Baby, I just pray

— Хён, я хотел спросить тебя кое о чём… — неуверенно начал Хёнджин, наблюдая за реакцией старшего, что поставил перед ним чашку с чаем и сейчас вопросительно смотрел на тонсена. — Кхм… деликатном. — Спрашивай, — Минхо отвернулся к холодильнику. — Ты голоден? — Нет. Да. Не знаю, — сбился Хёнджин, розовея от смущения. — То, о чём я хочу поговорить… — Дай угадать. Секс? — спросил Минхо, спокойно глядя на занервничавшего друга. — Не надо стесняться этого слова. Как и самого действа, в общем-то. Что ты хочешь узнать? — Как… С чего вообще начинать, — опустил голову Хёнджин. Почему, блять, нельзя просто взять и получить нужные знания, не прибегая к таким неловким разговорам?.. — С подготовки, — Минхо поставил перед ним тарелку с кимпабом. Наверняка ж не ел чёрт знает сколько времени, тем более на нервах. — И начать следует с головы. Первый раз для кого? — Для обоих, — еле слышно ответил Хёнджин, горя желанием провалиться сквозь землю. Спасало только тотальное спокойствие хёна и его серьёзное отношение к разговору. — И с какой стороны ты проявляешь больший интерес? — аккуратно подбирал слова Минхо, уточнив на непонимающий взгляд: — Принимающей или… — О! — резко выдохнул Хёнджин, стремительно краснея. — По… полагаю, что с… обеих? Минхо кивнул своим мыслям. — Что касаемо вопроса о предохранении — оно обязательно и точка. Это раз. Подготовка — это два. Не жалей времени и усилий на правильную подготовку себя и партнёра, Джинни. Это касается всех этапов данного процесса. Физиологическая и эмоциональная подготовка одинаково важны. Как и достаточное количество прелюдий для разогрева. Во всём этом спешка — хуёвый помощник, запомни раз и навсегда. Хёнджин закусил губу, сосредоточенно слушая старшего. — Взаимное согласие и отсутствие дискомфорта во всех ваших действиях, должны так же занять приоритетные позиции в списке, озвученном ранее, — продолжил тот. — Помни, что секс — это процесс, в котором удовольствие должны получить все участники. Если ты выбираешь активную сторону, прояви всю свою заботу о партнёре. Ответственность за его возможные травмы будет лежать на тебе. И не стоит эти травмы недооценивать. Это ясно? Хёнджин смог только кивнуть, в горле пересохло, кажется, навсегда. Минхо тем временем продолжал. — Если выбираешь пассивную, убедись, что партнёр осознает всю важность бережного к тебе обращения. Все эти дикие скачки с бухты-барахты, да с первым встречным и где попало — оставь там, где это транслируется. Цель таких фильмов и литературы — быстрое возбуждение для такой же быстрой разрядки. Но, когда речь идёт о получении настоящего удовольствия, такому не должно быть места. Если ты, конечно, не скотина, использующая живого человека, как куклу для мастурбации. Минхо спокойно разглядывал посерьёзневшего Хёнджина. — Я скину тебе ссылки, будь добр ознакомиться с ними прежде, чем переходить к активным действиям. И, — протянул он. — Ознакомиться с этим должен не только ты, окей? Хёнджин кивнул. — Вот и славно. Ещё есть вопросы? — Вроде нет, — сдавленно выдал младший, покачав головой. — Хорошо. Если что, обращайся. Даже, если кажется, что ерунда. Или если неловко. Особенно, если неловко и случилось что-то непредвиденное, — Минхо ласково потрепал его по макушке. — И помни — не знать чего-то не стыдно. Стыдно не стремиться узнать и действовать на отъебись.

🎙

Хёнджин ушёл от него через пару часов с гудящей от информации головой и пакетом, о содержимом которого он не мог думать, не сравнявшись цветом со спелым томатом. Минхо проинструктировал его в том, что и где нужно приобретать. И, глядя на младшего поочерёдно то красневшего, то бледневшего, вызвался помочь и с этим вопросом, закономерно ожидая, что едва ли тот справится со смущением так уж легко.

«Что если я всё испорчу? Если всё пойдёт не так… особенно, как хотелось бы?»

«Значит, попробуете снова. Если волнение начнёт брать верх, сосредоточься на том, что перед тобой Джисон. Не переживай, Джинни, с тем, что вы друг к другу чувствуете, иначе, чем по-особенному и не получится».

Тёплое чувство признательности и безусловной любви к старшему плескалось внутри Хёнджина бескрайним морем. Он справится. Сможет. Не подведёт их с Джисоном. Потому что одним только высшим силам известно, насколько Хёнджину хотелось позаботиться о нём, окружить всем возможным вниманием, любовью и защитой. Он ни к кому до этого не относился так трепетно, как к человеку, столько лет его ждавшему. Он должен сделать всё правильно. И сделает. В голове сладким эхом отдавался шёпот, прозвучавший недавно в ночи. «Давай попробуем… зайти дальше?» — взрывалось сотнями разрядов фейерверка, гудело и рассыпалось каскадом капель, как от самого большого водопада. Будоражило, волновало, жерлом вулкана просыпалось внутри. И ужасно пугало. Поэтому ноги сами принесли его к хёну. Незыблимая, как солнце, встающее на востоке, истина — хён всегда поможет, поддержит, направит и не оставит наедине со страхами. Даже, если они настолько… щекотливы. Стараясь унять дрожь, Хёнджин набрал сообщение и прибавил шаг, оставляя сомнения позади.

🎙

— Возможно, это воспринималось бы возбуждающим, если бы не было столь неловким, — прокомментировал принесённое Хёнджином Джисон, заулыбавшись. — Ну, знаешь, представлять то, что мы можем делать. — Да тут, чтоб представлять, надо хоть что-то понимать, — промычал тот через снимаемую футболку. Хотелось поскорее принять душ, переодеться в уютную пижаму и обернуться вокруг своего ещё более уютного парня. Джисон же не стал дожидаться этого момента, заключив его в объятия со спины. Руки нежно заскользили по коже живота, губы невесомо прошлись по шейным позвонкам, заставляя Хёнджина на мгновение выпасть из реальности. — Если уж говорить о неловкости, представь каково было обсуждать эту тему с хёном? Он, кстати, ещё и ссылки скинул, сказал ознакомиться обоим. — А с друзьями, думаешь, проще? — улыбнулся Джисон. — Даже не знаю, кто из нас больше хотел провалиться сквозь землю. Я ещё умудрился ляпнуть, что с трудом можно вообразить, как такие милашки, как они, могут заниматься сексом. — И что они ответили? — хихикнул Хёнджин, разворачиваясь к нему и прижимаясь ближе. — «Зачем тебе это воображать, больной ты извращенец?», — имитируя Чонина, ответил Джисон. — Вот после чего захотелось свалить с планеты, клянусь! — На кой чёрт я наделён способностью хорошо визуализировать услышанное? — шутливо простонал Хёнджин. — О, мой мозг, это неправильно! — Вместе и в горе, и в радости, да? — шкодливая улыбка озарила лицо Джисона. Звонко рассмеявшись, он притянул Хёнджина и обрушил россыпь поцелуев на его щёки, лоб, нос, губы, шепча в перерывах «прости».

🎙

— Я тут подумал, — осторожно начал Джисон, когда вернувшийся из душа Хёнджин рухнул на кровать рядом с ним, тут же оплетая его руками и ногами. — Что если нам послушать истории других парней? Ну, о том, как всё проходило у них. На ютубе есть каналы разных парочек. — Давай, — выдохнул Хёнджин, слегка отстраняясь, чтобы легонько чмокнуть его в кончик носа. — Всё, что захочешь, Сони. Пока Джисон с решительно сосредоточенным видом искал нужное, Хёнджин запустил руку ему под пижамную футболку, довольно жмурясь от приятного ощущения, когда гладкая кожа стремительно покрылась мурашками. Из-за него. Это он так влияет на своего парня. И такая вот, по сути, мелочь отдавалась внутри горделивым теплом. Джисон рассеянно погладил его по руке. Предвкушение и любопытство шаг за шагом отвоёвывали власть у страхов и сомнений, даря уверенность. И Хёнджин так увлёкся новыми ощущениями, что чуть не пропустил начало видео. Двое парней, не без видимого смущения, разбирали различные стереотипы. Про подготовку, позы и разделение на активов и пассивов. Рассуждали о том, как глупо думать, что по внешности можно угадать, кто какую позицию занимает. И что, вообще-то, по-хорошему, никому не должно быть дела до происходящего в чужих спальнях. И что всё немного сложнее, чем пресловутый выбор «актив/пассив/универсал». Как можно замыкать себя в рамки одного сценария, откидывая прочь обстоятельства эмоций, настроения или просто смены обстановки? Секс — ещё один, помимо прочих, инструмент для выражения чувств. Это живой, подвижный в своей динамике процесс и крайне противоестественно ограничивать его однотипными действиями. На следующем видео парень отвечал на вопросы подписчиков и Хёнджин отметил, как встрепенулся Джисон, на обсуждении разницы ощущений между активной и пассивной позициями. Блоггер, задумавшись ненадолго и мечтательно улыбаясь каким-то своим мыслям, поделился тем, насколько особенным чувствовалось единение с его парнем, когда сам он в определённый момент выступал пассивом. — Это было какой-то абсолютно новой степенью близости, будто мы… слились воедино, — парень взмахнул рукой, словно пытаясь унять волнение. — Ближе просто невозможно. — Хочу так же, — прошептал совершенно зачарованный этим откровением Джисон. Хёнджин безбожно залип на нежный румянец щёк, увлечённый блеск глаз и слегка закушенную губу. — Я тоже.

🎙

— На этих выходных ребята уезжают в Пусан, навестить родителей Чонина, — как бы невзначай сказал Джисон так, чтобы слышал его только Хёнджин, которого он встретил после репетиции. Он коротко кивнул, приветствуя Минхо и Феликса. Последний недавно вернулся к тренировкам — к счастью, его травма не обернулась ничем серьёзным. Если не считать серьёзным тот факт, как теперь они с Чанбином сияли рядом друг с другом. Хёнджин закусил губу изнутри. Отлично, теперь он не будет спать, отсчитывая минуты до выходных. Джисон успел переброситься с танцорами парой фраз, пока Хёнджин витал в облаках, и лишь мягкое прикосновение тёплой ладони, да переплетённые следом пальцы, вернули его на землю. Глаза Джисона светились нежным, неуловимо прекрасным чувством, от которого хотелось кричать. Кричать на всю Вселенную о своей любви, если бы только Хёнджин не задыхался от бушующей внутри бури. Он ещё не признавался Джисону напрямую. Произносить такие важные слова вслух было страшно. Он боялся, что в сравнении с силой любви Джисона, его, Хёнджина, чувства были… недостаточными. Оставалось лишь искренне надеяться, что тот понимает, улавливает его чувства в каждом касании, каждом поцелуе и взгляде.