Все, что тебя касается

Джисон поднимался в свою квартиру на пятом этаже дольше обычного, глупо улыбаясь самому себе и еле переставляя не слушающиеся его ноги. На губах все еще ярко ощущалось фантомное прикосновение губ Минхо, хотя с этого момента прошло уже несколько часов. Еще утром он и мечтать не мог о том, чтобы начать встречаться с парнем своей мечты. Джисон думал, что Минхо просто решит проигнорировать его недавнее признание в чувствах, чтобы не выражать открыто свой отказ. Хан привык мыслить очень пессимистично в любой ситуации, да. А еще он очень плохо понимал намёки. Поэтому, если бы Минхо сам не предложил ему встречаться, но при этом сотни раз намекал, что он не против, то Хан бы это все списывал на свою очень бурную фантазию. Что ж, теперь он официально в отношениях, поэтому надеется, что этот факт его дурацкий мозг уже будет не в состоянии проигнорировать, и потому перестанет генерировать плохие мысли насчет чувств Минхо к нему. Раз уж он сам предложил встречаться, значит, он в них уверен. Ведь так?.. О нет, Хан Джисон, ты не будешь переосмысливать еще и это. Он бьет себя руками по мокрым щекам, стоя босиком на кафельном полу после того, как умылся. Полноценный душ сегодня он уже не осилит, физическая и моральная усталость накрывает с головой, и он ползет к себе в комнату, чтобы наконец уснуть (и не в ванной). Но его планам было не суждено осуществиться, потому что, как только он укрывается одеялом с головой и закрывает глаза, мозг предательски показывает множество ярких картинок последнего звонка и того, как они вдвоем с Минхо вечером прогуливались по отдаленной части парка, держась за руки, картинки первого поцелуя и того, как он провожал Джисона до такси всего полчаса назад. Минхо пять минут настаивал на том, чтобы проводить Хана до самого дома, мало ли что по дороге может случиться. А Джисон все эти пять минут упорно отказывался. — Минхо, мне ехать буквально десять минут, ну что может произойти? — спросил Хан. — Я ездил от тебя так миллион раз. С чего ты вдруг начал переживать именно сейчас? — Не знаю… Наверное, это осознание того, что ты теперь мой парень. Ответственность за тебя и все такое, — Минхо краснеет. — И вообще, я может и раньше переживал, но тебе об этом не говорил. — Новый статус развязал тебе язык? Учту, — ухмыльнулся Джисон. Он определенно дразнился, и Минхо это прекрасно понимал, поэтому словесно никак не отреагировал, только тыкнул Хану пальцем под ребра в отместку. Сошлись на том, что Джисон обязательно отпишется, когда доберется до дома. Что он и сделал перед тем, как упасть в кровать, получив в ответ короткое «окей» и пожелание спокойной ночи. Но спокойная ночь и нынешнее эмоциональное состояние Джисона просто не совместимы между собой. Сна ни в одном глазу, а изнутри рвутся нечеловеческие писки от осознания, что он теперь в своих первых отношениях, да еще и с любимым человеком. Впервые в жизни его чувства оказались взаимны, и это даже немного (много) пугало. Что их ждет дальше? Завтра, через неделю, через месяц? А в университете? А после? А где они будут жить? Это же квартиру надо будет искать. А коты? Они заведут еще котов? Так много абсолютно ненужных мыслей роилось посреди ночи в голове. Спустя десять минут Джисон не выдерживает и снова берет в руки телефон.

Хан Джисон: Спишь?

Ли Минхо: Еще нет, а что? Уже соскучился? 😉 Он просто… невозможный. И зачем Джисон только подписался на этот ежедневный флирт?

Хан Джисон:

Можно, я тебе позвоню?

Ли Минхо: Конечно. Все в порядке? Джисон не отвечает на сообщение, а сразу набирает Минхо, и тот снова уточняет, все ли нормально. — Да, просто не могу уснуть. Слишком много мыслей в голове. — Поделишься? — спрашивает Минхо, растягиваясь на своей кровати. — Это прозвучит так глупо, если я скажу об этом вслух, — вздыхает Джисон, сверля взглядом потолок. — Если это тебя тревожит настолько, что ты не можешь уснуть, это априори не может быть глупым. — Просто… Отношения — это одна большая неизвестность, а я так привык к стабильному ничего в своей жизни. Мне страшно, что все теперь изменится, и я буду не в состоянии держать все под контролем. Джисон знает, что с такими штуками люди вообще-то к врачу ходят, а не отношения начинают. — Сони, я понимаю, что ты чувствуешь. Мои первые отношения тоже были такими пугающими, но со временем становится лучше. Ты учишься полагаться не только на себя, но и на партнера, — успокаивает его Минхо. — Я рядом и всегда готов тебя выслушать, помочь развеять все твои страхи. Ответственность за отношения никогда не лежит на одном партнере, ты не должен контролировать абсолютно каждый аспект. — Надеюсь, у меня и правда получится с этим справиться. — Мой хороший, ты со всем справишься. Мы со всем справимся. Просто нужно немного времени. Ты веришь мне? — Верю, — выдыхает Джисон, поудобнее устраиваясь на подушке. — Вот и хорошо, — отвечает Минхо, слегка улыбаясь, представляя, как Хан может выглядеть сейчас — сонный и растерянный. — Давай ты сейчас закроешь глаза, хорошенько выспишься, а завтра с утра я приеду к тебе часов в одиннадцать, и мы обо всем поговорим? На свежую голову и за вкусным завтраком. Как тебе идея? — Мм, очень хорошая. Обсудить все аспекты их отношений, а не просто бросаться в неизвестность, копя в себе страхи и сомнения по поводу будущего, правда звучало разумно и по-взрослому. Это немного успокаивало Джисона. Пусть и временно. — Тогда спокойной ночи еще раз, Джи. Хочешь, я тебе буду рассказывать что-нибудь, пока ты не уснешь? Или спеть тебе колыбельную? Минхо определенно умел петь, и Джисон об этом знал, потому что Ли пел сегодня на своем последнем звонке с несколькими одноклассницами. И иногда он тихо напевал что-то себе под нос, когда зависал вместе с Ханом. — У тебя же был такой тяжелый день сегодня, — отнекивается Хан. — Я не хочу нагружать тебя еще больше. И твои голосовые связки. Иначе как мы завтра будем разговаривать? — Ты меня не нагружаешь. Я сам хочу помочь тебе расслабиться, и пока все, что я могу предложить — это мой голос. Если тебе действительно будет так легче уснуть, чем в тишине, то я здесь. — Тогда можно одну песню? Джисону неловко об этом просить, да и он не знает наверняка, поможет ли ему это успокоиться и уснуть. Но раз Минхо сам настойчиво предлагает, то стоит попробовать. — Сам выберешь песню или я? — Я не знаю твоего репертуара, так что выбирай ты. На самом деле, он, может и знает, что хотел бы услышать, но ему интересно, что предложит сам Минхо. Так что выбор Джисон оставляет ему. — Окей. Как насчет «Потерянного рая» Арии? — это первое, что приходит Минхо в голову в качестве колыбельной. — Не могу обещать, что я усну под нее, а не разноюсь, — тихо смеется Джисон в трубку, — но попробовать можно. — Жаль, что я пока не умею играть на гитаре, устроил бы тебе целый акустический концерт. — Концерт концертом, а нам спать надо, солнышко, — с губ Джисона неожиданно срывается ласковое обращение, от чего он сам краснеет. — И на гитаре умею играть я, так что как-нибудь можем устроить совместный концерт. — У меня такой талантливый парень, — Минхо намеренно выделяет последнее слово, наслаждаясь тем, как оно звучит. — От талантливого парня слышу, — отшучивается Джисон, копируя интонацию возлюбленного. — Где там моя обещанная колыбельная? — Какой нетерпеливый. Ты уже в постели? — Уже давно. — Хорошо. Тогда закрывай глаза и слушай. Минхо откашливается и тихо начинает петь, боясь разбудить родителей в соседней комнате: «от края до края небо в огне сгорает. И в нём исчезают все надежды и мечты, но ты засыпаешь, и ангел к тебе слетает, смахнёт твои слезы, и во сне смеёшься ты…». Джисон переворачивается на живот, подтягивает к себе одно колено и закрывает глаза, сосредоточившись на любимом голосе. К моменту, когда Минхо заканчивает песню, вымотанный Хан уже громко сопит в трубку, поэтому Ли шепотом желает ему спокойной ночи в третий раз, сбрасывает вызов и отправляется следом в царство снов.

***

Утро Джисона начинается настойчивым громким стуком в дверь, от которого он сначала пытается спрятаться под подушкой и одеялом, спросонья не понимая, что от него кому-то нужно. Так продолжается добрых десять минут, пока Хан не решает взять в руки телефон. «12:38» светится на экране вместе с кучей пропущенных вызовов от «солнышко💕» и сообщений во всех соцсетях не только от него, но и от Чанбина с Сынмином. Ли Минхо: Я надеюсь, ты скоро проснешься, потому что я уже подхожу к твоему дому. Со Чанбин: Ау. Ты спишь??? Где твои рассказы о вчерашнем вечере? Я тут не молодею! Ким Сынмин: Ты там жив? — Вот же! — Джисон подскакивает с кровати и летит открывать входную дверь, под которой Минхо сидел черт знает сколько времени. — Доброе утро, спящая красавица, — улыбается он, вставая с грязного пола лестничной клетки. — Выспался? — Ты спрашиваешь, потому что тебе правда интересно или потому что ты хочешь, чтобы мне было стыдно? — уточняет Джисон, пропуская Минхо в квартиру. — Мм, — вместо ответа тот просто повисает на Хане, пряча свое лицо в изгибе его шеи. — Ты так вкусно пахнешь… — Спасибо? Прекрати меня смущать, я даже зубы еще не почистил и со вчерашнего вечера не был в душе, какое вкусно… — бурчит Джисон, но из объятий не выпутывается до тех пор, пока Минхо его сам не отпускает. — Ты просто пахнешь собой, вот и все. Я так по тебе соскучился, — тихо признается Ли, — хотя мы виделись меньше суток назад. Спустя несколько минут Джисон все-таки отправляется умываться и в душ, пока Минхо разбирается с завтраком (или уже обедом?) на кухне: ставит чайник и разогревает сладкие булочки из пекарни. Этот момент ощущается настолько тепло и уютно, будто они старая женатая парочка, живущая вместе сто лет. Это не первый раз, когда Ли у него в гостях: в апреле он бывал здесь время от времени, но это определенно первый раз, когда он возится с едой для них двоих, хотя в понимании Хана этим стоило бы заниматься ему как хозяину квартиры. — Сони, ты где там застрял? Чай остывает, пока ты там свой русалочий хвост намываешь! — слышит Джисон сквозь шум воды. Он нехотя выползает из-под кипятка, наспех вытирается полотенцем и думает, можно ли ему выйти из ванной только в домашних шортах. Это вторые сутки в отношениях, но дружат они уже три месяца — достаточно ли они близки для этого? А вдруг Минхо будет некомфортно? Нет, определенно пока рано. Но этот пункт стоит вынести на сегодняшнее обсуждение личных границ в отношениях. Джисон мысленно делает пометку об этом. — Я надеюсь, ты не сидел под дверью все полтора часа? — начинает разговор Хан, явно сожалея о том, что не поставил вчера будильник. Эта мысль вообще не пришла ему в голову, потому что он привык просыпаться в школу довольно рано. То, что он проснулся так поздно, определенно стало неожиданностью. — Нет, мне было скучно, так что я гулял вокруг дома. У вас тут клумбы такие красивые, и я даже успел с одной бабулей поболтать о цветочках, — рассказывает Минхо, отправляя кусочек булочки в рот. — А еще с котами местными познакомился! — Мне правда-правда жаль, что я заставил тебя ждать, — извиняется Хан, пряча взгляд. — Джисон, посмотри на меня. Все в порядке. Я сам не стал дожидаться твоего ответа на звонки и сообщения, — успокаивает его Минхо. — Я гулял и наслаждался чудесной погодой, а ты набирался сил и высыпался, хорошо? Хан кивает в ответ. — Ну и раз уж мы начали наш разговор об отношениях: я очень хочу, чтобы, встречаясь со мной, ты не испытывал постоянное чувство вины за все на свете. Если ты ощущаешь, что что-то не так, мы это сразу обсуждаем, окей? И наоборот, я всегда скажу тебе, если мне что-то не нравится. — Ууу, решать проблемы словами через рот? Звучит как что-то очень сложное, — Джисон говорит не всерьез, но в каждой шутке есть доля шутки. Он из тех людей, кто привык прятать все проблемы и претензии глубоко внутри, чтобы никого не обидеть, не задеть своими словами. Даже если ему самому будет больно и неприятно. — Да, Хани, будем учиться разговаривать. Поэтому следующий вопрос, насколько серьезно ты относишься к отношениям? Я понимаю, что это твои первые, но может у тебя уже есть какие-то мысли на этот счет. — В каком плане серьезно? Если ты думаешь, что ты для меня какой-то эксперимент, то можешь не переживать на этот счет. Ты не первый парень, который мне понравился, свою ориентацию на тебе проверять я не собираюсь. — Я немного не об этом, а скорее о том, чего ты ждешь от этих отношений? Брак и дети — это, конечно, не про наш случай, но суть вопроса примерно такая. — Ааа, ну… Я пока не готов ответить на этот вопрос, — Джисон чешет затылок. — Мой первый поцелуй был только вчера, я еще эту стадию не прошел до конца. И, как я уже тебе говорил, я пока не хочу далеко заглядывать, но это лето я хочу провести с тобой. — Хорошо, я тебя услышал. Как ты относишься к любого рода физической близости? Я бы сделал чек-лист для нас обоих, конечно, но мне хотелось как можно скорее это обсудить с тобой, пока твоя тревожная задница не загнала тебя в ужасное состояние. Хотя… Погоди, может в поисковике что-то быстро найдется. Минхо берет в руки телефон и вбивает в строку поиска «чек-лист для физического контакта». Единственное, что удается сразу найти — это большой список из частей тела с да/нет напротив каждой. Джисон смотрит на него и задает единственный вопрос: — Мне интересно, зачем там в списке брови? Кто вообще трогает брови? — Не осуждай чьи-то вкусы, Хани. Я так понимаю, этот чек-лист не наш вариант, так что, давай пока обсудим в устной форме все, что придет в голову? По одному вопросу по очереди. Начинай первым, я уже и так много, о чем спросил. Джисон задумывается на несколько секунд, ему хочется о многом узнать, но все вопросы кажутся какими-то слишком личными, и он не может заставить себя произнести их вслух, потому что стесняется. — Можешь не только о физических штуках спрашивать, а вообще о чем угодно, что сам считаешь важным в отношениях, — добавляет Минхо, видя его замешательство. — Хм, активный или пассивный отдых? — Джисон выбирает максимально нейтральный вопрос. — Я знаю, что мы с тобой часто гуляли после школы, но вдруг ты это делал только ради меня. — Не только ради тебя. Я люблю гулять, когда погода позволяет, — сразу отвечает Минхо, чтобы развеять сомнения Хана. — А так — по настроению. Иногда есть ленивые дни, в которые мне хочется только лежать пластом и смотреть что-нибудь в тишине. А иногда хочется пешком обойти весь город. Тебя устроит 50 на 50? — Думаю, я такой же, как ты. Только у меня настроение часто от сезона зависит, летом я постоянно зависаю на улице, потому что прям хочется на солнце погреться, — делится Джисон. — Зимой я обычно сижу в коконе из одеяла и смотрю в одну точку сто часов. — Хм, резонно. Тогда мой следующий вопрос: как часто ты хочешь проводить время вместе? — Для Минхо это действительно важный пункт в отношении комфорта Хана, потому что срок, за который люди могут уставать друг от друга, у всех разный. — Например, мне после двух дней с кем-то, проведенных подряд, обязательно нужен день тишины. — Думаю, можно тогда несколько раз в неделю? Тем более, у нас обоих экзамены на носу. А после них уже поменяем, как нам будет удобно. Видишь как, у меня бывают разные недели: иногда я могу сутками зависать у Сынмина дома и мне не надоест, а иногда я хочу несколько дней побыть один без видимой на то причины, — объясняет Джисон. — Давай пока так, не будем никуда торопиться. Будем узнавать, как нам комфортно вдвоем уже в процессе, — соглашается Минхо. — Твой вопрос? — Хм, объятия? — Хан решает все-таки вернуться к обсуждению физического контакта. Тем более, ему это правда необходимо знать, потому что Минхо всячески избегал объятий, пока они встречались в школе. — Определенно да, но только когда мы наедине или с близкими друзьями. Не хочется нажить себе проблем, если ты понимаешь, о чем я. Ты? Что ж, интерес Джисона исчерпан. Было бы грустно, если бы Минхо действительно не любил объятия. — Я очень люблю обниматься, так что, когда мы будем зависать здесь, я буду облеплять тебя всеми конечностями. Твой вопрос? — Как насчет поцелуев? — Да. И тебе еще учить меня целоваться, — напоминает ему Джисон и задает следующий вопрос. — Как ты относишься к тому, что я буду ходить при тебе с голым торсом? О, эта тема действительно его тревожит уже полчаса. — Нормально? Главное, чтобы тебе комфортно было. А так хоть совсем голый ходи. Джисон краснеет, потому что в его мыслях сразу же возникают картинки того, как он голым ходит перед Минхо, и он трясет головой, чтобы срочно их отогнать. Ли это конечно же замечает и говорит: — Ты такой милый, когда смущаешься. Что же с тобой станет, когда я задам свой следующий вопрос? Хан вопросительно смотрит на Минхо несколько секунд и только потом понимает, о чем тот хочет спросить. — Как ты относишься к сексу? Любому. Хотел бы ты попробовать со мной или тебя эта опция не привлекает? — Я не знаю, на самом деле. У меня же никого не было никогда. Я только порно иногда смотрю. — Ну уже что-то. Давай пойдем от малого: рассматриваешь ли ты меня как своего потенциального сексуального партнера? — Да. Но я пока не готов к сексу. — Конечно-конечно, — сразу же успокаивает его Минхо. — И тебе шестнадцать только осенью, я помню об этом. Мы можем начать с чего-то простого и прийти к полноценному сексу, когда ты будешь готов. Когда мы оба будем готовы, идет? Я ни за что не буду тебя заставлять делать то, чего ты не хочешь. Это касается не только секса, но и любого физического контакта. Я просто уточняю на обозримое будущее, что мы оба предположительно не является асексуалами, чтобы это не вызвало дополнительных трудностей коммуникации. — Минхо, чем я тебя заслужил? Ты такой умный и… взрослый? — вдруг говорит Джисон. — Пока я тут паникую обо всем на свете, ты рассуждаешь так логично и правильно, меня это правда успокаивает. — В этом и суть. Я хочу показать тебе, что в отношениях нет ничего страшного, все можно обсудить и двигаться в комфортном для нас обоих темпе. Не нужно ничего бояться или стесняться. Я приму тебя любым и все твои мысли тоже. Скажи, вот чего ты хочешь прямо сейчас? — Мы можем просто поваляться в обнимку в кровати? — предлагает Джисон, снова не смотря Минхо в глаза. — Мне кажется, разговор будет в разы лучше, если мы переместимся в мою комнату. — Конечно можем, — он встает со стула и протягивает Хану руку. — Только можешь мне дать что-то из своих домашних вещей? Не хочу в грязном в чистую постель лезть. Ты же не против делиться одеждой? — Я только за, сейчас найду что-нибудь для тебя, — радостно отвечает Джисон и ищет шорты и футболку для Минхо. Как только они оказываются на кровати, Минхо обвивает Джисона руками за тонкую талию и укладывает к себе на грудь так, что Хан отчетливо ощущает его участившееся сердцебиение. — Я заставляю тебя нервничать? — усмехается он. — Конечно, такой прекрасный молодой человек теперь весь мой, и мне нужно очень хорошо о нем заботиться. Как я могу не нервничать? — Успокоит ли тебя мой волшебный поцелуй? — Джисон определенно быстро учится бесстыдно флиртовать. Минхо может гордиться таким способным учеником. — Кто знает, — Ли хитро улыбается. — Можем проверить. Хан подтягивается повыше, чтобы оставить короткий поцелуй или, скорее, просто слегка прикоснуться своими губами к губам возлюбленного. А потом еще один поцелуй на правой щеке и еще один — на левой. — Помогает? — Кажется, да. Но я бы попробовал еще немного, — Минхо флиртует в ответ и сам тянется к губам Джисона, чтобы поцеловать его по-настоящему.