Великий спор Готэма

Освальд вертел в руках чашку чая. Эд сидел рядом и рассматривал файлы из папки, подписанной именем "Рут Орфен". — Но здесь ничего нет, - раздражённо сказал он, - только её дата рождения, и то, что она была из монстров Стренджа. — Может быть, она просто обычная девочка из Нерроус, и мы ошиблись, - ответил Освальд, - а может быть, она выкрала файлы с важной информацией. — Скорее всего, - протянул Эд тихо, - Скорее всего второе, я имею ввиду. Да, похоже так и было. Информацию про Гитариста им передали на следующий день после их визита. Как и ожидалось, там не оказалось ничего важного - одна драка, пара вызовов от соседей из-за слишком громкой музыки… Отец неизвестен, мать была наркоманкой и совершила самоубийство, когда её сыну было 15. В общем, обычная жизнь человека из Нерроус. А вот с досье на его "помощницу" оказалось гораздо сложнее. Кто она было неизвестно, поэтому им оставалось только просмотреть все файлы по подопытным Стрэнджа. Выяснилось, что одной папки не достаëт - она затерялась. Но на следующий день её внезапно нашли. Было несколько кандидаток на роль таинственной наëмницы, но после этой истори было логично предположить, что это это именно её файлы пропали. Как оказалось, она и правда идеально подходила - примерно одного с Гитаристом возраста, из одного с ним района, и так никогда и не была поймана. Эд отложил папку, и откинулся на спинку стула. Освальд взял некоторые файлы. Фотография здесь была только одна, и очень некачественная. Как будто кто-то отражается в стекле… Но всё же, это может оказаться полезным. — Ты думаешь, это она? - спросил Эд. — Не знаю, - пожал Освальд плечами, - Может быть. Нужно ещё поискать… Ты знаешь, что у тебя чай остывает? Эд посмотрел на свою чашку. — Освальд, мне скучно, - сказал он, - Мне чего-то не хватает. Это было неожиданно. Освальд сделал удивлëнное лицо. — Но у нас же очень интересная жизнь, - сказал он искренне, - Я понимаю, если бы мы уже захватили власть в Готэме и ты бы заскучал. Такое случается. Но сейчас… мы постоянно с кем-то договариваемся, кого-то допрашиваем, что-то ищем. Чего ты хочешь? Эд встал со стула, и пару раз прошёлся по комнате. — Понимаешь, - начал он, - я всю жизнь подавлял часть себя. Всё время боролся с собой, всё время ходил по грани… А когда я всё-таки переходил эту грань, я был… в восторге. Я думал только о своей новой жизни, и это было чудесно. Но теперь я достиг всего, чего хотел. Я убиваю, когда захочу, я стал Загадочником, я… с тобой. Сердце Освальда пропустило удар на последних словах. — И у тебя больше не осталось табу, которые ты хотел бы нарушить, - протянул он с пониманием. Эд кивнул. Он сел обратно за стол, и всё-таки выпил пару глотков чая. — Как тебе удаëтся не заскучать? - спросил он. Освальд задумался. Ему никогда даже в голову не приходило, что ему может стать скучно. Он всегда был чем-то занят, и его это вполне устраивало. — Я ставлю цели, - наконец сказал он, - и как только я достигаю одну, я начинаю работать над достижением следующей. Я заскучал лишь однажды - когда думал, что достиг в Готэме всего, что мог. — И что ты сделал? — Я? Решил уехать. Решил, что мне пора переходить на новый уровень. — И почему ты передумал? — Ты был там. — Это ничего не объясняет! Ты решил спасать Готэм, потому что твоя кровь впиталась в его бетонные стены, и так далее… Это я знаю. Но как ты справился с чувством, что тебе нужно перейти на новый уровень? — Я потерял все свои деньги, - засмеялся Освальд, - снова оказался в самом начале пути. Эд ответом недовольным взглядом. Он выглядел так, будто бы действительно сильно нервничал из-за этого всего. Нужно обязательно что-нибудь придумать, чтобы ему стало лучше. — Я серьёзно, - сказал Освальд, - я перестал быть королём Готэма. Опять. И я задумался, что мне столько раз удалось получить власть, но ни разу не удалось её удержать. И это моя новая цель - править дольше, чем правил Фальконе. И я точно не заскучаю, потому что это ужасно сложно. Эд держал пальцы на висках, и сосредоточено о чём-то думал. — Нет, это всё не то! Это подходит тебе, но не мне… Почему я вообще продолжаю спрашивать про такие вещи у тебя, вместо того, чтобы подумать самому? Освальд протянул руку, и прикоснулся рукой к щеке Эда. Кажется, этот жест он позаимствовал у Фиш Муни… Только она, чаще всего, использовала его, как манипуляцию, а он был искренним. По крайней мере, сейчас. Эд не пытался убрать его руку. Вместо этого он закрыл глаза, и слегка наклонил голову. — Потому что ты считаешь, что я действительно могу помочь? - спросил Освальд с улыбкой, - Я знаю тебя, и знаю Готэм. Поэтому, я что-нибудь придумаю. — Готэм, - пробормотал Эд, - верно… Знаешь, кажется я придумал кое… Его перебил звонок телефона. Освальд закатил глаза, вздохнул, и встал, чтобы ответить. — Ну кто там ещë, - сердито спросил он, прежде, чем взял трубку, - Алло? — Привет, Оззи, - раздалось из телефона. Ну конечно, Барбара. Никто больше не обращался к нему так. Вообще-то, это ужасно раздражало (хуже, только её постоянное желание трогать всех, с кем она разговаривает), но сказать об этом - значит признать, что ей удаëтся его задеть. Это бы выглядело, как слабость. Поэтому, ему оставалось только отвечать её же оружием - слегка странной вежливостью, сарказмом, или безразличием. — Привет, Барбара, - нейтральным тоном ответил Освальд, - рад тебя слышать. — Ах, взаимно. Но ещё больше ты обрадуешься, когда узнаешь, что у меня есть очень ценная информация. И было бы здорово увидеться, чтобы её обсудить. Освальд усмехнулся. — Прости, Барбара, но я что-то сомневаюсь, что у мамочки в декрете есть интересная мне информация. — Что ж, тогда мне придётся поделиться этой информацией с Джимом Гордоном… — Думаю, ему будет интересно. Он же отец ребëнка. Этот разговор начинал утомлять Освальда. Барбара уже почти год не участвовала в жизни Готэма по-настоящему, чего она хочет? — Я думала, что ты хочешь вновь подчинить себе весь криминальный мир города, - непринуждëнно сказала Барбара, - но если нет, то как хочешь Освальд на пару секунд закрыл глаза, и тяжело вздохнул. А что если у неё и правда было что-то стоящее? Со времени объединения с материком в преступном мире Готэма царил хаос - банды отказывались объединяться под чьей-либо властью, пытались удержать свою территорию, и захватить чужую, а в результате просто попадались полиции, которая теперь стала серëзной силой. Всё это нужно было взять под контроль, вернуть в прежнее русло. Именно этим занимался Освальд. У него уже была самая большая территория, и больше всего человек в подчинении, но этого было недостаточно. Он хотел править всем Готэмом, а не его частью. — Ладно, - ответил он, - я приеду, - Когда? Барбара на другом конце провода довольно засмеялась. — Хоть сегодня. Буду ждать. Пока, Освальд! — Пока, Барбара. Он резко положил трубку - почти кинул. — Она хочет мне предложить какую-то информацию, - сообщил он Эду, который с любопытством наблюдал за всем разговором, - нужно съездить к ней. — Да, наверное, так и стоит сделать, - задумчиво сказал Эд. Сложно было понять, говорил ли он с Освальдом, или просто размышлял вслух. — Тогда нужно собираться, - сказал Освальд, - чем быстрее начнём, тем быстрее закончим. — Нет, - ответил Эд, - я не поеду. Разберись с этим без меня. Я хочу заняться кое чем другим. Освальд смутился. Звучало подозрительно. — И чем же это? - спросил он. — Освальд, - проговорил Эд медленно, - если мы собираемся строить что-то вместе, не важно, империю, отношения, или ещё что-то, ты должен мне доверять. Я не собираюсь вонзить нож тебе в спину, хорошо? Освальд ненадолго задержал дыхания, обдумывая эти слова. Они звучали правильно. — Хорошо, - ответил он, - ты прав, Эд. Я доверяю тебе. Эд довольно улыбнулся. — Я хочу погулять по улицам, - сказал он, - один. Может Готэм даст мне знак. Может что-нибудь произойдёт. И это что-нибудь поможет мне найти… цель. — Тебе не кажется, что это опасно? - скептически поинтересовался Освальд, - у нас везде враги. Конечно, авторитет у нас тоже есть, но я боюсь, некоторые из тех, кто нам противостоит настолько тупы, что не понимают, как всё работает. Ты должен хотя бы взять с собой охрану… — Нет, охрана всё испортит, - попытался объяснить Эд, - они собьют мой настрой. Кроме того, я вполне могу защитить себя сам. Освальд недовольно поджал губы. — Ну конечно, конечно ты можешь, - сказал он. Планировалось, что это будет звучать по-доброму и искренне. В результате прозвучало, как пассивная агрессия. Но Эд не обиделся. Он уже стоял у зеркала, и надевал свой зелёный пиджак. — Люди называют это паранойей, Освальд, - сообщил он. Теперь перчатки, и шляпа-котелок. Эд провёл по полям шляпы рукой, и прокрутившись на пятках, отвернулся от зеркала. Освальд стоял прямо за ним, и теперь положил руку на его грудь, и слегка смял ткань пиджака. — Знаешь сколько раз моя "паранойя" ошибалась? Практически ни разу. Будь осторожен. — Буду, - ответил Эд, и легко поцеловал Освальда. Это был запрещённый приём… Но он определëнно работал. Год назад Освальд бы не поверил, что такое возможно, а сейчас это стало почти привычно. Почти. Он достал из ящика пистолет, и молча передал его Эду. — Ах да, - сказал тот, - и не нужно, пожалуйста, тайно отправлять за мной телохранителей. Освальд пожал плечами. — Почему ты подумал, что я так сделаю? Я бы точно не стал. Вообще-то, именно это он и планировал, но теперь так уже не получится. Что ж, остается надеяться на способности Эда, и их авторитет. Скорее всего, этого будет достаточно. — Я отправлю сообщение, как разберусь с Барбарой, - сказал Освальд. Думаю, мне понадобится часа полтора. Эд кивнул. — Мне, скорее всего тоже, - ответил он, - За это время либо что-нибудь произойдёт, либо я пойму, что ничего ожидать не стоит. Они вышли из дома, и сели в машину. Какое-то время они ехали вместе, но оказавшись в оживлëнной части города, Освальд высадил Эда, и тот пошёл куда-то по небольшой улочке. Всё-таки надо было отправить за ним телохранителей… Освальд поехал дальше. Лучше бы у Барбары было что-то стоящее - до неё было довольно далеко. Но если она собиралась вернуться в игру, то оно того стоило - гораздо приятней иметь такую союзницу, чем врага.

***

Эд шёл по одной из улочек Готэма. Здесь всегда что-то происходит, должно произойти и сейчас. Нужно только свернуть с больших оживлëнных улиц - там интересные вещи случаются чуть реже. Эд давно размышлял об этом. Что сделало его Загадочником? Именно таким, какой он сейчас? Он мог бы составить длинный список - Кристин и Изабелла, Аркхем, его семья, работа в полиции, долгий карантин, Нерроус, Ли, и, конечно, Освальд. На самом деле, это была лишь часть, хотя и самая важная. Но всё это можно заменить одним словом - Готэм. Только в этом городе такое возможно. Только здесь Эд смог открыть настоящего себя. И теперь, когда он искал самые глубинные части своего подсознания, Готэм должен снова помочь ему. Но он всё шёл и шёл, а ничего интересного не происходило. Это раздражало. Через какое-то время он оказался в совсем небольшом переулочке. Здесь стояли какие-то люди. Эд остановился, и представил себе карту Готэма. Кажется, он был на территории, которая ну совсем не подчинялась им с Освальдом. Наверное, стоило обойти этих людей стороной. Но когда он подумал об этом, было уже поздно - его заметили. — Чëрт побери, да это же Загадочник! - крикнул один из них. Нет, нет, нет, нет! Это было не то, что он ищет, совсем не то… Это было обыденностью, рутиной. Это ничему его не научит, и не подарит ему никакой новой цели. — Давайте убьëм его! - предложил в это время человек из компании бандитов. Ну да, конечно, именно это они и попытаются сделать, кто бы сомневался… — Придурок, - крикнул другой человек, - Ты вообще понимаешь, кто он такой? Ты понимаешь, что он бы просто так сюда не пришёл? Он здесь не один, тупица! Хорошо, что они так думают. Эд уже знал, как это использовать. — Зачем ты здесь? - спросил тот же человек. Очевидно, он был здесь главарëм. — Я без рук закрываю людям глаза, без пальцев затыкают уши, и без оружия сбиваю с ног. Кто я? На несколько секунд в переулке воцарилась напряженная тишина. Местные стояли, и усиленно пытались думать. Сейчас они поймут, что слишком тупые, чтобы угадать, и начнут говорит вещи, вроде "Нам надоело играть в твои игры", или "Отвечай нормально". Нужно опередить их. — Не догадываетесь? - улыбнулся Эд, - Кто бы мог подумать… Сейчас я покажу вам разгадку. Она прямо здесь, за тем домом. Под недоумевающие взгляды Эд зашёл за стену дома, на который указал, и стараясь не издавать звуков, пустился бежать. Отгадкой был "отвлекающий манёвр". Очень скоро те люди поймут, что их обдурили, и пустятся в погоню. Если у них есть пистолеты, это может кончиться плачевно. Эд снова представил себе карту города. Этот район он знал не слишком хорошо, но кажется, здесь рядом была большая улица. Эд свернул в очередной переулок. Сзади уже слышались недовольные голоса. Лишь бы это не оказался тупик… Эд ускорился настолько, насколько мог. Сердце бешено колотилось в груди. Топот и крики приближались. Но вот конец переулка, и, о чудо, проход между двумя домами. Облегченно выдохнув, Эд бросился в этот узкий зазор. В переулке раздался выстрел, и послышалась ругань - бандиты поняли, что не успели. Эд стоял на широкий оживлëнной улице. Здесь его не будут пытаться поймать. Он осмотрелся вокруг. Это была одна из тех улиц, на которой практически в каждом доме был ресторанчик или пиццерия. Не самый богатый район, но, определëнно, не самый бедный. Эд медленно пошёл вдоль дороги, продолжая рассматривать всё вокруг. Проходя мимо одной пиццерии, Эд резко остановился. Он пригляделся ещё раз, и понял, что не ошибся. Кажется, у Готэма всё же было кое что интересное для него.

***

Квартира Барбары закрывалась на целых три замка, а сама дверь была пуленепробиваемой. Что ж, для кого-то, кто имея такое прошлое, решил завести ребёнка, это было вполне логично. Возможно, куда лучшим решением было бы совсем уехать из Готэма. Но и тут были минусы - вряд ли Барбара смогла бы жить в каком-нибудь другом городе. Освальд терпеливо ждал, пока дверь откроется. Он уважал чужую осторожность. Хотя, пожалуй, тут был серьёзный просчёт… — Я так рада, что ты пришёл, - с порога улыбнулась Барбара. Освальд зашёл в квартиру. — Знаешь, что я бы сделал, если бы мне нужно было убить тебя? - спросил он вместо приветствия. Он сразу же прошёл к окну, и посмотрел вниз. Да, здесь было действительно высоко. — Что же? - поинтересовалась Барбара. — У тебя есть парашюты? - спросил Освальд. Барбара смотрела на него с интересом. — Нет, - ответила она. — Да, значит всё сработало бы, - пожал Освальд плечами, - Я бы поджег твой дом. Вероятность, что замок заклинит здесь больше, чем в обычных домах… в три раза. И даже если этого не произойдёт, ты можешь получить серьёзные, и даже смертельные ожоги, пока будешь открывать дверь. И твоя дочь тоже, естественно. — Ооо, - протянула Барбара, - поэтому мне нужны парашюты… Чтобы в такой ситуации выпрыгнуть в окно. Прямо, как Таби. Отличная идея. — Не за что! - ответил Освальд. Барбара села на угловой диван, который стоял рядом с низким столиком из тëмного стекла. Освальд сел на противоположную сторону дивана. На столике стоял графин с соком, ведëрко со льдом и нож для колки, собственно, льда. Было забавно видеть что-то безалкогольное в такой привычной для баров и клубов обстановке. Но Освальд знал, что ради ребёнка Барбара старается меньше пить. Правда, он сомневался, что у неё это получается. — Так о чём ты хотела поговорить? - спросил он. — Знаешь, я недавно побывала в одном очень интересном месте… - ответила она. — В клубе матерей одиночек? Несколько секунд Барбара выглядела очень недовольно, но потом рассмеялась. — А где же Эд? - спросила она, - разве вы с ним теперь не вместе… - она сделала долгую паузу, - ведëте дела? Они с Эдом были очень аккуратны, и Освальд был уверен, что практически никто ничего не подозревал. Никто, кроме Барбары. Первые пол года после рождения ребёнка она редко появлялась на публике. Но через какое-то время начала навëрстывать упущенное, хотя и довольно медленно. Она появлялась на званых вечерах, на концертах, иногда даже в клубах, осматриваясь вокруг, в поисках интересной информации. Она была очень внимательна, и отлично замечала детали - вот Освальд надел шарф. Он простудился? А может кто-то пытался задушить его? Ну или он просто решил, что это стильно. Большинство остановится на этих вариантах, но Барбара… она точно предположит ещё кое-что - кто-то мог целовать Освальда в шею, и оставить засосы. И конечно, она предполагала, кто именно. Она легко и непринуждённо подходила к Освальду, и спрашивала "Ты просто решил сменить стиль, или кто-то напал на тебя?". Она ждала не ответа, а его реакции - если он хоть чуть-чуть замешкается, это будет ещё одним подтверждений её догадок. А на другом празднике она решала познакомить Эда с симпатичной секретаршей какого-то бизнесмена. Она с улыбкой наблюдала, как Эд оглядывается на Освальда, а тот, в свою очередь, весь вечер украдкой почти с ненавистью смотрит на эту секретаршу. В какой-то момент Барбара прекратила эту маленькую игру. Это могло означать только одно - она получила ответы на свои вопросы. Теперь она лишь изредка давала намёки на то, что всë знает. — Мы партнëры, - ответил Освальд, - но это не значит, что мы всё и всегда должны делать вместе. Партнëрство это про вложения, и долю от прибыли. Но я понимаю, ты давно не вела дел, наверняка забыла такие мелочи. — Кстати о делах, - спокойно сказала Барбара, - вернëмся к ним. Ты когда-нибудь бывал в "Золотой лагуне"? — Нет, - ответил Освальд. — А слышал о человеке, по кличке Шуруп? События принимали интересный поворот. — О да, - ответил Освальд, - Этот… мелкий воришка хотел обокрасть меня во время карантина. Он попытался ограбить машину с патронами, которые я отправил покупателю. — Вау, - протянула Барбара, - какой он амбициозный. Он пытался захватить мой клуб. А сейчас, он управляет "Золотой лагуной". — Это тоже клуб, я полагаю? Барбара довольно улыбнулась. Видимо, пока разговор шёл именно так, как она планировала. — Клуб. А ещё, бордель. Но это не самое интересное. Знаешь, где он находится? Освальд не стал отвечать. Просто вопросительно поднял одну бровь. — В Нерроус. Что ж, это было не удивительно. Вообще, они с Эдом составили подробную карту города, со всеми районами и контролируюшими их группировками, и в том числе со всеми клубами. Но если где-то появилось что-то новое, они могли и не узнать. — Спасибо за информацию, - Освальд встал, чтобы уйти, - я запомню твою помощь. — Ну что ты, Освальд, это же ещё не всё, - остановила его Барбара, - я знаю и где конкретно он находится. И как туда попасть. Знаешь, почему он называется "Лагуна"? — Он стоит на самом берегу, верно? — О, если бы всё было так просто. Он находится под землëй. А одно его окошко выходит прямо в океан. Вот это было действительно интересно. — Постой, он где-то на окраине города? Барбара удивилась. Это было заметно, хотя она и постаралась это скрыть. — Верно. Именно там. Как ты…? Освальд ненадолго задумался. Стоило ли посвещать Барбару в суть дела? Сколько бы он не шутил про неё и её новую жизнь, на самом деле, он отлично понимал, что она могла быть серьёзной соперницей. — Это место… про него ходят легенды, - решил всё-таки рассказать Освальд, - говорят, его построили почти сто лет назад, как крепость одной из богатых семей Готэма. Но во времена сухого закона об этом узнал какой-то мафиози, и захотел забрать это место себе. Он вычислил где оно, и устроил ради него войну. Глаза Барбары блестели. — И кто же выиграл? — Никто, - пожал Освальд плечами, - Все, кто знали о его местоположении погибли. С тех пор, многие влиятельные люди Готэма мечтают найти это место. — Откуда ты всё это знаешь? - поинтересовалась Барбара. — Мне об этом рассказывал Марони, - честно ответил Освальд, - он искал это место, но не нашёл. — Восхитительно, - прошептала Барбара. Пожалуй, она права. Тот, кто знал адрес этого места получал очень много возможностей. Это была очень полезная информация - за неё придётся много заплатить. — Что ты хочешь за адрес? - перешёл к делу Освальд. — Ну почему ты думаешь, что я обязательно что-то попрошу взамен? Барбара невинно хлопала глазами. Может кого-то могла обмануть её манера строить из себя глупышку, но точно не Освальда. — Не то чтобы мы такие близкие друзья, - ответил он. — Ты прав, - согласилась Барбара, - в конце концов, ты убил Таби… Это была очень плохая тема для разговора. Не стоило поддаваться на эту провокацию, но это было слишком сложно. — Да, ты права. Дай подумать, почему же я это сделал… - ответил Освальд с фальшивой улыбкой, - Ах точно, она же убила мою мать! - на последних словах он резко подался вперёд, и ударил кулаком по ручке дивана. — Ну ладно, - ответила Барбара, - что было, то прошло, - и ты прав, я хочу попросить кое что взамен на адрес… Я хочу этот клуб. Это была очень большая просьба. Освальд собирался ответить, но Барбара перебила его. — Естественно, я буду делиться с тобой прибылью. И если этот район будет под моим контролем, он, фактически, станет частью твоей территории. А вот это уже было неплохой сделкой. Будь это кто-то другой, Освальд бы с радостью согласился, но с Барбарой… Как долго она будет честно работать его шестëркой? Как скоро она захочет большего? У неё всегда были слишком большие амбиции. — Неплохая идея, - улыбнулся он, - скажи мне одну вещь: с чего бы мне доверять тебе? Сейчас у тебя есть только маленький ребёнок на руках, но если у тебя будут деньги, влияние и подземная крепость, как быстро ты решишь вонзить нож мне в спину? Барбара собиралась ответить, но не смогла - в этот момент в открытое окно запрыгнул неизвестно откуда взявшийся человек. Он был в серо-голубой одежде, которая практически идеально совпадала с цветом неба. Скорее всего, именно поэтому они не заметили его раньше. Он держал в руке пистолет, и явно собирался начать стрельбу, но растерялся, увидев Освальда. Похоже, из окна его было не разглядеть из-за занавески. Этим замешательством тут же воспользовалась Барбара - она выхватила откуда-то пистолет, и выстрелила. В соседней комнате раздался детский плач. Похоже, человек получил пулю в свободную руку, но всё-равно выстрелил в ответ. Барбара увернулась, и позади нее вдребезги разбились стеклянные дверцы шкафы. Естественно, во всей этой суматохе, человек не заметил, как Освальд схватил со стола нож для колки льда, и обойдя диван, приблизился к нему со спины. Когда он всё понял, было уже слишком поздно - Освальд ударил его ножом в шею. Это было очень точное и чëткое движение. Освальд почувствовал, как лезвие входит в плоть и слегка наклонил свою голову, чтобы кровь не брызнула ему в лицо. Что-то что-то, а уж работать ножом он умел. Но всë же, для верности, когда человек с криком упал, он нанëс ещё один удар. В этот раз в то место, где шея соединяется с головой. Нож вошёл под правильным углом, повреждая мозг, и через пару минут человек перестал дëргаться. Освальд встал, и осмотрел свой костюм. Ну конечно, весь в крови! Мало кто знал об этой проблеме, но ему приходилось тратить очень много денег на одежду, потому что она действительно часто пачкалась кровью. А кровь, как известно, с ткани практически не отмывается. Барбара стояла там же, где была до этого. Он выглядела по-настоящему напуганной. В другой комнате всё ещё кричал ребëнок. Освальд подошёл к Барбаре, и позвал её по имени. Она повернула голову к нему, но ничего не сказала. По её руке текла кровь - в плече застрял довольно большой осколок стекла. Освальд поморщился, и вытащил его. Это привело Барбару в чувство. — Мне нужно успокоить мою малышку, сказала она, и пошла в сторону другой комнаты, - чем там занимается эта няня… Освальд коротко усмехнулся, и подошёл к трупу. Стоит осмотреть его - может это поможет понять, кто это такой. Точнее, кем он был.

***

План у Эда появился почти сразу после того, как он увидел Виктора Зсасза через окно пиццерии. Обойдя здание, Эд нашёл чёрный ход, и скоро оказался на кухне. Он быстро успокоил шеф-повара, и договорился с ним о том, чтобы одному из посетителей передали пиццу в подарок от него - тайного доброжелателя. Эд аккуратно нарисовал на салфетке знак вопроса, и сложил её вдвое, прежде чем пиццу забрал официант. Теперь можно было спокойно наблюдать с удобного места, откуда посетители не могли его видеть. Это было совсем не сложно, и в общем-то, очень умно, но почему-то, всё пошло не по плану. Около минуты Виктор печально смотрел на пиццу, а потом встал, подошёл к мусорке, выкинул её, и вышел на улицу. Пока Эд осмыслял такой поворот событий, с кухни послышался какой-то шум. Он сразу же отправился туда, чтобы выяснить, что происходит. На кухне стоял Виктор, держа на прицеле шеф-повара. Что ж, это не совсем то, что Эд планировал, но тоже неплохо. Как только он зашёл, Виктор перенаправил пистолет на него. — Привет, Эд, - сказал он медленно, - я немного занят, мог бы ты пока подождать? — Конечно, - согласился Эд. Он всё-таки планировал мирно поговорить, - А чем ты занят? — Нужно убить вот этого, - ответил Виктор, кивнув в сторону шеф-повара. Тот побледнел, и схватился за сердце. Сейчас, наверное, начнёт умолять оставить его в живых. К счастью, профессионалы на такое не ведутся. — Это заказ? - с интересом спросил Эд. В конце концов, именно на эту тему он и хотел поговорить с Виктором. — Нет, - ответил Виктор. Как странно. — А зачем тебе тогда его убивать? — Он пытался меня отравить. Подослал мне пиццу. Наверняка отравлена. Мне только вчера один человек пообещал, что отравит меня. Чëрт… неловко получилось. — Оу, - сказал Эд, - это я тебе отправил пиццу. Виктор непонимающе наклонил голову вбок. — Зачем? — Хотел показать, что я тебе не враг. Виктор задумался. — Но ты работаешь с Пингвином, - сказал он наконец, - А он мне точно враг. Кажется, сегодня Виктор показывал чудеса логического мышления. — Да, но я пришёл сам по себе, - ответил Эд. Какое-то время, Виктор напряжённо смотрел на него, а потом опустил пистолет. — Чего ты хочешь? В идеале, Эд ответил бы на это загадкой, но если верить прошлому опыту, ничего хорошего из этого не выйдет. — Поговорить. У меня есть некоторые вопросы. И кое какое предложение. Виктор убрал пистолет, и кивнул. Отлично! Теперь нужно найти спокойное место для разговора. Что ж, это он придумает по дороге. Они вместе вышли из кухни. Шеф-повар выдохнул с облегчением, и, кажется, заплакал. У Эда уже была идея, куда им отправиться.

***

Они остановились в небольшом баре, который, фактически, принадлежал Освальду и Эду. Это было место встречи для своих - здесь можно было говорить о чём угодно, не опасаясь лишних ушей. — Так, ещë раз, зачем мы здесь? - спросил Виктор, - это Пингвин тебя прислал? Он пил сливочный ликëр со льдом, а Эд какой-то совсем некрепкий коктейль. — Я работаю вместе с Освальдом, а не на него. Мы партнëры, мы совместно принимаем решения, - объяснил Эд, - Я не выполняю его приказов. Я здесь сам по себе. Виктор задумался на секунду, а потом кивнул. — Ты хочешь, чтобы я кого-то убил? - спросил он. — Не совсем… Видишь ли, я хотел узнать кое что другое. Скажи, тебе нравится твоя работа? Виктор удивился. Он явно не ожидал такого поворота событий. В качестве ответа он кивнул. — И как у тебя сейчас с работой? - спросил Эд. — В последнее время всё немного… сложно. Нужно делать дела ещё тише, чем раньше. Зато, - Виктор улыбнулся, - цены на мою работу теперь выше. — Как интересно, - тихо протянул Эд, - Скажи, как ты находишь заказчиков? Судя по всему, Виктор считал эти вопросы подозрительными. — Это они находят меня, - ответил он. Это было довольно… неопределённо. Что ж, такую осторожность вполне можно понять. — А как это ощущается… убивать людей за деньги? - наконец спросил Эд. Честно говоря, именно это было ему интереснее всего. Но, к сожалению, Виктор, видимо, не понял вопроса. — А как это должно ощущаться? - ответил он, - разве это отличается от того, чтобы убивать не за деньги? — Не знаю, - сказал Эд скорее самому себе, чем Виктору, - в том и проблема, что я не знаю. Наступило неловкое молчание. Что ж, кое что Эд всё-таки узнал. Это было немного, но достаточно, чтобы решиться на следующий шаг. — Видишь ли, - начал он объяснять, - мне скучно. Я хочу новых ощущений, ищу какое-то дело по душе. Поэтому, я предлагаю тебе сделку: ты объяснишь мне, как правильно делать твою работу, и возьмëшь меня на какое-нибудь одно твоё задание, а я… - он специально сделал паузу, - расскажу тебе, кто убил дона Фальконе. Эта сделка была гениальна со всех сторон - Эд получит то, чего он искал, и заодно, возможно, помирит Освальда и Виктора. Лишь бы он согласился… — Я знаю, кто убил дона Фальконе, - сказал Виктор, - это был Пингвин. Эд засмеялся. Как наивно. А ведь он и правда в это верил. — Точно? - спросил Эд, - Точно? И зачем он это сделал? Виктор смутился. — Чтобы… - какое-то время он размышлял, - Я не коп, чтобы с этим разбираться. — Ну конечно, - ответил Эд, - Но подумай сам, Фальконе помог Пингвину, а тот его убил? Почему? Виктор задумался. — Да и напомни, когда это он скрывал свои достижения? А убить Фальконе - это огромное достижение, не правда ли? Похоже, это имело нужный эффект. Ну что ж, как известно, говорить правду - легко и приятно. Эд довольно улыбался. — Ну и кто же это был? - наконец спросил Виктор, - Кто убил Дона Фальконе? Он говорил медленно, и смотрел исподлобья. — Ты знаешь этого человека, - сказал Эд. Ответить прямо было бы слишком скучно. — Я многих знаю, - ответил Виктор, - просто скажи его имя. Вот он, момент, которого Эд ждал. — Его? - спросил он шёпотом, - почему ты думаешь, что это был "он"? Виктор вскинул брови. На секунду, он выглядел действительно шокированным. Эд захохотал. — Да, это София Фальконе, - подтвердил он. — А не будет, типа, доказательств? - спросил Виктор. Что ж, это тоже было понятно. Всë-таки, это было сильное обвинение. — Ты можешь спросить Джима Гордона, - сказал Эд. Сразу после этих слов Виктор встал из-за стола. — Я спрошу. И спрошу какие у него есть доказательства. Если ты сказал правду… Я возьму тебя с собой на одно дело. — Да! - обрадовался Эд. Виктор уже разворачивался, чтобы уйти. — Постой, а как мне тебя найти? Виктор остановился. Похоже, об этом он не подумал. — Хмм… встретимся здесь же, в то же время, через три дня, - сказал он. — Отлично, - ответил Эд. Перед тем, как уйти, он заплатил бармену, чтобы тот не рассказывал Освальду о сегодняшней встрече. Всё-таки, нехорошо будет, если тот узнает раньше времени. Кстати, полтора часа уже почти прошло, и пора было возвращаться домой. Эд постарался перестать улыбаться. Получилось не особо хорошо - он был слишком возбуждён тем, сколько новых возможностей открыл для себя. Ждать осталось всего три дня…

***

Барбара не выходила уже минут 20. За это время Освальд успел выяснить, что неудачливый убийца не носил с собой ничего, что помогло бы его опознать. Если Барбара ещё не перевязала рану, она может серьёзно пострадать. Последнее, чего хотел Освальд, это чтобы с ней что-то случилось в его присутствии. Не то чтобы он за неё волновался - проблемой был Джим Гордон. Будет довольно сложно доказать ему свою невиновность. А ссориться с ним ну совсем не хотелось. В конце концов Освальд встал с дивана, и пошёл проверить, как там Барбара. Видимо, квартира была разделена на "детскую", и "взрослую" части. Барбара сидела на большой, и, похоже, очень мягкой кровати, на которой спала её дочка. Рука перевязана, но довольно грубо - бинты все пропитались кровью, и держались не слишком прочно. Барбара приложила указательный палец к губам, и прошептала "шшшш". Она встала и тихо вышла из комнаты. Когда они вернулись в гостинную, Барбара подошла к шкафу, у которого разбились стеклянные дверцы, и открыла другие - деревянные. За ними стояла пара бутылок алкоголя. Барбара молча налила сначала себе, а потом Освальду. Он усмехнулся, но отказываться не стал. Похоже это был виски. Кстати говоря, вполне неплохой. — Вот поэтому ты можешь доверять мне, - сказала Барбара. Она выглядела необыкновенно серьёзной и печальной. — У меня сменились приоритеты. На следующие лет 10. Или больше. Я хочу, чтобы моя дочь была в безопасности. Если я начну войну против тебя, или против ещё кого-нибудь… Вместо того, чтобы закончить фразу, она выпила весь виски, который был у неё в бокале. Всё и так было понятно. — Но я не могу всë время сидеть дома, - продолжила она, - я не из тех женщин, которые становятся хорошими домохозяйками. Мне нужно что-то интересное, но безопасное. Кроме того, я уже ввязалась в это, - она кивнула в сторону трупа. В этом была логика. Барбара всегда была ненадëжным союзником, но если это был союз ради безопасности её ребëнка… Конечно, у неё была защита со стороны закона - Джим Гордон, но это полностью связывало ей руки в криминальном мире. Либо она живёт, как обычная законопослушная мамочка, либо заключает такую сделку, и возвращается к привычной жизни. Что ж, в это вполне можно поверить. — Да, я понимаю, - сказал Освальд, - Говори адрес. Я посмотрю, что могу сделать. Барбара уже улыбалась. Поразительно, как она всегда стремилась скрывать свои эмоции. Освальд никогда не понимал, зачем это нужно. — Чудесное решение, - сказала Барбара. Она встала, и снова стала что-то искать в шкафу. Открыв дверцы, она достала небольшой листок и ручку. Ага, значит, она хочет написать адрес. Отлично. Она писала достаточно долго прежде чем отдать бумажку. — Здесь всё, что тебе нужно, - сказала она, - я рада, что мы пришли к соглашению. А теперь, мне нужно здесь прибраться. Прибраться? Она заглушила боль алкоголем, или снова просто делает вид, что всё в порядке? — Это, конечно, не моё дело, - сказал Освальд, - но мне кажется, тебе нужно вызвать скорую, а ещё полицию. Лучше бы Гордон поверил, что это была самооборона. — Ох, ну конечно он поверит, - засмеялась Барбара, - он же не станет сажать мать своего ребёнка. Освальд хотел возразить, что вообще-то он убил этого человека, а не Барбара, но она перебила его. — И человека, который спас её, он тоже пытаться посадить не будет. Кроме того, у вас же какой-то там договор, правда? Правда. Довольно хрупкий договор, надо сказать. По большей части он держался на воспоминаниях о том, как они вместе сражались за город, и о том, что было, когда Джим решил бороться с лицензиями на преступления. Освальд посмотрел на часы. Было пора возвращаться. Значит, Эду скучно? О, теперь у них впереди кое что очень весёлое. У Освальда уже был план, и ему не терпелось им поделиться. — Мне пора, - сказал он, - если я буду нужен, как свидетель, Джим Гордон знает, как меня найти. Барбара уже звонила в скорую. Освальд думал о том, как хорошо, что он приехал сюда на машине - он хотели как можно скорее увидеться с Эдом. Кроме того, времена, когда он мог спокойно ходить по улицам Готэма будучи испачканным кровью, уже прошли.