Кэсси Причер

Спустя пять лет...

             Весной сорок девятого года Инкарнация как раз вышел из больницы после очередного приступа, не слишком хорошо понимая, где он должен находиться; в руках у него был пакет с немногочисленными личными вещами и баночками с медикаментами, а в ушах до сих пор звучало настораживающее «до следующего раза» дежурной сестры в холле. Хотя она была ничего, симпатичная, но Инкарнация не был уверен в том, что спал с ней. Или всё-таки спал? Он тщетно копался в своей дырявой, словно кусок голландского сыра, памяти и уже почти прошёл мимо этого парня на стоянке, но тут парень повернулся к нему и завопил «Корн!». В первую секунду Инкарнацию обдало волной ужаса — как будто сбылся наяву один из ночных кошмаров — но в следующее мгновение он узнал и голос, и человека.       — Сай? — Инкарнация сделал неуверенный шажок навстречу. Сай же покрыл разделяющее их расстояние в один широкий шаг и сгрёб Инкарнацию в объятия.       — Стив, — поправил он.       — Ох, чёрт, — пробормотал Инкарнация. Но он не мог не согласиться — пожалуй, сейчас это и правда был Стив, а не Сай. Тёмно-фиалковые глаза стали как будто ярче, но, может быть, дело было в освещении. А вот всё остальное явно от света не зависело: Стив был бородат, выстрижен почти под ноль, через короткую щетину проглядывала татуировка — хитросплетённый полуабстрактный орнамент, изображающий летучее существо, распростёршее свои крылья по затылку, — а ещё он был худой, очень худой по сравнению с Саем, которого помнил Инкарнация, но жилистый, с такими как бы перекрученными мускулами и виднеющимися в пройме футболки выпирающими ключицами над вязью татуировок наподобие той, что была у него на голове. Все эти подробности про татуировки Инкарнация рассмотрел уже потом, а сперва отметил только самые явные внешние различия — отсутствие косичек, изменения в фигуре, непривычную одежду — узкие чёрные штаны, сшитые словно бы из полосок драного денима и чёрную же замшевую куртку вроде военной, только не пойми какой эпохи, с большими типа как металлическими, желтовато-серебристыми тусклыми пуговицами в два ряда и эполетами, а ещё высокие ботинки, в каких ходят охранники и полиция.       — Ты похож на шамана, — выдал, наконец, Инкарнация. Стив широко улыбнулся. Зубы у него были всё те же — белые и ровные. — На космического шамана, — поправился Инкарнация.       — До космического мне ещё далеко. Ты сейчас куда? Могу подвезти. — Он кивнул головой на обтекаемый чёрный мотоцикл, каких Инкарнация в Сейлеме пока ни у кого не видел. Инкарнация покосился на пакет, который нёс в руках, а потом сказал:       — Наверное, лучше домой.       Стив выдал ему второй шлем.              Дом, где Инкарнация жил последние месяцы, находился недалеко от старого аэропорта (сейчас его использовали только для местных, межштатовых перелётов) — древний бетонный куб с минимумом обстановки. Инкарнация так толком его и не обжил, даже не поставил графику на стены, выбрав среди настроек статичный розовый Бейкера/Миллера. В углах скопились аккуратно утрамбованные стопки коробок из-под еды навынос, стояли батареи баночек с энергетиком — кое-какие пустые, но довольно много не открытых; пол был чистым — постарался бот-уборщик. Зато на подоконниках, за неимением других поверхностей (стол был только один, в маленькой комнатушке, гордо именовавшейся «кухня»), теснились упаковки из-под лекарств, вскрытые и нетронутые, несколько крохотных горшочков с суккулентами, посуда, представленная в основном кружками с логотипами различных компаний-разработчиков игр, носки, игровые очки и кольца вразнобой, стопка древних книг в запаянных в прозрачный пластик обложках, презервативы, банки со сваленными в кучу мемо-картами и прочим добром, косметика, провода и детали от периферии. Коллекционных фигурок не было видно. Стив присел на бежевый матрас-мультиформ, поднял с пола прозрачную фиолетовую коробочку без маркировки, повертел её, разглядывая модель колец.       — Ты всё ещё геймишься?       Инкарнация пожал плечами.       — Иногда. Временами. — Потом признался:       — Довольно много, когда не в больнице. — Он опустился рядом, подогнув одну ногу и вытянув вторую, чуть сутулясь по привычке; за прошедшее время он успел добавить в росте ещё несколько сантиметров, дошёл до отметки «191». К счастью, после этого организм решил, что всё уже, пожалуй, хватит. — Это прототип для тестирования. Мои встроены. — Инкарнация поднял руки и пошевелил пальцами. — Я хотел ещё глаза сделать, но меня отговорили. И глюков боюсь, если взломают.       — Ясно. Сам играешь, без координатора?       Инкарнация кивнул. Стив как-то странно дёрнул головой, но удержался от комментариев.       Закатное солнце светило через закамуфлированные окна дома, преломлённый свет оседал зеленоватой пылью на поверхностях.              Стивен рассказывал о своём путешествии, да так, как будто все эти годы не рассказывал о нём вообще никому — слова лились потоком, почти без пауз. Инкарнация слушал, ему было приятно побыть рядом с этим человеком. Пусть он и не был больше Саем. Должно быть, Сай так и исчез пять лет назад. Но что-то в нём оставалось прежнее и это радовало, особенно после больниц.       — Думал, уложусь в несколько месяцев, может, год, а так получилось, что только недавно вернулся в ССША… Сумасшествие просто! В Бразилии мы застряли на полгода почти из-за проблем с визой и как раз тогда у меня взломали большую часть счетов…       — Что?!       — Да вот, что было. К счастью система Китайчика всё-таки сработала, он же нам говорил вечно — старайтесь размещать небольшими партиями… чёрт, ладно, не хочу о нём сейчас… — Стив нахмурился, но Инкарнация снова только пожал плечами:       — Это уже почти прошло. Давай дальше. Я же ничего от тебя не получал с весны сорок четвёртого, последний раз из Бразилии. Пять лет.       — Пять лет… — Стив задумался на некоторое время, а потом медленно произнёс: — Примерно тогда меня взломали. Но я всё равно писал тебе, посылал сабжи…       Инкарнация покачал головой.       — Странно это, — сказал Стив. — Я тогда подумал, что ты, наверное, решил начать всё заново, ну, типа обнулиться… Вот этот дом, — он обвёл комнату взглядом, — он похож на то, что, наверное, бывает после обнуления.       — Это у меня после «Замка», — отозвался Инкарнация. — Лучше расскажи ещё про путешествия.       И Стив рассказал ещё. Свет с улицы успел померкнуть окончательно, под потолком автоматически зажглись световые панели. Инкарнация верил и не верил в огромность мира, в то, что эта внешняя огромность может соответствовать огромности внутренней, от которой он не знал больше, куда бежать. Стив говорил о местах, названия которых были для Инкарнации пустым звуком — а там, оказывается, тоже люди живут! — о местах, где вообще не было людей, о странных явлениях в небе над Лимой («Я уже почти поверил в то, что это призраки наших аватар из "Эриал Глорис"!»), о том, как везде всё по-разному, и что из их куска Америки это никогда не понять и не увидеть. Инкарнация думал о том, что всё это время, по крайней мере физически, провёл в Сейлеме и Портленде. И что Китайчик так и не вышел из «Замка».              — Как у вас с Бекки? — спросил Инкарнация наконец. Стив хмыкнул.       — Расстались, можно так сказать. Как раз после этой истории в Бразилии. Нервы мы там здорово помотали… Она не выдержала, вернулась домой, ну а я — дальше… Понятно, беременная была, ей тяжело, да ещё и Веспер тут… — (Инкарнация решил не напоминать, что Веспер был к тому времени всего лишь кучкой пепла в термосе.) — Но мы друзья. У нас дочка общая, — с гордостью сказал Стив. — Сейчас она с мамой, я как раз еду к ней в Сиэтл, на день рождения.       — Фигеть, — пробормотал Инкарнация.       — Ты глянь! — Стив принялся листать фотографии в браслете, а потом вывел проекцию — улыбающаяся малышка на руках у улыбающейся, всё так же красноволосой Бекки. — Через пару дней уже четыре года будет! Зовут Элиша Голди.       — Милая… А… Веспер?       — Распрощался с ним на Аляске, в смысле той части, которая ещё вроде как принадлежит ССША. Знаешь, это совершенно отдельная история. — Стивен даже на несколько секунд замолчал, вспоминая произошедшее, а потом продолжил:       — Жуткий буран, а я остался совсем один и накурился «Дэйзи». А потом пошёл в бурю с этой урной и просто раскрыл её, и ветер всё унёс… чуть не отморозил себе тогда руки, да и вообще всё, наверное, отморозил бы, но в какой-то момент почувствовал, что Веспер ушёл… действительно ушёл, понимаешь? Вот засранец! Метель ему понадобилась, не меньше! — Стив усмехнулся и покачал головой. — И тогда-то, когда я почти замёрз, ну, совсем замёрз, я услышал Голос. Он словно шёл из сердца этой метели, и сперва я решил, что это Веспер, но потом сообразил, что нет. Веспер… он даже после смерти такого, наверное, не смог бы сказать. — Он снова замолчал, видимо, отдавая должное уже этим воспоминаниям, но вскоре его взгляд вернулся к Инкарнации. — А ты вроде как поднабрал немного?       — На твоём фоне кто угодно будет выглядеть поднабравшим, кожа да кости! — проворчал Инкарнация, с его точки обзора Стив скинул килограмм тридцать как минимум, но Стивен только рассмеялся. — И что сказал этот голос?       — Это не так просто… Странное дело, я знаю, что он был со стороны, но одновременно с этим он звучал у меня в сердце. И всё это заняло какие-то секунды… Огромное количество информации. И холод, жуткий холод, но я его даже не чувствовал. Это просто не описать. Я пришёл в себя на одной из баз… — Стивен помотал головой. — Я думаю, это был Бог.       — Чего? — Инкарнация, успевший улечься на матрас, приподнялся на локтях.       — Знаю, звучит странно, я никогда не был особо в теме религий, но… Видишь, Корн… всё как будто сошлось одно к одному. Да нет, это как-то не так… Понимаешь, когда Бог говорит с тобой, он как будто обращается к тебе лично. И если попытаться пересказать, часть смысла уходит, потому что моя голова — это моя голова, а твоя голова — это твоя голова. Разные вещи. Тут либо веришь — либо нет. Но я не вру, Корн.       — Да я, в общем, тебе верю, — успокоил его Инкарнация. Стивен и правда был какой-то слишком серьёзный, более того — торжественный. Даже щёки порозовели от волнения. И глаза — как звёзды, так и сияют. — Я по жизни голоса то тут, то там слышу…       — Он сказал мне, чтобы я не беспокоился о прахе… думаю, речь шла о Веспере… и что твой путь, Корн, — это Восток. И… много всего было… Что грядёт спасение и прочее…        За окном обозначились сигнальные огни аэродрома, от них даже камуфляж не особо спасал. Инкарнация с интересом наблюдал за Стивеном, не до конца ощущая реальность происходящего. Это было словно сцена из стрима. Стив как будто вылетел из самого себя, стал больше и светлей.       — Но самое поразительное — это то, что я не замёрз. Когда прощался с Веспером, уже тогда, думал, что всё… А потом — нет. И ещё… встретил кое-кого, и про эту встречу тоже Он сказал… Голос из метели. Бог.       Инкарнация кивнул. Раз Стивен говорит, что Бог — значит, пусть будет Бог. Бог спас его от сумасшествия. Хотя вся эта история сама по себе была ещё тем безумием. Видимо, какой-то далёкий луч, проникавший в комнату с аэродрома, сместился, и теперь Стивен снова выглядел обычным Стивеном… чем-то даже похожим на Сая.       — Так ты один теперь, раз вы с Бекки… ну, расстались? — Инкарнации показалось, что его голос сперва застыл серебристой рыбкой в сгущённом воздухе комнаты, и только спустя мгновение резво поплыл в сторону Стива. Не слишком хороший признак. Надо будет в ближайшие минуты проглотить пару «зимок»…       — Да нет же, говорю, встретил кое-кого… — Стивен провёл ладонью по лицу, приходя в себя. — Просто сейчас еду один, ну, потому что…       — Она ревнивая?       — Это он. Бизон не смог поехать, работа.       — Бизон?       — Бизон, да. Имя такое. Он меня спас. Но я уже знал, что встречу его. Голос предупредил меня.       — Охотник какой-нибудь? Геймер? — Инкарнация даже заинтересовался. Чуть-чуть.       — Да нет, конструктор. Работал на Аляске, в нашем секторе, сейчас вот в Северной Калифорнии. Мы переезжаем.       — И у вас всё типа серьёзно?       Стивен кивнул, потёр заросший подбородок.       — Похоже на то. По крайней мере, уже который год вместе… Но это не то, как ты думаешь, скорее, партнёрство или семья… А ты как? Я слышал, ты, вроде, с Дэйлом встречался…       Инкарнация снова рухнул на матрас.       — Это было давно. После «Замка» и всего этого дела… — Он закрыл лицо руками и помотал головой. — Прости, я не хочу сейчас про это. Не сейчас, Сай… Стив.       Они ни о чём не договаривались, но когда Дэйл нашёл его, Инкарнация не смог сказать «нет» — не смог, и всё тут. К чему бы это потом ни привело.       Видно было, как вдалеке идёт на посадку самолёт местного сообщения.       — Тогда я закажу еды, — сказал Стивен, окончательно вернувшись на землю. Одновременно с самолётом, вот что поразительно!              — Больше белков. И больше движения. — Стив с аппетитом поглощал какое-то невообразимое, с точки обзора Инкарнации, сочетание гречневой лапши и мягкого сыра, посыпанное сверху гранулированной зеленью (спирулина, пояснил Стив). Сам Инкарнация ковырял свою порцию без особого энтузиазма, да и то только потому, что ничего другого в данный момент всё равно не было.       — Я это уже пробовал.       — Тоже заказывал в «Долгой жизни»?       — Нет. Белки и движение. Не сработало.       Стивен помотал головой.       — Плохо пробовал.       Инкарнация покосился на его жилистую фигуру и не стал спорить.              — Я думаю, тебе нужно увидеть, как живут люди в других местах, — задумчиво произнёс Стивен. Он стоял у окна, вглядываясь в отфильтрованные огоньки аэродрома. Инкарнация лежал на матрасе, закинув руки за голову, и смотрел в потолок, на котором лениво ползли отсветы сигнальных огней. — Потому что мир по-настоящему велик… Чёрт, если бы я не уехал… Я бы сошёл с ума, это точно.       — Я был в Портленде, — сказал Инкарнация после довольно долгой паузы. — Жил там… пару лет…       — Работал? — Стив обернулся.       — Чтецом. В «Бонд-Хаус».       — Чёрт… — прошептал Стивен. — Моя отмаза… Это после «Замка», да?       — Угу.              Когда Инкарнация вернулся из Канады, он худо-бедно продолжал держаться ещё несколько месяцев. Ну, то есть, как «держаться» — старался делать привычные дела по более-менее привычному расписанию, пытался внушить себе, что кошмарные сны — это просто кошмарные сны, и что реальная жизнь — это только тот кусок, который происходит, пока он не спит и не геймится. Вполне здравые установки, как ему тогда казалось.       А потом Инкарнация узнал, что дома на Элм-стрит больше нет. Что «Замка» больше нет. Что Китайчика больше нет. Есть только обломки, которые уже начали разбирать боты. И Дэйл сказал, что он не может помочь, а глаза у него были совсем как застывший клей. А мама стала искать социальные программы по реабилитации. И вот так Инкарнация оказался в «Бонд-Хаус», в Портленде, чтецом. Дэйл тогда уволился и тоже вернулся в Портленд, нашёл его, и они с Инкарнацией жили тогда вместе, ещё до того, как Инкарнации опять стало плохо, а с Дэйлом произошло то, что произошло. Но тогда временами было даже очень хорошо. И они всегда могли поговорить о Ноэле и «Замке».       Он приходил в «Бонд-Хаус», здоровался там со всеми, брал одну из старых, антикварных книг из тамошней библиотеки, садился за стекло и читал вслух. Иногда он видел, как некоторые старики придвигаются ближе и думал о том, что могло бы быть, если бы стекла не было. «Это для защиты», — сказала ему Минерва Бонд, по совпадению вовсе не родственница Томазин Бонд, в честь которой был назван дом, а просто однофамилица. Инкарнация не очень понимал, для защиты кого от кого, но со стеклом ему было приятнее. Как ни странно, терапевтический эффект подобного времяпрепровождения всё-таки ощущался — Инкарнация стал спокойней, паранойя как будто отступила.              — Слушай, я ведь так толком и не понял, что именно произошло, — признался Стив, снова пристраиваясь рядом с Инкарнацией на матрасе.       За время рассказа Инкарнации с аэродрома успело подняться три самолёта и сесть два. Дом не пропускал звуки с улицы, ощущение было такое, будто смотришь стрим.       — Никто толком не понял, что именно произошло, — отозвался Инкарнация. Ему до сих пор не верилось, что всё это было и прошло, но как иначе объяснить то, что теперь, в этот момент, он был здесь, со Стивеном, и рассказывал ему всё так, будто это случилось с кем-то другим? — Просто «Замок» закончился. Он, наверное, закончился ещё тогда, в сорок третьем. Потому что всё, что было потом, после того, как ты… как ты и Веспер уехали… всё это было уже не то, и это не была команда, и началась какая-то параноидальная хрень. — Инкарнация подтянул к себе подушку и обнял её. Это была его старая подушка-антистресс в виде кактуса — мама однажды принесла в больницу, и он с тех пор таскал её с собой с одного места на другое. Даже, помнится, в Портленде она была, а теперь вот здесь. — Никто не понял, — повторил Инкарнация, — что произошло…       Вроде бы, было расследование, но подробностей ему так и не сообщили. А, может быть, расследования не было. Может быть, это был один из его кошмарных снов. Инкарнация протянул руку и коснулся руки Стива, тот тут же повернулся к нему.       — Проверяю, реальный ты или меня снова накрыло, — попытался оправдаться Инкарнация. Стивен улыбнулся, не так широко, как раньше.       — Тебе нужно повидать мир, Кэсси, — сказал он.       — Мне нужно в Детройт, — тут же отозвался Инкарнация.       — Почему это?       — Потому что он на востоке. Ты же сам сказал, этот голос сказал, что мой путь — восток… И потому что… вдруг это всё сделал я?       Стивен сел. Инкарнация так и лежал, скрючившись вокруг зелёной подушки с пупырышками. Очередной самолёт пошёл на посадку.       — Расскажи о себе, Корн. Расскажи о себе. Если хочешь, конечно.       — Может быть.