Любовь с запахом моря и грозы

POV Василий Петрович Всем привет! Извините, но придётся сделать небольшой скачок во времени. Я кратко объясню, что со мной произошло. Я напился с главами МВФ и ЕБРР и пообещал выплатить все кредиты. Удивительно, но в этот раз Рада работала с какой-то феноменальной скоростью. Они махом подняли пенсионный возраст, повысили тарифы за коммуналку и подняли цены на алкоголь. Из-за последнего мой отец выставил меня из дома и я начал жить в администрации. Думаю, с этого момента мы и начнём.

***

Я проснулся в администрации.

Почему я здесь? Меня выставил из дома отец. Я услышал за дверью шорохи. Это была Белла Рудольфовна. Я в панике спрятал вещи и успел одеть рубашку, пиджак и галстук, когда она вошла поливать цветы. Мне удалось выскользнуть в приемную и там уже одеть брюки. Там я встретил Толика. Сцена была максимально неловкой. Белла включила телевизор, где транслировалась толпа недовольных людей. Я решил к ним выйти. Мне не удалось их перекричать. — Путина свергли! Удивительно, но это работает не только с депутатами. Я постарался объяснить людям, что это была необходимость. Но меня никто не слушал. Им была больше важна водка. Рядом упало ведро и Толик меня заслонил и быстро увел в здание. В кабинете я встретил Юрия Ивановича. Он стал мне рассказывать о трёх китах, которые могут решить все проблемы. Я согласился встретиться с этими «китами». Хотя знал, что никогда не соглашусь на их условия. Водитель Юрия Ивановича отвез меня по назначению. Я вошёл в огромную столовую с большими люстрами свисающими с потолка и длинным столом. Во главе сидел один из олигархов, а слева, прикрывшись журналом второй. Я сел с краю. Как только вошёл я сразу почувствовал наисильнейшие феромоны альфы, которые хотели меня придавить словно бетонная плита. Я никогда прежде не сталкивался с такими людьми. Немчук сел рядом и мне стало практически трудно дышать. Сильный запах кофе с корицей ударил мне в нос. Но я старался сохранять самообладание. Я знал, что таким образом они проверяют меня. Хотят сделать подконтрольным себе, чтобы я не мешал им обогащаться. Ситуацию усугубляло то, что со дня на день у меня должна начаться течка. И такое сильное влияние феромонов альфы только усугубляют ситуацию. — О чем вы хотели поговорить? — О жизни, Василий Петрович.- второй олигарх отложил журнал в сторону.- Жизнь — это лотерея. Один выиграл джекпот и становится несчастным, а кто-то срывает шапки и становится президентом. — А третий ломает все планы и становится поперёк горла. Они говорят, что я им симпатичен и о какой-то «вакцине реальности». Я то в отличии от них живу в этой реальности. Они предложили мне документ с крупной суммой в банке на Кипре. На самом деле эти деньги могли бы решить часть проблем. Можно было бы расплатиться со всеми кредитами. Но если я подпишу это, то значит я буду работать на них. — Вы сначала подайте в налоговую декларации. Только честные. С восьмью нулями. Я встал из-за стола и ушёл. Создавалось такое ощущение, что вся моя одежда насквозь пропахла их запахом и это было очень противно. Хотелось бросить этот костюм в стирку. Я вернулся в администрацию. Юрий Иванович всё ещё был в моём кабинете. Как только я вошёл, он сразу встал с моего кресла. По моему взгляду он сразу всё понял. — Вы отказались. — Да. А вы думали, что я соглашусь? Срочно созывайте кабмин. Мы с Юрием Ивановичем вместе отправились в совещательную. Премьер предложил поехать на лифте. Так вышло, что я с детства страдаю клаустрофобией. Но отказывать было очень глупо. Мы зашли в лифт, Юрий Иванович нажал на кнопку, а я вцепился в поручень и молился, чтобы ничего не произошло. И по закону подлости лифт остановился и перестал ехать. Моё сердце упало в пятки, я побледнел, руки трястись и градом стекал холодный пот. Я чувствую, что мне не хватает воздуха. Юрий Иванович, видя моё состояние быстро нажал экстренную кнопку, обматерил сидящего на той стороне и подошёл ко мне. Он снял с меня галстук и расстегнул верхние пуговицы. Действовал он очень решительно, совсем как профессионал. Премьер положил свои руки мне на плечи и сразу стало как-то спокойнее. — Юрий Иванович… — Что, Василий Петрович? — Обнимите меня. Он не стал задавать вопросов, а просто молча обнял. Тревога сразу стала уходить, смываясь словно волны. Я вдыхал запах морского бриза и это успокаивало. Я закрыл глаза и представил, что сижу на песчаном пляже на берегу моря, светит солнце, кричат чайки, а рядом сидит он и держит меня за руку. Это ещё один плюс «истинных». Они могут успокаивающее воздействовать друг на друга во время сильного стресса. Вскоре мы почувствовали, как лифт тронулся. Мы сразу отстранились друг от друга и я стал приводить себя в порядок. Мы вышли из лифта как ни в чём не бывало. Я впервые просил министров о помощи. У меня просто не было другого выхода. А они только и рады были видеть меня полностью беспомощным. Вечером мне нужно было принимать подавители. Я открыл ящик, в который их положил и не обнаружил их там. Внутри сразу начала нарастать паника. Я стал рыскать по всему столу и в карманах, но таблеток не было. Уже было поздно и аптеки все закрыты. А если начнётся течка, то я окончательно пропал. Тут мне позвонила мама. Я её уверил, что со мной всё в порядке и быстро положил трубку. Внезапно меня прошиб сильный пот, стало неимоверно жарко и хотелось пить. А ещё больше мне хотелось альфу. Я на ватных ногах вышел в коридор. Администрация в это время уже пустует. Идти мне некуда, чтобы пережить течку. Я уж подумал, что это конец, когда внезапно почувствовал такой любимый и ставший уже родным, запах моря. Он подбежал ко мне и успел подхватить, поскольку ноги меня уже не держали. — Василий Петрович, вы впорядке? Как же сильно я его хочу. Я приблизился к его шее и вдохнул запах моря. От этого мне стало ещё более дурно. Брюки уже были влажными от выделившейся смазки. Зрение было расплывчатым, а в голове была лишь мысль о сексе. — Давайте я отвезу вас домой. — Не надо… Меня выгнали… Это все, что я смог произнести. — Тогда поехали в мою квартиру. Идти можете? У меня снова подкосились ноги и я чуть не упал. Юрий Иванович подхватил меня на руки и понес на выход. Я прижался к его груди и вдыхал его феромоны как умалишенный. В машине я ехал на его коленях, поскольку в тесном контакте мне становилось немного легче. Мне кажется, что я был готов отдаться ему прямо на заднем сиденье автомобиля. С меня рекой тек пот, а тело горело. Он гладил меня по волосам и шептал успокаивающие слова. — Потерпи ещё немного. Скоро приедем. Машина остановилась у элитной многоэтажки. Юрий Иванович внёс меня в лифт и мы поехали на самый верхний этаж. Сейчас я забыл, что у меня клаустрофобия. Мне казалось, что ещё чуть-чуть и я взорвусь от воздержания. Когда мы оказались в квартире, я сразу накинулся на премьера и начал его грубо и жадно целовать в губы. Мы смогли добраться до спальни, он опрокинул меня на большую кровать и навис сверху. В его глазах бушевала страсть. В каком-то неведомом порыве мы просто сорвали друг с друга одежду. Он стал целовать каждый миллиметр моего тела. Когда поцелуй пришелся в основание шеи, я громко застонал. Юрий Иванович спустился ниже и стал играть с моими сосками. От этого из моего ануса выделилось ещё больше смазки и она уже капала на простыни. Я ерзал, пытаясь показать, что хочу большего. Он провёл указательным пальцем по моей промежности, собирая смазку, а потом облизнул палец. — Ты такой сладкий. И только мой. Боже, эта та самая фраза из моего сна. — Да! Только твой! Он развел мои ноги в стороны и приблизился к аналу. Когда его язык сначала лизнул, а потом проник внутрь, я подумал, что сейчас просто умру. Он будто пил меня как дорогой коктейль в элитном баре. У меня голова шла кругом и я не прекращал стонать, когда его язык оглаживал мои внутренности. Это было настолько приятно, что я не заметил как кончил. И это только от языка. Он продолжил эту пытку и добавил два пальца. Они расходились в разные стороны и задевали простату. Но мне этого было безумно мало. Я хотел его член в себе, хотел узел и чтобы он оплодотворил меня. Через несколько длительных мучительных минут, которые для меня казались часами, он отстранился, но только для того, чтобы поцеловать меня в губы. Так странно было ощущать свой собственный вкус на языке. Огромное количество омежьих феромонов в смазке, окружили голову. Я сходил сума и не знал куда себя деть. Он прошептал мне на ухо. — Чего ты хочешь, милый. — Тебя… — Конкретнее. — Пожалуйста… Хочу тебя в себе… Я уже не могу! Юрий Иванович резко вошёл в меня, что я даже вскрикнул от боли. Он поцеловал меня в губы и погладил по волосам. — Чшшш. Прости, мой хороший. Я не хотел делать тебе больно. Вскоре я привык и позволил ему начать двигаться. Сначала толчки были медленными, это очень меня нервировало. Я хотел быстрее и жестче, чтобы он втрахивал меня в матрас до искр из глаз. — Быстрее. Он прислушался к моей просьбе и сорвался на какой-то бешеный темп. Я настолько громко стонал, что кажется ещё немного и я посажу голос. Внезапно он вонзил свои клыки в основание моей шеи. От этого я снова излился себе на живот. Ещё пара резких толчков и он кончает в меня. Я же сбился со счёту сколько успел кончить. Я почувствовал, как набухает узел. Мы изможденные повалились на кровать. Я уснул в его крепких объятиях в ожидании когда спадет узел. Конец POV

***

POV Юрий Иванович Из-за таких непопулярных реформ Голобородько, господа олигархи вызвали меня к себе. Они были крайне недовольны, что гарант творит всё, что вздумается. Как же повезло, что я обеспечил отсутствие на него компромата, когда он в щи набухался с главами МВФ и ЕБРР. Олигархи требовали подконтрольного президента. Они даже хотели подложить под него Анну Михайловну. — Господа, вы же знаете, что Голобородько — омега. Анна Михайловна не сможет его соблазнить. — Ну, у нас есть несколько альф. Надо как-то их убедить, что никто не нужен. Этот омега только мой и никому его не отдам. — Давайте повременим с этим. У меня есть хороший план. Только дайте мне время на его исполнение и не вмешивайтесь. — А что за план? — Вам не обязательно знать его. Для вас же важен результат? — Даем тебе две недели. Если ничего не выгорит, возьмемся за это сами. Как и ожидалось, народ не стал терпеть, когда позарились на святое — на водку. Уже на следующее утро у администрации собралась целая толпа и кричала «ганьба». После неудачных переговоров с народом и упавшим ведром, Василий Петрович вернулся в кабинет. Я предложил ему встретиться с «тремя китами» Украины и он согласился. Мой водитель отвез его по адресу. Пока гарант был на встрече, я решил обыскать ящики его стола и в одном из них я нашёл то, что мне нужно. — Бинго! Это была небольшая баночка с подавителями. Внутри было ещё немало таблеток. Я быстро сходил в туалет и смыл их все в унитаз, а баночку выкинул в мусорку. Вернувшись в кабинет, я стал ждать гаранта. Попутно я нашёл чемодан и сумку с вещами. Видимо Голобородько выгнали из дома. Он вернулся где-то через час. От него прямо-таки несло запахом олигархов. Меня от этого брала такая злость и ярость. Единственным альфой, которым он может пахнуть, так это мной. По его взгляду я понял, чем окончились переговоры. Другого исхода я в принципе и не ожидал. А если бы он согласился, то я бы разочаровался в нем. — Вы отказались. — Да. А вы думали, что я соглашусь? Срочно созывайте кабмин. Мы отправились в совещательную. Я предложил поехать на лифте. Василий Петрович, как-то сжался, но в кабинку все же зашёл. Я нажал на кнопку и мы тронулись. Не прошло и нескольких секунд, как лифт остановился. Я посмотрел на президента. Он сразу побледнел и часто задышал. Дело плохо. Я быстро нажал на кнопку вызова мастера, обматерил диспетчера и пригрозил увольнением, если нас не вытащат в ближайшие минуты. После этого я подбежал к Василию Петровичу, снял с него галстук и расстегнул верхние пуговицы рубашки. Я положил руки ему на плечи и выпустил успокаивающие феромоны. Кто же знал, что у президента клаустрофобия. — Юрий Иванович… — Что, Василий Петрович? — Обнимите меня. Я крепко прижал его к себе. Он такой маленький, хрупкий и беззащитный. Мне хотелось спрятать его от всего мира. Я почувствовал, как он постепенно перестаёт дрожать и его дыхание выравнивается. Вскоре лифт снова двинулся вверх. Мы быстро отстранились, он привёл себя в порядок и мы вышли, словно ничего и не было. На заседании с кабмином, Голобородько просил что-нибудь придумать. Ну и мы стали думать. Сегодня я задержался допоздна и когда направлялся на выход, увидел Василия Петровича прижавшегося к стене. Я стоял от него метрах в десяти, но даже с такого расстояние до меня долетел сильный запах грозы. Похоже течка началась раньше, чем я ожидал. Я подбежал к нему и успел подхватить под руку, пока он не свалился на пол. — Василий Петрович, вы впорядке? Его запах кружит мне голову похлеще элитного спиртного. Я собрал всю имеющуюся волю в кулак, чтобы не втолкнуть его в кабинет и не трахнуть на его же столе. — Давайте я отвезу вас домой. — Не надо… Меня выгнали… Это не удивительно. Его отец видимо не простил повышение цен на алкоголь. — Тогда поехали в мою квартиру. Идти можете? Он снова чуть не упал и мне пришлось нести его на руках. Он был на удивление очень лёгким. В машине он не захотел от меня отцепляться, да и мне не хотелось этого, поэтому ехал у меня на коленях. Весь салон пропах феромонами течной омеги. Я чувствовал жар его тела. Такое ощущение, что у него сильная лихорадка. Я гладил его по волосам и шептал успокаивающие слова. — Потерпи ещё немного. Скоро приедем. Машина остановилась у элитного жилого комплекса, где живут самые влиятельные и богатые люди Украины. Я занёс Васю в лифт и нажал на кнопку последнего этажа. Эти секунды казались для меня вечностью. Когда мы оказались в моей квартире, Вася сразу меня поцеловал. Такого напора я никак от него не ожидал и моя адекватность постепенно начала улетать куда-то далеко. Мы кое-как добрались до моей спальни, я кинул его на шелковистые простыни и навис сверху. Он здесь. Впервые в моей постели. И как же красиво он смотрится. Его феромоны продолжают меня соблазнять. В порыве страсти я просто порвал на нем одежду и с невероятной скоростью разделся сам. Теперь он лежал подо мной полностью голый. Боже! Я готов боготворить это тело. Я стал покрывать каждый миллиметр поцелуями и иногда оставляя засосы, чтобы все знали кому принадлежит этот омега. Когда я поцеловал в основание шеи, из его рта вырвался громкий стон. Это словно музыка для моих ушей и я готов слушать это бесконечно. Его соски были немного больше по размеру, чем следует. Я не смог удержаться и начал один посасывать, а второй сжимать пальцами. Он стонал как сучка и мне это безумно нравилось и тешило самолюбие альфы. Вася ерзал по простыням своей влажной попкой. Я провёл пальцем по его промежности, собирая выделившуюся смазку, а после облизнул его. На самом деле это было чуть ли не самое вкусное, что я когда-либо пробовал в своей жизни. Мне безумно сильно хотелось ещё. — Ты такой сладкий. И только мой. — Да! Только твой! Я развел его ноги в стороны и приблизился к дырочке истекающей смазкой. Язык проник внутрь и стал оглаживать чувствительные стенки. Я просто хотел его выпить до дна. Вскоре я понял, что моему мальчику одного языка мало и ввёл ещё два пальца, иногда разводя их в стороны. Вася стонал не прекращая. Я с сильной неохотой отстранился и поцеловал его в губы. Наши языки сплелись в страстном танце. Я целовал его со всей страстью. Отстранившись, я прошептал ему в ухо: — Чего ты хочешь, милый. — Тебя… — Конкретнее. — Пожалуйста… Хочу тебя в себе… Я уже не могу! Я и сам уже не мог. Стояло просто до боли и я готов был взорваться. Я вошёл резко, от чего Вася вскрикнул. Я поцеловал его и погладил по волосам. — Чшшш. Прости, мой хороший. Я не хотел делать тебе больно. Когда он дал мне добро, я начал медленно двигаться. Жар и теснота внутри него просто сводили с ума. Я уже сейчас готов был кончить. — Быстрее. Всё что угодно для моей омеги. Я сорвался на какой-то бешеный темп и начал просто втрахивать его в матрас. И судя по всему, Васе это очень нравилось. Я захотел сделать его полностью своим, чтобы больше ни одна альфа не посмела на него даже посмотреть. Я обнажил свои клыки и вонзил их в основание шеи. И именно в этот момент оргазм накрыл меня с головой. Я хотел, чтобы он залетел от меня. Хотел, чтобы он родил мне ребёнка. Когда произошла сцепка, мы просто улеглись на кровать и уснули в объятиях друг друга. Моё утро действительно можно было назвать добрым, ведь первое, что я увидел, когда только открыл глаза, это лицо спящего Васи. Он был такой милый, я не удержался, чтобы не погладить его по щеке. Хотелось полежать ещё немного, но нужно было успеть сделать несколько дел, до того как он проснется. Я тихо встал с кровати, зашторил окна, чтобы солнце не прерывало его сладкий сон и отправился на кухню готовить завтрак. Попутно я позвонил Белле Рудольфовне и сообщил, что у гаранта течка и в ближайшие пять дней его не будет. Она не стала задавать лишних вопросов. Чтобы страна не была обеспокоена отсутствием главы государства в СМИ, я велел достать из шкафа двойника, но обложить его обязанностями по минимуму, чтобы он чего-нибудь не наворотил. Также я распорядился, чтобы все вещи гаранта перевезли из его кабинета в мою квартиру. После решения всех вопросов, я приготовился за завтрак. Два яйца, тосты с маслом и апельсиновый сок, то что надо. Я отнес всё это на подносе в спальню. К тому времени Вася уже встал и сидел на кровати. — Доброе утро. А вот и завтрак в постель. — О! Спасибо огромное! Я безумно проголодался. Он начал уплетать еду за обе щеки. После, оставив поднос в сторону он снова набросился на меня и поцеловал. Пять дней секс-марафона, с небольшими перерывами на еду и сон, пролетели незаметно. За это время мы перетрахались чуть ли не во всех известных позах. После этого я чувствовал себя лет на тридцать моложе. Словно я заново родился. Конец POV

***

POV Василий Петрович Эти пять дней были самыми лучшими в моей жизни. Ещё никогда у меня не было такой потрясающей течки. Я чувствую себя отдохнувшим и словно готов горы свернуть. Поднявшись с постели я направился в душ. Вода меня освежила. В зеркале я увидел совсем другого человека. Мне даже показалось, что я стал выглядеть на несколько лет моложе. Я и так не очень тягу на свой возраст. Глаза блестели, а губы были растянуты в счастливой улыбке. Я опустил взгляд немного ниже и увидел след от клыков. Я с какой-то любовью к ней прикоснулся. Омега внутри меня верещал от восторга и был безумно счастлив. Наконец-то я чей-то, я кому-то нужен и меня любят. Моя семья тоже меня любит, но эта метка нечто иное. Одевшись в чистые вещи, я прошёл на кухню. Юрий Иванович готовил что-то вкусное. Я сел за барную стойку и принялся ждать. Вскоре он поставил на стол две тарелки с запеканкой. — Приятного аппетита. — Спасибо. Мы ели молча и это не доставляло нам никакой неловкости. Даже не смущало то, что мы занимались сексом на протяжении целых пяти дней. И только сейчас ко мне пришло страшное осознание, что даже вилка выпала из рук. Я оставил страну без президента и премьера на целых пять дней. Просто исчез, когда народ возмущается и чуть ли не назревает майдан. Юрий Иванович, заметил моё беспокойство. А имею ли я право обращаться к нему так после произошедшего? — Вася, не переживай. Твоего отсутствия никто не заметил. Он накрыл мою руку своей и на душе сразу стало как-то спокойней. — А люди? — Они разошлись. Всё в порядке. Но мне хотелось лично в этом удостовериться. Я быстро доел завтрак и мы вдвоём покинули квартиру. Как и оказалось, людей возле администрации не было. Я быстро направился в свой кабинет. — Белла Рудольфовна… — Пятидневный отчёт уже у вас на столе. — А… — И утренний кофе тоже там. — Спасибо. Я сразу принялся изучать отчёт. Удивительно, но ничего катастрофического не произошло и я выдохнул с облегчением. Мне предстояло много работы и я готов был её выполнять. Вечером ко мне в кабинет зашли мои друзья. Мухин с порога подозрительно на меня посмотрел. — Вася, что это? — Серег, о чем ты? — От тебя альфой несёт за километр и выглядишь так, словно тебя жёстко трахали последние дней пять! Я знаю, как выглядят омеги после проведенной течки в компании альфы. Остальные молча стояли и наблюдали, поскольку не могли учуять феромоны. Мухин подошёл ко мне вплотную и отодвинул ворот рубашки, обнажая метку. Все застыли в шоке. — К-как? Кто? — пробормотала Оля. Я покраснел и не знал, что ответить друзьям. — Запах моря.- произнёс Сережа. Все в непонимании уставились на него. — От Васи веет запахом моря в перемешку с его феромонами. А во всей этой братии есть только один человек, который пахнет морем. Мухин как в самых драматичных фильмах выдержал минутную паузу. — Это Юрий Иванович Чуйко. Все по открывали рты и уставились на меня. Я готов был от стыда провалиться под землю. — Ты провёл течку в компании премьер министра? — спросил Миша. Это был наверное риторический вопрос. — А я то думала, что ты так странно себя вел пять дней. Не звонил никому из нас, не писал, даже не предлагал встретиться всем вместе.- сказала Оля.- Это был двойник. — А ты в это время кувыркался в постели с премьером! — Мухин был довольно сильно возмущен этим. — Я не понимаю, чего вы так остро на это реагируете? Да, Юрий Иванович помог мне пережить течку. И что с того? Я взрослый человек и могу спать с кем захочу. — Он тебя пометил, Вася! Ты теперь не сможешь так просто от него отвязаться.- не унимался Сережа. — А кто сказал, что я этого хочу? Он — мой «истинный». Воцарилось гробовое молчание. Я быстро взял свою сумку, вышел из кабинета и столкнулся с Юрием Ивановичем. Щеки сами собой покраснели. Он легко чмокнул меня в щеку, пока никто не видел и мы направились на выход. Машина довезла нас до его квартиры. Он открыл входную дверь, пропуская меня вперёд. Я пусть и был здесь уже, но не успел рассмотреть интерьер. Вся квартира была выполнена в светлых тонах, что мне очень нравилось. — Как тебе? — Неплохо. Но по мне, слишком роскошно. — Для тебя роскошно всё, что хоть немного богаче квартиры твоих родителей? — Эй! — Ладно. Шучу. Он обнял меня за талию и поцеловал в губы. После этого он провёл для меня небольшую экскурсию. Большая гостиная, кухня совмещённая со столовой, две спальни и совмещённые с ними две ванные. Больше всего меня поражали огромные, во всю стену панорамные окна с видом на ночной Киев. Вид был просто завораживающий. — Нравится? — Очень. Невероятно красиво. Мои вещи уже стояли во второй спальне. Я принялся их разбирать. На самом деле мне, было как-то не очень удобно стеснять Юру, но идти сейчас мне было попросту некуда. А ночевать в администрации так себе перспектива. После небольшого ужина мы разошлись по комнатам. Было странно засыпать в его квартире, но без него рядом. Хотя он буквально за стенкой. Омеге внутри было очень одиноко без альфы рядом. Я ещё немного поворочался и не выдержал. Я вышел из комнаты и постучал в соседнюю дверь. Тихо приоткрыв её, я увидел, как Юрий Иванович сидит на кровати и читает какую-то книгу. Он повернулся в мою сторону и сразу отложил книгу на тумбочку. — Вася, ты чего не спишь? — Не могу уснуть без тебя. Он улыбается и жестом приглашает меня лечь рядом. Я запрыгиваю под одеяло и отказываюсь в его тёплых объятиях. Его запах меня убаюкивает и я довольно быстро засыпаю.