и от этого даже как-то грустно. Немного помявшись на пороге, Венти негромко откашливается и проходит внутрь. Скарамучча, услышав его, мельком оглядывается через плечо, а затем вновь поворачивается к плите. Сердце в груди Венти сжимается от тоски. «Если бы я только мог полюбить его так, как он этого заслуживает», — мысленно вздыхает он, а вслух произносит: — Прости, — выдыхает Венти, переминаясь с ноги на ногу. Одетый в футболку Скары, в одном нижнем белье, помимо нее, с растрепанными волосами, он наверняка выглядит комично, однако старается сохранять серьезное выражение лица и продолжает: — Вчера ты был прав. Я не должен держать тебя. И тем более не должен играть с твоими чувствами. Ты заслуживаешь лучшего, — кажется, Скара на мгновение напрягается, а затем, тихо вздохнув, поворачивается к Венти лицом. Тот замирает, словно в ожидании приговора. — Ты был пьян. Все в порядке, — Скара действительно не выглядит обиженным или расстроенным — будто бы вчерашний разговор что-то изменил в нем. И у Венти отлегает от сердца. Они будут в порядке. — Будешь яичницу? — спрашивает он как ни в чем не бывало, кивая в сторону сковородки. И только тогда Венти замечает, насколько голоден. Когда он ел в последний раз? Вчера утром? Живот, словно уловив его мысли о еде, громко урчит, а во рту начинает скапливаться слюна. — Спрашиваешь, — фыркает он и садится, дожидаясь, пока Скара накроет им обоим на стол. Какое-то время они едят в тишине — Венти слишком устал, чтобы что-то говорить, а Скара по утрам всегда не особенно многословен. Венти и вовсе думает, что тот не начнет говорить — так обычно и происходит: они могут сидеть в полном молчании хоть целый день, — однако Скарамучча неожиданно подает голос. — Что планируешь делать с Сяо? — он смотрит внимательно, и Венти понимает: кажется, вчера он сболтнул лишнего. — Я все рассказал, да? — он обреченно вздыхает, заранее зная ответ. — Если ты о том, что этот придурок съебался посреди вашего секса и оставил тебя одного в комнате без объяснений, а потом не вернулся на следующее утро и не отвечал на твои звонки целую неделю — да, ты мне все рассказал, — Скара выглядит незаинтересованно, практически безразлично — только саркастично приподнимает одну бровь. Венти вздыхает еще раз. — И что ты предлагаешь делать? — спрашивает без особой надежды. — Забыть этого мудака и поменять комнату, — безапелляционно заявляет Скара, отрезая еще кусочек своей яичницы, для того чтобы его съесть. Венти хмурится. — Что? Нет. — Почему нет? — Скарамучча останавливается и переводит на него еще более скептичный взгляд. — Он буквально бросил тебя посреди вашей близости, — он загибает один палец на свободной руке, — у него странные отношения с бывшим и, в целом, он какой-то подозрительный, — второй и третий палец загибаются вслед за первым. — Нахуя он тебе такой? — вопрос, на самом деле, хороший. Доводы Скары звучат довольно убедительно и правдиво. Вот только у Венти есть на них отличный ответ: — Он мне нравится. — Так себе причина, — Скарамучча закатывает глаза и подпирает голову рукой. — У тебя всегда был паршивый вкус на парней. — Эй! — возмущенно восклицает Венти. Скара ухмыляется. — Ладно, признаю, я ничего так, но я тебе никогда не нравился, — порой Венти действительно не понимает, говорит тот всерьез или шутит, однако чувство вины, словно маленький червячок, грызет его, и он на выдохе произносит: — Я уже извинился, — Венти не может удержаться от небольшого ворчания. Что этот Скара, в конце концов, от него хочет? Он же действительно уже принес свои извинения. Но, кажется, это не защитит его от дружеских издевок. — Пофиг, — отмахивается Скарамучча, выглядя при этом чуть смущенным. Видимо, понял, что немного перегнул палку. Венти решает не придавать этому небольшому недопониманию значения и возвращается к поеданию своей еды. Скара же тем временем продолжает говорить: — В общем, если он объявится, я настаиваю, чтобы ты его игнорировал. Все. — А я… — Венти уже хочет продолжить свое возмущение, когда телефон, все это время лежащий рядом с его тарелкой на столе, начинает вибрировать, а его экран загорается. Само собой, именно в этот момент Сяо решил позвонить ему. Сердце в груди сбивается с ритма — казалось бы, это простой телефонный звонок, вот только Венти не может ничего с собой поделать. Влюбленность творит с людьми страшные вещи. — Не смей, — Скара явно пытается звучать грозно, однако Венти, окрыленный неожиданным появлением Сяо, лишь самодовольно смотрит в ответ и показательно нажимает на кнопку принятия вызова. Скара хмурится сильнее, однако, видимо решив не сдаваться, губами шепчет: «Ставь на громкую». Венти закатывает глаза, но все же делает, как было велено. — Алло? Сяо? Ты в порядке? — он вдруг чувствует, как от волнения срывается голос, а руки начинают дрожать. Скарамучча, заметив это, аккуратно кладет руку к нему на плечо. Становится чуть легче. Венти благодарно улыбается. — Привет, — Сяо на той стороне определенно переживает не меньше него самого. Это слышно по дрожащему голосу. Венти чувствует, как сердце сжимается вновь. Как бы он хотел сейчас быть рядом с ним, чтобы обнять, утешить. — Прости, что сбежал. Я в порядке. — Почему тебя так долго не было в общежитии? — спрашивает Венти. На самом деле, Сяо не было не только в общежитии — всю эту неделю он не ходил на учебу, что встревожило Венти еще сильнее. Если он избегал не только его, а в целом прогуливал учебу, значит, произошло что-то серьезное. — Я уехал к папе домой. У нас… — Сяо выдерживает паузу, а после со вздохом продолжает: — возникли неотложные домашние дела. Я правда извиняюсь за то, что бросил тебя тогда вот так, — быстро добавляет он. — Я могу все объяснить, когда вернусь, если позволишь. Если что, я всегда готов съехать, — судя по голосу, съезжать Сяо бы не хотел, и это греет Венти душу. Получается, причина его резкого ухода не в личной антипатии. Он знал! Переведя торжествующий взгляд на Скару, Венти ловит скептичный в ответ и закатывает глаза. Даже порадоваться за него не может. Вот ведь нахал. — Я, э, все хорошо, Сяо, — это, конечно, сильное преувеличение, учитывая, как сильно он напился вчера из-за него, но волновать того еще сильнее не хочется, и Венти, сосредоточившись на позитивных чувствах, игнорирует небольшую обиду, поселившуюся где-то глубоко в груди. — Когда ты возвращаешься? — Завтра днем. — Тогда, — неуверенно начинает Венти, — завтра мы поговорим? — он лишь надеется, что все образуется. Ему тоже не хочется съезжать, а еще ему не хочется прекращать общение с Сяо. Хорошо, если они решат все недоразумения и снова начнут дружить. Хотя бы дружить. Венти пока не уверен, стоит ли ему рассчитывать на нечто большее. — Да, конечно, — кажется, Сяо на той стороне облегченно выдыхает, и Венти, поддавшись его настроению, вздыхает вслед за ним. — До встречи, — прощается Сяо. Венти прощается вслед за ним и вешает трубку. Скара переводит на него полный осуждения взгляд. — Ну и дурак же ты, — он качает головой. Но теперь Венти совершенно плевать на то, что он там думает. Скара может ругаться сколько ему угодно. Да, возможно, Венти — полный дурак. Но зато счастливый и станет еще счастливее, когда увидит Сяо. И даже если тот разобьет ему сердце, он не оставит его. За все время Венти сильно привязался к нему и сейчас не готов так легко его отпустить. Главное — поговорить, а остальное приложится само собой. В этом Венти отчего-то более чем уверен.

***

— Что ты здесь делаешь? — Сяо, зайдя в их с Венти комнату, ожидает увидеть кого угодно, но только не Скарамуччу, стоящего у стены со скрещенными руками. Быстро окинув комнату взглядом, Сяо не обнаруживает внутри Венти. Он недавно вернулся в Нью-Йорк на автобусе. Прощание с отцом прошло тяжело. Сяо старался не плакать, и потому не смог даже взглянуть на Чжун Ли, когда уходил из дома. Стыд и вина теперь его верные спутники, наверное, на всю оставшуюся жизнь. Провожать его Чжун Ли не пошел. Сяо может его понять — наверняка он разбил ему сердце. Да что там — он разбил сердце самому себе. «А стоит ли оно того?» — думал Сяо, пока ехал до Нью-Йорка, наблюдая за серым пейзажем снаружи. А после вспоминал свои чувства к Венти. Нет, он точно пожалеет, если не попробует начать с ним встречаться. Вот только, несмотря на расставание с Чжун Ли, это по-прежнему ощущается предательством с его стороны, и Сяо ничего не может с собой поделать. — Защищаю Венти, — подойдя к зашедшему в комнату Сяо, Скара берет его за грудки и резко впечатывает в стену. Сяо чувствует, как у него спирает дыхание, а спина отдается легкой болью. Силы Скарамучча явно не пожалел. — Если ты думаешь, что можешь бросать его вот так, возвращаться и потом делать вид, что все в порядке, то зря. Так поступают только придурки, — шипит он Сяо в лицо. Он видит: Скара искренне волнуется за Венти. Сяо не знает, как давно они дружат и что пережили вместе, но уверен: Скара — хороший друг. Вот только еще немного и этот хороший друг накинется на него с кулаками, чего Сяо решительно не хочет. — Еще раз расстроишь его, и я набью тебе рожу, вырежу твои яйца, а потом заставлю их сожрать. Ты меня понял? — угрозы звучат весомо, и Сяо, услышав их, чувствует, как внутри все холодеет. Не так он представлял сегодняшний день. — Я спрашиваю: ты меня понял? — еще более угрожающе повторяет Скара, и тогда Сяо поспешно кивает. — Да, я понял. Я знаю, что виноват, — он говорит негромко, все еще немного дрожа от неожиданности и небольшого выброса адреналина. С таким Скарамуччей шутки плохи — и Сяо сожалеет, что столкнулся с этой его стороной при таких обстоятельствах. Скара окидывает его подозрительным взглядом и лишь потом отпускает, отходя на пару шагов. — Славно. Я не буду отвлекать вас от ваших разговоров. Я был здесь только для моральной поддержки до твоего прихода. Дальше сами разберетесь, — фыркнув, он скрещивает руки на груди, не теряя при этом своей грозной ауры. — Если ты снова его обидишь, помяни мое слово, ты не просто больше никогда его не увидишь — ты будешь жалеть об этом до конца своих дней, — он выставляет руку перед собой и тыкает Сяо прямо в грудь. Тот громко сглатывает, подозревая, что каждое слово Скары имеет вес. Он явно не из тех людей, кто так легко разбрасывается угрозами направо и налево. — Я верю, — отвечает Сяо, чувствуя, как голос срывается. В горле пересыхает — видимо, от нервов. — Надеюсь на твою сознательность, — фыркнув, Скара еще раз окидывает его взглядом напоследок и выходит из комнаты, сталкиваясь с Венти в дверях. Тот заходит с двумя кружками чая — видимо, для них со Скарой, но тот лишь закатывает глаза, кивает на Сяо и, больше ничего не сказав, уходит куда-то в своем направлении. Венти растерянно смотрит сначала на него, а после переводит взгляд на Сяо, неловко стоящего у стены. — Твой друг меня чуть не убил, — произносит он после небольшой паузы. Дрожь по-прежнему ощущается в руках, но он быстро справляется с ней, и Венти, по-доброму хмыкнув, проходит дальше и ставит обе чашки на стол, кивая на них Сяо. Тот понимает намек и, подойдя следом, берет одну из них, а после усаживается на свою кровать и опасливо смотрит на Венти. На первый взгляд тот выглядит как обычно, вот только, стоит приглядеться внимательнее, как Сяо видит залегшие под глазами тени, обгрызенные ногти и фальшь в улыбке. Все же он сильно накосячил. И раз уж с Чжун Ли он больше ничего не может исправить, то попытается сделать это хотя бы с Венти. — Скара? Да, он очень переживает за меня. Он что-то тебе сказал, да? — спрашивает Венти с мягкой улыбкой в уголках губ. Он больше не выглядит озорным и соблазнительным, как в прошлую их встречу. Все, что Сяо видит — это бесконечная усталость наперевес с тревожным ожиданием. Плечи Венти напряжены, а весь вид так и кричит о нервозности. Им нужно поскорее все обсудить, и тогда каждый из них сможет, наконец, выдохнуть. — Да, типа того, — Сяо сжимает кружку в ладонях, быстро подносит чай к губам и отпивает, выделяя себе еще немного времени на подумать. — Прости, — все-таки выдыхает он. Венти, услышав, что тот, наконец, начал говорить по теме вздрагивает и переводит на него внимательный взгляд, совершенно позабыв про свой чай, так и стоящий на столе. — Я знаю, что причинил тебе боль. И ты мне нравишься. Правда, — на этих словах Сяо чувствует, как начинает краснеть. Несмотря на то, что он признал свои чувства для себя, Сяо все еще не говорил о них вслух никому, кроме Чжун Ли. И делать это оказывается труднее, чем ему казалось раньше. — Я просто запутался и у меня возникли трудности в семье, а еще кое-что с моим, — он хмурится и запинается на мгновение, пытаясь подобрать слово, но все-таки останавливается на очевидном: — бывшим. — А. Все-таки с ним? — Венти удивленным не выглядит — даже наоборот, его вид проясняется, словно он только и ждал подтверждения Сяо на этот счет. Это заставляет его удивленно поднять брови. — Ты понял? — Несмотря на то, что ты отрицал свои отношения, я догадался, что ты мне приврал, — он хмыкает, а после с хитрой улыбкой выдает: — Я застукал тебя, когда ты занимался с ним сексом по видеосвязи. Сяо чувствует, как краснеет еще сильнее и, опустив голову вниз, смущенно прячет взгляд. — О боже… — Ничего страшного. Я все понимаю, — Венти впервые за их разговор издает тихий смешок, и Сяо, вновь подняв голову, тонет в его мягком выражении. На дне бирюзовых глаз снова скачут черти, и он позволяет себе облегченно выдохнуть. Венти не злится. — Я… между нами все было сложно. Но сейчас все стало понятно, так что я могу честно признаться, что теперь я свободен, — Сяо старается не звучать разочарованно, чтобы не давать Венти сомнений в искренности своих чувств в его отношении. Он не хочет еще больше проблем, чем у них уже есть. — Венти, ты будешь со мной встречаться? — выдыхает Сяо, чувствуя, как сердце в груди бьет набатом, а ладони нервно потеют. — Я знаю, что это как-то неправильно и, возможно, слишком неожиданно, но… — Венти, не дав ему договорить, бросается на него с объятиями, от чего Сяо едва не проливает чай на кровать. Он аккуратно отставляет свою чашку и приобнимает Венти в ответ, чувствуя облегчение. — Спрашиваешь! Конечно, — он чуть отстраняется и хмурится, внимательно глядя на Сяо. — Но ты в порядке? Ты точно готов? — серьезно спрашивает он. Сяо поспешно кивает. Он думал об этом несколько дней подряд. Конечно же, он готов. — Да. Я все обдумал. Так будет лучше для нас всех. Наверно, — Сяо на секунду отводит взгляд, вспоминая об искренней тоске отца в последние часы своего пребывания дома, но после с замиранием сердца возвращается к бирюзе напротив, а после, протянув руку к лицу Венти, нежно оглаживает его щеку. Венти, изменившись на глазах, ластится к его ладони. — Если я, конечно, еще тебе нравлюсь, — опасливо уточняет он. — Нравишься, — выдыхает Венти и прежде, чем Сяо успевает что-то ответить, наклоняется, оставляя на его губах мягкий поцелуй. В груди у Сяо все смешивается: искренний восторг заполоняет его наравне с желанием стать ближе, и он, прикрыв глаза, отвечает на поцелуй. Казалось бы, все складывает как нельзя лучше, вот только на душе у Сяо скребутся кошки. «Я ведь поступил правильно, да?» — думает он, сжимая Венти в объятиях и углубляя поцелуй с ним. Сяо хочет верить, что все будет в порядке, но подсознательно понимает: легко точно не будет.