Кэсси Причер

      Всё началось очень даже хорошо — дождя не было, светило яркое и довольно тёплое солнце, а ещё Инкарнация вспомнил, что примерно в это время в прошлом году попал в «Замок», ну, может неделей раньше или позже. Эшли была прекрасна, как всегда, и как всегда Инкарнация одновременно и гордился, и не верил, что эта девушка — его, что они выбрали друг друга, что вот так вот всё сошлось. У Эшли в школе скоро должны были начаться выпускные экзамены, и она опасалась, что они не смогут видеться некоторое время. Она была ещё та зубрилка. Инкарнация не спрашивал, куда она собирается поступать потом — его собственный опыт говорил о том, что подобные расспросы могут только лишний раз нервировать. Поэтому они, как обычно, болтали о том, о сём (только не об учёбе), Эшли с огнём в глазах рассказывала о модном движении «гяру-химэ-арутерунативе», и Инкарнация пытался хотя бы кивать в нужное время — половины слов он просто не мог понять, но ему нравилось слушать голос и наблюдать за лицом девушки. Наконец прелюдия была завершена, нужное количество вкусной еды съедено, и они приступили к главному, в то время как виртуальный ветер гнал по стенам комнаты снегопад лепестков японской вишни. Так уж всегда было с Эшли — сперва разговоры, а потом уже всё остальное. «Необходимый разогрев», — как говаривал, ухмыляясь, Веспер.              Вечером они немного погуляли по городу, держась за руки, зашли в здешний «Миказ» и поиграли на выставочных консолях. Инкарнация не старался показать себя мега-крутым — осторожность «Замковца», усвоенная за год общения с Китайчиком, — но всё равно выиграл два раунда из трёх. Эшли пищала в нужные моменты и объявила его героем. Выигранного покемона Инкарнация подарил ей, сам он таких не собирал. Поужинали в японском кафе, где Эшли заказала огромную порцию всяких странных штук, которые Инкарнации было даже немного боязно есть, уж очень они напоминали произведение искусства. Вернулись домой и застримили новый выпуск «Голо-деток», Инкарнация в жизни бы его смотреть не стал, но с Эшли всё воспринималось как-то иначе, как-то очень красиво. Потом началось незнакомое ему футуристическое японское шоу (по специальному платному каналу), Инкарнация никак не мог врубиться, спорт это, викторина или дорама, но Эшли болела за девочку с серебристыми глазами, и Инкарнация решил болеть вместе с ней. Он обнимал Эшли одной рукой и чувствовал, как она прижимается к нему. Потом они вышли из стрима, даже не досмотрев, чем всё закончится, и занялись любовью. В общем, идеальное свидание с любимой девушкой.              Проснулся Инкарнация оттого, что ему было плохо. А ещё от крика Эшли. Он открыл глаза и попробовал сесть, но тело ужасно заболело. К тому же, к нему налипло что-то мокрое. Инкарнация никак не мог понять, в чём же дело, голова просто раскалывалась. А Эшли всё кричала и руки у неё были в крови. Потом подъехала «скорая» и его обрызгали холодящей штукой из баллончика, а Эшли успокаивала девушка-медик в розовой, как у Дэйла, форме. Инкарнацию осторожно переложили на носилки и вынесли из дома, а потом они ехали в больницу, и Эшли сидела рядом с ним, уже не плача, и держала его за руку. Инкарнация пытался собрать в кучу свои мысли, но они упорно возвращались к красному пятну на кровати, которое он успел заметить краем глаза.       Это всё произошло ночью. Утром ему стало лучше. Голова болела уже не так сильно, и, если бы он не пришёл в себя в незнакомой больничной палате, то решил бы, что всё это ему приснилось. Эшли свернулась калачиком на кресле-мультиформе, и Инкарнация порадовался, что она не бросила его.       — Эш, — тихонько позвал он. Девушка тут же встрепенулась и открыла глаза.       — Ты как? — шёпотом спросила она. Переливающиеся кобальтовым и розовым волосы были встрёпаны.       — Жив. — Инкарнация улыбнулся. — Что случилось?       — Не знаю. — Эшли аккуратно, по кошачьи, сменила позу и сидела теперь прямо. Лицо у неё было серьёзным. — Я проснулась, а ты весь… в крови, — закончила она, содрогнувшись. — У тебя порезы по всему телу. Кэсси, — она перешла на шёпот, ещё более тихий, чем прежде. — Это же не… ты сам? Я знаю, что это не ты…       — Это не я, — честно ответил Инкарнация. Он опустил глаза и увидел, что торс его перебинтован. — Бред какой-то…       — Это как в «Полночи Тёмного Мастера». Помнишь, где Хисаши попадает в дом с полтергейстом?       Инкарнация кивнул. Он помнил.       — У меня никогда раньше не было дома полтергейста. — Эшли закусила губу. По щекам побежали блестящие дорожки слёз. — Я всё думаю, что вернусь, а пятно исчезло. Но знаю, что это не так. Потому что ты — здесь.       — Эш, — как можно более ласково произнёс Инкарнация. — Иди сюда.       Она юркнула к нему на кровать.       Чуть позже пришёл серый матовый костюм, уже знакомый Инкарнации по холлу больницы в Сейлеме. Их с Эшли подробно расспросили о происшествии. Подошедшему врачу попросили предоставить психическую карту Инкарнации, и тут как нельзя кстати пришлось недавнее обследование по инициативе Дэйла — из Сейлема пришёл ответ, что Кэссиди Причер совершенно здоров. Полицейский костюм захлопнул свою папку и удалился, Инкарнация лёг спать, а Эшли пришлось его оставить на время, но она всё равно вернулась вечером, бледная и непривычно тихая, и заняла свой пост на кресле. Но потом, конечно, опять перебралась к нему на кровать.              Порезы были неглубокими, и на следующий день Инкарнацию уже отпустили домой. Сай и Веспер заехали за ним на «светлячке».       — Ну и дела, — сказал Веспер. — У нас тут клуб инвалидов, по ходу, собирается!       — Сай в порядке, — напомнил ему Инкарнация.       — Это только так кажется, — громким шёпотом возвестил Веспер, — на самом деле у него мутация поясничного слизнячка…       — Сам же меня и заразил, — отозвался Сай и, улучив момент, дёрнул Веспера за косичку.       Инкарнация фыркнул. Эшли молчала и не желала отпускать его руку. Она не рассказывала, что произошло у неё дома, а Инкарнация решил не спрашивать — это же семья Райсов, по крайней мере, частично. Он до сих пор не знал, кто родители Эшли и есть ли у неё дяди, тёти, бабушки и дедушки, другие братья и сёстры помимо Ноэла. Эшли, в отличие от Сакуры-тян, умела держать язык за зубами не хуже Китайчика. Наконец друзья сообразили, что тут девушка и отошли, давая им время проститься.       — Как жаль, что ты уезжаешь, — тихо сказала Эшли. — Что всё так произошло, что…       Её щёки снова стали мокрыми. Инкарнация нежно стёр слёзы подушечками пальцев.       — Всё в порядке, Эш. Похоже, это и правда был полтергейст.       Она посмотрела на него снизу.       — Бака. — Но улыбнулась сквозь слёзы. Инкарнация наклонился и поцеловал её, подавив стон, когда Эшли его обняла — порезы, даже обработанные и перебинтованные, пока что ощущались слишком ярко.       Только потом он подумал, какой неприятный разговор, должно быть, пришлось вынести Эшли… с кем там она жила? Из-за обезболивающих он был ужасающе заторможенным.       «Замковцы» забрались в машину, Сай на водительское место, Веспер рядом с ним, предоставив Инкарнации заднее сиденье целиком. Эшли помахала ему рукой, сорвалась и убежала. Инкарнация растянулся по мягкому сиденью «светлячка». Перед его глазами силуэт убегающей девушки накладывался на кровавое пятно. Веспер обернулся:       — Это она тебя так? Или ты сам?       — Никто никого, — сказал Инкарнация потолку салона. — Полтергейст.              Когда они въехали в зону Сейлема, у Инкарнации чпокнуло в ухе — сообщение от матери. Прослушивая её обычные наставления («обед в контейнере, но если не будешь есть, то не разогревай лишний раз», «не забудь, что надо записать поздравление для тёти Эйвы», «в понедельник у меня двое учеников», «не забудь пообедать») он сообразил, что она не в курсе того, что с ним произошло. Затем, словно сговорившись, зачпокали шариками от пинг-понга прочие пропущенные сабжи — от Дэйла, Китайчика, Сая, Веспера, Эшли. Инкарнация поглядел на браслет — большинство было датировано вчерашним днём.       — У меня тут какие-то записочки от вас, — произнёс он в потолок. Из-за спинки сиденья показалась рука Веспера с выставленным средним пальцем. Сай ответил более дружелюбно:       — Это уже не актуально.       Эшли шёпотом произносила всего три слова, но Инкарнация готов был слушать их бесконечно. Он крутил её сообщение уже который раз, как поступил сигнал очередного входящего — с отвратительной неискоренимой стандартной озвучкой про «неизвестный адресат». Инкарнация даже смотреть не стал, а сразу удалил его. Чёртов спам, лезет во все дыры, какой бы новой ни была среда! Для успокоения он ещё раз пять послушал милый шёпот Эшли, а затем рискнул глянуть сабжи Дэйла и Китайчика. Дэйл заклинал сразу же показаться ему, не важно, на работе он будет или дома — просто связаться с ним. От Китайчика тоже было только лаконичное «Надо поговорить. Приезжай, как сможешь».       — Куда везти? — спросил Сай. Веспер тут же отозвался:       — В «Замок», куда же ещё. Хотя я бы на месте докторов запретил тебе всё, что не связано с валянием на постели.       — У меня всё и произошло во время валяния на постели, — вздохнул Инкарнация. — Давай в «Замок», — сказал он, набирая ответ Дэйлу: «Я сейчас буду в Замке». Золотой карп на розовом фоне мгновенно отозвался иконкой с поднятым большим пальцем — довольно нелепое сочетание. Белый таракан мгновением позже повторил этот жест. Инкарнация вырубил телефон. В «Замок» ему не хотелось.              

***

             — Прежде всего ты должен знать, что Эшли взяла ответственность на себя.       Инкарнация лежал на известном уже матрасе в мансардной комнате, а Китайчик сидел рядом, возвышаясь — с точки обзора Инкарнации — горой, уходящей в потолок и говорил, как обычно, не повышая голоса.       — Если ты хочешь знать, что произошло, то я сам не знаю, — ответил Инкарнация. — Но Эшли здесь точно не причём.       — Это я знаю, — сказал Китайчик. — С Эшли я тоже всё уладил. В полиции решили, что вы развлекались игрой в Сида и Нэнси.       — Чего? — не понял Инкарнация.       — История, двадцатый век. Не важно. Сколько ран?       — Восемнадцать. — Волшебная штука, которой его перед отъездом обрызгали в портлендской больнице, похоже, начала выветриваться и порезы снова ощущались неприятно и тонко. Инкарнация поморщился и бездумно пробежал пальцами по бинтам. Китайчик перехватил его руку.       — Не надо, Кэсси.       Послышались быстрые шаги, и в комнатку ворвался Дэйл — не в своей рабочей одежде, значит, выходной.       — Ну что, Кэсси, очередной «припадок»? — спросил он, усаживаясь с другой стороны.       — Нет, я… — Инкарнация приподнялся на локтях, открыл рот, закрыл и снова открыл: — Похоже на то.       Дэйл поглядел на него с торжеством.       — Умный доктор нарисовал крутую схему твоих приключений. Тут и Грета не понадобилась. И я предсказываю, пока что не очень точно, но весьма самоуверенно, что твой следующий приступ произойдёт в ноябре.       — Весьма самоуверенно, Дэйл, — по-тигриному проворчал Китайчик.       — Я надеюсь, что ты ошибаешься, — пробормотал Инкарнация. И подумал, что, наверное, нет. Дэйл прекратил улыбаться.       — Дай, гляну на твои стигматы. — Он принялся аккуратно снимать бинты.       Инкарнация закрыл глаза. Дэйл распылил на него очередную дозу регенерирующего состава и сказал полежать пока на спине, не двигаясь, потому что он не хочет накладывать повязки — они только замедляют дело.       — Десять минут, Кэсси, хорошо?       — Хорошо, — прошептал Инкарнация. Он знал, что Китайчик не ушёл и тоже смотрит на него. Ему казалось, что бирюзовые глаза прожигают его, точно лазер. Инкарнация надеялся, что останутся шрамы. Когда он осмелился приоткрыть глаза и посмотреть из-под ресниц, Дэйл и Китайчик действительно были здесь, по обе стороны от него, но смотрели не на него, а друг на друга.