Живая магия

Сколько бы Сурана ни упиралась, а в трактир идти пришлось. Но, как ни прискорбно это было для Хоук, собрались далеко не все. Себастьян ускакал сразу, как только ступил ногами на причал, отрывисто бросил: «Мне надо помолиться» и припустил так, что Хоук, успев только обернуться, увидела разве что сверкающие пятки. Авелин сказала, что присоединится, как только доставит Урукхая в поместье Хоук. Даро рванулась было сопроводить, но передумала – капитан городской стражи заслуживала определенной степени доверия, к тому же, теперь стоило обратить внимание на выполнение своего задания: Хоук, конечно, не безобидное создание, но приглядывать за ней все же надо. За Мерриль отправили местного гонца, но пока эльфийка задерживалась, Варрик предположил, что она наверняка снова заблудилась. Изабелла нашлась в самом трактире, поведав, что Фенрис распочал очередную бутылку Агреджио Павали, и ему и без их компании весело. В итоге Сурана оказалась за столиком в обществе все тех же Хоук, Варрика и Изабеллы, которая ржала, как ненормальная, слушая их рассказ о выходке Себастьяна. Даро тактично молчала, уткнувшись в свою кружку с водой – разумеется, в трактире больше не нашлось ничего безалкогольного, – и тайком разглядывала посетителей заведения. Она, наконец, вспомнила, где видела бармена, и поняла, откуда он ее знает: Корф был из Ферелдена, если конкретнее, то из Редклифа, мужик срулил сразу, как только миновала угроза быть съеденным нежитью, вызванной Коннором. Теперь же он искоса поглядывал на нее, но молчал. Сурана опасалась, что Корф уже успел растрындеть на всю округу о ее прибытии, но посетители не обращали на нее ровным счетом никакого внимания, чему она была несказанно рада и из чего сделала вывод, что не только Корф, но даже Варрик еще не разнесли эту новость на хвосте. Странно это как-то. Ещё странным было то, что в трактире не было ни одного гнома, разве что только тот, который заливался сейчас таким соловьем и вешал такую лапшу на уши Изабелле, что Сурана предпочла вообще не вслушиваться в этот разговор, дабы напрочь не отбить в себе стремление верить этому товарищу. Она встрепенулась только тогда, когда в рассказе проскользнуло что-то типа: «Она его тааааак испугалась!» – Неправда, – коротко промолвила Даро, все так же глядя в кружку. За столом притихли, быстрее всех отозвалась Хоук: – Да ладно, Сурана, на тебе лица не было, когда ты от него шарахнулась. – Я испугалась не его, а того, как сама могла отреагировать на его порыв. – Оу, сгребла бы в охапку и начала любить прямо на палубе? – опять слила все в свою тему Изабелла. – Изи, тебе ли не знать, как я могу отреагировать на проявление ко мне неуместного внимания. Себастьян был открыт и честен, а я безотчетно могла отправить его в далекий полет над проливом. Не самое лучшее начало знакомства. Потому и испугалась: могла же покалечить ненароком. Сколько я рук поотмораживала у желающих меня облапать… Но, честное слово, совершенно бессознательно. – Ну-ка, расскажи-ка, Бэлл, что значит «тебе ли не знать»? – ехидно прищурился Варрик. – Ммм, это было даже весело! – расплылась в улыбке Изабелла. – Это маленькое золотко в свое время меня так покорила, что я с чувством собственной неотразимости под покровом ночи пробралась к ней в палатку… В общем, неслась я оттуда с пылающим факелом вместо волос! Воздух трактира мгновенно сотрясся от взрыва хохота, Варрик и Хоук просто полегли на столешницу. – Ты, часом, не после этого случая начала косынку носить? – утирая выступившие слезы, почти выдавила из себя Хоук, не в силах сдержать смех. – Лысинку прикрывала? – Да-да, именно тогда, – продолжала подливать масла в огонь Изабелла. Первым порывом Сураны было вскочить и выкрикнуть: «Да не так все было!» Но, решив, что ее сочтут занудой, снова уткнулась в свою кружку. К этой компании следовало привыкнуть. И это будет довольно сложно. В отличие от отношений в ее отряде, здесь подколы, тычки и откровенно очевидная ложь были в порядке вещей. Что ж, каков предводитель… такова и компания. С другой стороны, это все было достаточно беззлобно, но все же для нее в новинку. Ей же, в свою очередь, нельзя было с ними ссориться, ни с кем, ну совсем нельзя. Так что сиди, командор, как редиска в грядке, и раньше времени не выдергивайся. – Ох, Варрик, ты сегодня просто герой дня, – выдала просмеявшаяся Хоук. – Пообниматься с героиней Ферелдена и не получить при этом люлей. Да ты просто везунчик! – Хе-хе. Мое обаяние – мое тайное оружие. Против него даже магия бессильна. – Ты сильно-то губу не раскатывай, Даро у нас предпочитает человеческих мужчин. Стопудово! Мы с Зевраном проверяли, – похоже, Изабелла была сегодня в ударе. Сурана молча проворачивала кружку в руках: кружка как кружка, ничего примечательного, деревянная, грубо сколоченная, стянута металлическими кольцами, просмоленная, на дне плещется вода… отчего же она привлекает внимание сильнее, чем компания за столом? Может, потому, что ей было бы удобно приложить кого-нибудь по черепушке, просто так, чтоб неповадно было… – Слушай, Сурана, – уже захмелевшая Хоук, казалось, не замечала, что магесса помрачнела, – а это правда, что ты стала женщиной короля Ферелдена? В этот момент Варрик с Изабеллой мигом притихли, очевидно, зная, что вопросы на эту тему задавать не стоило. Варрик, скорее всего, по своим источникам, Изабелла – непосредственно от Даро. Эльфийка медленно встала, все так же не отрывая взгляда от спасительной кружки, спокойно поставила ее на стол и тихо произнесла: – Я была женщиной Серого стража по имени Алистер, но я никогда не была женщиной короля Ферелдена. С этими словами она вскинула глаза на Хоук, буквально пригвоздив ее взглядом к стулу, резко развернулась, порываясь уйти, но оказалась нос к носу с только что подошедшей Мерриль. – Ой! – вскрикнула та, прикрыв рот ладошкой, откровенно тараща кошачьи глазки на знакомую по рассказам Мератари живую легенду. Даро скользнула взглядом по раскуроченному запястью молодой эльфийки, раздражённо поджала губы и, обрулив ее, скрылась в толпе посетителей, направляясь к выходу. – Вот это да! – воскликнула Мерриль, присаживаясь на стул, где только что сидела Сурана. – Ребят, вы хоть знаете, кто это? – Конечно, знаем, Маргаритка. Вот только Хоук, похоже, не соображает, с кем говорит. – Да что такого я сказала-то? – Нельзя такие вопросы в лоб задавать! – начала внезапно напирать Изабелла. – Думаешь, если бы у нее с королем было все в шоколаде, она бы оказалась здесь, тем более – с нами, прибыв в компании только своего пса? Да хрена с два! Алистер бы ее не отпустил! Там все плохо, Хоук, реально плохо вышло, и просто так влезть к ней в душу и потоптаться там ботинками тебе никто не позволит, и в первую очередь – она сама. – Слушайте, ребята, – как-то совсем уж неуместно встряла в разговор Мерриль, – а откуда здесь лед в кружке? Варрик с Изабеллой многозначительно посмотрели на Хоук, и гном произнес: – Похоже, тебе надо ее догнать и поговорить. – Почему мне? – Сама подумай. – Ай! Да чтоб вас всех! – рявкнула Тиа, подрываясь с места и решительно направляясь к выходу. Она не заморачивалась обруливанием посетителей, а просто перла напролом. Что примечательно, даже в пьяном угаре завсегдатаи трактира, завидев приближающуюся знакомую фигуру, разлетались перед ней, как воробьи. Дошагав до цели, Хоук вышла, на прощание так хлопнув дверью, что с подгнивших потолочных балок посыпались щепки.