Мои три жены - прекрасные вампиры

Вайолет внезапно прыгает на меня сверху. Я быстро подхватил её на руки, она обвивает ногами мою талию, и я держу её за мягкую попку; я немного поднимаю голову и смотрю в её кроваво-красные глаза. — О, Дорогой! Дорогой! Дорогой! Она выглядела так, словно сходила с ума, на её лице была огромная улыбка, кожа на её щеках была немного румяной, и она прерывисто дышала, когда обнимала меня. Чувствуя жажду крови, исходящую от тела Вайолет, я тоже начинаю ослаблять свои оковы, которые держат меня под контролем, мои зубы начинают дрожать, и на моём лице появляется хищная улыбка. Увидев мою улыбку и поняв, что я принимаю её ухаживания, улыбка же Вайолет становится непостоянной. Медленно её зубы начинают превращаться в острые клыки, но она не нападает на меня сразу. Она начинает обнюхивать меня и прерывисто дышать, как будто запыхавшись, она приближает своё лицо к моей шее, начинает лизать её языком и, когда моя шея становится достаточно влажной, она приоткрывает рот, а затем кусает меня! — Ах! Я чувствую, как течёт моя кровь, и я также чувствую, как неестественный прилив удовольствия проходит через моё тело. Это чувство было просто захватывающим. Я прижимаю Вайолет к стене, слышу звук, как по ней пошли трещины, но мне всё равно, я тоже приоткрываю рот и вскоре тоже кусаю Вайолет за шею! — Ах! Она перестаёт сосать мою кровь и чувственно стонет. Когда остатки моей крови, которую она высосала, но не успела проглотить, начинают падать с её острых клыков, я чувствую, что моя рубашка пачкается этой кровью, но мне тоже становится всё равно. Я чувствую, как что-то «просыпается», и это было похоже на настоящего вампира, который, не видя солнечного света, открывает крышку собственного гроба. Также мне кажется, что он трётся о гроб Вайолет, желая разбудить её ото сна, чтобы они вместе повеселились сегодня вечером. Прекрасно. Вайолет снова начинает лизать мою шею, и её «гроб» начинает дрожать, когда «вампир» просыпается. К сожалению, я не мог непосредственно прочувствовать реальную ситуацию до конца, но это та проблема, которую можно легко решить. Когда я уже собирался сорвать с себя одежду правой рукой, я почувствовал сильную вонь, исходящую из близлежащего района, находившегося совсем рядом с моим домом, это было похоже на то, как будто кто-то открыл канализационный люк на моей улице. Вайолет, кажется, тоже чувствует этот запах, и я вижу, что вся жажда крови и её возбуждение разом исчезли и сменились раздражением. Я тоже раздражаюсь, и сложно вообще описать, насколько я был расстроен. Сейчас у меня было такое чувство, как будто я собирался вкусно поесть со своей женой, но внезапно канализация на улице прорвалась, и место, где мы ели, провоняло ужасным запахом. Я перестаю сосать её кровь и смотрю вверх своим вампирским зрением. Я вижу два силуэта на значительном расстоянии от моего дома. Я вижу двух мужчин стоящих вместе. Они оба были людьми, но, как и Джун, у них была аура, покрывающая их, как будто она защищала их. Но, в отличие от Джун, чья аура была голубой, ауры этих людей были золотыми, и я чувствовал исходящий от них ужасный запах. Услышав, как кто — то скрипит зубами, я смотрю на Вайолет и вижу, что у неё довольно удивительное выражение лица, оно было искажено гневом; она была совершенно взбешена. — Вот ублюдки! Именно сейчас они должны были прийти и прервать мой интимный момент мужем, эти… ублюдки! Они что, просто не могут сидеть в своей церкви и молчать, играя с детьми, которых они так любят?! Эти паршивые псы! Куски дерьма Я просто раскрыл глаза от удивления, увидев, как лицо Вайолет искажалось в различных выражениях отвращения и гнева, когда она произнесла слова, которыми могли бы ругаться только самые опытные моряки. Я подношу своё лицо ближе к шее Вайолет и начинаю слизывать кровь с её шеи. Почувствовав, как я облизываю её шею, она перестаёт оскорблять людей, которые, как я предполагаю, из Инквизиции, и легонько стонет. — Ааа… Я чувствую её пристальный взгляд на своей шее, и вскоре она тоже начинает лизать меня, и когда я лизнул её, я сказал: — Успокойся и подумай логически, я искренне сомневаюсь, что эти агенты здесь ищут именно нас. — Ах! Она снова стонет, на этот раз немного громче, и, дыша немного тяжелее, она говорит: — Агенты инквизиции, тьфу! …Ах! Она слегка прикусывает губу и крепче обхватывает меня ногами за талию. Я начинаю легонько похлопывать по её заднице, одновременно облизывая шею и слегка дуя ей в уши: — Подожди! Ааааа!!! Я не могу сформировать связный ход мыслей, пока… Я чувствую, что из её «священного гроба» начала вытекать некая жидкость и намочила её шорты, которые она носила. — Дорогой! Ох… Ну, подожди! Последнее слово она произнесла решительным тоном. Я прекращаю свои ласки и смотрю на её раскрасневшееся лицо, её дыхание было прерывистым, и она смотрела на меня с желанием, горящим в её глазах: — …Ты успокоилась? — я говорил, пытаясь игнорировать свои порывы. — Да… — ответила она, пытаясь отдышаться. Она отталкивает меня от себя и хлопает ладонями в жесте «отпусти меня», я киваю головой и отпускаю, затем тоже отхожу от неё и смотрю на посетителей. — Кхе! Кхе! Она несколько раз кашлянула, и вскоре у неё вновь был благородный вид; этот взгляд был бы более убедительным, если бы её шорты не были такими мокрыми, а лицо не было раскрасневшимся. — Так о чём я там говорила? — спросила она вслух со смущенным лицом. Я не могу удержаться от смеха, когда вижу, какое у неё было это лицо. — Ну, что? — сказала она, глядя на меня и надувая губы. — Я думал о том, какая очаровательная у меня жена. Услышав, что я сказал, я увидел, как её бледная кожа начала приобретать здоровый румяный цвет, она издала звук «хм» и отвернулась, счастливо улыбаясь. «Она так очаровательна, боже мой! Как вообще может существовать столь прекрасное создание?» Прежде чем мы с женой снова погрузились в наш розовый мир, я спросил: — А, Инквизиция? Она растерянно смотрит на меня: — Инквизиция? А что насчёт них? Я просто смотрю на неё с абсолютно без эмоциональным лицом. Вот только не говорите мне, что она уже забыла. Я поднимаю глаза и вижу, что они идут, как будто что-то ищут, один из них тоже держит что-то в руках, я не знаю, что это. По крайней мере, они немного перестали пахнуть. — А, эти ублюдки, да? — она заговорила, когда вдохнула немного воздуха и почувствовала зловоние, её лицо скривилось от отвращения, а затем она продолжила: — Агенты Инквизиции, вероятно, патрулируют, у них есть устройство, способное отслеживать вампиров. Это устройство бесполезно, когда они охотятся на благородных вампиров, но для охоты на обычных вампиров без особой поддержки это устройство очень полезно. — Почему это устройство бесполезно для дворян? — спросила я с любопытством. — Благородные вампиры — единственные в своём роде, кто может платить ведьмам за противодействие такого рода технологиям. Она заговорила, а затем продолжила: — Конечно, существуют исключения, и есть обычные вампиры, которые были обращены и накопили много богатства. В конце концов, это Соединенные Штаты, страна капитализма, здесь есть несколько вампиров-плебеев с большими деньгами. — Эти агенты, которые патрулируют, должно быть новобранцами, так как у опытного агента есть свои собственные средства расследования и определения присутствия вампира в регионе. Просто из любопытства, а сколько стоит эта контрмера? — спросила я с любопытством. — Хм, в зависимости от ведьмы, с которой ты свяжешься, стоимость может достигать 5 миллиардов долларов. Я в шоке широко открываю глаза: — …А не слишком ли это…дохрена?! — Вот, что происходит, когда продукт монополизирован… Ведьмы — единственные, у кого есть эта технология, они могут запросить за неё любую цену, какую захотят, вот почему благородные вампиры всегда инвестируют в поддержание дружеских отношений с ведьмами. Вайолет также сказала мне, направляясь в одну из спален: — Я пойду, переоденусь, — она поправляет растрёпанные волосы, а затем стала снимать толстовку, которая была на ней. Она оказалась только в одном чёрном лифчике, после этого она начала снимать джинсовые шорты, которые на ней были, и остались только чёрные трусики… Я, конечно же, решил последовать за ней в спальню. Когда я направляюсь в сторону комнаты, из моей тени проявляется Кагуя и хватает меня рукой за плечо. — Что ты делаешь, Кагуя? — я не мог не спросить её, но нейтральным тоном. — Лорд Виктор, пожалуйста, не будьте сейчас полным дегенератом. У вас есть целая вечность, чтобы наслаждаться похотями друг друга, у вас есть всё время мира, чтобы практиковать акт размножения. Возможно, в будущем вы даже решите завести одиннадцать детей, чтобы участвовать в мировом чемпионате, но сейчас не время для этого. Я чувствую, как мои глаза немного подёргиваются, когда я слышу слова Кагуи: «Разве эта женщина не может выражаться корректнее? И почему, черт возьми, она думает, что я заделаю одиннадцать детей только для того, чтобы сыграть на чемпионате мира?! Разве вампирам не трудно забеременеть или что-то в этом роде?» — Прошу вас, присоединитесь ко мне, лорд Виктор, — сказала Кагуя, указывая на комнату рядом с Вайолет. Я несколько секунд обдумываю своё решение. «Я знаю, что Кагуя больше не помешает мне войти в комнату Вайолет. Я также знаю, что если я сейчас войду в комнату Вайолет и увижу свою жену такой, какой она появилась на свет, я снова разволнуюсь и тоже начну дразнить свою жену. С одной стороны, я хочу прямо сейчас пойти в комнату своей жены, но этот ужасный запах, похожий на зловоние, портит мне всё настроение *цокает языком*… Сначала нужно решить эту маленькую проблему, я не могу сейчас возбуждаться». Я решаю последовать совету Кагуи и иду за ней в комнату, которая находится рядом с Вайолет, вхожу в эту комнату и вижу, что на кровати лежит сменная новая одежда. — Лорд Виктор, вам помочь переодеться? — спросила Кагуя, жестикулируя рукой. Она смотрела на меня с ничего не выражающим лицом, но я видел, как сияют её глаза. Клянусь, я видел, как она изобразила выражение «пожалуйста, примите меня, я надёжная горничная». …Честно говоря, мне было немного любопытно, как она собирается переодеть меня, поэтому, как хороший искатель приключений, я сказал: — Конечно, помоги мне переодеться. Когда я произнёс эти слова, глаза Кагуи стали кроваво-красными, и я увидел, как её глаза загорелись, как будто она была взволнована, а затем она изобразила небольшую удовлетворённую улыбку. — Как и ожидалось от лорда Виктора, леди Вайолет выбрала хорошего мужа. Прежде чем я успеваю что-либо понять, она… исчезает в тени и прошла сквозь моё тело? Я заметил, что одежда, которая была на кровати, исчезла, и, хотя я ничего не понимал, что произошло, Кагуя снова стоял передо мной, держа одежду, которая была на мне. Одежда, которая только что была на мне, теперь сложена! Всё произошло так быстро, что я едва успел понять происходящее. Я смотрю на свое тело и понимаю, что уже одет. — …Это впечатляет… Я был удивлён. Я говорил о её скорости и о том, как она переодевала меня, не чувствуя её прикосновения к моему телу… Она прижимает руку к груди в знак уважения и говорит вновь с ничего не выражающим лицом, но я могу сказать, что она определённо гордилась: — Я — самая сильная и самая совершенная горничная. Разумеется, этот результат вполне естественен. — Хех, — я слегка улыбаюсь, почему-то я нахожу её очаровательной. Я подхожу к ней и начинаю гладить её по голове. Она немного поднимает своё безэмоциональное лицо и смотрит на меня. Я увидел, как её глаза немного загорелись, она выглядела взволнованной: — Лорд Виктор, пожалуйста, держите свои руки подальше от служанок. Не прошло и дня, а вы уже изменяете своей жене? Моя улыбка грозит сорваться с моего лица, когда я слышу, что говорит мне Кагуя: — А разве служанка не обязана служить своему хозяину? — сказал я с легкой улыбкой. — Итак, вы злоупотребляете своими полномочиями. Она говорила с тем же бесстрастным лицом. — Я понимаю, так как это приказ господина, я ничего не могу сделать. В конце концов, приказы хозяина абсолютны, и, поскольку я идеальная служанка и старшая из моих сестёр, я должна пожертвовать собой, чтобы вы не наложили свои руки и на младших служанок. Она говорила так, словно приносила великую жертву. Эта горничная, она прочитала много эротических книг… Я перестаю гладить её по голове и тереблю обе её пухлые щечки. — Лорд Виктор, я не мазохистка, я не люблю боль, пожалуйста, прекратите… — Прекращай свои иллюзии, служанка. Я отпустил её щеку, когда она опустила голову и коснулась своих щек, которые я растягивал. Я слегка погладил её по голове и сказал: — Хорошая работа, Кагуя, — сказал я с благодарностью, мне действительно понравилась личность этой горничной. Я чувствую, как Кагуя немного дрожит, когда я произнёс эти слова. Я полагаю, что ей не понравилось то, что я сказал. Я смотрю сверху вниз, но вижу только чёрные волосы Кагуи. Я перестал гладить её и вышел из комнаты, направляясь к лестнице, ведущей в мой дом, я решил подождать Вайолет наверху. В конце концов, я только что услышал голоса своих родителей, я думаю, они вернулись домой. Когда Виктор вышел из комнаты, Вайолет, которая была одета в другой наряд, появилась уже в той комнате, в которой сейчас находился Виктор, и посмотрела на Кагую, у которой было потрясённое выражение лица. — Кагуя? — произносит Вайолет. Кагуя пробуждается от оцепенения и принимает пустое выражение лица. — Да, леди Вайолет? Глаза Вайолет стали кроваво-красными, и она заговорила бесстрастным тоном: — Он мой… Он только мой! Она говорила навязчивым тоном. — Я знаю, леди Вайолет, я просто была удивлена, в замешательстве… Этого больше не повторится. «Хорошие» глаза Вайолет возвращаются к своему нормальному цвету, и она удовлетворённо улыбается. Она поворачивается и идет к лестнице. — Леди Вайолет! — отзывает её Кагуя. Вайолет останавливается. — Что вы собираетесь делать с леди Сашей и леди Руби? Вайолет услышала, как Кагуя это сказала. Тело Вайолет начинает трястись, она крепко сжимает кулаки, и воздух вокруг Вайолет начинает нагреваться. Если бы нормальный человек увидел её лицо в этот момент, он бы просто убежал в страхе. Её лицо было искажено гневом, глаза горели опасным блеском, и все её острые зубы были обнажены. Она не была похожа на аристократку, она выглядела как чудовище, в достаточной ненависти, чтобы сжечь весь мир. Поняв, что Вайолет снова теряет контроль, Кагуя достаёт из кармана маленький зелёный шарик и разбивает его, затем она произнесла нейтральным тоном: — Джун. — Я знаю! Я знаю! — Джун, которая была одета в зелёное бикини, появляется в волшебном круге, и щелчком пальцев она изолировала весь подвал, который она создала, с помощью звукоизоляционного барьера. Она позаботилась о том, чтобы ни один звук не был слышен за дверью или на поверхности, она также укрепляет стены своей магической силой. Больше не в силах выносить чувство, которое она испытывала, Вайолет бьёт кулаком в стену: — Эти сучки! Бум! Стена обрывается в форме паутины. — У неё, как всегда, какая-то безумная сила, и похоже, что она сильнее? — Джун говорила спокойным тоном, как будто это случалось часто, но она была немного удивлена тем, что Вайолет действительно становилась сильнее. — Он только мой! Только мой! Я не подпущу к нему ни одну женщину! Я убью этих шлюх! Нечто кровавое, какое-то нагнетающее давление в воздухе, начало распространяться по всему подвалу. Понимая, что Вайолет бесконтрольно бушует и не приходит в норму, Кагуя произносит: — Леди Вайолет… Эти две женщины — ваши подруги детства… Услышав слова Кагуи, атмосфера вокруг Вайолет значительно разрядилась, но чувство опасности всё ещё присутствовало. Вайолет крепко сжимает кулаки и в отчаянии кусает губу; похоже, у неё идет внутренняя борьба, но вскоре её одержимость Виктором, кажется, была побеждена. Вайолет заговорила тоном, лишенным эмоций: — Я знаю… Я знаю… Я знаю… Вот почему я не хочу, чтобы Виктор встречался с ними, я не хочу убивать своих друзей с детства. Вскоре она начала контролировать свои силы, и атмосфера вернулась в нормальное русло, как будто ничего не случилось. Джун делает жест руками, и вскоре барьер, который она установила, исчезает: — Как всегда, та же сумма денег на том же банковском счёте. Я также возьму чуть больше за инструменты для телепортации, эти вещи недешёвые, и, пожалуйста, не звоните мне так внезапно, я была на Гавайях, наслаждалась пляжем, понимаете? *цокает языком* Увидимся. Она говорила, бросая ещё три зелёных шара Кагуе, которая взяла их и положила в карман. От начала до конца Кагуя просто смотрела на Джун, как на какой-то отброс, но, в конце концов, кивнула головой в знак согласия с просьбами Джун. Услуги ведьмы были дешевле по сравнению с другими ведьмами, которых она знала, поэтому потратить немного денег, чтобы Вайолет не испортила всё — небольшая цена, по мнению Кагуи. Наталья, белокурая горничная, появляется из потайной двери. Она пришла сюда через те потайные ходы, которые Джун проделала в подвале. Она как раз пила чай в одной из потайных комнат в этом подвале, но решила прийти сюда, как только услышала шум, который производила Вайолет. — И что ты собираешься делать? — спросила Наталья. Кагуя вздохнула и ответила: — Поскольку я все-таки идеальная горничная, я не могу позволить леди Вайолет совершить ошибку, о которой она пожалеет в будущем. В конце концов, служанка всегда должна хотеть лучшего для своего хозяина… Она говорила нейтральным тоном, а затем продолжила: — Леди Вайолет не воспринимает всю ситуацию спокойно, её одержимость Виктором затуманивает её рассудок… Ритуал является абсолютным, все три женщины должны присоединиться к лорду Виктору, потому что, если они этого не сделают, лорд Виктор может погрузиться в глубокий сон, и эти две женщины также могут присоединиться к нему… — Ууу, если это произойдет, то леди Вайолет просто сойдет с ума… — Кагуя не может думать про себя. — Ох, вся эта ситуация такая сложная, особенно учитывая, что такого никогда раньше не случалось, — Наталья говорила спокойным тоном с лёгким вздохом. Кагуя кивает и вскоре принимает решение: — Я свяжусь с леди Руби и леди Сашей. Наталья, блондинка-горничная, одетая во французскую униформу горничной, сказала: — Будьте осторожны с церковными псами, когда будете выходить. Кагуя кивает и исчезает в темноте.